Warpopedia - Вклад участника [ru]

Шаблон:ЧитаемоеAoS

2026-04-01T03:10:05Z

Shaseer:

{{Читаемое
|Обложка1=Файл:Trollslayer cover.jpg
|Название1=Победитель троллей / Trollslayer (роман)
|Подпись1=Победитель троллей (роман)

|Обложка2=Файл:BLPROCESSED-Dark-Harvest-Cover.jpg
|Название2=Тёмная жатва / Dark Harvest (роман)
|Подпись2=Тёмная жатва (роман)

|Обложка3=Файл:Kinslayer.jpg
|Название3=Убийца родичей / Kinslayer (роман)
|Подпись3=Убийца родичей (роман)

|Обложка4=Файл:Nagash The Sorcerer cover ru.jpg
|Название4=Колдун Нагаш / Nagash the Sorcerer (роман)
|Подпись4=Колдун Нагаш (роман)

|Обложка5=Файл:Skavenslayer cover.jpg
|Название5=Истребитель скавенов / Skavenslayer (роман)
|Подпись5=Истребитель скавенов (роман)
}}

Шаблон:ЧитаемоеЕресь

2026-04-01T03:05:59Z

Shaseer:

{{Читаемое
|Обложка1=Файл:81MaubkX0nL. SL1500 .jpg
|Название1=Резня в зоне высадки / Dropsite Massacre (роман)
|Подпись1=Резня в зоне высадки (роман)

|Обложка2=Файл:EndDeath3.jpg
|Название2=Конец и Смерть, Том 3 / The End and the Death, Volume III (роман)
|Подпись2=Конец и Смерть, Том 3 (роман)

|Обложка3=Файл:Eternity.jpg
|Название3=Отголоски вечности / Echoes of Eternity (роман) (перевод Д41Т)
|Подпись3=Отголоски вечности (роман)

|Обложка4=Файл:EndDeath.jpg
|Название4=Конец и Смерть, Том 1 / The End and the Death, Volume I (роман) (перевод Д41Т)
|Подпись4=Конец и Смерть, Том 1 (роман)

|Обложка5=Файл:EndDeath2.jpg
|Название5=Конец и Смерть, Том 2 / The End and the Death, Volume II (роман)
|Подпись5=Конец и Смерть, Том 2 (роман)
}}

Шаблон:Читаемое40k

2026-04-01T03:05:02Z

Shaseer:

{{Читаемое
|Обложка1=Файл:81xO72pnzML. SL1500 .jpg
|Название1=Последний Клинок / The Remnant Blade (роман)
|Подпись1=Последний Клинок (роман)

|Обложка2=Файл:81Fk2Lp9hIL. SL1500 .jpg
|Название2=Гробница мученицы / The Martyr’s Tomb (роман)
|Подпись2=Гробница мученицы (роман)

|Обложка3=Файл:TitisC.jpg
|Название3=Пятьсот миров: Тит / 500 Worlds: Titus (кампания)
|Подпись3=Пятьсот миров: Тит (кампания)

|Обложка4=Файл:Void Exile.jpg
|Название4=Пустотный Изгнанник / Void Exile (роман)
|Подпись4=Пустотный Изгнанник (роман)

|Обложка5=Файл:BrokenCity.jpg
|Название5=Третьего шанса не дают / No Third Chance (рассказ)
|Подпись5=Третьего шанса не дают (рассказ)
}}
{{Читаемое
|Обложка1=Файл:Silverskullsport.jpg
|Название1=Серебряные Черепа: Предзнаменования / Silver Skulls: Portents (роман)
|Подпись1=Серебряные Черепа: Предзнаменования (роман)

|Обложка2=Файл:Fulgrim The Perfect Son.jpg
|Название2=Фулгрим: Совершенный сын / Fulgrim: The Perfect Son (роман)
|Подпись2=Фулгрим: Совершенный сын (роман)

|Обложка3=Файл:81DXqZTcZJL. SL1500 .jpg
|Название3=Железное королевство / The Iron Kingdom (роман)
|Подпись3=Железное королевство (роман)

|Обложка4=Файл:81oZS5bWxLL. SL1500 .jpg
|Название4=Осада Вракса / Siege of Vraks (роман)
|Подпись4=Осада Вракса (роман)

|Обложка5=Файл:Necr10th.jpg
|Название5=Кодекс: Некроны (10 редакция) / Codex: Necrons (10th edition) (кодекс)
|Подпись5=Кодекс: Некроны (10 редакция) (кодекс)
}}

Шаблон:Читаемое40k

2026-04-01T03:04:34Z

Shaseer:

{{Читаемое
|Обложка2=Файл:81xO72pnzML. SL1500 .jpg
|Название2=Последний Клинок / The Remnant Blade (роман)
|Подпись2=Последний Клинок (роман)

|Обложка1=Файл:81Fk2Lp9hIL. SL1500 .jpg
|Название1=Гробница мученицы / The Martyr’s Tomb (роман)
|Подпись1=Гробница мученицы (роман)

|Обложка3=Файл:TitisC.jpg
|Название3=Пятьсот миров: Тит / 500 Worlds: Titus (кампания)
|Подпись3=Пятьсот миров: Тит (кампания)

|Обложка4=Файл:Void Exile.jpg
|Название4=Пустотный Изгнанник / Void Exile (роман)
|Подпись4=Пустотный Изгнанник (роман)

|Обложка5=Файл:BrokenCity.jpg
|Название5=Третьего шанса не дают / No Third Chance (рассказ)
|Подпись5=Третьего шанса не дают (рассказ)
}}
{{Читаемое
|Обложка1=Файл:Silverskullsport.jpg
|Название1=Серебряные Черепа: Предзнаменования / Silver Skulls: Portents (роман)
|Подпись1=Серебряные Черепа: Предзнаменования (роман)

|Обложка2=Файл:Fulgrim The Perfect Son.jpg
|Название2=Фулгрим: Совершенный сын / Fulgrim: The Perfect Son (роман)
|Подпись2=Фулгрим: Совершенный сын (роман)

|Обложка3=Файл:81DXqZTcZJL. SL1500 .jpg
|Название3=Железное королевство / The Iron Kingdom (роман)
|Подпись3=Железное королевство (роман)

|Обложка4=Файл:81oZS5bWxLL. SL1500 .jpg
|Название4=Осада Вракса / Siege of Vraks (роман)
|Подпись4=Осада Вракса (роман)

|Обложка5=Файл:Necr10th.jpg
|Название5=Кодекс: Некроны (10 редакция) / Codex: Necrons (10th edition) (кодекс)
|Подпись5=Кодекс: Некроны (10 редакция) (кодекс)
}}

Белые Шрамы (First Founding) (статья)

2026-03-26T14:50:30Z

Shaseer: Новая страница: «{{В процессе |Сейчас = 1 |Всего = ? }} {{Книга |Обложка =WS_FF.png |Описание обложки = |Автор...»

{{В процессе
|Сейчас = 1
|Всего = ?
}}
{{Книга
|Обложка =WS_FF.png
|Описание обложки =
|Автор =Каллум Дэвис / Callum Davis
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Shaseer
|Редактор =
|Издательство =Black Library
|Серия книг =
|Сборник =[[Первое основание / First Founding (сборник)|Первое основание / First Founding]]
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания = 2023
}}
'''Орден:''' Белые Шрамы

'''Номер легиона:''' V

'''Примарх:''' Джагатай-хан, Хан ханов, Каган, Боевой Ястреб

'''Действующий магистр ордена:''' великий хан Джубал-хан

'''Родной мир:''' Чогорис (в имперских записях также обозначенный как Мундус Планус)

'''Отличительные черты:''' сильная духовная связь с родным миром и его народами, благородные увлечения

'''Примечательные ордены-наследники:''' Тёмные Охотники, Нефритовые Скорпионы, Воины-Богомолы, Буяны, Гневное Воинство

'''Боевая специализация:''' стратегия "ударил-отступил", сокрушительные наступления, мобильная война

'''Боевой клич:''' "За Хана и Императора!"

==Введение==
Белые Шрамы верно служат Империуму с момента его основания. Во время решающего сражения Ереси Хоруса они стояли на стенах Терры, а за невероятно долгую историю преданной службы одержали несчётное множество побед над врагами Императора и спасли бесчисленные миры от захвата чужаками, мутантами, предателями и еретиками. Но несмотря на это, их братство по-прежнему остаётся непонятным для всех прочих.

Так повелось ещё со времен Великого Крестового похода. Отчасти это объясняется крайне независимым нравом Белых Шрамов и безразличием к вниманию чужаков, проистекающими из их характера. Культура Чогориса, как и учения Джагатай-хана, оказывают значительное влияние на формирование этих черт.

Те, кто сталкивается с Белыми Шрамами, поначалу часто недооценивают их. Это происходит в том числе и из-за устрашающей внешности: воины ''орду''<ref>Хорчинский термин со значением "орден", хотя когда-то этим словом именовался весь V легион.</ref> ритуально шрамируют лица, несут знамёна из конских хвостов и отрубленных голов врагов, а также облачаются в меха искусной работы, подвески из конского волоса и чогорийские амулеты. Родным языком сыновей Кагана является хорчин (чогорийский), и на имперский готик они переходят только при необходимости.

Несмотря на внешний вид, воины Белых Шрамов не кровожадны. Методы ведения войн боевыми братьями ордена отличаются расчётливостью, и в них применяются непостижимые для многих тактики и стратегии. Однако их эффективность не вызывает сомнений. Кроме того, Белые Шрамы высококультурны и искушены в занятиях и дисциплинах, не связанных непосредственно с битвами и войнами. Эти «благородные увлечения», как называют их Белые Шрамы, включают в себя такие умения, как поэзия, каллиграфия, охота, философия, винокурение, стрельба из лука, сказительство, укрощение коней, горловое пение<ref>Самый распространённый вид которого называется ''хоомей.''</ref><ref group="прим. пер.">Хоомей - тувинское горловое пение.</ref>, обучение ''беркутов''<ref>Беркуты - это вид хищных птиц, обитающий на Чогорисе.</ref>, сочинение стихов ''цы''<ref group="прим. пер.">Цы - жанр китайской поэзии.</ref>, астрология, живопись, изготовление луков и оперения стрел, ткачество, оттачивание хорчина и многое другое. Белые Шрамы высоко ценят учёность и знания, и за тысячелетия накопили столько же мудрости, сколько и побед.

==Геральдика и униформа==
На доспехах и шлемах Белых Шрамов можно увидеть широкий спектр многозначных символов, значков, глифов, инсигний, геральдических символов и отметок. Все они происходят из традиций, легенд и истории Чогориса, а также имеют и прикладное значение на поле боя, обозначая номер отделения, боевую роль, звание и братство<ref>Белые Шрамы называют свои роты братствами, или ''минган'' на хорчине.</ref><ref group="прим. пер.">Как и в армии Монгольской империи, для обозначения боевых единиц Белые Шрамы используют числительные. Например, "арбан" (''искаж. монг.'' "десять", "десятеро") - это отделение. Слово "мянга" переводится с монгольского как "тысяча". Это показывает, что во времена Великого Крестового похода братства (роты) насчитывали не сотню, а тысячу (номинально) воинов.</ref> воина; особенно хорошо это заметно по остроконечным узорам в виде молний на наплечниках, поножах и наколенниках. Многие отметки имеют личный смысл и обозначают клятвы, данные воином, сражения, в которых он принимал участие, церемониальные титулы, срок службы и убийства. Другие же проистекают из суеверий.

Постороннему невозможно понять смысл этих символов. Иные столь эзотеричны, что даже если бы их и получилось перевести, то тому, кто не знаком с чогорийскими мифами и древнейшими легендами ордена, этот перевод показался бы бессмысленным. Среди изображений, которыми Белые Шрамы украшают свои доспехи, встречаются львы, опадающие листья, клинки, топоры, крылья хищных птиц, черепа, спицованные колёса, звёзды и полумесяцы. Один и тот же символ, нанесенный на разные части доспехов, может означать разные идеи, понятия, роли на поле боя или воспоминания. Кроме этого, Шрамы часто используют хорчинскую письменность. Вместо букв имперского высокого или низкого готика в ней используется невероятно сложные каллиграфические символы, каждый из которых напоминает лабиринт из расположенных под правильными углами и вписанных в идеальный квадрат линий<ref group="прим. пер.">По всей видимости, эта часть бэка основана на монгольском квадратном письме.</ref>.

Символ ордена имеет множество различных значений. Считается, что молния символизирует боевой стиль Белых Шрамов - стремительное и яростное низвержение, словно гром среди ясного неба<ref>Также считается, что это был личный символ самого Джагатай-хана.</ref>. Полоса на её фоне символизирует просторные небеса и равнины. В более широком смысле она означает свободу, а золотой цвет - её драгоценность. Её вогнутость символизиует тот факт, что другие всегда будут пытаться посягнуть на эту свободу, и что всегда нужно быть готовым сражаться за неё. Красная кайма символизирует пролитую в этой борьбе кровь, которая, по мнению Белых Шрамов, должна быть и будет вестись бесконечно. Среди других важных для Белых Шрамов символов - ''Улзы''<ref group="прим. пер.">Улзы́ - "Вечный узел" (или "Бесконечный узел"), традиционный монгольский символ.</ref>, узорчатый узел, представляющий то, что сыны Чогориса называют Вечным Лабиринтом, неотвратимостью судьбы; ''Модерг'хаан'' - Древо Знания, символизирующее то, как самое незначительное исследование может привести к получению огромного знания; ''Далэйовт'' - Травяной Океан, воплощающий бескрайние равнины Чогориса, означающий для чогорийцев свободу.

==Примечания==
<references />

==Примечания переводчика==
<references group="прим. пер." />

Файл:WS FF.png

2026-03-26T14:49:55Z

Shaseer:

Участник:Shaseer/Белые Шрамы (First Founding) (статья)

2026-03-26T14:40:53Z

Shaseer: /* Примечания переводчика */

{{Книга
|Обложка =
|Описание обложки =
|Автор =Каллум Дэвис / Callum Davis
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Shaseer
|Редактор =
|Издательство =Black Library
|Серия книг =
|Сборник =[[Первое основание / First Founding (сборник)|Первое основание / First Founding]]
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания = 2023
}}
'''Орден:''' Белые Шрамы

'''Номер легиона:''' V

'''Примарх:''' Джагатай-хан, Хан ханов, Каган, Боевой Ястреб

'''Действующий магистр ордена:''' великий хан Джубал-хан

'''Родной мир:''' Чогорис (в имперских записях также обозначенный как Мундус Планус)

'''Отличительные черты:''' сильная духовная связь с родным миром и его народами, благородные увлечения

'''Примечательные ордены-наследники:''' Тёмные Охотники, Нефритовые Скорпионы, Воины-Богомолы, Буяны, Гневное Воинство

'''Боевая специализация:''' стратегия "ударил-отступил", сокрушительные наступления, мобильная война

'''Боевой клич:''' "За Хана и Императора!"

==Введение==
Белые Шрамы верно служат Империуму с момента его основания. Во время решающего сражения Ереси Хоруса они стояли на стенах Терры, а за невероятно долгую историю преданной службы одержали несчётное множество побед над врагами Императора и спасли бесчисленные миры от захвата чужаками, мутантами, предателями и еретиками. Но несмотря на это, их братство по-прежнему остаётся непонятным для всех прочих.

Так повелось ещё со времен Великого Крестового похода. Отчасти это объясняется крайне независимым нравом Белых Шрамов и безразличием к вниманию чужаков, проистекающими из их характера. Культура Чогориса, как и учения Джагатай-хана, оказывают значительное влияние на формирование этих черт.

Те, кто сталкивается с Белыми Шрамами, поначалу часто недооценивают их. Это происходит в том числе и из-за устрашающей внешности: воины ''орду''<ref>Хорчинский термин со значением "орден", хотя когда-то этим словом именовался весь V легион.</ref> ритуально шрамируют лица, несут знамёна из конских хвостов и отрубленных голов врагов, а также облачаются в меха искусной работы, подвески из конского волоса и чогорийские амулеты. Родным языком сыновей Кагана является хорчин (чогорийский), и на имперский готик они переходят только при необходимости.

Несмотря на внешний вид, воины Белых Шрамов не кровожадны. Методы ведения войн боевыми братьями ордена отличаются расчётливостью, и в них применяются непостижимые для многих тактики и стратегии. Однако их эффективность не вызывает сомнений. Кроме того, Белые Шрамы высококультурны и искушены в занятиях и дисциплинах, не связанных непосредственно с битвами и войнами. Эти «благородные увлечения», как называют их Белые Шрамы, включают в себя такие умения, как поэзия, каллиграфия, охота, философия, винокурение, стрельба из лука, сказительство, укрощение коней, горловое пение<ref>Самый распространённый вид которого называется ''хоомей.''</ref><ref group="прим. пер.">Хоомей - тувинское горловое пение.</ref>, обучение ''беркутов''<ref>Беркуты - это вид хищных птиц, обитающий на Чогорисе.</ref>, сочинение стихов ''цы''<ref group="прим. пер.">Цы - жанр китайской поэзии.</ref>, астрология, живопись, изготовление луков и оперения стрел, ткачество, оттачивание хорчина и многое другое. Белые Шрамы высоко ценят учёность и знания, и за тысячелетия накопили столько же мудрости, сколько и побед.

==Геральдика и униформа==
На доспехах и шлемах Белых Шрамов можно увидеть широкий спектр многозначных символов, значков, глифов, инсигний, геральдических символов и отметок. Все они происходят из традиций, легенд и истории Чогориса, а также имеют и прикладное значение на поле боя, обозначая номер отделения, боевую роль, звание и братство<ref>Белые Шрамы называют свои роты братствами, или ''минган'' на хорчине.</ref><ref group="прим. пер.">Как и в армии Монгольской империи, для обозначения боевых единиц Белые Шрамы используют числительные. Например, "арбан" (''искаж. монг.'' "десять", "десятеро") - это отделение. Слово "мянга" переводится с монгольского как "тысяча". Это показывает, что во времена Великого Крестового похода братства (роты) насчитывали не сотню, а тысячу (номинально) воинов.</ref> воина; особенно хорошо это заметно по остроконечным узорам в виде молний на наплечниках, поножах и наколенниках. Многие отметки имеют личный смысл и обозначают клятвы, данные воином, сражения, в которых он принимал участие, церемониальные титулы, срок службы и убийства. Другие же проистекают из суеверий.

Постороннему невозможно понять смысл этих символов. Иные столь эзотеричны, что даже если бы их и получилось перевести, то тому, кто не знаком с чогорийскими мифами и древнейшими легендами ордена, этот перевод показался бы бессмысленным. Среди изображений, которыми Белые Шрамы украшают свои доспехи, встречаются львы, опадающие листья, клинки, топоры, крылья хищных птиц, черепа, спицованные колёса, звёзды и полумесяцы. Один и тот же символ, нанесенный на разные части доспехов, может означать разные идеи, понятия, роли на поле боя или воспоминания. Кроме этого, Шрамы часто используют хорчинскую письменность. Вместо букв имперского высокого или низкого готика в ней используется невероятно сложные каллиграфические символы, каждый из которых напоминает лабиринт из расположенных под правильными углами и вписанных в идеальный квадрат линий<ref group="прим. пер.">По всей видимости, эта часть бэка основана на монгольском квадратном письме.</ref>.

Символ ордена имеет множество различных значений. Считается, что молния символизирует боевой стиль Белых Шрамов - стремительное и яростное низвержение, словно гром среди ясного неба<ref>Также считается, что это был личный символ самого Джагатай-хана.</ref>. Полоса на её фоне символизирует просторные небеса и равнины. В более широком смысле она означает свободу, а золотой цвет - её драгоценность. Её вогнутость символизиует тот факт, что другие всегда будут пытаться посягнуть на эту свободу, и что всегда нужно быть готовым сражаться за неё. Красная кайма символизирует пролитую в этой борьбе кровь, которая, по мнению Белых Шрамов, должна быть и будет вестись бесконечно. Среди других важных для Белых Шрамов символов - Улзы<ref group="прим. пер.">Улзы́ - "Вечный узел" (или "Бесконечный узел"), традиционный монгольский символ.</ref>, узорчатый узел, представляющий то, что сыны Чогориса называют Вечным Лабиринтом, неотвратимостью судьбы. Модерг'хаан - Древо Знания, символизирующее то, как самое незначительное исследование может привести к получению огромного знания. Далэйовт - Травяной Океан, воплощающий бескрайние равнины Чогориса, означающий для чогорийцев свободу.

==Примечания==
<references />

==Примечания переводчика==
<references group="прим. пер." />

Шаблон:ЧитаемоеAoS

2026-03-03T02:34:28Z

Shaseer:

{{Читаемое
|Обложка1=Файл:Trollslayer cover.jpg
|Название1=Победитель троллей / Trollslayer (роман)
|Подпись1=Победитель троллей (роман)

|Обложка2=Файл:Nagash The Sorcerer cover ru.jpg
|Название2=Колдун Нагаш / Nagash the Sorcerer (роман)
|Подпись2=Колдун Нагаш (роман)

|Обложка3=Файл:BLPROCESSED-Dark-Harvest-Cover.jpg
|Название3=Тёмная жатва / Dark Harvest (роман)
|Подпись3=Тёмная жатва (роман)

|Обложка4=Файл:Kinslayer.jpg
|Название4=Убийца родичей / Kinslayer (роман)
|Подпись4=Убийца родичей (роман)

|Обложка5=Файл:Skavenslayer cover.jpg
|Название5=Истребитель скавенов / Skavenslayer (роман)
|Подпись5=Истребитель скавенов (роман)
}}

Шаблон:Читаемое40k

2026-03-03T02:29:14Z

Shaseer:

{{Читаемое
|Обложка1=Файл:81Fk2Lp9hIL. SL1500 .jpg
|Название1=Гробница мученицы / The Martyr’s Tomb (роман)
|Подпись1=Гробница мученицы (роман)

|Обложка2=Файл:81xO72pnzML. SL1500 .jpg
|Название2=Последний Клинок / The Remnant Blade (роман)
|Подпись2=Последний Клинок (роман)

|Обложка3=Файл:TitisC.jpg
|Название3=Пятьсот миров: Тит / 500 Worlds: Titus (кампания)
|Подпись3=Пятьсот миров: Тит (кампания)

|Обложка4=Файл:Void Exile.jpg
|Название4=Пустотный Изгнанник / Void Exile (роман)
|Подпись4=Пустотный Изгнанник (роман)

|Обложка5=Файл:81DXqZTcZJL. SL1500 .jpg
|Название5=Железное королевство / The Iron Kingdom (роман)
|Подпись5=Железное королевство (роман)
}}
{{Читаемое
|Обложка1=Файл:81oZS5bWxLL. SL1500 .jpg
|Название1=Осада Вракса / Siege of Vraks (роман)
|Подпись1=Осада Вракса (роман)

|Обложка2=Файл:Fulgrim The Perfect Son.jpg
|Название2=Фулгрим: Совершенный сын / Fulgrim: The Perfect Son (роман)
|Подпись2=Фулгрим: Совершенный сын (роман)

|Обложка3=Файл:Necr10th.jpg
|Название3=Кодекс: Некроны (10 редакция) / Codex: Necrons (10th edition) (кодекс)
|Подпись3=Кодекс: Некроны (10 редакция) (кодекс)

|Обложка4=Файл:817a2g5Jb1L. SL1500 .jpg
|Название4=Тень Восьмого / Shadow of the Eighth (роман)
|Подпись4=Тень Восьмого (роман)

|Обложка5=Файл:Silverskullsport.jpg
|Название5=Серебряные Черепа: Предзнаменования / Silver Skulls: Portents (роман)
|Подпись5=Серебряные Черепа: Предзнаменования (роман)
}}

Шаблон:ЧитаемоеЕресь

2026-03-03T02:25:59Z

Shaseer:

{{Читаемое
|Обложка1=Файл:81MaubkX0nL. SL1500 .jpg
|Название1=Резня в зоне высадки / Dropsite Massacre (роман)
|Подпись1=Резня в зоне высадки (роман)

|Обложка2=Файл:EndDeath3.jpg
|Название2=Конец и Смерть, Том 3 / The End and the Death, Volume III (роман)
|Подпись2=Конец и Смерть, Том 3 (роман)

|Обложка3=Файл:EndDeath2.jpg
|Название3=Конец и Смерть, Том 2 / The End and the Death, Volume II (роман)
|Подпись3=Конец и Смерть, Том 2 (роман)

|Обложка4=Файл:Eternity.jpg
|Название4=Отголоски вечности / Echoes of Eternity (роман) (перевод Д41Т)
|Подпись4=Отголоски вечности (роман)

|Обложка5=Файл:EndDeath.jpg
|Название5=Конец и Смерть, Том 1 / The End and the Death, Volume I (роман) (перевод Д41Т)
|Подпись5=Конец и Смерть, Том 1 (роман)
}}

Змий и Гидра / The Drake and the Hydra (рассказ)

2026-02-27T04:04:01Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =40k_hestanstory-aug08-filler1-fw86lp7f9u.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Shalliar
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =
|Сборник =
|Источник =Warhammer Community
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2025
}}
Стылый ветер с воем пронесся сквозь ущелье, терзая плащ Вулкана Ге'стана, отчего чешуйчатая накидка воина затрепыхалась, будто живая. Тени перед ним, тем временем, изрыгнули из себя поток нечленораздельно вопящих еретиков, не преминувших открыть огонь из своих автоматов. Тем не менее, их пули – по крайней мере, те, что не окончили свой путь в скалистых стенах ущелья, – лишь без вреда отскочили от его керамитового доспеха. Отвечая на бессловесный вызов, вокруг Отца Кузни выстроились бойцы отделения «Инфернус» в цветах Завета Огня, и спустя мгновение на пути культистов возникла стена из горящего прометия. Окутанные всепожирающим пламенем, обезумевшие еретики заголосили еще громче, и все же некоторые из них – самые крепкие, – несмотря на слезающую с костей плоть, сумели преодолеть преграду. Со смесью агонии и фанатичной ярости в глазах они ринулись в сторону космических десантников – лишь затем, чтобы закованные в керамит кулаки угомонили их навсегда.

Ге'стан шагнул прямо в пламя, не обращая внимания на треск обугленных костей под своими подошвами. Чудом выживший культист бросился ему наперерез, размахивая грубым ониксовым кинжалом, но Отец Кузни и его удостоил лишь оплеухи – коей, впрочем, оказалось достаточно для того, чтобы раздробить череп безумца и отбросить его ко стене впадины. Еще один умалишенный, не устрашенный смертью товарища, тоже попытался остановить Ге'стана, но спустя миг Саламандра продолжил свой путь, замешкавшись лишь потому, что ему пришлось стряхнуть с копья Вулкана обгоревшее корчащееся тело. Полчище еретиков наконец-то начало редеть, неспособное противостоять жару пожарища.

Ущелье впереди постепенно расширялось, а затем оканчивалось тупиком, где прямо в скалистой поверхности были вырезаны обсидиановые врата. Из них, расталкивая обезумевший скот, выскользнуло несколько темных фигур, и вскоре перед Ге'станом предстал лидер предателей. Серебряная окантовка его доспехов поблескивала в свете пылающего прометия, но на ладони космодесантника-еретика плясал огонек совсем иной природы. Полный заостренных зубов рот колдуна скривился в злобной ухмылке.

– Такой упорный, такой целеустремленный... – прошипел чернокнижник. – И все зазря... Вольное Пламя никогда не станет твоим. Владыка Змиев не вернется.

Ге'стан перешел на бег и перехватил копье Вулкана поудобнее, одновременно с этим призывая «Инфернус» следовать за ним. Космодесантники Хаоса открыли огонь, и двое боевых братьев Ге'стана рухнули наземь – неясно, раненые или убитые, – но Отец Кузни, защищенный Мантией Кесаря, даже не замедлился. Колдун, заметив это, направил на Вулкана свой посох, и из его навершия вырвались щупальца, сотканные из чуждых энергий. Приняв облик извивающегося многоголового змея, они обвили Саламандру, шипя и огрызаясь.

Отец Кузни напряг все свои силы и обратился ко всей сжигающей его изнутри ярости... И избавился от призванных псайкером адских оков. Кольца гидры рассеялись, неспособные устоять перед силой воли Огнерожденного, и по ущелью разнесся его победный рев.

Колдун нахмурился, без сомнения вспоминая очередное заклятье, а его телохранители вновь открыли огонь. На броне Ге'стана расцвели вспышки взрывов.

Десантники «Инфернус» отплатили им той же монетой.

Волна жидкого пламени обрушилась на предателей. Трансчеловеческая стойкость обернулась против них самих, когда прометий, неспособный убить космодесантников-еретиков с милосердной быстротой, проел гибкие сочленения доспехов и зажарил их прямо внутри собственной брони. Тем не менее, они продолжали стрелять до последнего, и повалились наземь, лишь когда воздух вокруг насквозь пропитался вонью горелого мяса. Из расколовшейся от жара брони вверх устремились струйки дыма и шальные искорки... Однако колдун, обожженный, но несломленный, остался стоять перед Вулканом, лишившись лишь окружавшей его нечестивой ауры – судя по всему, некоего оберега, что и спас его от ярости стихии.

Ге'стан немедленно бросился вперед, пронзая выжившего копьем Вулкана. Раскаленное острие рассекло броню, как масло, и поразило одно из пропитанных скверной сердец колдуна.

Еретик распахнул рот, так и не успев завершить свое заклинание, и рухнул наземь.

– Наконец-то мы можем обыскать это место, – пророкотал Отец Кузни, указывая в сторону врат. – Пусть ничто не ускользнет от вашего взора.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Саламандры]]

Бесстрастное железо / Cold Iron (рассказ)

2026-02-27T04:03:52Z

Shaseer:

{{Перевод ЧБ}}{{Книга
|Обложка =40k_varstory-oct09-filler2-tjhbkypfqp.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Valdez
|Редактор=Dark Apostle
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =
|Сборник =
|Источник =Warhammer Community
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2025
}}
Железный капитан Каанок Вар шагал по ничейной земле. Пули оркоидов со свистом проносились мимо, то и дело беспомощно рикошетя от его доспехов или вздымая комья грязи. Согласно когитаторному анализу Церебрекса, шанс любого из этих выстрелов нанести нечто большее, чем поверхностный урон, ему или шагавшим рядом терминаторам, составлял менее трёх десятых процента. Вар игнорировал вражеский огонь как тактически незначимый. Однако наглая дерзость врага раздувала дремлющее пламя ярости, сдерживаемой где-то в глубинах.

— Первая отметка, — произнёс Вар в вокс-бусину. Сигнал с треском разошёлся по коммуникационной сети ударной группы и достиг расчётов РСЗО «Вихрь», затаившихся за руинами нефтеперерабатывающего комплекса у капитана за спиной. Последовал залп. Экипажи — и Вар это знал наверняка — прекрасно понимали, насколько ему безразлично, что орочьи полчища всё ещё бились с остатками савларской пехоты. Сердобольные души могли бы сетовать на столь жестокую награду за труды имперских гвардейцев. Вар же полагал, что сражайся савларцы упорнее, они бы уже одержали победу в этом бою и его вмешательство не понадобилось бы вовсе. Когда первые боеголовки начали взрываться среди траншей, он отмёл эти мысли как отвлекающую ерунду.

В огне взрывов исчезали и люди, и орки. Горящие трупы глухо шлёпались о землю в радиусе десятков метров. Пока Вар со своими братьями-ветеранами втаптывали останки в грязь, по сторонам продвигались облачённые в чёрную броню отделения тяжелых заступников и танки «Гладиатор». Сервочереп Декструм передал железному капитану свою бинарную сводку: интенсивность орочьего огня снизилась на сорок шесть процентов.

Вар и его воины пересекли пылающие окопы. Каждому ксеносу, кто, невзирая на раны и пожирающий его огонь, ещё рвался в атаку, космодесантники вгоняли болт-заряды прямо в череп. Сквозь клубящуюся пелену дыма открылось новое зрелище: обрушившиеся развалины, утонувшие в грязи и обломках, а ровно в миле впереди — укреплённое святилище, его цель. Над захваченными стенами вздымались дикарские знамёна и шесты с трофеями, а в бойницах виднелись стволы грубо сделанных орудий.

Вар ощутил вспышку досады — и тут же её подавил. Астра Милитарум даже за пять дней не смогли пройти это жалкое расстояние и покончить с врагом. Теперь здесь он и его боевые братья. Святилище вернётся в руки Империума в течение часа.

Несколько больших орудий орков открыли огонь, швырнув потрескивающие сферы и ракетные залпы над головой Вара. Укреплённые ворота святилища распахнулись, и наружу вырвалась ревущая ватага мотоциклистов, открыв по Железным Рукам ураганную стрельбу. Железный капитан вскинул свою булаву, Аксиому, и отметил рунами первоочередные цели для штормболтера. Готовясь к бою, он не изменил своего размеренного шага.

— Вторая отметка, — приказал Вар. Железные Руки немедленно открыли огонь — с точностью, способной посрамить даже адептов Марса.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Железные Руки]]
[[Категория:Орки]]

Боевая зона: Дамнос / War Zone: Damnos (кампания)

2026-02-27T04:02:18Z

Shaseer:

{{Перевод Д41Т}}{{Файл
|Файл =Дамнос_1.0.pdf
}}
{{Книга
|Обложка =Damnos13.jpg
|Описание обложки =
|Автор =Фил Келли / Phil Kelly
|Переводчик =Desperado
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =Боевая зона Апокалипсиса / Apocalypse War Zone
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2013
}}
<html><div style="font-weight:bold; font-size:200% "><center>Боевая зона</center></div></html>

<html><div style="font-weight:bold; font-size:200% "><center>Дамнос</center></div></html>

<html><div style="font-weight:bold; font-size:200% "><center>973.М41/999.М41</center></div></html>

==Введение==

'''Во всём Империуме ведутся масштабные кампании по захвату важных планет и истреблению ненавистных врагов. Эти конфликты носят настолько судьбоносный характер, что меняют саму историю, и армии сражаются за победу на протяжении долгих лет, а иногда и десятилетий.'''

Названия некоторых подобных войн стали прочно ассоциироваться с невиданным уровнем разрушений, а такие планеты как Армагеддон, Медуза V, Дамнос, Скалатракс, Кадия и сама Терра входят в длинный перечень миров, переживших разорительные нашествия за десять тысяч лет существования Империума. Подобные кампании превращают планеты и целые звёздные системы в одну большую зону военных действий, где закалённые в боях жители не знают ничего другого, кроме смерти и разрушения.

В данной книге описана боевая зона Дамноса, однако здесь охвачен не только первоначальный инцидент, когда остатки второй роты Ультрадесанта вместе с немногими выжившими гражданскими отступили под натиском воскресших войск некронов, но и титаническое противостояние за контроль над планетой двадцать пять лет спустя, когда пять полных рот капитула под личным командованием Марнея Калгара вернулись за отмщением.

Космодесантникам предстоит столкнуться с объединенной мощью династий Саутех и Нигилах и их ужасающими боевыми машинами. Карательная операция крупных сил Ультрадесантников возвестит об абсолютном господстве Империума, разумеется, при условии, что им удастся справиться со многими загадочными противниками, что прячутся под снежным покровом Дамноса.

==Столкновение империй==

'''Холодный и обледенелый мир под названием Дамнос скрывает зловещую тайну в своих недрах. Людские поселенцы пробудили нечестивый ужас столь могучий, что даже вторая рота Ультрадесанта не смогла справиться с угрозой. Только полномасштабная война между Адептус Астартес и воинством некронов сможет вернуть человечеству веру в собственное превосходство.'''

===Дремлющая угроза===

Дамнос – покрытая льдом рудная планета на востоке сегментума Ультима – была заселена давным-давно во времена Великого крестового похода. Люди жили здесь почти десять тысяч лет, создавая поселения и рукотворные ущелья в слое вечной мерзлоты по мере того, как копали всё глубже в поисках природных богатств. Однако имперские колонисты были далеко не первыми, кто объявил Дамнос своей собственностью, ибо другая раса спала под покровом льда с незапамятных времён.

Термоядерные генераторы этого мира располагались прямо посреди руин древней цивилизации ксеносов. Первым признаком чьего-то иного присутствия под поверхностью планеты стала серия мощных подземных толчков в 274973. М41, когда произошли тектонические сдвиги, вызвавшие разрушения внутри ледяных шахтовых расщелин в коре планеты. В результате землетрясения все системы комплекса геотермальных электростанций в Мандос-Прайм претерпели ряд критических отказов.

Когда до священных машин каждой станции добрались ремонтные команды экзофабрикоторов и сервиторов, свет их фонарей озарил предметы и структуры неестественной формы с начертанными на них неизвестными рунами. За возможность забрать и исследовать подобные вещи, явленные из-за подземных толчков, некоторые фракции Империума готовы были бы отдать почти всё что угодно.

Как только разошлись слухи о находках, магос Карнак из Адептус Механикус быстро принял командование раскопками на себя. Его техножрецы взяли под контроль все работы по добыче полезных ископаемых, что велись на планете, и в итоге несколько ксенообразцов забрали в цитадель на Гёте-Майорис для изучения. Но к превеликому сожалению Механикус, им не удалось открыть загадочные порталы, вмерзшие в руины.

Однако вскоре техножрецы удовлетворили своё любопытство раз и навсегда.

[[Файл:2026-02-13 010808.jpg|800px|thumb|center]]

{{Врезка|'''Подземный мир'''

''Адептус Механикус широко известны тем, что отправляются в самые опасные места Галактики, где подвергаются такому риску, что даже у космодесантников кровь стынет в жилах. И все ради того, чтобы отыскать Стандартные шаблонные конструкции, которые лежат в основе всех имперских технологий и являются священным граалем в религии марсианских жрецов. Рабочие Дамноса ничего не предполагали ни о тех ужасах, которые они нечаянно пробудят по приказу Механикус, ни о том, что с лица планеты будет стёрта вся жизнь менее чем за год.''}}

===Горькая участь===

Сейсмическая активность была не более чем зловещим предвестником грядущей бойни. В 779973.М41 проснулись первоначальные жители Дамноса. По всей планете скелетообразные механические существа, известные как некроны, стали появляться из глубоких трещин и разломов в земле, оставленных смещением пластов. Численность чужаков ошеломляла. Все, кто видел их собственными глазами, осознавали, что они принесли смерть и только её.

Первыми пали колонии возле ледяных рудников. Чудовищные каноптековые пауки и рои скарабеев вырывались из тьмы, убивая напуганных шахтёров изумрудными гаусс-лучами и серебристыми когтями. Горстке рабочих удалось продержаться дольше остальных и добраться до ближайших поселений и мануфакторумов, но некроны неотступно следовали за ними.

За год большая часть гробничных комплексов Дамноса пробудились от безвременного сна. Фаланга за фалангой некроны плотными рядами выходили на морозный воздух, и казалось им нет числа. Силы планетарной обороны обнаружили, что столкнулись с настолько технологически продвинутым противником, что даже смерть ему не помеха. Что ещё хуже, ужасные штормы разыгрались над Дамнос-Прайм, и электромагнитные фантомы, что их сопровождали, делали невозможным отправку сигнала бедствия.

Обитателям Дамноса казалось, будто бури обладают неким собственным злобным разумом и специально собираются возле центров связи, сметая когитаторные устройства где бы ни включался канал связи для вокс-псалмов. Гвардия Ковчега, гарнизонные полки которой были размещены по всей планете, не питала надежд обрушить всю свою мощь на неприятеля, пока некроны глушащим саваном накрывали вокс-сеть. Всюду, где солдаты сталкивались с ксеносами, некроны при помощи своего жуткого техноколдовства превращали их танки в дымящиеся груды металлолома.

И хотя силы планетарной обороны сражались храбро, у них не было шансов выстоять в этой войне. Защитники Дамнос-Прайм систематично истреблялись в одном поселении за другим. За считанные месяцы на целом континенте стало тихо как в могиле.

===Парящий некрополь===

Шли недели, и жителям Дамнос-Секундус становилось ясно, что текущие события принимают форму планетарного масштаба. К счастью, Тиррейский океан отделял столичный город Келленпорт от угрозы восставших чужаков. Лорд-губернатор Арксис чуть не подавился амасеком, когда от офицеров морского флота, называемого Тиррейской Судосетью, поступило донесение о появлении крупного формирования из пирамидальных структур, пересекающего воды в направлении столицы.

Согласно отрывочным сообщениям Судосети, циклопические сооружения не плыли по волнам, а парили над ними. Военные машины чужаков летели разомкнутым строем, а пространство между ними патрулировали серповидные боевые корабли. Вокруг всего формирования – целого древнего города, каким-то образом вернувшегося к жизни – били зелёные молнии, которые уничтожали имперские суда, наблюдавшие за его продвижением. Ещё больше встревожила информация о засечённой энергетической сигнатуре внепространственной воронки, пульсирующей на дне Тиррейской бездны. Сам океан утекал по мере продвижения парящего города.

===Голоса в ночи===

Лорд-губернатор немедленно мобилизовал каждое доступное ему подразделение: Гвардия Ковчега, Валийские драгуны и Кадийские ударные части одновременно были приведены в полную боеготовность. Он вызвал имперский линкор ''«Нобилис»'' на геостационарную орбиту над Келленпортом, а сам отправился в личный командный бункер типа «Протей», перед этим приказав астропатам отправить запрос о помощи. Будучи психическим по природе, сигнал бедствия прошёл через глушащий саван и срезонировал в эфире. Не кто иной, как сам Тигурий, старший библиарий капитула Ультрадесанта, перехватил сообщение и передал его содержание капитану Сикарию из второй роты. Глубоко в космосе ударный крейсер ''«Месть Валина»'' взял курс на Дамнос.

Позднее на этой же неделе до главного населенного пункта Дамнос-Секундус дошла пикт-передача бойни в Галахейме. Это жуткое зрелище сопровождалось голограммой чужака, который на высоком готике отрывисто передавал страшное послание. Его содержание было предельно ясным. Мир принадлежал некронам, и они собирались безжалостно очистить с его поверхности все следы пребывания человечества.

{{Врезка|'''Династия Саутех'''

''Владыки Дамноса давно считают себя изгоями, но в действительности они по-прежнему формально входят в весьма могущественную династию Саутехов. Их союзники – лорды Нигилахов – держали соглашение с некронами-дамносианами долгие тысячелетия, что только укрепляло заблуждение последних в собственной независимости. Впрочем, интриги некронов мало заботили Ультрадесантников, вступивших с ними в битву – для космодесантников все они мерзкие ксеносы, которых необходимо судить как таковых.''

[[Файл:2026-02-13_010754.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|'''Наследие Дамноса'''

''Присутствие имперских поселенцев потревожило спокойный сон дамносианских некронов, разбудив их раньше, чем программы воскрешения успели завершить весь цикл. Как результат, энграммы их личностей сильно повредились, и разрушительное безумие, столь привычное для некронского рода, затронуло каждого представителя династии Саутех и всех нигилахских лордов.''

[[Файл:2026-02-13 010655.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|'''Обледенелые гробницы'''

''Под ледяной коркой Дамноса Адептус Механикус наткнулись не просто на ксеноартефакты, они нашли бесконечную сеть чужеродных сооружений. Доказательства существования под землёй комплекса гробниц обнаруживались везде, где бы глубоко ни копали дамносианские шахтёры и колонисты. Хотя это и осознали слишком поздно, Дамнос не был миром из естественных льда и камня, это был покрытый металлической оболочкой гигант, замерзший за несчётные тысячелетия. Любопытство Адептус Механикус, следивших за добычей полезных ископаемых, привело к пробуждению многочисленных стражей планеты.''

[[Файл:2026-02-13 010645.jpg|300px|thumb|center]]}}

===Осада Келленпорта===

Теперь, когда моральное состояние имперцев было особенно низким, некроны без труда проложили кровавую тропу через Дамнос-Секундус, пока наконец в 020974.М41 Келленпорт не был со всех сторон осажден. Отдельные фрагменты вокс-передач и отснятые пикт-черепами материалы указывали на то, что из-под слоя вечной мерзлоты поднялись громадные орудия-пилоны в форме полумесяца, каждый размером с жилблок, и стали непрерывно вести тяжёлый артобстрел зелёными лучами, пронзая небо. Всякий раз, когда имперские защитники бросали в бой танковые батальоны или оборудовали огневые точки с макро-пушками, ослепительные молнии гаусс-пилонов быстро с ними расправлялись. Более того, некронские воины оказались невероятно стойкими. Лазерный огонь едва ли наносил им ущерб, и они бесстрастно шагали сквозь огненные облака прометия без всякого для себя вреда. Но даже меткий выстрел, который, казалось бы, должен был вывести их из строя, не останавливал грозных механических солдат, они зачастую просто поднимались и снова присоединялись к битве, тем самым подрывая боевой дух имперских защитников настолько, что им трудно было сохранять сплочённость в своих рядах.

Разрываемое внутренними раздорами и паникой, население переполненного улья Аркона-сити было безжалостно истреблено всего за один день. Теперь лишь тонкая линия имперских гвардейцев отделяла некронские фаланги от Келленпорта.

Однако у Арксиса имелся козырь в рукаве. Когда некронское войско беспрецедентных размеров окружило столицу, имперский линкор ''«Нобилис»'' с орбиты планеты обрушил один залп мелта-торпед за другим, испепелив значительную часть армии чужаков на равнинах вокруг города. Каждый взрыв сопровождался громкими одобрительными возгласами солдат Имперской Гвардии и ополченцев, набранных из рудокопов, которые все ещё стояли на страже города.

Когда уже казалось, что ход битвы переломился в пользу людей, толстые копья изумрудного огня, выпущенные гаусс-пилонами некронов, пробили щиты ''«Нобилиса»'' и прошили его корпус насквозь. Взрыв варп-двигателя звездолёта превратил небо над Келленпортом в сводящий с ума калейдоскоп света.

Понадеявшись спастись в последнюю минуту, флотилия из разношерстных кораблей начала подготовку к старту в верфях Крастии. Но прежде чем суда отчалили, напали облаченные в человеческую плоть кошмары, которые восстали из земли, чтобы разорвать напуганных беженцев своими острыми как бритва когтями. А сам лорд-губернатор Арксис даже не успел добраться до дверей командного бункера, как рой гробничных конструкций некронов пробил брешь в убежище и растерзал его на части.

Уступающие числом и полностью лишенные боевого духа, выжившие защитники вверили свои души Императору и отступили во внутренний крепостной комплекс Келленпорта. Во всей этой суматохе никто не обратил внимания на синюю иконку, мигающую на гололите в кабинете Арксиса.

===Гром и ярость===

Ультрадесантники второй роты, узнавшие о бедственном положении Дамноса из астропатического сообщения, вышли из варпа в реальное пространство точно над осажденной планетой. Капитан Катон Сикарий приказал «Мести Валина» подлететь к Дамносу под прикрытием останков ''«Нобилиса»''. Это оказалось весьма мудрым решением, потому как некроны незамедлительно открыли огонь громадными лучами гаусс-энергии по прибывшему ударному крейсеру.

То, что корабль уцелел, является прямой заслугой рулевого «Мести». Однако плотность огня была такова, что ударный крейсер Космодесанта трижды содрогнулся от полученных попаданий. Последний гаусс-луч нанёс тяжёлые повреждения космолёту, но не ранее чем Ультрадесант успел сбросить на поверхность планеты свои десантные капсулы, которые подобно пылающим кометам прожгли небеса.

Орбитальная ударная группировка Сикария словно молот обрушилась на площади и бульвары Келленпорта и безошибочно провела развёртывание из десантных капсул по всем правилам Кодекса Астартес. Цепные мечи и тяжёлое оружие несли ярость Адептус Астартес фалангам некронов, но даже когда космодесантники объединились с остатками Имперской Гвардии, ксеносы не дрогнули перед их наступлением. Многие хорошие солдаты отдали свои жизни, прежде чем Космодесант в конце концов вырвал победу. И за всю кампанию такое случится не раз.

Адептус Астартес сражались каждым имеющимся оружием, испытывая свою выносливость в борьбе с лордами некронов, и обнаружили, что их чужеродные враги столь же беспощадны и неудержимы, как и они сами.

{{Врезка|[[Файл:2026-02-13 010713.jpg|800px|thumb|center]]

''Келленпорт был последним из городов Дамноса, что разрушили неисчислимые армии некронов, ровным строем вышагивавшие из-подо льда. Хотя имперские гвардейцы до последней капли крови бились с полчищами ксенозахватчиков, их безнадёжно превосходили во всём – фаланги монолитов разносили городские стены, а каноптековые рои неожиданно появлялись позади линии обороны, чтобы отрезать пути к отступлению.'' }}

Но Сикарий не уступал. Один за другим пилоны были выведены из строя или уничтожены, что позволило Ультрадесантникам высадить на поверхность планеты бронетехнику для усиления наземных войск. Капитан Сикарий лично расправился с дюжинами некронских налётчиков и в одиночку взорвал громадную боевую машину некронов удачно брошенной гранатой, хотя в конечном счете героические усилия 2-й роты едва ли хоть как-то замедлили продвижение чужих. На каждом театре войны Ультрадесантники сражались, чтобы просто задержать некронов.

===Судьба героя===

Капитан Сикарий как обычно вёл битву с передовой. Несмотря на своё мужество, он вскоре обнаружил, что все его атаки захлёбываются в неиссякаемом море врагов. Осознав тщетность попыток остановить марш скелетообразных вестников смерти, Сикарий решил выиграть время для своих людей, выступив вместе с командным отделением в качестве приманки. Он сумел пробиться к фаэрону, действующему как верховный главнокомандующий армии ксеносов, позолоченному некрону-гиганту, который называл себя Неумирающим. Выстрелом из плазменного пистолета Сикарий оторвал противнику челюсть, но чужак продолжил наступать. Они бились почти на равных, но необузданная мощь некронского предводителя стала решающим фактором. Его боевая коса глубоко вонзилась в тело капитана и оставила ужасную рану, что свалила Сикария.

С рыком, доносящимся из вокс-решёток, почтенный дредноут Агриппан бурей пронесся сквозь строй некронов, чтобы защитить тело павшего командира. Сокрушенный яростью бронированной громадины, властелин ксеносов исчез и вернулся во тьму личного склепа.

Без направляющей руки некронские легионы перешли к оборонительным протоколам; в таком состоянии их действия были предсказуемы, а реакция замедленной – эта существенная слабость привела к гибели сотен воинов. Бойцы Сикария отбили тело своего раненного лидера, отбросив армию ксеносов, а после, как и планировалось, отступили к месту эвакуации.

Сикарий впервые за свою службу почувствовал горечь поражения. Отважные силы арьергарда предоставили выжившим на планете время для отступления, и больше половины воинов второй роты полегло ради спасения нескольких тысяч беженцев. Этот незначительный успех обошёлся действительно дорого, ибо каждый космодесантник для Империума ценнее сотни простых людей, а Дамнос по-прежнему находился в руках у некронов.

{{Врезка|'''Герольд Страха'''

''Каждый из некронов-лордов, которые действовали как лейтенанты Неумирающего при Падении Дамноса, имел особый талант противостоять низшим расам. Герольд Страха подрывал боевой дух дамносиан, используя для этого трансляцию жутких образов и гололитическую пропаганду. Его лик мерцал в небе над Келленпортом во время завершающей стадии войны, и его слова эхом отдавались как в сознании поселенцев, так и космодесантников: «...гибель людей близится...», «...все старания напрасны...», «...оборонятся бесполезно...». Но невзирая на его ухищрения, лучшие сыны Империума продолжали сражаться.''

[[Файл:2026-02-13 010626.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|[[Файл:2026-02-13 010609.jpg|1000px|thumb|center]]

'''Антарон Хрон'''

''Командир «Гладиуса-2»''

''Дамнос, 999.М41''

Танковый командир Ультрадесанта по имени Антарон Хрон изначально воевал против некронских полчищ, управляя'' «Гордостью Талассара»'', «Лэндрейдером» модели «Терминус Ультра». Во главе специализированного формирования, которое принесло Антарону его почетный титул Копьё Макрагга, он со своим танковым эскадроном разбил столько боевых конструкций ксеносов, что сама тессерактовая темница в центре их строя обратила внимание на'' «Гордость Талассара» ''и взорвала её ослепляющим копьём энергии. Одному только Хрону удалось выжить, и пока вокруг бушевала битва, он сумел незаметно выползти из-под обломков. Спустя всего несколько минут он уже реквизировал ближайший «Лэндрейдер» –'' «Гладиус-2»'', показанный на рисунке – и присоединился к своему эскадрону к большой радости его боевых братьев. После этого Хрон до конца кампании на Дамносе лично подбил шесть некронских военных машин, а его эскадрон превратил в груду металлолома ещё десятки.}}

===Возвращение в бездну===

Падение Дамноса, пусть оно и стало одним из первых крупномасштабных конфликтов между некронами и Ультрадесантом, было далеко не единственным в своём роде. Воскрешение некронов стремительно шло по всему Империуму. Одна за другой планеты-гробницы пробуждались и начинали восстанавливать свою империю, сперва покоряя наглых поселенцев, что облюбовали суверенные земли некронов, а затем приступая к неумолимому и беспощадному нашествию в ближайшие миры и системы.

Вести о некронской угрозе разошлись повсюду, несмотря на все усилия инквизиции сохранить в тайне любую информацию о возрождении чужеродной цивилизации. Дело омрачалось ещё больше из-за того, что ксеносы были достаточно сильны, чтобы одерживать победы не только над Имперской Гвардией, но и над Адептус Астартес – сверх того, над самими Ультрадесантниками, – и этот факт подорвал веру граждан Империума в его военное превосходство.

До Терры наконец дошли отчёты о том, как некогда процветающие миры по всему сегментуму Ультима сдаются некронским захватчикам. Разгневанный их потерей генеральный фабрикатор Адептус Механикус объединил Верховных лордов в этот трудный час. Между ними воцарилось зловещее единство, какое редко можно было наблюдать за всю историю Империума. Все они считали, что кому-то необходимо подать пример, и для этой цели выбрали Ультрадесант. По их замыслу, космодесантники этого капитула должны были вернуться на Дамнос с крупными силами и раз и навсегда искоренить некронскую угрозу на планете. Только так вся Галактика усвоит урок, что никто, будь то демон, еретик или ксенос, не выстоит перед гневом Адептус Астартес.

Новости о планах Верховных лордов принесли в Ультрамар самые опытные ударные команды Караула Смерти, какие только мог предоставить Ордо Ксенос. Группу возглавляло отделение Лазария – подразделение, которое успешно дестабилизировало катакомбный мир Дедалон. Правители Терры верили, что специальные навыки бойцов Караула Смерти станут ключом к успеху операции. Более того, они понимали, что Ультрадесантники скорее поддадутся на просьбы других космодесантников, чем на уговоры чиновников Адептус Терра в богатых мантиях. По слухам, одним из сержантов Караула Смерти, прибывших в Ультрамар, был Давиан Имокл, старый товарищ Сикария, служивший с ним в одном отделении. Говорили, будто два друга нарушили ультрамарские протоколы, встретившись вместе до официального приёма.

{{Врезка|'''«Месть Валина»'''

''Ударный крейсер'' «Месть Валина» ''– самое грозное оружие в арсенале 2-й роты, оборудованное и защищённое по высочайшим стандартам своего класса. Корабль менее чем за одну минуту может провести выброску всех десантных капсул на борту.''

[[Файл:2026-02-13 010523.jpg|600px|thumb|center]]}}

Тем не менее прибытие Караула Смерти вызвало оживленную дискуссию в рядах Ультрадесанта, ибо нежданные гости превосходили любые имперские войска в деле нейтрализации и уничтожения ксенотварей.

Когда караульный капитан Лазарий донес до Марнея Калгара план Верховных лордов в идиллическом мире Гера, магистр капитула был совсем этому не рад. Калгар досконально изучил отчёт Сикария после прошлого инцидента на Дамносе и прекрасно понимал, что второй роте противостояла всего лишь незначительная часть могучей армии некронов. А в этот раз Ультрадесантникам предстоит столкнуться с полностью пробуждённой миром-гробницей, ощетинившейся некронскими оборонительными сооружениями.

Долгое время Калгара терзало беспокойство об истинном масштабе угрозы, скрывающейся подо льдами Дамноса. Магистр сознавал, что потеряет многие сотни отличных бойцов при отвоевании Дамноса, но выбор был ему очевиден. Ультрадесантники не смогли справиться с врагами в ходе Падения Дамносе, и эту неудачу требовалось исправить.

Хотя он и не желал этого принимать, но Калгар сердцем знал, что Верховные лорды правы. На карте стояло моральное состояние всего Империума. Долгом Ультрадесанта было довести битву, начатую десятилетия назад, до своего кровавого финала.

===Дети Дамноса===

Прошло двадцать пять долгих лет, прежде чем призрак Дамноса явился к Ультрадесантникам. Целое поколение для простых смертных и относительно небольшой промежуток времени в жизни космодесантника. После кампании на Дамносе 2-я рота одержала бесчисленное множество побед, но тяжёлое испытание на наводнённой ксеносами планете никто не забыл. Многие из Ультрадесантников, что сражались тогда, до сих пор жаждали отмщения.

И более всех Катон Сикарий. Страшная рана, оставленная ему некронским монархом у Келленпорта, давно зажила, но шрам на его гордости остался. Поэтому когда Марней Калгар объявил, что воины Ультрамара вернутся на Дамнос во главе большой армии и вторая рота отправится с ними, капитан Сикарий улыбнулся впервые за долгие десятилетия.

Тех поселенцев, что пережили Падение Дамноса, разместили на Таренте, агромире на краю Ультрамарской империи. Дамносиане начали новую жизнь и усердно трудились, чтобы стать полноправными гражданами этого огромного царства. Солдаты и шахтёры постарались забыть о своём прошлом, чтобы завести семьи и заняться иной работой; в этот период выросло целое поколение детей беженцев с Дамноса. Выжившие дамносиане своей отвагой и мужеством когда-то поразили воинов Ультрамара, и теперь их сыны и дочери трудились и тренировались изо всех сил, чтобы тоже завоевать уважение Адептус Астартес, наблюдающих за ними. Некоторые даже сумели доказать, что достаточно хороши, чтобы попасть в ряды Ультрадесантников – отделение 10-й роты, известное как Ледяные Когти, которое обучал сам Ториас Телион, целиком состояло из потомков дамносиан.

Марней Калгар всегда был мудрым и расчётливым правителем. Он понимал, что грядущая война будет идти не просто за очередную территорию Империума, а за саму его «душу», и потому дал семьям беженцев с ледяной планеты возможность сражаться за свой мир, который они были вынуждены покинуть. Почти все взрослые среди них записались в добровольцы. Для многих смелых переселенцев это была единственная надежда избавиться от страха перед механическими скелетами, что приходили за ними в кошмарах.

Имперская военная машина медленно, но верно стала набирать обороты. 1-я, 2-я, 3-я, 5-я и 6-я роты Ультрадесанта были отозваны из всех зон военных действий по всему сегментуму Ультима – всего прибыло более 500 космодесантников, чтобы их повёл в бой лично Калгар. Всю сохранившуюся информацию о Дамносе разобрали до мелких деталей, и в тренировочных клетках звон стали не прекращался днём и ночью. Говорили, что Катон Сикарий якобы тренировался столь усердно, что даже спал в зале, где стояли боевые клетки, и сражался с яростью одержимого.

Меньше чем за месяц все приготовления завершились. Вместо того чтобы выйти из варпа сразу на орбите Дамноса, величественный флот Ультрамара появился рядом с соседней планетой Утинос – гигантом из инертного газа с радиоактивным астероидным поясом. В очередной раз рулевые кораблей Ультрадесанта доказали своё мастерство. Имперские боевые звездолёты вошли в реальное пространство во внешних слоях газового гиганта, полностью сокрытые от кого-либо завихрениями охровых испарений.

{{Врезка|'''Бдительное око'''

''Марней Калгар лично отправил почтенного дредноута Агриппана сопровождать вторую роту в кампании на Дамносе. Без него капитана Сикария ни за что бы не вытащили живым. Старейший пожертвовал собой, чтобы дать своим братьям шанс эвакуироваться. Когда остатки второй роты улетали на борту десантно-штурмового «Громового ястреба», реактор Агриппана достиг критической отметки и взорвался, разрушив немалую часть Келленпорта и забрав с собой тысячи некронов.''

[[Файл:2026-02-13 010515.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|'''Геральдика капитана Сикария'''

''Левый наплечник доспеха Катона Сикария взят с силовой брони второго поколения, «Крестовый поход», которую носил капитан Орар во время Очищения.''

[[Файл:2026-02-13 010454.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|'''Знак за участие в кампании на Дамносе'''

''Хотя изначально его носили с большой гордостью, в истории Ультрадесанта было время, когда его считали дурным предзнаменованием.''

[[Файл:2026-02-13 010436.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|'''Львы Макрагга (Кампания на Дамносе)'''

[[Файл:2026-02-13 010415.jpg|800px|thumb|center]]

''Командное отделение Катона Сикария «Львы Макрагга» боролось с немыслимыми трудностями, следуя за своим лидером в сердце некронских боевых фаланг. Они отличились в ходе Падения Дамноса, но ещё большую славу снискали в войне, что последовала позднее.'' }}

===Уловка ради уловки===

Следующим делом Калгар приказал торпедным батареям ''«Виктрикса Ультра»'' взорвать несколько боеголовок макрокласса в поясе астероидов, чтобы сбить крупнейшие из них с орбиты планеты и послать в сторону Дамноса. Один за другим каменные глыбы покидали космическое пространство вокруг Утиноса. Медленно, с большой осторожностью флот Ультрадесанта летел за ними. Дамносианские криптеки, наблюдавшие за небесным феноменом, не смогли заметить электронные сигнатуры вражеской флотилии среди радиоактивного излучения камней. О событиях над Утиносом вскоре доложили вышестоящим представителям, но лорды некронов Дамноса были больше увлечены борьбой за власть и потому не обратили должного внимания на дождь из обломков астероидов, который вот-вот должен был начаться.

План атаки Калгара работал идеально. К тому моменту как некроны на поверхности заметили присутствие противников, военные корабли Ультрадесанта уже заняли позиции для запуска десантных капсул. Волна за волной модули раскалялись докрасна, когда входили в плотные слои атмосферы, мчась к земле Дамноса на сумасшедшей скорости. Полностью активная сеть пилонов внизу перехватила сотни несущихся десантных капсул и прошила небеса зелеными молниями, разбив множество посадочных аппаратов на тысячи частей. Пилоны имели данные о положении целей, записанные во время вторжения второй роты много лет назад, и потому их системы целенаведения успешно спрогнозировали схему десантирования.

Те немногие капсулы, что пробились через гаусс-паутину, врезались в поверхность Дамноса и раскрылись. Как оказалось, внутри были вовсе не космодесантники, а автоматические орудия. В тот же миг стало ясно, что это всего лишь отвлекающий манёвр. Из астероидного поля вынырнули четыре ударных крейсера: ''«Кулак Геры», «Клинок правосудия», «Талассарская буря»'' и ''«Лев Калта»'', и на всех порах поспешили встать на орбите к югу от Келленпорта. За считанные секунды, что прошли с того момента, как они покинули укрытие, боевые звездолёты сбросили из пусковых отсеков десантные капсулы, каждая из которых несла внутри отделение космодесантников.

Сети гаусс-пилонов не смогли вовремя сменить положение, чтобы перехватить настоящую армию вторжения Калгара. Когда посадочные корабли приземлились и открылись, сотни космодесантников развернулись в идеальный боевой порядок. Ударные команды Караула Смерти, вылезшие из чёрных десантных модулей в недрах некронского комплекса гробниц, отправились организовать диверсию против подкреплений ксеносов, которые направлялись окружить Ультрадесант. На ледяных равнинах Беленоса позади них массивные посадочные аппараты с грохотом опустили свои рампы и выпустили наружу полки Имперской Гвардии, жаждущие возмездия. Империум прибыл существенно подготовленным.

{{Врезка|'''Катон Сикарий'''

''Безупречный послужной список капитана Катона Сикария, чьё имя раньше считалось синонимом чистой победы во славу Макрагга, испортило поражение на Дамносе. От этого удара он до сих пор полностью не оправился. Все следы былого лёгкого нрава исчезли, теперь это был грубый и неприветливый человек, который в битве становился безрассудным и подвергал ненужному риску жизни вверенных ему солдат ради демонстрации собственной храбрости.''

''Только возвращение на Дамнос двадцать пять лет спустя позволило Сикарию избавиться от воспоминаний и предчувствий, что мучили его, – видений металлического бога, чьё мощное сердцебиение походило на землетрясение.''

[[Файл:2026-02-13 010406.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|'''Ударная команда Лазария'''

''Ударная команда Караула Смерти под командованием караульного капитана Лазария использовала бесценные антифазовые патроны, не дававшие погибшим некронам телепортироваться обратно в свои гробничные комплексы. Так имперские силы могли не сомневаться, что их враги останутся мёртвыми.'' }}

{{Врезка|'''Возвращение Ультрадесантников'''

[[Файл:2026-02-13 010315.jpg|600px|thumb|center]]

''Ультрадесант вернулся на Дамнос, собрав большую армию. Не меньше пяти целых рот высадились из десантных капсул в ходе штурма, который сотряс ледяную корку планеты.'' }}

{{Врезка|'''Вихревая граната «Нигилус»'''

''Омнисканеры Ультрадесантников выявили, что у сержанта Давиана Имокла имеется вихревая граната модели «Нигилус» – невероятно смертоносный имперский артефакт, способный схлопнуть реальность в локализованном, но крайне нестабильном поле. И именно это бесценное оружие сержант Имокл передал капитану Сикарию перед возвращением на Дамнос, зная, что эта граната поможет его давнему другу не только отомстить некронам, но и восстановить репутацию.''

[[Файл:2026-02-13 010328.jpg|300px|thumb|center]]}}

===Гнев некронов===

В центре гробничных комплексов, что окружали Келленпорт, изо льда освободились монолиты и циклопические обелиски и величаво поднялись в воздух. Постепенно парящий некронополь, который стер всю жизнь с лица Дамноса, вновь собирался воедино. Приведенный в полную боевую готовность комплекс из грозных военных машин с неумолимостью самой смерти плыл в направлении космодесантников. В небесах вопили «Гибельные косы», стараясь перехватить десантно-штурмовые «Громовые ястребы», помогавшие наземному штурму.

Серповидные истребители некронов сражались со сверхъестественной манёвренностью, вырывая целые куски из фюзеляжей вражеских самолётов своими энергетическими лучами. Хотя «Грозовые вороны» Ультрадесанта и вели ответный огонь, тем не менее три могучих боевых корабля космодесантников получили неисправимые повреждения. «Громового ястреба» под названием ''«Отмщение Улисса»'' развернуло на 180 градусов, и, прочертив в небе полосы маслянистого чёрного дыма, он рухнул прямо на разбегающихся внизу Ультрадесантников. При падении пострадало целых два отделения, но это ни на минуту не замедлило продвижение имперских войск. Невероятно, но нескольким космодесантникам, что были на борту «Отмщения» удалось выбраться из-под пылающих обломков, после чего они вернулись в стройные ряды своих братьев, израненные, но не сломленные. Остальная часть транспортов Ультрадесанта приземлилась и успешно выгрузила эскадроны «Хищников», «Охотников» и «Поборников» из своих бронированных чрев, пока когорты центурионов с пугающей точностью вели прикрывающий огонь.

Рота за ротой отделения Ультрадесантников занимали свои позиции возле пирамидального сооружения, обозначенного Калгаром как сердце некронской сети. Продвижение войск шло успешно, пока в пределах видимости не появился парящий город. Вокруг гигантского формирования ксеносов искрило поле зелёной энергии, рассеивая лазерные лучи эскадронов «Хищников» класса «Ассасин», которые испытывали его оборону. В ответ громовые разряды изумрудной молнии вырывались из кристаллов на вершине каждого монолита и ударяли в строй космодесантников, подбрасывая в воздух оторванные конечности.

Вскоре источник потрескивающей энергии стал известен, когда соединение некронов пересекло кряж. В центре строя гудела огромная шаровидная конструкция, разделённая на квадранты, между которыми били заряды энергии. Посередине сияла сфера ослепительного света, а внутри виднелись расплывчатые очертания гуманоида. Зелёные молнии, что сверкали вокруг некрополя, становились обжигающе яркими где бы ни касались извивающегося существа внутри сферы. Перед титаническим формированием показался силуэт возрожденного Неумирающего, ведущего своих верховных придворных на войну.

Калгару пришлось раскрыть карты раньше времени. Отправив сжатым лучом сообщение своим резервным войскам на орбите, он дал приказ провести орбитальную бомбардировку, сразу за которой последовала телепортационная атака половины 1-й роты. Битва принимала колоссальные масштабы.

Как глава библиариуса капитула, старший библиарий Тигурий сосредоточил внимание на пленённом существе и попытался понять работу мощных механизмов, что удерживали его. С кровавыми слезами на щеках библиарий всё же нашёл в себе силы, чтобы передать ментальное сообщение Марнею Калгару. Сияющая фигура внутри конструкции была физическим воплощением К’тан, звёздного бога, легенды, обретшей материальную форму и связанной против своей воли, чтобы питать энергией военные машины некронов. Требовалось во что бы то ни стало нейтрализовать это жуткое создание, ибо оно создавало защитное поле парящего некрополя и обладало таким могуществом, что могло обратить саму планету против Ультрадесантников.

===Непреодолимая сила===

Когда некроны фаланга за фалангой вышли из снегов, наземная война началась по-настоящему. «Вихри» давали залпы ракет большой дальности, а батареи пушек «Громобой» с грохотом посылали снаряды в некронов, приближающихся к имперским порядкам, сбивая с ног десятки роботов при каждом взрыве. По приказу магистра капитула всякий раз, когда некроны замертво падали в снег, тактические отделения Ультрадесанта подбирались к ним и вплотную расстреливали их из болтеров, чтобы удостовериться, что противник больше не встанет. Однако новые фаланги не переставали прибывать, круша под ногами тела павших.

Целая колонна некронских солдат вдруг замерла, получив некий беззвучный приказ, подняла свои гаусс-свежеватели и стала расстреливать ряды Ультрадесанта. Лучи снимали слои брони, сдирали плоть и стирали кость, пока некогда бравые космодесантники буквально не испарялись на морозном воздухе.

В ответ многочисленные штурмовые отделения и грохочущий кадр дредноутов врезались в плотный строй некронов. Цепные мечи и силовые кулаки разрезали кабели и крушили механические сочленения, вынудив чужаков забыть об огневой дисциплине и противостоять новой угрозе врукопашную. Сикарий бросился вперёд, чтобы помочь своим людям; число врагов становилось все больше, по мере того как новые ксеноконструкции поднимались изо льда. Пока верховный сюзерен пробивался через некронов-воинов, приближаясь к своим боевым братьям, голосящие своры освежеванных выбрались из слоя вечной мерзлоты и снизу пронзили неистовствующих космодесантников своими острыми как бритва когтями. Среди них проворно скакал жуткий металлический монстр со срезанной человеческой кожей, натянутой на каркас, который каждым ударом отшвыривал очередного штурмовика на десять футов. Сикарий устремился прямиком к этой твари, воздев свой Клинок Бури в грубом приветствии, прежде чем обменяться с ней серией молниеносно-быстрых ударов.

Южнее армии Ультрадесанта Тарентская Имперская Гвардия сильно проредила строй наступающих уничтожителей и «Могильных клинков», сопровождавших «Ковчеги духов», которые заходили космодесантникам с фланга. Снаряды боевых пушек взрывались посреди толп ксеносов, оглушая некронские орудийные конструкции и делая их лёгкими жертвами для рубиновых лучей лазерных пушек гвардейцев, что засели у опор высоковольтных линий возле ближайшей исследовательской станции. Грубые возгласы триумфа вскоре сменились душераздирающими криками, когда «Ночные косы» с помощью своих порталов переместили некронов-воинов в самую гущу имперцев. Это всё, что было нужно уничтожителям. Второй эшелон злобных механических чудовищ поднялся из снегов, чтобы истребить любых гвардейцев, кто осмелился бы выглянуть из бруствера.

===Безвыходное положение===

Где бы имперская армия ни наносила удар, некроны отвечали с убийственной жестокостью. Калгар чувствовал себя дуэлянтом, которого шаг за шагом загоняет в угол превосходящий противник. Логика ведения боя у некронов была непогрешимой; какой бы чужеродный разум ни управлял армией ксеносов, он предсказывал каждое движение Ультрадесантников и рушил все их детально спланированные операции.

В Кодексе Астартес много чего написано по теме столкновения с технологически продвинутым врагом, однако всякая уловка и любой ложный выпад врезались в непробиваемый щит логики, из-за чего людям постоянно приходилось сражаться за собственные жизни. Залпы плазменного огня и выстрелы мелта-орудий безвредно рассеивались в энергетическом поле вокруг парящего некрополя; каждый заряд и снаряд преждевременно взрывались, не достигая монолитов внутри строя. Крак-ракеты разносили зловещие конструкции Триархии на части, а уже через мгновение их светящиеся обломки собирались вместе. Ледяные иглы кольнули сердце магистра капитула, когда к нему пришло ужасное осознание, что некроны проанализировали боевую доктрину Ультрадесанта и выработали контрстратегию так же, как и сами люди в свою очередь досконально изучили методы ксеносов на основе данных прошлого конфликта. Единственный шанс выиграть заключался в том, чтобы сделать что-то неординарное.

{{Врезка|'''Ледяные Когти'''

''Об отваге и навыках непреклонных дамносианских защитников, входивших в так называемую Сотню, свидетельствует тот факт, что целое отделение 10-й роты Ультрадесанта набрано из их детей. Под бдительным взором Ториаса Телиона эти кандидаты оправдали возложенное на них доверие в Битве за некрополь, выведя из строя ключевой гаусс-пилон в некронской системе обороны. Некоторые считают, что без их подвига, войну бы не выиграли.''

[[Файл:2026-02-13 010247.jpg|300px|thumb|center]]}}

{{Врезка|'''Пилоны'''

''Громадные орудийные платформы в форме полумесяца, называемые пилонами, уничтожили множество десантных капсул типа «Ветер смерти», атака которых, по замыслу Калгара, предваряла главный штурм, однако ни один космодесантник не погиб – настоящий удар был уготовлен в другом месте.''

[[Файл:2026-02-13 010038.jpg|300px|thumb|center]]}}

Возвышавшийся над полем боя гаусс-пилон с шумом поворачивался в разные стороны, прицельно стреляя в небеса лучами изумрудного цвета и переходя от одной воздушной цели к другой, пока космодесантники на борту ударных крейсеров высоко на орбите старались помочь собратьям на земле.

Потоки гаусс-огня пронзали снежные вихри и с пугающей точностью сбивали «Грозовые когти» и «Громовых ястребов». За ветрами бури Калгар с трудом смог различить, как камуфлированное отделение скаутов 10-й роты, Ледяные Когти, взбирается по пилону и крепит мелта-бомбы к шарнирному соединению в основании движущейся части, а затем прячутся в глубоком снежном сугробе. Ослепительно яркий взрыв повредил приводы машины, и, когда возникший в результате энергетический импульс перегрузил систему энергоснабжения, неуправляемый гаусс-поток со страшным гулом забил в ночное небо.

===Щит расколот===

В этот трудный час у магистра родилась идея. Вместе со своей почётной стражей Калгар бросился к вышедшему из строя пилону, проделав путь через строй некронов-бессмертных, что встали на его защиту. Магистр сражал направо и налево, каждым ударом разбивая тела и головы ксеносов. Он буквально бурлил от гнева, решительно продвигаясь к гаусс-пилону.

Запрыгнув на металлическое основание неисправной машины, Калгар собрал все свои илы и стал толкать вверх серповидную конструкцию с орудием. Сервомоторы и гидравлические поршни протестующе завизжали, когда прославленные Перчатки Ультрамара оставили вмятины в поверхности из живого металла.

Стиснув зубы и плотно сжав веки, магистр капитула надавил так, что под коротко стрижеными волосами вздулись вены. Когда затрещали кости, он дико заревел от боли, но все-таки убедился, что орудие начало двигаться на своей опоре. Обжигающий гаусс-луч рассёк небеса над воюющими армиями. Затем медленно и непреклонно Калгар тянул на себя несущую конструкцию в виде полумесяца, пока луч не встретился с энергетической решеткой, что защищала парящий некрополь.

На короткий миг снежная буря стала невыносимо белой, когда мощный взрыв обратил в пыль всё в радиусе трёхсот метров вокруг. Авточувства космодесантников уберегли большинство из них от ослепления при вспышке, но тем, кто находился ближе остальных, повезло куда меньше – отделения Атрациана, Мелека и Триакаса испарились в мгновение ока вместе с целой фалангой некронов-воинов, с которыми они сражались. Энергетический щит, защищавший парящий некрополь, исчез, но что плохо – тессерактовая темница, которая находилась в самом его центре, отворилась.

[[Файл:2026-02-13_010024.jpg|1000px|thumb|center]]

==Полубог освободился==

Над армией некронов возвышалась гигантская крестообразная фигура из чистого света, остатки её энергетической клетки всё ещё горели вокруг. Когда существо ликующе заревело, обретя долгожданную свободу, нарастающий звук сбил на холодную землю и Ультрадесантников, и некронов. Шум становился громче и громче, пока кора планеты не стала трескаться под полубогом. Как только крик создания вошёл в резонансную частоту с поверхностью, трещины стали расщелинами, а расщелины превратились в бездонные пропасти, утянув сотни потрясённых некронов в холодный мир забвения. Тигурий послал Калгару ментальное предупреждение, что это существо было воплощением звёздного бога Иггра’ньи, Разрушителя Миров, который одной только силой мысли мог разломать всю планету и переделать её по своему усмотрению.

Парящий город остановился от мощного взрыва. В его сердце позолоченный некрон-владыка, известный как Неумирающий, гневно выкрикивал команды сияющей фигуре над ним, простерев руки в повелительном жесте. Раздался смех звёздного бога, похожий на звук столкнувшихся тектонических плит, и его когтистая рука сжалась в кулак. Земля вокруг Неумирающего разверзлась и превратилась в огромную руку, что раздавила некрона как жалкую букашку. Предводитель ксеносов испарился во вспышке белого света.

В самых недрах некронского гробничного комплекса выжившие члены отделения Лазария добрались до своей цели. Несколько мгновений назад Неумирающий телепортировался обратно в свой переплетённый кабелями саркофаг, что сейчас стоял прямо перед ними. К несчастью для некрона, Караульные Смерти заменили устройства оживления мелта-зарядами и энтропийными дестабилизаторами. Пронзительный крик эхом пронесся по склепу некронов, когда космодесантники предали забвению Неумирающего, разнеся его на составные атомы.

===Катастрофа и завоевание===

На поверхности планеты некронские войска дрогнули, потеряв своего повелителя и лишившись командной структуры в сердце армии. Звукогасители и оптические щиты оберегали Ультрадесантников от самых пагубных энергий К’тан, а катастрофические повреждения на поверхности Дамноса, который оставил Игрра’нья Формирователь Миров, космодесантники обходили за счет собственной ловкости. Отделения опустошителей и Имперской Гвардии, которые обозревали разыгравшуюся бойню с кряжа, уничтожили множество некронов, попытавшихся уйти от гнева К’тан, но битва казалась проигранной, когда богоподобное создание обратило свой взор на космодесантников. Комковатые кулаки из камня вырывались прямо из земли, хватали воинов в доспехах кобальтового цвета, отступающих к транспортам, и сжимали их как тюбик с пастой. Одно отделение за другим погибало от рук смеющегося полубога, пока он парил в воздухе.

Существо прошло мимо задыхающегося от напряжения Катона Сикария, который бился в личной схватке с закутанным в лохмотья из плоти некронским лордом. Царь-свежеватель с тревогой поднял голову, когда наконец заметил присутствие Игрра’ньи, и этой возможностью не преминул воспользоваться Сикарий, во время тренировок не раз обыгрывавший подобные ситуации. Капитан присел на одно колено, чтобы избежать сверкнувших когтей твари, и вертикально вонзил талассарский Клинок Бури в её туловище, сломав фазовые схемы, и тем самым обрёк стального демона на окончательную гибель.

В глазах всё плыло, но Сикарий воззвал к двадцати пяти годам злости и разочарования и направил эти чувства в последний рывок. Он отстегнул причудливую гранату, которую ему передал старый друг Имокл во время их тайной встречи, и стремглав понесся к К’тан. Отпрыгнув в сторону от протянувшихся к нему когтей освежеванных, капитан активировал вихревую гранату древней модели и бросил в существо. Рогатая голова Формирователя повернулась в его сторону с искаженным от гнева лицом, и Сикарий вдруг взмыл в воздух, схваченный гигантской каменной рукой. Когда похожие на тиски пальцы уже стали сжиматься, вихревая граната взорвалась. Кружащаяся сфера абсолютной пустоты вырвалась из устройства, и её неодолимая сила затянула К’тан в варп, прежде чем вихрь схлопнулся и исчез.

===Дамнос возвращён===

В тот момент, как Сикарий приземлился на ноги, битва была выиграна. Земные толчки, расходившиеся от неистовствующего К’тан, постепенно стихали. За следующие несколько дней Ультрадесантники уверенно расправились с остатками армии некронов и убедились, что никто из ксеносов не выжил. Пустые гробницы замуровывали и взрывали под чутким руководством Караула Смерти, и к тому времени как прибыл крупный контингент Адептус Механикус, все следы войны с некронами были стёрты или вывезены с планеты. Многие занятные предметы ксенотехнологии пропали в ходе повторной колонизации, но вкус победы был так сладок, что никто не придал этому особого значения. В конечном счёте некронам Дамноса нанесли поражение.

Калгар, очень многое узнавший о противнике в ходе кампании, собрал все сведения, что почерпнул на Дамносе, и записал их на инфосвиток, который передал магистрам капитулов Адептус Астартес. Эти бесценные данные были получены с большим трудом, и их распространение само по себе стало крупной стратегической победой. Население, спасенное Сикарием и второй ротой много лет назад, вернулось с Тарента на родную планету. Сыны и дочери, которые присоединились к Ультрадеснтникам в битве, расположились на Дамносе, чтобы приглядывать за жителями и обучать боевым навыкам. Медленно, но верно этот мир возвращался в имперское общество. Послание, медленно распространяемое по всему Империуму представителями Верховных лордов Терры, было предельно ясным для всех. Человечество сможет справиться с любым врагом, неважно, насколько опасным. Галактика принадлежит Человеку, и только ему.

==Войска некронов==

===Каноптековый рой===

''Каноптековые скарабеи прорывают ходы в коренной породе планеты со скоростью, на какую и близко не способны самые мощные бормашины Империума, причем тоннели достаточно широкие, чтобы там могли находиться каноптековые пауки и следить за работой. Таким способом можно без труда обойти стены неприступных бастионов и крепостей и атаковать противника с фланга. Единственным признаком приближения каноптекового роя является низкий гул приглушенного стрёкота, едва ли различимый за рёвом битвы. Стены внезапно рушатся и строения падают, когда под ними разверзается земля. Как только жужжание дорастает до оглушительного крещендо, открывается воронка и из неё тысячами вырываются маленькие скарабеи и гигантские каноптековые пауки, врезаясь в самую гущу врагов.''

===Двор царя-свежевателя===

''В далёком прошлом гибель Лланду'гора Свежевателя привела к заражению некронов ужасной болезнью. Сейчас уже не представляется возможным сказать, как много существует освежеванных, которые видят безумные сны о реках крови и натягивают на себя одеяния из содранной кожи. Подчиняясь диким инстинктам, освежеванные сплачиваются вокруг сильнейших из своего числа. Такие цари-свежеватели, как правило, страдают от губительного проклятия меньше других, и по большему счёту их личность остаётся незатронутой. И Сахтах Облаченный-в-плоть, судьбой связанный с царским двором Дамноса, относится как раз к одним из них. Вслед за ним из теней набрасываются другие освежеванные, которые, как и он, пребывают во власти собственного кровавого безумия. И когда они собираются вместе, их жажда плоти достигает новых вершин помешательства.''

===Смертонесущее звено «Гибельных кос»===

''Немногим, кто видел в битве смертонесущее звено, удалось выжить, чтобы поведать об этой встрече, но некоторые счастливцы рассказывают истории о лучах энергии толщиной с голову взрослого человека, которые разрезают броню как нож масло. За счет рационального программирования можно синхронизировать ведение огня из проекторов лучей смерти «Гибельных кос», чтобы создать трёхстороннюю клетку из испепеляющей энергии. В тех точках, где лучи соприкасаются, энерговолны лучей смерти резонируют друг с другом, экспоненциально повышая мощь гаусс-потоков.''

===Фаланга шествующих духов===

''Фаланги шествующих духов используется некронами, если требуется быстро захватить какой-нибудь участок на поле боя. Такие формирования добиваются наибольшей результативности только в полном составе, когда перекрывающие друг друга квантовые экраны усиливают друг друга. При обнаружении серьёзной угрозы активируются протоколы самопожертвования ближайшего из «Могильных клинков», что сопровождают «Ковчег духов» в битве, вследствие чего он несется по спирали навстречу выстрелу, спасая ценный ковчег от гнева противника. Формирование неизменно ведёт шагающий-в-эфире – рулевой «Ковчега духов», который видит географию карманных измерений так же ясно, как физический мир. С надлежащей подготовкой шагающий может пробить брешь в эти карманные измерения, позволяя войскам под его командованием обойти любых врагов, что стоят у них на пути.''

===Верховный двор Дамноса===

''После первой войны Ультрадесантники наивно полагали, будто уничтожили высшие эшелоны некронской власти на Дамносе. Они грубо ошиблись. Несмотря на мужество Сикария и козни архитектора Анха, благодаря рекорпорационным мерам предосторожности главных представителей знати, что стояли на краю забвения, вернули к жизни. Когда Ультрадесантники отступили, были сплетены новые тела, фрагменты сознания собраны вместе и разумы записаны на чистые энграммы. Верховный двор Дамноса существовал вновь. Первый среди знати – Неумирающий, гордый владыка, ставший жертвой проклятия Уничтожителя, которое постепенно сжимает свою хватку. Два его лучших лорда – Несущий Пустоту и Буревестник – только и мечтают о том, чтобы занять его место. А за всеми ними с беспристрастным чувством превосходства наблюдает криптек Анх, выжидая своего момента...''

===Воинство Красной Жатвы===

''Пусть уничтожители и безумны по всем критериям, нигилистическое помешательство ничуть не умаляет их навыков ведения войны. Любой выстрел гаусс-огня скоординирован с действиями следующего уничтожителя в строю, каждый залп сливается в единый поток энергетических импульсов, который сметает руины и скалы, стирая в порошок любых созданий, настолько жалких, чтобы прятаться в тенях. Если того требуют обстоятельства, уничтожители могут перейти к другим моделям ведения планового огня, создавая смертельные клетки из гаусс-энергии, или увеличить мощность лучей, которые в таком режиме пробивают «Разящий клинок» насквозь. Так продолжается до тех пор, пока с уничтожителями не расправятся или пока они сами не истребят всех противников. Об отступлении для них не может и речи – ничто и никто не устоит перед их неуклонным продвижением, кроме разве что самого забвения.''

===Фаланга триархических законников===

''Когда паразиты из числа низших рас дают себе волю, требуется провести основательную чистку, зачастую в масштабах всей планеты. Тогда верховные вершители, направляющие триархических преторианцев в их деле, вскрывают древние склепы и достают сферу апофеоза. Сфера апофеоза схожа по действию со сферой воскрешения, но значительно превосходит её по размерам и эффективности. Пока действует сфера апофеоза, находящиеся рядом с ней преторианцы могут использовать её мощь, наполняя себя и своё оружие свежей энергией и восстанавливая повреждения. Триархические преторианцы уже сами по себе являются грозными воинами, но наличие сферы апофеоза превращает их наступление в практически неостановимый крестовый поход забвения. Лишь разбив триархического охотника, на чьей контрольной панели покоится сфера, противник смеет рассчитывать на победу...''

===Пилон===

''Пилоны – это громадные стационарные орудия, составляющие часть внешних оборонительных сооружений мира-гробницы. Они черпают энергию из силовых матриц, сокрытых глубоко в коре планеты, и затем выпускают её либо в виде непрерывного, сильно сфокусированного пучка частиц, либо в виде дугового дисперсного потока гаусс-энергии. Пучок частиц смертельно опасен для бронированных целей, и каждый такой луч с пугающей простотой способен пробить броню титана. Что страшнее, продвинутая система целенаведения внутри оболочки из живого металла позволяет этому лучу сбивать в небе даже сверхзвуковые самолёты. Вторичный режим стрельбы пилона – ведение огня тяжёлым дуговым потоком – используется для защиты и в первую очередь полезен, чтобы выкашивать орды легкобронированных атакующих с близкого расстояния.''

===Перемещательное звено===

''Действуя согласованно, звено «Ночных кос» объединяет мощь своих проекторов червоточины для создания временного гиперпространственного коридора. Такие явления сравнительно скоротечны и к тому же крайне нестабильны. Прохождение тоннеля занимает всего мгновение, но это сопряжено с немалым риском, ибо внутри подобных структур не действуют законы физики. Некроны переносят такое путешествие куда проще живых созданий, потому как их металлические тела лучше подходят для сопротивления негативному воздействию силы. Соответственно, когда «Ночные косы» поднимаются в небо, атакующие эшелоны некронов могут передислоцироваться за считанные секунды и без труда пройти за главную линию фронта.''

<center>***</center>

''«Контакт с инопланетными расами всегда возрождает чью-либо веру в человечество, ибо я искренне верю, что встречи с труднопостижимым как ни что другое развивают узколобость».''

::::::::::приписывается Хелему Босху

[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Ультрадесант]]
[[Категория:Некроны]]

Рыцарские дома Молеха (статья)

2026-02-27T04:02:16Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =Molech11.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Переводчик =Luminor
|Издательство =Forge World
|Серия книг =Адептус Титаникус / Adeptus Titanicus
|Сборник =[[Гибель Молеха / The Doom of Molech (сборник)|Гибель Молеха / The Doom of Molech]]
|Предыдущая книга =
|Год издания =2019
}}
''«Мы – сыновья и дочери Молеха, его лучшие дети и величайшие граждане. Всё это налагает на нас бремя править людьми нашего мира и направлять их своим примером, ибо не может быть душ добрее и праведнее, чем те, что собрались здесь сегодня».''

::::::::::Киприан Девайн, сенешаль дома Девайн, в обращении к собранию верховных отпрысков, 998.М30

Когда Император отправился в Великий крестовый поход, Он приступил к сложнейшей задаче по объединению громадного количества человеческих сообществ, живущих в различных уголках Галактики. Среди этих заново обнаруженных детей Терры были и рыцарские миры – чудесные феодальные королевства, сумевшие пережить эпоху Раздора. Эти планеты, зачастую – изолированные владения на фронтире или домены, связанные с соседними мирами-кузницами, отличались большим разнообразием древних рыцарских доспехов. Эти эзотерические артефакты во многом напоминали титанов, хотя и управлялись одним-единственным отважным человеком. За минувшие столетия рыцарские миры превратились в феодальные королевства, чьё население возвело отпрысков-владельцев рыцарей в ранг знати и присягнуло им на верность.

К тому времени, как Империум вернул под своё крыло планету Молех, её правящая элита состояла из более чем дюжины рыцарских домов. Молех, некогда в изобилии населённый опасными дикими зверями мир, во многом обязан выживанием своей цивилизации именно местным рыцарским домам – только их воители оказались достаточно сильны, чтобы защитить поселенцев. Спустя столетия эти рыцарские дома по-прежнему стояли на страже безопасности городов Молеха, хотя угроза со стороны местных чудовищных зверей в значительной степени уменьшилась. Среди этих домов семеро обладали достаточным количеством отпрысков и рыцарских доспехов, чтобы выставить в бой значительные силы, а один из них, дом Девайн, носил титул верховного дома Молеха, чей сенешаль был фактическим правителем родного мира. Хотя рыцарские дома занимались политикой и даже сражались между собой, когда на турнирах, а когда и ради улаживания вопросов чести, все они преклонили колени перед верховным домом. Однако после того, как Девайны обратились к предательству, эта древняя система оказалась разрушена, и другие рыцарские дома Молеха быстро выступили против своего стародавнего феодала и повелителя.

===Возвышение рыцарских домов===

Подобно бесчисленным колонистам человеческой расы, отправленным в космос в эпоху Экспансии, поселенцы Молеха должны были уметь позаботиться о себе самостоятельно. Расстояния между цивилизациями были настолько невообразимо огромными, а владения человечества – настолько разбросанными, что помощь приходила к поселенцам лишь спустя годы, если приходила вообще. В это время самодостаточности и возвысились первые рыцарские дома, состоящие из мужчин и женщин, готовых противостоять тьме и высечь себе новый дом из отдалённой скалы, на которую их забросила судьба.

===Время чудовищ===

Наибольшую угрозу для молодой колонии на Молехе, вне всяких сомнений, представляла местная макрофауна, в изобилии населяющая планетарные континенты. И нигде эти исполинские чудовища не встречались в большем количестве, чем на Молечари – главном материке планеты, где располагались самые богатые сельскохозяйственные угодья и наиболее легкодоступные месторождения полезных ископаемых. В те первые, исключительно мрачные годы колонистам приходилось выживать внутри потрёпанных корпусов своих космических кораблей, превращая сельскохозяйственный инвентарь и горнодобывающие автоматы в импровизированное оружие для сдерживания постоянных нападений хищников. Только те поселения, которым посчастливилось располагать небольшим отрядом рыцарских доспехов, смогли хоть как-то развиться за это время, и таким образом в Западных Пределах, Тазкхарских степях и уединённых уголках полуострова Энатеп укоренились первые рыцарские дома.

Несмотря на полноценные крестовые походы в дикие чащи для истребления чудовищных зверей, популяции ажджархидов<ref>В романе «[[Мстительный Дух / Vengeful Spirit (роман)|Мстительный дух / Vengeful Spirit]]» описываются как «громадные нелетающие птицы с огромной шеей и крокодильим клювом»; согласно рассказу «[[Возлюбленная супруга / The Devine Adoratrice (рассказ)|Возлюбленная супруга / The Devine Adoratrice]]», шея взрослого ажджархида возвышается над телом метра на четыре. В реальном мире аждархиды – семейство крупных птерозавров Позднемеловой эпохи (100,5 – 66 млн. лет назад), в число которых входили кетцалькоатли, хацегоптериксы и амбургианы – крупнейшие представители своего рода.</ref>, эвгоргонов, горзуларов, маллагр<ref>Маллагры – обезьяноподобные твари, обитающие в основном в горных лесах Унтара. Отличаются семиметровым ростом (в редких случаях встречаются монстры ростом до десяти метров), длинными передними конечностями с абсурдно развитой мускулатурой, закованной в защитный хитин конической головой со жвалами, щупальцами и акульей пастью, а также шестью глазами. По праву считается опаснейшим наземным хищником Молеха.</ref> и бесчисленных других смертоносных видов продолжали процветать. Именно в это время крови и тьмы возвысился первый Верховный король. Архебрик Торманд, первый из дома Торманд, основал город Луперкалия, известный в те годы как Архимага. Собрав вместе отпрысков каждого из крупных поселений Молеха, он создал первый настоящий союз домов. Эти отпрыски и их рыцарские доспехи должны были существовать исключительно ради защиты жителей Молеха, и наградой за их служение стало наивысшее положение среди всех граждан этого мира.

===Падение Верховного короля===

На протяжении столетий правление Верховных королей дома Торманд поддерживало мир на Молехе. Благодаря длительному покорению своего мира Верховный король сохранял баланс между домами и обеспечивал процветание для всех. В целом, угрозу со стороны чудовищ удалось сдержать, а кое-где – даже полностью избавиться от неё; макрофауну оттеснили в джунгли или же горы, а поставленные следить за границами бдительные стражи зорко следили за любыми признаками потенциальных вторжений в будущем. Отпрыски и их рыцарские доспехи получали лучшее обучение и ресурсы, и то, что на заре своего существования было не более чем собранием воинов-одиночек, превратилось в грозную боевую силу. Каждый год рыцарские дома и их лорды собирались в Архимаге, дабы обновить свои клятвы верности и проверить боевые навыки. Кроме того, подобные встречи служили также и форумом для домов, где они могли уладить свои разногласия, и со временем обмен знаниями и прохождение испытаний трансформировались в Великий турнир Молеха.

Из более чем дюжины крупных рыцарских домов, ежегодно посещающих Великий турнир Архимаги, дикий дом Тазкхар и коварный дом Девайн стремились заполучить мантию Верховного короля. До сей поры богатства дома Торманд и долгая война по истреблению макрофауны не оставляли никаких сомнений в абсолютной власти повелителя всей планеты. Однако как только жители Молечари стали предаваться самоуспокоению, а дом Торманд – воспринимать клятвы своих вассалов как должное, оба дома сделали свой ход. Во время ежегодного турнира Харнак Джор, владыка дома Тазкхар, вызвал Верховного короля Архетора Торманда на поединок. Он не знал, что убийцы из дома Девайн предусмотрительно отравили командный трон Архетора ядом наг, в результате чего верховный король рухнул и скончался прямо во время поединка. Однако победа Джора над Верховным королём оставалась недолгой, поскольку Девайны незамедлительно раскрыли факт отравления и обвинили соперника в измене. Это событие разделило рыцарские дома Молеха за один-единственный кровавый день, и под угрозой войны все они отступили в свои владения. С уходом всех остальных домов рыцарский дом Девайн позаботился о том, чтобы дом Торманд больше не сумел воспрянуть, стремительно и безжалостно положив конец всему роду Архетора.

===Возвышение Змеиного бога===

На протяжении десятилетий рыцарские дома оставались в принадлежащих им регионах Молеха. В отсутствие направляющей длани Верховного короля рыцари позволили местной макрофауне снова расплодиться, и жители планеты отчаялись, что их мир может исчезнуть из истории из-за высокомерия рыцарских домов. Разумеется, дом Девайн не собирался этого допустить. Возглавив разрушенные союзы царства Верховного короля, Девайны приступили к созданию новых методов контроля для захвата власти. Манипулируя суевериями жителей Молеха, многие из которых уже начали поклоняться макрофауне как мстительным богам, лорды дома Девайн породили Змеиный культ. Подобно медленно действующему яду, этот культ проник в Молечари и его города, наращивая своё влияние до тех пор, пока Девайны не были готовы явить себя как верховный дом, приняв мантию первого среди отпрысков Молеха. В свою очередь, дом Тазкхар, всё ещё шокированный смертью последнего Верховного короля, оказался не в состоянии собрать союзников, чтобы остановить Девайнов – хотя и не скрывал своего негодования.

К тому времени, как Империум ступил на землю Молеха, дом Девайн всё ещё продолжал бороться с недоверием и непокорством других рыцарских домов. Приход новой силы Девайны восприняли не как угрозу, но как возможность окончательно закрепить собственную власть. С признанием со стороны Империума любые вызовы их первенству оказались подавлены, и хотя Змеиный культ был загнан в подполье, дом Девайн оставался бесспорным хозяином Молеха.

==Дом Девайн==

Дом Девайн начал своё погружение в упадок и безумие задолго до падения магистра войны на Давине и ужасов Исствана III. На протяжении столетий он занимал положение верховного дома рыцарского мира Молех, его сенешали правили всей планетой из шпилей цитадели Рассвета, однако в то же время скрывали тёмные секреты. Более чем вековая власть Империума над Молехом в значительной степени искоренила суеверные обычаи его народа, среди которых центральное место занимало поклонение автохтонному Змеиному богу – примитивному божеству-наге, олицетворяющему излишества и мщение. Распространение Имперской истины сумело разве что загнать культы Змеиного бога в подполье и в объятия их древних покровителей из дома Девайн. В прежние времена Девайны служили сенешалями Верховного короля Молеха, считались легендарными первыми отпрысками рыцарского мира и не знали себе равных в чести и храбрости. Однако как только родословная Верховного короля оказалась прервана, а его рыцарское воинство распалось, путешествие Девайнов во тьму началось по-настоящему. Кое-кто – разумеется, вдали от ушей членов правящего дома – утверждает, будто бы предки Девайнов, уже в те времена извращённые Змеиным богом, приложили руку к исчезновению кровной линии Верховного короля. Не случайно дом Девайн объявил своей собственностью Западные пределы вместе с тем, что впоследствии станет городом Луперкалия, и надел мантию верховного дома задолго до того, как Империум признал Девайнов в качестве правителей Молеха и утвердил их владетельские права.

Несмотря на всю отраву, гнившую в самом сердце рыцарского дома, внешне он сохранял образ благородства и чести. В действительности же последний истинный сенешаль дома, Киприан Девайн, мало что знал об интригах, что плели его супруга и второй сын во имя Змеиного бога. Возможно, будь он осведомлён о происходящем несколько получше, судьба его дома была бы иной, хотя – подобно многим своим ровесникам – патриарх Девайнов был ослеплён традициями и собственным напыщенным чувством праведности. В конечном итоге именно невежество Киприана стало причиной его гибели от руки собственного сына Рэвена, тем самым способствовав склонению Девайнов не только к запретным практикам, но и к последующему предательству.

По иронии судьбы, когда дом Девайн встал на сторону мятежников во время битвы за Луперкалию и уничтожил титан типа «Император» из Легио Круциус, именуемый «Идеалом Терры», вовсе не Рэвен пилотировал свой рыцарский доспех «Бич погибели», а первенец Киприана – Альбард, когда-то бывший столь же могучим и добродетельным мужем, как и его отец. В результате произошедшего десятилетия назад коварного заговора Рэвена и его матери, Альбард оказался отвергнут своей рыцарской бронёй, и с тех пор стал бормочущей развалиной, удерживаемой в заточении и терпевшей регулярные издевательства и пытки со стороны своих сводных родственников. Во время вторжения магистра войны Альбард наконец-то сумел вырваться из плена, восстановив своё право первородства и прикончив сводного брата, после чего стал последним пилотом «Бича погибели». Однако как только Альбард объединил свой сломленный разум с рыцарскими доспехами, его поглотила скверна, посеянная в них Рэвеном и Тёмными богами.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Змеепоклонник'''

''Сенешаль является тайным участником запретного Змеиного культа – его личность исказилась, а отвага возросла благодаря мрачным и пугающим ритуалам.''

'''Горделивый охотник'''

''Сенешаля привлекает слава, даруемая убийством, и он не может сопротивляться возможности прикончить самую крупную и впечатляющую добычу.''

'''Старая гвардия'''

''Сенешаль издавна входил в состав ближайшего окружения Киприана Девайна и остаётся упрямым приверженцем своего долга и традиций дома Девайн, чего бы это ни стоило.''

[[Файл:Molech21.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Церастус-Улан» дома Девайн'''

''«Гибельный огонь»''

Окрашенный в цвета, принятые Девайнами после ратификации Империумом притязаний рыцарского дома на власть над Молехом, «Гибельный огонь» доблестно сражался в ходе первоначальной обороны Луперкалии. Когда же дом Девайн обратился против своих союзников, сей рыцарь действовал без колебаний, атаковав тех, кого прежде должен был защищать. Запечатлённый во время марша магистра войны на Терру, «Гибельный огонь» в скором времени превратился в воплощение бессмысленного декаданса, практикуемого домом Девайн. Поскольку излюбленной методикой действий рыцаря стали жестокие удары по лидерам других благородных домов, множество из них имеют давние счёты к «Гибельному огню» и его пилотам.

==Дом Донар<ref>Вероятнее всего, отсылка к одному из вариантов имени Тора, германо-скандинавского бога грома и молний, защитника богов и людей от великанов и различных чудовищ. По иронии судьбы в честь ирландского «коллеги» Тора-Донара, а именно Тараниса, назван другой прославленный рыцарский дом.</ref>==

Рыцарский двор Донар, также известный как дом Прецептора, был хранителем Западных пределов со времён Верховных королей. История дома гласит, что первые отпрыски Донаров произошли от Прецептора-Стража, лучшего мастера меча на службе Верховного короля. В те стародавние времена народ Молечари страдал от чудовищ Куша – гигантских монстров, которые нападали на разрозненные человеческие поселения в Западных пределах. Когда старый Верховный король ушёл из жизни, Прецептор отправился на восток, дабы сразиться с этими чудовищами. На окраине великих джунглей Куша он вонзил свой клинок в землю и поклялся, что покуда его дом существует, земли человечества будут защищены.

На протяжении столетий отпрыски дома Донар правили Западными пределами и Линией Прецептора – также известной как Общинная Черта<ref>Ориг. Preceptor Line, без альтернативных вариантов названия. В данном случае «Общинная Черта» упомянута ради сохранения преемственности перевода романа «Мстительный дух», ибо в тексте последнего автор не упоминает обстоятельств наименования данного сооружения, а в свете информации из настоящей книги требуется сохранение отсылки к статусу его творца и основателя рыцарского дома.</ref>. Эта древняя оборонительная стена, воздвигнутая против джунглей и их богатой фауны, тянулась на сотни километров от вершин плоскогорья Унтар на юге до известного своими штормами Лазурного побережья на севере. Вдоль всей стены возвышались сторожевые башни – бдительные часовые неустанно наблюдали за густыми джунглями, в то время как крепостные валы достаточных размеров, чтобы вместить рыцарские доспехи, служили огневыми позициями. Для дома Донар сам факт того, что стена продолжает стоять, а Западные пределы избавлены от присутствия чудовищных диких маллагр и других зверей, что когда-то обитали в глубине их земель, служил источником неиссякаемой гордости.

С годами дом Донар стал одним из ведущих охотничьих домов Молеха, зачастую соперничая с домом Девайн за славу величайших знатоков сего ремесла во время охоты на чудовищ, устраиваемой лордом Киприаном. Эта охота служила двойной цели: оттачивала навыки отпрысков и сокращала поголовье монстров, обитавших близ окраины Куша. Лорд Балморн Донар и его первенец, Робард Донар, сенешаль и лорд-наследник дома Донар соответственно, были первыми среди этих охотников. Они регулярно выходили из своей крепости на Линии Прецептора ради уничтожения гнёзд арканодонов или ксеносмилусов<ref>Ксеносмилусы – охотящиеся стаей монстры джунглей Молеха, напоминающие шипастую помесь саблезубого тигра с крокодилом. Отличаются мимикрирующей шерстью и неуёмным аппетитом к плоти, а также чудовищной силой – небольшая стая ксеносмилусов вполне в состоянии разорвать БТР «Носорог».</ref>, принося туши убитых тварей в свою крепость в качестве трофеев, ибо каждое подобное убийство выполняло древнюю клятву Прецептора-Стража.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Прецептор-Страж'''

''Сенешаль является прямым потомком древнего Прецептора, в связи с чем предъявляет к самому себе невероятно высокие требования.''

'''Ветеран Куша'''

''Сенешаль – ветеран множества экспедиций в глубины Куша, и теперь мало что способно остановить его или тех, кто сражается на его стороне.''

'''Убийца тварей'''

''Сенешалю доводилось убивать практически каждый из видов зверей, которые ходят, летают или ползают по джунглям Куша, а потому он точно знает, куда следует наносить смертельный удар.''

[[Файл:Molech31.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Квесторис-Странник» дома Донар'''

''«Давард»''

Отбросив всякую необходимость давать имена своим рыцарским доспехам, рыцари дома Донар отправлялись в бой под своими собственными именами. Запечатлённый незадолго до падения Линии Прецептора, «Давард» был восходящей фигурой в иерархии дома Донар. Известный успешными охотами даже на самых смертоносных чудовищ, в том числе и в тех случаях, когда все шансы были против него, Давард в конечном счёте сумел сбежать с Молеха после его падения и предложить свои услуги в качестве Вольного Клинка. В его личной геральдике черепа, традиционно символизирующие отметки убийств, вместо этого служили символом павших на Молехе бойцов его знамени. Хотя дальнейшая судьба рыцаря не зафиксирована, сообщается, что Давард двинулся к Терре с намерением убить величайшее чудовище из всех – самого магистра войны.

==Дом Индра<ref>Индра (в индуизме) – царь богов и их предводитель в войне с демонами-асурами, символизирует творческое начало, выступает в качестве божества света, молний, дождя, речных потоков и войны – всё это, в общем-то, в той или иной степени роднит одноимённый рыцарский дом с богом Индрой.</ref>==

Дом Индра имеет странную репутацию среди своих собратьев – другие рыцарские дома зачастую с опаской относятся к своим южным соседям. Происходящие из обширных болот за Тазкхарскими степями, индарии, как называют этих болотных жителей, далеки от интриг других крупных рыцарских домов. Эта отчуждённость в сочетании со странными обычаями обитателей болот привели к тому, что их сородичи относились к ним с некоторой долей настороженности, и дом Индра получил довольно нелестное прозвище «Дом безумцев». Это название было ближе к истине, чем индарии хотели бы признать.

Древние записи дома рассказывают о временах, когда 12 изначальных рыцарских домов правили в самом сердце Молечари под властью Верховных королей. До прихода Повелителя Бурь каждый из этих 12 домов занимал ту или иную должность при дворе Верховного короля: один был его хранителем клятв, другой – его прецептором, третий –сенешалем, и так далее. Дому Индра была оказана высокая честь носить цвета Верховного короля и высоко держать древний королевский штандарт. Когда последний из былых правителей Молеха умер, а дома раскололись, многие из них отступили в далёкие уголки Молечари, чтобы создать собственные империи. Дом Индра искал пристанище в южных степях, но был вытеснен ещё дальше на юг господствующей в регионе родословной дома Тазкхар. В конечном счёте Знаменосцы Верховного короля, как называли индариев в те далёкие годы, унесли знамя своего господина в далёкие и неизведанные южные болота. Там они основали новое поселение, защищая местных жителей от гигантских болотных змей, которые так долго безраздельно правили этим краем.

Хотя с тех пор миновали столетия, и родословная индариев была разбавлена кровью болотных племён, правивших этими землями до них, рыцарский дом никогда не забывал, что в прежние времена нёс знамя Верховного короля. Многие традиции, утраченные остальными народами Молечари, сохранились среди индариев – к примеру, Карнавал Убийц или же Двор Танцоров Клинка. Превратившийся в бледную тень своего былого величия, дом проводил турниры и фестивали под влажной сенью своих болотных лесов. Танцуя и сражаясь на дуэлях, самостоятельно или в рыцарских доспехах, они оттачивали своё мастерство, готовясь к возвращению Верховного короля<ref>Среди основного прототипа этого рыцарского дома в реальном мире можно выделить каджунов Луизианы (потомков французских поселенцев): жизнь в болотистой местности, среди рептилий (аллигаторы у каджунов, гигантские змеи у индариев – и те, и другие занимают, в общем-то, важное место в культуре данных народов), спокойное, в отличие от иных своих соседей, отношение к «разбавлению крови» браками с неграми / жителями южных болот, восприятие действующей власти как «оккупационного правительства», а также яркая самобытная культура с любовью к карнавалам и танцам. Определённое сходство, к примеру, в отношении всё тех же карнавалов, расцветки брони и «змеиной» символики можно найти и с Бразилией: зелёный и жёлтый – основные цвета бразильского флага, а экспедиционный корпус бразильской армии в Европе в годы Второй Мировой войны носил нашивку с эмблемой курящей змеи, не говоря уже о том, насколько джунгли этого государства с их анакондами похожи на родной край дома Индра.</ref>.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Танцующий клинок'''

''Сенешаль – один из знаменитых танцоров клинка из племени индариев, передавший свою искусность даже командному трону своих рыцарских доспехов.''

'''Отверженный индарий'''

''Сенешаль происходит из одной из порченых родословных индариев, неся в себе часть безумия своих древних предков-рыцарей.''

'''Знамя Верховного короля'''

''Сенешаль удостоен чести нести знамя древнего Верховного короля Молеха, первого рыцаря-отпрыска, ступившего на землю этого мира.''

[[Файл:Molech41.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Церастус-Бичеватель» дома Индра'''

''«Клинок Молеха»''

Отпрыск Акана, пилот «Клинка Молеха», признанный лучшим мастером клинка как в пешем бою, так и в рыцарском доспехе, был ярым приверженцем традиций дома Индра. Древние записи повествуют о роли дома Индра как носителей знамени Верховного короля, а также об их непоколебимой вере в то, что однажды Верховный король вернётся, чтобы сражаться вместе с ними. Вторжение магистра войны рассматривалось многими представителями дома Индра как катализатор этого события. В ожидании возвращения короля были собраны все рыцарские знамёна, чтобы отразить вторжение. После падения Молеха лишь немногие смогли возвратиться домой – «Клинка Молеха» также не было среди них, а те, кто вернулся, обнаружил, что земли, которые они когда-то защищали, опустошены болотными змеями, коих дом Индра сдерживал в прежние времена.

==Дом Каска==

На самой западной оконечности Молечари в Северный океан вдаётся полуостров Каша. Эти поросшие густыми лесами высокогорья с умеренным климатом находятся под властью дома Каска. Отпрыски сего дома – высокомерные первопроходцы, живущие в заливаемых дождём крепостях и пасмурной глуши, редко спускаясь в более тёплые края Западных пределов. Их залы – это островки цивилизации посреди лесов, кишащих древесными ксеносмилусами и огромными горзуларами, дальними родственниками маллагр Куша. Некоторые рыцарские дома, вроде Девайнов и Донаров, смотрят на кашайцев свысока, считая их пьяницами и бродягами, едва достойными своего места среди рыцарских домов. В действительности же бородатые лорды дома Каска просто придерживаются иных правил, нежели их сородичи. Им недостаточно быть всего лишь умелыми пилотами рыцарских доспехов или демонстрировать связь между человеком и машиной. Кашайский отпрыск должен уметь взбираться по заснеженным кручам Каши, уметь свалить на землю детёныша ксеносмилуса и выпить столько кашайского эля, сколько весит сам. Кроме того, отпрыски Каски мало заботятся о почестях и благородном статусе, склоняясь пред домом Девайн лишь с явной неохотой и участвуя в рыцарских играх только тогда, когда вынуждены посетить Луперкалию. Для Каски единственная честь – это победа, а единственные благородные – те, кто может доказать, что достойны своего статуса лидера<ref>Дом Каска имеет много общего с так называемыми маунтинменами («горными людьми») – американскими охотниками, первопроходцами и торговцами мехом, устремившимися в Скалистые горы после успешной экспедиции Льюиса и Кларка (1804-1806 гг.) и в немалой степени содействовавшими освоению и заселению отдалённых и труднодоступных районов запада США.</ref>.

История дома Каска, по крайней мере, в том виде, в каком его отпрыски себе её представляют, высечена на рунических камнях крепости Колдер – родового гнезда этого рыцарского дома. Она повествует о путешествии Повелителя Бурь и о том, как Он прибыл на полуостров Каша спустя годы после падения Верховного короля, когда рыцарские дома Молеха правили своими разрозненными владениями на манер разбойничьих лордов. В те времена серьёзную опасность представляли племена диких странников, которые желали убить Повелителя Бурь за посягательство на их земли. Только вмешательство тогдашнего сенешаля дома Каска сумело остановить эти племена, хотя с целью их успокоения он велел Повелителю Бурь пройти серию изнурительных испытаний. Именно после пересказа этих испытаний, каждое из которых Повелитель Бурь проходил без перерывов (и в то же время – не демонстрируя ни единого признака усталости), были заложены принципы дома Каска, чьи воины и по сей день стремятся соответствовать стандартам, установленным этой древней и загадочной фигурой.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Пьяный лорд'''

''Сенешаль часто бывает сильно пьян, и воспринимает мир сквозь пелену кашийского эля, замедляя свою реакцию, но при этом становясь невосприимчивым к опасности и боли.''

'''Владыка дождя и разрушения'''

''Сенешаль происходит из племён диких странников Молеха, чья связь с окружающей средой позволяет им быстро перемещаться по миру, даже находясь на рыцарском троне.''

'''Потомок Бури'''

''Сенешаль утверждает, что является потомком Повелителя Бурь, и все в его доме смотрят на него с благоговением и страхом.''

[[Файл:Molech51.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Квесторис-Странник» дома Каска'''

''«Несравненный охотник»''

Пренебрегая атрибутами благородства и чести, дом Каска верил не в титулы, а в испытания силы и мастерства. Отпрыск Морвам, пилот «Несравненного охотника», прославился тем, что прикончил на охоте двух ксеносмилусов без своего рыцарского доспеха, и пользовался большим уважением за эти подвиги. Хотя дом Каска презирал участие в политике Молеха, во время вторжения предателей он сражался плечом к плечу с другими рыцарями этого мира. После падения Молеха дом Каска оказался особенно хорошо подготовлен к партизанской войне благодаря своему опыту передвижения по густым лесам своей родины. Для многих рыцарей-отпрысков дома Каска оккупация Молеха стала идеальным испытанием их навыков.

==Дом Кошик==

Под возвышающимся над окружающим пейзажем плоскогорьем Унтар расположены сотни километров извилистых подземных пещер и гротов. Это холодное подземное царство – владения дома Кошик, правящего глубинами с горы Пирос. Аркология Кошиков – настоящее чудо времён Тёмной эпохи, построенное первыми колонистами для обеспечения своих потребностей на странном и чуждом мире. Другие аркологии, каждая из которых некогда представляла собой полноценный самодостаточный город, разбросаны по поверхности всего Молечари, хотя большинство из них – не более чем разрушенные оболочки, разобранные на отдельные части, когда первопоселенцы начали возводить свои первые настоящие сооружения. Однако дом Кошик предпочёл остаться под землёй и обратить свой взор внутрь, а не на дикие пустоши Молечари, сражаясь с тварями из земных глубин, такими как пасть-краггадоны, каменные змеи или арканадоны, что рыскают по подземным путям. Эти звери встречаются реже, чем прежде, поскольку дом неоднократно отгонял их, хотя народ Кошиков по-прежнему охотится на них как ради развлечения, так и для пропитания.

Люди дома Кошик глубоко замкнуты, покидая безопасность своей древней твердыни разве что для охоты да редких визитов в планетарную столицу Луперкалия. Окружённые артефактами утраченной эпохи, они впали в извращённую форму поклонения технологиям, слабо понимая принципы работы их технологий, лишь то, что они работают – по большей части. Особенно священное место в их «пантеоне» занимают рыцарские доспехи. Ризничие дома Кошик мало что знают о работе рыцарской брони – лишь то, что их можно пробудить и поддерживать в работоспособном состоянии с помощью молитв и ритуалов. По мере отказа систем или забывания тех или иных подробностей находятся другие способы привести рыцаря в боевую готовность: термоядерные шатуны, шестерёнчатые генераторы с мускульным приводом и магматические насосы – всё это средства поддержания работы энергетической установки рыцаря.

Конечно, истинная сила рыцаря – в его пилоте, и для отпрысков Кошиков связь между ними и их машиной считается духовной. Более того, высшее состояние, которое только может достичь пилот рыцаря, известно им как Великая Тишина – когда душа отпрыска охлаждается близостью к шёпотам мертвецов, некогда восседавших на троне Механикум, а его эмоции отнимаются. Высшими эшелонами дома правят те, кто поддался Великой Тишине; их истощённые лица и горящие лихорадочным огнём глаза свидетельствуют об отброшенной человечности. Эта особенность хорошо служит лордам-отпрыскам Кошиков в бою, и несмотря на неважное состояние самих доспехов, они сражаются с яростью тех, кто отринул все смертные страхи.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Житель мира вечной ночи'''

''Сенешаль провёл всю свою жизнь в пещерах под плоскогорьем Унтар и знает, насколько важна детальная разведка для составления плана сражения.''

'''Железо земли'''

''Сенешаль трудился в каменных кузнях ризничих и знает тонкости работы своих рыцарских доспехов как свою собственную кожу.''

'''Ожесточённая душа'''

''Разум сенешаля вошёл в Великую Тишину Кошиков, обращаясь в холодное и бесчувственное состояние под воздействием призраков своего командного трона.''

[[Файл:Molech61.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Квесторис-Странник» дома Кошик'''

''«Хватка тени»''

Изображённая здесь «Хватка тени» оснащена конфигурацией вооружения, наиболее подходящего для охоты в глубинах гор Пирос, и демонстрирует характерные для дома Кошик признаки неважного ухода за бронёй. Когда обнаруживалось чудовище, рыцари Кошиков выманивали свою добычу шквалом снарядов, которые разносили на части её логовища. После того, как звери являли себя, чтобы противостоять неприятелю, продолжительные обстрелы ослабляли их в достаточной степени, чтобы можно было вступить в ближний бой. Во время вторжения на Молех дом Кошик понёс ощутимые потери, поскольку их тактика и плохо обслуживаемые доспехи мало чем могли противостоять силам предателей, хотя отвага Кошиков перед лицом таких трудностей хорошо задокументирована.

==Дом Мамарагон==

К северу от Молечари по бескрайнему Лазурному морю разбросаны тысячи островов. Дом Мамарагон претендует на господство как над этими клочками земли, так и над всей проходящей между ними торговлей. Как и их положение среди вождей Молеха, контроль над этим королевством является наследственным правом, передаваемым со времён Верховного короля. В древние времена предки дома Мамарагон были исследователями и мореплавателями, чьи корабли доставляли грузы к берегам далёких континентов, и создавали карты бескрайних океанов Молеха. Позднее они стали морскими волками, пиратствуя на торговых путях, в создании которых принимали участие, и начали нацеливаться на королевства других рыцарских домов. Когда дом Девайн наконец-то объединил разрозненные дома и провозгласил Луперкалию планетарной столицей, отпрыски Мамарагонов оказались низведены до роли хранителей окраин, далёких земель и открытых морей.

Сенешалем дома Мамарагон ко времени битвы за Молех был Эрол Вор Мамарагон. Обладая чудовищным высокомерием и безрассудным нравом, он доставлял бесконечные неприятности домам Девайн и Донар всякий раз, когда его свита «Паладинов» высаживалась на берег. Тощий и постоянно ухмыляющийся лорд Эрол обожал подшучивать над своими собратьями-рыцарями, отпуская за ужином небрежные замечания об их происхождении, связях со Змеиным богом или верности Императору. Кроме того, лорд Эрол и другие отпрыски Мамарагонов высмеивали охотничьи трофеи сухопутных домов, закрепляя на своих рыцарских доспехах останки исполинских зубастых морских чудовищ. Эти огромные извивающиеся змеи превосходили размерами даже самых крупных представителей макрофауны Молечари, и побеждать их приходилось в изнурительных глубоководных охотах, в сравнении с которыми даже вылазки в джунгли Куша казались лёгкой прогулкой<ref>Образ воителей дома Мамарагон – своего рода дань уважения китобоям XIX века, в особенности классическому образу охотников на левиафанов из Нантакета и Новой Англии, воспетом Г. Мелвиллом в романе «Моби Дик, или Белый кит».</ref>.

Несмотря на свою непочтительность, отпрыски Мамарагонов оставались безмерно преданы Молеху, и ставили безопасность родного мира выше клятв верности верховному дому. После вторжения магистра войны Мамарагоны одними из первых организовали борьбу оставшихся домов против дома Девайн, продолжая сражаться даже после того, как остальные силы предателей рассредоточились сначала по Молечари, а затем и по окружающим океанам. Спустя годы, когда во время кровожадной поры Очищения власть предателей над Молехом была наконец-то повержена, горстка выживших отпрысков Мамарагонов встретилась со своими освободителями и принялась за восстановление разрушенных остатков родного мира.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Владыка морей'''

''Сенешаль искусен в командовании флотом Мамарагонов в бою, и одинаково хорошо чувствует себя как на качающейся палубе боевой баржи, так и на суше.''

'''Принц волн'''

''Сенешаль – один из потомков лорда Эрола, и от своего отца он унаследовал не только невыносимое высокомерие, но и безрассудную самоуверенность.''

'''Лорд разбойников'''

''Сенешаль верит в пиратские обычаи своих предков и придерживается несколько более гибких кодексов чести и концепции союзничества.''

[[Файл:Molech71.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Церастус-Улан» дома Мамарагон'''

''«Окутывающий прилив»''

Известный своим высокомерием даже в прославленном раздутым эго доме, отпрыск Ярраманда<ref>Имя пилота содержит двойную отсылку: к традиционному в англоязычной популярной культуре многозначному пиратскому восклицанию Yarr!, а также к имени змееподобного морского чудовища Манда (ударение на первый слог) из японских фильмов «Атрагон: Летающая суперсубмарина», «Уничтожить всех монстров» и «Годзилла: Финальные войны».</ref>, пилот «Окутывающего прилива», зачастую охотился на морских чудовищ своего родного мира в одиночку. Передвигаясь по глубинам, «Окутывающий прилив» использовал свою повышенную маневренность, чтобы преследовать тварей в подводных долинах, нередко в значительной степени опережая тех, кто следовал за ним. Во время битвы за Молех Ярраманда попытался использовать аналогичную тактику в сражении с предательскими легионами титанов. Отделившись от своего знамени, «Окутывающий прилив» метался меж руинами, пытаясь застать врасплох любого пересекающего поле боя титана. В конце концов стремление Ярраманды добиться успеха в одиночку в сочетании с его высокомерием и погубило его – отпрыск оказался в невыгодном положении и был уничтожен, ибо ни одно морское чудовище не могло сравниться по мощи с титаном.

==Дом Тазкхар<ref>Возможная отсылка на Тазара – варвара-кочевника из игр серии Heroes of Might and Magic.</ref>==

Дикие кочевники Тазкхаров – одни из лучших воинов во всём Молечари. Сам факт того, что их дом никогда не претендовал на положение верховного дома Молеха<ref>Странное противоречие со стороны авторов сказанному об этом доме ранее.</ref>, свидетельствует скорее об их сварливом характере, чем о нехватке боевых способностей или храбрости. Жизнь в Тазкхарских степях нелегка, и, как следствие, она порождает закалённых людей. Земли для охоты, выпаса скота и земледелия невероятно скудны, и большинство кхарийцев<ref>В «Хайборийской эре» Роберта Говарда и его последователей кхарийцы – одна из величайших рас древности, повелители Кхарийской Империи, пережившей даже Великую Катастрофу. Впоследствии, после восстания рабов-лемурийцев, кхарийцы устремились на запад и основали империю Ахерон, уничтоженную хайборийцами приблизительно за три тысячи лет до рождения Конана-варвара.</ref>, как называют степных жителей Молеха, вынуждены постоянно перемещаться, если хотят выжить. Дом Тазкхар в этом вопросе не является исключением: их рыцарские доспехи следуют во главе огромных пустынных караванов, обременённых багажом отпрысков. Племена собираются вокруг рыцарей не только для того, чтобы обрести лидирующее положение, но и для защиты от гигантских летающих скайрагг-стервятников и ур-лионов, что роют норы под песками Тазкхара. Ризничие дома Тазкхар – одни из немногих обитателей степей, имеющих постоянные жилища; их величественные каменные храмы выполняют ту же функцию, что и колодцы или поля, и служат для ухода за рыцарскими доспехами проходящих через их земли караванов Тазкхаров.

В то время как многие другие рыцарские дома стремились избавиться от примитивных обычаев своих предков, отпрыски дома Тазкхар мало чем отличались от тех, что жили в древние времена. Их караваны по-прежнему возглавляли лорды-дервиши, и ни один отдельно взятый сенешаль не обладал властью над всеми племенами. Эти воины утверждали, что связаны родственными узами с чемпионами Верховного короля – семью легендарными мечниками из его ближайшего окружения, и каждому из них приходилось доказывать своё право на лидерство, демонстрируя воинские подвиги во время ритуальных боёв так называемого Пира Повелителя Бурь. Это ежегодное собрание племён отмечало путешествие Повелителя Бурь по степям, в ходе которого Он благословил племена кхарийцев. На этом великом мероприятии лидерство в племенах могло меняться: сыновья или дочери побеждали своих отцов или матерей в поединках – либо в командном троне рыцарской брони, либо по старинке, в личном поединке с клинком и щитом. Кроме того, отпрыскам предлагалось испытать свои силы друг против друга, и те кхарийцы, которым удавалось победить всех соперников, могли претендовать на титул Визиря Клинков, могущественнейшего воина степей, вплоть до следующего собрания, когда им предстояло заново подтвердить своё право на обладание этим титулом. Все вышеперечисленные факторы сделали дом Тазкхар одним из самых грозных рыцарских домов Молеха, по праву внушающим в равной степени страх и уважение другим дворянам этого мира.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Лорд-дервиш'''

''Сенешаль сражается в стиле древних лордов-дервишей, нанося удары, а затем стремительно уходя из зоны досягаемости противника, подобно пустынному ветру.''

'''Дикий кхариец'''

''Сенешаль происходит из обитающих в глубине пустыни племён кхарийцев, и до сих пор остаётся примитивным и диким, несмотря на своё право по крови и дары Воссоединения.''

'''Визирь Клинков'''

''Сенешаль удостоился титула Визиря Клинков, победив лучших мечников Тазкхарских степей во время Пира Повелителя Бурь.''

[[Файл:Molech81.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Церастус-Ахерон» дома Тазкхар'''

''«Дюнный странник»''

До вторжения на Молех «Дюнный странник», пилотируемый отпрыском Октилло, охранял один из многочисленных караванов, пересекавших Тазкхарские степи. В последующих за ударом предателей битвах Октилло проявил себя с наилучшей стороны, пережив несколько серьёзных боёв и избежав падения Луперкалии. После окончания Ереси Гора и возвращения Молеха к свету Императора силы Империума обнаружили, что «Дюнный странник» по-прежнему продолжает защищать население планеты, уничтожая изменников пламенем, питаемым найденным прометием.
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Имперские рыцари]]
[[Категория:Адептус Титаникус]]
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]

Дом Орлакков (AT:LL) (статья)

2026-02-27T04:02:09Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =LL-109.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Переводчик =Luminor
|Издательство =Forge World
|Серия книг =Адептус Титаникус / Adeptus Titanicus
|Сборник =[[Легио лоялистов / Loyalist Legios (сборник)|Легио лоялистов / Loyalist Legios]]
|Предыдущая книга =
|Год издания =2021
}}
'''Полное название:''' Грозный и Мудрый дом Орлакков.

'''Уровень семейства:''' Секундус.

'''Патент:''' имперское свидетельство о неприкосновенности, выданное Императорским двором в 833.М30. Патент Литтераэ должным образом ратифицирован Военной коллегией Оффицио Милитарис согласно феодальным правам, подтверждённым и освидетельствованным согласно приказу I легиона (Тёмных Ангелов).

'''Охранная область:''' Тёмная Гавань (первичные владения), Вичвал (вторичные).

'''Прозвище:''' Рыцари Мантикоры.

'''Союзные Легио / миры-кузницы:''' права на поддержку и помощь дарованы дому в соответствии с предписаниями имперского свидетельства Белликоза, выданного лордом-командующим Сулейманом Гриммом из 7-го экспедиционного флота. Последующие меньшие договоры о взаимопомощи и взаимном доверии ратифицированы делегациями миров-кузниц Мезоа, Калибракс и Люций.

'''Верность:''' Фиделитас Константус.

История странного и зачастую пугающего дома Орлакков прекрасно задокументирована его ризничими. В «Хрониках основания» говорится об изолированном, погружённом в сумрак мире, что был сочтён подходящим для заселения во время галактической экспансии человечества. Поначалу казавшаяся полным жизни раем планета, получившая имя Тёмная Гавань, в действительности оказалась мрачным и враждебным миром, пагубным для чуждого ему человечества. С началом эпохи Раздора Тёмная Гавань оказалась неспособной поддерживать тех, кто в своё время ступил на её поверхность. Жизнь поселенцев погрузилась в круговорот насилия и упадка, который продолжался веками, в то время как колонистам ради выживания пришлось пойти на невообразимый шаг.

Бесконечный порочный круг удалось разорвать благодаря действиям отпрысков дома Орлакков, работавших вместе с застрявшим на планете анклавом магосов-биологис. Пока другие двигались навстречу собственной гибели, дом Орлакков предоставил магосам приют, и те внесли колоссальные изменения в плоть воителей рыцарского дома, адаптировав людей к жизни в Тёмной Гавани вместо подчинения мира человеческой воле. Благодаря этому мудрому шагу Орлакки стали вершителями судеб Тёмной Гавани и защитниками планеты, сохраняя этот статус вплоть до прибытия Великого крестового похода. Защищённый от множества ужасов эпохи Раздора благодаря своей долговременной изоляции, при встрече с Империумом дом Орлакков располагал несколькими сотнями машин – достаточной силой, чтобы привлечь внимание эмиссаров Терры. После бескровного приведения мира к Согласию треть этой мощи отправилась к звёздам вместе с 7-м экспедиционным флотом, остальным же предстояло последовать за ними в ближайшие десятилетия. Дом Орлакков бился с честью и славой на бесчисленных фронтах Великого крестового похода, сражаясь плечом к плечу с самыми разными войсками.

Когда магистр войны обратился против Империума, культивируемая Орлакками относительная независимость оказалась полезной, поскольку дом находился в стороне от конфликтов, разгоревшихся по всей Галактике. В связи с этим Рыцари Мантикоры были готовы к появлению эмиссаров Гора, прибывших на Тёмную Гавань в стремлении склонить дом к предательству. Перво-наперво Орлакки расправились с делегацией мятежников, а затем захватили их флот. Трофеи этого короткого, но победоносного боя будут использованы при эвакуации практически всей Тёмной Гавани – за исключением скрытого гарнизона, сражавшегося в оставшиеся годы Ереси как кочевой рыцарский дом, сохранивший верность Империуму, но боровшийся за его выживание на своих условиях, с прицелом на собственное выживание и возможность дальнейшего возвращения в свою сумрачную обитель.

==Боевые активы==

Десятилетия, проведённые на окраинах Великого крестового похода, ни в коей мере не ослабили дом Орлакков, даже напротив – укрепили его. Сыновья и дочери Тёмной Гавани приобрели немалый опыт в вопросах ведения войны, в то же время извлекая выгоду от притока оружия, технологий и боевой экипировки из экспедиционных флотов, с которыми несли службу. Боевая мощь Орлакков усилилась благодаря подаркам новых рыцарских доспехов от Механикума и наращиванию независимой производственной силы Тёмной Гавани. К началу Ереси Гора дом Орлакков находился на высшей ступени уровня Секундус, располагая приблизительно 300 комплектами брони, в большинстве своём классов «Квесторис» и «Церастус». Дальнейший рост активной боевой силы был ограничен относительно низкой численностью населения Тёмной Гавани, что побудило дом Орлакков использовать ряд уникальных вассальных воинских формирований наподобие сервоавтоматов. Первоначально предназначенные для сбора опасных форм жизни на Тёмной Гавани, они превосходно проявили себя на полях сражений, поддерживая рыцарей дома Орлакков.

'''Особые рыцарские качества дома'''

'''Теневой воитель'''

''Доспехи сенешаля снабжены необычным археотехом, который проецирует призрачное поле, имитирующее атмосферу Тёмной Гавани.''

'''Хитроумный командующий'''

''Сенешаль – настоящий мастер военных хитростей, скрывающий свои истинные планы от неприятелей до последнего момента.''

'''Независимые бойцы'''

''Сенешаль предоставил своим подчинённым определённую автономию, позволяющую им действовать независимо на полях сражений.''

[[Файл:LL-110.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Церастус-Улан» дома Орлакков'''

''«Паломник ужаса»''

Управляемый отпрыском Альсаром Орлакком, этот рыцарь-«Улан» – доспех древнего происхождения, впервые вступивший в бой под командованием нового пилота во время освобождения Нуминала, в годы войны за Коронидские Глубины. Известно, что в этом сражении пылкий рыцарь расправился с тремя машинами дома Атракс, прежде чем был убит сам. Позднее «Паломник ужаса» восстановили, и он оставался в стазисе до тех пор, пока не был подарен Нссалр Орлакк в награду за её подвиги на Калте. Под началом новой хозяйки «Паломник ужаса» продолжил сражаться плечом к плечу с богомашинами Легио Прэсагиус на просторах Пятиста Миров.

[[Файл:LL-111.jpg|600px|thumb|center]]

'''Рыцарь «Квесторис-Паладин» дома Орлакков'''

''«Скорбный рассвет»''

Этот управляемый Раваэлем Орлакком рыцарский доспех относится к поколению рыцарей, созданных для дома после его воссоединения с Империумом. В годы Великого крестового похода он служил вместе с IX легионом, а позднее был отозван на родную Тёмную Гавань. «Скорбный рассвет» избрали как часть размещённого на планете гарнизона, и в этой роли он пребывал вплоть до начала войны в Коронидских Глубинах. Призванный к битве ещё раз, пилот «Скорбного рассвета» украсил своё почётное знамя многочисленными черепами, каждый из которых отмечает по рыцарю дома Макабиев, которых он уничтожил лично.

[[Категория:Империум]]
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]

Гибель Молеха / The Doom of Molech (сборник)

2026-02-27T04:02:04Z

Shaseer:

{{В процессе
|Всего=4
|Сейчас=2
}}
{{Книга
|Обложка =Molech0.jpg
|Описание обложки =
|Издательство =Forge World
|Серия книг =Адептус Титаникус / Adeptus Titanicus
|Предыдущая книга=[[Гибель титанов / Titandeath (сборник)|Гибель титанов / Titandeath]]
|Следующая книга =[[Тьма и железо / Shadow and Iron (сборник)|Тьма и железо / Shadow and Iron]]
|Год издания =2019
}}== Содержание ==

[[Битва за Молех (статья)|Битва за Молех]]

[[Легионы титанов на Молехе (статья)|Легионы титанов на Молехе]]

[[Рыцарские дома Молеха (статья)|Рыцарские дома Молеха]]

[[Гибель Молеха (статья)|Гибель Молеха]]

<center>Магистр войны несёт смерть и страх,</center>

<center>Девайнов обман — кровь на устах.</center>

[[Файл:Mlech01.jpg|400px|thumb|center]]

[[Категория:Империум]]
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Сборники]]
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]

Легио Мортис (Головы Смерти) (статья)

2026-02-27T04:02:01Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =TL-2.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Переводчик =Luminor
|Издательство =Forge World
|Серия книг =Адептус Титаникус / Adeptus Titanicus
|Сборник =[[Легио предателей / Traitor Legios (сборник)|Легио предателей / Traitor Legios]]
|Предыдущая книга =
|Год издания =2021
}}

'''Полное название:''' Легио Мортис Ордо Титаника.

'''Военный класс:''' Примус (Максис).

'''Патент:''' доимперский, марсианский Механикум.

'''Охранная область:''' Марс (мир-кузница).

'''Прозвище:''' Головы Смерти.

'''Союзные воинские дома:''' Морбидия, Йу’лл, Сеника.

'''Верность:''' Трэйторис Пердита.

Многие из граждан Империума страшились Легио Мортис и не доверяли ему задолго до того, как грянули предательство и ужас Ереси Гора. Согласно легендам марсианских лексмехаников, этот легион титанов, рождённый в предшествующие имперской эпохе кошмарные годы эры Раздора, входил в число так называемой «Триады Феррум Моргулус» – трёх изначальных легионов титанов, созданных осаждённым Культом Механикума во время кровавых войн за власть над Красной планетой. В геральдике Легио просматривается двоякость его предназначения: во-первых, стоять на страже врат генерал-фабрикатора в качестве не ведающих покоя защитников, и во-вторых – уничтожать всё живое, что может представлять угрозу Машинному Культу.

С момента своего основания Легио Мортис демонстрировал безграничную ненависть по отношению ко всем, кто бросал вызов воле Марса и его правителей, а богомашины легиона одновременно выступали в роли стражей и уничтожителей. Мрачный, суровый и скрытный Легио обрёл тёмную репутацию беспощадных и зловещих воинов во время покорения Марса, и с течением веков эта дурная слава лишь продолжит расти. Именно в эти годы, отмеченные великим кровопролитием и ужасающим насилием, легион получил своё широко известное прозвище, «Головы Смерти», в равной степени выбранное из-за иконографии Легио, ритуальных череполиких ониксовых масок его принцепсов и многолетней практики воителей Голов Смерти украшать бронеплиты своих богомашин останками убитых врагов.

Сложившиеся обряды и традиции способствовали созданию нерушимой связи между легионом и генерал-фабрикатором, по отношению к которому Легио Мортис демонстрировал образцовую личную преданность. На протяжении долгого времени Головы Смерти сражались против его врагов на Марсе, а также использовались в качестве инструмента наказания непокорных магосов и даже других легионов титанов, которые посмели бросить вызов хозяину Красной планеты. Всё это отнюдь не способствовало созданию дружеских или союзных уз между Легио Мортис и их собратьями по Коллегии Титаника. Головы Смерти прославились своим затяжным соперничеством с другими членами Триады Феррум Моргулус (в первую очередь, с Легио Игнатум), а их презрение к «легионам-выскочкам» из других миров-кузниц было хорошо известным. Репутация Легио Мортис как овеянной дурной славой и капризной силы с явной склонностью к изоляционизму, верность которой, по мнению многих штабистов, принадлежала исключительно генерал-фабрикатору, а вовсе не Императору, в конечном итоге привела к трагической иронии назначения Легио под командование самого Гора Луперкаля. Была надежда, что пребывание под командованием повелителя Лунных Волков, который на тот момент ещё не был магистром войны, способствует укреплению верности Легио Мортис Империуму и смягчит наиболее неприятные стороны его характера.

На протяжении большей части Великого крестового похода основные силы Легио Мортис были закреплены за 63-м экспедиционным флотом, составляя костяк богомашин в его рядах. Меньшие боевые группы Голов Смерти оставались на страже кузницы-храма Легио Мортис на Марсе и принимали участие в блокаде Ун-Холдфаста. Время от времени находившиеся на Красной планете титаны покидали её в соответствии с приказами генерал-фабрикатора, обрушивая его ярость на мятежные элементы расширяющегося Механикума и технологические бастионы, сопротивлявшиеся передаче контроля Марсу. Действуя рука об руку с рыцарями Пакта Морбидии, титаны Легио Мортис заслужили репутацию бессердечных и мрачных убийц, тяжёлая поступь их богомашин неоднократно становилась предвестником уничтожения целых цивилизаций, которым хватало безрассудства отвергнуть предложенный генерал-фабрикатором путь. Среди всех служивших Империуму Легио немногие, кроме Голов Смерти, удостоились сомнительной чести полностью уничтожить другой легион титанов – по крайней мере, вплоть до горьких дней Ереси Гора. Воины Легио Мортис упивались своей ролью – величайшей, по их мнению, среди всей Коллегии Титаника, ибо только на поле боя, где одни богомашины противостояли другим, легион мог доказать своё истинное превосходство.

В последние десятилетия Великого крестового похода Легио Мортис сполна подтвердил свою репутацию разрушителей и исполнителей господской воли. На службе у харизматичного и смертоносного примарха XVI легиона, к тому времени ещё не переименованного в Сынов Гора, Легио Мортис приняли участие более чем в сотне кампаний, украсив свои богомашины пеплом бесчисленных миров и костями множества различных рас, которые помогли истребить. За эти годы у Голов Смерти сформировалась новая лояльность – и они охотно вручили её Гору Луперкалю, а не далёкому Императору. Подобная верность стала гарантией того, что легион титанов охотно последует за магистром войны, когда тот встанет на путь предательства.

Орудия Легио Мортис одними из первых обратились против Империума, поскольку легион титанов охотно последовал за магистром войны в вечное проклятие. На Исстване III отдельные элементы Легио Мортис, включая печально известный теперь «Диес Ире» (титан класса «Император»), получили приказ уничтожить немногочисленных лоялистов, которые, как ожидалось, уцелеют после первоначальной вирусной бомбардировки. Но когда то, что должно было стать удачным ходом, превратилось в масштабную битву, Гор отправил в бой весь легион титанов, чтобы сокрушить остовы городов-ульев и сломить сопротивление лоялистов. Впервые Легионес Астартес и Легио Титаникус сошлись в открытом противостоянии, и Головы Смерти маршировали впереди, окрестив свою новую верность в крови каждого, кого считали врагом магистра войны.

На протяжении всей последующей Ереси Гора Легио Мортис оставался постоянным спутником магистра войны и его воинства. От Исствана V и Молеха до системы Беты Гармона и стен Императорского дворца на самой Терре богомашины Легио Мортис несли разрушение и погибель всем, кто собрался под знаменем Империума. Записи о бесчисленных битвах Ереси сообщают о присутствии титанов Голов Смерти, однако их деятельное участие в мятеже отнюдь не уменьшало силы Легио Мортис, ибо сам магистр войны следил за хорошим снабжением своих фаворитов. Даже когда предателей удалось отбросить, а сам Гор погиб, Легио Мортис остался несломленным и проложил себе кровавый путь через всю Галактику, начав новую войну, по итогам которой этот легион титанов однозначно станет величайшим в своём роде.

[[Файл:TL-3.jpg|600px|thumb|center]]

==Боевые активы==

Благодаря своей древней истории и тесным связям с генерал-фабрикатором Марса и его окружением, к началу Ереси Гора Легио Мортис оставался одним из крупнейших и наиболее оснащённых легионов титанов. Согласно самым скромным подсчётам, в распоряжении Легио находилось около 200 богомашин на действительной службе, а также два батальона специальной бронетанковой поддержки, пять легионов ауксилии скитариев и фаланга из девяти эскадрилий воздушного прикрытия. Считается, что к началу войны только Легио Деструктор мог отправить на поле боя большее число боевых титанов. Стоит отметить, что Легио Мортис обладал мощным контингентом самых грозных видов титанов, включая «Императоров», «Немезид» и, по крайней мере, одну богомашину типа «Апокалипсис». В свою очередь, большую часть Легио составляли «Владыки войны», «Разбойники» и «Ночные упыри», в то время как разведывательные титаны вроде «Гончей» были представлены в относительно небольших пропорциях.

'''Особенность Легио: Счёт жнеца'''

''Принцепсы Легио Мортис холодны и расчётливы, каждый из них ведёт тщательный подсчёт убийств и нередко заполняет свои командные палубы хорами сервиторов, поющих бесконечный список всех жертв своего господина. Эта какофония смерти побуждает команду титана к новым вершинам методичного разрушения, и каждое новое убийство добавляет к песнопению ещё одно имя.''

'''Особенность Легио: Состояние распада'''

''Ещё до того, как отвратительная скверна Нургла пустила корни в рядах Легио Мортис, многие из его экипажей оказались лишены былого спектра эмоций постоянной жестокостью войны. Эта холодная отстранённость наиболее явно проявилась среди принцепсов Голов Смерти, наделив их способностью без содрогания выдерживать самые жестокие импульсы обратной связи своих богомашин.''

'''Специальная стратагема Легио: Марш мертвецов'''

''Титаны Легио Мортис неумолимо преследовали своих врагов, зачастую без остановки двигаясь от одного сражения к другому. Не теряя времени на организацию собственных боевых порядков или разведку позиции неприятеля, они быстро приближались к цели.''

'''Специальное снаряжение Легио: Останки павших'''

''С первых же битв Ереси Гора Легио Мортис был известен ужасающими трофеями, украшавшими броню их титанов. Знамёна Голов Смерти нередко увешивались огромными связками черепов или ободранными останками уничтоженных рыцарей и других меньших боевых машин. В некоторых случаях ещё живые вражеские пленники привязывались к корпусам титанов Легио Мортис, чтобы встретить свой конец в адском пламени битвы.''

'''Специальное снаряжение Легио: Милость магистра войны'''

''Среди всех легионов титанов, перешедших на сторону магистра войны, Легио Мортис, пожалуй, пользовался наибольшей любовью Гора и, как следствие, получал наилучшее снабжение среди всех предательских Легио, включая дополнительные запасы всех возможных типов боеприпасов.''

'''Личные особенности персонажей Легио'''

'''Гнилое сердце'''

''Принцепс уже поддался соблазнам Тёмных богов, и гноящаяся гниль понемногу начала пожирать его душу. Титаны, которыми командует такой принцепс, также осквернили своих машинных духов через соединение мыслеимпульса.''

'''Не знающий пощады'''

''Милосердие никогда не относилось к добродетелям Легио Мортис. Во многих случаях, когда неприятель был близок к уничтожению, манипулы Голов Смерти инстинктивно концентрировали на нём всю свою огневую мощь, пока искалеченный титан не превращался в груду искорёженного металла и шлака.''

'''Древний, как сама Терра'''

''Многие из принцепсов Легио Мортис к началу Ереси Гора были древними старцами, чья служба началась ещё до создания Империума. Сервиторы переносили их иссохшие тела на паланкинах – или, в других случаях, ветеранов навечно соединяли с их командными тронами, и каждый из них становился связан с плазменным сердцем своего титана, словно оно было их собственным.''

[[Файл:TL-4.jpg|600px|thumb|center]]

'''Титан «Магистр войны-Иконоборец» Легио Мортис'''

''«Экскориатор Вита»''

C первых же дней своего существования Легио Мортис постоянно использовался в качестве инструмента продвижения воли генерал-фабрикатора. В свете этого нет ничего удивительного, что легион, сыздавна поддерживаемый правящими кругами Марса, обладал наибольшим запасом «Магистров войны» и «Иконоборцев» в своих хранилищах; посредством анализа оценок численности можно определить, что на вооружении Легио Мортис находилось от трёх до восьми уникальных титанов моделей «Магистр войны» и «Магистр войны-Иконоборец». Из их числа наиболее хорошо задокументирован боевой путь «Экскориатор Вита», во многом благодаря многочисленным пикт-снимкам, извлечённым из руин мира-крепости Церебий III. Частично искажённые кадры запечатлели эффектный взлом «Иконоборцами» оборонительных линий планетарной столицы, а также уничтожение местной коммуникационной сети и манипулы «Гончих» Легио Игнатум, исполнявших обязанности столичного гарнизона. Церебий III станет отнюдь не единственной цитаделью лоялистов, ощутившей на себе гнев «Экскориатор Вита», и шрамы на поверхности множества окружающих миров отмечают победоносный марш богомашины.

[[Файл:TL-5.jpg|600px|thumb|center]]

'''Боевой титан «Владыка войны» Легио Мортис'''

''«Вестник скорби»''

Титаны «Владыка войны» Легио Мортис, вроде изображённого на иллюстрации «Вестника скорби», были привычным зрелищем на полях сражений скопления Беты Гармона. Тесные узы между Легио Мортис и Гором Луперкалем во время Великого крестового похода сохранили прочность и в годы Великой Ереси, наглядным подтверждением чему стало участие Голов Смерти во множестве важнейших баталий гражданской войны. Во время кампании за контроль над Бетой Гармона Головы Смерти добавили множество новых отметок убийств вражеских махин на свои почётные штандарты, при этом «Вестник скорби» заявил об уничтожении как минимум девяти титанов в течение двух лет до падения системы к ногам предателей. Позднейшие снимки демонстрируют этого «Владыку войны» украшенным бесчисленными воинскими трофеями, включая куски брони, срезанной с остовов уничтоженных им богомашин Легио Соларии и Легио Игнис.

[[Категория:Империум]]
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]

Легио Инфернус (Повелители Огня) (статья)

2026-02-27T04:01:56Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =TL-48.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Переводчик =Luminor
|Издательство =Forge World
|Серия книг =Адептус Титаникус / Adeptus Titanicus
|Сборник =[[Легио предателей / Traitor Legios (сборник)|Легио предателей / Traitor Legios]]
|Предыдущая книга =
|Год издания =2021
}}

'''Полное название:''' Легио Сутурвора Ордо Титаника.

'''Военный класс:''' Секундус.

'''Патент:''' до-Объединительный, марсианский Механикум.

'''Охранная область:''' отсутствует (первичная кузница-храм в горе Сутура на Марсе законсервирована), Легио зарегистрирован как Мендиканта Милитарис, т. е. переданный нуждам Великого крестового похода в соответствии с положениями Багряных Соглашений Терры и Марса.

'''Прозвище:''' Легио Инфернус (неофициальное имперское, использовалось в поздние годы Великого крестового похода), Повелители Огня (неформальное).

'''Союзные воинские дома:''' отсутствуют.

'''Верность:''' Трэйторис Пердита.

Легио Сутурвора, прославившийся на завершающих этапах Великого крестового похода под именем Легио Инфернус, представлял собой активный и широко известный легион титанов с завидным послужным списком на переднем крае войн за освобождение Галактики во имя человечества. Происхождение сего Легио уходит корнями прямиком в полузабытую историю Марса в первые столетия эпохи Раздора, когда впервые возник сам знакомый нам Механикум. Доподлинно известно, что основание Сутурворы было частью так называемой «эпохи Патогенеза», когда первое поколение марсианских легионов титанов, известных как «Триада Феррум Моргулус», использовалось в качестве шаблона и семени для следующего поколения. Основная цель рождения новых Легио заключалась в том, чтобы окончательно установить господство Механикума на Марсе, сокрушив главных соперников Культа Омниссии – уцелевших Ки-карниворских мекмастеров с их гигантскими машинами голода, а также усмирив оставшиеся нестабильные регионы.

С этой целью молодой Легио Сутурвора, созданный по шаблону могущественного и воинственного Легио Игнатум, получил свой первый храм-кузницу в южной части моря Железных Проклятий, пустынной и беспокойной области в непосредственной близости от северных полярных пустошей Марса. Именно с одинокой вершины храма-кузницы, построенного на останках уничтоженной обители вражеского культа в выдолбленных коридорах горы Сутура, Легио Сутурвора нёс свой дозор. Веками легион титанов исполнял обязанности стражей, уничтожая древние угрозы, что время от времени восставали из древних шлаковых завалов или же случайно освобождались из глубоких пещер любопытными магосами, стремившимися отыскать вековечные знания. Свою задачу Легио Сутурвора выполнял непоколебимо и без особых надежд на благодарность; лишённый влиятельных покровителей, легион был вынужден полагаться на милость и благосклонность далёкого генерал-фабрикатора – как в плане поставок, так и в отношении служебных приказов. Изоляция легиона титанов и его исключительные обязанности со временем привели к развитию в его рядах стоической, воинственно-религиозной и доктринально-реакционной культуры. В последующие годы Легио Сутурвора обрёл репутацию закоренелых традиционалистов, посвятивших себя сохранению установленного генерал-фабрикатором порядка.

После провозглашения единства Марса и Терры под властью Императора несколько легионов титанов, включая Легио Сутурвора, Легио Тенерии и Легио Гонорум, были отправлены в вечный крестовый поход – до тех пор, пока грандиозная работа по освобождению Галактики не увенчается полным триумфом. Принцепсы Легио Сутурвора восприняли эту новость с привычными стоицизмом и рвением, ибо арифметические прорицания техножрецов гласили – такова воля Омниссии. Легио оставил позади свой храм, ставший не более чем заброшенным и запечатанным во тьме кенотафом их былому долгу.

Сражаясь на передовой Великого крестового похода, Легио Сутурвора стремительно обрёл уважение и положение, которых никогда не имел на Марсе. Совместно с I легионом и Самим Императором титаны Легио принимали участие в кампании на Цети-Лакайлле; действия экипажей Сутурворы позволили им завоевать такую честь как для себя самих, так и для Механикума в целом, благодаря чему легион титанов восполнил свои потери и увеличил боевую мощь согласно личному приказу генерал-фабрикатора. В последующие десятилетия странствующий Легио, в полном составе разместившийся на борту нескольких барков и транспортных кораблей, сражался плечом к плечу с более чем половиной из всех легионов Астартес, и под поступью его богомашин обратились во прах бесчисленные города. Именно в связи с любовью Легио Сутурвора к применению тактики выжженной земли и символами вечного огня, украшающими броню их титанов, легион получил от бойцов Ауксилии Империалис прозвище «Повелители Огня».

В скором времени это имя намертво закрепилось за Легио Сутурвора, трансформировавшись в их официальное прозвание и положив начало титулу Легио Инфернус. Бойцы легиона восприняли новое имя как знак чести и символ идентичности Легио, по праву заработанный потом и кровью. Более того, среди молодых принцепсов былое имя, «Легио Сутурвора», считалось не более чем пережитком далёкого и бесславного прошлого. Вслед за переименованием Легио перемены затронули и методы ведения войны: возросла роль орудий «Инферно» и другого огнемётного вооружения, что способствовало дальнейшему укреплению репутации легиона.

Было бы разумно предположить, что ввиду разрыва большинства связей между Легио Сутурвора и Марсом после начала Великого крестового похода верность легиона далёкой Красной планете не будет иметь под собой серьёзного основания. Парадоксально, но чем дальше Повелители Огня уходили от Марса, тем уверенней его лояльность превращалась в настоящий фанатизм. Среди принцепсов, модератусов и техножрецов Легио неуклонно росла гордыня в отношении своего призвания и положения, равным образом как и нетерпимость по отношению к тем, кто не исповедовал догматы Машинного Культа, вдобавок чрезмерные разрушения, которые легион титанов сеял на поле боя, становились всё более заметными. К тому времени, как Гор Луперкаль удостоился титула магистра войны, высшие круги командования Великим крестовым походом всё чаще выражали обеспокоенность бессмысленным массовым сожжением городов, которые можно было покорить и сберечь для Империума Человечества.

В ответ на это Легио Инфернус обратился к Марсу в поисках руководства и одобрения, безразличный к недоброжелателям среди тех, кто не хранит верность воле Омниссии. Когда предатели разрабатывали планы смертельного удара по своим бывшим собратьям, что в скором времени положит начало Ереси Гора, сжигатели миров из Легио Инфернус уже направлялись рукою Келбор-Хала. Нерушимо верные правителю Красной планеты, Повелители Огня продемонстрировали невероятный энтузиазм в преданности новому порядку, охотно предлагая самих себя и свои богомашины в качестве сырья для экспериментов во имя прихотей Омниссии. Вскоре техножрецы легиона стали подлинными мастерами модификации своих титанов с помощью запретных знаний, дарованных им генерал-фабрикатором. Усилия магосов принесли немалые плоды, и в последние годы Ереси в рядах Легио Инфернус произошли значительные изменения, его богомашины подверглись гротескным мутациям, и формы их стали больше походить на живых существ, чем на машины из металла.

Наследие Легио Инфернус, выкованное десятилетиями войн в авангарде Великого крестового похода, оказалось уничтожено одним-единственным деянием. Когда по приказу магистра войны начался Калтский сбор, на него прибыли и богомашины Повелителей Огня. Именно на равнинах Итраки Легио Инфернус свершил свой первый акт предательства, когда ему приказали уничтожить бывших товарищей по Коллегии Титаника из Легио Прэсагиус. Именно в последующем кровавом побоище, вошедшем в историю как Битва за Итраку, Легио Инфернус уплатит железную цену за свою недавно провозглашённую верность – когда поле боя погрузилось в сводящую с ума пелену варпа, Повелители Огня поддались бессмысленному варварству, выходившему далеко за рамки любого из прежних «подвигов» легиона титанов. После сражения немногочисленные выжившие экипажи ещё глубже погрузятся в безбрежный океан ненависти и безвозвратно свяжут свою судьбу с делом предателей, а вынужденная изоляция от Марса сделает их ещё более зависимыми от расположения новых хозяев. Само осознание этой горькой истины ускорит дальнейшее падение легиона, а его наследие былой чести окажется забыто перед лицом нечеловеческой жестокости.

==Боевые активы==

Сохранившиеся записи последних лет Великого крестового похода оценивают Легио Сутурвора как полностью укомплектованный легион титанов второго ранга, располагавший к началу Ереси приблизительно 100–130 действующими богомашинами. Основная сила Повелителей Огня заключалась в ядре из 70 титанов «Владыка войны» моделей «Марс» и «Люций», а также в закалённых экипажах из ветеранов с особым опытом ведения боевых действий в городских условиях. Поддержку на полях сражений им оказывали значительные силы разведывательных «Гончих», действующих в качестве передовых и разведывательных подразделений, а также отряд из как минимум восьми боевых титанов огневой поддержки типа «Немезида» и двух «Императоров», составлявших в совокупности мощный стратегический резерв на случай тяжёлых боёв. Боевые титаны среднего класса, вроде «Разбойников», составляли меньшинство и фактически всегда были древнейшими из богомашин Легио Инфернус, чьё происхождение восходило к эпохе пребывания легиона на Марсе ещё до начала Великого крестового похода. Хотя поначалу Легио Сутурвора не отличался богатством вспомогательных боевых подразделений, по мере развития крестового похода Повелители Огня получили дополнительное усиление в виде нескольких специализированных полков механизированных скитариев и двух подчинённых заветов Легио Кибернетики. Эти ауксиларии сильно пострадали во время катастрофической Битвы за Итраку, а выжившие впоследствии были объединены в одно подразделение, которое стало известным как Фраксании, или «Опалённые».

'''Особенность Легио: Повелители пламени'''

''Как и подобает их имени, Повелители Огня хорошо владеют огнемётным оружием, доведя до совершенство дикарское искусство его применения.''

'''Особенность Легио: Нечестивое благословение'''

''Оставив своих прежних хозяев, Легио Инфернус быстро принял тёмных механикумов в качестве новых сюзеренов, а его богомашины и экипажи стали идеальными подопытными для всевозможных экспериментов.''

'''Специальная стратагема Легио: Опалённые'''

''Для Легио Инфернус не существует ничего более приятного, чем шагать по выжженным владениям своих врагов. Для этого союзные силы пехотной поддержки выстраивались далеко впереди Легио и активировали зажигательные заряды, чтобы выстлать перед своими владыками пепельный путь.''

'''Специальное снаряжение Легио: Липкий фосфекс'''

''В рядах Легио Инфернус используется особая смесь фосфекса, которая приставала ко всему, с чем сталкивалась, и с равной лёгкостью прожигала как доспехи, так и плоть.''

'''Личные особенности персонажей Легио'''

'''Мясник'''

''Принцепс отличается неугомонной жаждой битвы и не ждёт ничего иного, кроме как возможности бросить вызов любому неприятелю, который отважится ступить на поле брани против его Легио.''

'''Сжигатель миров'''

''Принцепс всегда отличался пугающим пристрастием к огню – даже до того, как принял командование титаном, и теперь использует любую возможность, чтобы потворствовать своим самым низменным побуждениям.''

'''Методичность'''

''Принцепс – стоическая личность, которая не получает удовольствия от хаоса битвы и несёт смерть своим врагам с бесстрастным выражением лица, не допуская ни малейшей возможности для ошибки.''

[[Файл:TL-49.jpg|600px|thumb|center]]

'''Боевой титан «Владыка войны» Легио Инфернус'''

''«Белиалл Резургентис»''

Запечатлённый во время Калтского сбора «Белиалл Резургентис» долгое время пользовался дурной славой за действия, свершённые его экипажем во время приведения к Согласию Нуворо-Прайм. Приняв во внимание информацию об обширных запасах прометия под главным городом планеты, принцепс «Белиалл Резургентис» приказал своим подчинённым поджечь эти месторождения, что стало прямым нарушением тактического плана, выданного ему подразделениями XVIII легиона во главе с капитаном Вел’Матром. Возникшая в результате геенна огненная подорвала боевой дух обитателей мира и положила конец войне ценой жизни всех, кто жил в уничтоженном городе. Вел’Матр отправил несколько коммюнике великому магистру Легио Инфернус с требованиями наказать экипаж «Белиалл Резургентис», но единственным ответом на все запросы стало молчание.

[[Файл:TL-50.jpg|600px|thumb|center]]

'''Боевой титан «Разбойник» Легио Инфернус'''

''«Кальвара»''

«Кальвара» несла службу в рядах манипулы «Маззаким», одной из многочисленных манипул загонщиков в рядах Легио Сутурвора, используемых для преследования отступающих врагов, пока могучие «Владыки войны» легиона шагают по полю битвы. Для Повелителей Огня главным критерием умения принцепса считалось в первую очередь уничтожение вражеских целей, и командиры более лёгких титанов, таких как «Кальвара», всегда стремились вступить в бой с неприятелем. На Калте эта жажда битвы приведёт к тому, что манипула «Маззаким» встанет во главе атаки Легио Сутурвора против Девяти Парагонов Итраки из Легио Прэсагиус. Свидетельством мастерства принцепсов Повелителей Огня может служить тот факт, что манипула «Маззаким» потеряла всего лишь одну машину за весь этот бой.

[[Категория:Империум]]
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]

Пятьсот миров: Тит / 500 Worlds: Titus (кампания)

2026-02-27T04:01:48Z

Shaseer:

{{Перевод_Д41Т}}{{В процессе
|Сейчас =2
|Всего = 3
}}{{Книга
|Обложка =TitisC.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Переводчик =Desperado
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания = 2026
}}==500 миров: Тит==

Это время войны. Эпоха ужаса. Бедствия обрушиваются на владения Императора одно за другим: чужаки, мутанты и еретики стремятся положить конец господству человечества на космических просторах. Поражение следует за поражением. Свет надежды затухает.

Но есть те, кто непоколебимо противостоит надвигающейся тьме, отказываясь признать обречённость расы людей. Один из таких героев — Робаут Гиллиман, примарх Ультрадесантников, верховный главнокомандующий Империума.

Его цель — высоко поднять знамёна Ультрамара, дабы разжечь пламя всеобщего духа человечества и дать ему вспыхнуть с новой силой, ведь если победа и возвращение утраченного ещё возможны в Ультрамаре, то, значит, возможны повсюду.

Верный этому замыслу, он ведёт Ультрадесант и союзников отвоёвывать Пятьсот миров, и ныне войска Ультрамара перемещаются средь звёзд согласно плану примарха. На фронтах Конора, Протоса, Андермунга и Веспатора с каждым часом разгораются новые кровавые сражения. Полчища ксеносов и еретические военачальники стекаются на поля битв, пока изнутри заговорщики пытаются сорвать военную кампанию.

Гиллиман желает, чтобы Пятьсот миров возродились во всей своей славе. Он хочет, чтобы Ультрамар стал мощнейшим оплотом человечества — и основой для чего-то ещё более великого. Однако его оппоненты считают, что он зашёл слишком далеко и его начинание — не более чем угасающая мечта. Только Бог-Император знает истину наверняка, но Его молчание, как говорят некоторые, — признак неодобрения.

==Отвоевание Ультрамара==

Робаут Гиллиман пережил бурные события Ереси Хоруса. Он помнит многое из того, что человечество в целом давно забыло — либо же принудительно вычеркнуло из имперских летописей. Примарх хранит большую часть этих откровений в своей обширной памяти, понимая, что в лучшем случае ему просто не поверят. В худшем же некоторые из сведений Гиллимана могут спровоцировать новую эпоху Тьмы, которую ослабевший Империум не переживёт.

Однако есть идеи и принципы той далёкой поры — которая для него миновала всего лишь несколько лет назад, — что примарх по-прежнему высоко ценит. Одним из таких краеугольных камней выступает его Кодекс Астартес, а другим — сложившийся в голове идеал галактического крестового похода ради установления порядка. Но, пожалуй, самое дорогое сердцу Гиллимана — это Ультрамар, его звёздное королевство, империя внутри империи, на протяжении десяти тысяч лет служившая фундаментом мощи Ультрадесанта.

Впрочем, даже Ультрамар ныне сохранил лишь тень прежнего величия. В период расцвета его знавали по всему зарождающемуся Империуму как регион Пятисот миров. Это было не столько буквальное исчисление, сколько признание колоссальных масштабов владений Ультрадесанта. То было государство, способное поддерживать самый многочисленный и плодовитый из всех легионов астартес древности, — оплот славного потенциала человечества. Возможно, однажды оно вновь станет таким.

{{Врезка|[[Файл:Titus1.jpg|250px|thumb|center]]
''Застой. Энтропия. Отчаяние. Вот беды, что подкосят Ультрамар. Это сорняки, что задушат наши поля, паразиты, что будут глодать наши трупы и резвиться среди развалин наших миров. Это плакальщики, что туго спеленают нас саванами и сдавят до смерти. Всё это — и ещё худшее — они сотворят, если мы ничего не предпримем.''

''Мы всё сделаем, как надо. С учётом нашего опыта и мудрости мы подойдём со всей строгостью и методичностью к стоящей перед нами задаче. Мы не станем ни недооценивать многочисленных врагов, ни растрачивать достойные силы в нашем распоряжении. Мы осознаем истинную природу долга, который берём на себя, и клятв, которые даём, оценим всё, чем рискуем, и бесстрашно взглянем на последствия поражения. Но при всём этом, сыновья мои, мы будем действовать.''

''Мы обязаны.''

''Хоть мы и одержали победу в Чумных войнах, Мортарион и его омерзительные отродья нанесли Ультрамару глубокие раны, гноящиеся до сих пор. Лоэбос. Парменион. Иакс. Миры, некогда жизненно важные для нашего королевства, теперь пропитаны миазмами варпа. Мы потеряли аграрные планеты, миры-ульи, центры промышленного производства и стратегического управления — и от этого мы ослабли.''

''Пока мы страдаем, страдает и Империум моего Отца. Наши испытания — отражение великих мук человечества, пускай и в меньшем масштабе. Нельзя допустить ухудшения ситуации ни во владениях Императора, ни здесь, в Ультрамаре, ибо позволить этому случиться — значит потерпеть окончательное и катастрофическое поражение.''

''Теория и прагматизм сами по себе не поддержат нас, когда мы будем возвращать Пятьсот миров. Вместо этого, призываю вас, сыновья мои, обратитесь к мести! К чести! К праведному гневу! Как смеют чужаки устраивать свои поганые логова в мирах, что прежде принадлежали нам? Как долго мы будем безнаказанно позволять предателям насмехаться над нами самим фактом их существования? Я скажу вам: больше ни дня!''

''Мы — Ультрадесантники, первые среди равных, лучшие из слуг Императора. Пора напомнить и врагам, и союзникам об этой истине.''

''Армии Ультрамара мобилизуются полностью. Каждый ресурс будет задействован, каждое средство брошено на это дело. Подобно тому как я веду флоты крестового похода Индомитус с целью изгнать супостата из всего Священного Империума, так и вы, сыновья мои, изгоните его из пределов нашего королевства. И вы не остановитесь на этом. Некогда Ультрамар простирался куда дальше, и он непременно разрастётся вновь. Пятьсот Миров будут восстановлены!''

''Я детально спланировал текущую кампанию, предусмотрев все возможные варианты развития событий и обеспечив практическими решениями каждую теорию. Это будет нелегко. Безусловно, это риск — но необходимый. Я доверяю это предприятие вам, убеждённый в том, что вы, из всех преданных слуг Императора, наделены мудростью, стойкостью и силой духа, столь важными для претворения моего видения в реальность, как бы ни было трудно.''

''Отвоюйте наше древнее королевство. Пусть Ультрамар встанет во весь рост подлинным бастионом, вокруг которого сможет сплотиться остальной Империум. Сделайте это для меня, сыновья мои, с отвагой и честью!''

::::::::::примарх Робаут Гиллиман во вступлении к Consilas Imperitus Ultimar — подробному и исчерпывающему плану отвоевания Пятисот миров}}

[[Файл:Titus2.jpg|500px|thumb|center]]

===Пятьсот миров===

План Робаута Гиллимана по возвращению Пятисот миров требует покорения множества секторов и сотен планет. Некоторые из этих галактических областей уже находятся в руках имперцев, однако всё же могут потребоваться непростые переговоры, чтобы убедить планетарных правителей в том, что присоединение к Большому Ультрамару не равнозначно отречению от Империума. Иные миры, системы или целые подсектора представляют собой беззаконные пустоши либо находятся в железной хватке чужеродных или еретических военачальников. Хотя захват этих регионов с моральной точки зрения представляется более простым делом, для их завоевания требуются колоссальные военные силы и огромные запасы материальных ресурсов — не говоря уже о том, чтобы удержать контроль над ними и разместить там гарнизоны после того, как фронты войны сместятся дальше. Почти для любого другого человека даже составление сколь-либо реалистичного плана создания Большого Ультрамара было бы невозможно — можно сказать, граничило бы с фарсом. И то, что замысел Гиллимана в принципе может увенчаться успехом, — свидетельство его глубокой проницательности. Если, конечно, в исполнении этого плана он сумеет положиться на тех, чьи ум и воля менее внушительны, чем его собственные, а все воины, сражающиеся под знамёнами Ультрамара, докажут, что достойны его доверия.

[[Файл:i3TqhosB2oe1Kcpzz.jpg|800px|thumb|center]]

Название «Пятьсот миров» не следует понимать буквально. Его лучше рассматривать как отсылку к былым славным деяниям примарха Гиллимана и как громко провозглашённое намерение самого напыщенного и вдохновляющего толка. Примарх рассчитывает расширять ультрамарские территории по четырём направлениям и ставит в приоритет захват достаточного числа ценных миров, чтобы восполнить большую часть ущерба, нанесённого Чумными войнами. На более поздних этапах армии Ультрамара выступят в далёкие и погружённые во мрак области, и в итоге, если всё пойдёт по плану, владения примарха вполне могут насчитывать более пятисот миров.

===Наследники Ультрамара===

'''Ультрадесантники многими в Империуме почитаются как образцовые космодесантником. Они — генные сыновья Робаута Гиллимана, примарха, написавшего Кодекс Астартес и тем самым закрепившего организационные и стратегические принципы капитулов. Ультрадесантники по-прежнему следуют этим принципам, применяя их в каждой войне и стремясь соответствовать как примеру своего генного отца, так и собственной репутации идеальных воинов.'''

Макрагг — родной мир Ультрадесанта, а владения Ультрамара по сути представляют собой их частную звёздную империю. И всё же один лишь их орден никогда не смог бы удержать — или расширить — её границы. Действительно, Адептус Астартес в целом плохо приспособлены для гарнизонной службы или массированного захвата миров. Они — войска быстрого реагирования, чья задача — нанести сокрушительный удар и отправиться на следующее задание. Более многочисленные силы, такие как Астра Милитарум и Навис Империалис, остаются после них, чтобы оборонять вновь завоёванные территории.

Кроме того, от капитулов ожидается, что они будут направлять свои соединения по всему Империуму в ответ на угрозы, и Ультрадесант здесь не исключение. Поэтому, действуя в пределах собственной вотчины, они в значительной степени опираются на людских рекрутов из полков Вспомогательных сил обороны Ультрамара и Флота обороны Ультрамара, чтобы те защищали их миры и патрулировали космические пути. С тех пор как Империум распался надвое из-за возникновения Цикатрикс Маледиктум и нагрузка на Ультрадесантников резко возросла, эта зависимость стала ещё заметнее. Часть группировок ордена застряла по ту сторону Великого Разлома, и их судьба неизвестна. Другие же бьются в составе крестового похода Индомитус или в зонах боевых действий по всему Империуму-Санктус. Хотя большая часть сил Ультрадесанта собралась для защиты родных земель в ходе Чумных войн, многих воинов, переживших тот конфликт, почти сразу отправили на театр военных действий Бастиор против орд флота-улья Левиафан. Ныне растянутые до предела силы Ультрадесантников вынуждены полагаться как никогда прежде на собственную ауксилию, помощь со стороны остального Империума и поддержку девяти щитовых орденов, назначенных Гиллиманом для защиты и расширения Ультрамара.

====Властители королевства====

Во время Великого крестового похода Ультрамар был разделён на четыре части, каждая из которых включала множество систем и управлялась с планетарного центра власти тетрархом, подотчётным лишь Гиллиману. Хотя эта система утратила актуальность за прошедшие тысячелетия, примарх восстановил тетрархию после своего возвращения, и ныне тетрархальными мирами определены Конор, Андермунг, Протос и Веспатор, а их тетрархами соответственно: капитан Агемман из Ультрадесантников, капитан Феликс из Ультрадесантников, капитан Портан из ордена Генезиса и капитан Балт из Орлов Обречённости.

Четыре тетрарха — и мощные административные структуры, служащие им, — в конечном счёте отвечают за расширение Ультрамара. Именно по их указанию разнообразные космические и наземные силы королевства сражаются за возвращение всё новых миров и защиту тех, что уже объединились под знамёнами Ультрадесанта.

За восстановлением территорий помогают следить одни из самых прославленных чемпионов капитула, которые либо остались в Ультрамаре после Чумных войн, либо вернулись туда по приказу Марнея Калгара. Ко вторым относятся первый капитан и по совместительству тетрарх Север Агемман, а также недавно повышенный до капитана второй роты Деметриан Тит. Оба отличились в боях за Бастиор, причём Тит принял руководство со смирением после гибели Севаста Ахерана.

Ультрадесантники понесли тяжёлые потери, защищая подсектор Бастиор от тиранидов, и первой и второй ротам требовалось пополнение. К тому же обязанности Агеммана как тетрарха больше нельзя было откладывать, равно как и новые обязанности капитана Тита. Последний вдобавок унаследовал титул магистра караула, возлагающий на него ответственность блюсти неприкосновенность границ Ультрамара, которые чрезмерно увеличились по мере отвоевания территорий. Таким образом, пока Марней Калгар прокладывал более долгий и кровавый путь обратно в Ультрамар, оба капитана опередили его и по прибытии домой присоединились к Фабиану из третьей, Вентрису из Четвёртой, Арейосу из Шестой и Телосу из Десятой, чтобы координировать действия уже участвующих в отвоевании Ультрадесантников и ускорить набор новых претендентов, которые укрепят их ряды.

Впрочем, некоторые из величайших членов ордена не участвовали в кампании. Катон Сикарий, например, на тот момент служил рядом с примархом в крестовом походе Индомитус, капитан Геллиос пропал в Империуме-Нигилус, а свирепый капеллан Кассий бился с очередным флотом-осколком тиранидов за восточными рубежами Ультрамара. Однако те Ультрадесантники, что присутствовали, сражались лишь упорнее, твёрдо решив не подвести своих далёких собратьев.

{{Врезка|'''Падение Ахерана'''
[[Файл:40k secondcoycaptains-nov11-image5-ntfnir5ucc.jpg|600px|thumb|right]]
}}

===Щитовые ордены===

'''Назначенные Гиллиманом щитовые ордены призваны охранять Ультрамар, как бы далеко ни простёрлись его границы. Плечом к плечу с Ультрадесантниками стоят девять орденов-наследников, связанных с воскресшим генным отцом кровью и долгом. Их родные миры, расположенные за бурлящей пеленой безумия Великого Разлома, затеряны в Империуме-Нигилус, и никто не знает, что с ними стало. Поэтому каждому из этих щитовых орденов предоставлена операционная база в Ультрамаре, дабы они могли эффективнее защищать владения Гиллимана до тех пор, пока не придёт время отправиться отвоёвывать их собственные миры.'''

[[Файл:Titus3.jpg|150px|thumb|left]]
====Ультрадесантники====

Вдохновлённые манящим обещанием давно утраченной легендарной славы, Ультрадесантники прилагают больше усилий, чем кто-либо, чтобы построить Большой Ультрамар. Их решимость исполнить почти невыполнимые приказы генного отца столь горяча, что некоторые рискуют принести в жертву на алтарь безжалостной целесообразности свою прославленную благородность и драгоценную связь с человечеством.

<center>''«ОТВАГА И ЧЕСТЬ!»''</center>

<center>Боевой клич Ультрадесанта</center>

[[Файл:Titus4.jpg|150px|thumb|left]]
====Перерождённые====

Созданные в ходе основания Ультима, Перерождённые призваны воплощать мощь и исполненную долга решимость воскресшего генного отца. Эта цель находит выражение в их таланте к бронетанковым сражениям. Механизированные ударные клинья Перерождённых бьют, точно пылающий меч примарха, а в обороне их окопавшаяся техника столь же неукротима, как и прославленная воля Гиллимана.

<center>''«МЫ ЕДИНЫ СО СВОИМИ МАШИНАМИ, КАК ОН ЕДИН СО СВОЕЙ БРОНЁЙ. В ЭТОМ ЕДИНСТВЕ — НАША СИЛА».''</center>

<center>Капитан Кордо Улдасис</center>

[[Файл:Titus5.jpg|150px|thumb|right]]
====Косы Императора====

Почти уничтоженные, когда флот-улей Кракен наводнил их родной мир Сота, Косы Императора получили приток космодесантников-примарис. Движимые глубокой, пронизывающей душу ненавистью к тиранидам, члены капитула теперь ведут одну кровавую кампанию за другой, желая очистить восточные пределы Большого Ультрамара от всех чужаков и любых иных угроз.

'''Крепость-монастырь''': орбитальная станция «Эгида», восстановлена.

'''Местоположение''': геостационарная орбита над Сотой (статус планеты: perditum infestus)

'''Статус''': высокая боевая готовность, продолжаются операции по отвоеванию окрестностей Соты

[[Файл:Titus6.jpg|150px|thumb|left]]
====Серебряные Черепа====

Некоторые защитники Ультрамара презирают Серебряных Черепов как суеверных и даже варварских воинов. И действительно, племенные культуры их родного мира Варсавия жестоки и оставили отпечаток на обычаях ордена. Они придают большое значение толкованиям предзнаменований своих библиариев, а их обычаи забирать головы врагов как трофеи (лучшие из них вдобавок покрывают серебром) и наносить на кожу татуировки, отмечая те или иные подвиги и количество убитых противников, часто вызывают неодобрение. Однако никто не может усомниться в свирепости и эффективности капитула как в штурмах, так и в осадном деле. Энергичные и чрезвычайно яростные, когда их раззадорят, Серебряные Черепа — подходящее оружие устрашения против врагов Ультрамара в этот тёмный и кровавый век.

[[Файл:Titus7.jpg|150px|thumb|left]]
====Мстящие Сыны====

Последний капитул, организованный во время Ультима-основания, Мстящие Сыны олицетворяют холодный и пугающий гнев примарха, направленный на предателей и еретиков. Их родной мир Трэконнис-Майор был уничтожен с приходом Вечной Ночи, и все боевые братья считались погибшими, поэтому воссозданному ордену даровали новый дом — планету Каллимах в пределах Пятисот миров.

<center>''«МЫ — ЕГО МЕСТЬ!»''</center>

<center>Боевой клич Мстящих Сынов</center>

[[Файл:Titus8.jpg|150px|thumb|right]]
====Сыны Орара====

Своё название орден берёт от капитана Орара, которого считает древним героем Ультрадесанта и почитает как духовного покровителя. Хотя их доктрина в основном соответствует Кодексу Астартес, Сыны Орара уделяют дополнительное внимание скрытным операциям и внезапным нападениям на малой дистанции, благодаря чему их боевые братья особенно искусны в авангардных атаках.

> '''Цель отвоевания''': Гавромор

> '''Статус''': Perditum Traitoris Diabolus

> '''Задействованные силы''': ~4 роты

> '''Предупреждение''': неожиданные эмпирические аномалии, ситуация непредсказуема, запрошена помощь Инквизиции

[[Файл:Titus9.jpg|150px|thumb|left]]
====Новадесантники====

Как строгие приверженцы Кодекса Астартес, Новадесантники представляют собой чрезвычайно эффективную и действенную силу, пускай и несколько закоснелую. Капитул базируется на флоте, что позволяет ему распределять силы по меняющимся границам Большого Ультрамара и оперативно реагировать на возникающие угрозы в ходе непрерывного отвоевания звёздного королевства.

<center>''«СУЩЕСТВОВАНИЕ ЧУЖАКА — ПРОБЛЕМА, ИМЕЮЩАЯ ТОЛЬКО ОДНО РЕШЕНИЕ: УНИЧТОЖЕНИЕ».''</center>

<center>Магистр ордена Лукреций Корвон</center>

[[Файл:Titus10.jpg|150px|thumb|right]]
====Преторы Ультрамара====

Сформированные из Неисчислимых Сынов, чьё генное семя происходит от Ультрадесанта, Преторы Ультрамара сражались бок о бок с боевыми братьями из многих других орденов и научились уважать методы товарищей. Поэтому Преторы занимаются санкционированным изучением стратегий и тактик разных капитулов, стремясь получить как можно более широкий контекст их применения, чтобы наилучшим образом понять и воплотить учения Кодекса Астартес.

'''Крепость-монастырь''': Горнило, Джорос, третья луна Квинтарна

'''Местоположение''': Малый Ультрамар, система Масали

'''Статус''': численность гарнизона — 10 %, все пригодные силы задействованы в отвоевании Большого Ультрамара, продолжается набор претендентов

[[Файл:Titus11.jpg|150px|thumb|left]]
====Обречённые Орлы====

Ввиду мрачной и скорбной культуры Обречённые Орлы целиком сосредоточены на принятии неизбежной гибели. Однако такой фаталистичный настрой ничуть не ослабляет их решимости, а напротив, закаляет разум и дух. Полностью смирившись со своей грядущей судьбой, они предпочитают рискованные атаки и широко используют воинов с прыжковыми ранцами, дабы нести врагу неотвратимую смерть.

<center>''«СЛУЖИМ ДО СМЕРТИ!»''</center>

<center>Боевой клич Обречённых Орлов</center>

[[Файл:Titus12.jpg|150px|thumb|left]]
====Аквилоанское Братство====

Хотя Аквилоанское Братство придерживается Кодекса Астартес, оно с особой яростью и отвращением относится к отклонениям в верованиях, будь то почитание Хаоса, ксенокульты или даже ошибочные формы поклонения самому Гиллиману. Они с упоением применяют огнемёты и тяжёлое вооружение против таких поборников, что некоторые из щитовых орденов находят отталкивающим. С момента отвоевания Ультрамара этому капитулу приписывали несколько жестоких массовых расправ, отчасти объясняемых отказом космодесантников Братства использовать человеческих посланников или дипломатию, чтобы убедить правителей якобы лояльных имперских миров принести клятву верности Ультрамару.

===Деметриан Тит===
[[Файл:Grotmas1-dec01-art-hal3gp18ne.jpg|500px|thumb|right]]
''Капитан Второй роты Ультрадесанта''

'''Деметриан Тит был капитаном Второй роты Ультрадесантников более двух столетий назад. Он лишился этого звания из-за козней почитателей Хаоса на Грайе и одного крайне параноидального инквизитора. Обратный путь к той же должности выдался нелёгким, однако в душе Тит остался прежним воителем, стремящимся окружить себя достойными советниками.'''

Воссоединение Деметриана Тита с родным капитулом произошло в мире под названием Кадаку, где Ультрадесантники случайно повстречали его в рядах Караула Смерти. Смертельно раненого Тита вынесли с поля битвы, и ради спасения ему жизни апотекарии провели операцию по его превращению в космодесантника-примарис.

Восстановленный в звании лейтенанта и избавившийся от статуса «чёрного щита», Тит сыграл ключевую роль в победе над ксеносами и еретиками в системе Рецидиос. Некоторые в ордене по-прежнему относились к вернувшемуся Титу с подозрением даже несмотря на столь впечатляющие подвиги, однако такие недоброжелатели составляли явное меньшинство, особенно после того, как Тит снискал расположение самого Марнея Калгара.

Укрепив положение среди боевых братьев, далее Тит отправился на За’удж для выполнения, казалось бы, самоубийственного задания уничтожить крепость отвратительных демонопоклонников, чьи деяния угрожали целому миру. Сражаясь там вместе с бывшим наставником, ветераном-сержантом Клинковой гвардии Метавром, Тит снова бросил вызов смерти и пагубной энергии варпа — во многом благодаря своей несокрушимой воле и решимости одержать верх.

Но едва лейтенант успел вернуться оттуда, как ему приказали собрать силы и встать под командование магистра Калгара в подсекторе Бастиор. Там Деметриан Тит и его собратья оберегали имперские миры от орд тиранидов, эвакуировали персонал и реликвии, а также бились с еретиками, которые пытались воспользоваться беспорядком, вызванным вторжением тиранидов. Войска лейтенанта, опираясь на с трудом завоёванный боевой опыт, уничтожили тирана улья, координировавшего осаду Дворца Мучеников на Уландриане, и провели высадку на океаническую планету Логово Гидры, где в течение шестнадцати кровопролитных дней охраняли критически важные прометиеводобывающие установки от тиранидских водных биоформ. Именно Тит отрубил голову эмиссару норны, известному как Вурдалак из Рашлава, и тем самым предотвратил полный крах обороны аграрного мира.

Благодаря этим и дюжине других заслуг Деметриан Тит для большинства стал очевидным кандидатом на пост преемника, когда капитан Ахеран встретил безвременную кончину.

====Новые обязанности====

Повторно став предводителем Второй, Деметриан теперь не только несёт тяжкое бремя сохранения наследия Ахерана, но и дополнительную нагрузку, присущую его должности. Согласно уложениям Кодекса Астартес, капитанство всегда влечёт за собой новые обязанности, традиционно определяемые тем, какой ротой командует офицер. Хотя эти обязанности и связанные с ними титулы порой меняются в зависимости от нужд ордена, капитан второй роты Ультрадесанта издавна выступает магистром караула, на которого возложена задача оборонять границы Ультрамара. Он обязан следить за тем, чтобы бдительно охранялся не только Макрагг, но и все прочие системы и миры, объявленные протекторатами и рекрутскими мирами Ультрадесанта.

Хотя Тит по-прежнему неутомим и инициативен, расширившийся круг обязанностей сдерживает его стремление лично бросаться в схватку, ведь если какая-то масштабная опасность ускользнёт от его внимания и принесёт хаос в Ультрамар, это докажет, что Тит пренебрёг своим долгом, и не важно, какие подвиги он мог бы совершить, позабыв о нём. Поэтому в настоящий момент полем брани Деметриана Тита всё чаще становится стратегиум, а болтером и клинком его выступают ударные соединения солдат и бронетехники.

С тех пор как активно ведётся отвоевание Пятисот миров, области космоса, которые Тит и его подчинённые должны патрулировать, расширяются с каждым днём. Чужеродные захватчики, пираты, восстания культов и зловещие сверхъестественные феномены угрожают как растянутым границам Ультрамара, так и его якобы безопасным внутренним территориям. Несмотря на повышение числа угроз, силы Тита до сих пор справлялись со множеством испытаний — дипломатических, военных и духовных. Именно благодаря своей неусыпной бдительности капитан Тит и его ближний круг советников и консультантов получили прозвище «Охранители Ультрамара». Они стали своего рода талисманом для измученного населения звёздного королевства. Разумеется, это лишь увеличивает груз ожиданий и ответственности на широких плечах Тита: если его люди потерпят неудачу, урон моральному духу ультрамарцев окажется ощутимым. Однако среди всех генных сыновей Гиллимана, рассеянных по галактике в эру Индомитус, возможно, никто лучше не подготовлен к тому, чтобы нести бремя нескончаемого долга, чем Деметриан Тит.

====Средства охранения====

В распоряжении Тита небольшая, но грозная армада из стремительных боевых кораблей Ультрадесанта, тяжёлых браулеров, состоящих на службе у Флота обороны Ультрамара, и эскадры снабженческих и ремонтных судов Адептус Механикус. Во главе этой флотилии плывёт почтенный ударный крейсер «Праведная ярость», на котором новоиспечённый капитан Деметриан Тит вернулся в Ультрамар в компании с самим Тигурием. Хотя старший библиарий с тех пор отбыл на другие фронты Большого Ультрамара, крейсер остался с Титом и превратился в его флагман. Обладание этим кораблём — великое благо, поскольку он славится яростным и несокрушимым машинным духом. Вдобавок он претерпел значительные модификации для расширения взлётных отсеков и усиления плазменных двигателей, в результате чего получился уникальный ударный крейсер, способный молниеносно реагировать на возникающие угрозы и быстро развёртывать целые соединения с мощным воздушным прикрытием, чего достаточно, чтобы расправиться с любым противником.

Флот Тита перевозит крупную и сравнительно элитную армию, чья единственная задача — закрывать каждую новую брешь в расширяющихся границах Ультрамара. Помимо космодесантников второй роты с их арсеналом бронетехники и специализированных боевых средств, Охранители Ультрамара также располагают полками Оборонной ауксилии Ультрамара, причём некоторые из них относятся к престижным формированиям, набранными на самом Макрагге.

В совокупности воинство Тита выглядят поистине впечатляющим. В распоряжении магистра караула мощь, достаточная, чтобы рассеивать полчища ксеносов, уничтожать еретические анклавы и даже испепелять целые миры, если того потребует долг. Однако угрозы неприкосновенности Ультрамара неумолимо множатся, и сам варп бурлит, делая даже самое короткое путешествие весьма опасным. Перед лицом таких трудностей капитан Тит более чем когда-либо полагается на тщательно подобранный командный состав. Покуда его долг — защищать границы Большого Ультрамара, задача Охранителей — помогать ему в этом.

===Защитники Ультрамара===

===Фронты войны===

Возвращение Пятисот миров — предприятие почти невообразимого масштаба. Гиллиман разбил театр военных действий на четыре фронта, всё равно огромных и в какой-то мере абстрактных, но так умам смертных проще осмыслить его план. Ответственность за успешное проведение кампании на каждом из направлений возложена на тетрархов Ультрамара.

'''Веспаторский фронт'''

Восточной четвертью Ультрамара с планеты Веспатор управляет тетрарх Децим Андроний Феликс. Собранным им армиям поручено во имя Гиллимана захватить обширное переплетение взаимосвязанных подсекторов — из-за этого Веспаторский фронт стал самым разрозненным и протяжённым из четырёх. Значительная доля систем, намеченных для повторного покорения или ассимиляции, включает множество крайне ценных имперских миров: их производственные и аграрные мощности однажды станут жизненно важными для функционирования Большого Ультрамара.

[[Файл:Titus13.jpg|400px|thumb|center]]

'''Протосский фронт'''

Тетрархом западных рубежей Ультрамара является капитан Балт из Обречённых Орлов, чей административный центр расположен на планете Протос. Назначенный ему фронт уже оброс мрачной репутацией: суеверные люди шёпотом называют его «фронтом привидений», ибо в этих тёмных глубинах множатся сверхъестественные угрозы. Возвращённые миры как будто отказываются оставаться под контролем: их терзают восстания и внезапные катастрофы столь часто, что трудно поверить в их случайность. В ответ Балт лишь наращивает скорость и ярость повторного завоевания, словно пытаясь силой подчинить Протосский фронт.

[[Файл:Titus14.jpg|400px|thumb|center]]

'''Андермунгский фронт'''

Капитан Портан из ордена Генезиса властвует южной четвертью Ультрамара, заседая на планете Андермунг и неся бремя командования одноимённым фронтом. Хотя формально это наименьшая из четырёх запланированных зон для отвоевания, варп-маршруты здесь капризны и запутаны. Многие планетарные системы доступны лишь по сложным путям или в момент определённого расположения небесных тел. Некоторые подсектора печально известны как пристанища пиратов, в других веками процветали чужеродные империи.

[[Файл:Titus15.jpg|400px|thumb|center]]

'''Конорский фронт'''

Заведует им первый капитан Агемман, титулованный повелитель северной четверти. Вверенная ему область имеет высокий процент систем, удерживаемых Империумом, но также — крупные скопления еретических сил, стянувшихся отовсюду с целью поживиться.
[[Файл:Titus16.jpg|350px|thumb|left]]

''[01. Система Эндрос]''

Надёжный опорный пункт местного ВКФ со внушительными оборонительными сооружениями в глубине космоса.

''[02. Система Гадрал]''

Инфраструктура серьёзно пострадала от орочьих нашествий. Большую часть системы удерживают ксеносы. Разрознённые имперские силы продолжают сопротивление.

''[03. Система Бракс]''

Все лоялисты устранены, полный контроль со стороны космодесантников Хаоса. Примечание: не прекращаются столкновения между орками и еретиками, из чего можно извлечь пользу. Высланы истребительные команды.

''[04. Система Сикар]''

Основная зона конфликта между Ультрадесантом и силами Хаоса.

На кону значительные ресурсные и промышленные богатства.

Боевые операции продолжаются.

''[05. Система Куортис]''

Мощные имперские укрепления, ведётся дальнейшее строительство.

Главные миры-ульи служат опорными пунктами и источником подкреплений для конфликтов в Сикаре и Венданасе.

''[06. Система Пленитас]''

Совместное управление представителями Адептус Механикус и Ультрамара. Система используется как арсенал и перевалочная станция для войск в зонах Конорского фронта 11–17. Важность невозможно переоценить, оберегается любой ценой.

===Система Гелиодрас===

''Место развёртывания флота второй роты Ультрадесанта''

Некроны правили галактикой за долгие эры до возвышения человечества, составляя империю ксеноандроидов, что обладала способностью гасить звёзды и телепортироваться через межзвёздные просторы. В незапамятные времена они удалились в гробничные комплексы, где пребывали во сне, пока созвездия вращались в небесах, а континенты вздымались и распадались. Миллионы лет стёрли либо погребли следы их присутствия, но теперь некроны пробуждаются, и в Империуме нарастает ужас от осознания того, сколько планет могут скрывать древние усыпальницы — глубоко погребённые, но уже не дремлющие.

Всюду, где воскрешались металлические мертвецы, разрушения носили катастрофический характер. И речь не только о тектонических и атмосферных катаклизмах: из недр поднимались колоссальные некрополи, системы вооружений и титанические космолёты. А когда бессмертные легионы некронов, исчисляемые миллиардами, выступали из-под земли, целые цивилизации гибли под их пятой.

Некоторые планеты, предназначенные для включения в состав Пятисот миров, уже постигла такая участь. Продвигаясь во тьму за пределами границ своего государства, Ультрадесантники и их союзники обнаруживали всё новые гробничные миры, захваченные возрождающимися династиями. Другие планеты ещё оставались под контролем человечества, но демонстрировали тревожные признаки наличия чужеродных ужасов, покоящихся глубоко под поверхностью.

В последние столетия появился чудовищный враг, угрожающий всей жизни в Млечном Пути. Из внегалактической бездны хлынули флоты-ульи тиранидов, поглощая один мир за другим. Они высасывают с планет органику до скального основания, а затем устремляются дальше в поисках новой биомассы.

Ультрамар принял на себя главный удар первого полноценного вторжения тиранидов, осуществлённого флотом-ульём Бегемот. Первая тиранидская война едва не уничтожила сам Макрагг, но Ультрадесантники ценой огромных потерь всё же разгромили ксенополчища. Некоторые имперские адепты смели тогда надеяться, что угроза тиранидов исчерпана после одного апокалиптического выплеска жестокости. Однако по мере того как новые флоты-ульи проникали в Империум, стало ясно: Бегемот был лишь первым и наименее изощрённым представителем всепоглощающего нашествия, которое может стать гибелью человечества.

Вспыхнувшая в сегментуме Пацификус Четвёртая тиранидская война оттянула существенную часть сил Ультрадесанта после Чумных войн. Именно из этого конфликта вернулись капитаны Агемман и Тит, чтобы присоединиться к отвоеванию Пятисот миров. Но хотя они оставили ужасающие поля сражений Бастиора за тысячи световых лет позади, в конце своего пути они обнаружили, что нескончаемые полчища флота-улья Левиафан уже поджидают их. Тираниды вгрызались в окраины Ультрамара, просачиваясь в любую брешь в обороне, а значит, их предстояло истребить, прежде чем появится хоть какая-то надежда воплотить замысел Гиллимана.

==Проклятый легион==

>> ПРИНИМАЕТСЯ ЧАСТИЧНО ПЕРЕХВАЧЕННАЯ ВОКС-ПЕРЕДАЧА / ТОЧНОСТЬ ВОСПРОИЗВЕДЕНИЯ СИГНАЛА НИЗКАЯ

>> ПРИБЛИЗИТЕЛЬНЫЙ ИСТОЧНИК: ДИКИЕ ЗЕМЛИ ТЕЛУДАИ, СЕВЕРНАЯ ЧЕТВЕРТЬ, РЕЙЯ-КВИНТУС

...повторяю, это разведывательный патруль «Фортис» Септус-Шесть-Эхо, 28-й полк Вспомогательных сил обороны Ультрамара. Просим немедленного подкрепления. Мы отступили к заброшенному водоочистному комплексу и укрепили позицию, но что-то глушит ауспик, поэтому невозможно точно определить наши координаты. Покуда есть силы, я буду поддерживать эту зацикленную передачу в надежде, что она послужит маяком для наших спасателей.

И визуально, и по приборам подтверждаем: противник — некроны, нечестивые пришельцы-андроиды. Бог-Император, сбереги наши души, они сущие исчадия ада! Наши самые тяжёлые орудия годятся лишь для того, чтобы подбить простейших из их пехотинцев. Более того, многие из тех, кто кажется поверженными, вскоре поднимаются и продолжают атаку. Их оружие — воплощённая ересь: стреляет бирюзовыми лучами, которые заживо сдирают кожу с верных солдат Ультрамара и с лёгкостью проходят сквозь прочнейшую броню. Лики их — скалящиеся черепа, а убийственный свет, горящий в их глазницах, холоден, словно пустота. Мы лишились более двадцати бойцов из-за безумия и ужаса перед этими тварями; остальные едва удерживают рассудок. Потери жуткие, хотя раненых почти нет. Оружие врага обладает такой кошмарной мощью, что немногие выживают после его прикосновения. Сейчас некроны снова наступают — неизбежные, как смерть. Я должен сражаться. Предайте наши души Богу-Императору. И если вы слышите это — поспешите, иначе никого из нас не останется.

>> ПЕРЕХВАЧЕННОЕ СООБЩЕНИЕ ПОВТОРЯЕТСЯ

>> ПЕРЕХВАТ ЗАВЕРШЁН_

===Андроидные ужасы===

'''Некронов боятся по всей Галактике как вид, казалось бы, бессмертных андроидов. Появляясь из древних могильников, спрятанных в недрах заселённых планет, или прибывая на грозных флотилиях вторжения, спускающихся из пустоты, они неумолимо сметают всё на своём пути.'''

Легионы некронов — ужасающий противник, восстающий из гробниц с желанием вернуть утраченное. Миллионы лет они провели в стазисных склепах, пережидая последствия всегалактической войны, но их технологии всё равно настолько превосходят научные достижения любой другой цивилизации, что кажутся магией. Более того, сами некроны уже давно не биологические существа, а сверхразвитые механоиды с телами из особого металла, восстанавливающего повреждения. И даже если их разорвать на части, они непременно соберутся воедино: протоколы реанимирования притянут останки в сиянии зелёной энергии, дабы некроны продолжили свою зловещую нежизнь.

В глазах их знатного сословия молодые расы лишь пыль, скопившаяся в трещинах некронской империи, и эту пыль надлежит вычистить. Но некроны уже не те, что прежде. Хотя они по-прежнему выносливы, Великий сон забрал своё, повлияв на их тела и рассудок. Многие гробницы пострадали из-за природных катаклизмов или диверсий, да и сам процесс возрождения оказался несовершенным. Одних поглотило нигилистическое безумие или бездумное оцепенение, тогда как у других личностные энграммы искажены бесчисленными мелкими нарушениями.

====Осколки К’тан====

Ещё до Великого сна некроны считались древними. Они оказались втянуты в галактический конфликт, известный в последующие эпохи как Война в небесах. У них не получалось выиграть в одиночку, поэтому им пришли на помощь могущественные сущности К’тан — звёздные боги невероятной силы, — предложившие некронам сверхъестественные дары в обмен на верность. В процессе так называемого биопереноса К’тан преподнесли нетленные оболочки из живого металла, но платой за это стали сами души некронов. Когда К’тан одержали победу, некроны предали их и отомстили. Они не могли уничтожить звёздных богов, но благодаря космическому оружию чудовищной мощи и ценой немыслимых жертв разбили их на осколки. Затем, используя свои несравненные технологии, некроны собрали эти фрагменты и подчинили их. Эти осколки — лишь отголоски прежних сущностей, остатки безумного разума и энергии, порабощённые некронами. Большинство из них ныне влачит жалкое существование в несокрушимом рабстве у своих бывших прислужников.

===Осколки К'тан Несущего Ночь===
[[Файл:Titus19.jpg|350px|thumb|right]]
''Воплощения смерти''

'''Когда-то давно Несущий Ночь был олицетворением смерти, богом с садистскими наклонностями, что обладал силой гасить звёзды и испытывал жуткий голод, глядя на жизнь в галактике. Как и собратьев, его разбили на куски некроны, и с тех пор неистовые фрагменты Несущего Ночь находятся в услужении у тех, кем он ранее правил.'''

Некроны растеряли большую часть знаний о Несущем Ночь: какие-то сведения попросту исчезли из логических ядер, заменяющих им мозг, а другие были стёрты из архивов миров-гробниц. И многие некроны, надо сказать, благодарны за эти странные провалы в памяти, ограждающие их от всех тех ужасов, что им пришлось пережить, если верить обрывкам сказаний о Войне в небесах.

Несущий Ночь, известный некронам как Аза'город, требовал поклонения, дабы утолить своё чудовищное самолюбие. И лишь клятвами вечного служения удавалось удерживать его в узде хотя бы на время, чтобы успеть показать ему иные разумные виды, которыми он мог насытиться. Множество некронов впадали в убийственное безумие, не справляясь с кровавыми образами, порождаемыми в присутствии их господина. Во время Войны в небесах Несущий Ночь всё чаще уничтожал противников без разбора и пировал ими по своему желанию. И даже когда враги некронов были повержены, он не прекратил сражаться против всего сущего и начал проникать в разумы обитателей галактики, засеивая их темнейшими кошмарами.

Говорят, когда некроны разрушили телесную оболочку Несущего Ночь, они изгнали его самое мощное оружие в варп. Но к тому времени он уже стал прообразом смерти в культуре многих цивилизаций, пропитав их существование ужасом перед неотвратимостью конца и бренностью бытия. Альдари называли его Каэлис Ра — Уничтожитель Света, тогда как у зарождающегося человечества он отложился в наследственной памяти как Мрачный Жнец.

====Пробуждение смерти====

Осколки Несущего Ночь сковали посредством эзотерических приспособлений и погрузили в стазис вместе с их хозяевами-некронами на время Великого сна. Многие династии до сих пор владеют частицами этого К'тан, опаснейшими в своём роде и труднейшими для содержания. Особенно неустойчивые осколки даже приходится запирать в тессерактовые темницы, когда они не участвуют в бою. Ввиду психической и физической нестабильности некродермис, заключающий внутри их сущность, непрерывно распадается, и рои каноптековых конструкций должны постоянно его восстанавливать. Для контроля также используются бруски заряженного ноктилита, позволяющие вдобавок оградить К'тан от потусторонних сил и усилить его собственную грозную ауру. Один-единственный осколок Несущего Ночь способен расправиться с целыми армиями. Из его некродермиса вытягивается клинок в форме косы, широкими взмахами которого он выкашивает недругов своих повелителей, и даже взгляда ему достаточно, чтобы высосать из жертв жизненную силу. Правители гробничных миров неохотно выпускают таких непредсказуемых созданий на поле битвы, всегда опасаясь, что те вырвутся из оков. Где-то в глубине фрактального разума этих осколков погребены мучительные отголоски извечной ненависти, которую они питают к тем, кто ныне держит их в рабстве. И некронам поистине повезло, что такие воспоминания — лишь мимолётные проблески в сознании осколков, страдающих от бурлящего психоза.

===Некросор Амментар===

''Наказание Триархии''

'''Некроны — безжизненные ужасы из древней эпохи. Их знать, довольная тем, что её боятся как мифических существ, взирает свысока на прочие виды Галактики. Но и у династий есть свои страхи. Один из них — чудовище по имени Амментар.'''

[[Файл:40k_necammentar-jan06-art-yrp8cy6icn.jpg|500px|thumb|right]]
<center>''«ПРЕДАЙ СЕБЯ СМЕРТИ. ЭТО ФУНДАМЕНТАЛЬНАЯ ЭНТРОПИЙНАЯ ИСТИНА ВСЕЛЕННОЙ».''</center>

<center>Некросор Амментар</center>

Амментар — исключительное явление среди культов уничтожителей. По некоторым сказаниям, он стал первой жертвой проклятия и начал его распространять, хотя ни один некрон не знает, что послужило тому причиной. Некросор — переносчик губительного психоза, средоточие жажды убийств, подавляющей даже глубоко заложенные протоколы. Всюду, где он появляется, в коре искусственного мозга других некронов вспыхивает безумие, распространяющееся подобно чуме. От нижайших прислужников и солдат до высшей знати и даже псевдовсеведущих главных программ могильных комплексов — все в той или иной мере ощущают притяжение жуткого помешательства Амментара. Те, кто не поддаётся мгновенно, зачастую насильственно превращаются и телом, и разумом в уничтожителей при участии криптеков, уже подчинённых воле Амментара и безоговорочно верных его делу. Впрочем, есть и такие, кто сознательно примыкает к этому вестнику смерти — из страха, честолюбия или коварства.

Имя Амментар известно каждой династии. Кому-то оно служит напоминанием о невыразимой вине и самом отвратительном предательстве. У других за целую вечность оно смешалось с представлениями о сверхъестественной порче, нарушении династических кодексов и угрозе вымирания. Для вида, мнящего себя бессмертным, такая угроза может показаться смехотворной, особенно тем аристократам, кто считает Амментара лишь легендой. Однако его существование — увы, реальность.

Если у существа, известного династиям как некросор Амментар, когда-то и было истинное имя или личность, они давно утрачены. Неизвестен даже гробничный комплекс, где он мог пробудиться. Масштаб удаления информации о нём наводит многих некронов на мысль, что стёрли её намеренно, и, по идее, лишь Безмолвный Царь обладал подобной властью. Даже титул «некросор» не встречается у знатных семей — он даровался лишь Триархией. Сам Амментар не знает, имел ли он когда-то иную личность, но подобные представления о себе не имеют для него значения, давным-давно уступив место кровожадным помыслам. Внешний вид некросора Амментара свидетельствует о его сумасшествии и вызывает глубокую неприязнь у династических аристократов, ибо представляет собой одну сплошную патологию, от которой у них непременно встали бы дыбом волосы, имей они их.

Каждая деталь в его образе рассчитана на истребление органической жизни. На протяжении вечности он заставлял порабощённых криптеков встраивать в его разрастающееся тело всё новые смертоносные улучшения, и теперь Амментар имеет змеиный хвост, обеспечивающий исключительную подвижность, множество клинковидных конечностей с полем мономолекулярной дестабилизации, как у каноптековых конструкций и Освежёванных, и две дополнительные руки со встроенными энмитическими пистолетами. Кроме того, он способен прокладывать туннели сквозь поверхность мира, словно червь сквозь гниющий плод, и прорываться из субизмерений, используя любую возможность, чтобы добраться до добычи и эффективно её растерзать.

Несмотря на ту беспрецедентную глубину, до которой доходит психическое расстройство Амментара, он сохраняет острый ум и переживает периоды относительной вменяемости, что делает его куда опаснее любого другого уничтожителя. Будь он просто машиной для убийства, необузданной и непредсказуемой, династии, скорее всего, игнорировали бы его. Некросор, однако, вселяет в некронов страх и отвращение сильнее, чем кто-либо другой, — и всё из-за одной его гнусной затеи.

====Призвание умерщвлять====

Амментаром движит нечто большее, нежели просто желание уничтожать. Будь то ввиду эзотерического проклятие или энграммного сбоя, он демонстрирут чуть ли не фанатичную одержимость самым страшным из прежних угнетателей некронов — Несущим Ночь. Через силу и принуждение он стремится собрать осколки звёздного бога и вернуть объекту своего поклонения прежнюю целостность. Амментар верит: это — самый лучший способ гарантировать искоренение жизни в каждом уголке галактики. Несущий Ночь — и в меньшей степени его полоумные осколки — представляет для некросора возвышенный идеал, поскольку воплощает простую и пронзительно прекрасную логику смерти, которую он стремится донести до остальных.

Невозможно преувеличить омерзение, что некроны испытывают к цели Амментара. К'тан из древней истории — предмет их отчаянной ненависти, и потому звёздные боги, раздробленные силой некронов, презираются как ничтожные рабы без статуса. Возвеличивать таких изломанных существ — грех, затмеваемый лишь стремлением Амментара вновь их объединить. Но даже если допустить возможность этого, сама мысль о том, что Несущий Ночь возглавит тех, кто предал и поработил его, вместо того чтобы просто перебить их всех, кажется откровенно бредовой. Тем не менее армии некросора растут с каждой победой, и далеко не все его сторонники — напуганные или порабощённые обитатели миров-гробниц, как хотел бы убедить династии Безмолвный Царь.

Число последователей Амментара столь велико, что он не в состоянии вести их всех лично. Для этого у него есть генералы, составляющие так называемый двор Забвения: верные приспешники, такие как лорд-скорпех Незфеттра Свежевательница, стратегические гении, подобные немесору Анутеку, который устоял перед проклятием Уничтожителя и стремится к власти, будучи правой рукой Амментара, и ещё кабалы криптеков вроде конклава Гиперанха. Соединения его проклятого легиона широко распространились по космосу, преследуя цель своего повелителя: найти осколки Несущего Ночь и вырвать из рук тех, кто держит их в плену. Когда приверженцы Амментара нападают на некрополи, в их недрах разгораются поистине разрушительные битвы — без заботы о территориальных приобретениях, сокровищах старины или династических регалиях. И это ещё одна причина, почему знать так боится некросора: даже если они покорятся ему, его губительный фанатизм сотрёт их цивилизацию с лица бытия.

В последние астрономические циклы сам Амментар был замечен на галактическом юго-востоке. Легионы, прежде принадлежавшие разным династиям, но ныне верные лишь некросору, проникли в регион, известный Империуму как Ультрамар — оплот множества гробничных комплексов некронов. Безмолвный Царь и его Триархия, отвлечённые конфликтом в секторе Нефилим и нарастающей гражданской войной с династией Саутехов, не считают нужным как-либо противостоять Амментару: пока внимание последнего сосредоточено на Ультрамаре, Триархия не желает открывать новый фронт. В свою очередь, некоторые малые династии, оказавшиеся на пути наступления Амментара, оказали сопротивление, но большинство уже разгромлено и поглощено.

{{Врезка|'''Образец смертоносности'''

Чудовищная оболочка Амментара вобрала в себя черты, присущие разным подкультам уничтожителей: змеевидная нижняя часть тела напоминает об офидианах, энмитическое оружие такое же, как у гексмарков, а клинковые конечности сближают его со скорпехами. По мнению некоторых некронов, особенно тех, что фанатично преданы некросору и сохранили остатки рассудка, это вовсе не случайно. Они верят, что Амментар — пророческое воплощение этих смертоносных усовершенствований, а представители субкультов — лишь разрозненные отражения его сущности. Оттого-то последователи некросора превозносят его как единственного в своём роде, кто объединяет все орудия убийства.}}

===Аспекты уничтожения===

''Уничтожители и освежёванные''

'''Психозы, одержимости и различные неврологические недуги известны в каждом гробничном мире как частые последствия сна длиною в вечность. Многие из них династии принимают или игнорируют, но самые разрушительные и опасные отклонения правители стремятся всячески подавить.'''

Большинство некронов находят убеждения Амментара отталкивающими, не разделяя той простой и пронзительно прекрасной логики, которую исповедуют его последователи. Династии гневно осуждают почитание им осколков Несущего Ночь и считают его тягу к истреблению всей жизни — пусть порой и тактически выгодную — недостойной. Тем не менее в каждой усыпальнице встречаются те, кто внемлет призыву некросора к оружию. А ещё есть обитатели карманных измерений, следующие за воинствами Амментара ради обильной жатвы плоти.

====Безумие уничтожителей====

Хотя некроны подвержены самым разным психическим расстройствам, нигилистическое помешательство на убийствах, которым страдают уничтожители, доказало свою губительность и получает всё более широкое распространение. Уничтожители лишены амбиций, желаний или надежды, падая в холодную бездну расчётливой ненависти, что подталкивает их искоренять любую органическую жизнь. Те из их рода, кого именуют повелителями, — это всего-навсего некроны, сохранившие чуть больше интеллекта, чем остальные, и способные направить всю мощь своего разума на достижение единственной цели — тотального истребления. Среди уничтожителей существует немало подвидов, начиная с локустов, которых можно узнать по грависаням вместо нижней половины тела и внушительным пушкам, и заканчивая применяющими клинки скорпехами или опустившимися подземными офидианами. Все они одинаково требуют от криптеков переделывать их тела, согласно собственным представлениям о том, как оптимально истреблять живых.

Уничтожителей используют как ударные войска, поскольку их ценят за стойкую решимость покончить с неприятелем, не заботясь о собственной безопасности. Некронская знать, однако, нисколько не доверяет им. Многие не только опасаются того, что навязчивые идеи уничтожителей могут быть заразительны — хотя мудрейшие криптеки до сих пор не сумели выяснить, так ли это, — но и задаются вопросом, на кого эти сумасшедшие обратят своё внимание, когда со всеми органиками будет покончено.

На ранних стадиях помутнение рассудка уничтожителей, как правило, проходит незамеченным. Некроны с остатками самосознания и индивидуальности могут обращаться к криптекам за усовершенствованиями, что воспринимается просто как стремление стать лучшим орудием в руках благородных повелителей. Те же, чей статус ниже, могут пройти такие изменения принудительно, особенно если их хозяева уже поражены болезнью. Замечено, что по мере накопления модификаций ухудшается ментальное состояние, и теперь владыки и криптеки обеспокоено размышляют над тем, может ли тяжёлая модернизация спровоцировать безумие уничтожителей? Или оно проникает в разум некрона гораздо раньше и подталкивает к физическому преображению? Или же у него совсем иная природа?

====Проклятие Свежевателя====

Освежёванные — омерзительные падальщики, жертвы ужасного безумия, пустившего корни, как верят некроны, на завершающем этапе Войны в небесах. Их проклятье стало прощальным даром одного из К'тан по имени Лланду'гор, Свежеватель. В Некролитовом архиве, а также в Книге Скорбной Ночи, хранящейся в Чёрной Библиотеке, записано, что, когда некроны обратились против звёздных вампиров, Свежевателя не просто разделили на части, как его собратьев, а полностью уничтожили, разбив на квантовые частицы. Однако перед смертью он наслал жуткое проклятие на предателей, запятнав их отголоском своего ужасающего голода. И хотя многие криптеки отрицают эту версию, правда в том, что, какой бы ни была истинная причина возникновения Освежёванных, на протяжении эонов их заболевание не давало о себе знать, но к тому моменту, как стало проявляться, заражённые некроны уже невольно разнесли его по бесчисленным мирам.

Некрон, над которым возымело верх проклятие Свежевателя, страдает от медленной и мучительной эрозии сознания. Он начинает упиваться видом неприятельских ошмётков и собирать трофеи из кожи, сухожилий и костей. С прогрессированием расстройства жертва пробует питаться мертвечиной, как бы абсурдно это ни звучало. Даже те, у кого почти не осталось личности и эмоций после биопереноса, проявляют неуклюжее рвение вгрызаться в живую плоть. Но, поскольку некрон не в состоянии что-либо переварить или проглотить, кровь просачивается через щели в экзоскелете, засоряя суставы и стекая к ногам. Больной, впрочем, ничего этого не замечает и продолжает давиться мясом в бессмысленной попытке утолить голод, в результате чего со временем покрывается клочьями плоти и запёкшейся старой кровью. Вскоре после этого происходят физические метаморфозы, которые разрушают и искажают тело: внешняя деформация отражает внутренние изменения в протоколах и функциях. Оболочка из живого металла претерпевает жуткие изменения, превращая пострадавшего некрона в сгорбленную тварь с длинными когтями. В итоге отвратительный механоид просто исчезает, утянутый неизвестным инстинктом в карманное измерение, недосягаемое прочим.

Будь такова участь всех этих несчастных, знать с радостью забыла бы о них, однако они обладают загадочной способностью прорываться обратно в реальное пространство, появляясь целыми стаями в местах побоищ. Немало криптеков посвятили жизнь изучению проклятия Свежевателя, но все их усилия в раскрытии тайн этого явления пока что не увенчались успехом. Некоторых оно довело до безумия, тогда как иные даже изувечили себя в подражание Освежёванным.

====Последователи некросора====

Миры-гробницы, успешно захваченные некросором, отныне следуют его нигилистическому настрою. За то время, что ему требуется, чтобы собрать силы и уйти, порабощённый могильный комплекс уже успевает заполниться ополоумевшими некронами. Некоторые выбирают такую участь либо из страха перед Амментаром либо будучи подчинены его воле. Бывали даже случаи, когда главная программа, как будто поддавшись порче, запускала ускоренные процессы принудительного обращения как спящих, так бодрствующих обитателей склепов в уничтожителей. При этом недуг не ограничивается модифицированными некронами. Под воздействием ауры Амментара шатающиеся орды воинов и Бессмертных бросаются на ближайших врагов, часто вспарывая их или забивая насмерть судорожными ударами, а не расстреливая с расстояния. Даже боевые машины в армии некросора кажутся затронутыми его психозом. Вместо того чтобы следовать династическим кодексам, их помешанные на убийствах экипажи прокладывают кровавые борозды в рядах противника, выпуская беспорядочные залпы в ходе наступления. Значительная часть проклятого легиона некросора к тому же кишит многочисленными сворам охочих до плоти Освежёванных. Его войска часто приносят столько смерти, что эти механические упыри стекаются на резню в невиданных прежде количествах. Они выбираются из своих жутких измерений и жадно кидаются в погоню за теми, кто пытается спастись от уничтожителей. Иногда относительно здравомыслящие стратеги Амментара даже включали Освежёванных в планы вторжения, на что способны совсем немногие представители династической знати. Впрочем, сам Амментар заходит ещё дальше: он специально устраивал грандиозные бойни на планетах, не имеющих некрополей, чтобы заманить Освежёванных в сети своего влияния. Вместо того чтобы отгонять их, как поступают другие некроны, он направляет их в намеченные зоны боевых действий, используя как расходный материал.

{{Врезка|'''Метка некросора'''
[[Файл:Titus20.jpg|200px|thumb|right]]
Большая часть сил Амментара неотступно сопровождает его в одном разрушительном походе за другим, однако временами он передаёт части своего проклятого легиона под командование одного из генералов двора Забвения. Такие соединения отправляются на самостоятельные задания во имя общего дела, причём иногда на долгие периоды, но в конечном счёте возвращаются к своему мрачному пророку. Состав проклятого легиона вечно меняется: безумие и смерть берут своё, и на замену павшим постоянно приходят новые силы. Как следствие, воинства Амментара часто включают солдат из множества разных династий, и тем не менее все они следуют его кошмарному плану. Некоторые из приверженцев некросора демонстрируют единство цели уникальным глифом, который проецируют над собой в виде мерцающей голограммы или наносят на тела из живого металла, стирая прежние династические знаки. Ту же метку можно заметить выгравированной на бортах боевых машин или выбитой на стенах порабощённых гробничных комплексов.}}
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Ультрадесант]]
[[Категория:Некроны]]

Утверждено орденом: Крыло Ворона и реациклы модели 14 «Телец» / Chapter Approved: The Raven Wing and Mk14 jet-cycle 'Bullock' (статья)

2026-02-27T04:01:24Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =WD96.jpg
|Автор =Рик Пристли / Rick Priestley
|Переводчик =Dark Apostle
|Издательство = Games Workshop
|Серия книг =[[White Dwarf (перечень номеров)|Белый карлик / White Dwarf]]
|Источник =White Dwarf 96
|Год издания =1987
}}
==Арсеналы Механикус: реактивный мотоцикл модели 14 «Телец»==

Этот лёгкий реактивный реятель классифицируется как «мотоцикл» и, подобно всем мотоциклам, рассчитан на одного водителя и небольшой объём снаряжения. «Телец» способен работать в режимах реяния или полноценного полёта. В полётном режиме он особенно быстр, что идеально подходит для разведывательных операций, ради которых его и создали. Там, где атмосферные возмущения, густая растительность или другие факторы исключают орбитальное наблюдение, такая машина становится бесценной.

Модель 13 уже состоит на вооружении Имперской Армии и, в модифицированных версиях, у многих орденов Космодесанта. С введением новой машины старые модели получат модернизацию до уровня 14-й.

Для испытаний модели 14 были отобраны различные варианты вооружения. Большинство машин оснастят стандартными спаренными болтерами. Однако многие ордены Космодесанта усиливают разведывательные отряды более тяжёлым вооружением — обычно один байк из пяти.

Оборудование реацикла включает встроенную систему автоматического управления с возможностью установки биосканера, энергосканера, коммуникатора или системы автонаведения (для управления спаренными болтерами или другим основным вооружением). Точная конфигурация может меняться в зависимости от обстоятельств: большинство модулей просто прикручивается на болты.

[[Файл:MK14_Bullock_Jet_Cycle_2.jpg|650px|thumb|center]]

{{Врезка|
<center>'''АДЕПТУС МЕХАНИКУС'''</center>

''Акт технической экспертизы №: 101/65''

''Код инициации: LL/23''

''Дата составления акта: 0852640.М41''

''Предмет экспертизы: реацикл 14-й модели''

''Кодовое наименование: «Телец»''

''Составил: Йохан Бланк''

'''ПРИМЕЧАНИЯ ИСПЫТАТЕЛЯ'''

Геносенсор: значительное лучше по сравнению с 13-й моделью; датчик мгновенно считал отпечаток и запустил двигатель, едва я коснулся сиденья. Куда лучше прежней системы сканирования сетчатки — после того как 12-я выжгла мне глаз, я только рад от неё избавиться.

Эргономика корпуса: превосходно; благодаря усиленной гидравлике руля приборной панелью можно пользоваться любой рукой.

Гравитационный двигатель быстрый и надёжный; по ощущениям он, конечно, не такой, как колёсный, зато куда шустрее. Разгон мощнее, чем у прошлой модели, поэтому когда начали давить перегрузки, облегающие кресла здорово выручили. Лётный профиль смотрите в прилагаемой спецификации. Стандартные тесты на полный газ и перегрев показали явную слабость передних выпускных коллекторов. Учитывая, что это был первый тест 14-й на максимальных оборотах, ничего удивительного. Предлагаю сдвинуть первые пару выхлопных патрубков под машину и подальше от правой ноги водителя. До аварийной аптечки на прототипе дотянуться не удалось — зато док уверяет, что приделают новую ногу, и уже на следующей неделе я снова сяду за руль.

Спаренные болтеры показали себя на отлично. А вот новые ленты подачи явно требуют доработки — тест на разрушение провалился слишком рано. Повышенная скорострельность 14-й оказалась чрезмерной для старых отбойников — я поймал почти четыре грамма осколков в левое лёгкое, в основном от разлетевшейся защиты. Док подключил меня к киброн-жабрам, но обещает скоро заменить их на что-то получше. Технические условия для краш-теста на полной скорости я ещё не видел. Разберу их толком, когда бинты снимут. Док говорит, у новых глаз будут проблемы с фокусировкой, но сейчас медике устанавливают какую-то временную автосенсорику. Переднюю гидравлику точно нужно усилить — эти поршни должны спасать кости, а не превращать в кашу всю грудную клетку.

Заключение. Отличное металлическое изделие. Значительное лучше по сравнению с 13-й моделью. Только добавьте больше хрома.

::::::::::Йохан Бланк

<center>[[Файл:MK14_Bullock_Jet_Cycle_3.jpg|600px|thumb|center]]</center>}}

==Крыло Ворона==

Боевое братство ордена Космодесанта Тёмных Ангелов состоит из десяти рот по сто боевых братьев в каждой. Каждой ротой командует капитан при поддержке назначенного лейтенанта, а также специалистов из апотекариона и библиариума: медиков, офицеров связи и псайкеров.

Седьмая рота представляет собой специализированное разведывательно-штурмовое подразделение, известное как «Крыло Ворона». Вместо традиционной символики Тёмных Ангелов боевые братья носят эмблему чёрного крыла с номером роты на правом наплечнике. Экипированные и обученные для высокоскоростной разведки, воины Крыла Ворона специализируются на тактике «ударил-отступил» и выполняют задачи по обнаружению и ликвидации целей.

При полной укомплектованности Крыло Ворона располагает десятью отделениями по десять бойцов в каждом. Эти отделения, в свою очередь, разделяются на две группы по пять воинов: одну возглавляет сержант, другую — старший боевой брат.

===История===

Подлинное происхождение Крыла Ворона кануло в небытие вместе с историей Первого крестового похода (примерно тридцатое тысячелетие — около десяти тысяч лет назад). О Тёмных Ангелах того времени известно крайне мало. Ранняя история ордена была вычеркнута из всех имперских архивов после Ереси Гора<ref>Самое раннее упоминание о Ереси Гора в сеттинге Warhammer 40k.</ref> и изгнания девяти легионов-предателей в Око Ужаса. Истинная причина уничтожения этих записей известна ныне одному лишь Императору.

Легенда гласит, что орден основал Лайнол Джакобсен (или Джонсен), чьи знаменитые подвиги включают испепеление астероида Гояс и первое околосветовое плавание вокруг Внешних Долманов. Говорят, он погиб, защищая честь капитула в поединке с Леманом Руссом, основателем Космоволков<ref>Космоволки (Spacewolves) — раннее название ордена Космических Волков (Space Wolves).</ref>. Вполне возможно, что так и было, однако скорее всего эта история — выдумка, родившаяся после межлегионных войн тридцать второго тысячелетия. Как бы там ни было, с тех пор оба ордена остаются непримиримыми соперниками, если не сказать — открытыми врагами.

В последние столетия Тёмные Ангелы возглавили вторжение на Растабал (465 год нынешнего тысячелетия), охотились за флотом-ульём Бегемот во время последней тиранидской войны (678–745) и приняли участие в решающем штурме космической крепости узурпатора Калигара в ходе Восстания в Четвёртом квадранте (780). Сейчас, в 987 году, орден ведёт войну против орков Чарадона у Мира Ринна и Дурной Пристани.

[[Файл:MK14_Bullock_Jet_Cycle_4.jpg|650px|thumb|center]]

===Крыло Ворона===

В 986 году Тёмные Ангелы получили имперский приказ прийти на помощь Миру Ринна. Планета к тому моменту находилась в осаде — космодесантники Багровых Кулаков были практически полностью истреблены орочьим военачальником Снагродом Архиподжигателем Харадона. Выйдя на орбиту Мира Ринна, флот Тёмных Ангелов столкнулся с многократно превосходящими силами орков и понёс серьёзные потери. Корабли ордена в конце концов были вытеснены с орбиты, однако успели совершить единственный проход и выпустить разведывательное подразделение ЛАТА-7<ref>LADA-7: возможно и вправду отсылка на ВАЗ-2107 «Жигули» (LADA 2107), но скорее всего Legiones Astartes Dark Angels, 7<sup>th</sup> company — Легионес Астартес «Тёмные Ангелы», 7-я рота.</ref> «Крыло Ворона». Первое задание капитана Гая Облонского в должности ротного командира обещало быть непростым... Прежде Крылом Ворона руководил Тарквин Гесперид, пока транспортная авария не вынудила его отправиться на покой в апотекариум ордена.

Роту распределили по одиннадцати десантным кораблям: в первых десяти находились отделения с 1 по 10, в одиннадцатом — капитан и прочий персонал.

Оснащённое новыми реактивными мотоциклами модели 14 «Телец», подразделение впервые в истории выполнило манёвр досрочного десантирования — бойцы покидали корабли в воздухе, не дожидаясь посадки. Решение оказалось верным — из 11 десантных кораблей невредимыми приземлились только два, но все космодесантники к тому моменту их уже покинули.

Остальные силы ордена отступили в глубокий космос, и Облонский с Крылом Ворона оказались предоставлены сами себе. Однако те проявили себя блестяще: нанесли удары по экваториальным станциям противокосмической обороны, уничтожив две из трёх, после чего устремились на подмогу выжившим Багровым Кулакам в Новом Ринне.

===Конфигурации реацикла модели 14 «Телец»===

Приведённые ниже организационные схемы и таблицы распределения указывают типы вооружения и снаряжения мотоциклов для каждого офицера и бойца во всех десяти отделениях Крыла Ворона. Десантный корабль № 4 был уничтожен орочьим кораблём на орбите, и всё четвёртое отделение погибло. Других потерь при высадке не было.

* '''Конфиг.001''' — кодовое имя «Коготь Ворона»

Штурмовики

Вооружение: 2 болтера

Оснащение: автопилот, прицельный комплекс (синхронизированная стрельба обоих болтеров по единой цели).

* '''Конфиг.002''' — кодовое имя «Клюв Ворона»

Огневая поддержка

Вооружение: лазерная пушка

Оснащение: автопилот, прицельный комплекс.

* '''Конфиг.003''' — кодовое имя «Глаз Ворона»

Разведка

Вооружение: не предусмотрено

Оснащение: автопилот, автоматика жизнеобеспечения, коммуникатор, биосканер.

* '''Конфиг.004''' — кодовое имя «Полёт Ворона»

Специальная разведка

Вооружение: 1 болтер

Оснащение: автопилот, силовой купол, коммуникатор.

* '''Конфиг.005''' — кодовое имя «Гнездо Ворона»

Командование

Вооружение: 1 плазменная пушка

Оснащение: автопилот, система автонаведения, прицельный комплекс.

{{Врезка|'''Капитан Гай Облонский'''

:Лейтенант Джинн Нтонник

:''Джинн — космодесантник-псайкер. Его сочли достойным жить со своим даром и приняли в ряды Тёмных Ангелов.''

* Первое отделение

:::группа 1: Сержант Лекс — 4 бойца

:::группа 2: Брат Горц — 4 бойца

* Второе отделение

:::группа 1: Сержант Логос — 4 бойца

:::группа 2: Брат Пальчис — 4 бойца

* Третье отделение

:::группа 1: Сержант Альбий — 4 бойца

:::группа 2: Брат Хабз — 4 бойца

* Четвёртое отделение (погибло)

:::группа 1: Сержант Тегул — 4 бойца

:::группа 2: Брат Мальш — 4 бойца

* Пятое отделение

:::группа 1: Сержант Салирех — 4 бойца

:::группа 2: Брат Куль — 4 бойца

* Шестое отделение

:::группа 1: Сержант Креденс — 4 бойца

:::группа 2: Брат Эрек — 4 бойца

* Седьмое отделение

:::группа 1: Сержант Капс — 4 бойца

:::группа 2: Брат Канц — 4 бойца

* Восьмое отделение

:::группа 1: Сержант Еборак — 4 бойца

:::группа 2: Брат Лоуг — 4 бойца

* Девятое отделение

:::группа 1: Сержант Винций — 4 бойца

:::группа 2: Брат Дукх — 4 бойца

* Десятое отделение

:::группа 1: Сержант Касула — 4 бойца

:::группа 2: Брат Венгт — 4 бойца

* Вспомогательный персонал:

:::Медик Килекс Килдаре

::::Медик Кассий Гацит

:::Астропат Веди Лазар

:::''Веди — один из наиболее одарённых братьев-псайкеров в ордене. Он несёт службу в библиариуме как «ангел связи»: принимает и отправляет психические сообщения от братских орденов Космодесанта.''

::::Астропат Румман Коак

:::::Связист Майек Руфус

:::::Связист Клоф Бибулус}}

''«Да обретут кающиеся милосердную смерть».''

::::::::::пословица

===Вооружение и снаряжение===

Крыло Ворона оснащено только лёгким снаряжением, которое позволяет подразделению действовать как мобильная штурмовая сила. Ниже приводится перечень снаряжения, выдаваемого различным категориям бойцов.

* '''Комплект 1''' — Рядовые

Силовая броня со стандартным оснащением: авточувства, коммуникатор, респираторы. Болтомёт. Фраг-гранаты. Крак-гранаты. Светошумовые гранаты.

* '''Комплект 2''' — Сержанты

Силовая броня со стандартным оснащением: авточувства, коммуникатор, респираторы. Болтомёт. Болт-пистолет. Галлюциногенные гранаты. Плазменные гранаты (2 шт.).

* '''Комплект 3''' — Астропаты

Смещающее поле. Коммуникатор. Дыхательный аппарат (жабры).

* '''Комплект 4''' — Офицеры

Силовая броня со стандартным оснащением: авточувства, коммуникатор, респираторы. Ручной огнемёт. Болт-пистолет. Плазменные гранаты (4 шт.). Конверсионное поле.

* '''Комплект 5''' — Офицеры

Силовая броня со стандартным оснащением: авточувства, коммуникатор, респираторы. Силовая перчатка. Напёрстный лазер джокаэро. Смещающее поле. Стазисное поле.

* '''Комплект 6''' — Офицеры связи

Силовая броня со стандартным оснащением: авточувства, коммуникатор, респираторы. Болтомёт. Болт-пистолет. Дальнобойный коммуникатор с компенсирующим вес суспензором.

{{Врезка|[[Файл:2026-02-20_004433.jpg|400px|thumb|center]]

''«Ничего не забывать — никого не прощать».''

::::::::::девиз}}
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Темные Ангелы]]
[[Категория:Орки]]

Последний Клинок / The Remnant Blade (роман)

2026-02-27T04:01:19Z

Shaseer:

{{В процессе
|Сейчас =2
|Всего =?
}}{{Книга
|Обложка =81xO72pnzML._SL1500_.jpg
|Описание обложки =
|Автор =Майк Винсент / Mike Vincent
|Переводчик =Йорик
|Издательство =Black Library
|Серия книг =
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2025
}}{{Цикл
|Цикл =
|Предыдущая =[[Злодейские Клинки / Blades of Atrocity (рассказ)|Злодейские Клинки / Blades of Atrocity]]
|Следующая =
}}
==Действующие лица==

'''Злодейские Клинки, банда Повелителей Ночи'''

''Далчиан Рассак'' - Шкуродёр, предводитель Злодейских Клинков

''Зореан'' - заместитель

''Крутаан'' - бывший командир когтя

''Ки Умшар'' - хирург-апотекарий

''Анг Хелтрис'' - легионер

''Дагардис'' - легионер

''Сариуз'' - легионер

''Жикарга'' - легионер

''Веллет'' - легионер

''Кет Наа'' - легионер

''Гамарт'' - легионер

''Олокро'' - легионер

'''Род Преисподней'''

''Лейл Яток'' - лорд-чернокнижник, отпрыск Красного Циклопа

''Гирен Нарица'' - варп-кузнец, хранитель “Иктеоса”

''Эндагур'' - возвышенный чемпион

''Наллат'' - восходящий чемпион

''Ларах'' - воин

''Вурдомал'' - магистр одержимости

'''Багровая Резня'''

''Фелиссик'' - Кровавый Владыка, верховный командующий союза

''Дурвейст'' - возвышенный чемпион

''Глаусий'' - палач

'''Имперский Флот'''

''Ефрахим Скаллен'' - мичман, “Красная Галенция”

''Керра Николд'' - старший лейтенант, “Горделивый”

''Ирун Сибилла'' - командующий из Гуэлфосского имперского флотского схолума

''Лом Таригнал'' - капитан служебного корабля Адепта Сороритас “Визирь Арандипа”

''Оура Ула Остол'' - навигатор “Горделивого”

'''Орден Эбеновой Чаши'''

''Беатриза Достоевска'' - командующая канонисса

''Агнетта Гаулос'' - палатина

'''Другие'''

''Тета-Ибриил-7-4'' - отступник-техножрец на службе Злодейских Клинков

''Эдал Барадоз'' - дежурный мичман в пустотном доке 12\Эпсилон “Приюта Лареля”

''Имал дю Голса'' - заклеймённый солдат

==Пролог==

Свита инвосвятой вот уже четыре дня как шла по сине-зелёной пустыне. На сотни километров во все стороны раскинулись просторы Mere Cuprum<ref>Чистой меди (лат.).</ref>. В лучах двух заходящих звёзд-близнецов сверкали зеленеющие холмы, а караван всё так же шёл сквозь. Пять электрожрецов, два оседлавших шагоходы драгуна и полная истребительная клада сикарийских ржаволовчих стали бы достойной защитой для святой, не замечавшей их усилий. Она парила высоко над своим сопровождением в самом сердце каравана, в оплетённой проводами выпуклой бронзовой раке в форме прямоугольника размером пять метров на три. Глубоко внутри в амнотической стазисной жидкости купались её биологические компоненты, путь к которым преграждал круглый люк, надёжно удерживаемый витиеватыми зажимами.

Техножрец-манипул Рур-Арплекс 9-4 не сетовал на то, что ему выпала обязанность сопровождать святыню. Совсем напротив. Рур-Арплекс практически умолял о праве лично сопровождать инфосвятую к её благословенному алькову в относительной безопасности Скважины. Но честь стать частью свиты едва ли умаляла стыд от того, что это вообще потребовалось.

На Узурмандию пришёл Архивраг. На ''его'' мир-кузницу обрушился Хаос, а с ним и его приспешники, несущие бедствия и разрушения. Рур-Арплекс содрогнулся от ненависти, а вместе с ним задрожал и приваренный к торакальным конечностям широкий топор, с пониманием сыплющий искрами. Усилием воли он заставил себя успокоиться. Многие из его ордена остались защищать храмы-кузницы, а другие возглавили кадры, чтобы нанести ответный удар и преградить путь яростному напору гнусных еретиков-астартес. Мало кто решил опуститься до операций по сопровождению, а некоторые даже угрожали ему, узнав о сделанном выборе. Они говорили, что следует оберегать инфохранилища, мемоядра и драгоценные реликвии, невосстановимые в случае повреждений, незаменимые в случае потери. И требовали, чтобы он остался их защищать. Но праведный душой Рур-Арплекс всё же вызвался лично проследить за эксгумацией и безопасной доставкой инфосвятой.

Втянутые в бой силы обороны не могли предоставить ему ни один летательный аппарат, а даже если бы смогли - одинокий самолёт стал бы слишком заманчивой добычей для алучщих еретиков. Нет, инфосвятой предстоит путешествовать по земле. Не покидая сей мир. Никогда. Она была рождена на Узурмандии и согласно святому писанию являлась историатрицей планеты. Хранительницей истории, собиравшей все детали, не попадавшие в аудиторские списки и десятины святого Марса.

Когда-то у Рур-Арплекса была биологическая мать, отчего его в юности дразнили выращенные искусственно адепты. Пусть о ней и не осталась памяти в катушках данных, осталась идея, а инфосвятая же некогда была матерью всего мира-кузницы. Столь почитаемой, что Марс бы этого даже не одобрил. Ступавшей вместе с Омниссией в незапамятные времена. Нет, она никогда не покинет планету.

Скважина погрузилась глубоко в жидкую мантию Узурмандии, но не плавилась благодаря технологиям, о которых давно забыли даже самые августейшие владыки Адептус Механикус. В её несокрушимом хранилище и запечатают инфосвятую, скрыв в безопасности от жадных глаз. Святыню, пусть и не важную в стратегическом плане, однако всё равно бесценную. Но до Скважины осталась почти тысяча километров пути, на который даже при их быстрой скорости уйдут целые дни.

На востоке вздыбился столп сине-голубой пыли, разносимой ветрами. Прежде оранжевая, но покрывшаяся в боях сажей мантия техножреца захлопала, развеваясь на ветру будто флаг. Он начал переключать наборы авгурных линз, подбирая тот, который сможет видеть сквозь опускающуюся завесу. К нему подошёл ближе драгун. На заострённых ногах скакуна уже виднелись следы коррозии от буйства стихий, складки капюшона хлестало нарастающей пылевой бурей.

<Лорд-манипул, возможный контакт> - драгун доложил через ноосферу, зная, что голос унесли бы порывы ветра, и показал на восток рукой.

<Разведать>

Драгун поскакал во мрак, а другой всадник - на запад, чтобы прикрыть караван с той стороны. Рассредоточились подобные паукам ржаволовчие, загудели от собирающейся энергии трансзвуковые клинки. Вслед за драгунам в клубящихся облаках скрылись и разделившиеся по парам электрожрецы. Рур-Арплекс установил со всеми постоянную инфо-связь, переведя вычислительную матрицу в боевой режим, а затем почтительно поглядел на святую.

“Не тревожься, о достойнейшая”, - подумал он. - “Я доставлю тебя в безопасность”.

Они продолжали идти. Нити с самыми отдалившимися электрожрецами и драгунами то исчезали, то появлялись, вспыхивали алым тревожным цветом, а затем вновь становились изумрудными. Буря достигла пика, порывы ветра мчались со скоростью в сотни километров в час. Беззвучно вспыхнула нефритовая молния. А затем ноосфера взорвалась.

<Контакт. Тридцать шесть метров, направление ноль, пять восемь.>

<Контакт. Тринадцать метров, направление два ноль…>

<Контакт. Вступаю…>

<Ккккккккррррррр…>

Одновременно пришла дюжина сообщений. Скрытые бурей адепты открыли огонь, и во все стороны потянулись отблески зловещих красных разрядов. Рур-Арплекс мгновенно сопоставил данные, намереваясь вычислить, откуда идёт нападение.

Со всех сторон.

Едва ли полезный вывод. Погибла уже половина электрожецов. Один взорвался, исчез в бурлящей актинической сфере. Рур-Арплекс пробудил суспензорную упряжь и медленно поднялся над землёй, плывя против ветра так, чтобы занять позицию примерно в пяти метрах над реликварием. Он перешёл к схеме наблюдения, разведя мехадендриты так, чтобы их простые механические глаза обеспечивали обзор на триста шестьдесят градусов. Техножрец завис в воющем вихре, словно головоногий молюск-охотник в терзаемых штормах водах, неподвижный, но готовый броситься на жертву. Истребительная клада же заняла пятигранное построение вокруг инфосвятой. Хлещущие порывы ветра содрогнулись от воя приготовленных клинков.

<Лорд-манипул> - пришёл грубый, поспешный сигнал. Из пылевых облаков показался драгун, чей радиевый джезайл сверкал после многочисленных выстрелов. <Инфосвятая в непосредственной опасности. Прошу разрешения…>

Внезапно драгун рухнул с перебитыми ногами. По воздуху пронёсся тихий вопль. Рур-Арплекс спикировал в клубы расходящейся по спирали пыли, держа наготове набирающее заряд магнорелейное копьё. Он приземлился как раз вовремя чтобы увидеть, как тело драгуна, выброшенного из седла, исчезает в тени инфосвятой.

Ещё один вопль.

Рур-Арплекс опустился на медную землю, готовясь к бою. Тело скакуна лежало там же, где и упало, и вокруг по пескам расходилась лужа крови и иных жидкостей… А всадник исчез.

<Требую ответа,> - отправил он послание принцепсу истребительной клады. <Как враг проник через кордон?>

<Неясно, господин.>

<Обнаружьте его>

Один из ржаволовчих забился в судорогах, а потом его верхняя часть тела испарилась. На землю рухнули тлеющие от жара обрубки оружейных рук.

<Мельта-бомбы> - предупредил Рур-Арплекс. Взбешённые отсутствием визуальных данных ржаволовчие включили установленные на головах люмены, пронзая лучами свистящие клубы пыли. Авгурный модуль Рур-Арплекса засёк слабый сигнал, и он бросился к цели, проскочив прямо под ракой инфосвятой.

Ничего.

Он дал волю своему такому человеческому раздражению и закричал.

- Ублюдок!

Техножрец зло уставился в песчаную бурю. А затем по ветру и ноосферной сети пронёсся атональный глухой удар. И ещё один. Ритмичный звуковой импульс. Сигнал тревоги о нарушении целостности раки. Внутри разверзлась пустота. Рур-Арплекс обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть гибель ещё одного ржаволовчего. И разглядеть врага.

Полуночно-синие силовые доспехи, покрытые шипами и зловещими крючьями. Глаза, сверкающие красным, будто недра ада. Нападавший бился с кинжалами в каждом кулаке и словно танцевал, так ловко, что это казалось невозможным для такого массивного чудовища. Каждый хлёсткий удар рассекал и пронзал органические внутренние ткани киборга-убийцы. Ржаволовчий отбивался, но его мускулы уже отказывали. Рур-Арплекс видел в ноосфере передаваемые умирающим скитарием сигналы о яде. А затем жизненные показатели замерли. Адепт обмяк, а враг - исчез. Прошло меньше мгновения.

''Бум''.

Инфосвятая! Рур-Арплекс бросился к ней и с нарастающим ужасом увидел вмятины и порезы на механической коже. Запрыгнув на парящее тело, техножрец уставился на круглый люк, закрывавший путь к амниотическому сосуду. Вырванный и выброшенный прочь. А когда он подскочил к неровному отверстию, то взгляду предстала опустевшая стазисная колыбель. В бассейне плескалась кровь, содрогались перерезанные провода жизнеобеспечения. И тогда Рур-Арплекса захлестнула волна чего-то странного. Почти забытого чувства из таких далёких, таких человеческих дней юности.

Паники.

Он огляделся по сторонам, не в силах продолжать вычисления. От отказывающих логических устройств по ноосфере пронеслись ударные волны, когда каждый из уцелевших бойцов в одно мгновение осознал весь масштаб их неудачи. И в тот же миг нападение необъяснимым образом прекратилось. Рур-Арплекс стоял на опустевшем металлическом чреве. Осталось двое ржаволовчих, возможно один драгун. Ноосфера всё ещё содрогалась от помех и его собственного замешательства. Впереди же в буре виднелся какой-то силуэт. Техножрец чувствовал, как уцелевшие бойцы клады готовились встретить новую атаку. ''Похвально''.

А затем из пелены показался дрожащий, спотыкающийся драгун. И когда он вышел из клубов разбрасываемой ветром пыли, Рур-Арплекс разглядел изломанное и изрешечённое тело всадника. Скакун же продолжал бездумно идти к ним навстречу.

А затем он увидел инфосвятую. То, что от неё осталось. Тело, натянутое между циркульными конечностями, распятое и выпотрошенное, с серыми атрофировавшимися кишками, вывалившимися из ран словно путы. Оставшееся без кожи лицо распахнуло в беззвучном крике челюсти, удерживаемые клинком. Именно из-за её тела скакун так и шёл, с каждым из вечных шагов дробя и ломая её кости, и разрывая остатки растягиваемой плоти.

Рур-Арплекс, не евший биологическим ртом ничего на протяжении десятилетий, содрогнулся от рвоты, и с губ его закапала чёрная жижа. Он не смог сделать и шага. Ржаволовчие бросились к инфосвятой, желая избавить её от осквернения. Невидимый поток жара разорвал одного пополам, другого обезглавила ужасающе меткая очередь из болтера.

Рур-Арплекс застыл от отвращения и ужаса, полностью покорившись чувствам, от которых, как он думал, избавился давным-давно. Магнорелейное копьё закоротило из-за нарушения протоколов подачи энергии. Техножрец рухнул на аугметические колени. Части его непроизвольно начали отключаться. Из бури показались гиганты в силовых доспехах, подобные собравшимся на кровавый пир призракам. Один из них, облачённый в плащ из содранной человеческой кожи, направлял прочих взмахами длинной цепной глефы. Еретики начали разрывать тела павших воителей Механикус, выдирая из их тщательно модифицированных тел выглядевшие неповреждёнными части.

Рур-Арплекс невидящими ничего глазами смотрел, как его товарищей разбирают на металлолом. Предводитель еретиков запрыгнул на парящую груду металла, прежде бывшую ракой инфосвятой. Всё так же надрывно гудевшую, призывая помощь, которая уже не придёт. Еретик-астартес подошёл к парализованному манипулу. Из-под венчающих его шлем крыльев летучей мыши зловещими провалами мерцали глаза. Он наклонился прямо к поверженному техножрецу и прошептал.

- Наши клинки ещё жаждут…

Сверкнула цепная глефа, и праведное служение Рура-Арплекса-9-4 подошло к концу.

==Первая глава==
В любом ином месте он был бы истинным чудовищем.

Века службы не были милосердными к доспехам пятой модели. Кромешно-синие доспехи замарали шрамы. Каждую пластину обрамляли лезвия и шипы, местами металл почернел от коррозии. За плечами подобно шепчущей горгулии повис гротескный энергетический ранец, несущий на себе зловещую литанию свершённых им злодеяний. Сбившийся в складки гобелен из шкур, содранных, высушенных и сотканных вместе с ужасающим мастерством. Каждая обесцвечена на свой лад, каждая - содрана с людей, и рабов, и вождей, и все они без исключения были живы, когда началось свежевание. Некоторые даже его пережили. Этот плащ был символом пороков и триумфов своего творца. В руке воин держал шлем, чьи багровые линзы потускнели. По обе стороны короны вздымались геральдические крылья, каждое - цвета алой крови из вен, и не покрытые перьями, а перепончатые, как у рукокрылых ночных охотников. Доспехи навевали на мысли об ужасах, которые он мог причинить, а лицо их обещало. Желтовая кожа жалась к острым скулам, а глаза были такими глубоко посаженными, что казались абсолютно чёрными агатовыми бусинами. Покрывавшие половину головы тёмные пряди падали на лицо, словно завеса, другая же была выбрита налысо, отчего на блеклой коже виднелись электу - знаки банд улья.

Далчиан Рассак. Шкуродёр. Предводитель Злодейских Клинков, банды VIII легиона. Во всяком случае того, что от неё осталось.

В любом ином месте он был бы истинным чудовищем. Но здесь? На мостике чужого корабля он был лишь ещё одним чемпионом. Ещё одним слугой Великих Сил, одним из тех кого застойный, чахоточный, изъязвлённый Империум осмелился назвать ''еретиками''. Конечно, сейчас конечно Далчиану было мало дело до Империума. Вся его желчь и гнев были обращены на куда более близкую цель, пусть он и никак не мог дать своей злобе волю.

Перед ним на троне сидел Фелиссик, выслушивая доклады предводителей банды. Бронзовой огранки на доспехах великана было так много, что среди неё почти терялся красный как кровь керамит. С наплечников спадал отороченный мехом плащ цвета индиго. Трофей, взятый с тела давно мёртвого планетарного губернатора, покаранного за рецидивизм Фелиссиком в былые века, когда Багровая Резня ещё была Багровыми Саблями, прозябавшим под ярмом мёртвого властителя Терры орденом Адептус Астартес. Причём, как заметил Далчиан, плащ до сих пор был в идеальном состоянии. Безволосую голову Кровавого Владыки избороздили ритуальные шрамы, а взгляд его застыл на обращавшемся к нему космодесантнике.

Закованный в раздувшуюся терминаторскую броню Урдамас Гренщ из Повелителей Мух истекал словами и слизью, но Далчиан едва мог разобрать хриплый лай. Впрочем, не сказать чтобы он слушал очень внимательно. С некоторых пор банда Далчиана стала самой небольшой в союзе Фелиссика, и потому Шкуродёру придётся отчитаться последним. Но от устроенного Фелиссиком фарса его тошнило.

“Да этот кусок дерьма возомнил себя королём” - подумал он и не в первый раз, желая сплюнуть.

Следующим вперёд выступил Лейл Яток, владыка-чернокнижник из Рода Преисподней, и заговорил тихим басом, почтительно склонив голову на бок. Похоже, Лейл был очень доволен положением дел, отчего решил напомнить и совету, и Фелиссику что порабощение Узурмандии было именно его предложением.

“Скулящий подхалим”.

Вслед за ним вышел Костезнатец Вилас, эмиссар загадочных Призраков Варпа, и что-то долго нудел. Затем собравшиеся слушали рычание хмурого Ксерклона из Сынов Злобы. Наконец, настала очередь Далчиана, и тот сделал шаг вперёд, чуть склонив шею, и заставил себя говорить спокойно.

- Милорд Фелиссик. Мы осквернили идола машин, - Далчиан нажал на руну на латной перчатке, и встроенный в доспехи когитатор переслал пикты и видеозапись последнего налёта на трон Кровавого Владыки. Тот пролистал всё, оскалив в довольной, попустительской ухмылке зубы. Заточенные как иглы, чёрные слово обсидиан.

- Ах, Шкуродёр, - заговорил он голосом, истекающим злорадством. - Кому как не тебе можно доверить устроить такой славный бардак. Меня восхищает твоё усердие.

- Рад слышать, лорд Фелиссик, - Далчиан скрипнул зубами. - Но я хотел бы попросить вас об одном, господин… Эти налёты - приятное развлечение, но вот трофеев в них не собрать. - На мостике воцарилась тишина, нарушаемая лишь бормотанием лоботомированных сервиторов и вездесущим гулом энергетической системы ударного крейсера. - Нам бы добычу получше.

Всё так же покровительственно улыбаясь, Кровавый Владыка окинул Далчиана взглядом, словно отец-психопат нашкодившего ребёнка. Далчиан не отвернулся, позволив отблеску своих настоящих чувств сверкнуть в тёмных глазах. Фелиссик лишь улыбнулся шире. Охотничьи инстинкты Далчиана обострились, потекли боевые стимуляторы. Он с трудом остался стоять на месте.

- Разве предложенной мной чести недостаточно, Шкуродёр? - вздохнул Фелиссик, всем видом изображая искреннюю обиду. - Техножрецы так обожали эту груду древних гнилых костей. Ты поразил их до глубины души.

Кровь Далчиана жаром обожгла его вены.

- Я сражаюсь ради добычи, лорд Фелиссик. Так же как и все остальные. - он покосился на других командиров, бесстрастно наблюдавших за разговором.

- Так же? - Кровавый Владыка приглушённо усмехнулся. - Но ведь от твоей банды так мало осталось… - он зло вздохнул. - Как бы мне не хотелось, чтобы было иначе, мы - совсем не ровня, Шкуродёр. У меня двести воинов, а у тебя… десять последних Клинков?

“Двенадцать” - мысль пробилась сквозь пылающий вихрь гнева. Он промолчал.

- Для меня сама твоя служба - бесценный дар, Шкуродёр, - сказал Фелиссик голосом, явно подразумевающим обратное. Я впустил тебя в свой дом в плату за верность. Не будешь же ты отвергать мою щедрость?

Далчиан понял, что проиграл спор. Его Повелителям Ночи было и в самом деле некуда идти. Керамит сжатых в кулаки латниц заскрипел, но ему удалось сдержать дрожь. Едва.

- Нет, лорд Фелиссик.

- Ну конечно же не будешь, Шкуродёр. - лучезарно улыбнулся Фелиссик. - Ты ведь слишком умён.

Сквозь трюмы “Потопа ненависти” тянулись километровой длины коридоры и трубопроводы, сплетающиеся вокруг узловых механизмов в запутанный лабиринт из пластали и изъеденных коррозией сетей. Спёртый воздух содрогался от гулких ударов плазменного сердца огромного корабля. Здесь среди исходящих паром ржавых пещер целые забытые городки жалких отбросов кормились объедками, брошенными их вознесёнными владыками. Здесь капризные системы огромного звездолёта работали невпопад, отчего света могло не быть целыми месяцами, а температура в лабиринтах менялась от достойного преисподней жара до холода, от которого трескалась кожа. Обитатели стальных пещер понятия не имели об остальной Галактике, не догадывались ни об Империуме, ни о снедающей Багровую Резню ненависти. Они вообще мало что знали, кроме знакомых потрескавшихся пластстальных стен. Потомки людей больше напоминали крыс, жрущих падаль, плодящихся и отстреливаемых, если их становилось слишком много. Диких и примитивных созданий.

Напуганных до смерти.

Далчиан смотрел на оборванцев, съёжившихся у теплообменного коллектора, прячущихся среди выпуклых труб и вглядывавшихся в темноту. Они о чём-то шептались на пиджин-готике, размахивали руками и стирали грязными кулаками слёзы. Живодёр наблюдал как под их кожей течёт по венам кровь, видел выдыхаемое ими разреженное марево. Тьма в этом отсеке была непроницаемой, но зернистый алый фильтр охотничьего зрения окрашивал каждого из смертных в яркие оттенки. Он отпустил балки над коллектором и беззвучно приземлился на наблюдательную площадку, а затем проскользнул вдоль края до уголка прямо над пристанищем смертных. Они ничего не заметили. Повелитель Ночи начал переключать фильтры, пока не увидел сквозь хрупкую плоть тени костей, а затем неспешно пригляделся, оценивая, кто подойдёт лучше. И только тогда медленно обнажил свежевальный нож и легко скрипнул им по металлу. Смертные замерли, как от удара грома, а затем бросились врассыпную. Слишком поздно. Шкуродёр уже настиг их. Он кружил и рассекал, ухмыляясь, упиваясь полными ужаса воплями.

Где-то через два часа Далчиан вышел из трюмов. С цепей на поясе свисали трофеи - ещё розовеющие кости и полотна содранной кожи. Он разложил их на верстаке временной оружейной комнаты и принялся за дело, стараясь не обращать внимания на жар и едкий воздух, совсем не такой уютный как во влажный прохладных трюмах.

- Расслабился? - раздался скрипучий голос.

Далчиан поднял взгляд на своего заместителя - Зорреана, длиннорукого и худого словно скелет, такого вытянутого, что он даже был чуть выше самого Шкуродёра. Таким же худощавым было и его лицо с острыми скулами, обтянутыми пепельно-бледной кожей, а волосы - коротко выбритыми.

- Расслаблюсь, когда проделаю то же самое с Фелиссиком. - ответил Далчиан, счищая клочья плоти с черепа.

- Возможно это уже стоило сделать, - в голосе Зореана плескалась капля желчи. Конечно, Далчиан понимал, что его заместитель лишь озвучивает то же бессильное недовольство, которое чувствуют все Повелители Ночи. Его последние Клинки, как их насмешливо назвал Фелиссик.

“А ведь он прав, этот вероломный убийца” - подумал Далчиан и мысленно усмехнулся, осознавая иронию этих слов и глядя на ещё капающую из ободранного черепа кровь. Впрочем, убийцы убийцам рознь.

“И истребление союзников-легионеров это плоды горькой зависти проклятого недоноска, а не обычное развлечение. Жизни этих смертных не значили ничего, а жизни моих Клинков значат всё. ''Значили'' всё.”

Ему так хотелось снова дать волю когтям.

- Возможно и стоило, - признался он. - Но что тогда? Тебя и остальных Клинков перебили бы его офицеры. Мы бы не добились ничего.

- Мы бы отомстили, - прошипел Зореан.

- Погибель - слишком дорогая для меня плата за месть. Я предпочту жить дальше, смакуя удовлетворение от возмездия.

- Как и я Шкуродёр, - согласно склонил голову Зореан. - Но некоторые уже устали от такого… прагматизма.

- И тебе больше нечего мне сказать?

- Если уж на то пошло, похоже нет.

- Хм?

- Наши… товарищи совершенно не говорят желанием о нас говорить. Я слышал от них о других бандах, но ни слова о нас из их уст.

- Фелиссик слишком умён, чтобы позволить болтунам выдать брешь в его подбрюшье, - кивнул своим мыслям Далчиан.

- Как я и полагал. Он крепко держит своих бойцов за горло.

- Зор, что это я слышу в твоём голосе… восхищение?

- Признание, что у нас достойный враг.

Шкуродёр скрипнул зубами и отошёл от разложенной на скамье добычи, а вслед за ним направился Зореан, уделив останкам лишь мимолётный взгляд. Обитель Далчиана была самой обычной для ударного крейсера - мрачной и обставленной по спартански, с небольшой прихожей и двумя дверями. Одна вела в спальню с местом для омовения и низким лежаком. Другая - в чуть более просторный зал, где висело оружие и тихо гнил брошенный сервитор-ремонтник. Далчиан подошёл к умывальнику и брызнул солёной водой не своё небритое и иссечённое шрамами лицо.

На борту проклятого крейсера царила дьявольская жара, и Далчиан на миг позволил себе вспомнить уничтоженный фрегат. “Отречение” являлся обителью Повелителя Ночи на протяжении почти половины века. Он знал каждый коридор и мостик на борту, каждую нишу и каждый когитатор. С его посадочной палубы он вёл Повелителей Ночи в бесчисленные неудержимые атаки, а в пластстальную палубу корабля впиталось столько его собственной крови, что они практически стали семьёй. После катастрофы в туманности Серпесса именно Далчиан стал очевидным наследником погибшего от рук отвратительных друкари скрытника Иккрома. С того самого дня Злодейские Клинки, а с ними и “Отречение” подчинялись приказам Шкуродёра.

До самого конца. Слишком быстрого. Полвека промелькнули за одно мгновение. Славная бойня оборвалась прежде уготованного ей конца. Оборвалась из-за зависти Багровой Резни.

После Далчиан обратился к Кровавому Владыке за помощью, сделав вид, что не знает об участии громилы в его унижении. А теперь в доме предателя он чувствовал в сердцах жажду мести. Но столь же сильной была необходимость предотвратить гибель банды, в которой из почти пятидесяти ветеранов Долгой Войны уцелело лишь двенадцать. Горстка, чьи жизни он был готов продать лишь за самую дорогую цену.

Над тазом висело небольшое зеркало, потрескавшееся, забрыганное кровью и грязью. Далчиан свирепо уставился в собственные глаза, из глубин которых его манило отчаяние. Смертельный упадок духа, в бездне которого сгинет и он, и его воины, и всё его наследие… из-за мелочности того, кто должен был быть их союзником. Таз заскрипел, когда металл смялся под пальцами Далчиана. Он разжал хватку и закрыл глаза.

Нет, он просто так не сдастся.

- Продолжай слушать, Зор. Если есть хоть один шанс добиться преимущества, нельзя его упускать.

- Да, Шкуродёр, - Зореан отвернулся, но помедлил. - Милорд, а что насчёт Крутаана?

Далчиан задумчиво вдохнул и медленно выдохнул.

- Не беспокойся о нём.

Лампы над ареной горели так ярко, что резало глаза. Прежде она была казармами для крепостных, но с тех пор целых три палубы расчистили, чтобы создать освещаемый пылающими прожекторами пластстальный амфитеатр. Ревущие космодесантники из Багровой Резни наблюдали, как два воина сходятся на решётчатой палубе арене. А из-под решётки на схватку смотрели невольные участники будущих представлений, сидящие среди стёкших туда потрохов и крови, доходившей до лодыжек. От жара прожекторов жижа исходила паром.

Похоже, гладиаторы были друг другу ровней. Оба - еретики-астартес, оба - почти обнажённые. Один, огромный, накачанный и размахивающий огромным мечом с затупленным наконечником явно был фаворитом собравшихся.

- Дурвейст! Дурвейст! Дурвейст! - разносились над ареной крики его собратьев.

Он ревел и гримасничал, брызжа слюной, вкладывал все силы в ужасающие стремительные удары. Его соперник, пусть и мускулистый, как и все астартес, всё же был стройнее. Его кожа была бледней словно кости, а нос и рот закрывал скалящийся респиратор. В руках воина сверкала изящная глефа из чуждой стали - трофей, взятый с тела поверженного телохранителя-друкари.

Крутаан.

Повелитель Ночи был быстрее. Он больше двигался, уклонялся и парировал, тогда как Дурвейст изо всех сил отбрасывал удары. Крутаан пригнулся и нырнул под летящий клинок, и Дурвейству пришлось изменить атаку, ударить рукоять к палубе. Крутаан отскочил прочь, уходя от преследующего восходящего взмаха. Он припал к палубе, принимая защитную стойку, и Дурвейст тут же сменил хват, метя тяжёлым клинком в правый бок соперника. А затем чемпион неожиданно быстро бросился на Повелителя Ночи, странным образом пытаясь ударить его плоским концом клинка, словно копьём. Но предвидевший это Крутаан нырнул под удар, не пытаясь улониться, и взмахнул глефой, пытаясь подсечь бедро. Громила отдёрнул ногу, слишком растянув выпад, но всё же избежал удара снизу. Крутаан прыгнул вверх, вбив плечо в живот Дурвейста. Космодесантники покатились по палубе, а затем оттолкнулись в разные стороны.

Так они и бились почти час. Постоянно двигаясь, противопоставляя скорость силе. Колени, ступни, локти, лбы - всё получало удары, разрывающие кожу, оставляющие в костях трещины и расшатывающие зубы. Но никому не удавалось пробить оборону другого. Победу принесла бы первая кровь из туловища врага. Пока же то тут, то там расходились пятная синяков, алели порезы, но ни одной раны от шеи до поясницы не было. Бой продолжался, и толпа всё росла. Космодесантники довольно топали и орали, хваля бойцов или насмехаясь. И в море алых доспехов виднелись полуночные рифы.

В центре отряда стоял Сариуз, всегда метко стрелявший из своего барочного мельтаружья, но на сей раз пришедший безоружным зрителем, как и все. Шлем он тоже оставил, отчего из-под раскачивающегося в мареве арены глубокого капюшона виднелась алебастровая кожа и блестели жестокие глаза. Рядом с ним расположился коренастый стрелок Жикарга, скрывший лицо за оскалившимся бронзовым шлемом. Руки он скрестил на нагруднике, широком, напоминающем крепостную башню. С другой же стороны - Дагардис, прославленный палач Злодейских Клинков, высочайший из облачённых в полночь воинов, чей покрытый шипами энергетический ранец казался голым без обычно закреплённого на нём огромного силового топора. Он рассмеялся, когда ему что-то прошептал Гамарт - худощавый Повелитель Ночи, особенно любящий всевозможные цепные клинки. За боем смотрел своим искусственным глазом и Веллет, снайпер, неподвижный как и всегда, и этим нервирующий подозрительно косившихся на него громил из Багровой Резни. Стоявший впереди всех Анг Хелтрис водил череполиким шлемом из стороны в сторону, переводя взгляд с одного бойца на другого и ничем не скрывая своё возбуждение. Кинжальщик шевелил латными перчатками, отрабатывая ухваты и обманные приёмы и даже сам того не замечая. Рядом расположились державшие рогатые шлемы под рукой Кет Наа и Олокро, с удовольствием обсуждая бой. Кет Наа оставил в своей каюте икону, сняв с ранца. Что-то сказанное им развеселило Олокра, и тот сверкнул заточенными зубами. Посмотреть на бой не пришли только Зореан и хирург-апотекарий Ки Умшар. Сам же Шкуродёр наблюдал за схваткой с верхнего яруса, притаившись в тенях ряд с чемпионами и командирами Багровой Резни.

Дурвейст прищурил опухшее и почерневшее веко, опираясь на более целую ступню. Редкие вдохи Крутаана вырывались из треснувшего респиратора, а одно его ухо было смято в лепёшку. Даже прозябавшие среди кошмара внизу пленники не могли отвести взгляда от великолепного поединка. Наконец, Круутаан ринулся вперёд, петляя, словно молния, и так же быстро сверкнуло его оружие. Дурвейст отступил в сторону и ударил Круутана тяжёлой ладонью по тыльной стороне шеи, наконец, поймав соперника. Губы чемпиона разошлись в кровавой ухмылке, когда он сменил хватку свободной рукой, чтобы наконец-то оставить победную отметку на теле Повелителя Ночи. Толпа умолкла.

- Претендент побеждает! - усиленный голос прогремел над ареной, словно выстрел. Избитое лицо Дурвейста застыло в гримасе непонимания. А затем он медленно поглядел вниз, туда, где вдоль его рёберной клетки из тонкого пореза сочилась быстро застывающая кровь. Всё ещё не выпуская Повелителя Ночи из хватки он изучил рану, а затем неспешно и довольно расхохотался.

Толпа взревела, колотя кулаками по бокам и нагрудникам. Такой бой не каждый день можно было увидеть. Дурвейст выпустил Крутаана и два уставших гладиатора пожали друг другу запястья, как это и делали все воины с незапамятных времён.

- Ну он и зверюга, - чемпион Багровой Резни с аугментической челюстью сказал Далчиану, когда гул начал утихать. Тот кивнул, принимая похвалу. Когда облачённый в алые доспехи воин отвернулся, барельеф демонического лица на его наплечнике задрожал и скорчил Шкуродёру морду. Далчиан скривился в ответ. Конечно, Великие Силы бывали полезными, в своё время и место, но Восьмой легион никогда не видел пользы от добровольного единения с варпорождёнными. Порождения Имматериума являлись капризными созданиями, и пользоваться ими стоило лишь тщательно всё обдумав, ведь они в равной мере легко могли стать как полезным инструментом, так и помехой. А поселить же создание, даже такое жалкое и ничтожное, в собственных доспехах… отвратительно.

А Крутаан в последнее бывал с этими порчеными разбойниками чаще, чем со своими братьями-легионерами. Далчиан ждал его в коридоре между ареной и заброшенным ангаром, где разместили его Клинков. Повелители Ночи поднимались, Крутаан с удовольствием рассказывал Сариузу о поединке в очень ярких подробностях. Увидев стоявшего на верхних ступенях Далчина, воины умолкли.

- Я хочу поговорить с Крутааном наедине.

Воины скрылись во мраке, лишь Сариуз помедлил, посмотрев Шкуродёру прямо в глаза. Далчиан дал Крутаану удар сердца, желая чтобы тот начал разговор первым, но бывший предводитель когтей Немезиды молча ждал.

- Крутаан, ты нужен Клинкам.

- Клинкам? - чемпион медленно поднялся по ступеням. - Клинков больше нет, владыка Шкуродёр.

- Неужели? - Далчиан не стал надевать шлем, желая посмотреть воину прямо в глаза. Избитое и окровавленное лицо Крутаана застыло напротив, всем своим видом выражая недовольство и усталость. Далчиан ожидал, что бывший чемпион когтя рассмеётся, отмахиваясь от вопроса, но похоже тот был совершенно серьёзен. Далчиан и это отметил.

- А что у нас осталось, владыка Шкуродёр? - тот развёл руками, показывая на изобильное отсутствие имущества у банды. - Нам - крышка.

- Такому унынию не место среди моих родичей-убийц, Крутаан.

- И что же, накажешь? - похоже, тот в это не верил.

- Другие могут взять с тебя пример.

- А с тебя? - спросил тот, и вздохнул, словно человек, сбросивший с плеч тяжкую ношу. “Вот мы и перешли к сути”.

- А что с ним не так? Говори прямо, чтобы я мог взвесить твои слова.

Крутаан подался вперёд, и едкая вонь свежего пота наполнила ноздри Далчиана. Шёпот вожака когтя скользнув в его самую душу.

- Нами пожертвовали ради влияния, наш корабль уничтожили те, кто звал себя нашими союзниками. И вот мы здесь, в лоне наших мучителей, и ты не делаешь ''ничего''! Ты - бессильный лидер. Нам крышка, потому что у тебя не хватает духу сделать то, что следует давно!

Опустилась тишина. Крутаан попал в самую суть терзаний Далчиана, и если уж он заметил это, то и другие заметят тоже.

- Возможно, амбиции Багровой Резни и стоили тебе твоего места командира, но не моего предназначения. Они - сильные и безжалостные воины, владыка Шкуродёр. Совсем как ты когда-то.

Далчиан размышлял над услышанным несколько ударов сердца, сдерживая гнев, стремясь обрести полное понимание. Ища варианты. Резкие слова были верны и гремели в его разуме, как набат. Ведь уступив одному из подчинённых сейчас он бы погиб. Возможно не сразу, но определённо однажды, когда от его власти останутся лишь воспоминания. А уделом Далчиана было не удовлетворять простые ожидания воинов. Возвышенный в глазах Великих Сил владыка вёл своих подчинённых к славе, отражающей его собственную. Вёл к победе.

- Я прощаю тебя, Крутаан, - наконец, сказал он. - За то, что ты принял моё терпение за нерешительность.

Глаза вожака когтя расширились, а затем снова сузились. Далчиан поставил на то, что тот всё ещё жаждал того же, что и он сам, и что при возможности Крутаан посвятит всю свою ярость делу возрождения банды. Тот впился в лицо Шкуродёра проницательным взглядом, обдумывая, взвешивая варианты.

- Так в чём же дело? - наконец, прошипел Повелитель Ночи. - Чего мы бесконечно ждём?

- Охота после капризов Кровавого Владыки принесла нам так мало добычи, - ответил Далчиан. - Но быть может сейчас даст нам возможность. Мы можем захватить корабль, Крутаан, и отправиться грабить, похищать и убивать, пробивая путь к славе.

- Можем ли? - фыркнул тот. - Убеди меня, владыка Шкуродёр.

- Тебе предстоит сыграть роль, - голос Далчиана посуровел, а затем он замолчал, не сводя с Крутаана взгляда. Наконец, тот заговорил.

- Какую?

Флот снова перестраивался. Кровавый Владыка Фелиссик наблюдал за медленным танцем кораблей сквозь окулюс, на котором руны отражали изменения наклона, высоты и скорости. По отметкам скользнул взгляд, заранее знающий какие будут проведены манёвры. Ему всегда приносило глубокое удовлетворение наблюдение за перемещениями кораблей на окулюсе. И важны были даже не конкретные планы, но то, как безупречно они исполнялись в соответствии с его тщательно продуманными замыслами. Он разметил корабли альянса так, чтобы постоянно наблюдать за большей частью Узурмандии, а также иметь возможность отправлять основные силы против одной ключевой цели за другой. Столь методичный подход уже обеспечил ему обильную добычу, а первоначальный гамбит парализовал возможность мира-кузницы наносить ответные удары. Да, зрелище было очень приятным.

Его внимание привлёк вдох одного из смертных. Он ждал, пока хрупкий человек заговорит, точно зная сколько у него уйдёт секунд на то, чтобы собраться с духом.

- Ваше величество, - наконец, точно в оцененный срок, прохрипел офицер.

- Говори.

- На эмпирейных авгуров появились… аномалии, ваше величество.

Фелиссик подался вперёд, и человек чуть отшатнулся, хотя он и сидел почти в десяти метрах от шипов трона. Кровавый Владыка ухмыльнулся.

- У нас гости?

- Не могу сказать, ваше величество, - офицер сглотнул. - Аномалии едва различимые, непостоянные, ваше величество.

- Не своди с них глаз.

- Конечно, ваше величество, - офицер скрылся в нише, среди изумрудного мерцания рунических экранов. Фелиссик постучал по медным кольцам на пальцах. Конечно, Империум не стал бы долго терпеть полномасштабную жатву даже такого незначительного мира-кузницы, как Узурмандия. Им неизбежно бросили бы вызов, но если это были имперцы… ну что же, прибудут они гораздо быстрее, чем он думал. Союз терзал планету меньше трёх стандартных терранских месяцев. Фелиссик рассчитывал, что у них будет ещё столько же, по крайней мере. Не важно. Он найдёт способ обратить ситуацию к своей пользе. Способ есть всегда. Он всё ещё постукивал по кольцам, когда на мостик шагнул воин в полуночно-синих доспехах.

- Чем обязан таким удовольствием, Шкуродёр? - спросил он, не глядя.

- У меня есть предложение, и я не владыка Шкуродёр. - ответил Крутаан.
<br />
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант Хаоса]]
[[Категория:Повелители Ночи]]
<references />

Почему у орков красная кровь? / Why ork blood is red… (статья)

2026-02-27T04:01:09Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =WD251.jpg
|Автор =Энди Чемберс / Andy Chambers
|Автор2 =
|Переводчик =Dark Apostle
|Издательство = Games Workshop
|Серия книг =[[White Dwarf (перечень номеров)|Белый карлик / White Dwarf]]
|Источник =White Dwarf 251
|Год издания =2000
}}
'''Сегмент CXVI: «''Физиология и пигментация орков''», написанная генетором-майор Анзионом'''

'''Передано: ......................... Велиал V'''

'''Получено: .......................... Гиндра'''

'''Дата: .................................. 3203997.M53'''

'''Телепатический канал: .... Астропат-терминус Голройд'''

'''Ссылка: ............................. Инкв.КР.01044310/a.sub34'''

'''Автор: ................................ Генетор-майор Анзион'''

'''Мысль дня: ....................... Прими мученичество'''

Множество послушников прежде обращались ко мне с вопросом: отчего при наличии симбиоза водорослевого материала в ДНК орков их зеленоватая пигментация наблюдается лишь в кожных покровах, тогда как прочие анатомические части — плазма крови, ротовая полость, внутренние органы — остаются неокрашенными? Ответ предельно прост. Как и у более примитивных растительных форм, зелёный пигмент орков необходим для фотосинтеза, протекающего в водорослях непосредственно под кожей — процесса, не затрагивающего внутренние ткани. Следовательно, кровь орка с её насыщенным кислородом гемоглобином обладает столь же красным цветом, что и у ''Homo sapiens'', а нередко — даже более ярким ввиду повышенной способности переносить о́ный.

{{Врезка|''Примечание из реального мира: существует и ещё одна весомая причина для придания оркам красной крови — она делает изображение запёкшейся крови на миниатюрах драматичным. Красный отчётливо выделяется на зелёном фоне, подобно тому как красная кровь контрастирует с человеческой кожей. При попытке использовать зелёные пятна крови на орках складывается впечатление, будто они стали жертвами неудачного происшествия с раздавленным крыжовником...''}}
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Орки]]

Резня в зоне высадки / Dropsite Massacre (роман)

2026-02-27T04:00:53Z

Shaseer:

{{В процессе
|Сейчас =16
|Всего =37}}
{{Книга
|Обложка =81MaubkX0nL._SL1500_.jpg
|Описание обложки =
|Автор = Джон Френч / John French
|Переводчик =Praesagius
|Редактор =
|Редактор2 =
|Редактор3 =
|Редактор4 =
|Издательство =Black Library
|Серия книг =[[Ересь Гора / Horus Heresy (серия)|Ересь Гора / Horus Heresy]]
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2025
}}==DRAMATIS PERSONAE==

'''Примархи'''

Фулгрим – Фениксиец

Рогал Дорн – Преторианец Терры

Хорус – магистр войны

Ангрон – Красный Ангел

Мортарион – Жнец

Корвус Коракс – Ворон

Феррус Манус – Горгон

Вулкан – Прометеец

Пертурабо – Железный Владыка

Лоргар Аврелиан – Уризен

Альфарий/Омегон – Гидра

'''Легионес Астартес'''

'''''III легион – Дети Императора'''''

Фабий – лейтенант-командующий, главный апотекарий

Аппий Кальпурний – оркестратор какофонов

'''''IV легион – Железные Воины'''''

Форрикс – первый капитан

Грелф – делегат

'''''VIII легион – Повелители Ночи'''''

Скаррикс – командир эскадрильи штурмовиков

'''''X легион – Железные Руки'''''

Кастрмен Орф – гастат-центурион клана Аверниев

'''''XII легион – Пожиратели Миров'''''

Кхарн – Кровавый, капитан Восьмой роты, советник примарха

Каргос – Плюющийся Кровью, апотекарий Восьмой роты

'''''XVI легион – Сыны Хоруса'''''

Абаддон – первый капитан

Малогарст – Кривой, советник Магистра Войны

Калус Экаддон – капитан Катуланских налетчиков

Хорус Аксиманд – капитан Пятой роты

'''''XVII легион – Несущие Слово'''''

Кор Фаэрон – первый капитан, магистр веры

'''''XVIII легион – Саламандры'''''

Кассий Дракос – Неупокоенный Дракон

Орас – легионер

Ксалиск – магистр запусков «Дракосиана»

Тиамаст – терминатор-сатурнин

Ворт – терминатор-сатурнин

'''''XIX легион – Гвардия Ворона'''''

Альварекс Маун – капитан-штурмовик, магистр десанта

Акронис – командир корабля «Ад Темпереста»

Псевдус Вес – лейтенант, пилот-прайм

Кэдес Некс – моритат-прайм, Кровавая Ворона

'''''XX легион – Альфа-Легион'''''

Инго Пек – первый капитан

Гесперид – легионер, офицер связи на корабле XVIII легиона «Дракосиан»

Экзодус – Тот-Кто-Есть-Множество

Корбеша – оперативник

Ада Кам Ли Хайсен – оперативник

'''Имперская Армия'''

Астрея – маршал когорты «Сатурнийские Овны» Солнечной ауксилии, командир наземных сил вспомогательной боевой группы «Новус Солар»

Кенгрейс – заместитель командира когорты «Сатурнийские Овны» Солнечной ауксилии, вспомогательная боевая группа «Новус Солар»

Клэйв – адмирал вспомогательной боевой группы «Новус Солар»

Джеменис – командир и исполнительный офицер на корабле «Катура»

'''Механикум'''

Сота-Нуль – посол генерала-фабрикатора Марса

'''Легио Титаникус'''

Джона Арукен – принцепс-глашатай «Сумеречного жнеца», Легио Мортис

'''Адептус Астра Телепатика'''

Армина Фел – астропат-адъютант Рогала Дорна

Каллус Зейн – главный астропат, приданный Корвусу Кораксу

'''Прочие'''

Малкадор – Сигиллит, регент Империума

Константин Вальдор – капитан-генерал Легио Кустодес

Дженеция Кроле – рыцарь-командующая Безмолвного Сестринства

Торос – давинит, верховный жрец ложи Змеи.

''«Придите же, приблизьтесь и внемлите испытаниям и откровениям, что вот-вот предстанут перед вами,''

''Узрите князей, полных сияющих надежд и амбиций, в серебре и шелках,''

''А вослед им бредут кровавые лицедеи с отрезанными пальцами, вплетенными в волосы,''

''А вот и плакальщицы, лица их вымазаны сажей, слезы их – пепел.''

''Придите, придите все и узрите тот клочок могильной земли, где мы коротаем время».''

::::::::::«Зов Жнеца», из Цикла Гибнущих Королей, Терра, 23-й миллениум, автор неизвестен.

==ЧАСТЬ ПЕРВАЯ==

'''ДЕКРЕТЫ О КАЗНИ'''

===ГЛАВА ПЕРВАЯ===

Призраки убивают друг друга. Вот поднимается болтер, широко ощерив пасть. Разрывные снаряды врезаются в грудь воина. Он падает, но достает цепным мечом до своего убийцы. Зубья вонзаются в керамит, вгрызаются глубоко. Но воин все равно падает, и новые болты впиваются в неподвижное тело. Убийца ставит ногу на грудь жертвы и делает контрольный выстрел, потом спокойно перезаряжает оружие. За ним в небо поднимается гриб взрыва. Воин замирает. Его призрачное изображение мерцает. Кровавые брызги на доспехах в свете гололита кажутся черными.

Изображение мигает и перефокусируется.

Появляется новый призрак. Он поднимает руку и взмахивает пальцами-когтями.

''– Твои летописцы говорят, ты хочешь увидеть войну, –'' произносит Хорус Луперкаль. ''– Что ж, она перед тобой.''

Позади него из пустоты падает тёмный дождь, устремляясь к изгибу планеты. Каждая капля дождя – боеголовка. От каждого взрыва расходятся волны тьмы. Крик поднимается над погибающим миром.

Голопроекция завершает свой кошмарный цикл, щелкают фокусирующие линзы. На мгновение воцаряются тьма и тишина. Потом жужжат моторчики проектора, и призраки снова начинают убивать друг друга.

– Довольно, — говорит Рогал Дорн. Гололитическое изображение застывает.

Дженеция Кроле, рыцарь-командующая Безмолвного Сестринства, складывает пальцы под подбородком. Она ждет. За этими стенами Империум продолжает жить, ничего не подозревая. Но это не может длиться вечно. Когда откроются двери этой комнаты, все изменится. Но пока стены и тишина не дают этому будущему выйти наружу. Они находятся в Зале Форума Бастиона Бхаб. Зал погребен глубоко в граните старой крепости, что возвышается над сверкающей панорамой Императорского дворца на Терре. И башня, и зал – порождение войн, о которых человечество уже забыло. От них остались только камни. В зале нет окон, только одна дверь. Его стены голые, толщиной в несколько метров. В грядущие времена он станет Залом Военного Совета, Беллум Принципаль, местом, где каждое слово будет стоить жизней – тысяч, миллионов, бесчисленных миллиардов жизней. Кроле знает, что он вот-вот перейдёт из мечты прошлого во тьму будущего. Они все это знают. Их всех ждет та же участь.

По другим сторонам стола сидят еще трое: Константин Вальдор, капитан-генерал Легио Кустодес и главный телохранитель Императора; Рогал Дорн, примарх Седьмого легиона, Преторианец Терры; и Малкадор, самый выдающийся политик Империума и доверенное лицо Императора. Кроле знает их всех. Они о ней того же сказать не могут, и никто не может.

Рогал Дорн встает. Свет гололита превращает его броню в серебро, а лицо – в мрамор. Глядя на примарха, Кроле замечает, как рука его рефлекторно сжимается в кулак, а затем медленно расслабляется. Его сила в контроле. Двигается он или остается неподвижным, говорит или молчит, все это он делает преднамеренно.

Кроле закрывает глаза и потирает шею. Мышцы ноют. Давненько она ждет окончания этого совета.

– Нужно принять решение, – говорит Дорн.

Вальдор качает головой.

– Не этому совету решать, что должно произойти.

– С тех пор, как мы начали, дважды взошло и село солнце, – говорит Дорн, опираясь на стол. – Мы совещались и спорили. Если у нас нет решения, значит, мы зря потратили время, которого и так нет.

Вальдор смотрит ему в глаза, не выказывая никаких эмоций.

– Решение принято уже давно. Речь идет о том, чтобы мы смирились с неизбежным.

Кроле слышит легкое изменение в интонации Вальдора, которое означает, что под «нами» он подразумевает Дорна. Дорн тоже это понимает. Она видит, как глаза примарха блестят от сдерживаемого гнева.

– Тогда обсуждать больше нечего – мы ударим по Хорусу со всей силой и скоростью, на которые способны.

Вальдор хмурится. Кроле знает, что этот жест не случаен. Все, что делает капитан-генерал, он тоже делает намеренно. Лицо Дорна становится жестким. Их отношения нельзя назвать братскими или основанными на привязанности. Они уважают друг друга – как же иначе? Но они совершенно разные существа: оба благородны, оба созданы одним и тем же гением, но в лучшем случае они – дальние родственники. Один – мастер завоеваний, с умом, способным планировать, прозревать и осуществлять. Другой не задумывается о созидании, не стремится что-то построить, не обременен желанием оставить свой след во вселенной; он полностью сосредоточен на том, что уже сделано и что должно быть сделано.

– Почему Хорус взбунтовался?

– Цель его восстания… – начинает Дорн.

– Безумие, влияние ксеносов, изъян в творении вашего рода… Я говорю не о цели Хоруса, а о причине его поступков. И причина у него есть. Глубокая, почти бездонная. Его почтили титулом Магистра Войны не для того, чтобы потешить его самолюбие.

– Тебя беспокоит, что мы недостаточно хорошо его понимаем? – спрашивает Дорн.

– Нет, я боюсь, что он слишком хорошо понимает ''нас''. – Вальдор на пару секунд замолкает. – Я не солдат. – Он не притворяется и не скромничает. Кроле знает, что, вопреки своему титулу, Вальдор скорее принц, чем генерал. – Я охраняю. Я защищаю. Реакция в момент угрозы – основа моего ремесла. И именно это беспокоит меня превыше всего.

– И Хорус знает, как именно мы собираемся отреагировать, – говорит Дорн.

Вальдор кивает.

– Он знал, что не сможет держать восстание в секрете. Он это планировал. – Он смотрит на Дорна, будто сквозь прицел. – Ты бы так и сделал. — Вальдор откидывается назад, глядит на голо-призраки. — Хорус нажал на спуск, и пуля уже в полете, и он знает нас, вернее, знает тебя и твоих сородичей. Инстинкты, заложенные в тебе, – это и его инстинкты. Он знает, что мы собираемся действовать, и знает, как.

– Ты думаешь, у нас есть другой выход? – спрашивает Дорн.

– Нет, но я думаю, что нам следует еще раз спросить себя об этом.

– С какой целью?

– Потому что иногда самое важное, что мы можем сделать, — это задуматься, прежде чем отреагировать.

– Рогал прав, – говорит Малкадор.

Кроле смотрит на него. Все они на него смотрят. Старик сидит в своем кресле, выпрямившись. Посох в руке – единственный знак его положения и власти. На лице его такая смертельная усталость, какую нельзя объяснить ни возрастом, ни временем. Возможно, потому, что близость к Кроле и нуль-генераторы, обеспечивающие безопасность помещения, ослабляют его связь с варпом. А может, он просто был старым человеком еще до того, как стал кем-то другим.

– Он прав, старый друг, – говорит он Вальдору. – Хотя твоя осторожность вполне обоснована, и твой совет вполне уместен.

Малкадор проводит рукой в печеночных пятнах по волосам. Видят ли остальные, как он хрупок? – думает Кроле. Малкадор стряхивает задумчивость и начинает говорить тихим голосом, глядя в пространство. На мгновение Кроле задается вопросом, обращается ли он исключительно к ним или к кому-то еще.

– Этому нет прецедентов. Ни наказание Магнуса, ни осуждение Лоргара, ни предательства прошлого не могут с этим сравниться. Мы бороздим тёмные моря без звёзд и компаса… – Он поднимает глаза, смотрит на Кроле. Большинство с трудом выдерживают ее прямой взгляд, но не Малкадор. – Что-то вы помалкиваете, командующая, – замечает он.

«Это не должно бы вас удивлять», – показывает она жестами.

Малкадор смеется коротким, быстро затихающим смехом.

– Так что вы об этом скажете?

«Регент Императора приказывает мне высказаться?»

Малкадор кивает.

Кроле делает паузу, пальцы ее замирают. Остальные наблюдают и ждут.

«Все было решено еще тогда, когда пришла весть, – показывает она. – Приказ мог быть отдан несколько часов назад. Независимо от того, предвидел ли Хорус наш ответ, выбора нет. Вас гнетет не то, что необходимо действовать; вы не хотите верить, что Хорус – предатель, и что нам придется его убить. Его и многих других. Вы все верите, что у нас еще много возможностей, но их нет. Реакция, действие – это не те термины, которые верно описывают сложившееся положение».

– А какие же описывают его верно? – спрашивает Дорн.

«Никто не контролирует то, что сейчас происходит. Ни мы. Ни Хорус. – Кроле останавливается и смотрит на Малкадора. Давно уже она не выдавала таких длинных тирад на языке жестов. – Мы захвачены бурей. Не стоит надеяться, что, покрутив руль, мы изменим течение.

Малкадор кивает.

– Спасибо, – говорит он.

«Всегда пожалуйста».

Вальдор чуть улыбается. Лицо Дорна словно высечено из камня.

– Император благодарит вас за советы и за все, что от вас потребуется в грядущие дни, — говорит Малкадор, а затем устало улыбается. — И спасибо вам, друзья мои, от старика, которому не следовало бы желать такого утешения, — спасибо.

Малкадор встает. Все встают вместе с ним. Он воздевает кверху посох с набалдашником в виде орла, и произносит голосом не старика, но регента:

– Хоруса и его союзников встретит вся мощь Империума. Вся. Сейчас же. Пока все шире, круг за кругом не разошлось его предательство<ref>Аллюзия на стихотворение У. Б. Йейтса «Второе пришествие»: Turning and turning in the widening gyre, The falcon cannot hear the falconer; Things fall apart; the centre cannot hold… – Все шире — круг за кругом — ходит сокол, Не слыша, как его сокольник кличет; Все рушится, основа расшаталась… (пер. Г. М. Кружкова).</ref>. Он отринут от лица Императора, как и все, кто стоит с ним или помогает ему. – Он стучит посохом по каменному полу. – Сообщите всем, что такова воля и суд Императора. Да свершится по воле Его!

На мосту, соединяющем Бастион Бхаб с посадочной площадкой, тепло. Армина Фел, старший астропат на службе у Рогала Дорна, останавливается на полпути и опирается на колонну. Она делает вдох. Ветер пахнет пылью и химикатами, жарой и кухонным чадом – запахи Терры, переходящей изо дня в ночь. Глаза ее слепы, но в сознании она видит крошечные отголоски миллиардов жизней, наполняющих Императорский дворец. Здесь есть крупицы боли, пятнышки радости, искры обычного, мирского гнева. Все они так просты, так свободны от бремени вселенной, вращающейся вокруг них. Ей хотелось бы остаться и смотреть. Больше всего на свете.

Армина Фел чувствует приближение Преторианца еще до того, как тот ступает на мост. Он – как полуденное солнце, что ярко сияет на периферии ее мысленного зрения. Она остается на месте и ждет, пока он подойдет поближе.

– С вами все в порядке, госпожа? – спрашивает Рогал Дорн.

– Нет, – отвечает она. Удивительно, с какой легкостью правда слетает с ее губ. Армина Фел вздрагивает и прижимает ладонь к виску. Она должна лучше контролировать свои мысли. Должна. – Прошу прощения, повелитель.

– За что?

За слабость, хочется ей сказать, за желание, чтобы все, что происходит, оказалось сном.

– Я буду готова, – произносит она. – Мне просто нужно…

Он молчит. Армина Фел слышит, как скрипит каменная балюстрада, когда на нее опирается примарх.

– От этого не уйти, – наконец произносит он тихим, спокойным голосом, но с ноткой грусти, заставившей её вскинуть голову. – Не изгнать из сознания, не подавить силой разума.

– А себе вы дали тот же совет, повелитель? – спрашивает она смело, слишком смело, переходя черту, которую даже долгие годы службы не позволяют ей пересекать.

– Верно подмечено, – говорит он.

– Повелитель? – доносится с посадочной площадки на другом конце мостика голос Архама. Там ждут посадочный модуль и корабль сопровождения, их двигатели работают. Это не для Дорна, а для нее. – К полету готовы, ждем отправления.

Она слышит, как мурлычут сервоприводы доспехов, когда Дорн выпрямляется. Обращает к нему слепое лицо. Его образ пышет жаром, словно кузнечный горн.

– Возможно, вам хотелось бы, чтобы кто-то другой… – начинает он.

– Нет, – отрезает она, не давая Дорну договорить. Тот умолкает. – Нет, повелитель. – Она берет свой голос под контроль. – Вы поручили это мне. Воля ваша, я его и выполню.

– Благодарю вас, госпожа, – он отступает в сторону. Армина Фел ждет еще секунду, а затем направляется к ожидающему ее посадочному модулю. Архам рядом. Он будет охранять её до самого Города Зрения.

Она делает три шага и останавливается.

– Мой господин, – окликает она Дорна. Слышит, как он останавливается и оглядывается на нее. – Сообщение, которое я отправлю, нельзя закодировать для конкретного получателя. Его услышат все, кто может слышать и отвечать. – На секунду она замолкает. – Они тоже услышат его, эти... – слово дается ей с трудом, – предатели… тоже его услышат.

– Хорошо, – говорит Дорн. – Пусть знают, что возмездие близко.

Сегодня вечером в горе холодно. Армина Фел садится и подавляет дрожь. Улучает момент, чтобы поправить складку на мантии.

– Госпожа? – говорит кто-то. Это один из аколитов Горы, из тех, кто носит гранитно-черные одежды и кто десятилетиями учится ходить между астропатов, не беспокоя их. Его мысли так просты и тихи, что Армина Фел их едва слышит. Ни внутренних треволнений, ни образов, вспыхивающих на поверхности разума. Сдержанные, но мягкие, как снег, идущий над заснеженным полем. Армина Фел знает, что аколит протягивает ей чашку воды. Она берет чашку, отпивает глоток и возвращает ее. Безымянный аколит отходит, войлочные подошвы шуршат по камню почти неслышно.

Она в Первом Зале Хора в Городе Зрения. Вокруг ярусами, поднимающимися к куполообразному потолку, сидят ей подобные. Для того, что предстоит совершить, потребуется огромная сила. Сообщение, которое она отправит, изменит будущее. Оно исключительно важно. Даже если она больше ничего в своей жизни не сделает, но преуспеет в этом, то больше ничего и не потребуется.

Она не хочет этого делать.

Армина Фел сплетает пальцы в ритуальный знак. Закрывает глаза. Разворачивает в уме хранящиеся там астротелепатические энграммы. В ее мыслях расцветают образы и сенсорные паттерны. Она касается их, сосредотачивается, выбирает фрагменты снов, в мельчайших деталях которых содержится нужный смысл.

''Под лунным светом по снежной долине бежит волк, он бежит быстро, бесшумно. Из пасти капает кровь, капли как рубины, сверкают, катятся. Жар огня, горький привкус ярости в момент перед ударом. Медь на языке. Хныканье умирающего ребенка пополам с кашлем. Падающие рубины делят лунный свет на сложные геометрические фигуры: девятиугольники, треугольники, кривые, вычерченные согласно герметическим соотношениям. На горе сидят четыре стервятника, вытаскивают кишки из мертвых орлов. Один стервятник поднимает голову. Глаза его'' – ''серебряные полумесяцы на черном фоне, и когда он открывает окровавленный клюв, крик его похож на вой волка, что мчится по снегу, а из пасти его каплют кровавые рубины...''

Образы вертятся, толкаются в голове. Она плачет, кричит в тишине, дрожит, заглушая чувство, будто чьи-то когти впиваются ей в живот, заглушая горе, от которого тянет реветь навзрыд. Такова цена ее искусства. Ремесло астропата не только лишает их одного или нескольких чувств, не только высасывает из них жизнь и силу. Нет, Армина Фел не просто составляет послания, которые затем отправляет; каждое из них она должна прочувствовать. До мозга костей, до глубины души.

Работая, она черпает силу для своего сна из умов восьмидесяти и одного астропата, что сидят вокруг. Когда она вскрикивает от боли, все они как один раскрывают рты и издают немой крик. Их дыхание посверкивает инеем. Сердца бьются в одном ритме. Они подхватывают от Армины Фел нити мыслей и образов и сплетают их, словно диковинный ткацкий станок. Голубоватые молнии змеятся по кабелям, идущим к ее голове. Внезапно вспыхивает ослепительный свет. Астропаты отчаянно втягивают воздух, задыхаются, хотя их ничто не душит. Армина Фел не дышит. Ее слепые глаза закрыты, а в сознании извиваются, переплетаются, сливаются нити снов.

Армина Фел вдыхает всей душой.

Потом открывает слепые глаза. И отпускает сон на волю.
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Хаос]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Космический Десант Хаоса]]
<references />

===ГЛАВА ВТОРАЯ===
Теперь послание в варпе.

Это место, где нет ни материи, ни измерений, ни границ. Нет здесь и законов, кроме тех, что правят снами. Его сущность – это мысли, чувства, нематериальный дух. В этой бесконечности нет ничего постоянного. Все потенциально. Все изменчиво. Человечество дало ему названия, заимствованные из привычных представлений: Великий океан, эмпирей, море душ. Но это океан только в том смысле, что течения его необозримы, а глубины бурлят штормами. Души здесь тоже есть, но это не мифический Аид и не место, где тени умерших обитают так же, как и при жизни. Варп – это души живых, а души живых – это варп. Измельченные, перемешанные, вываренные до костей, до сырых эмоций. Все и вся, кто испытывал гнев, кто страдал, надеялся и терял, – все здесь, разбросанные, растворившиеся в бездонных волнах энергии. Здесь беспечная мысль ребенка стоит больше, чем планета, на которой он живет. Стертый с лица земли город здесь – солнце, излучающее страдание, а жестокая идея – клыкастая пасть, что пожирает заплывающие в нее убеждения. Без конца и без края простирается варп – непостижимая, сводящая с ума клоака разума.

Послание опускается в эти глубины, всё ещё пылая огнём, который изверг его из разума Армины Фел. Глазами, которые на самом деле не глаза, за ним наблюдают существа. Это хищные твари, полные злобы и голода. В другое время они набросились бы на послание, растерзали бы его, вырывая смыслы по кусочку. Но сейчас они выжидают. Этому посланию – тому, что тонет в глубинах, яркому и ужасному, словно несчастливая звезда, которую закинули на небеса с земли – ему они дадут пройти.

Послание тонет.

Оно начинает кровоточить. Сон в его сердцевине пульсирует, и волна этой пульсации проходит по не-материи варпа. Она задевает умы психически одаренных, тех, кто не знает о своей одаренности. На Мендозеле, что на северном краю галактики, просыпается десятилетняя девочка и спрашивает у отца, почему ее пальцы все еще чувствуют снег из сна. В орбитальных жилых станциях Сатурна старик просыпается со вкусом потрохов во рту и ощущением перьев на коже. На планете Калт в поле, готовом к жатве, останавливается молодая женщина. На мгновение рассветное небо темнеет, земля вокруг неё покрывается снегом. Никто из них не знает, почему это происходит. Они даже не подозревают, что в их видениях и переживаниях есть какой-то смысл.

А потом оно проникает в умы астропатов, которые с самого начала штормов прислушивались в ожидании хоть обрывка фразы, хоть слова. Их сознания сосредотачиваются на этом сообщении. Их внутренние ощущения обостряются. Сон, что огнем извергли с Терры, вливается в них.

На военном корабле «Тень Императора» Каллус Зейн вздрагивает. Он сидит, скрестив ноги, на своем возвышении. Над его головой висит полусфера из серебра и хрусталя. Он уже давно ничего не слышал. Слишком давно.

Но теперь он что-то слышит.

Зейн концентрируется, вытягивает сообщение из эфира. Послание укладывается в его разуме. Сон, что Армина Фел создала на Терре, становится его сном. Он ощущает когти стервятника, видит, как кружатся символы, слышит ритм волчьего воя. Дрожит. Ловит ртом воздух. Бархатное одеяние пятнает кровь. Красное на зеленом. Он крепко держится за сон. Чувствует его тяжесть, его огненный жар.

Зейн посылает короткий телепатический приказ. Двое астропатов-помощников, что находятся вместе с ним в святилище, начинают готовить свои разумы к проверке его интерпретации. Ощущение за ощущением он начинает расшифровывать смысл своих переживаний. Внутри Адептус Астра Телепатика существуют условные обозначения для того, чтобы расшифровывать символы, преобразовывать их в понятия. Этот словарь, столь же сложный, сколь и оккультный, выходит за пределы языка. Расшифровка его смыслов больше всего похожа на интерпретацию музыки. Взаимное расположение символов, их движение, воздействие на реципиента – все эти факторы изменяют и усиливают значения. Внутри сообщения спрятаны ключи, крошечные виньетки, которые подсказывают расшифровщику, какую из множества знаковых систем использовать. Это настолько сложно, что отнимает годы жизни у астропатов. Каллус Зейн вот уже двенадцать лет служит главным астропатом примарха Коракса из XIX легиона. Он достиг вершины своего мастерства. Он сосредотачивается, перебирает, перетасовывает, оценивает. Его рука танцует по клавишам автокаллиграфа, встроенного в возвышение. Вращаются шестеренки. Алмазные перья гравируют слова на стали. Помощники завершают проверку.

+Проверено и завершено,+ отправляет первый.

+Подтверждаю. Уровень достоверности – неопровержимый.+

Автокаллиграф щелкает и гравирует последние слова.

Только тогда Зейна отпускает пережитый им кошмар.

Он открывает глаза. Зрачки сужаются до точек, хотя в святилище темно. В отличие от многих сородичей, после ритуала связывания душ он не потерял зрение. Вместо этого он лишился вкуса и обоняния, а левая рука больше ничего не чувствует.

Зейн глубоко вздыхает. Он не смотрит на стальной диск, на котором выгравировано сообщение. Проводит рукой по бритой голове, рука дрожит. Помощники трепещут. От них исходит тревога – нет, не тревога, неприкрытый страх. Каллус Зейн не может позволить себе бояться. Нет времени. Сейчас – нет. Он нажимает кнопку. В тишину врываются помехи, когда открывается вокс-канал.

– Каллус Зейн, главный астропат. Срочное сообщение. Получатель — лорд Коракс.

''– Приоритет?'' – спрашивает хриплый, заглушенный статикой голос саванта-связиста.

– Окклюзия, – говорит он. Следует пауза, которую заполняет шипение помех.

''– Запрашиваю подтверждение.''

– Окклюзия, – повторяет он. За все годы службы он ни разу не произносил эту кодовую фразу.

''– Приоритет «окклюзия» подтвержден. Ждите сопровождения.''

Канал закрывается. Скоро Зейну придется встать и дойти до дверей святилища. Гвардейцы Ворона уже в пути, вот-вот они окружат его и поведут по палубам «Тени Императора» туда, где бы ни находился примарх. Прямо сейчас открываются противовзрывные двери. Согласно протоколам безопасности, нужные коридоры перекроют и расчистят на сотни метров по обе стороны их маршрута. Если по пути он споткнётся, его понесут. Тот, кто попытается их остановить, умрёт. И всё потому, что он произнёс одно слово.

Он позволяет себе еще раз глубоко вздохнуть.

– Дерьмо, – произносит он с чувством.

Каллус Зейн вместе со своим эскортом Гвардейцев Ворона ждет, пока челнок опускается на палубу. Закрывается внешняя гермодверь, и в ангар врывается воздух. Двигатели челнока сбавляют обороты. Корабль преодолел путь от линии боевого соприкосновения на внешних границах системы Тетос-Гротон, выжимая полную мощность из своих двигателей. Рука Зейна тянется к закрывающей лицо дыхательной маске. Та прилегает слишком плотно. Он сомневается, сможет ли её снять. Потом удивляется, что вообще об этом думает. В руках у него табличка с сообщением. Он боится, что пальцы с поврежденными нервами подведут и он, сам того не заметив, уронит её. Он снова теребит маску и решает её расстегнуть. Воздух холодный, но дышать можно.

Больше в ангаре нет судов. «Тень Императора» – военный корабль класса «Глориана» длиной в несколько километров, с внутренним объемом, достаточным, чтобы вместить гору. На нем располагаются зоны с орудийными батареями, тысячи членов экипажа и столько же сервиторов. Некоторые ангары так велики, что могут вместить несколько эскадрилий штурмовых кораблей. Но Зейн стоит в отсеке, который используется для лихтеров техобслуживания и внутрифлотских челноков. Он незаметный. Уединенный. Зейн крепче сжимает в руках табличку с сообщением.

В носовой части «Грозового орла» откидывается аппарель, её края касаются палубы.

И появляется Коракс. Не спускается по аппарели, а возникает прямо перед ним. Серебристые лезвия крыльев сложены за спиной, на доспехах видны следы сражения, на левой щеке – капли крови. Зейн пытается успокоиться, но его органы чувств только что пережили основательную встряску. Глаза Коракса словно колодцы черноты на алебастровом фоне лица, и они прикованы к Зейну.

– Мой повелитель, – начинает Зейн, склоняя голову. Сопровождавшие его Гвардейцы Ворона смотрят вокруг, оружие наготове. Они отключили приемники аудиосигнала в своих доспехах, чтобы удержать в тайне информацию, которая перейдет от астропата к примарху. Вот только это невозможно. Как ты удержишь вселенную, что шатается на своей оси?

Коракс наклоняет голову, сам жест – немой вопрос. Зейн не сомневается, что Коракс уловил горе и страх в его дыхании и сердцебиении. Примарх знает, что случилось что-то ужасное. Другие спросили бы его об этом, возможно, даже вытянули бы из него слова уверениями или гневом. Но Коракс просто ждёт, наклонив голову и не сводя с Каллуса Зейна своих странных, чёрных на чёрном, глаз.

– Мой повелитель… – повторяет Зейн. Моргает и сглатывает комок в пересохшем горле. Не может он этого сказать. Передать послание – самое простое в ремесле астропата, и все же он не может вымолвить ни слова. Повелитель Воронов ждёт, наблюдает, терпеливый и неподвижный. Наконец Каллус Зейн протягивает гравированную табличку с сообщением. Символы и слова на ее поверхности — это шифрованная бессмыслица. Только человек, знающий соответствующие ключи и методы расшифровки, может осуществить нужные преобразования и раскрыть ее истинный смысл. У инфокузнеца Механикума этот процесс занял бы не менее десяти минут. Примарху же для этого понадобится один взгляд. Каллус Зейн видел такое и раньше.

Коракс берет табличку.

Зейн смотрит в пол. Не хочет он этого видеть. Ему стыдно. Как будто тем, что доставил это сообщение, он что-то разрушил, как будто он – соучастник злодеяния. Как будто этот момент – в каком-то смысле убийство.

– Нет. – Коракс говорит тихо, но Зейн все равно вздрагивает. – Нет…

Он вызывает в памяти краткое содержание сообщения, его суть, изложенную в нескольких строчках, чтобы объяснить последующие детали и приказы.

''Хорус и XVI легион восстали против Империума и Императора. Фулгрим, Ангрон и Мортарион с III, XII и XIV легионами последовали за Хорусом. Лояльные элементы этих легионов, как полагают, были уничтожены на Исстване III.''

Коракс опускает табличку.

– Это… – начинает он. – Это… – Он останавливается. Зейн знает, что примарх собирается спросить: не может ли это быть ошибкой, обманом или ложью? Но Коракс прочел удостоверяющие символы, выгравированные на послании. Он знает, что Зейн не стал бы сообщать ему такую новость, если бы не был уверен. Выхода нет. И нет пути назад. Невозможно отменить наступление этой новой реальности.

Коракс сжимает губы. Его лицо каменеет. Взгляд устремлён на что-то далёкое, видимое только ему. Он отворачивается, сложенные серебристые крылья горбом выступают над спиной.

Зейн отступает.

– «Ад Темпереста» находится на расстоянии быстрого перехода от Исствана, – говорит Коракс. Зейн останавливается. Примарх по-прежнему смотрит вдаль, но теперь его взгляд сфокусирован. Он только что извлек из памяти местоположение одного из сотен кораблей Легиона. – Отправьте им приказ на максимальной скорости направляться к системе Исстван. Пусть произведут тщательную разведку.

Каллус Зейн склоняет голову.

– Что им сказать, повелитель?

– Скажи все, – отвечает Коракс.

– Все, повелитель? – переспрашивает Зейн, не успев себя остановить.

Коракс смотрит на гравированную табличку у себя в руке. Моргает и кивает.

– Они должны знать, – говорит он.

«Ад Темпереста» выходит из варпа в ночь на краю системы Исстван. Это корабль ближней разведки класса «Симфалия», небольшой и быстрый, созданный для того, чтобы скользить сквозь пустоту, словно он – её часть, еще более чёрная тень среди черноты.

С мостика корабля капитан Акронис смотрит на мигающую на пикт-экранах точку - звезду системы Исстван.

– Все установки функционируют и готовы к запуску, – докладывает магистр систем.

– Щиты? – спрашивает Акронис.

– Полное покрытие.

– Запустить холодный режим и активировать сенсоры-просеиватели дальнего действия. Давайте-ка влезем к ним.

Гул систем корабля стихает до слабого гудения. Акронис ждет не шевелясь – такими неподвижными могут быть только Астартес. Он родился в Ржавых Отвалах на Сланце-Гамма. Тот мир научил его, что выживание, смертоносность и бдительность – это одно и то же. Он выживал один: никто не протянул ему руку, когда он упал в расщелину, ничей голос не вел его шаг за шагом сквозь токсичную метель, никто не встал рядом, когда пришли костяные пауки. Никто. Всегда был только он один.

Потом его нашел легион. Впервые он не был одинок. Ему протянули руку, позвали в новое будущее. Но и зов одиночества был силен, и он искал его даже в рядах Гвардии Ворона. Сначала в разведывательных подразделениях, в безмолвных смертельных битвах далеко за линией фронта. Затем на командном мостике одного из разведывательных кораблей легиона. Война как наблюдение. Война как тишина.

Сейчас он смотрит, как корабль все глубже проникает в сферу Исствана. Курс проложен к третьей планете системы. Для полного сканирования придётся выйти на орбиту, но сенсоры и ауспик уже тянутся вперёд, обследуя пустоту.

Проходят часы.

– Выходим на высокую орбиту Исствана III, – раздаётся сообщение. Акронис отвечает молчанием. – Никаких признаков активности в ближнем космосе. Начинаю орбитальное сканирование.

Проходит еще время, пока «Ад Темпереста» облетает планету.

– Первичный анализ планетарного тела, обозначенного как Исстван III, завершён, – сообщает один из членов команды сенсориума. – Начинаем уточнение данных.

При этих словах Акронис делает шаг вперёд.

– Покажите мне, — говорит он.

Это необычная просьба. В обязанности командира судна не входит просмотр данных первого сканирования. Если сравнивать с архаичными методами военной разведки, эти данные похожи на первые снимки, извлеченные из ванночки с химикатами – еще влажные, зернистые и совершенно непонятно что изображающие.

На экранах появляются образы, они мерцают и шипят. Прокручиваются потоки необработанных данных. Акронис смотрит, не моргая. Под броней он чувствует холод.

– Базовый анализ спектра указывает на множественные поверхностные детонации значительного количества макробоеприпасов, – говорит офицер сенсориума. – Степень загрязнения атмосферы указывает на глобальную огненную бурю. Масштаб – «Экстерминатус».

Слова офицера излишни; истина видна невооружённым глазом. По поверхности планеты проносятся серо-чёрные вихри. Изуродованная атмосфера порождает гигантские бури, в которых оранжевыми вспышками ветвятся молнии.

Это правда, думает он. Не ошибка, не обман, не недопонимание. Он собственными глазами видел истину там, на зернистом экране сенсора.

Команда сенсориума смирно ждет, положив руки на пульты управления.

– Завершайте сканирование, – наконец говорит Акронис. Он поворачивается к сервам-связистам. – И подготовьте первичные данные для передачи.

Несколько часов спустя корабль завершает третий виток вокруг третьей планеты Исствана и запускает двигатели. Обломки судов дрейфуют и по низкой, и по высокой орбитам, как сверкающий лабиринт, сквозь который крадется «Ад Темпереста». Они не обнаружили никаких признаков жизни, ни враждебных, ни иных. Убийцы скрылись. Остались только трупы.

– Увеличить диапазон сканирования сенсоров и расширить параметры, – командует Акронис.

Через час они начинают слышать призраков. Акронис прислушивается к искаженным звукам, к треску и шипению, доносящимся из динамиков. Это похоже на шум моря или на ветер, что гонит песок по голому камню. Иногда проскакивают гласные, обрывки согласных, потом исчезают.

– …г…

– А…

– …ну…

– …

– …

– …э…

Это остатки бури вокс-сигналов, что бушевала здесь между пустотными кораблями. В них нет никакого смысла, но это неважно. Это путь, кильватерный след, оставленный тысячами кораблей, что прошли здесь, постоянно переговариваясь друг с другом; это тропа, созданная эхом радиосигналов.

– За ними, – командует Акронис.

Сенсоры «Ад Темпересты» фиксируются на сигнальном следе. Корабль летит сквозь систему по дуге, используя гравитацию звезды. На мостике шипят вокс-призраки. След ведёт к пятой планете. Это не удивляет Акрониса. Исстван V, согласно записям крестового похода, частично пригоден для жизни. Если Магистр войны придержал резервные силы для обеспечения своего отступления, то Исстван V был бы лучшим местом для их размещения и перегруппировки перед дальнейшим выдвижением.

– Форма сигнального следа указывает на широкое рассредоточение кораблей, – поступает сообщение, когда «Ад Темпереста» снижает скорость и выходит на дальнюю орбиту пятой планеты. Кораблей поблизости от планеты или в зоне действия сенсоров нет. Акронис и не ожидал их найти. Корабли Магистра войны и его союзников давно уже вышли из системы, а затем ушли в варп. Благоразумнее не задерживаться на месте злодеяния. Теперь их флоты могут быть где угодно. Хитро… Акронис знает толк в такой войне. Ударить, раствориться в тенях, а затем ударить снова. Что ж, быстрого возмездия не будет. Не случится одной большой битвы, которая положит всему этому конец. Хорус сможет нанести удар в любой момент по своему усмотрению, а страх и неопределенность выполнят работу кораблей, орудий и мечей. Это будет жестокая война, думает Акронис. Долгая война.

– Энергетические сигнатуры на поверхности. – Голос серва заставляет Акрониса поднять глаза.

– Проверить, – резко приказывает он.

Руки мечутся по пульту управления, поскрипывают гермокостюмы.

– Подтверждаю.

– Подробнее!

– Множественные сигнатуры, соответствующие плазменным реакторам, генераторам, активному пустотному щиту. Местоположение – северная полусфера дельта, координаты пятьдесят два запятая девять пять четыре ноль на один запятая один пять пять ноль. Первоначальная приблизительная оценка – соответствует укреплениям и крупным стационарным силам. Рекомендован выход на высокую орбиту и переход к полномасштабному тактическому анализу.

– Так и сделайте, – отвечает Акронис. – Первичная идентификация?

– Вокс-просеиватели улавливают зашифрованные, но не экранированные сигналы. Шифровальные маркеры соответствуют командным шаблонам Третьего, Четырнадцатого, Двенадцатого и Шестнадцатого легионов.

Они не скрываются, думает Акронис. Он подходит к ряду пикт-мониторов и нажимает кнопки управления. Экраны шипят, мигают, и вот на него смотрит серо-чёрный изгиб Исствана V на фоне звёздного неба.

<br />

===ГЛАВА ТРЕТЬЯ===
Кхарн не отрывает взгляда от клочка открытого неба. Ветер, беспрестанно дующий в низине, прорвал прореху в серой облачной завесе. Небо Истваана V синеватое, как синяк, медленно переходящее в черноту. Нерешительно мерцают звёзды. Налетает порыв ветра. Пыль обжигает голую кожу левой руки, свисающей из-под одеяла из мешковины, которое он носит вместо плаща. Он слышит, как клацают его зубы. Он пытается остановить их, застывает на месте, но челюсть не перестает двигаться, а зубы – щелкать.

Щелк… Щелк…

Он смотрит на правую руку. Та неподвижна. Полностью. Он сгибает пальцы. Не двигаются. Он чувствует, как сгибает их, но пальцы не шевелятся.

Щелк-щелк…

Он смотрит вверх, и…

Щелк-щелк-щелк…

Он не смотрит вверх. Голова не поднялась.

Его челюсти щелк-щелк-щелкают, и он знает, к чему все идет. К основанию черепа, к тому месту, где засели Гвозди Мясника, будто зуб укусившего его чудовища.

Щелк-щелк-щелк!

Боль. Звенящая боль пленкой растекается по поверхности черепа, вся – ослепительные цвета и острые края. Он не может моргнуть. Он смотрит на правую руку, которая не двигается, в голове грохочут пневматические молотки, сквозь стучащие зубы течет слюна. Ему хочется взреветь – нет, он уже ревет, но только у себя в голове, и не может шевельнуться, не может выхватить сакс из-под плаща, не может сбросить этот… этот…

Щелк-щелк-щелк-щелк-щелк!

И все заканчивается. Как пришло, так и ушло.

На место боли приходит онемение, охватывает его так, что даже кажется, будто его кожа – это какая-то особая одежда, а не часть его самого. С подбородка свисает нить розовой слюны. Он шевелит рукой. Пальцы сжимаются в кулак. Он вытирает губы.

Гвозди затихли. От агонии до полной тишины за один удар сердца. Так они себя ведут с тех самых пор, как его вытащили из-под таранных шипов танка на Исстване III… С тех пор, как он очнулся на операционном столе и увидел презрительную ухмылку Каргоса, услышал фальшивый ритм сердцебиения сангвинарных насосов, почуял запахи крови и химикатов. Тогда он должен был умереть, и все же…

Он начинает передвигать ноги, идет. Походка у него хромающая, каждый шаг отдаёт болью от бедра до плеча. Все же он идет дальше. По словам Каргоса, улучшенная система подавления боли в его организме дала сбой. Пройдет ли это, апотекарий не сказал. А Кхарн не спрашивал.

Он всматривается в налетающий порывами ветер. От серого света Исствана осталось только неверное свечение вокруг восточных гор. За его спиной пустотные щиты, окружающие укрепления, шипят, когда ветер швыряет в них пыль. Он ненавидит это место. Это кладбище, эту чашу пыли, образуемую горами и скальными лабиринтами. Тридцать километров черного песка, перемежающегося плоскогорьями из черного камня. Эту пустошь. И все же Кхарн предпочитает этот вид тому, что увидел бы, если бы повернулся в другую сторону: остывший вулкан с сухими, растрескавшимися склонами, у подножия – руины. Эти руины заполняют низину там, где она сужается у подножия горы. Они созданы не людьми. Блоки черно-серого камня поднимаются до высоты титанов; сложенные из них конструкции можно назвать башнями и стенами. Пропорции у всех блоков разные, и Кхарн не может отделаться от мысли, что они были не столько установлены, сколько брошены – гигантские кубики, оставленные там, где упали. Остальные сторонники Хоруса называют это место Крепостью. Дети Императора и Механикум встроили в башни и стены орудия и генераторы щитов. Но Кхарну трудно видеть в этих стенах стены, а в башнях – башни. Поэтому он старается не смотреть на Крепость. От этого у него дергается челюсть.

– Я Кхарн. – Он останавливается в двух шагах от воина. Это Неркор, один из людей Кхарна. – Он тут проходил?

Воин кивает.

– Вон туда, – говорит Неркор. Кхарн смотрит, куда он показывает, и теперь видит фигуру, присевшую на одно колено.

На секунду Кхарн застывает на месте.

– Давно? – спрашивает он.

– С самого заката.

Кхарн хмыкает и бредет к Ангрону. Он знает, что примарх услышал его приближение и, скорее всего, давно учуял его дыхание и кровь в порывах ветра. Однако примарх не шевелится. Кхарн останавливается в пяти шагах от него. Ангрон по-прежнему не двигается. Кхарн чувствует, как кожа под плащом покрывается мурашками. Тишина – это предупреждение. Угасающий свет освещает только вмятины на доспехах Ангрона, следы от попаданий снарядов и рваные порезы от цепных клинков. С головы примарха ниспадает грива кабелей, соединенных с Гвоздями Мясника. В правой руке он держит горсть черного вулканического песка. К ней и прикован его взгляд.

– Он вас зовет, – говорит Кхарн.

Ангрон моргает, его лицо оживает.

– Кто? – Это слово вылетает из его рта низким рычанием – скорее угроза, чем вопрос.

– Хорус.

Примарх поворачивает голову. В сумерках его глаза словно колодцы черноты. Кхарн чувствует, как челюсть начинает дрожать. Он не отрывает взгляда от Ангрона.

''Рывок, размытое пятно доспехов и мускулов, блеск оскаленных зубов'' – ''и Кхарн падает в пыль, его тело снова искалечено, он задыхается и поднимает руку, чтобы отразить смертельный удар своего генетического отца.''

Никто не двигается. Ветер треплет край плаща Кхарна и пересыпает песок в руке Ангрона. Примарх обращает взгляд на сгущающуюся в чаше плато ночь.

– Круг в песке… – говорит Ангрон. – Скоро эта пыль напьется крови. Их и нашей. Здесь мы будем сражаться и истекать кровью, и они, и мы… Это будет бойня.

Кхарн ждет. Он чувствует, как сжимаются челюсти, зубы вот-вот готовы щелкнуть, но держит себя в руках. Усталость застилает его голову мутным, как синяк, туманом.

– Хорус… – начинает он снова.

– Они заслуживают смерти, – говорит Ангрон. Он все так же смотрит на меркнущий свет и на сгущающуюся чашу теней перед собой. – Все они. Все те, кто идёт сюда. Слепые глупцы. Они заслужили свой конец. Но это… – Он разжимает кулак. Ветер подхватывает песок и развевает его в наступающую ночь. Последние песчинки шуршат по доспехам Ангрона, который встаёт и шагает к Крепости.

Кхарн чувствует, как дрожит челюсть. Он хромает за своим примархом.

– Подло. — Слова Ангрона повисают в воздухе, окутанном голографической завесой.

Это помещение – одно из тех, что были переделаны вопреки неизвестному замыслу давно мертвых чужацких архитекторов. Формой оно отдаленно напоминает конус. У него одиннадцать стен. Все разной ширины. Кхарн замечает это каждый раз, когда заставляет себя сюда приходить. Не может не замечать. Эти детали зацепились за его сознание и не дают ему покоя. Установленное здесь оборудование – извивающиеся кабели, жужжание статики, мерцание дисплеев контрольных панелей, – все это успокаивает. По крайней мере, оно нормальное. Он двигает челюстью. С тех пор, как он вошёл в Крепость, думать все труднее. Правый бок болит. Он не мог сосредоточиться, пока шло совещание. Как будто его там не было. Пока не заговорил Ангрон.

– Это подло.

Вот теперь он здесь. В одной комнате с Ангроном, бросающим всем вызов. До этого момента примарх Пожирателей Миров не произнес ни слова. Говорил в основном Фулгрим, жестами призывая голо-изображения, накладывая детали оборонительных сооружений на боевые планы. Мортарион высказался кратко, во всяком случае, так кажется Кхарну. Хорус уступил слово Фениксийцу вскоре после начала собрания и не прерывал его, пока Фулгрим вволю мурлыкал, разглагольствовал и разъяснял. Сколько это продолжалось? Пять минут? Час? Больше? Кхарн знает, что Фениксиец выступил безупречно. Несмотря на туман в голове, он понимает, что теперь сможет вспомнить все детали исключительно благодаря тому, как их передал Фулгрим. Но ему всё равно. Он не хочет здесь находиться. Не в этой комнате. Не с туманом в голове, не с ощущением, что ему нужно постоянно проверять, не дёргаются ли пальцы.

В сумраке позади своих генетических отцов стоят другие Астартес. Кхарн их знает. Некоторые кивнули ему, когда он вошёл. Другие просто смотрели. Ему всё равно. Правый бок болит.

Но вот Ангрон заговорил, и его слова зажгли яркую искру в сером тумане, горящую, словно прометий. Кхарн что-то чувствует. Что-то звенит в основании черепа. Кажется, оно может причинить боль.

– Ты хочешь что-то добавить, брат? – спрашивает Фулгрим. Выражение его лица – сама безмятежность.

– Это подло, – повторяет Ангрон. Он рядом с гололитическим дисплеем. Предполагаемые места высадки атакующих обозначены красными метками. Красными, яркими… мигающими неоном… Кхарн моргает. Красный цвет виден даже сквозь веки. – Это предательство.

– Не сомневаюсь, что те, кто идет за нашими головами, с тобой охотно согласятся, – отвечает Фулгрим. – Но мы здесь именно для этого, Ангрон. Именно это нам и нужно сделать. Неужели тебе еще не очевидно? – Фулгрим бросает взгляд на Хоруса. Магистр войны не обращает на него внимания. Он смотрит на Ангрона. Все в комнате смотрят на Ангрона.

– Ты знаешь, как умирают? – спрашивает Ангрон, опираясь на край гололитического стола. Фулгрим ощетинивается, его улыбка превращается в презрительную усмешку. Ангрон не ждет ответа. – Ты чувствуешь, как приближается смерть. Знаешь, что она где-то там, прямо за горизонтом. Ты спишь и знаешь, что этот сон будет последним. Проснувшись, ты знаешь, что в последний раз открываешь глаза навстречу новому дню. Ты знаешь, что в следующий раз будешь спать под землей. Знаешь, что будет боль и кровь, и что другой воин отнимет у тебя жизнь, и что ты истечешь кровью под его победные крики. Ты знаешь всё это… и всё же ты встаёшь. Ты берёшь оружие, обращаешь лицо к небу и рычишь на своих убийц, призывая их подойти. Вот как умирает воин.

– Брат… – начинает Фулгрим.

– Ты мне не брат! – громоподобно ревет Ангрон. Кхарн чувствует, как полыхают Гвозди Мясника; его охватывает жгучая боль, туман в голове сменяется неоновым пожаром. Он тяжело дышит, глаза широко раскрыты и не мигают. – Нас никогда не связывали ни веревка, ни цепь, мы никогда не проливали кровь, чтобы другой мог жить. То, что течет в наших венах, ничего не стоит. Неужели тебе еще не очевидно? – Он тыкает пальцем в алые брызги на гололите. – Эти воины идут с нами сразиться. Они думают, что могут всех нас перебить, они восстали и взялись за оружие. Они готовы проливать кровь и умирать для того, чтобы поквитаться с нами. А ты собираешься всадить нож им в спину.

– И что ты желаешь сделать ради воинской чести? – спрашивает Фулгрим. – По-твоему, пять легионов, перешедших на нашу сторону, должны заявить о своей поддержке прямо сейчас, перед битвой?

– Да, – отвечает Ангрон. – Пусть они поднимут свои знамена и клинки, а мы – наши. Встретимся лицом к лицу, обреченные и непокорные.

– И всё, чего мы добьёмся таким безумием, – ещё больше потерь, – говорит Фулгрим. – Мы потеряем войска, которые понадобятся Магистру войны, да и нам всем, чтобы положить конец лживой тирании нашего отца.

– Всё, чего мы добьёмся… – Ангрон горько усмехается. – Все мы уже мертвы. Все, и легионеры, и смертные, которые за нами следуют. Под нашими лицами скалятся, ждут черепа. Сейчас или позже – это неважно. Важно лишь то, как мы встречаем смерть и даруем ее. А воины умирают от ран в грудь.

– А как же твои сыны, которых ты убил на Исстване III? – недоверчиво спрашивает Фулгрим. – Ты отправил их на поверхность вместе с остальными, они ничего не знали и не подозревали о том, что их ждёт.

– Вот что мне подарили мои сыны. – Ангрон так широко разводит руки, что звенят цепи и становятся видны свежие шрамы на его теле и доспехах. Он исподлобья смотрит на Фулгрима. – А твои?

– Здесь не Нуцерия, Ангрон, – хрипит Мортарион.

– Не Нуцерия… Везде – Нуцерия. В каждом клочке песка, на который скоро прольется кровь, в каждом круге войны. Не знаю, зачем здесь ты, но зачем я – знаю.

Губы Фулгрима снова изгибаются в презрительной усмешке.

– Хочешь сказать, из-за того, что отец не дал тебе погибнуть вместе с твоей бандой рабов, мы теперь должны отказаться от величайшего стратегического и тактического преимущества? – Он фыркает. – А я-то думал, что мы сражаемся ради более высокой цели, чем право глупцов похоронить себя на любимом клочке земли.

Ангрон бросается на него. Без подготовки, без напряжения перед рывком. Он просто был там – а теперь здесь. Топор свободно лежит в руке. Фулгрим с улыбкой ждёт удара...

Между ними встает Мортарион.

Сила, с которой Ангрон атакует, могла бы опрокинуть танк. Но Мортарион принимает удар непреклонно, твердо стоя на ногах. Улыбка Фулгрима – как солнце, глаза его – две сапфировых звезды. Его пальцы лежат на рукояти меча.

– Прошу тебя… – скалит зубы Фулгрим. – Прошу, брат, не останавливайся!

Ангрон застывает. Он не отступает, но стряхивает со своей груди руку Мортариона.

Кхарн моргает.

''Мгновение – и напрягаются мышцы, топор взлетает и опускается на грудь Повелителя Смерти. Раздается рев, вращаются зубья, искры летят с брони, кровь полубогов сеется в пыль. Фениксиец. Повелитель Смерти. Красный Ангел. Все бросаются навстречу братским клинкам. Все гибнут. Падают на черный песок, который вскоре пропитается кровью.''

Ангрон не двигается с места. Замер, как тигр перед прыжком.

– Они должны знать, что их ждет, – говорит он. – Воины заслуживают смерти от ран в грудь.

– Ты прав.

Ангрон оглядывается на звук голоса, Фулгрим тоже, и презрительная усмешка на его лице сменяется безмятежной улыбкой.

– Ты прав, брат мой, – повторяет Хорус. Лицо его мрачно. Он опирается на край гололитического стола. Синий свет проекции окутывает его холодом. – Они заслуживают лучшего. Это несправедливо – отправиться на честную войну и погибнуть от предательства. Они достойны другой судьбы. – Хорус кивает и смотрит вниз, на контуры Ургалльской низины, очерченные призрачным светом. Все в комнате жадно прислушиваются. – Но разве мы её недостойны? – Хорус поднимает глаза. Сначала его взгляд останавливается на Ангроне. – Мы пошли на войну за Императора и за Империум, которые аплодировали нам, пока мы умирали, которые осыпали нас почестями, пока мы преодолевали худшие из кошмаров. – Он переводит взгляд на Фулгрима, Мортариона, потом на других легионеров, стоящих в тени. – Все это была ложь. – Хорус закрывает глаза.

В голове зудит от неоновых помех, и все же Кхарн чувствует холод в животе, как бывает, когда ставишь ногу туда, где была твердая почва, а она проваливается в бездну. Хорус открывает глаза и тихим голосом произносит:

– Трупы, сваленные грудами в пыли, мертвецы, что прежде были верными сынами, павшие на земле, за которую сражались. Лишенные надежды на будущее. Окруженные ложью и вероломством. Преданные. Убитые. – Слова падают в пустоту, холодные и звенящие. – Вот какую судьбу готовил для нас отец. Для воинов ''всех'' легионов, для всех наших братьев. – Он протягивает руку в свет голопроекции. Элементы ландшафта и укрепления скользят сквозь его пальцы, как песок. – Кто бы ни вышел против нас здесь, умрет. Погибнет без малейшего шанса на победу. Они умрут не из-за своей слабости, а из-за лжи, в которой неспособны разувериться. И мы покончим с ними. Это не доставит нам удовольствия. И не принесет славы. Нет. Мы воюем против бойни, которая иначе ожидала бы нас всех. Это воинское милосердие.

Ангрон смотрит на Хоруса, и мышцы вокруг его глаз подергиваются от тика. Лицо Магистра войны спокойно. От всей его позы веет самоконтролем, властью и силой.

Затем Ангрон разворачивается и шагает к двери. Фулгрим делает шаг ему наперерез, поднимая руку в умиротворяющем жесте.

– Ангрон… – начинает Фениксиец.

– Уйди с моей дороги, ты, малодушный глупец!

Улыбка Фулгрима застывает, превращаясь в маску холодной красоты. Он отступает. Ангрон кривит губы и выходит из комнаты.

Малогарст провожает взглядом Ангрона, потом смотрит на Кхарна. Израненный капитан изучает свою правую руку. Щеку его дергает тик. На грубом плаще советника Ангрона виднеются красные пятна. Должно быть, кровь сочится между скобами, закрывающими раны. Говорят, шипы тарана пронзили его насквозь. Все равно что мертвый, он лежал там несколько дней – еще один труп в могильной грязи Исствана III. И все же вот он, ходит, выполняет свою работу, пусть и без доспехов. Сколько еще ран может выдержать сын раненого легиона? Кхарн смотрит, как по руке стекает капля крови. Повисает на кончике мизинца. Он вздрагивает и поднимает голову. Смотрит на Малогарста. Что это в его глазах – боль? Хромая, он выходит вслед за Ангроном, и с каждым шагом на пол падают красные капли.

– Мы встретимся и снова обсудим это через шесть часов, — говорит Хорус в тишине.

Большая часть собравшихся уходит вскоре после того, как он произносит эти слова: сначала Мортарион и его свита, затем Дети Императора. Фулгрим останавливается рядом с Хорусом, склоняется к нему с серьезным выражением лица. Хорус кивает, затем братья-примархи кратко пожимают друг другу руки. Новый посол генерал-фабрикатора выплывает из комнаты, за ней тянется вереница адептов в пепельно-серых одеждах. Остаются только старшие офицеры легиона Сынов Хоруса. Они разговаривают, но такими тихими голосами, словно не хотят потревожить нечто хрупкое, неосязаемое. Магистр войны смотрит на Малогарста и взглядом указывает ему на дверь, в которую только что вышел Ангрон. Малогарст кивает; он все понял. Нужно кое-что сделать. Вот в чем проблема с войной, все равно – гражданской или обычной: ее успех или провал зависят от политики.

Малогарст поворачивается и оглядывает уменьшившуюся толпу, пока не находит того, кого ищет. Он пересекает зал, стуча клюкой по камню.

– Да, Мал? – спрашивает Эзекиль Абаддон, не оборачиваясь. Он опустился на одно колено на том месте, где прежде стоял Кхарн. Малогарст видит, как первый капитан макает керамитовый палец в одну из капель крови, что оставил Пожиратель Миров.

– Кхарн, – говорит Малогарст. Абаддон поднимает глаза, его взгляд становится острым. Он без слов понимает, что нужно Малогарсту. Он гораздо больше, чем просто убийца, и даже больше, чем генерал, думает Малогарст. Он стал бы отличным советником примарха, если бы не был так полезен как острие копья легиона.

– Ты и сам можешь с ним поговорить, – замечает Абаддон.

– Он меня не слишком жалует.

– Это так. – Абаддон выпрямляется, чёрная громада терминаторской брони превращает его в нависающую над Малогарстом тень. – Думаешь, если Ангрон захочет нарушить строй, Кхарн сможет его сдержать?

– Иногда приходится воевать сломанным оружием.

Абаддон кивает, но Малогарст видит, что этот жест вовсе не означает уступки.

– Я с ним поговорю. Я скажу, что то, что мы планируем здесь сделать, – это убийство ради выживания, ради Магистра войны, ради легионов. Это необходимо. И все же недостойно.

Малогарст медленно кивает.

– Ты так говоришь, будто сам в это веришь.

Абаддон пристально смотрит ему в глаза.

– А кто сказал, что нет?

Один за другим уходят остальные, пока не остаются только Хорус и Малогарст. Кажется, что в комнате становится еще тише. Гладкий камень стен, что эхом отзывался на голос Ангрона, теперь словно поглощает все звуки.

– Ты здесь таишься, как мрачный призрак, Мал, – говорит Хорус. Он все еще опирается на гололитический стол, взгляд его скользит по медленно вращающейся топографической карте Ургалльской низины. Он склоняет голову набок и нажимает на кнопку; теперь вращается только часть дисплея. Изображение обновляется в режиме реального времени: степень боеготовности подразделений, укреплений и линий обороны обозначается скоплениями изумрудных, янтарных и алых огоньков. Десятки тысяч легионеров, сотни тысяч солдат, миллионы тонн снаряжения – всё это представлено в виде рун и цифр.

– В чем дело? – спрашивает он.

– Все трещит по швам.

Хорус поворачивается и глядит на него. Холодный свет отражается в его глазах, превращая их в серебро.

– Тогда нужно удержать его вместе, Мал. – Он снова смотрит на экран. – Ты послал Эзекиля к Кхарну. Хороший ход.

– Дело не только в этом.

– Правда? – спрашивает Хорус. Он говорит спокойно, непринуждённо, но Малогарст знает Хоруса и служит ему так давно, что различает в его голосе едва заметный оттенок напряжения.

– Наше общее согласие, баланс личных отношений, вопрос власти – все это выглядит шатко, и чем дольше мы здесь, тем больше угроз возникает и изнутри, и снаружи. Один спор, зашедший слишком далеко, одно перехваченное сообщение, одно непредвиденное обстоятельство – и победа ускользнет из рук.

– К этому все шло, – говорит Хорус. – Мы неизбежно должны были оказаться в этой точке, так или иначе. Не обязательно на этой планете, не обязательно именно с этими людьми или в этот момент, но… – Он указывает на проекцию. – Это должно было произойти. Сосредоточение, разрушение и резня во имя победы. Спроси у моего отца. Спроси у томов истории. Наши силы вполовину меньше тех, что нам противостоят. Этот баланс необходимо выровнять. На Сигнусе, на Калте и здесь, Мал. Здесь и сейчас. Мы используем все наши преимущества. Преуспеем здесь, и вопрос решен. – Хорус издает сухой смешок. – После этого нам останется только выиграть последующую войну.

Малогарст кивает. Он все это знает, но его работа – убедить Магистра войны подумать о том, о чем тот, возможно, предпочел бы не думать.

– Стратегия рассредоточения могла бы… – начинает он.

– Нет. – Это слово вылетает, как пуля. Хорус делает глубокий вдох и продолжает прежним, мягким голосом: – Нет, мы не распылим наши силы по варпу и пустоте. Я не собираюсь изводить и истощать Империум до полусмерти, Мал. Я хочу захватить его.

Малогарст снова кивает.

– Тогда мы возвращаемся к самому большому риску этой стратегии.

– Время, – говорит Хорус.

– Каждая секунда угрожает разоблачением ваших союзников, а единство наших сил...

– Трещит по швам, – заканчивает Хорус. – Согласен. Мы должны выяснить, насколько близка атака. Я поговорю с Альфарием. Пора давинитам выполнить свои обещания.

<br />

===ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ===
За время, прошедшее с прибытия на Исстван V, анклав давинитов изменился. Плотность теней, вкус воздуха – все стало… другим. Все прочие руины словно бы сопротивляются любым попыткам обжить их. Но эти… Малогарст чувствует, будто они превратились в нечто новое – сплав того, что было здесь прежде, и того, что принесли с собой давиниты.

Хорус входит и останавливается в трех шагах от открытой двери. Еще мгновение в воздухе звенят крики боли. Все жрецы и посвященные оборачиваются к Хорусу. Малогарст замечает, что они не кланяются. Они наблюдают. В бронзовых чашах колышется пламя. Он чувствует запах жжёных пряностей, горелой плоти и пота.

Один из жрецов выходит вперед. Малогарст его знает. Это Торос из Змеиной ложи – одной из воинских лож давинитов. Он очень высокий. Все члены Змеиной ложи высокие, но Торос выше всех. Глаза у него красные, зрачки – узкие чёрные щели.

– Тебе что-то нужно, великий Хорус, – говорит Торос. – Мы услышали. Мы подготовились…

Жрец отходит в сторону и указывает вглубь помещения. Там на возвышении сидит астропат. Обнаженный до пояса, он покачивается и что-то бормочет. Из раны его груди, откуда нож срезал узкую полоску кожи, течет кровь. Полоска окровавленной, бледной кожи лежит в бронзовой чаше. Рана имеет форму спирали.

Малогарст чувствует, как его лицо напрягается, когда он сдерживает инстинктивное желание выхватить оружие. Ох уж эти требования новой эпохи…

– Магистр войны благодарит вас, – говорит он. Хорус не отводит взгляда от раскачивающегося человека на возвышении, и Малогарст понимает, почему: Магистр войны знаком с астропатом, он лично получал и передавал через него сообщения и знает, что этот человек сохранил верность ему, в отличие от многих своих товарищей.

– Келаф? – произносит Хорус.

Голова астропата дергается, но, кроме этого, нет никаких признаков, что он услышал Магистра войны.

Хорус смотрит на Тороса.

– Он это переживет?

– Нет, – отвечает Торос.

Хорус глубоко вздыхает.

– Продолжайте.

Торос низко кланяется:

– Как пожелаете.

Двери закрываются. Малогарст чувствует, как по коже под доспехами пробегают мурашки. Воздух наполняется резким привкусом горечи. Свет ламп и костров в глубине залов тускнеет и гаснет. Крики становятся все громче, а затем затихают.

Торос подходит к Келафу и поднимает руку. На мгновение Малогарсту кажется, что в ней зажат нож, но потом он видит, что рука пуста. Аколит воздевает кверху чашу с кожей, срезанной с груди астропата. Келаф учащенно дышит и с каждым вздохом выдавливает слова:

– Глубоко! Вода… внизу. – Торос опускает руку в чашу. До Малогарста доносятся запахи жженого сахара и горячего металла. – Круг! Спираль! Водоворот… – Тени пульсируют в такт дыханию астропата. Торос поднимает кожу из чаши. Она мягкая, влажная. – Глубоко! Спираль! Вниз!

И Малогарст понимает, что звук раздается теперь у него в голове, и что он заставляет его сердца биться все сильнее.

И Торос переворачивает ладонь, и содранная полоска кожи поднимается с его ладони, извиваясь, источая кровавый дым, и сгорает, превращается в корчащийся комок тьмы.

И астропат выгибается, губы его раздвигаются, обнажая зубы, трещат позвонки. Черная спираль над ладонью Тороса – змея тьмы, извилистая дыра в никуда. Жрец шипит. Змея тьмы бросается вперед. Она впивается в ободранную грудь астропата и сворачивается в оставшейся от нее спиральной ране. Изо рта астропата вырывается крик.

Затем астропат замолкает и замирает. Опускает голову. Он больше не слеп. В глазницах блестят красные глаза. Щелевидные зрачки расширяются, оглядывая комнату. Они задерживаются на Малогарсте, и существо улыбается, обнажая зубы. Затем смотрит на Хоруса.

– Магистр войны… – Вслед за этим словом изо рта вылетают хлопья серого пепла. Голос похож на шорох сухой кожи и чешуек. Хорус выдерживает алый взгляд, потом смотрит на Тороса.

– Приказывай, и оно повинуется, – говорит жрец. Хорус снова смотрит в алые глаза.

– Я желаю говорить с моим братом Альфарием.

Келаф, или то, во что превратился Келаф, склоняет голову.

– Да будет так, – отвечает оно.

Оно делает глубокий вдох – в груди трещат ребра – и поднимается в воздух над возвышением. Глаза его закрыты, но за ними пляшет красное сияние.

Малогарст не понимает не-логики того, что происходит. Он знает о тотемах, отправленных их тайным союзникам с помощью Эреба и Семнадцатого легиона. Это разные мелочи: монета с неровными краями, капля янтаря, в которой заключен человеческий зуб, клочок мягкой ткани, похожей на шёлк, но не шёлковой. Все они были доставлены астропатам, разбросанным по Империуму. Мелочи. Царапины на коже вселенной. Но их оказалось достаточно, чтобы нарушить границы реальности. Он задается вопросом, что же происходит на другом конце этой связи, горит ли где-то другой астропат, отделенный от них бескрайней тьмой космоса, сжимая в руках тотем, который ему велели держать при себе.

То, что раньше было астропатом Келафом, открывает глаза.

– Брат, – раздается голос Альфария. – Ты желаешь поговорить.

На «Альфе» Инго Пек смотрит, как горит астропат. Кожа сходит с черепа, но рот все еще движется. Голосовые связки прогорели, поэтому голос Хоруса звучит хрипло, как последние слова человека, тонущего в собственной крови.

– Как они ударят и когда, – говорит Хорус, – вот от чего зависит победа. Этого нельзя оставлять на волю случая.

Альфарий смотрит не на пылающего астропата, а на собственного брата-близнеца, который прислонился к противоположной стене. Хорус думает, что говорит с одним примархом, но на самом деле разговаривает и с Альфарием, и с Омегоном. Те, кто не принадлежит к Альфа-Легиону, видят во главе его только одного сына Императора; существование одного из них надежно скрыто неотличимостью другого. Они – одно целое, разделенное на две части, они настолько близки по мыслям и внешнему виду, что могут одновременно вести беседу с Хорусом, и тот ни о чем не догадается.

Примархи обмениваются жестами-мыслями почти слишком быстро для Пека. Это танец стратегических идей, который разворачивается перед ним прямо сейчас, пока заживо горит затронутый варпом астропат, говорящий с ними голосом Хоруса.

– Неопределенность, хаос, незнание и тайны, — говорит Хорус. – Мы сейчас на твоей территории, брат, в зоне твоей ответственности. Ты веришь, что сможешь найти верный путь раньше, чем наш враг?

– Я не верю, – отвечает Альфарий. – Я знаю.

Хорус смеётся, и медленно обугливающийся астропат корчится в конвульсиях, когда этот звук вырывается из его горла.

– Конечно, я ошибся.

Омегон подает единственный знак: «осторожно!».

– Ситуация нестабильная, в ней множество переменных, это правда, – продолжает Альфарий вслух. – Рогал отправил весть о войне в вечную тьму и призвал к возмездию всех, кто её услышит. Он не знает ни того, кто в самом деле её услышал, ни того, кто может или захочет откликнуться.

– У него нет никакого плана, никакой сметы сил и материальных ресурсов, — продолжает Омегон. Пауза между словами двух примархов настолько невелика, что кажется, будто их произносит один и тот же человек. – Он знает, что вступил в войну. Знает, что у него есть небольшой шанс покончить со смутой, прежде чем она распространится, но всё остальное – неопределённость и зыбучие пески.

– Для него это неудобно, – говорит Альфарий.

– Но для нас это идеальная ситуация.

– Потому что только один фактор будет определять характер и скорость нападения...

– Кто из наших братьев первым захватит лидерство, – заканчивает Омегон.

Всего существует восемнадцать легионов. Четыре из них находятся вместе с Хорусом на поверхности Исствана V. Еще четыре – Железные Воины, Повелители Ночи, Несущие Слово и Альфа-Легион – тайно присягнули на верность его делу... Из девяти оставшихся легионов лишь немногие услышат призыв Дорна и откликнутся на него. Незнание, обман, истощённость и расстояние не позволят пяти из них принять участие в сражении. А легион Дорна привязан к Тронному миру. Остаются три легиона и их примархи: Железные Руки, Саламандры и Гвардия Ворона, под командованием Ферруса Мануса, Вулкана и Коракса. Все они так же отличаются друг от друга, как металл от огня или пера.

– Феррус, – говорит Хорус после короткой паузы.

«Нет. Слишком просто», – показывает жестами Омегон.

«Чем решительнее они нападут…»

«Тем выше будет неопределенность…»

«Тем выше будет процент потерь…»

«Взаимное уничтожение угрожает выживанию…»

«Но если расширить параметры…»

«Приемлемо…»

«Желательно…»

«Потенциально…»

Оба примарха останавливаются. Пек давно потерял нить их разговора – знаки словно бы передают только самую поверхностную суть мыслей, перетекающих друг в друга.

«Основная цель – это создание возможностей в будущем для неизвестных нам игроков и сил…»

«Согласен. Нам следует пересмотреть приоритеты».

«Остальное может колебаться в рамках произвольных параметров».

«Да. Взаимное влияние параметров миссии имеет место, но…»

«Да».

«Согласен».

– Все случится согласно вашему приказу, Магистр войны, — вслух говорит Омегон.

– Не сомневаюсь, брат, — отвечает Хорус. – Так и сделай.

Пламя, что бушевало в астропате, отступает. Тот пытается дышать, но легкие уже сгорели. Он сжимается в комок и дрожит. В его нервной системе еще хватает жизни для того, чтобы вытянуть руку. Со съежившейся плоти пальцев облезли ногти.

– Пек?

Это говорит Омегон. Оба примарха смотрят на своего первого капитана с одинаково вопросительным выражением лиц.

– Существуют средства для того, чтобы при необходимости прервать коммуникацию, – говорит он. В горле у него пересохло, у слюны привкус дыма. – Но условия для работы сложные.

Альфарий бросает взгляд на астропата, который вздрагивает в последний раз, а потом его тело неподвижно обмякает.

– Нет ничего такого, что нельзя было бы преодолеть или превратить в преимущество.

– Воистину, – говорит Пек.

– И, разумеется, он прав, – добавляет Омегон. – Я имею в виду Хоруса. Сейчас там царит хаос, и кто, кроме нас, к нему готов?

<br />

===ГЛАВА ПЯТАЯ===
– Повтори, – говорит Ада Кам Ли Хайсен продавщице спиртного, стоящей рядом с их столиком. Женщина наклоняется, в ее экзоскелете что-то щелкает, чтобы скомпенсировать вес чана на спине. Из серебристого носика, торчащего над ее левым плечом, в стакан Ады льется струйка индиговой жидкости. Ада замечает, что, наклонившись, женщина закрыла глаза. На ее веках вытатуированы свернувшиеся кольцами змеи.

– Примите воды Сатурналий из рук моих, – бормочет женщина и вытягивает бронзовую конечность, чтобы принять плату. Ада изо всех сил старается не моргнуть. Не запнуться.

Сатурналии…

Потом она берет себя в руки и ухмыляется Фергольгу:

– Ты платишь.

– Чего? – торговец давится своим напитком.

– Ты платишь, говорю.

– Я в прошлый раз платил, и до этого три раза, насколько я помню!

– Что свидетельствует о твоей щедрости, а также о способности и готовности помогать тем, кому повезло меньше.

– Я отказываюсь. – Фергольг складывает руки на груди и надувает губы в шутливом возмущении. Он на три стакана отстает от Ады, но пьян в два раза сильнее.

– А вот и нет, – говорит Ада, отпивая глоток индигового ликера. На вкус – металл и синтетические приправы, как будто кто-то, кто в жизни не пробовал ничего вкуснее трюмной жижи, использовал содержимое аптечки в качестве основы для того, что, по его мнению, было похоже на вкус мёда. На самом деле более чем вероятно, что именно таково происхождение вкуса синей жидкости. Едва ли кому-то на Гириденсе приходилось пробовать настоящий мед, но о нем могли рассказать летевшие транзитом через пустотный порт солдаты или ее коллеги-летописцы… Да, это она может себе представить – как один из них хлопает по барной стойке и требует добавить в напиток меда, а потом, перекрикивая шум, объясняет озадаченному бармену, что он имел в виду. Да, возможно, так оно и было – еще одно преступление против культуры, за которое несет ответственность орден Летописцев. Не из худших, впрочем. Есть ведь еще поэзия.

Сатурналии… Произнесенное женщиной слово всплывает в ее памяти, когда по телу бегут теплые мурашки от выпитого алкоголя. Скоро придется уходить. Жаль.

Она опускает стакан и оглядывается. В Конвергенции кипит жизнь, и, судя по всему, становится все оживленнее. Медленный поток людей обтекает центральное пространство. Владельцы торговых палаток выкрикивают цены. Густые облака дыма и пара поднимаются от прилавков с едой, где жарят мясо и варят зернокашу. Вечный смог – смесь кухонного дыма, пара и низкосортных наркоиспарений – стал еще гуще. Системы рециркуляции воздуха пустотной гавани не справлялись с вонью Конвергенции даже в лучшие времена, а сейчас, похоже, эти машины окончательно сдались.

Такие места есть на каждой пустотной станции, отсюда до самого Сола. Пропусти множество людей через один фильтр, и некоторые зацепятся: кто – на несколько часов, кто – на пару дней, а кто-то – на всю жизнь. И зацепляются они в таких местах, как Конвергенция. Она невелика, это просто развязка между четырьмя магистральными коридорами, проходящими сквозь сердце пустотного порта. Технически она должна быть пуста, чтобы можно было свободно перемещать грузы из доков в склады. Но на Гириденсе никто не хочет складировать большие грузы. Складирование подразумевает время и ожидание, а для пустотного порта класса примус, находящегося на крупном узле варп-маршрутов в самом центре галактического крестового похода, который по праву носит название «Великий», это не характерно. На Гириденсе грузы не залеживаются. И на склад не идут. Их перегружают с макротранспортников прямо на ожидающие боевые корабли так быстро, как только возможно. Гигантские объемы боеприпасов, пайков, оборудования, людей, недолюдей, Астартес и всего, что они привезли с собой, выгружаются и перегружаются в неумолимом машинном ритме. Таким образом, пространство, которое занимала Конвергенция, осталось неиспользованным, и, как все неиспользованное, оно нашло новое предназначение – или предназначение столь же древнее, как и человечество, в зависимости от того, как на это смотреть. Алкоголь, еда, всё дозволенное и недозволенное… и люди, бесконечное множество людей – всё это плещется и бурлит под закопченным и засаленным потолком.

Ада подносит стакан ко рту и опрокидывает всё залпом. Сначала жжение, потом химическая сладость… О да. То, что нужно.

Она протягивает стакан продавщице спиртного, которая все так же стоит рядом. Ждет.

Сатурналии…

– Повтори, – говорит Ада. – Он платит.

– Варпа с два я плачу!

Ада смотрит на него и хмурится.

– Нет, платишь. – Она поворачивается к продавщице. – Платит он.

– Ты невозможна, – бурчит Фергольг и отсчитывает монеты в серворуку продавщицы.

– Вот почему во мной так весело пить. – Индиговая жидкость льётся в стакан. – А вообще-то сделай мне два, и ему один налей.

Другая серворука извлекает из-за пояса продавщицы второй стакан.

– Невозможна… – Фергольг вздыхает и бросает еще несколько монет в протянутую руку. Каждый диск звякает о бронзовую ладонь. – Премного благодарен, – говорит он, когда продавщица наполняет его стакан и отходит.

– Работаешь сейчас над чем-то? – спрашивает он.

– Ага. Вот прямо сейчас, – отвечает она и опрокидывает первый стакан. Фергольг отпивает глоточек и передергивается.

– Честное слово, с каждым разом эта дрянь становится все хуже.

– Чем чаще ты приходишь, тем лучше они тебя запоминают и начинают за те же деньги наливать пойло похуже.

– Что, правда?

– Ну да! Свет Терры, разве твои хитрые торговые махинации не научили тебя самого замечать, когда тебя обманывают?

– А разве летописцы не должны хоть что-то…

– Да ради звёзд, заткнись уже!

– Хоть что-то писать или там рисовать? – Он отпивает еще глоток и опять вздрагивает. – Я просто хочу сказать, сколько ты уже здесь сидишь? В смысле, я плачу за выпивку уже как минимум…

– Девять месяцев и два дня. И ты это делаешь только потому, что тебе нравится тусоваться и не нравится пить одному.

– Это к делу не относится. Смотри, ты же настоящий… посвященный, или как там это у вас называется… летописец, да? Ты разве не должна быть на корабле, созерцать войну и писать?

– Я предпочитаю наблюдать жизнь под другим углом.

– Под таким? – Он поднимает стакан на уровень глаз.

– Не будь ты такой задницей. Я серьёзно. Вот она, война, прямо здесь, – она машет в сторону толп, движущихся по Конвергенции. – Вот в таких местах ты и залезаешь под шкуру Великого Крестового похода.

– Да? – спрашивает Фергольг, так задрав бровь, что еще немного – и та достанет до потолка.

– Да, – кивает она. – Все великие и достойные члены Ордена Летописцев кучей набиваются в корабли в надежде запечатлеть благородство Сынов Хоруса на монохромных пиктах или написать что-нибудь о том, как это прекрасно – с честью погибнуть, но тут все настоящее. Здесь вершится война, Фергольг. Воины, пули, продовольствие, администраторы, палубная команда, солдаты – всё проходит через этот порт.

– Ну уж не всё, галактика-то большая.

– И опять ты ведёшь себя как задница. Не в прямом смысле «всё», а в переносном. Мы в одном переходе от Ноктюрна. За один только последний месяц через порт прошла половина Восемнадцатого легиона. Топливо, продовольствие, связисты – огромный поток, устремляющийся на войну и обратно из купленных кровью миров.

Сатурналии…

– Это предисловие к твоему следующему произведению?

– Нет, просто вот эта штука за меня болтает. – Она стучит по стакану. – Кроме того, я не могу торопить события. Творчество — это вопрос времени, ты же знаешь. – Жидкость внутри стакана плещется по стенкам. – Все ты знаешь, иначе не сидел бы здесь, заключая сделки на миллиарды тонн варп знает чего и развлекаясь на нижних палубах.

– Недолго мне осталось здесь сидеть.

– А? – Она моргает, как будто не знает, что он сейчас скажет.

– Думаю, пора убираться отсюда. Семь часов назад отдали приказ об усилении мер безопасности. Высокий уровень. Здесь не так заметно, но как только войдёшь в любую другую зону, сама увидишь. Проверки, охрана на всех постах. Оружие, документы… полный фарс.

– И?

– Всем судам, не участвующим в Крестовом походе, приказано выйти из охранной зоны. Сторожевые корабли патрулируют периметр. Все военные суда курсируют в доки и из доков, выгружают свой гражданский контингент, загружают боеприпасы и продовольствие. Что-то произошло, или происходит прямо сейчас.

– Что? – спрашивает она.

Фергольг пожимает плечами.

– Не знаю. И знать не хочу, если честно.

В ответ она строит гримаску.

– Нет, правда, – говорит он. – Это всё кажется… ненормальным. Я знаю нескольких старших сотрудников отдела логистики порта, и они… Когда я попытался спросить, что происходит, и есть ли у меня хоть какой-то шанс вернуть часть команды со станции на мои корабли… Скажем так, тут что-то серьёзное.

– И ты тут не ради серьёзностей, – говорит она.

– Ну, в общем, да. Я тут ради денег и общества поэтов. – Он улыбается, но смотрит в свой стакан. – Я уберусь отсюда, как только смогу.

– Куда?

Он пожимает плечами.

– Не знаю. Возможно, в Солярные Марки. Или на Некромунду… Или в Ультрамар.

Она фыркает.

– Вижу, ты и впрямь на нервах.

Он кивает, лицо у него серьёзное.

– Если хочешь выбраться отсюда… В смысле, могу взять тебя с собой.

«Он добрый человек, – думает Ада. – Жаль, что вселенная вознаграждает за это только одним способом». Она качает головой:

– У меня здесь дела.

– Врёшь.

– Нет, правда, – говорит она. И это на самом деле так. Один из первых уроков, что она выучила в Легионе: лучше правда, чем ложь, потому что правду нельзя раскрыть, а ложь всегда угрожает тебя погубить.

Сатурналии… Слово, которое означает, что у нее много дел.

Фергольг оглядывает толпу. Из-за выпивки он даже не пытается скрыть презрение.

– Только посмотри на них. Половина – даже не летописцы, по крайней мере, не настоящие. Когда я впервые пришел сюда, я думал, что с ними будет интересно. Тут должны были побывать настоящие звёзды. Я хотел увидеть эти таланты, узнать, каково быть в их обществе…

– Ну и как? – спрашивает она. – Узнал?

Он моргает, не в силах сразу сфокусировать взгляд.

– Не имею ни малейшего понятия, если честно. Ты – единственный настоящий летописец из всех, кого я встретил. Большинство из этих… – Еще один широкий жест, от которого напиток плещется в стакане. – Просто дилетанты. Их даже не подпускают к зоне активных действий. Не знаю уж, как они сюда попали, но они почему-то думают, что несколько явно постановочных пиктов или случайные, недоделанные стишки делают их корифеями и титанами мысли, увековечивающими Великий Крестовый поход. Идиоты!

– Давай, выскажись, – говорит она. – Не стесняйся. Я знаю, тебе трудно отстаивать свою точку зрения, но сейчас можешь отвести душу.

– А я и не стесняюсь. Они ничего не привносят в просвещение человечества. Они – просто ил, который плещется в его трюмах, ни о чем, кроме себя, не заботится, ничего не делает, ничего не создаёт.

– Не говоря о присутствующих, разумеется…

– Само собой!

Ада улыбается.

– Что такое? – спрашивает он.

– Может, ты идиот, гедонист и отвратительный спекулянт, но, по крайней мере, не притворяешься.

Он моргает.

– Ты что, сейчас похвалила меня за честность?

– Вроде того.

– Ну, спасибо. Наверно.

– На здоровье. – Она опрокидывает третий стакан, встает и чувствует, что пошатывается.

– Уже уходишь?

– Ага, – говорит она и делает сравнительно уверенный шаг. – Я разве не говорила, что у меня полно работы? Вот, пора ей заняться.

– Ты что, не слушала, когда я рассказывал про меры безопасности? Ты до своей палубы полцикла будешь добираться.

– А вот и нет.

– И это если они тебя не увидят и не решат, что последнее, что им нужно, – это пьяная поэтесса, которая пять месяцев ничего не писала, и не посадят тебя на пару дней в камеру.

– Ничего подобного не случится.

Ада направляется к арочным дверям. Она замечает, что народу и вправду прибавилось. Толпа выросла по меньшей мере на семьдесят процентов. Большинство из них – бродяги, прихлебатели, которые цепляются к кораблям Крестового похода, как рыбы-лоцманы к морским левиафанам. Фергольг был прав: ближайшие к порту военные корабли, должно быть, массово сбрасывают балласт. Это означает приоритетный приказ, особые военные условия. Масштабные передвижения. Быстрые и срочные. Приглушенные голоса, торопливые шаги.

Сатурналии…

Что-то действительно важное.

Ада входит в состояние легкого транса. Ее усиленный метаболизм активируется и начинает выводить алкоголь из крови и органов. К тому времени, как она доходит до конца коридора, мир становится резким и чётким. Но она всё равно пошатывается. Никто на нее не смотрит. Никто не знает, никто не поймет, что значит слово, которое эхом повторяется у нее в голове.

Сатурналии…

Оно означает, что как бы ни обстояли дела, скоро всё станет намного хуже.

В двадцати семи минутах и пяти палубах от Конвергенции Ада бредёт к двоим портовым охранникам. Они стоят перед люком. Коридор шириной в четыре шага. С труб капает влага. Свет, исходящий от потрескавшихся люмен-полос, мигает из-за коротких замыканий. Она всё в тех же мешковатых штанах, рубашке и запачканной шали, что были на ней в Конвергенции. От неё несёт спиртным и кухонным дымом.

– Стоять!

Ада продолжает идти и попутно разглядывает охранников: оружие в руках, но не наготове, визоры гермошлемов подняты, потому что они не хотят нюхать собственную вонь, стоя на часах. Ай-яй-яй, какая расхлябанность. Совсем не готовы к неожиданностям. Что ж, ей это на руку…

– Стоять!

А вот им – нет.

Ада натыкается на стену, отталкивается от неё и падает на ближайшего охранника. Опытная, высококлассная служба безопасности не подпустила бы её так близко. Им следовало бы игнорировать её явное опьянение. Им следовало бы уже застрелить её. Но они этого не сделали. Они некомпетентны и совершенно не готовы к тому, что грядёт.

– Извините, – бормочет она, всем весом оседая на оружие охранника.

В коридоре больше никого нет. Рабочие пикт-камеры тоже отсутствуют. Только она и двое неудачников.

– Назад!

Охранник пытается её оттолкнуть. Хорошая идея, но поздновато. И он всё ещё не понимает, что происходит. Второй охранник орёт на неё, пытается оттащить. А должен бы поднять оружие и занять удобную позицию для стрельбы.

Она ухмыляется охраннику, на которого навалилась. Левой рукой хватает пряжку, удерживающую нагрудник его доспеха.

– Пошла…

Ада уходит вниз и перебрасывает его через голову. Вырывает у него оружие, когда он падает на пол. Хрустят пальцы. Воздух вылетает у него из лёгких прежде, чем он успевает закричать. А она уже на ногах, оружие охранника у плеча. Она стреляет. В руках у неё дробомёт, с прямоугольным стволом и коротким прикладом. Выстрел попадает второму охраннику в грудь и отбрасывает его обратно к стене. Она бросает взгляд на того, кто лежит на полу, и стреляет ему в лицо, прежде чем он успевает подняться, затем снова поднимает дробомёт, чтобы прострелить голову второму охраннику.

Никаких сирен. Никаких криков. Только внезапная тишина, пока расходится дым от выстрелов и растекается кровь.

Она бросает дробомёт и подходит к люку, который караулили охранники. Набирает код и открывает его. У неё есть ключи и коды от большей части гавани, и она составила карту забытых вентиляционных и энергетических каналов – девять месяцев прошли не зря. Ещё два месяца, и она украла бы амасек портового начальника, открыв винный шкафчик его собственным ключом. Ада закрепляет фраг-заряд на потолке коридора и прикрепляет тоненькие провода от чеки к обоим трупам.

Хаос. Не знаешь, что делать – твори хаос.

Затем она быстро пробирается через люк. Ее аугментации сейчас работают на полную мощность, обостряют восприятие, ускоряют кровообращение и работу мышц до уровня, превышающего возможности обычного человека. Теперь она одна, а это значит, что у неё есть больше свободы действий в выполнении задания – сейчас скорость и результат важнее, чем скрытность.

Она видит ещё один люк – в полу – и достает из-за пояса стаб-пистолет. К люку наверняка подведена сигнализация, которая предупредит техноадептов. Это не охранная сигнализация, а значит, по всему порту колокола не зазвонят, но как только люк откроется, в машинном зале, куда он ведёт, раздастся сигнал тревоги. А значит, времени оценить, с каким сопротивлением она может столкнуться, у неё не будет. Ну что ж…

Она рывком открывает люк и прыгает вниз.

Падать ей восемь метров: четыре по металлическому шесту, а потом четыре по воздуху. Обычному человеку такое падение не пережить. Но Легион усилил ее кости, точно так же как укрепил сердце и нарастил мышцы.

Она приземляется. Решётчатый пол проседает под ней.

Здесь должно быть три техноадепта – низших посвященных марсианского жречества, задача которых состоит в том, чтобы следить за работой машин. Но их не трое. Их четверо. И два вооруженных сервитора. Ситуация не идеальная.

Она стреляет сразу же, как только поднимается на ноги – по одному выстрелу из стаб-пистолета в каждого из трёх адептов в поле её зрения. Выстрелы направлены в грудь, и они скорее быстрые, чем точные. Но адепты без брони, и пули сбивают их с ног. В бой вступают сервиторы. Решётку пола в том месте, где приземлилась Ада, прошивают лазерные выстрелы. Последний адепт кричит что-то на машинном коде. Три пули в стрелявшего сервитора: одна в плечо, где оружие крепится к телу, затем две в голову. Он падает, корчится в конвульсиях, среди брызг крови пляшут искры. Второй сервитор разворачивается и наводит на неё прицел, блестя глазами-линзами. Он готовится к выстрелу. Ада стреляет раньше. Пуля попадает в дуло его оружия и взрезает ствол. Он взрывается.

Лазерный разряд бьёт Аду в плечо, отбрасывает её назад. Ещё один выстрел проходит над головой. У последнего адепта есть лазпистолет, и он стреляет, бормоча что-то на коде. Ада слышит панику в его голосе. Она стреляет два раза, в грудь и в голову. Поток машинного кода обрывается.

На палубе корчатся, умирая, сервиторы, на потолке пищит сигнализация. Ада перезаряжает оружие, удостоверяется, что все адепты и сервиторы мертвы, а потом забирается наверх и закрывает люк. Сигнализация замолкает. Ада спрыгивает вниз. Правая рука онемела. Она займется этим позже. Сейчас она оглядывается.

Машинный зал представляет собой сферу с одним люком в потолке и вторым – в полу. По стенам стелются, змеятся вокруг друг друга трубы. Одни толщиной в полметра, другие – с человеческий палец. Ритм механических вдохов и выдохов наполняет воздух низким «пшшш-бум». Это один из машинных залов, обслуживающих систему рециркуляции атмосферы. Не пункт управления, не само рециркуляционное оборудование. Даже самая некомпетентная служба безопасности понимает, что такие важные объекты, потенциальные стратегические цели, нужно как следует охранять. Но этот зал – не стратегическая цель. Это просто помещение для техобслуживания. Пары сервиторов для него довольно. И всё же через этот клубок труб проходит воздух, которым дышат десятки тысяч жителей Гириденса.

Ада убирает пистолет в кобуру и отцепляет от грязной шали патронташ с цилиндрами. Вздрагивает. Хотя аугментации и заставили рану онеметь, от плеча всё же исходят легкие уколы боли. Цилиндров восемь, каждый – размером с кулак. Они выглядят совсем безобидными. Ада натягивает дыхательную маску. Теперь всё, что она слышит – звук собственного дыхания. Затем она прикрепляет к затылку пси-глушитель. Он выглядит совершенно обычно – просто кусок черно-серого металла, огибающий основание черепа, с двумя выпуклыми узелками, что обхватывают кости за ушами. Металл гладкий и прохладный на ощупь. Ада не совсем уверена, что он создан людьми. Глушитель встаёт на место. Ада чувствует, как иглы пронзают её кожу и кости, как проникают в мозг. Её тошнит. Мир становится приглушённым, серым, словно из каждого ощущения пропадает какая-то важная часть. Это очень неприятно. Но всё же лучше, чем альтернатива.

Она находит нужные приточные клапаны. Вставляет цилиндры во все клапаны, и те начинают шипеть, впрыскивая своё содержимое в трубы. Ада ждёт, пока каждый из цилиндров не опустеет. Тогда она отсоединяет и убирает их, а затем выскальзывает через люк в полу. Она снова спешит. Нужно добраться до одного из действующих доков и осмотреть рану. Нужно успеть на шаттл, отправляющийся на один из боевых кораблей, прежде чем последствия того, что она сделала, развернутся во всю силу.

Газ достигает точки насыщения через сорок одну минуту. Он представляет собой дистиллят нескольких веществ – дарителя снов, призрачной пыли, листа откровения; все они прошли процесс алхимической возгонки до токсина, который эффективен даже в малейшей дозе. Все люди, кроме парий, имеют связь с варпом; их дух в том, другом царстве – не более чем крошечное пламя свечи. Токсины газа в единственное жуткое мгновение многократно усиливают эту связь. Это опаснейшее оружие, в Империуме оно запрещено. Его существование противоречит всему, ради чего ведётся Великий Крестовый поход – свободе от страха перед псайкерами, ведьмами и колдунами, правившими в темные века Старой Ночи.

Сатурналии… Мифическая ночь, когда мир вставал с ног на голову, законы отменялись, а на улицах бушевали беспорядки. Одно-единственное кодовое слово, которое продавщица спиртного шепнула Аде, вернуло к жизни ужасы Старой Ночи.

Всё начинается в главной командной рубке порта. Связисты и офицеры сенсориума склонились над пультами, воздух потрескивает от вокс-переговоров между отплывающими и швартующимися кораблями и шаттлами. Здесь было тесно еще до приказа об общем сборе. Теперь рубка до предела забита людьми. На всех постах ведётся двойное дежурство. Координаторы Великого Крестового похода ютятся рядом с начальниками доков. У дверей стоит охрана. Голоса у всех отрывистые, сосредоточенные, напряжённые.

Потом приходит смех. Первым принимается хохотать вокс-офицер. Дальше смех распространяется от одного человека к другому. Громкий, неистовый. Люди запрокидывают головы, широко раскрывают пронизанные красными венами глаза, шейные мышцы сдавливает спазмом, когда из глоток вырывается дикий хохот. Старший офицер выходит вперед. Он начинает кричать уже на втором шагу. Плоть сползает с него. Другой офицер приказывает, чтобы все перестали смеяться. Потом зажимает уши руками. Все как один, полдюжины людей рядом с ней подносят руки к вискам и раздавливают себе черепа. Охранник срывает шлем. Из его глаз и рта льётся белый огонь. Палуба и стены рядом с ним раскалены докрасна. Звучит сигнализация, но единственный звук, который имеет значение, — это смех.

Лишь небольшая частичка газа проникает в святилище астропатов, прежде чем оно герметично закрывается. Крохотная доза. Но её более чем достаточно. Она превращает астропатов в психическое воплощение апокалипсиса. Вся их подготовка и ментальный контроль рушатся от одного вдоха.

Один из астропатов в глубоком трансе вибрирует, словно натянутая струна арфы, а потом воспламеняется. Другой, уже горящий, взлетает в воздух. Кристальный венец взрывается над головой третьего. Осколки психонастроенного кристалла секут его голову и туловище. Его изрезанный скелет всё ещё кричит, пока плоть отваливается от него кусками чёрного желе. В воздухе формируются призрачные фигуры, исходящие глазами и ртами. Это кипящий гештальт последних мыслей астропатов, вулкан психической силы. Месиво боли, что прежде было хором астропатов, делает глубокий вдох. В близлежащих доках жизнь покидает людей. На кораблях, находящихся в сотнях километров от порта, члены экипажа теряют сознание, в мозгу каждого разрываются сосуды.

Ада Кам Ли Хайсен морщится, принимая управление от пилота пустотного шаттла. Мужчина уже бьется в конвульсиях. Сжимающий её череп пси-глушитель словно ледяной. Она направляет шаттл к одному из военных кораблей, стоящих на якоре вдали. У неё есть личность, в которую она может перевоплотиться, оказавшись на борту. Никто не станет слишком пристально её проверять после всего, что случилось. Какое-то время везде будет хаос, и солдат, попавший не на тот корабль, никого не насторожит. Ада гадает, выживет ли Фергольг. Она надеется на это; он добрый человек, но вселенная, в которой они живут, никогда не вознаграждает такие качества.

В святилище астропатов Гириденса измученные души хора издают последний безмолвный крик. Потом святилище пропадает. И занявший его место чёрный водоворот размётывает порт на части.

<br />

==ЧАСТЬ ВТОРАЯ==
РАЗЛАД И СПЛОЧЕНИЕ

===ГЛАВА ШЕСТАЯ===
Чьи-то глаза в варпе наблюдают, как Гириденс сгорает во вспышке безумия. Конечно, это не настоящие глаза, они не состоят из плоти, жидкости и нервов. Но они смотрят. Это глаза тварей, что рождаются из страхов и желаний. Послание, которое выкрикивают в волны варпа астропаты примарха Вулкана, доносится до тварей. Он получил сообщение Рогала Дорна. Вулкана всё ещё терзает пламя неверия, гнева и отрицания, но его недаром считают мудрейшим из примархов.

''XVIII: Не спешите действовать. Бьешь второпях – твой удар легче парировать. Бьешь вслепую – сам зовёшь свою погибель. Сначала всё выясните. Потом наносите удар. В слепоте нет мудрости, а без мудрости нет силы.''

Вместе с этим посланием он направляет призыв ко всем, кто его слышит: собраться на Бете Гармон, объединить силы, собрать информацию и разработать план. Они должны действовать сурово, но также и аккуратно. Примарх Саламандр призывает не к милосердию, а к добросовестности. Он – и пламя, и кузница, он олицетворяет и разрушение, и созидание. Его голос имеет вес среди всех армий Великого крестового похода. Будь он услышан, эти слова изменили бы мнение его братьев, но никто его не услышит, пока эта волна истории не схлынет.

Астропаты Гириденса должны были получить послание, усилить его и передать обратно в варп. Но Гириденс в огне, поэтому оно потихоньку угасает. Остатки его уносит течениями. Существа, что слушают и наблюдают из глубин варпа, видят, как послание тонет неуслышанным.

Но, хотя предостерегающие слова Вулкана исчезают втуне, по Великому Океану проплывают, пробегают рябью другие сообщения. Их десятки тысяч. Донесения о десятине, боевые приказы, послания исследователей с границ известного космоса, призывы о помощи и формальные сводки с миров, приведенных к Согласию. Это фоновый гул Империума и крестового похода, охватывающих миллиарды людей в миллионах миров. Даже предательство Хоруса не может остановить вращение колеса Империума. Должно пройти время, пока новая реальность изменит содержание и тон сообщений, пересекающих варп, и все голоса превратятся в крики отчаяния и ужаса. Но паника уже началась. В сообщениях встречаются отрицание и недоверие, гнев и клятвы верности. И вместе с ними – послания примархов. Разделённые тысячами световых лет, они пытаются примириться с новой реальностью. Их голоса – нить, ведущая в будущее.

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XIX (Корвус Коракс) – X (Феррус Манус): Почему? Несомненно, мы должны задать этот вопрос. У восстания Хоруса должна быть причина – возможно, он порабощен ксеносуществом или попал под воздействие психоактивного фага времен Древней Ночи. Не могу поверить, что всё это случилось без причины.''

''X – XIX: Нет времени для вопросов или сомнений, брат. Это правда. Они восстали против Империума, против нас. Вот единственный факт, который чего-то стоит.''

''XIX – X: У меня нет сомнений, брат. В этом ты не можешь меня обвинить. Но вопросы никогда не бывают лишними.''

''X – XIX: Нет. Вопросы будем задавать позже. Сейчас нужно действовать. Всё это началось втайне, гнило и распространялось скрытно, но теперь это должно закончиться. Наш собственный брат ранил меня, и других ответов мне не нужно.''

''XIX – X: Я скорблю о тебе. Но не могу перестать думать об этом. Почему Хорус так поступил? В чем может быть причина? Если он попал под власть ксенотвари, то неужели мы сожжем больного за грех болезни?''

''X – XIX: Нет. Я повторяю: нет. Я видел это. Я это слышал. Никакая причина, никакие обстоятельства не оправдывают этого, как и не смягчают того, что мы должны сделать. Ты говоришь о болезни, об инопланетной инфекции, о том, что его разум не выдержал ранения на Давине. Но даже если врагом его сделали безумие или недуг, он всё так же остаётся врагом, и на его руках кровь его сыновей. Он был и остаётся Хорусом. Магистром войны. Избранным. Он должен был бороться с любым врагом до конца и умереть, но не сдаться. Он в ответе. Даже если причиной всему слабость, а не злая воля. Я не упущу момента. И не позволю узам плоти и крови сбить меня с пути.''

''XIX – X: Мы не сойдем с пути, брат. Я с тобой. Но как ты не сдашься, так и я не отступлю. У нас одна цель, но гнев, каким бы праведным он не был, часто бывает слепым.''

''X – XIX: Я видел, что такое этот век предательства. Я не слеп.''

''Конец цепочки сообщений.''

Внизу, на тренировочной площадке в зоне Крепости, принадлежащей Пожирателям Миров, Кхарн словно бы слышит эхо голоса – далекое, неясное, оно отзывается в сущности его души. Он вздрагивает. На секунду ему кажется, что кто-то позвал его по имени. Затем он слышит шаги. Странно, что он не услышал их раньше. Крепость частенько проделывает такие трюки – крадёт звуки и образы, а возвращает их с запозданием. Тренировочная площадка не представляет собой ничего особенного, это всего лишь пространство среди чуждых стен. Её форма настолько близка к круглой, насколько позволяют углы Крепости. На полу – слой чёрного песка, наметённого ветром. Пожиратели Миров установили у стен стойки с оружием и подвесили люминосферы на протянутых под потолком тросах. Кхарн здесь с тех пор, как закончился совет, рассекает клинком воздух и старается не морщиться.

– Надеюсь, у тебя в руке меч. Это в твоих же интересах, – говорит он, когда шаги приближаются. Он узнаёт эти шаги. Кхарн тянется к рукояти топора, висящего на оружейной стойке. Рука замирает, не дотянувшись до рукояти. Пальцы онемели. Он стискивает зубы и слышит, как они щёлкают.

– Разумеется, – отвечает Абаддон. – Ты ведь не думаешь, что я какой-то варвар.

Кхарн с усилием принуждает челюсти открыться. На языке вкус горького металла, на губах – кровавая слюна. Рука оживает, он хватает топор, снимает его со стойки.

– Нет… – выговаривает он. Поворачивается, подволакивая ногу.

Абаддон стоит в восьми шагах. Первый капитан Сынов Хоруса облачен в черную одежду, кольчугу и плащ из волчьей шкуры. В руке он держит гладий; оружие свободно свисает у бедра.

Кхарн оглядывает его с головы до ног.

– Я думаю, что ты – хтонийское бандитское отребье.

Абаддон пожимает плечами.

– И то верно, – говорит он.

Кхарн хочет улыбнуться, но лицо перекашивает злобная усмешка. Он поворачивается к оружейной стойке, снимает железный щит, просовывает руку под кожаные ремни, ощущает его тяжесть. Абаддон выходит на середину площадки.

– Это боевой круг. Держись на расстоянии, если не хочешь попробовать клинка, — говорит Кхарн. Абаддон отвечает лишь взглядом. Кхарн делает пробный взмах топором. Он чувствует, как рука соскальзывает, когда он пытается изменить направление удара, и скрывает это за ещё одной ухмылкой. – Вижу, ты сбросил свою гору доспехов.

Абаддон снова пожимает плечами...

И проносится по песчаному кругу, с силой метя гладием Кхарну в живот. Меч попадает в железный щит. Топор Кхарна взмывает вверх. Мышцы плеча отвечают не сразу, и его контрудар рассекает пустое место там, где раньше был Абаддон. Первый капитан уже в пяти шагах, мягко ступает вокруг него, гладий у бедра.

– Ты стал медленным, – замечает Абаддон.

– Правда? – Кхарн молниеносно разворачивается и с размаху останавливает острие топора у шеи Абаддона.

Нет. Кхарн стоит, покачиваясь на месте, проверяя, сжимают ли еще пальцы рукоять топора. В голове пусто. Ни зудения Гвоздей, ни боли, будто прожигающей наружу путь через глаза, ни яростного крика. Ничего. Он – Кхарн, прозванный Кровавым, некогда один из Псов Войны, а ныне Пожиратель Миров, отмеченный красным, повязанный кровью. Он стоит лицом к лицу с воином, в руке его топор. Он должен что-то чувствовать. Но не чувствует ничего.

Абаддон указывает на него клинком.

– У тебя правая сторона запаздывает. – Острие указывает на топор Кхарна. – Держишь оружие неуверенно. – Теперь на щит. – Раньше ты не пользовался щитом, а сейчас взял. Ты перестал быть собой.

– Меньше слов, Сын Хоруса, – рычит Кхарн и делает выпад, держа щит наготове и поднимая его, чтобы отвести меч в сторону и рубануть топором в зазор. Но движется он вяло и холоден, как могила.

Абаддон отступает. Топор просвистывает мимо.

– Наступай! – выдавливает из себя Кхарн. Абаддон касается клинком левой стороны груди в знак приветствия и вкладывает его в ножны.

– Как ты смеешь! – произносит Кхарн, но, как и за последним ударом топора, за его словами ничего нет. С топором в руках он глядит на Абаддона. Глаза хтонийца — словно пулевые отверстия во тьме.

– Говорят, ты погиб на Исстване-Три, – произносит Абаддон.

Погиб… Да, погиб. Пронзён насквозь. Раздавлен. Последний глоток воздуха растрачен на яростный рёв, заглушенный собственной кровью. Алая бесконечность поглощает его. Захлёстывает и уносит алой волной, что обжигает, как расплавленный металл. Мертвые пальцы сжимают оружие. Гвозди наполняют его… покоем. Алостью. Смертью.

Но вот он здесь…

– Почти, – говорит Кхарн; он не знает, сколько времени прошло с тех пор, как Абаддон замолчал. Он идёт к оружейной стойке. Он хромает и даже не пытается это скрыть.

– Ты уже надевал доспехи?

– Доспехи для битвы, – говорит Кхарн, а затем презрительно кривит губы, хотя не чувствует презрения. – Мы ждём, когда наши жертвы сами к нам придут. Пока не будет битвы, мне доспехи не нужны.

Он рефлекторно сжимает правый кулак, почти ожидая, что ладонь не шевельнется. Но пальцы сгибаются. Его охватывает облегчение. Он понимает, о чём говорит Абаддон. Пучки фибромышц и системы силовой брони могли бы компенсировать его травмы, позволили бы ему двигаться свободно и выглядеть здоровым.

Здоровым.

Не калекой.

Не ходячим трупом.

– Что тебе нужно, Эзекиль? – Он выпускает щит из рук и возвращает топор на место.

– Ангрон.

Кхарн замирает, всё ещё касаясь древка топора.

Не «лорд Ангрон», не «твой отец», не «примарх XII легиона». Просто «Ангрон».

Краем глаза Кхарн видит Абаддона. Тот неподвижен. Готов к бою. Опасен. Кхарн чувствует лёгкое покалывание в основании шеи. Поднимает с пола щит.

– Хочешь оскорбить меня и моего генетического отца?

– Ты же знаешь, что нет.

Это правда. Ангрон ненавидит титулы, на которые имеет право по статусу.

– Чего ты от него хочешь?

– Он не может пойти против плана Магистра войны.

– Он здесь, рядом с Магистром войны, и готов умереть за его дело.

– Но не желает, чтобы битва прошла так, как она должна пройти.

– Он ничего не сделал, чтобы разрушить обман, за который вы все так уцепились.

– Но сделает, Кхарн. Даже если он пока не предупредил наших противников, он это сделает. Ты должен его удержать.

– Прямо-таки должен?

– Ты же не дурак. Ты знаешь, что…

Кхарн разворачивается и бросает щит, быстро и плавно, как метатель диска. Он не чувствует искры в груди, не слышит её рёва в черепе. Он просто движется, мышцы напрягаются в рывке, и железный круг, вращаясь, разрезает воздух. Без заминки, без сомнений, без колебаний. Алый. Огненно-алый. Раскаленная ярость.

Абаддон уклоняется. Это небольшое движение, но его достаточно.

И Кхарн налетает на него, врезается, руки сцеплены вместе, кулак нацелен в горло. На его висок обрушивается удар. Смертельные, убийственные удары. Ломающие кости. Перед глазами разлетаются чёрные звезды. Он бьёт и бьёт, разбивая костяшки пальцев о кольчугу. Он чувствует, как руки хватают запястья, как удары находят цель, но не понимает, бьёт он сам или его бьют. Для него существуют лишь острая радость высвобожденной силы, ярость и привкус меди и железа во рту, означающий, что у кого-то идёт кровь. В этот миг он снова жив. Не мёртв. Не подвешен между жизнью и смертью, как разделанная туша. Он больше не сломленный воин со стекающей с губ слюной, что бредёт по черному песку, неверными руками пытаясь поднять клинок.

В грудь врезается кулак. Отбрасывает назад. Кхарн вскидывает голову, встречается взглядом с этими глазами, похожими на дырки от пуль. Абаддон присел в боевой стойке, плащ его разорван, лицо в крови. Это лицо убийцы, тени, которая выследит тебя и уничтожит всё, что ты знал и любил. Это лицо смерти. Кхарну так мучительно хочется побежать ему навстречу и принять обещанный исход.

Он не двигается. Боль отступает, и вместе с ней угасает радостное пламя ярости. Кхарн сплевывает. Брызги крови попадают на звенья кольчуги, покрывающей грудь Абаддона. Кислота в слюне шипит, разъедая металл. Кхарн кивает. Кровь, что течёт изо рта и носа, уже начала сворачиваться.

Абаддон смотрит на него, оскалив зубы, его глаза сверкают жаждой убийства. Кхарн в ответ ухмыляется:

– Ну вот, наконец-то мы можем нормально поговорить.

Пару мгновений Абаддон не двигается. Кхарн сплёвывает кровь в собственную ладонь и протягивает её для воинского рукопожатия. Абаддон делает то же и стискивает руку Кхарна. Кислотная слюна жжёт кожу, но он только крепче сжимает ладонь. Потом отпускает.

– Ангрон… – начинает Абаддон.

– Я не могу его удержать. Не могу изменить ход его мыслей. Это всё равно что командовать рекой в половодье.

– Ты должен. Три легиона придут, чтобы убить нас. Их нужно устранить так быстро и решительно, как только возможно. По-другому нельзя, Кхарн.

– Разве? Обманывать или нет – это сознательный выбор. Хорус…

– Магистр войны.

– Хорус хочет солгать, чтобы получить преимущество, но оно ему ни к чему. Даже если те четыре легиона открыто объявят о том, что присоединяются к нам, это всё равно будет преимуществом, которое три легиона не смогут одолеть. Магистр войны победит в любом случае.

– Да, но какой ценой?

– Ценой резни, ценой моря крови, ценой целого поля черепов, наших и их, но такова будет цена в любом случае. Неважно, сейчас это случится или позже. Ангрон не ошибается, и я не ошибаюсь… – Согревшая его на миг ярость быстро угасает. Красное выцветает до серого… Он моргает и качает головой. – И я думаю, что ты это знаешь.

Абаддон не двигается и не отвечает.

Кхарн чувствует, как отвисает челюсть. Пальцы правой руки снова холодеют.

«Говорят, ты погиб на Исстване-Три…»

Щёлк! – закрывается рот.

– Всё уже решено, Кхарн, – говорит Абаддон. – Речь идёт о братстве, о том, кто мы такие, о легионах. Идеал одного воина не может быть важнее других.

– Но ведь именно поэтому мы здесь? Если мы не боремся за правду, зачем вообще поднимать клинок войны?

– Потому что мы правы, и Ангрон прав, но все это будет что-то значить, только если мы выиграем эту войну. Потому что иначе с таким же успехом мы можем просто переубивать друг друга прямо сейчас.

Кхарн кивает одновременно уклончиво и устало. В боку ноет. На секунду он закрывает глаза. Ждёт, пока что-то почувствует. Слышит, как Абаддон поворачивается, чтобы уйти.

– Я не могу носить броню, – говорит он. Слышно, как Абаддон останавливается. – Нейронные коннекторы не подсоединяются.

Он вспоминает, как в последний раз пытался облачиться в броню, как стоял в стороне от сервов и адептов, столпившихся вокруг панелей управления, как мёртвый груз доспехов тяготил его искалеченное тело, как керамит холодил кожу. Стоял, ничего не чувствуя, не в силах пошевелиться.

– Говорят, это из-за ранений и операций. Нервы повреждены.

Тишина. Никаких вопросов: а навсегда ли это, а не останется ли Кхарн навеки древней развалиной, беззубым псом в легионе, что превыше всего ценит умение воевать и достойно умирать…

Лучше бы его не нашли. Лучше бы он до конца умер на Исстване III. Все лучше, чем так.

Кхарн ждёт, но Абаддон ничего не говорит, а потом песок начинает поскрипывать под его шагами. Он уходит.

Кхарн не двигается с места. Ему придётся найти Ангрона и установить наблюдение за легионными вокс-модулями и астропатами. Абаддон прав, примарх будет действовать, даже если он сам ещё этого не знает. Он ничего не сможет с собой поделать. Кхарна удивляют собственные мысли. Был ли он таким раньше? До Гвоздей? Полуживым… Ходячим мертвецом… Он не помнит.

Он смотрит на топор, который только что повесил на оружейную стойку, затем снимает его и перекидывает кожаную перевязь через плечо. Кхарн шагает по песку прочь из круга, который уже впитал его кровь и кровь Абаддона.

Его братья опускают тела в чёрную пыль плато. Уже почти стемнело, но Кхарн не нашёл Ангрона, а набрёл только на эту мрачную подготовку к битве. Механикум просверлили отверстия в земле под углом. В каждом из них находится цилиндр, их жерла открыты, они готовы принять груз. Все тела облачены в терминаторские доспехи. Их броня похожа на лоскутное одеяло из пластин, покрытых всевозможными узорами шрамов. Броня принадлежит погибшим на Исстване III. Не все они были Пожирателями Миров. Кхарн тут и там видит заплатки пурпура III Легиона и наплечники с глазом Гора. На лаке – паутина трещин от пуль. Кое-где он выжжен до серого керамита. Тела подвесили к перекладинам на цепях, которые бренчат, пока их опускают в цилиндры. Доспехи заблокированы, так что поршни и пучки фибромышц, которые обычно помогают носителям двигаться, теперь удерживают тела неподвижными. Внутри этих оболочек они вполне живы.

Кхарн заглядывает в глазные линзы одного из комплектов брони. Ему приходит в голову, что воин внутри кричит. Он чувствует покалывание в пальцах.

– Что такое? – Голос Каргоса. Кхарн не поворачивается. Он не доставит Плюющемуся Кровью такого удовольствия. В конце концов, он Кхарн, прозванный Кровавым, советник примарха, Восьмой капитан в легионе, где это высшая должность. Кроме того, он не может. Даже если он и попытается повернуться к Каргосу, правый бок его не послушается.

Каргос останавливается рядом.

– Они в сознании? – спрашивает Кхарн. По крайней мере, он может указать подбородком в сторону разномастных терминаторов.

– Смотря что ты понимаешь под «сознанием», – пожимает плечами Каргос. – Они бодрствуют, разумеется, но для большинства из них уровень нейростимуляции и боли таков, что они едва способны мыслить. Нет, я бы не сказал, что они в сознании.

– Они наши братья, – говорит Кхарн. Эти слова он хотел прорычать, но получилось только прохрипеть. Голову заволакивает серая пелена. Застилает туманом. Всё в тумане. Он не заперт в броне, но окутан ничем. Он тонет, хоть и может дышать.

– И ты бы мог там оказаться, – замечает Каргос. – На Исстване-Три ты был как они.

Кхарн знает, о чём он говорит. Это те, кто слишком поддался Гвоздям и так и не пришёл в себя. Они впали в неистовство, стали неуправляемыми. Как он сам тогда под горящим небом.

Краем глаза он видит, что Каргос наклонил голову и смотрит на него. Он и без того чувствует, что челюсть отвисла.

– Паралич? Онемение? Сенсорная деградация?

Кхарн сжимает челюсти и с усилием поворачивает голову так, чтобы смотреть на апотекария.

– Нет. – Слово вырывается хриплым рыком.

Каргос приподнимает бровь.

– Как скажешь.

Кхарн знает, что должен разъяриться. Должен рявкнуть на него. Ударить. Но ничего не делает. Ему просто всё равно. Он хотел бы хоть что-то почувствовать. Хотел бы разозлиться. Не выходит.

Он оглядывается и видит, как на один из цилиндров опускается бронированный люк. Машина Механикум начинает засыпать его чёрным песком.

– Ангрон? – спрашивает он.

– В последний раз его видели на южной границе зоны, – пожимает плечами Каргос. Примарх не оставил приказаний. Легион сам готовится к битве.

Кхарн кивает. С юга они граничат с зоной Детей Императора.

– Проследи, чтобы за ним кто-то присматривал, – говорит он.

– Думаешь, он бросит вызов Третьему легиону? – похохатывает Каргос.

Кхарн вспоминает совет, и как Ангрон в мгновение ока пересек зал и почти набросился на Фулгрима, готовый убивать.

– Просто убедись, что мы знаем, где он, — бросает он.

– Как прикажете, капитан. – Каргос отдаёт честь, ударив себя кулаком в грудь. Формальность настолько очевидна, что выглядит издевательством. Кхарн ничего не чувствует, ему всё равно. Он уходит, стараясь не сбиться с шага, пока Каргос может его видеть.

<br />

===ГЛАВА СЕДЬМАЯ===
– Кхарн выслушал тебя? – спрашивает Малогарст.

– Да.

– А кровь – это последствия разговора?

– Он ведь Пожиратель Миров, – объясняет Абаддон.

Малогарст хмыкает. Потом поднимается на последнюю ступеньку и останавливается, чтобы оглядеть укрепления. Он видит искры термоядерных горелок и тени автоматонов Механикума, поднимающих на место секции взрывозащитной брони. Ночное небо освещают постоянные вспышки перезагружающихся пустотных щитов и пробные выстрелы артиллерийских батарей. Воздух потрескивает от напряжения.

– Установи повышенные меры безопасности для всех вокс-переговоров большой дальности и для астропатической связи.

Абаддон отвечает не сразу. Это его способ напомнить, что Малогарст не превосходит его по званию. Малогарст никого не превосходит по званию, но он – советник магистра войны, и нет никаких сомнений в том, от кого на самом деле исходит приказ. Абаддон об этом знает, как знает и о том, что магистр войны не может всё делать сам. Первый капитан подчиняется требованиям реальности, но он – сын своего отца, военачальник магистра войны, и полон соответствующей гордости. Малогарст вздыхает про себя. Гордость и честь! Сколь многие встали на сторону магистра войны из-за этих змей-близнецов! Что ж, скоро даже Император поймет, как опасно оставлять даже малейшие раны на самолюбии гнить.

– Прошу прощения, Эзекиль, – говорит он. – Думаю, было бы разумно иметь возможность в случае необходимости прервать связь.

– Уже сделано. Я отдал приказ, меры приняты.

Малогарст моргает. Он замечает, что в выражении лица Абаддона нет больше и следа уязвленной гордости.

«Меня только что оставили в дураках, – думает он. – Он хотел, чтобы я решил, что перешёл черту. Абаддон только что показал мне, что понимает ход моих мыслей, что всё под его контролем. Смертоносен и коварен».

– Скорей бы уж случилась эта битва, – говорит Абаддон. – Трудно выдерживать такое напряжение.

– Уже недолго осталось, – обещает Малогарст. – Но мы должны быть готовы.

Абаддон неопределённо кивает и уходит – у него достаточно своих дел.

Малогарст задерживается и ещё раз оглядывает чёрные пески. Батареи и пустотные щиты замолчали. Он видит вспышку в темноте и слышит двойной щелчок – выстрел из болтера и попадание. Должно быть, это один из патрулей прямо на краю зоны Пожирателей Миров. Но во что они стреляют? В ночи раздаётся вой. Затем его перекрывает раскат пробного выстрела.

«Всё трещит по швам», – сказал он Хорусу.

Что издало этот крик? На часового напало никем незамеченное доселе животное? Хотелось бы в это верить. Не стоит ему размышлять о таких вещах. Это всего лишь одна мелкая деталь среди множества дел, что не дают ему покоя. И всё же он медлит.

«Тогда нужно удержать всё вместе, Мал…»

Он встряхивается.

Времени слишком много и одновременно слишком мало. Нужно проверить оборонительные линии, и ещё это оружие, которое обещал Фулгрим.

Он бросает последний взгляд в ту сторону, откуда донеслись выстрел и крик, и снова спускается в Крепость.

Снаружи, на укрытом ночью плато, Аппий Кальпурний тащит за собой приношение. Свет и звук от батарей и прожекторов Крепости удручающе слабы.

Серость.

Всё вокруг серое. Тихое. Приглушенное. Он не может сосредоточиться.

В небо устремляется очередь снарядов, взрывается несколькими всплесками света и гаснет. На мгновение его нервы покалывает возбуждением. Потом возвращается серость. Он не хочет здесь оставаться. Хочет уйти от серости. Только поэтому он всё еще идет.

В движении нет ни цели, ни удовольствия.

Боль ушла. Тело её украло. Когда в него попал болт-снаряд Пожирателя Миров, когда он наполовину разорвал его шею, а осколки влетели в горжет, он почувствовал боль. Было приятно. Он по-настоящему её почувствовал. И всего лишь на мгновение он снова услышал песнь.

Он садится. Нет никакого смысла идти дальше. Аппий отпускает приношение, и оно валится на землю. Он кашляет и чувствует, как щелкает позвонок в искромсанной шее. Оттуда, где раньше была челюсть, выпадает что-то мокрое и округлое.

Нужно дойти до Фабия, чтобы… чтобы…

Серость. Тишина. Глухота.

Ничто.

Всё так…

Ему известно множество фактов. Бесконечное множество. Факт, что он ранен; что у него трещина в черепе; что нижней части лица у него больше нет; что его усовершенствованные трахея и гортань теперь больше напоминают пережёванное мясо. И он потерял оружие… Ах, нет, не потерял. Оно торчит из приношения. Да, правильно. Он воткнул его в ту часть, что прежде была ключицей, после того, как её распилил. По крайней мере, ему кажется, что он использовал своё оружие. Или всё же приношения?

Он убил Пожирателя Миров. Да, вот как всё было. Вот почему теперь он тащит за собой по песку голову и верхнюю часть груди Пожирателя Миров.

В тот момент, когда Пожиратель Миров выстрелил… Аппий увидел этот звук. Не вспышку, а сам звук. Грязно-зелёный и красный. Плазменно-оранжевый и ярко-голубой. Яркий! Такой яркий… Словно звездопад во тьме…

Но теперь всё тихо. Ни красного. Ни огненно-оранжевого. Ни калейдоскопа звуков, ни песни боли.

Пустота.

Серость.

Ему нужно вернуть песнь. Остальное неважно. Зачем жизнь, если ты её не чувствуешь? А он хочет чувствовать. Чувствовать всё. Нет смысла идти дальше. Но если он вернется, если отнесёт этот кусок Пожирателя Миров Фабию, тогда…

Что?

О чём он только что думал?

Серость.

Будто он под водой.

Будто не может дышать.

Так было не всегда, но мысли об этом не помогают, они не отводят пелену и не дают ощутить пальцами звук.

Честь, война, ранг, приказы, дисциплина, гордость – все эти вещи когда-то что-то значили. Но теперь они не значат ничего. Они не забыты, просто сделались незначительными по сравнению с той какофонией, что он испытал. Что за незабываемое ощущение то было – яркое, краткое, пронизывающее, словно игла! Он хочет снова её услышать.

Только бы добраться до Фабия…

Он встаёт и тащит своё приношение через пески к далёким огням крепостных стен. За ним впитывается в пыль кровь Пожирателя Миров.

Когда ветер меняется, Кхарн чует кровь. Это кровь Астартес. Он чувствует её вкус на языке. Внезапно он остро ощущает, что при нём только сакс и болт-пистолет. Ни вокс-гарнитуры, ни брони. Эту зону контролируют Пожиратели Миров, и всё же он чувствует себя как на вражеской территории. Он не видел патруля на последнем полукилометре. В плюс-минус пятидесяти метрах от того места, где он стоит, должен быть воин. А его нет. Только запах крови.

Ни часовые, ни патрульные не видели Ангрона. С тех пор, как они сюда прилетели, не прошло и ночи, чтобы примарх не стоял здесь в пыли и не смотрел в небеса. Но куда ещё он мог пойти? И что означает запах крови?

– Это Кхарн, – кричит он. – Покажись!

Никто не отвечает.

Ветер снова меняется, наполняя его ноздри металлической вонью дуговой сварки и жжёного песка. Дальше по плато находятся Механикум, они строят шахты для ракетных установок, вкапываются в землю. В чёрной чаше ночи мерцает сернисто-жёлтое свечение. Он ждёт, пока ветер не переменится и не появится запах крови. Когда тот приходит снова, он сильнее. Кхарн идёт на запах. Он чувствует, что его источник недалеко.

Это Харагрос. Сержанта Двенадцатой роты разрубили от плеча до рёбер. Голова и часть туловища отсутствуют. Кровь сочится из внутренностей в песок. В правой руке болтер. Кхарн разжимает мёртвые пальцы, забирает оружие и проверяет магазин. Перед смертью Харагрос сделал выстрел. Значит, тот, кто его убил, был достаточно крепок для того, чтобы выдержать как минимум один болтерный снаряд в упор. Кхарн видит по характеру раны, что разрез сделан силовым оружием. Это указывает на другого Астартес. Он идёт по кровавому следу, пока не становится ясно, куда он ведёт – на юг, а потом снова к Крепости.

Сейчас он должен что-то чувствовать: ярость, гнев, потребность действовать. Но он не чувствует ничего. Как бы ему ни хотелось. Только онемение. Оно всё хуже, и Кхарну всё чаще приходит в голову мысль, которая зародилась в нём после встречи с Абаддоном.

«А что, если я мёртв? Что, если я – всего лишь ходячий труп? Что, если та часть меня, которая была жива, и чувствовала, и сражалась, так и осталась висеть на таране танка, забытого на Исстване III?»

Он пытается не думать об этом. Нужно найти этого ублюдка Малогарста и сказать ему, что кто-то приполз из зоны Детей Императора и превратил одного из сынов Ангрона в кровавое месиво. Нужно сделать это до того, как обо всём узнает Ангрон и разберётся по-своему.

Малогарст идёт вдоль крепостной стены к югу. Он один, в руке – посох, символизирующий его должность, цепи с зеркальными монетами звякают на ходу о броню. С ним нет ни охраны, ни толпы лакеев. Так лучше. Еще до легиона, в короткой юности, проведенной в катакомбах Хтонии, он предпочитал бродить, думать и убивать в одиночку.

– Лорд-советник… – Воин из Двадцать Первой роты отдает Малогарсту честь, когда тот выходит из зоны Сынов Хоруса. Потолок здесь низкий, в проход выпирают плиты черного камня. С другой стороны взрывозащитной двери охраны нет. Его это не удивляет. Тут начинается зона Пожирателей Миров.

Он идёт дальше. Никого не видно. Воздух здесь какой-то другой – с ноткой металла и пыли. Он замечал похожие различия и в других зонах Крепости, как будто местность изменялась, отражая свойства тех, кто скрывался внутри. Кажется, будто слышен отдаленный звон оружия. Может, и правда слышен, а может, просто его мысли о кровавом Двенадцатом придали звукам реальность. Он давно понял, что такова уж Крепость – она играет с чувствами. Не раз он принимал за дверь то, что оказывалось иллюзией, созданной неправильными углами Крепости. Это место напоминает ему о глубоких ущельях Хтонии, где он едва не погиб многие годы назад, до того, как его забрал легион; в легендах говорилось, что там встречались жизнь и смерть, а мертвые говорили с тобой эхом твоего собственного голоса. И Крепость такая же. Другим это может внушать тревогу. Но для Малогарста в ней есть что-то знакомое – будто далёкий голос, зовущий домой.

Он проходит зону Пожирателей Миров и поднимается в Срединную Зону. Эту часть Крепости занимают смертные – полки вспомогательных войск и Имперской Армии под двойным командованием генералов Хацуа и Седет. Атмосфера снова меняется: по коридорам разносятся отрывистые приказы, топот ног, грохот ящиков с боеприпасами и оружейных разгрузок, запах человеческого пота и дыхания. Он замечает, что взрывозащитные двери, ведущие обратно в зону Пожирателей Миров, заперты и охраняются орудийными сервиторами. Те, кто живёт рядом с Пожирателями Миров, не хотят, чтобы соседи заходили, когда им вздумается.

– Вызвать генералов, повелитель? – спрашивает офицер Византийских Янычар, который стоит на посту у переходного пункта. Он высок, пересаженные мышцы придают массивность его фигуре, облаченной в белую панцирную броню оттенка кости; на шлеме око с клинком – знак его верности Магистру войны.

В ответ Малогарст качает головой. Он бросает взгляд на солдат, охраняющих взрывозащитные двери.

– Были инциденты? – спрашивает он.

Офицер секунду молчит, потом кивает.

– Мы потеряли несколько человек, – говорит он. Других объяснений Малогарсту не нужно.

«Контроль, – думает он. – Всё ли под нашим контролем? Далеко не всё». Он идёт дальше; стук посоха вторит его шагам, звенят зеркальные монеты, в мозгу шелестят воспоминания о кланах, убивающих друг друга в хтонийской тьме.

«Так ли мы, Сыны Хоруса и Пожиратели Миров, отличаемся друг от друга? И те, и другие – дикари и убийцы, но контроль – вот в чём мы расходимся».

Офицер Янычаров догоняет его и передаёт цилиндр с посланием. У него высший командный уровень. Малогарст на ходу ломает печать и достаёт пластину с посланием.

«Я уверен, что нужный компонент для моего подарка найден. Он будет готов ещё до рассвета. Приходи и посмотри».

На ней шифр Фулгрима. Малогарст ломает пластину и идёт дальше.

<br />

===ГЛАВА ВОСЬМАЯ===
Аппий Кальпурний находится в комнате, полной яркого света и острых углов. Серость пропала. Он всё видит, всё чувствует: разноцветные жидкости, что струятся по трубкам, царапины на свисающей с потолка установке хирургеона, парящий в воздухе кровавый туман. Всё. Ощущения захлёстывают его чувства, перегружают нервы. Больно. О, как же это больно! И чудесно!

– Ах…

Кто-то появляется в поле зрения Кальпурния. Это старший апотекарий Фабий – с непокрытой головой, желтовато-белые волосы зализаны назад, открывая лисьи черты, чёрные глаза пристально смотрят на него. Кальпурний замечает, что по лицу Фабия дорожкой разбрызгалась кровь: она начинается в двух миллиметрах от края челюсти и кончается на восемь миллиметров ниже правого глаза. Каждая капелька – крохотный влажный рубин. Он мог бы часами любоваться на этот узор. Фабий проводит рукой по щеке, и кровь размазывается. Кальпурний пытается застонать от разочарования. Не выходит. Его внимание вот-вот переключится на что-то другое – возможно, на перчатки Фабия. Это не керамитовые перчатки воина, а мягкая псевдоплоть молочного цвета. На пальцах и в складках красные пятна. Это…

– Это уж слишком, – говорит Фабий, качая головой. Он снова заходит за спину Кальпурния. – С такой сенсорной перегрузкой ты просто не сможешь нормально функционировать. Допускаю, что тебе больше всего на свете хочется пускать слюни, глядя в бесконечность, но дело в том, что у тебя есть задача, и её нужно выполнить.

Кальпурний чувствует, что по его ощущениям проходит рябь, словно свет, цвета и звуки – это эластичная ткань, по которой кто-то провел пальцем. Потом всё становится удручающе стабильным. Прямо над собой и чуть левее он замечает зеркало. Оно расположено так, чтобы ловить отражение в другом зеркале, которое висит позади Кальпурния. В нём он видит, что делает Фабий. Видит собственный затылок. Точнее, место, где раньше был затылок. Передняя часть головы удерживается болтами в металлическом зажиме. Кожа с черепа оттянута и заколота сбоку. Задняя часть черепа лежит на серебряном подносе, словно фарфоровая чашечка. В зеркале отражается его обнаженный мозг. На серой поверхности видны раны – бритвенно-тонкие порезы и ожоги от лазерного скальпеля. Мозг утыкан серебристыми иглами. Паутинные провода ведут от них к невидимым механизмам. Фабий поднимает глаза от своей работы и улыбается ему.

– Так-то лучше, – говорит он. – Нам же нужна хоть какая-то ясность сознания, правильно?

Кальпурний не отвечает. Ему хочется вернуться в то гиперсенситивное состояние, в котором он был до этого. К яркому, насыщенному, бесконечному потоку ощущений… С самого откровения от ничего не желал более. С тех пор всё стало как будто бы серым, ни одно из ощущений даже близко не стоило внимания. Он хочет чувствовать снова, хочет упиваться шумом и красками жизни, хочет, чтобы они никогда не угасали. Вот почему он сюда пришёл. Вот почему он убил Пожирателя Миров и протащил кусок его трупа через пустыню – то была плата Фабию, чтобы апотекарий вернул ему способность ощущать. Чтобы он снова мог что-то чувствовать. Вот что ему обещали. Но апотекарий лишь дал ему прикоснуться к божественному, а потом отнял кубок от его губ.

«У нас был договор», – пытается он сказать, но рот почему-то не открывается.

Фабий прекращает поправлять то, что он поправлял, и нажимает пальцем на одну из игл, торчащих из мозга Кальпурния.

Боль. Великолепная, тошнотворная боль, ослепительная, как звезда.

Потом она исчезает.

– Ты пришёл сюда за исцелением, — говорит Фабий, — и именно его я тебе и обеспечу. Не из-за той кучи потрохов из Двенадцатого легиона, что ты притащил. Кстати, серьёзная травма туловища и волочение останков по пыльному плато не лучшим образом сказываются на сохранности геносемени или имплантатов для усиления агрессии, о которых я просил. Лучше бы ты принёс мне образец живым.

Фабий вздыхает и проводит рукой в перчатке по голове. Пальцы оставляют кровавые следы на желтовато-белых волосах.

– Тебе повезло. Лорд Фулгрим хочет, чтобы я сделал ему подарок для магистра войны, и этим подарком будешь ты. По крайней мере, таково моё намерение. К сожалению, потребности примарха и твои желания не в точности совпадают. Другими словами, в реальности произойдет не совсем то, чего ты желаешь. – Он фыркает. – Но разве с искусством не всегда так?

«Нет!» – мысленно кричит Кальпурний, но даже гнев как пыль на языке.

Фабий берёт металлическое блюдо. На нём лежит что-то острое, блестящее, похожее на жука из лезвий и хрома. Фабий подхватывает этот предмет двумя пальцами. Он улыбается, между зубами виднеется розовый кончик языка. Он вставляет устройство в мозг Кальпурния. Это не больно. Ничего не меняется.

– Ну вот, – говорит Фабий. Он смотрит на дисплей с жизненными показателями. – Ты ещё жив. Значит, первый этап процедуры прошёл успешно. Многие из моих предыдущих подопытных на этой стадии потерпели неудачу. То, что ты… эээ… перенёс её – это уже успех. У меня не так много времени для того, чтобы подготовить подарок лорда Фулгрима, а другого подходящего подопытного найти было бы непросто. – Он поворачивает регулятор на дисплее и улыбается тому, что видит. – Неважно, я уверен, что у тебя всё получится. С этого момента твой уровень умственных способностей будет выше, чем прежде. Ты сможешь рассуждать, а разве это не единственное, что отличает человека от животного? Однако ты по-прежнему будешь испытывать острую жажду сенсорных ощущений. С этим я ничего поделать не могу, но в твоем положении будут свои преимущества. Как только стимуляция достигнет определённого порога, ты обнаружишь, что ощущения одновременно усиливаются и изменяются. Со временем, думаю, ты это оценишь.

Кальпурний хочет двигаться. Кричать. Голос Фабия, ощущение удерживающих его зажимов и болтов – этого мало. Он жаждет. Он хочет утонуть в ощущениях.

– Ты поймёшь, что отличаешься от своих товарищей, – продолжает Фабий. Он смотрит куда-то в сторону, куда – Кальпурний не видит. Он жаждет ощутить горло апотекария в своих руках, сжать его, почувствовать хруст кости. Ему обещали не это. Ему обещали…

– Не сомневаюсь, что ты захочешь увидеть следующий этап своего возвышения, – говорит Фабий и нажимает кнопку. Зеркало сдвигается. Одно мгновение Аппию Кальпурнию виден только пол медицинского блока. Затем из зеркала на него глядит собственное лицо. Он понимает, почему не может закричать. Никакой зажим не удерживает его челюсть. У него просто нет челюсти. И рта нет. Только гладкая, туго натянутая кожа под носовыми отверстиями.

– Не волнуйся, – говорит Фабий.

Зеркало поворачивается, и теперь Кальпурний видит всё, что находится позади него – машины, перекачивающие жидкость по трубкам, странные волны, бегущие по пикт-экранам. И высокую, слишком высокую фигуру в графитово-черной мантии, которая смотрит на него тремя красными стеклянными глазами. С ней другие фигуры. Он не может понять, стоят они или парят в воздухе. Каждая держит по сегменту машины. Металл утыкан трансляционными шипами, как морской ёж – иглами.

– Подопытный готов, посол, – говорит Фабий Соте-Нуль. – Прошу, выполняйте вашу часть работы.

Во время того, что происходит дальше, Аппий Кальпурний не может кричать. Он может только смотреть.

Закончив, они оставляют его одного. В апотекарионе повисает глухая тишина, нарушаемая лишь тихим «шшш-бум» работающего кровяного насоса. Свет мигает в такт звуку.

Включился-выключился… Включился-выключился…

Кальпурний почти не замечает ни звука, ни света. Их ритм однообразен, а значит, не стоит его внимания. Он прислушивается только к шипению вокс-сети, потому что оно редко повторяется. Теперь он слышит все вокс-сигналы в Крепости и за её пределами. Это благодаря машинам, которые поместили в его мозг.

Он ждёт.

Нет никакого смысла двигаться или вообще что-то делать. Он сидит, как просидел уже один час, сорок четыре минуты и десять секунд. Течение времени легко отследить. Один из красных люмен-шаров мигает каждые 1,1 секунды. Он запомнил каждую заклепку, каждый угол, каждую деталь помещения. Он мог бы нарисовать по памяти каждый хим-цилиндр, каждый лабораторный штатив вплоть до малейших царапин и трещин в металле. Мог бы в подробностях записать каждую услышанную трансляцию. Приказы от командиров Сынов Хоруса, сообщения о готовности от резервов Гвардии Смерти, скороговорка кода от автоматических систем Механикум – всё это лишь песок, сыплющийся сквозь сито его разума.

Открывается дверь. Поршни издают очередное «бум-шшш». Керамит и резина скребут по камню – приближаются шаги. В поле зрения появляется Фабий. Он ставит на пол металлический контейнер. Кожух контейнера покрыт изморозью. Внутри что-то плещется, будто он наполнен жидкостью. Фабий смотрит на Кальпурния. Глаза у него черные. Мигающий люмен бросает на его лицо то красный отсвет, то тень.

– Вижу, ты хорошо адаптируешься. – Фабий двигает головой из стороны в сторону, словно змея, останавливаясь, чтобы проверить швы и заново пересаженные ткани. – Хорошо… Займёмся твоим дальнейшим возвышением.

«Что ты со мной сделал?» – хочет спросить Кальпурний, но у него больше нет ни рта, ни языка. Он дышит через трубки, которые идут от его торса к округлому шлему, заменившему череп. С каждым выдохом вся эта система негромко ухает и ахает.

– Я вознёс тебя выше, чем ты мог надеяться, Аппий, — говорит Фабий, словно услышав безмолвный вопрос Кальпурния. — Я спас тебя. Я тебя возвысил. Тут были бы уместны несколько слов благодарности, но боюсь, что тебе это не под силу.

Апотекарий отворачивается и наклоняется к контейнеру. По полу вокруг него расползся иней. Фабий поднимает крышку.

– Послушай…

Послушать? Кальпурний больше ничем и не занимается. С тех пор, как Сота-Нуль и Фабий закончили свои манипуляции, он только и делает, что слушает – болтовню по вокс-каналам, голоса, бег секунд. Слушает, не в силах остановиться. Слушает, не в силах вычленить смысл из услышанного. Слушает, хотя ему хочется кричать.

– Я должен объяснить тебе, кто ты и каковы наши отношения, — говорит Фабий. Он просовывает руку в перчатке в контейнер и берёт что-то, чего Кальпурний не видит. – Ты пришёл ко мне с рядом проблем, как физических, так и психологических и, возможно, духовных. Ты жаждал предельной гиперстимуляции чувств, страдая при этом от снижения способности к чувственному восприятию. Эти расстройства могли убить тебя или довести до состояния хуже смерти. Я тебя вылечил.

Фабий улыбается.

– Сейчас ты воспринимаешь мир с такой ясностью и достоверностью, о каких раньше мог только мечтать. Для обычного воина такой избыток чувственной информации малополезен, но, как я уже сказал, теперь ты – нечто большее, чем обычный воин. Думаю, ты уже заметил, что впитываешь каждый звук и каждое впечатление как старыми, так и новыми органами чувств. Так и должно быть, но это только половина твоего потенциала.

Апотекарий достаёт из контейнера какой-то предмет. У предмета есть шея, и рот, и широкое тело. Его пронизывают витые золотые и серебряные трубки. Рядом с рукоятками красуются костяные клавиши. Над отверстиями между костяными колками натянуты влажные, красные струны. С предмета свисают кабели. С него капает розовая жидкость, словно его только что вытащили из окровавленной утробы.

Фабий переворачивает инструмент. От этого движения вибрирует одна из струн. Апотекарий морщится и поднимает руку к затылку. Там свежие хирургические шрамы.

Кальпурний не замечает ни шрамов, ни реакции Фабия. Всё обострённое внимание легионера сосредоточено на инструменте с того самого момента, как его извлекли из контейнера. Он всё еще слышит ноту, которую издала струна. Этот звук не пробуждает в нём никаких чувств. Он не насыщает голодную пустоту внутри. Но он обещает это сделать. Обещает тем самым единственным звуком.

– Удивительная это вещь, хотя бы из-за того, как она действует на нейробиологию и владельца, и жертв, – говорит Фабий, переворачивая инструмент. – У меня есть рабочая гипотеза, что твоя проблема возникла из-за воздействия подобных устройств и их гармоник. Несомненно, именно этот инструмент был причиной деградации его предыдущего обладателя. – В костяные клавиши вросли кончики пальцев. Остальную часть руки кто-то отрезал. – Слияние оказалось для него смертельным, – говорит Фабий, переводя взгляд с инструмента на Кальпурния. – Но с тобой всё будет иначе. Тебе это устройство не повредит. Я об этом позаботился.

Он подходит к Кальпурнию, и его шаги заставляют вибрировать другую струну. Пальцы Кальпурния напрягаются. Что-то шевелится среди кабелей и трубок.

– Возьми, – говорит Фабий. Кальпурний протягивает руки и берет инструмент. Он хочет ударить по струнам и клавишам, чтобы раструбы-рты взвыли. Он хочет этого. Он должен это сделать!

Но не делает. Не может. Будто бы дыра появилась в основании его мозга, и все ощущения утекают в неё, не успев нахлынуть.

Как это жестоко!

Он держит инструмент и ждёт.

– Хорошо, – говорит Фабий. Он указывает на голову Кальпурния, с пальцев летят капли амниотической жидкости. – Вдобавок к твоим мультиспектральным сенсорным аугметациям Механикум и я снабдили тебя ингибитором импульсов. Импульсы сформируются только в том случае, если я им позволю. Проще говоря, Аппий, ты будешь действовать только с моего разрешения.

Кальпурний хочет убить его. Содрать кожу с его черепа. Заставить его кричать. Он не делает этого – не может. И мысль, и чувство исчезают так же быстро, как появляются. Он сидит. Он ждет. И внутренне рычит.

– Ты думаешь о том, чтобы меня убить, – говорит Фабий. – Хочу тебе сообщить, что твой сенсорный ингибитор связан с датчиками жизненных показателей у меня в черепе и в груди. Если я умру, вместе со мной исчезнет вероятность того, что ты когда-либо снова что-нибудь почувствуешь. Жажда ощущений, конечно, останется. Просто у тебя не будет надежды ее утолить.

Апотекарий начинает подключать кабели, свисающие с инструмента, к голове Кальпурния. В сознании легионера открываются новые горизонты ощущений. Он может почувствовать на вкус звук жидкости, капающей с инструмента на пол. Может услышать цвет темных стен. Каждая текстура – это цвет, а цвета – это шум. Он может раскрасить мир, заставить его вопить бесконечными оттенками. Он очень, очень хочет это сделать. Один аккорд, и пустота внутри утонет в какофонии.

Фабий отступает на шаг, глаза у него блестят, выражение лица удовлетворенное.

– Недолго осталось. Скоро ты закричишь.

<br />

===ГЛАВА ДЕВЯТАЯ===
Малогарст поднимается на вершину башни над Срединной зоной. Пустотный щит в этом месте плотный, поэтому звёзды кажутся размазанными по ночному небу, как маслянистые искры. Он проходит мимо бомбард и турболазеров, упрятанных в свои бронированные укрытия. Повсюду солдаты: они смотрят с огневых платформ, спешат по мостикам, тащат заряды для лазпушек к огневым нишам. Он замечает форму семи разных полков. В Срединной зоне размещены закалённые в боях ветераны, первые, кто поклялся в верности Хорусу и ради него запятнал руки кровью. Они заслужили своё место в боевых порядках.

Раздаётся громкое «За императора Хоруса!», и они преклоняют колени, когда Малогарст проходит мимо. Он видит у солдат знаки новых воинских братств: пули, превращенные в зазубренные диски и украшенные эмблемами воронов, осколки костей на волосяных шнурках, железные змеи, обвивающие предплечья. Это тень перемен, происходящих в легионах магистра войны – смертные подражают своим повелителям. Он видит спираль, нарисованную на доспехах или выжженную на голой коже. Он вспоминает Тороса и давинитов в их зловонных пещерах, как они напевают там своим животным фетишам и вырезают спирали на коже астропатов. Между давинитами и войсками Имперской армии не было никаких контактов, Малогарст об этом позаботился. И все же вот она, спираль, смотрит на него с щек коленопреклоненных солдат. Словно она пробралась из темных подземелий в мысли этих людей. Словно она заразила воздух и тьму, словно пульсировала во снах, подстерегая за самой гранью видимости. Ему это не нравится. Это означает нечто, неподвластное его контролю.

Контроль… Снова он задаёт тот же вопрос, и снова сомневается. Всё ли под нашим контролем? Далеко не всё. И никогда не будет.

Он спускается с укреплений Срединной зоны. Солдаты-люди уступают место сервиторам, оснащённым бронепластинами и орудийными установками. Воздух гудит от статики и электро-тока. Он в зоне Мортиса. Эти пещеры проходят под всей Крепостью и соединяются с чревом потухшего вулкана, на котором она стоит. Их своды достигают сотен метров в высоту. В гулкую тьму отбрасывают белый свет лучи прожекторов и искры от сварочных горелок. Стены блестят от влаги.

Малогарст останавливается на мостике, подвешенном под потолком пещеры. Внизу в темноте рядами стоят фигуры. На мгновение из-за огромного пространства и странных углов стен они кажутся ему маленькими – сгорбленные, уродливые статуи, окутанные паутиной строительных лесов. Затем рядом с фигурами появляются более мелкие силуэты, которые выдают их истинный масштаб. Это титаны. Орудия торчат из их спин, свешиваются с плеч. Вдоль позвоночников идут генераторы пустотных щитов. Самый маленький титан-разведчик в пять раз выше человека. Они неподвижны, орудия остыли, реакторы находятся в цикле седации. И всё же воздух вокруг них наполнен яростью.

На его глазах искры от сварочного аппарата порождают недолговечную звезду под подбородком «Владыки войны». В резком свете видны красный, белый и чернильно-синий цвета его герба.

– Лорд Малогарст. – Из темноты на другом конце моста доносится голос. Он больше походит на шипение, порой заглушаемое всплесками помех.

– Они готовы выступить? – спрашивает Малогарст, не оборачиваясь.

– А разве похоже, что не готовы?

Малогарст чувствует, что говорящий остановился рядом с ним. Пальцы его вздрагивают: он подавляет инстинктивное желание сжать кулаки.

Легио Мортис – сила, способная разрушать миры. Они верны делу мятежа и нужны магистру войны для этой и всех будущих битв. А это значит, что Малогарст пока не может сбросить принцепса-геральда Арукена с моста и слушать его крики, пока тот падает.

– Тайны машины не входят в мою компетенцию, – осторожно отвечает он.

Слышится треск статического электричества – симуляция смеха или фырканья.

– Они готовы, – говорит Арукен. – Обряды, которые вы видите, проводят, чтобы успокоить их дух в ожидании.

– Хорошо, – говорит Малогарст. Он выпрямляется и устремляет взгляд на другой конец мостика, готовый двинуться дальше.

– Но если им и дальше не позволять выступить, спокойными они не останутся. Их придётся снова погрузить в глубокий сон, охладить реакторы, освободить трубопроводы от плазмы и зарядов.

– Почему? – спрашивает Малогарст.

– Потому что иначе они прямо здесь разорвут друг друга на части.

Теперь Малогарст смотрит на Арукена. Этот человек совершил великий подвиг в составе экипажа «Dies Irae» на Исстване III. Подвиг, который принёс ему не только командование боевым титаном, но и роль глашатая Легио Мортис. Он – связующее звено, через которое Легио взаимодействует с остальными силами магистра войны. Он – его голос. И, как и всё остальное, он изменился.

Малогарст помнит каждое виденное раньше лицо, каждый слышанный голос, каждого человека, которого он встречал. Он уже встречал Арукена, когда экипажи машин Мортиса представлялись магистру войны после его возвышения. Но то был другой Арукен, не тот, кто стоит сейчас перед ним на мостике. Истощённые конечности свисают с металлического каркаса. Тело и голова усеяны интерфейсными разъемами. По трубкам в хрустальные сосуды переливается жёлтая жидкость. Там, где раньше было лицо, теперь сухой, деформированный череп без кожи. Решетка динамика расположена между зубами Арукена, будто он ее кусает. От глазниц тянутся кабели к двум парящим серво-черепам. Но не от этого Малогарсту хочется всадить в принцепса пулю. Нет, это что-то другое, какой-то зуд за глазами и под кожей… такое ощущение, будто его щекочут усики и лапки насекомого.

– Нельзя разбудить зверя и держать его в цепях, советник, – говорит Арукен с ещё одним трескучим смешком. – Поскорее дайте нашим косам скосить урожай, или мы не выступим.

Малогарст испускает медленный вздох.

– Магистр войны просит вас сделать всё возможное, чтобы продлить это время.

Останки Арукена дёргаются на поддерживающем каркасе.

– Мы и без того делаем всё возможное. Но знайте, что вы этому причиной. Вы посеяли ветер… – Арукен отворачивается, прежде чем Малогарст успевает ответить, и уплывает с мостика. – Вы обещали жнецам, что они получат свою долю. Теперь пора исполнить обещание.

Малогарст снова смотрит на титанов, которые стоят так неподвижно, что сама эта неподвижность словно ревёт.

Малогарст приходит к южному краю зоны Мортис. Там, приветственно улыбаясь, его поджидает Фулгрим. Он один. Малогарст размышляет над этим на ходу. Мысли не приносят ему утешения.

– Тебя что-то беспокоит, Мал? – спрашивает Фулгрим.

Зона Третьего легиона тиха, но не безмолвна. Издали доносятся звуки. Даже в пустых коридорах слышатся крики, которые усиливаются, а потом резко обрываются. Мимолётный шелест переходит в в грохот сервотележек, перевозящих боеприпасы. Шепот в вокс-динамиках рассыпается смехом.

– Нет, повелитель, – отвечает Малогарст. И чувствует, как спины под доспехами, прямо над зажившей раной, что искалечила его тело, касаются чьи-то пальцы. Иногда такое случается – просто призрачные ощущения, вызванные повреждением нервов, – но на этот раз пальцы, ласкающие его шрамы, кажутся реальными, мягкими и теплыми. – Ноет старая рана, – говорит он.

– Ах, да, – понимающе кивает Фулгрим. Его лицо выглядит одновременно полным жизни и мертвенным. Новые драгоценности сверкают на его доспехах, усыпают щеки, словно застывшие слезы. Волосы ниспадают идеальной волной цвета слоновой кости. Но край алого плаща примарха потрепан, а на доспехах видны пятна, крошечные капельки – возможно, засохшей крови. – Знаешь, тебе нужно обратиться к Фабию. Этот мой сын весьма примечателен. Он прямо-таки творит чудеса!

– Со мной всё в порядке, повелитель, – говорит Малогарст.

– Разумеется, Мал. Разумеется. Ты – сама преданность долгу, всегда надёжен, никогда не жалуешься, хотя на тебе лежит такое бремя ответственности! Моему брату очень с тобой повезло.

– Вы мне льстите, повелитель.

– Всего лишь говорю правду. – Фулгрим единственный из всех примархов зовёт его Малом. Для остальных он – Малогарст, советник, посланник. Это предполагает близость, от которой Малогарст не может отказаться, но здесь и сейчас она так же нежеланна ему, как и призрачные пальцы, скользящие по спине. Малогарст идёт дальше, уродливая тень рядом с прекрасным примархом.

– Мы ещё не видели ни одного из ваших воинов, повелитель, – замечает он. – Где же они?

– Так вот что тебя беспокоит? – усмехается Фулгрим. – Полно, Мал, ты ведь не на парад пришёл! Но если хочешь, скажи лишь слово, и перед тобой выстроится половина батальона.

– Поступают сообщения о том, что в зоне Третьего легиона падает дисциплина. Другим легионам пришлось усилить позиции, оставшиеся без охраны. Механикум и вспомогательные войска легионов вынуждены были взять на себя большую часть работ по достройке укреплений.

На этом он останавливается и не добавляет подробностей о недостроенных редутах и оставленном валяться в пыли снаряжении, о воинах, бродящих по плато или часами разглядывающих стены ксеносской крепости. Есть и другие сообщения о том, чем занимается благородный Третий. Малогарста эти истории волнуют не так сильно, какими бы мерзкими они ни были.

– Чего ты добиваешься, Мал? – От слов и улыбки Фулгрима веет угрозой. Другой бы на этом остановился, но Малогарст – голос магистра войны.

– Я ничего не добиваюсь, повелитель. Я лишь хочу уверить магистра войны, что Третий легион будет боеспособен.

Фулгрим внезапно заступает дорогу и с высоты своего роста смотрит ему в лицо.

– Хоть раз я или мой легион подводили его? – рычит он. Его темные глаза пылают. Черты красивого лица внезапно становятся острыми и жестокими, как лезвие падающего меча.

Малогарст не отступает и не отводит глаз. Он опирается на свой посох.

– Ещё ни разу, – говорит он.

Маска ярости Фулгрима на мгновение застывает, а затем растворяется в безмятежности. Он отходит, улыбаясь.

– Прости меня. – Его голос мягок, но в шелковых словах теперь чувствуется нотка обиды. – Беспокоиться – это, несомненно, твой прямой долг, но другой на моём месте мог бы посчитать это оскорблением. Особенно если вспомнить о ''некоторых'', кто упорно ставит палки в колёса наших начинаний.

Малогарст не выказывает чувств.

– Не больше, чем мы ожидали.

– Ха! По-моему, нам следует ожидать гораздо большего. Что это будет за новая эра, если мы не научимся сдерживать наши низменные инстинкты? Всем им нужно больше стараться. Ты, возможно, не хочешь говорить плохо о моих братьях и союзниках, но, по правде говоря, они не годятся для того будущего Империума, что замыслил мой брат. Они слишком грубы, слишком примитивны, слишком несовершенны. Без них не обойтись, если надо устроить бойню, но едва ли они отдают себе отчёт, в каком хрупком равновесии сейчас всё находится.

Малогарст не отвечает. Фулгрим бросает на него взгляд и разражается смехом. Кристально-чистый звук отскакивает от каменных стен.

– Не волнуйся, Мал. Я не буду искушать тебя принять одну из сторон в этих утомительных склоках. Я хочу помочь тебе и нашему делу, вот и всё.

– Магистр войны признателен вам и высоко ценит всё, что вы делаете, – говорит Малогарст.

– Я знаю, – улыбается Фулгрим. – А ещё я знаю, что он видит всё происходящее здесь. И понимает, кто – истинная угроза всему, а кто трудится во имя высшего идеала.

– Именно так, повелитель.

Фулгрим кивает всё с той же улыбкой – белые зубы, блестящие глаза.

– Ангрон по-прежнему воет на пыль и звёзды, а его псы рычат на цепях. Будем надеяться, что они не сорвутся с поводка.

Малогарст отвечает не сразу. Этот разговор опасен, он чувствует это каждой клеточкой своего тела.

– Лорд Ангрон…

– Не послушает Кхарна. – Фулгрим качает головой, колышутся светлые волосы. – Даже если бы Кхарн не был полудохлым псом, ждущим, пока кто-нибудь не пристрелит его из жалости. Нет, Ангрон попытается разрушить эту восхитительную мизансцену, что мы создали. Он мечтает о благородном кровопролитии – как будто такое вообще возможно!

Малогарст некоторое время молчит, пытаясь подобрать слова.

– Были приняты определенные меры.

– Ну разумеется. Я прекрасно знаю, что вы ограничили доступ к трансорбитальному воксу и астропатической коммуникации для всех, кроме немногих избранных. – Он мельком улыбается, обнажая белоснежные зубы. – Так приятно, что мне и моему легиону доверили охранять важный вокс-узел... это действительно большая честь. Дело, которым мы сейчас занимаемся, тоже послужит мерой предосторожности, конечно, но не решит проблему в корне. Мой двенадцатый брат – сломленный человек, Красный Ангел, который никогда не найдет себе места в раю. Построй вокруг него стену, и он ее разрушит или погибнет. Или просто начнёт жечь и крушить все вокруг, пока не останется одна только стена...

– Вы так говорите, будто у этой проблемы нет решения.

– О, но решение есть, Мал. Просто моему брату не хочется его принимать.

– А вам хочется, повелитель?

Фулгрим смотрит на Малогарста. Тени от люмен-шаров подчеркивают совершенные черты его лица. Он улыбается яркой, лукавой улыбкой.

– Чего мне хочется или не хочется, не имеет значения. Важно только то, что решит магистр войны. – Он оглядывается на ведущий вперед коридор. – Вот поэтому я тебя и предупреждаю, Мал. В конце концов, ты ведь самый верный слуга моего брата, его голос, его тень. Он не может быть везде. Ему приходится разбираться с нашими братьями, а это уже само по себе испытание и бремя. Эту проблему решать тебе, и я уверен, что ты справишься. Но... если Ангрон снова поднимет на меня руку или будет угрожать тому, что я создал... Если это случится, я его убью. – Улыбка Фулгрима становится шире. – Его самого и его псов.

– Магистр войны будет…

– Он поймёт, Мал, и потом, до этого не дойдет. Ты ведь будешь крепко держать поводок, правда?

Впереди виднеется дверной проем. Он обозначен символами биологической опасности.

– А, вот мы и пришли!

Когда они подходят, дверь с шипением открывается. Изнутри выплывает холодный туман. Малогарст чувствует запах химикатов, крови и обожженной плоти. Перед ними появляется незнакомец. Он носит цвета и знаки отличия лейтенанта-командующего Третьего легиона, но с белым табардом апотекария. На табарде и доспехах видны свежие пятна крови. У него яркие чёрные глаза на тонком как клинок лице. Он преклоняет колено, когда Фулгрим приближается.

– Мой господин и покровитель, – произносит он.

– Встань, Фабий, – говорит Фулгрим. – Мы пришли посмотреть на твое последнее творение.

– Он функционирует? – спрашивает Малогарст. Он не отрывает взгляда от легионера, сидящего в центре помещения. Броня воина окрашена в темно-пурпурный цвет Третьего легиона. Серебряные трубки и полированные пластины закрывают отверстие в левой части торса. Малогарст видит, как в трубках булькает жидкость. Легионер держит в руках некое устройство, состоящее, кажется, из одних трубок, воздухозаборников и вытяжных отверстий. Малогарсту не хочется называть эту вещь оружием. Кое-какие части у неё влажные, блестящие и розовые. На неё неприятно смотреть, и находиться рядом тоже не очень приятно. Но больше всего не по себе ему от того, что находится у легионера выше шеи. На шлеме вздуваются складки чёрного углеродного волокна и хрома, торчат короткие антенны. Некоторые на вид острые, как бритва. По выпуклому металлу шлема без всякой симметрии или порядка рассыпаны отверстия и ямки. Всё лицо, кроме глаз, закрывает серебряная пластина. Глаза виднеются за стеклянными полусферами, безвекие и расфокусированные, с такими расширенными зрачками, что не различить ни радужек, ни белков.

– Уровень функциональности оценивается как начальный, – отвечает Сота-Нуль. Эмиссар Механикума появилась сразу же, как только они вошли в покои Фабия, словно откликнулась на сигнал, который никто не посылал. Она высока – настолько, что три красные линзы её глаз находятся на одном уровне со взглядом Малогарста. Сота-Нуль – недавно прибывший представитель Кельбора Хала, генерал-фабрикатора. Она и её господин жизненно важны для дела магистра войны, возможно, важнее даже, чем некоторые легионы и примархи. Механикум – это империя внутри Империума. Он контролирует и создаёт каждую военную машину, каждый компонент в каждой отрасли. Без него невозможно достигнуть победы. – Полная эффективность будет очевидна только в момент боевого соприкосновения или использования.

– Он, кажется, без сознания, – говорит Малогарст.

– Аппий Кальпурний сейчас занят, – поясняет Фабий. – Но я могу заверить вас и магистра войны, что он бодрствует, в сознании и готов к своему… дебюту.

Малогарст смотрит на главного апотекария. Ему не нравится этот человек: в его взгляде есть что-то змеиное, а в движениях рук – что-то паучье.

– И он один сможет расстроить всю вокс-связь атакующих? – спрашивает Малогарст.

– Вокс, астротелепатическая связь, координация войск, боевой дух – всё это деградирует и станет менее эффективным в бою, – отвечает Сота-Нуль. – Это первоочередная функция. Помимо неё, есть и тактические применения.

– Как я обещал моему брату, магистру войны, так и будет, – уверяет Фулгрим. – Надеюсь, ты от имени магистра войны оценишь мой новейший дар – одновременно и воина, и оружие. – Фулгрим придвигается ближе к неподвижному Кальпурнию. – Разве я не вверяю ему не только лояльность, но и самую плоть моих сыновей? – Он гладит Кальпурния по плечу, и тот покачивается, несмотря на всю легкость прикосновения. – Разве я не предугадываю нужд моего магистра войны и не удовлетворяю их?

– Магистр войны благодарен вам, лорд Фулгрим, – осторожно отвечает Малогарст.

– Конечно, благодарен, – соглашается Фулгрим, улыбаясь. – Не забывай об этом, как и о том, о чём мы говорили раньше, Мал. Не все годятся для будущего, которое мы строим. – Потом он отворачивается, лишая Малогарста своей улыбки и взгляда, и уходит. – Посол, – бросает он, проходя мимо Соты-Нуль. – Великолепная работа, – говорит он Фабию. Апотекарий кланяется.

Малогарст долго смотрит на неподвижную фигуру Аппия Кальпурния, прежде чем уйти.

В одиночестве он идёт к южной границе зоны Третьего легиона, пытаясь избавиться от ощущения, будто кто-то напевает ему на ухо. Это ощущение пропадает только когда он добирается до позиций Гвардии Смерти. Выходя из взрывозащитного люка в траншею, он принюхивается. В воздухе чувствуется какой-то привкус – сухой, напоминающий о хим-отходах и пыли. Стоящий на посту Гвардеец Смерти отдаёт честь, а затем проверяет, хорошо ли закрыт люк. Сейчас Малогарст находится в южной части Крепости и её обширных укреплений. Из всех зон здесь меньше всего надземных сооружений. Механикум прорыл под этой зоной туннели, а Гвардия Смерти выкопала на поверхности траншеи. Укрепления наверху соединяются с нижними туннелями шлюзовыми камерами. Шансы на то, что нападающие просто обрушат на них вирусную бомбардировку, невелики, но маловероятное не равно невозможному. Именно сюда они отступят как в случае вирусной атаки, так и во время неизбежного обстрела перед наземным штурмом. Мортарион может укрыть весь свой Легион и вспомогательные силы под землей, а затем в считанные минуты вывести их на поверхность.

Малогарст идёт вдоль траншеи. Гвардейцы Смерти преклоняют колени и прижимают к груди кулаки, когда он проходит мимо.

– За императора Хоруса! – выкрикивают они. Новая фраза, всё ещё непривычная уху. Малогарст проходит мимо. Глубина траншеи – три метра. Через каждые пять шагов из стен выступают контрфорсы. Они нужны для того, чтобы враг не мог простреливать траншею по всей длине. Резня будет локализована, ограничена. И всё же без резни не обойтись, и жертвой её падут не только идущие за ними враги. Как бы не ярился Ангрон из-за предательства, воины и солдаты, верные магистру войны, тоже погибнут. Убиты будут десятки тысяч – невысока цена за возможность устранить из войны три легиона. Малогарст не испытывает по этому поводу угрызений совести, как и из-за воинов, обращённых в пепел на Исстване III. Иногда цену просто нужно заплатить.

– За императора Хоруса, – говорит смертный офицер, когда Малогарст поднимается по ступеням на орудийную позицию. Тот бросает на офицера короткий взгляд. 16-й Хадашьянский, чёрная кольчуга надета поверх потрёпанных бронепластин и вулканизированного резинового комбинезона. На левую наплечную пластину по трафарету нанесен свежий знак Ока Гора. Малогарст уверен, что офицер погибнет до окончания этой операции. Потери среди всех вспомогательных подразделений будут очень высокими. Пока цела большая часть легиона, так тому и быть. Они ведут войну не ради сохранения жизней смертных. Смертные и так выживут. Эта война – за выживание легионов.

Он подходит к наблюдательному окошку. Перед ним до горизонта простирается серая пыль, освещенная звездным светом. Вдали виднеются клубки колючей проволоки и зубчатые очертания противотанковых заграждений. Он осмотрел всю Ургалльскую низину, от самых северных укреплений до этих южных траншей. Все осталось по-прежнему. Пустошь ожидает сражения.

– Как видишь, всё выполнено, – произносит кто-то за спиной.

Он напрягается. Адреналин выплескивается в кровь прежде чем он успевает подавить тревогу. Во рту пересыхает. Он осторожно поворачивается, понимая, что не сможет скрыть свою реакцию. В тени на краю огневой позиции стоит Мортарион. Между потрепанным краем капюшона и натянутым на лицо дыхательным аппаратом виднеются только глаза и полоска бледной, как у мертвеца, плоти. В трубках дыхательного аппарата примарха что-то булькает. Этот звук напоминает Малогарсту смешок.

– Инженерные работы на южной оконечности еще не завершены, – говорит Малогарст. Этот ответ должен дать ему время на размышление. Он не ожидал встретить здесь Мортариона, но эта встреча не может быть случайной. Примарх сам разыскал Малогарста. Значит, у него есть на это какая-то причина, какая-то цель. А это, в свою очередь, значит, что Малогарст в опасности. Мортарион – не безумный убийца, как Ангрон, и не столь непостоянен, как Фулгрим, и от этого опасность становится только серьезнее. Мортарион обладает такими терпением, самоконтролем и волей, что скорее разрушит весь мир, чем сдастся.

– Только в том случае, если на нас нападут в течение следующих двадцати часов, – говорит Мортарион. – Если нападут позже, то к этому времени все работы будут завершены. – Он не отрываясь смотрит на Малогарста. В трубках дыхательного аппарата клокочет газ. – Вы перегибаете палку с использованием давинитов и их сил.

Вот оно. Вот зачем он искал Малогарста. Он этого не скрывает. Не темнит, не ревёт в ярости. Он излагает суть дела с прямотой выстрела.

– С ними мы можем обойти ограничения астропатической связи.

– А ещё изменить состояние варпа вместе с Лоргаром и его кликой колдунов. Чтобы помочь проходу кораблей и передаче сообщений, которые дают нам преимущество.

– Всё это необходимо. Мы боремся с Империумом, бо̒льшая часть которого остаётся верной Императору. Даже если учитывать наших тайных союзников – а ведь не все они одинаково надежны, – нас превосходят числом. Давиниты дают нам возможность уравновесить чаши весов.

– И как же вы планируете использовать их силы?

Вот он, момент истины, думает Малогарст.

– Не трудись выкручиваться и повторять банальности о том, что нет никаких далеко идущих планов и что вы действуете только по суровой необходимости, – продолжает Мортарион. – Я и раньше видел, как правитель соблазняется силой невозможного и становится монстром и тираном.

– Магистр войны не монстр и не тиран, – возражает Малогарст.

– Ещё нет. И я не позволю ему в такого превратиться.

– Это можно расценить как угрозу.

– Ты же знаешь, что я не представляю угрозы ни для Хоруса, ни для его Империума. Я делал и делаю для него всё, что необходимо. Я не угрожаю, Малогарст, я предостерегаю. Не позволяй давинитской отраве распространиться. Не используй их сверх необходимости. Не слушай их обещаний и не принимай их даров. Устрани их.

Малогарст выдерживает взгляд Повелителя Смерти, пока еще один вздох клокочет в дыхательном аппарате. То, что сказано, не предназначается Хорусу, и Малогарст это знает. Послание предназначается самому Малогарсту: Повелитель Смерти видит, что вокруг тени магистра войны клубятся другие тени.

– А если я этого не сделаю? – спрашивает Малогарст.

Хриплый вздох, блеск в лихорадочно-ярких глазах.

– Ради моих убеждений я бросил вызов Императору, дважды поднимал восстание и послал на смерть недостойных сынов. Что может меня остановить, Кривой?

Мортарион отворачивается и исчезает в траншее.

Малогарст на мгновение обмякает, всем весом навалившись на посох.

«Всё трещит по швам».

«Тогда нужно удержать всё вместе, Мал».

«Мы слишком напряжены, нервы натянуты до предела, и с каждой секундой пружина закручивается всё сильнее». – Он смотрит на звёзды.

– Поторопись, Феррус. Мы больше не можем ждать.

<br />

===ГЛАВА ДЕСЯТАЯ===
Феррус Манус входит в погрузочные пещеры «Феррума». Свет сварочных горелок отражается в черной, словно отлитой из чугуна броне. Его серебристые глаза похожи на звезды. Кастрмен Орт поднимает глаза от своих боевых машин и глядит на приближающегося примарха. Все легионеры, техножрецы и сервы в пещере на мгновение замирают. По приказу Орта приготовления не должны прерываться, что бы не случилось, поэтому они подавляют инстинктивное желание отдать честь, поклониться или пасть ниц на палубу.

– Орт, – произносит примарх. Это и приветствие, и приказ. За ним идут другие. Вот Эразм Рууман и Верман Киб, аугметические протезы которого жужжат при каждом движении. На шаг позади – Кадм Белог, его позвоночник и шлем утыканы кибертургическими трансмиттерами. Парящие сервоустройства создают над всеми ними купол силового поля.

Орт присоединяется к группе, когда примарх проходит мимо. Он слышит потрескивание, когда силовое поле отделяет его от вокс-сети и обмена информацией. Теперь он изолирован от потока сигналов и данных, которые обычно проносятся у него перед глазами. Ни один внешний фактор или система не вмешаются в их разговор.

– Доложить обстановку, – говорит Феррус Манус.

– Разведка Девятнадцатого легиона подтверждает присутствие первого предателя, а также Третьего, Двенадцатого, Четырнадцатого и Шестнадцатого легионов на укрепленных позициях на поверхности Исствана V. Численность войск неизвестна и приблизительна, – отвечает Кадм Белог.

«Первый предатель. Новый эвфемизм, чтобы не упоминать имя Хоруса. – думает Орт. Он вздрагивает от не до конца пережитого потрясения. – Хорус предал Императора и Империум… невозможно».

Он берёт себя в руки.

Белог продолжает:

– Разведданные подтверждают, что часть каждого легиона предателей была уничтожена на Исстване III.

Перед ними открываются железные двери стратегиума «Феррума». Терминаторы и автоматоны с эмблемами легиона наблюдают за тем, как они проходят внутрь. Тут же активируются голопроекторы, встроенные в пол и потолок.

– Вывод: численность главных сил всех четырех легионов ниже оптимального уровня. Боевые корабли легионов-предателей на орбите Исствана V отсутствуют, в непосредственной близости от системы также не обнаружены.

В воздухе перед ними возникает сферическое изображение Исствана V.

– Помимо сил Механикума и Имперской армии, на призыв лорда Дорна откликнулись еще шесть легионов. Структура командования кампанией и командующий операцией пока не определены.

– Я беру командование на себя, – говорит Феррус. – Я сообщил об этом на Терру. Дорн от имени Императора утвердил мои полномочия. Никто их не оспаривал и не заявлял о своих правах. Я разберусь с этим делом.

Орт размышляет над словами своего примарха. Указания Терры ясны – использовать все силы и средства для того, чтобы подавить восстание Хоруса и привлечь его к ответственности. Главенство над этой операцией означает и главенство над всеми ресурсами. Феррус Манус теперь де-факто командует всеми вооруженными силами Империума. Все Железные Руки приходят к этому выводу практически одновременно, с точностью до наносекунды. Все молчат, и их молчание говорит само за себя. Они сейчас не на обычном сборе легионного командования. Им предстоит определить, как именно будет вестись война против бывшего магистра войны.

Феррус Манус не останавливается. Он обходит проекцию Исствана V, протягивает руку и вызывает из небытия вторичные изображения: планетную систему, ее местонахождение в Галактике, расположение сил легиона на звёздном диске. Вокруг изображений вращаются ореолы неполных данных.

«Столько неопределённости, – думает Орт. – Столько неясного».

– Есть один фактор, который необходимо учитывать прежде всего, – говорит Феррус, не переставая расхаживать по комнате. – Хорус, – роняет он, и в том, как примарх произносит имя брата, слышится удар молота.

Ум Орта цепенеет. Мысли его уносятся в пустоту, ранее подавленный шок внезапно берёт верх над расчётом и здравым смыслом.

«Магистр войны, самый блестящий из сынов, Луперкаль… Предатель, отступник, нарушитель клятв… Как это возможно? Как такое могло случиться?»

Он отгоняет эти мысли и возвращается в настоящее.

– Почему Хорус занял именно эту позицию? – спрашивает Феррус Манус.

Примарх продолжает расхаживать; его шаги словно подчеркивают каждую фразу, пока воины обдумывают заданный им вопрос.

Орт производит мысленный анализ. «Позиция следующая: противник окопался, выстроил укрепления, но не замаскировал их; основные силы сконцентрированы в одном месте, пустотные корабли отсутствуют».

– Хорус ничего не делает просто так, – говорит Феррус Манус. – Он не полагается на удачу, не ошибается. Он занял эту позицию намеренно.

– Он хочет закрепиться, – высказывается Рууман. – Чтобы их корабли могли быстро наносить удары по другим мирам, собирать припасы, создавать форпосты.

– Я так не думаю, и ты тоже, – бросает примарх. – Не трать наше время на бессмысленные предположения.

– Он подготовился к нападению, – говорит Орт.

Все смотрят на него. Орт нажимает на кнопку на наруче, и его перчатки превращаются в тактильные элементы управления голопроекцией. Он вращает основное изображение, как будто это плавающий на воде стеклянный шар. В фокус попадает Ургалльская низина. В голубом свете вырисовываются очертания макроукреплений; значки идентифицированных подразделений накладываются друг на друга. Индикаторы теплового и энергетического излучения парят над ними, словно застывшие на лету птицы.

– Он ждёт нас, – произносит Орт и делает жест, от которого Исстван V превращается в небольшой шарик. – Он хочет, чтобы мы пришли.

Феррус Манус кивает. Он все еще вышагивает по комнате, и в свете Исствана металл его глаз отливает призрачным серебром.

– Он считает, что может победить, – говорит примарх. – Он думает, что мы придем с гневом и отмщением, и он прав. Но Хорус знает, что даже гнев не делает нас глупцами. Сила, которой обладает Империум, способна сокрушить его многократно. Ни одна крепость не сможет ей противостоять. И всё же он хочет этого. Он хочет, чтобы мы пришли. Он рассчитывает не просто выжить, но победить. – Примарх делает паузу. – Почему?

– Он планирует перебросить силы для контратаки, как только мы окажемся на поверхности, – объясняет Орт. – Цель не в том, чтобы сдержать нас, а в том, чтобы уничтожить.

Феррус Манус снова кивает.

– Хорус всегда атакует. Даже когда кажется, что он обороняется.

– Вот почему нет кораблей, – вставляет Рууман. – Они где-то собираются, чтобы нас окружить.

– Но откуда взялись эти силы? – спрашивает Кадм Белог. – У нас нет информации о других мирах, присоединившихся к Хорусу.

– У него было время, – говорит примарх. Он просматривает изображения, разглядывает звёзды, из которых состоит диск галактики. – У него была вся власть магистра войны, довольно, чтобы заключать союзы и готовиться к предательству. Когда мы атакуем, появится его флот, и наши корабли и воины окажутся в ловушке между пустотными и наземными силами.

Орт переваривает новую информацию.

– Не зная численности контратакующих сил, мы не можем детально спланировать свои действия, – размышляет Кадм Белог. – Но если кораблей нет в системе, значит, они ждут где-то за пределами системы. Возможно, в режиме сниженной мощности.

– Или они уходили из системы и теперь возвращаются с приумноженными силами, – добавляет Рууман.

– Оба варианта возможны, и ни один не имеет значения, – говорит Феррус Манус. – Важно только решение.

– Массированные орбитальные бомбардировки, вплоть до применения оружия массового уничтожения, – предлагает Рууман.

– Не согласен, – возражает Кадм Белог. – Планета и без того практически мертва, к тому же они окопались и подготовились. Смертных мы, возможно, истребим, но легионеры выживут. Нам придётся потратить уйму времени на то, чтобы сравнять крепость с землей, а потом ещё нужно будет зайти внутрь и зачистить остатки. Кроме того, наш приказ – подавить восстание и доставить первого предателя на суд.

– Нужно атаковать, – говорит Орт. – Атаковать максимальными силами и как можно быстрее. Покончить с предателями на поверхности до того, как прибудут контратакующие войска. Потом развернуться и заняться ими.

Феррус Манус останавливается. Смотрит сквозь гололитические дисплеи на Орта. Серебристые глаза неподвижны, лицо невозмутимо. Орт чувствует, как давит на него взгляд примарха.

– Да, – подтверждает Феррус Манус.

– Для такой операции потребуется несколько легионов с приданными им основными силами Имперской армии и Механикума, – говорит Кадм Белог. – Действовать нужно будет согласованно, следуя единому плану боевых действий, который начнём выполнять в момент перехода в систему. Нам нужно знать расположение и состав имеющихся сил. Потребуется постоянная астропатическая координация.

Феррус Манус поднимает обнажённую металлическую руку, окунает её в гололитический свет. Пальцы касаются звёзд. Он сжимает руку в кулак, и изображения исчезают.

– Выполняйте, – произносит он.

Команда Ферруса Мануса расходится кругом, как волны по воде от брошенного камня. Она становится повелением, запечатленным в бинарном коде. Хоры астропатов «Феррума» получают приказ через свои устройства мыслеуправления. Большинство сейчас без сознания, отдыхают в наркотической коме, пока в их вены течет по трубкам питательная сыворотка. Приказ возвращает их в сознание раньше времени. Они начинают петь. Песнь их умов – как птичья перекличка в огромном лесу: они называют себя и ждут ответа. Астропаты, услышавшие зов, отвечают тем же. Хор Ферруса Мануса получает отклики и вводит информацию в инфопоток. Когитаторы и когнитивные кластеры вычислительного ядра «Феррума» обрабатывают эти данные и выводят их на астрокартографические модели. Это занимает несколько часов и отнимает жизни нескольких астропатов, однако в конце концов сеть запросов и ответов превращается в карту.

Карта заполняет стратегиум «Феррума» гололитическим светом. Вращающийся диск галактики усеян значками кораблей и флотов. Вот основные силы Железных Воинов, вот разрозненные флоты Гвардии Ворона, здесь – искорки обособленных от легионов экспедиционных флотов, а тьма над плоскостью галактики словно припорошена звёздной пылью – это одинокие корабли вольных торговцев. Всё изображение мерцает неопределенностью. Значки постоянно мигают, перемещаются, исчезают.

Феррус Манус смотрит, как формируется и меняется карта. Это чудо астропатического искусства и логики, слияние эфемерного и механического. Только он мог воплотить его в реальность, изготовить каждую шестеренку его механизма и собрать их воедино. Орт наблюдает вместе с ним.

Нет данных ни о главных силах Ультрамаринов, ни об основных соединениях Кровавых Ангелов. Флоты Белых Шрамов – лишь неясные призраки, разбросанные на огромных расстояниях. Но другие видны отчетливо: крупные формирования Железных Рук, Несущих Слово и разрозненные осколки Гвардии Ворона. Есть и неожиданности: твёрдые подтверждения местоположения и боеготовности от флотов Повелителей Ночи. И от Альфа-легиона тоже.

Феррус Манус не просто наблюдает, он отдает приказы тем, кого видит. Теперь от Горгона к его братьям и обратно поступают более подробные сообщения. Закодированные голоса примархов летят от звезды к звезде, и варп охвачен пламенем астропатических снов.

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XVII (Лоргар) – X (Феррус Манус): Я отдаю моих сынов в твоё распоряжение, брат мой – кроме тех, кто отправился на Калт к Жиллиману. Сообщение с ними затруднено из-за эфирных штормов. Несмотря на это, я твёрдо верю, что мы хорошо послужим гневу Императора. Предательство не должно остаться неотмщённым. Верность Императору!''

''X – XVII: Лоргар, дай перечень всех имеющихся в наличии войск под твоим командованием.''

''X – XX (Альфарий): Сообщить о наличии/доступности элементов под прикрытием в Третьем, Двенадцатом, Четырнадцатом, Шестнадцатом легионах, подтвердить и активировать их.''

''XX – X: У нас нет агентов в их структурах. Все источники, вероятно, были ликвидированы до текущих событий. Некоторые агенты могут быть активны в окрестностях Исствана, но их перемещение и проникновение в установленных тобой временных рамках невозможно.''

''XVII – X: В моём первом сообщении содержится полный список всех доступных сил.''

''XIX (Корвус Коракс) – X: Феррус, нам нужно кое-что обсудить. Я не оспариваю твоих приказов; и я, и мой легион приложим все усилия, чтобы выполнить их до мелочей. Я с тобой, брат мой. Но есть вопросы, которые мы должны себе задать.''

''IV (Пертурабо) – X: Подтверждаю стратегический анализ. Мы выполним все приказы и боевые задачи. Железо к железу.''

''XVII – XIX: Об умеренности не может быть и речи. Причина не имеет значения. Есть только возмездие. Ибо те, кто поставил себя превыше света истины, навеки воссядут во тьме. Им уготована тропа пепла. Им уготован трон лжи. Не испить им ничего, кроме горечи, покуда не придет палач, дабы отнять у них чашу жизни. Се есть истина, и на словах передаю её вам. Верность Императору!''

''X – XX: Подтвердить и передать все данные, касающиеся любой активности кораблей в системах, расположенных вблизи Исствана.''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XX – XIX: Судя по тому, как Хорус распределил свои силы, он хочет спровоцировать нас на атаку. Несомненно, он намерен нанести удар в тыл атакующих сил с помощью якобы отсутствующих военных кораблей. Бросаться прямо в подготовленную засаду – это безумие. Феррус должен это понять. Единственная стратегия, которая приведет нас к чему-то, кроме гигантских потерь – стратегия изоляции, блокады, ослабления и длительной осады. Я не настолько близок к Феррусу, чтобы заставить его отклониться от намеченного курса. Мы с тобой расходимся по многим вопросам, но я верю, что в этом ты со мной согласишься. Он тебя послушает – тебя или вас с Вулканом. Мы должны его остановить.''

''XIX – XX: Феррус осознает ситуацию, поверь мне. Мы не можем позволить событиям развиваться медленнее, единственный способ подавить восстание – покончить с ним прямо сейчас. И всё же я с тобой согласен, меня тоже тревожит, что он, возможно, не видит происходящее со всей ясностью. Предательство Фулгрима больно его ранило.''

''XX – XIX: Если у нас ещё есть возможность предотвратить это, то только сейчас. Я просто хочу спросить: даже если план Ферруса увенчается полным успехом, то что останется от тех, кто его осуществил? Что останется от нас?''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XX – X: Я считаю план прямого нападения опасным по нескольким причинам. Стратегия сдерживания и блокады была бы более эффективной. Заставь Хоруса сдаться и приведи его и других к Трону в цепях. Тогда не останется никаких сомнений в том, что их убеждения ошибочны, а сила ничтожна. Казнь может обернуться как поражением, так и победой. Что, если Хорус падёт и в смерти своей превратится в идею, которая никогда не умрет? Сломай меч, и он разлетится на множество острых осколков.''

''X – XX: Нет. Мы будем действовать. Сейчас. Мы сожжем предателей дотла, а потом перероем пепел в поисках тех, кто мог бы последовать за ними. Без пощады, без колебаний, без передышки.''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XIX – XVIII (Вулкан): Вулкан, брат мой, ты нам нужен. Нам нужна твоя мудрость. Я боюсь пыла Ферруса. Ты всегда умерял его железную душу, а теперь эта душа властвует не только над ним самим, но и над всеми нами, над всеми легионами. Эта кампания против Хоруса будет не просто наказанием, как раньше. Это будет резня, массовое убийство. Из тех, кто откликнулся на призыв, лишь немногие это понимают. Им не хватает сдержанности или дальновидности, чтобы понять, что способ, каким мы убиваем наших врагов, так же важен, как и сама причина. У меня нет ответов, и тени сомнений не покидают меня. Я вижу сны, каких не видел уже много лет, и в моих снах – только бездна ночи. Вулкан, если ты слышишь, ответь.''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XIX – XX: Я не получил ответа от Вулкана. Меня это тревожит, брат. Я провожу в жизнь приказы Ферруса, но опасаюсь того же, чего и ты. Мы движемся вперед, но с неохотой. Да и как может быть иначе в такие времена? У тебя есть догадки, почему Вулкан не отвечает? Что-то в тенях моих мыслей подсказывает мне, что с ним случилось несчастье.''

''XX – XIX: Подозревать злонамеренность и злосчастье – всё, что мы сейчас можем. Для таких страхов всегда есть почва. Могу только сказать, что у меня пока нет информации о том, что с Вулканом или его легионом случилась беда.''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XIX – X: Где Вулкан и Восемнадцатый легион? Знает ли он, что случилось? Почему ни от него, ни от сынов огня ничего не слышно?''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция запоздавшего астропатического сообщения.''

''XVIII: Не спешите действовать. Бьешь второпях – твой удар легче парировать. Бьешь вслепую – сам зовёшь свою погибель. Сначала всё выясните. Потом наносите удар. В слепоте нет мудрости, а без мудрости нет силы. Мы должны собрать свои войска, объединить проницательность и мощь. Бета Гармон расположена так, что большая часть войск сможет до неё добраться и пополнить запасы при необходимости.''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''X – XVIII: Всё уже решено, Вулкан. Время против нас. Наши собственные братья против нас. Раздумья нас ослабляют. Как и долгие совещания. Мы не можем и не будем ждать. Нам нужны твои воины и оружие, а не слова.''

''XVIII – X: Ты считаешь меня слабым, брат? Меня, который стоял рядом с тобой в горниле войны и бил по её наковальне раз за разом? Меня, который и сейчас призывает своих сынов на войну за правое дело? Не только ты один был предан. Предали и меня, и весь наш род, и всё человечество. Не думай, что только ты один достоин испытывать гнев или решать, как вершить правосудие. Ты командуешь. Я с этим не спорю и не буду спорить. Возможно, только ты способен справиться с этой задачей. Но я не буду следовать за тобой в послушном молчании. Хорус, Фулгрим, Мортарион – все они наши братья, и я этого не забуду. Я не забуду того, какими мы должны быть. И они тоже. И не пытайся заставить меня молчать. Не думай, что я уклонюсь от своего долга. Я не сделаю ни того, ни другого. Мы поговорим ещё раз, перед началом.''

''X – XVIII: Твои мудрость и сила превыше всяких сомнений. Я рад, что ты на моей стороне.''

''Конец цепочки сообщений.''

''Далее следует транскрипция цепочки астропатических сообщений.''

''XVIII – XIX: Твои слова предостережения пришли слишком поздно, чтобы что-то изменить, но, признаюсь, они не дают мне покоя. Я смотрю в пламя будущего и думаю: разумно ли колебаться, или мне просто не хочется признавать, что обстоятельства таковы, каковы они есть? Феррус сделал то, что мало кто из нас смог бы – молот обрушится на Хоруса и остальных, прежде чем они смогут превратить свое восстание в настоящую войну. Это закончится. Кровью и огнем, но это закончится. Чем больше я об этом думаю, тем больше задаюсь вопросом: не лучше ли для этого подходит натура Ферруса, чем наша? Ярость, чистая ярость – из-за смерти стольких людей и нарушенных клятв. Я тоже чувствую эту ярость. И мне хочется раздуть адское пламя. И, возможно, именно к этому голосу, к этому зову мне и следует прислушаться. Я хочу, чтобы они сгорели, Коракс. За то, что они сделали, и за то, что они заставили сделать нас. Я хочу, чтобы они сгорели. И я увижу, как они сгорят.''

''XIX – XVIII: Мы приняли решение, и я встану рядом с тобой на погребальном костре. Хотелось бы мне, чтобы всё было по-другому. Я никогда не смогу думать об этом иначе как о трагедии. Мы должны высказать свои сомнения в последний раз перед тем, как опустится карающий меч.''

''Конец цепочки сообщений.''

<br />

===ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ===
– Так значит, командование берёт на себя владыка Десятого…

Маршал когорты Астрея – Солнечная ауксилия, Сатурнийские Овны, командир наземных сил вспомогательной боевой группы «Новус Солар» – бросает взгляд на адмирала Клэйва.

– И что вы об этом думаете? – спрашивает она, не сбавляя хода. Они направляются с мостика «Катуры» к командному пункту наземных боевых действий. Дистанции в восемь километров было бы вполне достаточно, чтобы оправдать использование одного из корабельных сервотранспортеров. Астрея шагает быстро, шлем под мышкой, оружие в кобуре, полевая броня подогнана и проверена. Адмирал Клэйв не отстаёт, его экзоскелет поскрипывает, подстраиваясь под её темп. За ними пыхтящим вымпелом тянется свита из палубных офицеров.

– Я думаю, – отвечает Клэйв, – что, как и на войне, действия важнее формальностей. Горгон вступил в бой и подавил все иные мнения о том, как должны развиваться события. Кто мог бы противостоять такому напору… аргументов?

Астрея оглядывается на стопку инфопланшетов в руках адмиральского вексиллы. Все экраны включены. На них прокручиваются данные, приказы и боевые протоколы.

– Вы что, потешаетесь над ситуацией, адмирал?

Клэйв приподнимает бровь. Его мясистое лицо выражает полнейшую невинность.

– Я ни над чем не способен потешаться, а особенно – над текущими обстоятельствами. – Он говорит серьёзным тоном, но в глазах его мелькают озорные искорки. Астрея не отвечает улыбкой.

Клэйв – ветеран крестового похода, сын Солнечной, доказавший свою полезность и исполнительность во многих Согласиях. Он входит в элиту юпитерианского флота, и это могло бы помешать их дружбе, но все разногласия давно развеялись в битвах благодаря победам и общим потерям. Он – единственный человек в боевой группе, над которым Астрея не имеет командования, и один из немногих ее настоящих друзей. Конечно, в этом есть риск: привязанность делает тебя уязвимым.

Она чувствует, как рука тянется к висящему у пояса металлическому цилиндру для посланий, и останавливает себя.

Позже. Потом у неё будет время развернуть пергамент с первым личным посланием, которое она получила за много лет. Она успела прочитать только начало. И даже это сейчас кажется роскошью. Нет времени, и столько всего нужно сделать.

Хорус Луперкаль – бунтарь и предатель…

Все они спешат действовать, не успев осознать, что произошло, все – люди, Астартес, даже примархи. В тоне сообщений и приказов слышится паника. Астрея чувствует, как паника зудит в мышцах. Всё летит в бездну неизвестности, где слишком много вопросов, слишком много вероятностей, о которых нужно поразмыслить, и слишком мало времени для поиска ответов. Так много дел и так мало времени, и минуты утекают, а будущее мчится им навстречу.

Каким будет это будущее? Как то, что сейчас происходит, повлияет на него?

– Новые приказы, командир, – говорит помощник, подстраиваясь под её шаг, чтобы передать еще один планшет с данными. Астрея видит на экране код приоритета: амарантовый уровень, предназначенный только для высшего командования крестового похода и линейного флота. Приказ зашифрован личной печатью примарха Ферруса.

Она вдруг понимает, что Клэйв замолчал. Адмирал хмурится, склонив голову набок. Видимо, прислушивается к вокс-сообщению, переданному через черепной имплант. Он мигает, кивает, потом делает неуклюжее глотательное движение – даёт субвокальный ответ.

– Что? – спрашивает Астрея, когда он оборачивается. Адмирал медленно втягивает воздух и выдыхает. Он ускоряет шаги, поршни экзоскелета щёлкают быстрее.

– Навигация показала, что при текущем состоянии варпа наша группа – одна из ближайших к системе Исствана. – Он на мгновение замолкает. – Нам приказано немедленно сделать переход и на максимальной скорости проследовать к сфере боевых действий. Мы будем в первой волне атакующих.

Астрея чувствует, как по коже пробегают мурашки. Клэйв уже отдаёт приказы по воксу, в его голосе нет и тени легкомысленности.

– Срочный приказ флоту: готовность к приоритетному варп-перемещению. Установить обратный отсчёт на три часа. По воле Императора.

«Слишком мало времени, а будущее уже мчится навстречу…»

Цилиндр с посланием звякает о доспехи, когда она ускоряет шаг. Позже. Сейчас нет времени.

<Проснись…>

''Кассиан идёт сквозь огонь. Он идёт… уже очень давно. Ноги его ступают по языку пламени. На горизонте – горы пепла. Тучи красны, как угли. Его обступает тепло, в воздухе запах дыма. Он не горит, хотя земля пылает.''

''Как долго он здесь? Как долго он бредёт один?''

''– Неужели мы состаримся на этой войне? – спрашивает Ульшвар. Доспехи его покрыты копотью и кровью. Разве он был тут? Он шёл рядом с Кассианом с тех пор, как… как… – Знаешь, а может, и состаримся!''

''– Ведь ты… – Кассиану трудно выговаривать слова, да еще и огненные стены с обеих сторон превратили дорогу в каньон. – Фаговый луч на Галиспе. Тебя… За несколько месяцев до… Но ведь ты…''

''– Похоже, смертельная рана оказалась не так уж страшна.''

''– И теперь ты здесь? – спрашивает Кассиан. – Я ошибся, ты не мёртв? Ты вернулся?''

''Ульшвар пожимает плечами и улыбается – точно так же, как перед их первой высадкой, перед тем, как впервые войти в огонь…''

<Проснись.>

''Кассиан смеётся от облегчения.''

''– Так что, ты думаешь, мы состаримся на этой войне? – повторяет Ульшвар. Наверно, он отстал от Кассиана – всего на шаг. Огненный каньон такой узкий. А разве раньше он был шире? Теперь Кассиан чувствует жар – такой, что может проесть кожу, расплавить плоть, обуглить кости.''

<Проснись. Мы призываем тебя проснуться.>

''Ему не хочется идти дальше. Пламя превратилось в туннель, языки огня лижут его. Он горит. Ему хочется обернуться и посмотреть на Ульшвара.''

''– Знаешь, может, мы и состаримся, – говорит Ульшвар. Кассиан слышит его, но не видит… не видит своего брата по легиону, не видит его за бронестеклом в медицинской колыбели, утыканного трубками, с качающими кровь насосами, с блестяще-чёрной некротизированной плотью, не слышит свиста и хрипа в его голосе, когда его брат и друг пытается что-то сказать в последний раз. – Почему бы и нет?''

<Кассиан Дракос, мы призываем тебя.>

''Огонь поглотил его. Он горит. Кости, кожа, кровь объяты пламенем. Его захлёстывает ослепительная боль, алая агония.''

<Проснись.>

Кассиан Дракос просыпается.

То, что осталось от мускулов, судорожно дергается в темноте саркофага. Он чувствует, что огонь никуда не делся, жжёт истерзанные останки. Его тело заключено в металл и оплетено кабелями, он слеп и глух, он тонет, и всё, что может – тянуться фантомными руками к несуществующей поверхности.

<Ты проснулся,> произносит в голове холодный, резкий голос. <Начинаю сенсорную интеграцию.>

Сначала ему даруют зрение: панорамный вид на зал, полный механизмов и закутанных в рясы техножрецов. Рядом с ним стоят воины в зелёных доспехах, их лица скрыты завесами из бронзовых цепей. Он смотрит вниз с высоты. На краю зала, подобно колоннам, льются струи расплавленного металла.

<В процессе…>

Его зрение двоится, умножается, превращается в калейдоскоп образов: череп ящера на стене, орудийные конечности в ложементах, цепи, удерживающие его саркофаг в воздухе. Он чувствует, как разум бунтует, пытаясь совместить все эти образы. Затем они сливаются воедино. Теперь он видит не только то, что находится перед ним, но и все вокруг.

<В процессе…>

Цепи опускают его саркофаг на шасси дредноута. Фиксируются крепления. Сервиторы подносят орудийные конечности. Вжикают болтовёрты. Техножрецы бормочут кодовые литании. Затем подключаются нейросоединения. Он разводит руки. Тупые, плоские пальцы расходятся в стороны. Он сжимает их в кулак. По залу разносится лязг. Теперь его наделят речью. Это всегда делается в последнюю очередь. Скорее всего, потому что никому не хочется слушать его крики, когда он просыпается.

Техножрецы преклоняют колени и прижимаются лбами к палубе.

– Зачем меня пробудили? – спрашивает он.

– С возвращением из пламени, – говорит один из воинов в зелёном. Он без шлема, в плаще и облачён в подобающее высокому званию и должности одеяние. – Лорд Дракос, я – Нумеон, советник Вулкана. Примарх призывает вас, повелитель.

''– Я хотел бы знать твоё мнение, Кассиан, – говорит Хорус.''

''– Моё мнение, что вы мне льстите, повелитель, – отвечает он.''

''Примарх разражается громовым смехом.''

''– Чуть-чуть, но в главном я честен. Окажешь мне такую любезность? Расскажи, что ты думаешь.''

''– Ваше пожелание для меня – фактически приказ…''

''– Да перестань! Как командующий Шестнадцатого легиона может приказывать командующему Восемнадцатого?''

''– По той простой причине, что командующий Шестнадцатого – сын Императора.''

''– Это правда, – признаёт Хорус. – Но ты не сможешь отделаться от меня с помощью подначек и уловок. Выкладывай своё мнение о плане сражения, как воин и как друг.''

''Секунда тишины.''

''– Не делайте этого.''

''– Почему? Что не так с планом?''

''– С ним всё в порядке. Он сработает. Просто мне кажется, что именно'' вам ''не нужно в нём участвовать. Он обойдется слишком дорого – в крови и в жизнях, их и наших.''

''– Вот как? Думаешь, я уязвим?''

''– Думаю, это вас недостойно. Думаю, единственный сын Императора должен показать нам, какой должна быть война, а не какова она есть. – Он делает паузу. – Думаю, вы и так это знаете.''

''Хорус кивает и легонько хлопает Кассиана по плечу.''

''– Спасибо, старый друг.''

– Кассиан? – окликает его Вулкан.

– Мой господин, – отзывается Кассиан. Неизвестно, сколько времени он провёл, погрузившись в воспоминания. Он снова осматривает комнату: в нишах гранитных стен теплится огонь горнов, рядом с примархом стоит Нумеон. Он жадно вбирает в себя впечатления… И всё же образ Хоруса мерцает рядом, словно прошлое существовало всего мгновение назад.

Неужели это происходит на самом деле? Вот бы всё оказалось сном, что приснился ему в полужизни… Ему так хочется в это поверить. Лучше так, чем…

Он замечает, как Нумеон бросает взгляд на Вулкана. Примарх не отвечает. Он невозмутимо смотрит на Кассиана.

– Ты знал Хоруса задолго до того, как я с ним познакомился, – говорит Вулкан. – Я приказал разбудить тебя, чтобы рассказать обо всём. Ты имеешь право знать.

Кассиан слышит, как воздух шипит в поршнях кулаков. Он еще спит? Может быть, лихорадка проникла в его забытьё и заставила переживать всё это?

– Я проснулся, чтобы служить легиону. Вот в чём моё предназначение. Что я могу сделать?

Вулкан грустно улыбается.

– Ты служишь этому легиону дольше меня, старый друг.

«Старый друг…»

«Ты думаешь, мы состаримся на этой войне?»

– Как ты хочешь послужить?

Он чувствует, как дергаются фантомные руки, слышит, как щёлкают поршни, что сжимают пальцы его кулаков.

– На поле битвы.

Вулкан кивает.

– Да будет так.

Кассиан Дракос не двигается с места. Всё замирает, как живая картина. Он до сих пор не уверен, что находится в реальности. Не то чтобы ему этого хотелось. Он надеется, что ещё спит, а когда проснётся, реальность будет совсем другой. Или что совсем не проснётся. Сейчас нужно что-то сказать. Он помнит, как был командующим легиона, Повелителем Восемнадцатого – давно, еще до того, как вернулся примарх. Вёл в бой воинов, сиживал за одним столом с властителями и с самим Императором.

– Нам должно отправиться к наковальне скорби, – говорит наконец Кассиан, – и в пламя войны.

<br />

===ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ===

На огромном корабле «Тень Императора» Альварекс Маун ожидает в сумрачных покоях примарха. От пола до сводчатого потолка поднимаются колонны. Над дверями расправляют каменные перья резные вороны. Пахнет каменной пылью и холодом. Слабый свет исходит только от люмен-полос, вмонтированных в стыки стен. Тишина заполняет комнаты от края до края. Обычно Маун ценит одиночество и тишину, как и все его сородичи. Но сейчас он предпочёл бы находиться среди палубной команды, или проверять системы перед запуском, или делать что угодно, лишь бы мысли были заняты. Лишь бы не стоять без дела.

Он заставляет себя сосредоточиться на хронометре в центре комнаты. Это доимперский хронометр высотой в два метра. Его кованый железный корпус украшен рельефными изображениями песочных часов, кос и черепов. Хрустальные панели позволяют рассмотреть его внутреннее устройство. Циферблат окружают два рельефных скелета: зубы оскалены в широких улыбках, в костлявых пальцах зажаты утекающие минуты и секунды.

– Альварекс.

Его имя слышится из тьмы за одной из колонн. Когда Коракс выступает оттуда, Маун чувствует, как по коже бегут мурашки. «Как долго он там стоял?» – думает Маун. Примарх смотрит на хронометр.

– Прошлое вещает нам о бренности настоящего, – говорит Коракс. Плечи его покрывает плащ из серых и чёрных перьев.

– О неизбежности смерти, – добавляет Маун. – О манящем зове могилы. «Каков ты сейчас, такими были и мы. Каковы мы сейчас, таким будешь и ты».

– Именно так, – подтверждает Коракс.

– Как будто нам нужно напоминание.

Коракс не продолжает разговор.

Маун ждёт. Он понимает, что примарх неспокоен. Маун вот уже шесть лет служит магистром десанта, он принимал участие в одиннадцати Согласиях. Из-за свой должности он так долго находился рядом с примархом, что научился распознавать оттенки его молчания.

– Мне придётся потребовать от тебя выполнения ещё одной задачи, Альварекс.

– Я слушаю, повелитель.

– Нужно будет десантировать весь легион с орбиты на поверхность, как только мы окажемся в сфере Исствана V.

– Весь легион?

Коракс кивает.

– В течение ста минут с момента прибытия на орбиту.

Маун медленно выдыхает и приглаживает рукой короткий хохолок волос. Потом качает головой. Это просто нелепо. Он уж думал, что вся дурость во вселенной иссякла, но, видно, где-то забил новый родник. Он откидывает голову назад и вполголоса высказывает парочку сокровенных мыслей на жаргоне бродячих лагерей Ионуса, где родился. Коракс ждёт, наблюдая за ним спокойными темными глазами.

– Это… Повелитель, это невозможно.

– И всё-таки ты уже начал обдумывать, как это сделать.

Маун снова качает головой. Другие примархи, да что там, большинство из них не потерпели бы от одного из своих командиров такого ответа на приказ. Многие примархи вообще не подпустили бы его к командованию. Но многие – не Ворон, и Маун знает, что Коракс не хочет подрезать ему крылья. Свободным в мыслях, быстрым в действиях, не обращающим внимания на риск, звание или условности – вот каким Маун был пилотом, и таким он остаётся сейчас.

– Да, – говорит Маун. – Это можно сделать. – Он не сообщает, как именно, не предупреждает о риске, связанном с высадкой более чем шестидесяти тысяч легионеров во враждебную зону в течение нескольких минут одновременно с двумя другими легионами. Пусть смертные страшатся риска, Астартес его приветствуют. – Такие приказы пришли от Десятого?

Коракс склоняет голову.

– Мы должны завершить эту операцию быстро. Каждая секунда на счету.

Помолчав, Маун спрашивает:

– Повелитель, вас что-то тревожит?

– Как же не тревожиться в такие времена? Как не ужасаться? Конечно, я встревожен.

– Нет, я имел в виду – у вас есть сомнения в том, что мы планируем сделать и как?

Коракс молча смотрит на хронометр, на ухмылки кривляющихся скелетов.

Его беспокоит что-то неуловимое, думает Маун, такое ощущение, когда кто-то будто бы дунет холодом в шею за секунду до того, как незамеченная ракета оторвёт тебе крыло. Такое не выскажешь. Не позволишь ему выползти наружу, чтобы сеять страх. Но и забыть об этом нельзя.

– У нас нет выбора, Альварекс, – говорит наконец Коракс. – Мы должны вступить в войну. Сейчас, как есть. Выбора нет.

– Я начну планировать высадку, – говорит Маун.

Коракс слегка склоняет голову.

– Благодарю тебя, сын мой.

Примерно километром ниже покоев Коракса Каэдес Некс скользит в темноте. Он – и охотник, и добыча. Это одна из тренировочных палуб. Лабиринт из коридоров, люков, дверей и ловушек. На полу валяются пустые гильзы и обломки боевых сервиторов, на стенах следы от пуль. Никто не расчищает и не ремонтирует эти помещения, мусор и разрушения от предыдущих учений скапливаются здесь, как падаль в гнезде хищной птицы. Другие Гвардейцы Ворона тоже здесь бывают, но для Некса это дом, а они – всего лишь гости. В коридорах он один. Все остальные его генетические сородичи готовятся к грядущим убийствам, строя планы, заряжая оружие, проверяя снаряжение. Некс же готовится единственно верным способом: он убивает.

По тренировочной палубе рыщет неизвестное количество боевых сервиторов в агрессивном режиме. Некс специально активировал у них только ингибиторы эмоций, оставив когнитивные способности в неприкосновенности. Это сервиторы высшего класса, ткани мозга и скорость обработки информации у них на высочайшем человеческом уровне. С самыми медлительными он уже разделался. Теперь оставшиеся охотятся на него. Они коварны, смертоносны и хитры, но прежде всего – терпеливы.

Но Некс тоже умеет выжидать.

Приближаясь к одному из коридоров, он слышит шум. Звук совсем тихий, он едва различим на фоне гула корабельных двигателей. Это аритмичный стук: кто-то осторожно переставляет металлические ноги по запылённому полу. Расстояние – двадцать метров. Некс застывает с пистолетами наготове. Из темноты за дверью снова доносится металлический стук. Потом скрип гидравлических поршней. Некс перемещает вес с одной ноги на другую, намеренно позволяя подошве проскрести по полу.

Стук прекращается.

А потом превращается в ускоряющееся цоканье: цок-цок-цок! Четырнадцать метров, десять, шесть…

Сервитор влетает в дверной проём. Он похож на насекомое, только вместо конечностей у него клинки, а вместо жала – автоматные стволы.

Некс стреляет. Две дульные вспышки разрывают тьму и тишину. Два электро-заряда попадают в цель и заливают коридор стробоскопическим светом. Сервитор бьётся в конвульсиях, руки-клинки и стволы молотят по полу; потом он вздрагивает в последний раз и замирает.

До него снова доносится металлический перестук, который затем затихает. В темноте за дверью есть еще один охотник.

Некс разворачивается в сторону коридора и активирует аварийный выключатель своей брони. Её системы полностью лишаются энергии. Пучки фибромышц остывают. Сервоприводы отключаются. Угольно-чёрный доспех повисает на нём мертвым грузом. Некс замирает, затаив дыхание. Он оттягивает спусковые крючки пистолетов так, чтобы те балансировали в точке удара. Одно крошечное движение, и пистолеты выстрелят. Нужно только, чтобы мишень оказалась под прицелом.

Второй охотник выжидает, оценивает ситуацию. Потом приходит в движение. Некс не носит шлема, но его глаза, чернее чёрного, всё видят даже в этой темноте. Из верхнего люка высовывается конечность-клинок. Охотник собирается двигаться не по полу, а по потолку. Некс не шевелится. Если он двинется, сервитор набросится на него и вполне может его достать, прежде чем легионер успеет выстрелить.

Звяк… Сервитор зацепляется остриём клинка за решётку, прикрывающую потолок коридора. За первой конечностью следует вторая, а затем и всё тело пролезает сквозь люк над дверью. Из торса высовывается изогнутая, как жало насекомого, орудийная установка. Сходятся и расходятся прицельные лучи. Сервитор снова движется вперед, ползёт по потолку. Чёрное отверстие ствола – в двух метрах от Некса. Сканирующий луч пробегает по его броне. Нужно, чтобы сервитор подошёл ближе. Ещё немного…

Другая конечность чуть сдвигается. Луч перескакивает с брони на лицо Некса. Останавливается. Орудийная установка резко поворачивается, один чёрный взгляд встречает другой.

Он стреляет. Из установки сервитора вылетает снаряд, но пуля Некса быстрее. Скрытый в ней электро-заряд перегружает нервную систему киборга. Тот теряет равновесие, и его последний выстрел из-за предсмертных судорог проходит мимо цели. Пока сервитор валится на пол, Некс всаживает ему еще одну пулю в позвоночник. Сервитор падает и замирает. Некс снова запускает системы брони и чувствует, как позвоночник покалывает, когда фибромышцы соединяются с нервами.

Он прислушивается, но слышит только тишину.

Тренировка завершена.

Это хорошая подготовка к охоте на Исстване V. Никто не просил его участвовать в атаке. И никто не попросит. Но никто и не станет ему мешать, как никто не ставит под сомнение его присутствие на «Тени Императора». Он здесь, потому что Коракс хочет, чтобы он был здесь, и этого достаточно. Нет никакого прямого приказа или распоряжения, это всегда было и остаётся фактом, который никто не обсуждает. Так же, как и то, что Коракс хочет, чтобы он участвовал в операции.

Некс уже изучил разведданные с «Ад Темпереста». В основном его интересовали особенности и типы местности и условия окружающей среды – роза ветров, циклы дня и ночи, система траншей и, вероятно, туннелей, построенная врагом. Полигон для резни. Помимо всего этого, он обращал внимание только на цели, которые нужно обнаружить, на потенциальных жертв, которых нужно уничтожить. Он решил, что сосредоточится на высшем командном звене Сынов Хоруса: Хорус Аксиманд, Фальк Кибре, возможно, Малогарст – хотя вряд ли кривой советник окажется на передовой. Он не составляет подробных планов, отчасти потому, что любой план обречен превратиться в весьма приблизительный плод фантазии, а отчасти потому, что это не соответствует его стилю работы.

Он убийца. И был убийцей с тех пор, как себя помнит. Убийство считают преступлением, но оно было и остаётся необходимостью. Чтобы жить, нужно дышать. Чтобы выжить, приходится убивать. Так он и поступает. Дело не в удовольствии, не в гордости и не в гневе. Просто так уж обстоят дела. Люди причиняют тебе вред – ты их убиваешь. Люди причиняют вред другим – ты их убиваешь. Некоторым людям лучше бы не рождаться, и их ты тоже убиваешь. Всё просто. Странно, что кому-то это непонятно. Люди могут не соглашаться с этой истиной, только если они считают жизнь по сути своей священной. Но, очевидно, это не так. Иначе разве жизни растрачивались бы с такой легкостью? В шахтах Киавара жили тысячи людей, и все они были убиты: трудом, пылью, превращавшей их слюну в чёрную пену, ударами надсмотрщиков, голодом. Нет, жизнь не священна. Ты её создаешь и отнимаешь, чтобы защитить себя. Убивая, ты просто сам выбираешь, кому умереть, вместо того чтобы предоставить это случаю. Коракс понимает это, всегда понимал, и вот почему Некс на борту «Тени Императора», и вот почему он знает, что отправится на Исстван V. Он – Кровавая Ворона, Тот, Кто Выбирает Павших; для этого он существует.

Позади он слышит щелчок. Призрачный луч целеуказателя скользит в темноте и касается его щеки чуть ниже левого глаза. Ещё один боевой сервитор свисает с потолка прямо в дверном проёме. Должно быть, он пришёл вместе с киборгом, которого Некс только что убил, синхронизируя свои шаги с шагами товарища так, чтобы казалось, что явился только один. Умно.

Коридор заполняется рёвом выстрелов. Темноту прорезают оранжевые вспышки. Пули попадают в плоть, пробивают кости, взрываются в теле.

Некс машинально перезаряжает пистолеты. С потолка в проходе свисают останки боевого сервитора, конечности-клинки всё еще цепляются за решётку. Из глубоких ран в его торсе капают кровь и масло. Некс проходит мимо. Корабль скоро выйдет из варпа. По каналам связи раздаются приказы о боевой готовности.

Некс готов. Он будет убивать.

«Тень Императора» плывёт сквозь варп. Вслед за ним тянутся сотни кораблей. Это корабли XIX легиона и вспомогательных войск – стая пустотных убийц цвета воронова крыла. Рядом с ними идут корабли XVIII и X легионов, баржи Механикума и линкоры Имперской армии. Все они сходятся в одной точке, их пути сплетаются друг с другом, как нити на веретене. Вместе их удерживают сообщения астропатов и мастерство навигаторов. Собрать такой флот в варпе – это подвиг навигации, который уже обошелся соединенным силам в несколько кораблей и экипажей. Фрегаты остались кружить вслепую, когда их навигаторы погибли от переутомления; крейсеры попали в коварные течения, пытаясь преодолеть штормовые волны, чтобы добраться до своих собратьев. Нет времени на корректировки: когда они совершат переход, их будут отделять друг от друга считанные минуты. Им нужно попасть в одну точку в один и тот же момент времени, или они будут потеряны. Варп-око каждого навигатора смотрит только вперед, выискивая знак, который выведет их на верный путь.

Когда Ургалльская низина оказывается на невидимой стороне Исствана V, «Ад Темпереста» перемещается. Включаются маневровые двигатели. Корпус разворачивается так, что нос корабля оказывается направлен в бездну. Затем реакторы в недрах корабля выходят на полную мощность. В пустоту бьют огненные конусы. Корабль начинает ускоряться. В окулярном куполе «Ад Темпереста» навигатор уже широко раскрыла глаза и смотрит из своего пузыря бронированного стекла. Она видит одновременно и реальность, и варп за ее пределами. Ее губы непрерывно шевелятся, шепча:

– Двенадцать к седьмому из пятого. Десятый дом закрыт. Девять в четвёртом и лазурное дерево…

Она ищет точку на границе между имматериумом и реальностью, где варп-двигатели корабля смогут пробить дыру. Так глубоко внутри системы с её планетами и гравитационными колодцами это опасно. Очень опасно. Корабль может разорвать на части, флот будет потерян, и всё это – в одно мгновение. Даже в самых критических ситуациях большинство кораблей не выходят в варп рядом с планетами. Но именно это собирается сделать «Ад Темпереста».

– Седьмой не закрыт. Слепые к солнцу, и всё же временно девять к девяти…

И это только первое из смертельно опасных действий. Роль «Ад Темпереста» заключается не только в сборе разведданных; он – проводник. Он проникает в системы, собирает данные, а затем создает навигационный маяк для основных сил флота. Он делал это много раз. Но не так глубоко внутри системы.

– Луна – драгоценность в первом, но не в третьем. Поворот на пять с заминкой...

В системе Исствана сейчас почти нет разумных существ. Это помогает. Обычно их сознания создают в варпе пузыри искажений. Вокруг планетных систем, где обитают миллиарды людей, варп необычайно коварен. Но Исстван мёртв, и только призрачные вопли убитых населяют волны.

– Агат невзрачен, за исключением три поворот на пять…

Навигатор всматривается, ищет, рассчитывает. То, что она видит – не истинный варп. Никто не может увидеть его и остаться в живых или в здравом уме. Как и все из её рода, она может воспринимать варп с помощью третьего глаза, но то, что она видит – это всего лишь визуальная метафора. У каждого навигатора она своя. Один видит варп как джунгли с бесчисленными тропками, другой – как бесконечные пересекающиеся чёрно-белые плоскости. Навигатор «Ад Темпереста» воспринимает варп как грани драгоценных камней, что сталкиваются и сливаются друг с другом.

На мостике серв-офицер оборачивается к Акронису.

– Варп-двигатели в полной готовности.

Акронис кивает. Открывает вокс-канал.

– Запуск варп-двигателей начнётся по вашей команде, навигатор.

Навигатор не отвечает. Её пальцы и так на кнопках управления переходом.

– Десять лун к полуночи поворот на пять. Зимнее солнце в топазе…

И вот она видит. Она видит точку, где плоскости драгоценных камней чуть расходятся, и наступает ясность и тишина. Она сжимает губы и активирует варп-двигатели.

В пустоте появляется дыра.

«Ад Темпереста» погружается в не-бесконечность варпа. В этот момент астропат корабля мысленно кричит.

В варпе навигаторы «Феррума» видят зов астропата как луч душевного пламени. Они вычисляют точку, откуда донесся крик, и устремляются к ней. Раздаются вопли их собственных астропатов, и всё больше кораблей выходят на тот же курс: «Тень Императора», «Катура», «Рождённый в пламени», и с ними их братья и сёстры.

«Феррум» вырывается из ночи в реальность. Остальные корабли один за другим следуют за ним. Сотни кораблей, за которыми тянется кильватерный след из призрачного света и пси-инея. За ними колышутся обрывки прорванной реальности – многоцветные рваные раны на фоне тьмы. Вот Великая эскадра Братства Вороньей Звезды – двадцать пять канонерок цвета воронёной стали. Вот макро-транспортники с отвесными бортами, которые везут военные машины Легио Атарус. Вот братья «Инфернус Новум» и «Вулканис Примус» в цветах Саламандр, выбрасывающие струи горящего газа, так что пламя окутывает их корпуса. Во главе идут флагманы легионов, их двигатели от ускорения раскалены добела.

Как только корабли выходят в пустоту, они начинают обмениваться сигналами. В варпе связь между ними ограничивалась астропатическими сообщениями. Теперь голоса, изображения и данные могут передаваться свободно. Пространство между кораблями заполняют потоки вокс-трафика. Туда-сюда проносятся приказы – командующие флотов координируют перемещения судов. Боевые приказы и отчёты о готовности текут рекой. И через всю эту разноголосицу проходит одна фраза, произнесенная адмиралом Клэйвом в момент, когда «Катура» вышла из варпа:

«Всем, кто слышит: это вспомогательная боевая группа «Новус Солар». Мы вступаем в войну. Фиделитас Империалис!»

<br />

===ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ===
– Фиделитас Империалис… – каркают вокс-репродукторы, подвешенные над столом в стратегиуме крепости рядом с Ургалльской низиной.

– Это они? – спрашивает Хорус Аксиманд. Капитан Пятой роты смотрит на Малогарста, подняв брови.

– Вокс дальнего действия уловил облако их сигналов сразу же, как только мы зафиксировали переход, – отвечает Малогарст. – Это они. Они здесь.

– Наконец-то, – рычит Фальк Кибре и издаёт смешок, который никто не подхватывает. – Глупцы идут на бойню. Они не подозревают, что мы знаем их шифры благодаря Двадцатому, не знают, что мы их слышим, не знают, что их ждет. – Он оглядывается вокруг с выражением лица, предвещающим боевую ярость.

– Фиделитас Империалис… – повторяет Хорус Луперкаль, и в его голосе нет и следа от радости Кибре. – Кто же тогда мы, сыны мои и братья? – Он поднимает глаза. Шум стихает. Здесь собрались все. Весь Морниваль, весь командный состав Шестнадцатого легиона, все капитаны и командиры рот – Кэл Экаддон, Граэль Ноктюа, Кэл-герадак, Кастий Третий и Аргонис. Здесь Мортарион и его ближайшее окружение, высокопоставленные офицеры Механикума и вспомогательных войск и Кхарн с элитой Пожирателей Миров. Все они смотрят на магистра войны, склонившегося над столом стратегиума.

«Планировал ли он это?» – думает Малогарст. Конечно, планировал. Общее собрание командования созвали сразу же после того, как атакующий флот перешел в реальный космос. Ни перехват сигнала, ни этот момент не были случайностью.

– Послушайте, сыны мои, послушайте же слова тех, кто пришёл убить нас! Вы их знаете. Все мы их знаем. Все мы связаны узами крови и вместе проливали эту кровь на полях сражений. Разве они не братья нам? Разве они не наши сородичи, с которыми мы прошли сквозь огонь и смерть, которых мы считали лучшими и вернейшими товарищами?

Хорус оглядывает своих сынов, смотрит им в глаза.

– Абаддон, разве Нерок из Восемнадцатого не спас тебе жизнь на Герише? Ултано, разве эти крылья у тебя на шее – не подарок от Девятнадцатого? Разве не были мы когда-то единым целым, братством воинов? А теперь мы разобщены. – Он кладет ладонь на поверхность стола. – Фиделитас Империалис… Верность Империуму. А мы, те, кто проливал с ними кровь, кто испил из той же горькой чаши, чтобы создать этот Империум – кто же тогда мы?

Он сжимает кулак и ударяет по столу. Слышится треск.

– Трайторис максимус… Величайшие предатели. Предатели – хотя это нас предали. Предатели, ибо мы готовы сражаться, чтобы защитить истинный Империум. Мы платим за то, что поняли первыми: Император – вот истинная угроза для Империума!

Его слова находят отклик. Гнев отзывается в сердцах Сынов Хоруса. Малогарст чувствует, как он дрожью проходит по венам. Каждый из Сынов Хоруса снова превращается в волка – собранного, готового убивать. Их глаза устремлены на отца. Когда он снова начинает говорить, его голос звучит тише.

– Трайторис максимус, сыны мои – вот кем они нас считают, и эти слова они высекут на надгробных камнях, которые поставят на наших могилах.

Хорус качает головой, сжав зубы; чёрные глаза сверкают гневом. В толпе зарождается ропот.

– Но мы верны высшему идеалу! Мы свято верим в будущее, основанное на истине, свободное от лжи, в которой мы родились…

Раздаются одобрительные возгласы.

– Мы – это будущее! Мы – его создатели и его воины!

Кулаки ударяют о нагрудные пластины, ропот сменяется ликованием.

– Мы положим конец империи лжи!

Теперь они ревут. Ревут так, что их крики эхом отражаются от холодного камня.

– Луперкаль! Луперкаль! Луперкаль Император!

Хорус смотрит на своих воинов с непроницаемым выражением лица.

Среди всего этого шума Малогарст не сразу замечает движение у входа. Он видит, как один из стоящих на страже юстаэринцев пытается преградить кому-то вход и тут же отлетает в сторону.

– Брат!

Это звучит достаточно громко, чтобы перекрыть восторженные возгласы.

В комнату врывается Ангрон. Его глаза широко раскрыты, зубы оскалены. Толпа воинов расступается перед ним, их словно отталкивает исходящая от него ярость.

– Ты думаешь, что можешь заткнуть мне рот! – кричит Ангрон.

Малогарст делает шаг вперед: он ищет Кхарна. Лучшие воины юстаэринцев и Морниваль уже рядом с Хорусом. Только сам магистр войны не шевелится. Он смотрит, как Красный Ангел надвигается на него.

– Ты затыкаешь мне рот. Машинные жрецы подчинили себе внеатмосферные вокс-системы. – Взгляд Ангрона останавливается на Малогарсте. – Твой кривой прихвостень забрал наших легионных астропатов.

– Они нам нужны, – говорит Малогарст.

Прежде чем он успевает заметить движение, Ангрон уже на расстоянии клинка.

– Ещё одно слово, и оно станет последним, калека. Может, твоих омерзительных питомцев и надо кормить ведьмами, но давай не будем притворяться, что ты не получаешь двойную выгоду!

– Я не могу позволить тебе разрушить наши планы, Ангрон, – говорит Хорус спокойным голосом, который мог бы превратить воздух в лёд.

– Ты не смеешь сажать меня на цепь!

– Нельзя их предупреждать. Нельзя отправлять сигналы. Я же говорил. Я же объяснял.

– А нужно – действовать! – Внезапный крик – как удар топором, уничтожающий последние остатки спокойствия. – Честь не требует объяснений. Мне не нужно иного права или иной истины.

– Говоришь как тиран и сын тирана, – хрипло произносит Мортарион, останавливаясь между словами, чтобы втянуть воздух. Повелитель Смерти выходит из тени, так что три примарха образуют треугольник с Ангроном во главе острого угла. – Ты ведёшь себя, как эгоистичный ребенок, Ангрон. Ты не согласен с нами и поэтому хочешь разрушить всё созданное нами. Мы все поплатимся за твое представление о том, что правильно. Ты убьёшь и нас, и наших воинов – не ради их идеалов, а ради своих. Совсем как наш отец.

На мгновение Малогарсту кажется, что Ангрон вот-вот бросится на брата, как было с Фулгримом. Но Красный Ангел не двигается. Он просто смотрит, как завороженный, как зверь, получивший удар между глаз. Повелитель Смерти поворачивается к нему спиной, склоняет голову перед Хорусом и уходит. Хорус смотрит на Ангрона. Малогарст понимает, что магистр войны выжидает. Выбирает слова, думает, что сказать. И нужно ли вообще что-то говорить.

Лицо Ангрона передергивается, затем он тоже отворачивается и уходит. Собравшиеся офицеры Хоруса смотрят ему вслед.

– Кхарн! – кричит Малогарст и, хромая, направляется к советнику примарха. Тот не двинулся с места. Кхарн открывает и закрывает рот, плечи его дергаются, словно он не может дышать. Он смотрит на Малогарста невидящим взглядом. Затем проталкивается сквозь толпу Пожирателей Миров и Сынов Хоруса, а вслед ему летят крики.

Щёлк-щёлк!

Кхарн дошёл до двери, ведущей из Крепости на чёрные пески плато, и пытается хоть что-то выговорить. Дверь охраняет солдат-человек.

– Ангрон… – выдавливает Кхарн.

Щёлк-щёлк!

Солдат качает головой, то ли не понимая, то ли притворяясь, что не понимает. Кхарну всё равно. Он хватает человека за шею и поднимает так, что его израненное лицо оказывается в считанных сантиметрах от лица смертного.

– Ангрон… Где? – выдавливает он. Смертный трясётся в его хватке, но всё же указывает на юг. Туда, где находятся линии обороны перед зоной боевого командования III легиона. Кхарн отбрасывает человека в сторону и слышит, как тот кричит от боли. Он выходит наружу, подволакивая ногу, с отвисшей челюстью. Огни Крепости мерцают позади, беззвучно насмехаясь над ним. Он сосредотачивает взгляд на горизонте и тащится вперед.

Следовать за Ангроном нетрудно. Надо всего лишь идти за трупами. Он чует их раньше, чем видит: внутренности и кишечная жидкость, затем фрагменты сервиторов, адептов Механикума, растерзанные и брошенные трупы смертных солдат, сапог с оторванной ногой внутри, разрубленный пополам череп. Искромсанный кусок мяса, нафаршированный обломками металла. Никто не стрелял. Оружие, что он находит, холодное. У них не было времени снять предохранители. Кровь ещё тёплая.

Он переваливается через бруствер в одну из внешних траншей. Со стрелковой ступени свисают обрывки мяса и кожи. Отрубленная голова и часть плеча покачиваются на портупее, зацепившейся за траншейную распорку. Выстрелов, на которые он мог бы идти, по-прежнему нет. Кхарн тяжело дышит, стараясь двигаться быстрее.

Куда направляется Ангрон? Чего он хочет добиться? Не надеется же он прорваться сквозь центральные линии обороны и – что дальше? Пробиться к вокс-узлу? Предупредить флот Ферруса о том, что у них за спиной враги? Вокс-узел находится точно в середине крепости. Добраться до него изнутри невозможно – придётся драться со всеми Сынами Хоруса и половиной Детей Императора. Но и снаружи к нему тоже не подобраться. До стен два километра траншей и редутов.

Он останавливается.

И вспоминает, сколько времени провёл здесь Ангрон, пересыпая между пальцами песок, вглядываясь в звёзды, в горную гряду, будто бы размышляя о былом.

Будто бы.

Хоть он и охвачен яростью, озлоблен, сломлен предательством и утратой, он по-прежнему остается примархом, чей ум и сама сущность созданы для войны. Кхарн вспоминает, каким бывал взгляд примарха на военных советах: словно он где-то далеко, словно ничего не видит. Его разум поврежден, но он всё ещё способен воспринимать информацию с первого взгляда. Кхарн думает о том, что видел Ангрон, когда взирал на Крепость.

Ему хочется выругаться, но сведённая судорогой челюсть не слушается.

Он пытается бежать, ноги заплетаются, вокруг клубится пыль, и тут по всей Крепости начинают выть сирены. Кхарн бросает взгляд наверх, и ему кажется, что на небосводе появились новые звёзды. Он выплёвывает проклятие и спешит дальше.

«Тень Императора» сияет среди ложных звёзд исстванского неба, двигатели на полной мощности несут её сквозь пустоту. Входя в покои Коракса, Альварекс Маун чувствует, как вибрирует палуба.

– Они знают, что мы здесь, – говорит Коракс прежде, чем Маун успевает что-то сказать. Тишина, что раньше заполняла покои, исчезла. Серебристый свет отбрасывает чёрные тени. От колонн эхом отражаются голоса: одни прерываются помехами, другие хрипят сиплым басом. Это записи дальних перехватов из зоны высадки – неразборчивые, с кусками нерасшифрованного кода, они накладываются друг на друга, шипят. На мгновение Маун вспоминает ветры Нелвара, великой крепости-гнезда, которую легион построил на его родной планете. Там можно стоять на стартовых площадках над облаками и слышать, как меняется ветер, прислушиваться к его голосу.

– Понимаешь? – спрашивает Коракс.

– Да.

Примарх стоит спиной к Мауну в столбе серебристого света, чёрные волосы ниспадают на обнажённые плечи. Он наполовину облачен в доспехи. Части брони и оружие висят на стойке перед ним. Обычно для того, чтобы вооружить и экипировать легионера, не говоря уже о примархе, требуется сервомеханизм и полдюжины смертных, но сейчас Коракс один и сам прикрепляет каждую пластину на место.

– Мы готовы к высадке, – говорит Маун. – Я…

Он замолкает. Шум голосов в воксе, который до этого медленно нарастал, резко обрывается, и в покоях воцаряется тишина. Её нарушает только тиканье больших часов в центре комнаты. Коракс выпрямляется и делает глубокий вдох, расправляя плечи.

– Останься, – просит он. Маун моргает, пытаясь угадать, что сейчас произойдёт.

– Повелитель…

– Мне понадобится свидетель, Альварекс, и, судя по всему, судьба избрала свидетелем именно тебя.

– Что… – начинает он.

– Я слишком долго откладывал этот разговор, но больше с ним тянуть нельзя.

– ''Вокс-связь установлена, лорд Коракс,'' – раздается прерывающийся от помех голос женщины-серва. Она подключена к одному из вокс-ретрансляторов намного выше, на командном мостике, но кажется, будто её голос исходит из-под земли, словно шёпот камня. Коракс берёт пластину брони, устанавливает на место и нажимает на кнопку. С потолка опускается серворука с болтовёртом. Слышится тихое жужжание. Коракс берёт другую пластину.

– Соединяйте, – говорит он. – Начинаем сеанс.

Сначала слышно потрескивание, неритмичные всплески механических звуков, а потом появляются призраки. Их серые черты едва намечены в неверном гололитическом свете. Обе огромные фигуры кажутся ещё больше из-за доспехов. Маун ощущает их присутствие даже в голопроекции – по коже бегут мурашки, во рту пересыхает.

''– Рад встрече, братья,'' – произносит Вулкан. Глаза его светятся на призрачном лице. Феррус Манус чуть опускает подбородок, едва заметно подтверждая, что и он рад встрече. Он смотрит на что-то, недоступное взглядам остальных. Прикрепленные к его спине механические конечности вытягиваются и сгибаются, нажимают на кнопки, протягивают инфопланшеты, чтобы Феррус мог на них взглянуть. Смотреть на него – все равно что наблюдать за вращающимися шестернями больших черных часов: вечно в движении, зубцы безостановочно проворачиваются и цепляются друг за друга.

Пауза затягивается.

Феррус быстро взглядывает на экран – мелькает проблеск серебра.

''– Мы практически завершили подготовку к штурму. Как только закончим, начнётся обратный отсчёт. Я буду передавать всю новую информацию напрямую вам и вашему командному составу по мере необходимости.''

Вулкан не шевельнулся, но даже по гололитическому изображению видно, сколько ярости в этой неподвижности. Коракс склоняет голову, лица обоих братьев отражаются в его чёрных глазах.

– Брат, – говорит он осторожно.

Феррус Манус не отрывается от трёх планшетов, данные на которых одновременно просматривает.

– Феррус… – окликает его Коракс, складывая руки на груди. На этот раз он вознаграждён взглядом серебристых глаз.

''– Твой разведывательный корабль и его экипаж заслуживают поощрения, –'' говорит Горгон. Затем шестерни его внимания снова обращаются к инфопланшетам. ''– Если у вас появились какие-то новые соображения о нашей цели теперь, когда мы в системе, я готов их выслушать.''

Коракс бросает взгляд на призрачное изображение Вулкана.

''– Нам нужно поговорить, Феррус, –'' вступает Вулкан.

''– Высадку авангарда обсуждать уже поздно, –'' возражает Феррус Манус. ''– Если только ты хочешь внести самые минимальные изменения. Мы можем обсудить десант основных сил, там возможны более масштабные изменения, но предложить их нужно сейчас, а привести в действие – в течение четырнадцати минут.''

''– Я не о высадке хочу поговорить, брат, – терпеливо объясняет Вулкан.''

''– Всё остальное неважно.''

– Кроме одного вопроса, который мы должны задать еще раз, – говорит Коракс тихим и спокойным голосом. – Стоит ли нам это делать?

Теперь Феррус Манус поднимает голову. Его взгляд предвещает бурю.

К тому времени, как Кхарн добирается до замаскированного входа в туннель, огни приближающегося флота скрываются за облаками. Бронированные двери туннеля открыты. Этот вход, скрытый в лабиринте траншей, спроектирован так, чтобы быть незаметным. Он предназначен для внезапной вылазки в гущу вражеских войск в будущем, когда эта зона будет захвачена. Сам туннель спускается вниз и проходит под чёрными песками к основанию Крепости. Стены его состоят из сплавленной скальной породы и песчаного стекла. Они блестят в свете мигающих аварийных огней. Двери застопорились, не успев закрыться; на рычагах запорного механизма всё ещё лежат руки мертвеца. Воют сирены, но не из-за Кхарна с Ангроном. Они воют, потому что там, во тьме, в систему вошли вражеские корабли. Враг у ворот.

«Ангрон знал», – думает Кхарн. Он был готов. Ждал в засаде, как тигр.

Кхарн идёт дальше по туннелю. Теперь он под стенами, в Крепости. Вокруг лежат рассеченные пополам тела Детей Императора. Кхарн ковыляет вперед, забрызгивая лодыжки кровью. Он держит руку на рукояти сакса, но как это поможет, если его атакуют прямо сейчас? Он не чувствует правой руки. Челюсть клацает, хватает воздух. Почему он жив? Почему он здесь?

Он слышит, как за углом по коридору отдаётся рёв цепного топора. По стенам идут толстые кабели. Кхарн чувствует покалывание статического электричества. Это один из узлов связи. По этим когитаторам и подключенным к ним сигнальным кабелям передаётся информация от одних зон Крепости к другим. Если их уничтожить, половина сил обороны ослепнет и оглохнет. Но Ангрон пришёл сюда не за этим, и не поэтому он прорубил свой путь сквозь ряды Детей Императора. Он хочет отправить сообщение.

Кхарн поворачивает за угол и видит своего примарха. Вокруг валяются трупы. Должно быть, Дети Императора, но они в таком состоянии, что об этом остаётся только догадываться. Ангрон горбится, подёргивая плечами. Спереди он весь залит кровью. Кхарн видит, что дверь в вокс-узел находится прямо за примархом. Она всё ещё закрыта. Мигают оранжево-жёлтые тревожные огни. Воют сирены. Челюсть Кхарна щёлкает им в такт.

Примарх тянется к двери.

– Ангрон, – зовёт Кхарн, но выходит только тихий всхлип.

Мигают жёлтые огни. Челюсть Кхарна хватает воздух. Онемелые пальцы сжимают рукоять клинка. Глаза Ангрона блестят отражённым светом. Он стоит неподвижно.

– Кхарн, – говорит он.

– Не… надо…, – выговаривает Кхарн. Каждое слово даётся ему ценой огромного усилия. – Не делай этого.

Ангрон смотрит на него.

В следующий момент Кхарн летит кувырком.

Во рту вкус крови. Это его кровь. Он летит, под ним проносится пол туннеля. Потом он врезается в стену. Хрустят, ломаясь заново, едва сросшиеся кости.

Его ударили. Ангрон ударил его. Один-единственный раз, тыльной стороной ладони. Небрежная демонстрация силы. Кхарн падает на землю, и от удара из горла вылетает ещё один сгусток крови. Он лежит в пыли. Изо рта течёт кровь. Челюсть клацает, хватая воздух, правой руки он не чувствует. Оживает цепной топор. Кхарн видит бесформенную красную тень, что несётся к нему – такую же видели Дети Императора за секунду до того, как превратиться в кучу окровавленного мяса на полу туннеля. Цепной топор встречается с его саксом. Каким-то образом он ухитрился вытащить клинок и блокировать опускающийся топор Ангрона. Он чувствует, как ярость покусывает основание черепа, покалывает онемевшие пальцы.

Ангрон нависает над ним. Зубья цепного топора визжат, проворачиваясь в силовом поле Кхарнова клинка. Примарх оскаливается.

– Как ты смеешь! – рычит он, и цепной топор придвигается ближе к лицу Кхарна. Он осознаёт, что примарх сдерживается. Ангрон мог бы разнести его клинок на куски, мог бы зарубить его десяток раз за то время, которое потребовалось бы ему, чтобы вздохнуть. Но не стал. Это одновременно и проявление сострадания, и оскорбление.

– Ты – бессильная тень самого себя, едва способная поднять клинок, и всё же ты пытаешься заковать меня в цепи!

– Однако он поднял клинок, – раздаётся новый голос. Он спокоен, и всё же в нём чувствуется сила штормового ветра. – И если тебя сковывают цепи, то только мои.

Ангрон встаёт и оборачивается. Бронированная дверь в конце коридора открыта. Хорус Луперкаль выходит вперёд. Он в доспехах. С плеч, укрытых волчьей шкурой, ниспадает алый плащ. В руках он держит Сокрушитель Миров. Остановившись, Хорус опускает навершие булавы на пол. Он смотрит на Ангрона; лицо его спокойно, взгляд твёрд.

– Не выйдет, брат, – произносит он. – Никто не предупредит Ферруса и его союзников. Этого не будет.

Два примарха смотрят друг другу в глаза.

– Так нельзя, – рычит Ангрон. Его пальцы сжимаются на рукоятях цепных топоров.

– Я слушал, Ангрон, – отрезает Хорус. – Я объяснял. Но в конечном счёте слова ничего не значат. Нужно действовать.

Кхарн чувствует, как в животе сжимается холодный комок, и ему кажется, будто на лице Ангрона мелькает удивление.

– Хорус… – начинает Ангрон.

– Ни слова больше, брат.

Хорус поднимает Сокрушитель Миров над головой, а потом с силой бьёт его навершием в пол. Звук удара раскатывается в пульсирующей оранжевым светом тьме подобно удару грома.

Ангрон втягивает воздух.

Потом мир погружается в бешеную круговерть боя.

<br />

===ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ===
Вопрос Коракса теряется в тишине. Маун замирает на месте. Серворуки Ферруса тоже застывают на середине движения. Он пристально смотрит на Коракса. Гнев в его взгляде так силён, что Маун чувствует его, словно физический удар. Ворон не шевелится; чёрные глаза встречают взгляд призрачно-серебряных.

''– А ты считаешь, нам следует бездельничать? –'' интересуется Феррус

– Я считаю, нам нужно поговорить о том, что мы ''уже'' делаем, – отвечает Коракс.

''– Хватит разговоров.''

– Не было никаких разговоров, – говорит Коракс. – Были астротелепатические сообщения, воззвания, планы, но мы ничего не обсуждали.

''– Всё, что нужно знать, уже известно. Всё, что нужно сказать, уже сказано. Остаётся лишь сделать то, что необходимо.''

– Но так ли это необходимо? – терпеливо спрашивает Коракс.

''– Это наш долг!''

– Но почему?

''– Потому что так приказал Император…''

– Император приказал положить конец восстанию Хоруса, а не…

''– Потому что они предали всех нас!''

– …а не перебить всех, кто с ним связан, Феррус.

''– Потому что они должны умереть! –'' Феррус Манус тяжело дышит, ноздри его раздуваются, грудь и плечи ходят ходуном, он сотрясается от ярости.

– Это будет не приведение к Согласию и не война за просвещение, – говорит Коракс. – Это будет резня. Так почему же не подобает нам задуматься над совершением такого деяния? Скажи мне, Феррус!

''– Потому что мы правы! Потому что они сами навлекли это на себя!''

– Десять дней назад они были нашими братьями. Этого не изменят слова, что десять дней носились между звёздами. Они всё ещё наши братья.

''– Нет! –'' громогласно ревёт Феррус. Коракс всё так же неподвижен, он смотрит в глаза призрачному образу. Феррус качает головой. Когда он снова начинает говорить, голос его тих. ''– Они нам не братья. Я это видел. Я это слышал. Я это знаю. Тех, кого мы знали, больше не существует. Нет им прощения. Нечего тут думать.''

''– Самообладание есть мудрость, – напоминает Вулкан, и каждое его слово – будто катящийся с горы валун.''

''– Вы опять заводите этот разговор? Именно сейчас? –'' Феррус озирается, взглядывая то на Коракса, то на Вулкана. ''– Слабость отравляет нас. Я не позволю…''

– Ты выслушаешь нас, брат!

Это произносит Коракс. Его слова эхом отдаются во мраке зала. Маун чувствует, как по коже пробегает дрожь, словно его доспехи заледенели внутри. Коракс выдерживает взгляд Ферруса Мануса.

– Ты будешь слушать, – повторяет он, и голос его снова спокоен. – А мы будем говорить. И здесь мы решим, какое будущее нам суждено.

Феррус не отвечает ни словом, ни жестом. В своей неподвижности он исходит яростью.

– Если мы это сделаем, пути назад не будет, – осторожно говорит Коракс. – Придёт конец всему, чем мы были, всему, чем был Крестовый поход, всему, к чему стремился Империум. Всё это умрёт здесь, Феррус, на Исстване V. Никогда ещё не случалось такого восстания, не было столь великой причины для праведного возмездия.

''– Император приказал… –'' снова начинает Феррус.

– Положить конец восстанию, заставить Хоруса ответить за его преступления, сделать так, чтобы это безумие закончилось, не успев распространиться. Никто не говорит о прощении. Мы должны действовать. Но только от нас зависит, останется ли что-нибудь от разрушенной Хорусом мечты. Неужели мы должны поступить именно так? Неужели мы утопим наше братство в крови и оставим будущему наследие резни?

На мгновение Маун думает, что Феррус Манус ответит гневным рыком, но, когда примарх начинает говорить, его голос похож на низкий гул катящегося железа.

''– Четыре легиона, –'' говорит он. ''– Сотни тысяч уже мертвы. Трупы их собственных братьев превращаются в прах на планете, которую они отравили и сожгли. Четыре флотилии кораблей готовы напасть на нас с тыла, как только мы вступим в сражение. Что из всего этого побуждает тебя к сдержанности?''

''– Причина, Феррус, –'' отвечает Вулкан. ''– Фулгрим попытался переманить тебя на свою сторону, напал на тебя и бежал. Как ты сам сказал, только ты один видел лицо этого восстания. Но можешь ли ты объяснить, почему Фулгрим перешёл на их сторону? Почему это сделал Хорус – Хорус Луперкаль, найденный первым, первый среди равных?''

''– Это неважно.''

''– Важно,'' – настаивает Вулкан. ''– Сколько бы ты ни возражал. Причина всегда важна, иначе какой смысл во всём, что мы делаем?''

Маун наблюдает за Феррусом Манусом. На секунду ему вспоминаются Пожиратели Миров и Железные Руки, с которыми он летал в небесах Вракса. В Пожирателях Миров, без сомнения, чувствовалась ярость, но это была ярость битвы, которая приходит, когда один воин должен пролить кровь другого и рискнуть собственной жизнью. А вот Железные Руки сражались не с яростью, а с гневом – чистым, сосредоточенным гневом, который они обуздали и использовали подобно генератору в машине. Первые были свирепы, но вторые ужасали.

''– Так скажи мне, что, по-твоему, мы должны делать, –'' говорит Феррус, и Маун слышит гнев, клокочущий под тонким слоем железного самоконтроля.

''– Ждать, – отвечает Вулкан. – Окружить и установить блокаду.''

''– А дальше? Предложить условия? Ждать капитуляции? Это Хорус! И Мортарион, и все прочие. Думаешь, они капитулируют? Думаешь, они не подготовились к осаде, также как и к нападению? Их корабли возвращаются. Ты слышал рапорты. Они собирают силы либо для прорыва блокады, либо для удара нам в спину во время штурма. Мы должны атаковать, и атаковать сейчас. Время не терпит.''

– И это единственная причина, брат? – спрашивает Коракс.

Феррус смотрит на него.

''– На что ты намекаешь?''

''– В твоих словах есть мудрость, –'' говорит Вулкан. ''– Твоя проницательность и стратегическое мышление не вызывают сомнений. Но сейчас в тебе говорит не только стратег. Как и во всех нас.''

Взгляд Ферруса мечется между двумя примархами. На лице его затравленное выражение.

– Для тебя это не просто война, – говорит Коракс. – Это личное.

Кхарн всю жизнь провёл на войне. Он видел все её грани: кровавый, изувеченный ужас поля битвы, усеянного трупами, которые оставили иссыхать под чужим солнцем; хрупкое мужество солдата, бегущего в огонь, чтобы добраться до товарища. Он знает, что легионер Астартес в бою – это нечто за пределами понимания большинства людей. Это заметно по их глазам: «трансчеловеческий ужас», как некоторые называют это ощущение – осознание того, что рядом с тобой существо, способное убить тебя мгновенно, что ты заглядываешь за предел смертоносности и видишь простирающуюся на ним бездну. Кхарн это видел. Он читал об этом чувстве в описаниях летописцев. Он даже пытался его себе представить, но никогда не получалось. Но в тот момент, когда Ангрон и Хорус сходятся вместе, он, возможно, его ощущает.

Визжат зубья цепных топоров. От сотрясающих ударов с доспехов и оружия сыплются искры. Быстрота и ярость примархов превосходят всякое воображение. Хорус наступает, всегда наступает, нанося удар за ударом. А Ангрон наносит ответные удары под всеми возможными углами, топоры зацепляют булаву Хоруса, тянут ее вниз, ищут брешь в обороне.

Это нельзя назвать боем. «Бой» - слишком незначительное слово. А то, что происходит сейчас – это война. Вся сила армий, все мёртвые миры и обречённые мечты живут сейчас в этом кругу сверкающей стали.

Булава Хоруса опускается. Ангрон поднимает оба топора. Крутящиеся цепи зацепляются за рукоять Сокрушителя Миров. Слюдяные зубья вгрызаются в адамантиновое древко. Хорус отступает. Ангрон рычит, выкатив глаза. Он выбрасывает вперед ногу и попадает Хорусу в грудь. Алый глаз на груди магистра войны разбивается. Осколки красного хрусталя летят во все стороны. Ангрон издаёт рёв и замахивается. Хорус принимает удар рукоятью булавы, разворачивает её и навершием наносит удар Ангрону. Броня идёт трещинами. Ангрон восстанавливает равновесие, подняв топоры. Хорус стоит неподвижно, сжав зубы, глаза его – две чёрные, как ночь, дыры.

– Почему… никогда… нет выбора? – ревёт Ангрон.

– Нам выбора не дали, Ангрон, – отвечает рычанием Хорус, в глазах его пылает гнев. – Мы его завоёвываем. Мы делаем выбор кровью и клинком. Так сделай же свой!

Ангрон снова издаёт рёв. В нём столько же боли, сколько и ярости. Он наносит рубящий удар. Кхарн не просто видит удары своего примарха, он их чувствует. Он их знает. Это смертельные удары, какими обмениваются нуцерийские бойцы на топорах: так рубит воин, готовый умереть и забрать противника с собой. Правым топором – слева направо, обухом в грудь. Это чтобы укусить, выбить из равновесия. А теперь второй удар, левым – по голове, в то время как противник наносит контрудар. И двое воинов падают. Их верёвки перерезаны, честь и кровь мешаются в песке. Сейчас мир станет алым. Всему придёт багровый, кровавый конец. Кхарн чувствует, как онемелые пальцы охватывает раскалённая добела боль, а визг Гвоздей прожигает серый туман в голове.

Удар Ангрона не достигает цели.

Хорус отпускает рукоять Сокрушителя Миров. Булава падает. Хорус ловит один из Ангроновых топоров за древко. Затем опускаются когти другой руки. Кхарн не заметил, как развернулись лезвия. Они перерезают цепь, скрепляющую топор с запястьем Ангрона, Хорус вырывает оружие из хватки брата и наносит ему ответный удар. Цепной топор встречает лезвие собрата. Слюдяные зубья впиваются друг в друга. Визжат цепи. Сокрушитель Миров ударяется об пол.

Это тупик. Но не совсем. Скорее, Хорус демонстрирует, что мог бы уже закончить бой, мог бы завершить его смертельным ударом, но предпочёл вместо этого забрать оружие самого Ангрона.

Хорус придвигается к Ангрону, глядя на него сквозь скрещенные клинки.

– Так что ты выбираешь, брат?

– Я хочу убить его, Феррус, – убеждает Коракс. – Мне хочется убить их всех. За то, что они сделали, за то, что они украли, за мои воспоминания о них, которые навсегда останутся всего лишь прологом. Вот за что я хочу их убить. Но не из-за стыда.

Феррус Манус не смотрит ни на Вулкана, ни на Коракса.

''– Не смей… –'' начинает он.

– Они ошиблись, – говорит Коракс. – Не смогли понять, какой ты брат, какой ты сын. Не смогли верно оценить того, кто сейчас стоит рядом со мной. Того, кто всегда был верен и никогда не предаст.

''– Но они-то так думали, –'' выдавливает примарх Железной Десятки и поднимает взгляд на братьев. Теперь в нём нет гнева. В нём нет ничего. Его взгляд – словно открытая рана. ''– Они думали, что я поддержу их.''

''– Они ошибались, –'' говорит Вулкан. ''– Но, чтобы смыть эту ошибку, реки крови не нужны.''

Феррус смотрит на Вулкана.

''– А тебе они предлагали пойти против отца? –'' Он поворачивается к Кораксу. ''– Или тебе? Что, если они знали меня лучше, чем я сам себя знаю? Что, если часть меня хотела к ним прислушаться?''

– Нет в тебе такой части, – уверяет Коракс. – И не было.

Горгон закрывает глаза. Шестерни машины на миг останавливаются. Ничто не движется. Никто не поддерживает непрерывный ход войны. Есть только изнеможение, боль и тишина.

''– Спасибо вам, –'' говорит наконец Феррус. ''– Спасибо, братья. Я… –'' Слова застревают у него в горле, и он только качает головой. ''– Но другого выхода нет.''

Он смотрит на Вулкана''.''

''– Позиции ясны, расчёты определённы. Если бы я мог, я передал бы командование тебе, и пусть твоя мудрость нашла бы для нас выход. Но сейчас нет места для сдержанности, и нет времени медлить. Мы колеблемся – и Хорус побеждает. Мы выжидаем – и Хорус побеждает. Если хоть часть мятежников выживет, мира не будет. Ни сейчас, никогда. Междоусобная война до конца времен. –'' Он смотрит на Коракса. ''– Мы должны сделать это – сейчас.''

Маун слышит, как тикает механизм больших часов; теперь это единственный звук в зале.

''– Скажите мне, если я неправ, –'' говорит Феррус, и в его тихом голосе больше силы, чем в гневном громыхании. ''– Скажите, что есть другой путь, который не ставит всё под угрозу. Это ведь Хорус, братья мои.''

Маун пытается угадать, что скажет его примарх, но в то же время он это чувствует, как чувствует падающий самолёт, который изо всех сил сопротивляется силе притяжения.

– Я не вижу другого пути, – признаётся Коракс. – По крайней мере, с теми данными, что нам известны.

''– И нет времени на то, чтобы узнать больше, –'' продолжает Феррус, ''– и наш единственный путь – это путь смерти, резни и огня. Вы спросили меня, должны ли мы поступить именно так, и я говорю вам: да. Именно так мы и должны поступить.''

– Я задал этот вопрос не потому, что сомневался в тебе, брат, – говорит Коракс, – но из-за того, что, сказать по правде, больше всего на свете мне хочется оказаться подальше отсюда. Чтобы все мы оказались где-нибудь подальше. Чтобы всё это оказалось дурным сном, который развеялся бы, как дым, после пробуждения.

Коракс отворачивается от проекций. В сумраке, пока он снимает со стойки оружие, его лётный ранец походит на сложенные вороньи крылья. Он не видит, как Феррус прижимает кулак к груди в знак признательности, и как Вулкан склоняет голову.

– Начнём же, – говорит Коракс. – Сделаем то, что до́лжно.

– Я не сдамся! – грохочет Ангрон. – Давай! Руби! Покончим с этим!

– Нет. – Хорус отступает, опускает топор и бросает его на пол. Зубья со скрежетом проворачиваются, а потом замирают. Коридор снова погружается в тишину. Даже сирены стихли. – Нет, брат. – В словах Хоруса слышится жалость.

«Нет!» – кричит что-то в голове Кхарна. Лучше убить, чем пожалеть.

Ангрон всё еще сжимает в руке второй цепной топор. Всё так же вращаются зубья. Но ярость в его глазах сменяется опустошённостью.

«Пустота… Серый туман… Истерзанный воин, которому не позволено умереть».

– Твоя война ещё не окончена, брат, – тихо говорит Хорус.

Ангрон закрывает глаза.

– Почему?

– Потому что для этого мы созданы. Потому что такими создал нас Он. Потому что именно Он наложил на тебя ту единственную цепь, которой ты скован. И есть только один способ разорвать её.

Зубья цепного топора останавливаются.

– Мы должны были сражаться с честью. Мы не хотели стать такими, как Он.

Хорус кивает.

– У нас не было выбора. Он отнял его.

Ангрон снова закрывает глаза. Ссутулив плечи, он опускает голову.

– Мы были созданы для того, чтобы жить и убивать не ради себя, а ради другой, высшей цели. В этом у нас нет выбора, брат. Эта цепь сковывает нас всех. Ты не найдешь свободы в собственной смерти. Но, возможно, найдешь ее в смерти нашего отца.

– Возможно… – Этот голос принадлежит не военачальнику. Ангрон говорит тихо, как человек, который пережил боль, агонию и утрату, перешедшие в ярость, а потом – в крайнюю усталость. – Кровавый путь приведёт меня туда…

Хорус кивает.

– Нет другого пути, брат, и никогда не было.

В этот момент Кхарн что-то чувствует. Не пламя ярости и не прилив боли. Что-то холодное, будто кусок льда застрял в груди.

Ангрон подходит ко второму цепному топору и поднимает его. Он выпрямляется и начинает наматывать на запястье оборванную цепь.

– Тогда начнём.

<br />

==ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ==
ПЛАНЕТАРНЫЙ УДАР
<br />

===ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ===

Первые выстрелы битвы звучат за миллионы километров от Исствана V. Огонь ведут корабли первой волны десантного флота. Тысячи торпед, каждая – величиной с жилблок, летят впереди кораблей. Им потребуется несколько часов, чтобы достичь цели.

Магистр войны отвечает спустя несколько секунд. По всему Ургалльскому плато разворачиваются мобильные пусковые установки. В баки трансатмосферных ракет вливается топливо. Нажаты руны активации. Ауспикаторные комплексы намечают цели в приближающемся флоте. Техножрецы в серо-черных одеждах, обслуживающие запуск первой ракеты, бормочут молитвы над боеголовкой. У основания ракеты вспыхивает огонь, дым и пламя вырываются оттуда клубами. Отстреливаются фермы-опоры. Ракета начинает подниматься, сначала медленно, затем всё быстрее – огненный кулак, устремленный в небеса. Происходит ещё один пуск, затем ещё, и вот ракета за ракетой расчерчивают небо. Чаша низины превращается в море раскалённого газа и пыли. Из бункеров, разбросанных по краю низины, выезжают макроперевозчики. На их платформах лежат новые ракеты. Рядом идут толпы людей, которые тянут цепи и обрызгивают ракеты и машины маслом и кровью; их серо-черные одежды загораются от ракетных выхлопов. Горя, они кричат что-то на ломаном коде.

Над укреплениями Крепости мгновенно активируются пустотные щиты. Отряды солдат спешат вниз, в темноту. Легионеры из Гвардии Смерти и Сынов Хоруса покрикивают на них со стрелковых ступеней, веля поторапливаться; воют сирены, смыкаются над огневыми позициями взрывозащитные купола.

Малогарст наблюдает за всем этим с башни в северной зоне. Он видит, как техноадепты в последний раз проверяют генераторы щитов и спешат вниз. Малогарст не идёт за ними. Он покинет поверхность одним из последних. Воздух отдаёт металлом и гарью. Взлетающие ракеты окрашивают небо в красный цвет. Он смотрит сквозь радужную плёнку пустотных щитов ввысь, где, как неверные звёзды, светятся и мерцают приближающиеся корабли. Как ни странно, он спокоен. Теперь все приготовления, все планы и расчёты отошли на второй план. Враг здесь. Назад дороги нет. Все произойдет так, как должно.

Еще одна ракета взмывает в небо. Одно мгновение Малогарст смотрит на неё, а затем поднимает свой посох. Звенят цепи, свисающие с бронзового глаза. Он с силой ударяет древком посоха в пол. Заостренный конец впивается в металлическую решетку платформы. Малогарст отпускает дрожащий посох. Он обнажает свой меч – многие забывают, что он его носит. Клинок иссечён хтонийскими метками убийств. Малогарст поднимает его, направляя острие в небо.

Он позволяет себе улыбнуться.

– Приходите за нами, – говорит он.

Орт смотрит на точки света, покрывающие поверхность Исствана V. Сейчас он подключен к своей боевой машине: все каналы связи активны, все элементы управления работают. Он чувствует ярость «Расемиона», как свою собственную, и старается сконцентрировать мысли и гнев в одной точке. Орт наблюдает по пикт-каналу за сервами, отсоединяющими топливопроводы от «Грозовых птиц», которые доставят легион на поверхность. Исстван V приближается, он растёт на увеличенном изображении, которое передают датчики «Феррума». Орт может видеть укрепления и вспышки от запусков ракет. В тени крепостных стен уже светятся красные метки, обозначающие зону высадки и первые цели.

Его «Разящий клинок» зафиксирован в подвесном устройстве под ведущим штурмовым кораблём. Двадцать других транспортов висят в своих пусковых ложементах. Каждый из них способен перевозить роту или эскадрон бронетехники. Свет на пусковой палубе мигает красным, затем гаснет. В инфоканале Орта мерцает маркер.

– Все подразделения готовы, – сообщает Орт по командному воксу. – Клинок обнажён. Fidelitas Imperator.

Палуба пускового отсека раскрывается. Атмосфера устремляется в пустоту.

''– Клинок обнажён,'' – раздаётся в ответ.

Орт чувствует, как шум его мыслей на мгновение затихает. Это Феррус Манус говорит по общему воксу, стоя во мраке своего штурмового корабля. Рядом с ним, должно быть, элита клана Аверниев, облаченная в терминаторскую броню, в шлемах, с оружием в руках. Орт почти может их видеть, а вместе с ними – лицо примарха, его сверкающие руки и глаза, которые окрасило в красный цвет пламя запусков.

– Fidelitas Imperator, – произносит примарх Железных Рук. – Да падёт клинок.

Над Ургалльским плато рассветает. Ветер, что дует с гор, прогнал облака с небес. На тёмном куполе над головой видны звёзды. На укреплениях всё тихо. Слышится электрическое потрескивание пустотных щитов. В воздухе висит пыль. Мобильные пусковые установки выпустили весь свой заряд по приближающемуся флоту. Обгорелые фермы поскрипывают на ветру. Полумёртвый фанатик Механикума в сгоревших одеждах цепляется за одну из платформ, плача бессмысленным кодом. Всё затихло, словно остановившись для вдоха.

Стоя на крепостной стене, Сота-Нуль видит, как падают первые бомбы: короткая вспышка в атмосфере, потом – яркий огненный шар, когда испаряется внешняя оболочка, потом –серебристая линия, словно сброшенный с небес кинжал, что движется быстрее звука. Она наблюдает. Она производит расчёты. В этом мгновении есть покой.

Удар.

Вспышка.

Затем раскатистый рокот сверхзвукового полета сливается с грохотом взрыва.

Бомба попадает точно в центр Крепости над самыми высокими укреплениями. Это «убийца городов». От удара образуется полусфера плазмы. Ослепительно яркая плазма вырывается наружу, на её фоне разлетаются и детонируют суббоеприпасы. Грохочут раскаты взрывов, один за другим, словно барабанный бой. Пустотные щиты рушатся. Небо над Крепостью застилает пламенем.

Сота-Нуль невозмутимо продолжает наблюдать: её глазные линзы приглушают яркий свет. Генераторы пустотных щитов уже перезапустились. Жгучая ярость взрыва остаётся вдали, её надёжно удерживают энергетические поля. Атакующие, конечно, это предвидели. Их разведданные выше всех похвал. Никто и не ожидал, что этот первый удар нанесёт сколько-нибудь серьёзный ущерб. Это всего лишь символический жест, огненный трубный глас, возвещающий об их намерениях. Сота-Нуль высоко оценивает этот жест. Она позволяет эмоциональным данным проникнуть в мозг. Как ей довелось узнать, эмоции – это не недостаток. Это источник силы. И сейчас она ощущает восторг.

Она переключается на вид с сенсоров на дальней стороне крепостных стен, за пределами зоны поражения. Время словно замедляется. Наверху проходит границу атмосферы целый шквал снарядов. Сота-Нуль рассчитывает вектор каждой боеголовки и отправляет команду на запуск.

Орудийные установки на крепостных стенах открывают огонь. Тьму поглощают звёздные вспышки – торпеды поражают боеголовки до того, как те найдут цель. Но чтобы остановить ливень, а не просто проредить его, этого недостаточно. Купол щитов поражает вторая боеголовка. Затем в одну секунду в цель попадает сразу пятьдесят торпед. Теперь вокруг только грохот, ослепительно белый свет и грибообразные клубы пламени, поднимающиеся по всей Крепости. Пустотные щиты вспыхивают, рушатся и снова восстанавливаются. И всё так же несётся с небес огненный шквал.

Одна боеголовка взрывается в пыльной равнине за пределами крепостных укреплений. Это сейсмическая бомба, нацеленная на участок голой земли. Размером она не меньше линейного титана, с заостренным кончиком и короткими тупыми стабилизаторами. Она углубляется в пыль, затем в скалу под ней, и детонирует. Взрываются гравигенераторы и дополнительные заряды. По почве и скальному основанию прокатываются ударные волны. Плато вспучивается, будто поверхность моря. Ракетные платформы опрокидываются. Линии окопов перекорёживает. Бункеры проваливаются в открывшиеся трещины.

Мелта-боеприпас поражает один из пиков горного хребта на краю низины. Вершина плавится и стекает по склонам раскалёнными реками. Орудийные позиции у подножия горы тонут в огне и жидком камне.

Над всем плато взрывающиеся в воздухе боеприпасы выбрасывают из своих корпусов миллионы бомб меньшего калибра. Суббоеприпасы вращаются в полёте, как семена-крылатки, и поют. Они взрываются в метре над землёй. Стабилизаторы и корпуса становятся шрапнелью. Последних технофанатиков, что ещё цепляются за пусковые платформы, разрывает в клочья.

Затем достигают высоты детонации инферно-бомбы. В каждой – десять тысяч литров прометия. Они взрываются и воспламеняются. Расцветают и падают шары жидкого пламени, покрывая землю раскалённым саваном. В небеса взмывают огненные столбы, встречая авангард, спускающийся в преисподнюю.

– Запуск.

Это слово словно толкает Альварекса Мауна вперед. Запускаются двигатели штурмового корабля. Инерция вдавливает его в кресло. В иллюминаторах мелькают двери ангара. Потом – мгновение тьмы и блеск звёзд. Ненадолго кажется, что он совсем один. В его мире есть только шум двигателей и писк приборов. На секунду наступает совершенный покой. Потом он разворачивает корабль, и всё поле зрения перед кокпитом заполняет Исстван V. На дисплее шлема появляются отметки, обозначающие целевую зону на поверхности планеты, но Мауну они не нужны. Он и так всё видит. Даже на самой границе космоса видна огненная буря.

У Мауна вырывается короткий смешок. Он не может сдержаться. На душе у него тяжело из-за предстоящей резни, но сейчас он чувствует прилив радости. Он возглавляет крупнейший десант в истории!

– Всем авиакрыльям подготовиться к высадке, – передаёт он по воксу, и первые крылья Гвардии Ворона направляются к поверхности, обгоняя снаряды и торпеды. Штурмовые корабли с чёрными корпусами летят стаями, сперва те, что поменьше – «Грозовые орлы» и «Громовые ястребы», за ними – огромные тёмные крылья «Грозовых птиц».

Из днищ судов сыплются десантные корабли, их огоньки похожи на рой светлячков. Десантные капсулы, как кометы, оставляют за собой алые следы в атмосфере планеты. Индикаторы ауспика выглядят как калейдоскоп предупреждений о сближении.

– А это может оказаться непростой задачей, – говорит Псевдус Вес с кресла первого пилота. В его голосе не больше волнения, чем если бы он рассуждал о погоде. Маун знает, что это максимум эмоций, которые пилот способен проявить: он всегда спокоен, всегда здраво мыслит, летит ли он с отказавшими двигателями и половиной крыла или только что сбил двух неприятелей.

Мимо проносится ракета с поверхности, бесшумная в вакууме. Внизу «Штормовой орёл» разлетается на части в облаке огня. По обшивке кокпита стучат осколки. Рядом вакуум прорезает лаз-луч. На мгновение всё, что видит Маун, затемняется. Индикатор высоты мигает желтым. Маун активирует внутренний вокс.

– Статус полёта – жёлтый, – говорит он. – Приготовьтесь.

– ''Готов,'' – слышит он голос Коракса. Примарх, должно быть, стоит в отсеке для экипажа, ноги примагничены к палубе. Рядом с ним – Тёмные Фурии, черные крылья сложены за спиной, молниевые когти убраны.

Под ними взрывается ещё один корабль. Внезапно вся пустота оказывается охвачена огнём. Вес резко уводит корабль в сторону от облака обломков.

– Всем авиакрыльям пикировать и разойтись в стороны, – командует Маун, пока Вес кренит корабль вправо и включает двигатели на максимальную тягу. От жара при входе в атмосферу крылья окутывают языки пламени. Фюзеляж трясёт.

Маун бросает взгляд направо. Изгиб планеты делит обзор напополам. Он видит рассеянные огоньки готовых к высадке кораблей Саламандр. Десантные капсулы сыплются из них, словно огненные семена.

Кассиан Дракос не чувствует, как стартует его десантная капсула. Он вообще ничего не чувствует. Ни как отпускает фиксатор, ни как включаются двигатели. Он знает, что падает, только по бегущим цифрам на краю поля зрения. Снаружи – пламя, жар, сквозь которые проносится десантная капсула, вонзаясь в атмосферу Исствана V. Должно быть, вовсю палит зенитная артиллерия – взрываются снаряды, ракеты мчатся к целям. Грохот, огонь, мигающие в отсеках штурмового корабля индикаторы готовности, рёв двигателей. Всё несётся сквозь пламя.

Но не здесь.

Здесь только амниотический покой.

Кассиан чувствует, что его мысли скачут.

Он летит? Капсула стартовала?

Да, высота снижается.

Падение. Вниз, в огонь. Как пуля, вылетевшая из корабля в цель.

Цифры высоты расплываются. Он ощущает активное оружие в своих кулаках. Поршни и шестерни. Ему хочется закрыть глаза, но это невозможно. У него больше нет глаз. Их выжгли и вырвали…

''– Что ты там делал, старый друг?'' – улыбается ему Хорус.

Он открывает рот, чтобы ответить. Но рта тоже нет. Только подключенный к машине череп, плавающий в жидкости.

''– Так ты думаешь, мы состаримся на этой войне?''

Включаются тормозные двигатели капсулы. Кассиан узнаёт об этом, потому что поршни в его конечностях поглощают силу удара. Одно мгновение он не понимает, где находится.

На краю его поля зрения видны цифры. Они уменьшаются. Убывают. Да, он в десантной капсуле. Он падает на Исстван V. В первой волне атаки Саламандр. Ему предстоит столкнуться с Хорусом. Не с тем, кого он знал раньше, а с предателем, каким он стал сейчас.

''– Ты сжёг дотла моё прошлое, – говорит он воспоминанию о Хорусе. У него нет рта, поэтому слова звучат только в его сознании. – Ты растоптал его и бросил в огонь. Почему, Хорус? Чего ты добиваешься?''

''Почему?'' Вопрос остаётся без ответа. Единственный вопрос, который важен, но ответ на него ничего не изменит.

''Я собираюсь сразиться с тобой, старый друг. В последний раз.''

Звучит сигнал, предупреждающий о столкновении. Высота стремительно снижается.

''Последний десант. Последний набег с огнём и железом.''

Десантная капсула приземляется. Она ударяется о землю под углом и катится по черной пыли, вращаясь, как детский волчок. Двери-лепестки откидываются и впиваются в землю. Капсула содрогается и тормозит. На миг машинное зрение Кассиана затуманивается. Он ничего не слышит. Затем активируются слуховые системы. Вокруг грохочут взрывы, раздается стрельба.

Над ним высится Крепость. Её окутывает пламя. Над башнями мерцают пустотные щиты. Всё небо поглотил пульсирующий оранжево-красный дым. Размыкаются удерживающие его магнитные фиксаторы. Он делает шаг, другой. Вокруг падают другие десантные капсулы. От некоторых ещё до столкновения с землёй немного осталось. Кассиан видит среди огня оторванные конечности, разбитую броню, кровь. Одна капсула благополучно приземляется в двадцати шагах от него. Двери с грохотом откидываются. С боевых позиций между ними и Крепостью открывают огонь. Выходящих из капсулы Саламандр косят трассирующие снаряды, их броня сминается, как бумага под ливнем.

''Хорус, что ты наделал?''

Кассиан смещает поле зрения и видит, откуда ведётся огонь. Это турель, встроенная в бруствер траншеи. Саркофаг звякает от попаданий. Позади него выжившие Саламандры из ближайшей десантной капсулы продвигаются вперед, используя его громаду в качестве укрытия. Он включает внешние динамики.

– За Единство! За истину! За Императора! – Старый боевой клич, который звучал, когда Империум ещё не вышел за пределы системы Сол. Но это не имеет значения. Ближайшие к Кассиану Саламандры подхватывают клич и выкрикивают его в горящее небо.

Кассиан бежит к турели. Ещё больше снарядов рикошетит от саркофага. Он видит стволы роторной пушки, торчащие из бруствера. Они раскалены докрасна. Рядом с ним бегут Саламандры, стреляют, издают боевые кличи. Кассиан их не слышит. Всё заглушает дождь снарядов.

Он на бегу врезается в турель, своей массой пробивает бетонную стену, не сбавляя скорости. Кулак находит роторную пушку и вырывает ее из крепления. Снаряды в автоподатчике детонируют.

Когда он отбрасывает турель в сторону, с неё скатываются останки орудийного расчёта. В траншее есть ещё солдаты. Это смертные, одетые в кольчуги и напичканные аугметикой, их окуляры светятся из-под краёв шлемов. Возможно, они стреляют. Кассиан этого не ощущает – он не чувствует ничего, кроме гнева. Он активирует встроенные в кулаки огнемёты, и солдаты тонут в огне.

Кассиан перешагивает через траншею. Над ним возвышается Крепость, а небеса горят, совсем как в его снах.

<br />

=== ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ ===

Когда транспорт, несущий «Расемион», пролетает над вершинами гор, Орт видит, как Саламандры открывают огонь. Рядом с ними летит эскадрилья перехватчиков «Ксифон» и «Огненных птиц». Они идут на низкой сверхзвуковой скорости, их пилоты и экипажи подвергаются таким перегрузкам, какие убили бы простых смертных. Назначенная им зона высадки находится в центральном секторе атаки, в тени Крепости.

Один из перехватчиков сбивает ракета, и он превращается в огненный шар. Визуальный сенсор, передающий изображение на дисплей Орта, приглушает вспышку. «Огненные птицы» открывают огонь. Ракеты устремляются к целям. Орудийные установки, вращаясь, поливают снарядами зенитные батареи на внешних стенах. Огонь противника ослабевает.

Транспорт Орта опускается всё ниже. Земля в двадцати метрах. На дисплее появляются данные о готовности. Он видит зону высадки. Над ними возвышается Крепость. Её стены – как отвесные скалы из чёрного камня. Он видит мерцание пустотного щита, по которому непрерывно бьют снаряды и турболазерные лучи. Из-под края щита горящими струями вырываются плазма и пламя взрывов. Вдоль крепостных стен мелькают вспышки – орудия открывают огонь. Штурмовые корабли сопровождения переводят прицелы, и на стены и башни обрушивается ливень ракет и снарядов. Они летят так низко, что стреляют не вниз, а вверх, под край щита. Орту кажется, что гусеницы танка вот-вот коснутся земли. Так оно и есть.

– Всем подразделениям, – говорит он по воксу, – запустить двигатели, оружие к бою.

Двигатели «Расемиона» оживают. Гусеницы «Разящего клинка» приходят в движение, прокручиваются в воздухе. Он и все остальные танки батальона по-прежнему закреплены в ложементах под транспортами.

Ещё ниже. Транспорты уменьшают скорость и открывают закрылки. Перехватчики и штурмовые корабли отделяются и уходят. Один из транспортов и «Огненная птица» взрываются. Показатель боевой мощи батальона снижается. Весь массивный корпус «Расемиона» вибрирует.

– Обороты двигателя в оптимальном диапазоне, – говорит водитель «Разящего клинка».

Они в пяти метрах от серых песков Исствана V. Фиксаторы ложемента разжимаются. Танк падает…

Мгновение тишины – ни вибрации, ни шума двигателей.

Затем они приземляются. Тонны брони и оружия врезаются в поверхность Исствана V. Гусеницы взрывают землю, в воздух вздымается пыль, и «Расемион» рвётся вперед. В его прицеле уже виднеются боевые машины в цветах Детей Императора – слоновой кости и пурпуре. Они прячутся за насыпями, и над землей видны только их башни и основные орудия. Противник уже ведёт огонь. «Расемион» дрожит от ударов, но это не бронебойные снаряды или энергетические лучи, это снаряды для автопушек и тяжелых болтеров, а огонь ведут модификации «Хищника» и «Сикарана», вооружённые и оптимизированные для быстрой передислокации и уничтожения пехоты и лёгкой техники. Но батальон Орта не лёгкий. Он будто удар молота. Один за другим танки высаживаются вслед за «Расемионом» и образуют стрелу во главе с «Разящим клинком» Орта – тысячи тонн брони и разрушительной силы врезаются в линии противника. В один из транспортов в воздухе попадают три ракеты. Фюзеляж и груз транспорта, кувыркаясь, падают на землю, а затем взрываются боеприпасы и топливо. Штурмовые корабли сопровождения выпускают ракеты по позициям Детей Императора. Вокруг всё громыхает и горит, ревут машины.

– Сосредоточить огонь на обнаруженных целях, – передаёт по воксу Орт. – Построение клином, скорость на максимум.

«Расемион» открывает огонь из главного орудия. Секунду спустя к нему присоединяются орудия танков, которые уже находятся на земле. Их огонь сходится в одной точке – на одиноком «Сикаране», притаившемся за насыпью из серой земли. Танк исчезает, просто разлетается на осколки. Насыпь, за которой он укрывался, взлетает в воздух, когда фугасные снаряды пробивают её насквозь.

– Разгоняемся, – говорит Орт, и водитель «Расемиона» кричит что-то в знак согласия. Следующие за ним танки подъезжают ближе, продолжая стрелять, чтобы расширить брешь в линиях противника. «Разящий клинок» врезается в эту брешь и пробивает насыпь насквозь, проезжает по обломкам уничтоженного «Сикарана» и спрыгивает с другой стороны. – Рассредоточиться вдоль линии. Уничтожайте всех без разбора.

Танковый клин Железных Рук вливается в брешь вслед за машиной Орта. Они расходятся в стороны и мчатся вдоль рядов окопавшихся танков III легиона, обстреливая их заднюю броню. Один за другим неприятельские танки взрываются.

<Пехота готовится к высадке.>

С момента планетарного удара прошло меньше минуты. Слишком медленно. Батальон Орта должен сформировать плацдарм глубоко в тылу врага, чтобы туда могла высадиться пехота. Над ними уже снижаются штурмовые корабли и десантные капсулы. Огонь противника на этом участке должен ослабеть не менее чем на пятьдесят процентов, прежде чем они приземлятся.

– Цель – укрепления впереди, нейтрализовать, – говорит Орт за секунду до того, как из рядов дотов, вырытых между ними и стенами крепости, раздаются первые выстрелы. От массированного ракетного обстрела содрогается земля. Воздух пронзают ракеты и лаз-лучи. «Расемион» не обращает внимания на попадания ракет и снарядов, как кулачный боец, легко переносящий шквал ударов. Ничто из этого не способно повредить ему или его товарищам. Вот почему Орт идет впереди с тяжелой бронетехникой. Этот участок линий Детей Императора построен для отражения пехотных атак с орбиты, уничтожения транспортов и десантных капсул. Он не готов к сокрушительному удару сверхтяжелых боевых машин.

И всё же им нужно продвигаться быстрее.

<Пехота готовится к высадке.>

«Расемион» стреляет из обоих стволов главного орудия. От отдачи его передняя часть резко подпрыгивает на ходу. Оба снаряда попадают в двухъярусный бастион, пробивают скалобетон и взрываются внутри. Крыша бастиона взлетает, словно шляпа, застигнутая штормом. Когда весь батальон Орта открывает огонь, на линию укреплений обрушивается мощная стена энергии и взрывов.

<Эффективность огня противника оценивается в 45% от оптимальной и снижается.>

<Начинается высадка пехоты.>

Вдруг перед «Расемионом» падает снаряд. Это сейсмический боеприпас, предназначенный взрываться под землей и сотрясать её, как кулак разъярённого бога. «Расемион» сворачивает как раз вовремя, но следующая за ним машина продолжает движение, когда пыль на мгновение становится словно бы жидкой. Танк проваливается, гусеницы проворачиваются в воздухе, пока он тонет в серой пыли. Ещё одно копьё раскалённого света приходит сверху, и ещё один танк превращается в огненный шар. Это стреляют главные орудия на крепостных стенах. Время истекло. Враг наконец отреагировал на высадку бронетехники, перенаправив орудия с главных стен, способные нанести ущерб Орту и его машинам.

– Переназначаю приоритетные цели, – командует Орт, обозначая цели по мере поступления данных с датчиков «Расемиона». – Обстрелять орудийные позиции на главных стенах.

В то время как Орт передаёт приказ, в линию укреплений врезается первая десантная капсула Железных Рук.

– Огонь! – кричит наводчик главного орудия, и «Расемион» содрогается от отдачи.

Снаряды «Расемиона» попадают в башню в двухстах метрах от Соты-Нуль. Это чистое попадание двумя снарядами из главного орудия, и башня взрывается. Стены и крыша разлетаются вдребезги.

Сота-Нуль на своей собственной башне ощущает ударную волну через секунду. Одеяния взмётывает порывом ветра. Окружающее её силовое поле искрит. Она не двигается с места. Черные танки X легиона уже в тени крепости. Это впечатляет. А теперь подлетают десантные капсулы и боевые корабли. Они уже так близко, что находятся ниже края щитов, защищающих стены крепости от орбитальной бомбардировки.

Небо над плато внезапно темнеет от десантных капсул и штурмовых кораблей. Они сыплются, словно дождь. На миг она позволяет себе ощутить благоговение. Эмоция пробирает ледяным холодом. Будто зарождение страха. Она фиксирует это ощущение, а затем отгоняет его. Количество снижающихся десантных транспортов почти достаточно. Время пришло.

Сота-Нуль запускает заранее подготовленную кодовую команду. Та передаётся по ноосферному каналу связи к вокс-мачте, а затем – к горам. И тогда машины, засевшие в пещерах и расщелинах, пробуждаются и начинают карабкаться наружу, к свету. С их панцирей сыплются пыль и осколки сланца, когда они наконец выбираются на раскалённый склон горы. Они пробыли там несколько дней, вгрызаясь в горные породы лазерными челюстями и оснащёнными поршнями когтями. Это совершенно новые существа, первые машинные дети Нового Механикума. Их сотни – чёрных, блестящих. Они начинают стрекотать, перекликаясь друг с другом; этот звук напоминает то ли скрежет ножей, то ли статику в воксе. Металлические когти впиваются в землю. Поршни опускаются. Металлические панцири раздвигаются. Из них выплескивается черное масло. К небу вытягиваются орудийные модули. Орудия сверкают латунью, сталью, хромом. Они рычат, заглатывая снаряды, и воют, накапливая энергию для выстрелов. Стеклянные глаза устремляются на чёрные десантные капсулы и штурмовые корабли, что сыплются с небес. Взоры машин сужаются. И затем пасти их орудий издают оглушительный рык.

Раздаётся несколько глухих ударов.

Маун чувствует, как зенитные снаряды поражают крылья. Штурмовой корабль дрожит.

– Попадание в крылья, – сообщает Вес абсолютно спокойным тоном.

– Во имя Терры, откуда это? – кричит Маун.

– Со стороны гор, большое количество боевых машин, – отвечает Вес.

Маун поворачивает голову и смотрит через стекло фонаря. В поле зрения появляются идентификационные значки. Он видит чёрную волну насекомоподобных машин, что вылупились из-под гор. Машины обстреливают его колонну, сбивая в воздухе боевые корабли. На краю светятся цифры, которые всё уменьшаются с тех пор, как они вошли в атмосферу.

824 – именно столько судов вылетело в авангарде XIX легиона. Восемьсот двадцать четыре корабля должны были добраться до планеты, в идеале – неповрежденными и так быстро, как только возможно.

819.

– Пресечь огонь с поверхности, – говорит Маун в вокс.

''– Так точно, командующий,'' – эхом приходит ответ.

Ударные истребители расходятся в стороны, чтобы захватить наземные цели.

815.

Всё небо, от границы космоса до поверхности, исчерчено огненными полосами. Снижающиеся корабли авангарда похожи на тысячи чёрных листьев, попавших в торнадо.

798.

– Мы слишком много теряем, – рычит он, – слишком много!

Эскадрильи ударных истребителей наносят стремительный удар. Среди машин, выползающих из горных склонов, взрываются бомбы и ракеты. Поток зенитного огня ослабевает. Но это всего лишь короткая передышка. Маун видит, как ещё больше чёрных, как жучиные панцири, машин выбираются из-под камня и занимают места тех, что были уничтожены бомбардировкой. Пилоты Девятнадцатого пользуются моментом и покрывают максимально возможное расстояние до высоты десантирования, пока ещё больше машин не выползло на свет и не начало по ним стрелять.

– Схема «Ястреб»! Снижаемся по схеме «Ястреб»! – кричит он в вокс. Ему не нужно кричать – он уже отправил заблаговременно заданный приказ, и теперь тот мигает на панелях управления всех летательных аппаратов авангарда. Но Маун всё равно кричит.

791.

«Слишком много, слишком много». Маун проклинает Ферруса Мануса, проклинает предателей, проклинает тот факт, что он знал об этом заранее, проклинает то, что у него нет выбора.

Штурмовой корабль выполняет переворот и резко пикирует. Рядом с ним и над ним то же самое делают остальные корабли первой волны.

– Мощность на двигатели, – говорит Вес, по-прежнему сохраняя полное спокойствие. Он выжимает рычаг тяги до максимума. Корабль ревёт. Весь обзор заполняет горящая земля. Маун видит Крепость, видит огненный вал, катящийся по ее пустотным щитам. Кажется, она так близко, что можно дотронуться рукой. Но на самом деле она слишком, слишком далеко.

784.

– Мы должны доставить примарха на точку десантирования, – говорит он.

– Вас понял, – сухо отвечает Вес и опускает нос штурмового корабля, переходя в пике. Весь авангард XIX легиона выполняет манёвр вслед за ними – синхронно, будто стая ворон.

White Dwarf (перечень номеров)

2026-02-27T04:00:47Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =WD1.jpg
|Описание обложки =
|Издательство =Games Workshop
|Год издания =1977-2026
}}
Издаваемый Games Workshop журнал, который посвящён различным RPG и настольным играм. На этой странице представлен список номеров, которые содержат материалы по Warhammer 40 000, Warhammer Fantasy Battles и Age of Sigmar.

==Список номеров:==

===1986===

'''[[White Dwarf 80]]'''

'''[[White Dwarf 83]]'''

'''[[White Dwarf 84]]'''

===1987===

'''[[White Dwarf 87]]'''

'''[[White Dwarf 91]]'''

'''[[White Dwarf 92]]'''

'''White Dwarf 96:'''

* [[Утверждено орденом: Крыло Ворона и реациклы модели 14 «Телец» / Chapter Approved: The Raven Wing and Mk14 jet-cycle 'Bullock' (статья)|Утверждено орденом: Крыло Ворона и реациклы модели 14 «Телец» (статья)]]

===1988===

'''White Dwarf 97:'''

* [[Индекс Астартес: Ультра-десантники / Index Astartes: Ultra-marines (статья)|Индекс Астартес: Ультра-десантники (статья)]]

'''White Dwarf 101:'''

* [[Индекс Астартес: Бадабская война / Index Astartes: The Badab War (статья)|Индекс Астартес: Бадабская война (статья)]]

===1999===

'''White Dwarf 236:'''

* [[Перерождение / Rebirth (WD) (рассказ)|Перерождение (рассказ)]]

* [[Мир Окровавленного Меча / The world of the Bloodied Sword (рассказ)|Мир Окровавленного Меча (рассказ)]]

===2000===

'''White Dwarf 251:'''

* [[Почему у орков красная кровь? / Why ork blood is red… (статья)|Почему у орков красная кровь? (статья)]]

===2001===

'''White Dwarf 257:'''

* [[Брешь в защите / A Breach of Security (рассказ)|Брешь в защите (рассказ)]]

'''White Dwarf 259:'''

* [[Герцог фон Кастелян: Жизнь и времена вольного торговца / Duke von Castellan: The Life and Times of a Rogue Trader (статья)|Герцог фон Кастелян: Жизнь и времена вольного торговца (статья)]]

===2002===

'''White Dwarf 265:'''

* [[Встреча радикалов / A Radical Encounter (рассказ)|Встреча радикалов (рассказ)]]

'''White Dwarf 270:'''

* [[Древняя угроза / Ancient Threat (рассказ)|Древняя угроза (рассказ)]]

'''White Dwarf 275:'''

* [[Врата ада / Gateway from Hell (рассказ)|Врата ада (рассказ)]]

===2003===

'''White Dwarf 277:'''

* [[Обряд экзорцизма / Rites of Exorcism (рассказ)|Обряд экзорцизма (рассказ)]]

'''White Dwarf 280:'''

* [[Рассвет мертвецов / Rise of the Zombies (рассказ)|Рассвет мертвецов (рассказ)]]

===2004===

'''White Dwarf 295:'''

* [[Экстремис Диаболус / Extremis Diabolus (рассказ)|Экстремис Диаболус (рассказ)]]

===2005===

'''White Dwarf 304:'''

* [[Фанатики / Zealots (рассказ)|Фанатики (рассказ)]]

===2014===

'''White Dwarf Weekly 44:'''

* [[Кодекс: Апокрифы - Герой старины / Codex: Apocrypha - Hero of Ancient Times (статья)|Кодекс: Апокрифы - Герой старины (статья)]]

===2015===

'''White Dwarf Weekly 52:'''

* [[Декурии некронов / Necron Decurions (статья)|Декурии некронов (статья)]]

===2019===

'''White Dwarf May 2019 / White Dwarf 442:'''

* [[Видения тьмы / Visions of Darkness (рассказ)|Видения тьмы (рассказ)]]

'''White Dwarf July 2019 / White Dwarf 444:'''

* [[Кровь воронов / Ravens' Blood (рассказ)|Кровь воронов (рассказ)]]

'''White Dwarf August 2019 / White Dwarf 445:'''

* [[За Императора / For the Emperor (рассказ)|За Императора (рассказ)]]

===2020===

'''White Dwarf 450:'''

* [[Последний из Безмолвных Царей / Last of the Silent Kings (статья)|Последний из Безмолвных Царей (статья)]]

'''White Dwarf 452:'''

* [[Конец путешествия / Journey’s End (рассказ)|Конец путешествия (рассказ)]]

'''White Dwarf 453:'''

* [[Ввысь / Skyward (рассказ)|Ввысь (рассказ)]]

'''White Dwarf 454:'''

* [[Последний вздох традиции / Tradition's Last Breath (рассказ)|Последний вздох традиции (рассказ)]]

'''White Dwarf 455:'''

* [[Военная зона Звена-Парии / War Zone Pariah Nexus (статья)|Военная зона Звена-Парии (статья)]]

'''White Dwarf 456:'''

* [[Клинковый гвардеец / Bladeguard (рассказ)|Клинковый гвардеец (рассказ)]]

'''White Dwarf 457:'''

* [[Восход Полумесяца / Crescent Rise (рассказ)|Восход полумесяца (рассказ)]]

* [[Конечная станция / The Terminus (рассказ)|Конечная станция (рассказ)]]

'''White Dwarf 458:'''

* [[Горечь выбора / The Woe of Choice (рассказ)|Горечь выбора (рассказ)]]

* [[Штурм побережья Нуртеоса / Assault on the Nurtheos Shore (рассказ)|Штурм побережья Нуртеоса (рассказ)]]

'''White Dwarf 459:'''

* [[Война за Арговон / War for Argovon (рассказ)|Война за Арговон (рассказ)]]

* [[Цена выживания / The Cost of Survival (рассказ)|Цена выживания (рассказ)]]

===2021===

'''White Dwarf 460:'''

* [[Индекс Астартес: Копья Императора / Index Astartes: Emperor’s Spears (статья)|Индекс Астартес: Копья Императора (статья)]]

'''White Dwarf 461:'''

* [[Они - это мы / They Are Us (рассказ)|Они - это мы (рассказ)]]

'''White Dwarf 462:'''

* [[Индекс Астартес: Экзорцисты / Index Astartes: Exorcists (статья)|Индекс Астартес: Экзорцисты (статья)]]

'''White Dwarf 466:'''

* [[Охота на Рыцарей Морвена / The Hunt for Mhorwen (рассказ)|Охота на Рыцарей Морвена (рассказ)]]

'''White Dwarf 467:'''

* [[Ксеночистка / Xenopurge (рассказ)|Ксеночистка (рассказ)]]

* [[Камешки в колесах / Grit in the Wheels (рассказ)|Камешки в колесах (рассказ)]]

'''White Dwarf 468:'''

* [[Индекс Астартес: Волчье Копьё / Index Astartes: The Wolfspear (статья)|Индекс Астартес: Волчье Копьё (статья)]]

'''White Dwarf 469:'''

* [[Разрушенный мир / Shattered World (рассказ)|Разрушенный мир (рассказ)]]

'''White Dwarf 470:'''

* [[Хроники Ереси Гора (статья)]]

===2022===

'''White Dwarf 477:'''

* [[Убивай. Калечь. Жги. / Kill. Maim. Burn. (рассказ)|Убивай. Калечь. Жги. (рассказ)]]

'''White Dwarf 478:'''

* [[Поход Ангела Смерти (статья)]]
* [[Вкус молнии / A Taste of Lightning (рассказ) |Вкус молнии (рассказ)]]

'''White Dwarf 479:'''

* [[Хабеас корпус / Habeas corpus (рассказ)|Хабеас корпус (рассказ)]]

===2022===

===2023===

'''White Dwarf 483:'''

* [[Не та зелень / Da Wrong Type of Green (рассказ)|Не та зелень (рассказ)]]

'''White Dwarf 485:'''

* [[Беспринципное разрушение / Opportunistic Obliteration (рассказ)|Беспринципное разрушение (рассказ)]]

'''White Dwarf 486:'''

* [[Плацдарм / Foothold (рассказ)|Плацдарм (рассказ)]]

'''White Dwarf 487:'''

* [[Отчаянный гамбит / A Desperate Gambit (рассказ)|Отчаянный гамбит (рассказ)]]

'''White Dwarf 488:'''

* [[Последний вдох / The Last Gasp (рассказ)|Последний вдох (рассказ)]]

'''White Dwarf 489:'''

* [[Лабиринт леди Малис / The Maze of Malys (рассказ)|Лабиринт леди Малис (рассказ)]]

'''White Dwarf 491:'''

* [[Свет Императора / The Light of the Emperor (рассказ)|Свет Императора (рассказ)]]

'''White Dwarf 493:'''

* [[«Болтливый Святой» / The Garrulous Saint (рассказ)|«Болтливый Святой» (рассказ)]]

===2024===

'''White Dwarf 496:'''

* [[Ударная группа Солариена / Strike team Solarien (рассказ)|Ударная группа Солариена (рассказ)]]

'''White Dwarf 497:'''

* [[Коварные лазутчики / Insidious Infiltrators (рассказ)|Коварные лазутчики (рассказ)]]

'''White Dwarf 498:'''

* [[Пустотники ВанТаррион / VanTarrion's Voidsmen (рассказ)|Пустотники ВанТаррион (рассказ)]]

* [[Лейтенант Тит из Ультрадесанта / Lieutenant Titus of the Ultramarines (статья)|Лейтенант Тит из Ультрадесанта (статья)]]

'''White Dwarf 504:'''

* [[Охотники На'пок / Na'pok's Hunters (рассказ)|Охотники На'пок (рассказ)]]

'''White Dwarf 505:'''

* [[Взор слепца / Blindsight (рассказ)|Взор слепца (рассказ)]]

===2025===

'''White Dwarf 511:'''

* [[Порочная клика / Depraved Coterie (рассказ)|Порочная клика (рассказ)]]

'''White Dwarf 512:'''

* [[Мрачные Клинки / The Gloeming Blades (рассказ)|Мрачные Клинки (рассказ)]]

'''White Dwarf 513:'''

* [[Клятвенники Крови Аркота / Arkoth's Gorepact (рассказ)|Клятвенники Крови Аркота (рассказ)]]

'''White Dwarf 514:'''

* [[Колдовской пакт Лживоуста / Warptongue's Hex-pact (рассказ)|Колдовской пакт Лживоуста (рассказ)]]

[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Warhammer Age of Sigmar]]
[[Категория:Warhammer Fantasy Battles]]
[[Категория:White Dwarf]]

Погибель кузниц / Forgebane (кампания)

2026-02-27T04:00:39Z

Shaseer:

{{Перевод Д41Т}}
{{Файл
|Файл =Campaign_Supplement_-_Pogibel_Kuznits_1_0_quot.pdf
}}{{Книга
|Обложка =Forgebane.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Desperado
|Переводчик2 =Sidecrawler
|Переводчик3 =samurai_klim
|Переводчик4 =Locke
|Переводчик6 =MoonPhoenix
|Переводчик5 =Ser Murzik
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2018
}}
==Введение==

'''Из этой книги вы узнаете о борьбе двух цивилизаций, всеми силами стремящихся привнести порядок в беснующуюся Галактику. С одной стороны — Адептус Механикус, которые относятся к машинам, как к святыням. С другой — раса некронов, в далёкие времена отдавшая свои смертные тела в обмен на живой металл.'''

Линия фронта расчертила Амонтеп II — мир-кузницу, богатую загадочным минералом, который когда-то не давал потокам варпа захлестнуть эту планету и ещё сотню других. Совсем недавно Адептус Механикус узнали о залежах необычной руды в своих владениях и теперь пойдут на всё, чтобы забрать их себе. Правители Марса послали ударные кибервойска из неутомимых скитариев и имперских рыцарей-оруженосцев под командованием доверенных техножрецов-доминус, чтобы обнаружить этот необычный материал, защитить его даже ценой собственной жизни и уничтожить любого, кто посмеет помешать.

Но не всё так просто. Некроны, спавшие долгие тысячелетия под поверхностью Амонтепа II, проснулись. Гениальные криптеки, стремящиеся восстановить оборону своей империи, получили доступ к отрядам массивных самоисцеляющихся Бессмертных, а также к каноптековым конструкциям, способным проходить сквозь физические преграды, как сквозь туман. Подобные схватки разворачиваются в сотнях других миров по всему Империуму, грозя вот-вот перерасти в полномасштабную войну, что определит судьбу не только Великого Разлома — разрыва в ткани реальности, протянувшегося через всю Галактику, — но, пожалуй, и самого человечества.

==Большое пробуждение==

'''В Галактике зреет новый конфликт между человеком и ксеносом — или скорее между сторонами, которые некогда соответствовали этим названиям, но давно превратились в созданий, намного более странных и смертоносных, чем существа из плоти и крови.'''

Важность Адептус Механикус для будущего человечества невозможно переоценить. Всё оружие и боевую технику, которыми пользуются армии Империума, производят, обслуживают и освящают жрецы культа Механикус. Без ревностно хранимых знаний и сокрушительной огневой мощи Адептус Механикус колоссальное сооружение империи человека очень скоро рухнет под ударами неисчислимых врагов.

И тем не менее Адептус Механикус держатся особняком от бесчисленной людской массы, обитая на суверенных планетах, которые называются мирами-кузницами. Эти независимые оплоты поборников Бога-Машины представляют собой настоящие индустриальные муравейники, задыхающиеся от промышленных отходов и покрытые корой из скалобетона и металла. Миры-кузницы образуют государство внутри государства — гигантскую нерушимую паутину, которую скрепляют догмы и сокровенные данные. Высокопоставленные киборги, составляющие машинный культ, не делятся знаниями с простыми —неаугментированными — людьми, считая себя выше них, поскольку те подвержены слабостям плоти и душевным переживаниям. Потому-то механикус ревностно прячут всякий клочок информации, как жадный богач прячет добытое золото.

С тем же пылом последователи Омниссии защищают принадлежащие им миры. В период Становления, пока завоеватели и владыки Империума выбирали среди подходящих для жизни планет самые крупные и стратегически важные, техножрецы Машинного бога искали миры, богатые ресурсами — природными ископаемыми, рудными залежами, геотермальными источниками и прочими, ещё более редкими и экзотическими вещами.

К несчастью, они не были первыми, кто оценил значимость таких миров.

Одним из загадочных материалов, которым Адептус Механикус решили найти применение, оказалось вещество под названием «ноктилит», на низком готике более известное как «чёрный камень». На всём протяжении истории Империума о его ценности даже не подозревали, пока к окончанию сорок первого тысячелетия не стало понятно его значение. Возможно, если бы техножрецы Марса разобрались в нём раньше, открытие Великого Разлома можно было бы предотвратить и не дать Галактике погрузиться в пучину бедствий.

Чёрный камень получают из гладкой тёмной породы, внешне похожей на обсидиан или оникс. При облучении волнами омниспика или прогноста камень проявляет целый ряд необычных свойств, а при внешнем осмотре ставит в тупик любого криптогеолога или террапеда. Это вещество находят только на определённых богатых ископаемыми планетах, раскиданных по всей Галактике. Правда, найдена тесная связь между мирами, заселёнными механикумами — отцами-основателями Адептус Механикус, и мирами-каменоломнями, в которых этот минерал присутствует. В некоторых из них или явно вели его добычу, или там на поверхности встречаются крупные монолиты из чёрного камня, возможно, извлечённые и установленные какими-то забытыми деятелями ещё в доисторические времена.

{{Врезка|''Изумрудные пески разбежались тонкими струйками, когда из-под поверхности дюны появилась плоская металлическая голова. Установленные на ней жвала щёлкали и скрипели, пока внутренние системы настраивали восемь отдельных глазков, тускло блестевших при ночном свете. Десять тысяч солнц казались булавками на фоне космоса, озарявшими череп механического создания, но часть созвездий окутывало лиловое свечение, похожее на полярное сияние. Еле слышно тикая, оптические линзы вращались, увеличивая изображение по мере того, как багрянистая зона неуклонно становилась ярче и затмевала собою звёзды. Кровоподтёк на небосводе одну за другой вбирал в себя фиолетовые точки ложных звёзд, пока на теле Галактики не появилась открытая рана.''

''Крошечные глазки металлического инсектоида поочерёдно вспыхивали красным: сначала один, затем второй. Когда зажегся третий, робот-наблюдатель быстро, но плавно развернулся и снова закопался в дюне. На секунду звёздный свет попал на разветвлённый хвост, а затем исчез и он. Единственным признаком того, что здесь кто-то появлялся, был маленький ручеёк из песка, вскоре развеянный ночным ветром.''}}

Кадия, пожалуй, самый известный мир, где в огромных количествах был найден чёрный камень. До падения мира-крепости его пустоши были утыканы сотнями «пилонов», нижней частью врытых в землю, а вершиной нацеленных в небо. В кадийских пилонах обнаружили странные круглые отверстия и прочие гладкие проёмы, которые вели в разветвлённую сеть туннелей внутри. Когда в них задувал ветер с местных болот, возникал необычный мелодичный звук, вызывавший тяжесть в затылке. Когда бы Адептус Механикус ни посылали зонды, чтобы разведать и составить карты этих проходов, крохотные сервиторы выбирались наружу, теряя всякую ориентацию и давая сбои, — если вообще выбирались.

Как раз перед тем, как силы Хаоса в невиданных прежде масштабах прорвались через Кадийские Врата, марсианский архимагос Велизарий Коул предположил, что существует какая-то связь между этими загадочными сооружениями и целями ударов Абаддона Разорителя — его Чёрных крестовых походов, что на протяжении долгих десяти тысяч лет оставляли рубцы на теле людского государства. Архимагос считал, что некое свойство чёрного камня, особым образом обработанного, укрепляет материальную вселенную и не пускает в неё эманации Хаоса. Структуры из чёрного камня могли удерживать и усмирять энергию эфира, которая просачивалась в мироздание, стоило какому-нибудь необученному псайкеру впустить в себя демона, или которая бурной рекой текла во время варп-штормов, вызывая бедствия космических масштабов.

Опередивший своё время вывод Коула стал ключевым моментом в планах марсианских техножрецов. Открытие имело колоссальное значение: конструкции из чёрного камня могли предотвращать прорыв эмпиреев или, другими словами, стать преградой на пути демонов, стремящихся пролезть через бреши в ткани реальности. С тех пор архимагос, как одержимый, рассылал своих агентов по всей Галактике, чтобы раскопать как можно больше ноктилитовых месторождений. Первым таким агентом оказался магос-доминус Дентрекс Ологостион. Он получил приказ любыми путями заполучить эту породу или, в самом крайнем случае, охранять её залежи до тех пор, пока известия не дойдут до марсианского жречества и минерал не заберут, проведя надлежащие процедуры.

Но есть в Галактике ещё одна сила, тоже желающая заполучить этот необычный ископаемый ресурс, чтобы, обработав, усилить его природное излучение настолько, что он превратится в могучий щит против энергии Хаоса. Прежде спавшие миры-гробницы некронов к концу сорок первого тысячелетия постепенно просыпаются, и теперь в них ровными рядами выстраиваются бессмертные солдаты, которых миллиардами пробуждают каноптековые автоматы, что прежде несли над ними долгое бдение.

Завоевания, которые ведут некроны, беспощадны и ужасающе результативны. В каждом сегментуме они вычищают жизнь из своих суверенных владений с тем же равнодушием, с каким сервитор-экстерминатор выжигает вредителей в портовом складе. И это не беспорядочные нападения, а чётко спланированные удары в самое основание галактической империи Адептус Механикус. На переднем крае новой войны шагают криптеки-техноманты. Эти загадочные гении ведут фаланги металлической нежити и насекомоподобных каноптеков в бой против последователей Машинного бога на сотнях планет, богатых природными ресурсами. Вскоре после того, как магос Ологостион взялся за Амонтеп II, остановить его вышел техномандрит Агдахакс из династии Саутехов. По мнению Агдахакса, человечество, само того не ведая, решило захватить самое ценное из природных богатств, и теперь пора показать этим жалким смертным, где их место.

{{Врезка|+++

<Доктрина инициатус>

Степень срочности: ультима

Приказ Коула

Всем фабрикаторам: назначить макроклады для изъятия предписанной породы:

Подссылка: Ноктилит (пс. <чёрный камень>, геомант. прил.)

Пустить в ход братство наших неусыпных скитариев, даже если придётся забрать всех подчистую с театров войны во внешних мирах. Последствия не имеют значения. Рекомендуется поддержка союзниками с оптимальными скоростью и огневой мощью в секунду:

Подссылка: оруженосец (пс. Таранисы, Рейвены, Красты, Вулкеры)

Требование: во главе экспедиций ставить техножреца в чине доминуса и выше

Да пребудет с вами благословение Машинного бога

<Доктрина терминус>

+++

''«Этот мир принадлежит Омниссии. Предполагать иное — значит богохульничать и тем самым навлечь на себя обширную реконструкцию. Хвала Богу-Машине!»''

::::::::::техновзыскатель Антра-9}}

==Машинный культ==

'''Адептус Механикус неустанно ведёт изыскательский поход, известный как Поиск Знания. Изначально его замысел зиждился на достойных идеалах, но за тысячи лет, прошедших с ранения Императора, их заменили косные догмы и заученные ритуалы.'''

Вот вперёд шагают правоверные Машинного бога, несокрушимые телесно и нечеловеческие в своей целеустремлённости. Воздух над ними полон настолько густого дыма, смрада кордита и ладана, что у обычного человека это вызвало бы жжение в глазах и на коже, но для благоверных киборгов великой процессии это всего лишь стигматы священного благословения. По полю битвы разносятся псалмы во славу Омниссии: каждая манипула скитариев громко распевает священные строки, вселяющие силы и бодрость.

Когда враг близок, хозяева техножрецы загружают в скитариев доктринальные повеления посредством сложного бинарного канта. Ноосферный поток слов приводит военизированную конгрегацию в крайнее возбуждение, беря разум скитариев почти под полный контроль, дабы баллистические подпрограммы и скорость реакции оптимально соответствовали пожеланиям старших. Скитарии видят в таких принудительных мерах вмешательство самого Омниссии, ведь для каждого из этих навеки преданных пехотинцев потерять себя в догмах Машинного бога — значит погрузиться в священное умопомрачение, когда враг бежит, умываясь кровью, перед праведниками. Для самих же техножрецов подобное внесение данных — обычный приказ, которого невозможно ослушаться, а манипулы — всего лишь смертные марионетки, которые выполнят любое повеление с механической чёткостью.

Солдаты Адептус Механикус ведут свои корни от первых поселенцев Марса, которые без жалоб многие дни путешествовали пешком по отравленным дюнам Красной планеты. Их решимость и выносливость нашли отражение в сегодняшних скитариях, чьи ноги ниже колена добровольно заменены твёрдыми как сталь протезами, и фаланга таких кибервоинов может шагать по самым враждебным боевым зонам столько, сколько потребуется, чтобы догнать и уничтожить любого врага Машинного бога. Для этой же цели каждый боец оснащён громоздким ранцем с самозаряжающимся генератором и блоком переработки жидкостей. Даже небольшой отряд скитариев способен путешествовать по просторам самых враждебных планет многие месяцы напролёт без пополнения припасов. Благодаря выдержке, вере, надёжному снаряжению и поддержке длинноногих шагоходов и манёвренных танков, составляющих тяжёлые боевые средства, такие манипулы являются отличными охотничьими партиями. Огромное число подобных групп рыскает по планетам Адептус Механикус в поисках священных артефактов и редких находок. Одну такую экспедицию отправили на Амонтеп II — мир-кузницу на дальнем галактическом востоке, издревле служившую ключевым пунктом для сегментума Ультима.

То, что планета Амонтеп II во многом похожа на Марс, не просто случайное совпадение. С самых первых осторожных шагов за пределы Солнечной системы культ Механикус преобразовывал облик планет, которые считал потенциально богатыми. Там размещали огромные атмосферные газоочистители, собирали плотные ряды генераторов влажности, а в почву высаживали накачанную гиперстероидами растительность. Так же, как и на Марсе, этот долгий, но проверенный процесс изначально предполагал, что планета будет засеяна съедобными культурами, снабжена пригодным для дыхания воздухом и пригодной для питья водой. Но в скором времени техножречество соорудило в этих оазисах громадные заводские метрополисы и превратило их в базы производства и снабжения военной продукции для текущих военных походов. Безудержное загрязнение промышленными отходами неизбежно нанесло планетам огромный урон. Именно поэтому Амонтеп II оказался превращён в безобразный шар из ржавых степей и голых пустынь, где высокие башни и заводские трубы утыкаются в задымлённое небо.

{{Врезка|+++

Эпистола транстеллар

Откуда: Амонтеп II, Разлом Грёте

Сир механикус,

Положительный результат обнаружения указанного ресурса достигнут. По нашим предварительным оценкам, его молекулярная структура слишком несокрушима для использования в качестве строительного материала.

Не могли бы вы уточнить его назначение? Удаленное сканирование показало аномальные энергетические показатели, как при сейсмической активности. Безотносительно их источника поставленные цели задания будут достигнуты.

Пусть знание освещает ваш путь,

магос Ластарвия Даррио Нон-бета

Эпистола терминус

+++}}

==Древнее зло==

'''Когда-то некроны были воинственной расой из плоти и крови, чья ослепляющая жажда отмщения не дала разглядеть, что она идёт на сделку с дьяволом, заключая союз с пожирающими звёзды существами, известными как К'тан. Так некроны стали практически бессмертными, но за это им пришлось заплатить высокую цену.'''

Давным-давно — ещё до того, как предки современного человека научились ходить прямо, — древние некронтир принесли в жертву всё, что у них было, ради достижения победы. Им принадлежала империя технократов, чьё познание законов физики помогало колонизировать планеты, однако жители её были одержимы мыслями о смерти, вернее о том, как её обмануть. В процессе экспансии они вступили в конфликт с необычайно могущественной расой Старейших, по возрасту превосходившей даже некронтир. Две эти цивилизации никак не могли сосуществовать мирно: Старейшие владели более продвинутыми технологиями и по желанию создавали райские угодья. Лишь заручившись поддержкой паразитических звёздных богов К'тан, некронтир наконец сумели разгромить врагов.

Вскоре, однако, раскрылось, что альянс этот был не благословением, но проклятием. Некронтир, одарённые вселенной хрупкими телами, были соблазнены обещанием К'тан наделить их вечными силами для ведения войны. В ходе последовавшего за этим биопереноса — получения металлических оболочек и избавления от бренной плоти — некронтир, в сущности, расстались с душами. В процессе биопереноса также высвободилась духовная материя — побочная метафизическая энергия, сделавшая их мнимых спасителей, то есть К'тан, ещё сильнее. Хотя перерождённые некронтир в итоге сбросили власть звёздных богов и поработили их, сделанного было уже не увернуть. Некронтир, теперь называвшиеся некронами, обрели невиданную физическую мощь и были способны излечиваться от тяжелейших травм, но утратили души. Только когда криптеки изобрели стазисные склепы, некроны нашли способ уйти от своей незавидной судьбы. Добровольно погрузившись в гибернацию, династии избежали полного краха.

Великий сон нарушили события, угрожавшие Галактике на закате 41-го тысячелетия. И, вероятно, наибольшую опасность представляли неудержимое распространение человечества и растущая тень, что нависла над ним: вездесущее бедствие, имя которому было Хаос. Некроны покоились на самых благоприятных планетах, какие только сумели найти, и оставили охранные сооружения из таинственного чёрного камня, чтобы в своё отсутствие сдержать беспорядочные приливы эмпиреев. И, как показали прошедшие эоны, такая стратегия сработала. Тем не менее шестьдесят миллионов лет — срок немалый, и энтропия неизбежно подточила господство некронов.

На исходе Конца Времён богатые минералами планеты некронской империи облюбовали молодые и беззаботные расы. Очень немногие хотя бы подозревали о том, на чьей земле они построили свои шаткие королевства, понадеявшись, что прежние хозяева сгинули навсегда. Так, например, Адептус Механикус лишь сейчас начали высказывать осторожные предположения, что, вероятно, всё их государство построено на песке, откуда на свет выползает холодный и смертоносный противник. Правда усваивается медленно, но неотвратимо — некроны пробуждаются, и несут они абсолютное уничтожение.

==Империя под ногами==

[[Файл:FB11.jpg|1000px|thumb|center]]

''Военачальники Металики объединяют усилия для систематического истребления некронов, поднявшихся из недр их владений. Династия Орусхов поначалу реагирует вяло, но по мере того, как всё больше её центральных миров просыпается, металиканские техножрецы и их союзники рыцари начинают вести схватку уже за собственное выживание.''

''Династия Огдобехов, вынужденная резко активизироваться из-за войск Саутехов, добравшихся до них посредством дольменных врат, направляет свои легионы к Марсу и Урдешу одновременно, что оборачивается большой ошибкой. Марсианские армии Омниссии, укреплённые силами благоверных рыцарей-механикус из дома Таранис и прославленными агрессивными «копьями» Крастов, проводят неостановимое контрнаступление, но тем самым оставляют северные миры-кузницы без подкреплений в трудный час.''

''Рыцарские миры Воринт и Драконов Конец охватывают свирепые Войны стали с участием благородных домов Нео-Илиус и Гриффит, когда кампании кровожадной династии Новохов набирают темп.''

''Благодаря энергии, выкачанной из ближайших солнц, Мефриты вторгаются в Империум-Нигилус на протяжённом участке. Когда династия восстаёт, чтобы захватить миры Крастеллан и Унверрдт IX, в бою с ней встречаются несколько макроклад скитариев. Криптеки-техномандриты, выступающие советниками мефритских владык, выпускают настоящее море самовоспроизводящихся каноптековых скарабеев и пауков, которое поглощает первый эшелон скитариев, оставляя от них только металлические придатки и бионику. Скитарии храбро сражаются, пока на подмогу не приходят рыцари из дома Хокшрауд, давя десятки каноптековых конструкций при каждом шаге. Как результат, Крастеллан пока что удаётся отстоять.''

''На планеты Тигр, Беллус-Прайм и Аттила совершают нападение завоевательные войска династии Саутехов. Дом Вулкеров оказывается с противником один на один, когда выясняется, что многие из наиболее труднодоступных и малопригодных для жизни местных горных хребтов являются в действительности гробницами некронов, которые за прошедшие эоны покрылись каменными напластованиями. Южнее в Галактике дом Терринов объединяется с прочими имперскими армиями после того, как серебристые автоматоны поднимаются из прежде спокойных озёр в их родном мире Волторисе. Верховный король Тибальт зовёт обратно целые боевые группы, находящиеся в данный момент в Дамокловом заливе, в результате чего бросает на произвол имперских защитников Агреллана.''

''Династия Нигилахов восстаёт в невиданном прежде количестве, рассерженная надоедливыми людьми, что копошатся в их мирах. После того как Адептус Механикус требуют от дома Рейвенов забрать из коронного мира Нигилахов все запасы чёрного камня, Квестор Механикус идут на самоубийственный штурм зловещего некрополя владыки Аристотефа. И хотя троице рыцарей удаётся повалить столбы могильного комплекса Аристотефа, их разлагают на составные атомы массированным залпом из гаусс-орудий, и их пыль разносится по ветру.''

==Рыцарские миры==

'''Заселённые задолго до того, как Великий крестовый поход объединил звёзды, рыцарские миры Империума отличаются тем, что крепко держатся своих традиций и аристократических родословных. Часть из них сохранила изначальные геральдические символы, в то время как другая вошла в состав империи Адептус Механикус.'''

Во времена великих надежд и потрясающих свершений первые колонизаторы пригодных для обитания миров Галактики, преодолевшие немыслимые трудности и бедствия враждебных земель, отстроили себе империю среди звёзд. Но этот подвиг стремительной экспансии оказался бы невозможным без мудрого применения чудес техники, известных как стандартные шаблонные конструкции. Эти превосходно адаптируемые чертежи оказались настолько могучим инструментом, что благосостояние даже самых примитивных планет быстро поднялось благодаря постройке ключевых промышленных предприятий. На тех планетах, которым повезло иметь СШК исполинских двуногих шагоходов, известных как имперские рыцари, очень скоро зазвучали военные горны и загремела поступь боевых великанов, чьи цепные мечи убивали местных чудовищ с той же лёгкостью, с какой рубили гигантские деревья, питавшие топки их повелителей.

Во многих мирах, заселённых человеком, зависимость от технологий стала скорее проклятием, чем благом. Неуёмный прогресс в области искусственного интеллекта приводил целые цивилизации к гибели от рук собственных творений, а беспечные игры с разумом становились причиной демонических вторжений, вырывавших из владений человечества огромные куски. В те дни множество планет сегодняшнего Империума оказались отрезаны друг от друга. В числе тех, что упорно отбивались от враждебной Галактики, оказались и рыцарские миры. Когда Великий крестовый поход позволил Императору объединить разрозненные анклавы в огромный Империум, миры эти вернулись под его крыло, а вместе с ними и механические исполины. Пусть рыцари опустились до феодализма, управлялись монархией и считали свои шагоходы скорее верными союзниками, нежели просто инструментом, их исключительную военную мощь нельзя было отрицать. Представителей Механикус рыцарские миры заинтересовали особенно, ведь их огромные военные машины воплощали в себе величие Омниссии (во всяком случае, так заявляли техножрецы). С тех пор многие рыцарские миры связывают со жречеством Марса тесные узы: в обмен на обширные технические знания культ Механикус в военное время получает в пользование несокрушимую мощь рыцарей.

{{Врезка|'''Наследие древности'''

''Династии имперских рыцарей ведут долгую и яркую историю, уходящую вглубь на сотни и более веков. Они по праву гордятся своей родословной, и даже самые малые семейства придерживаются непотизма и почитания наследных титулов. Как личные наряды рыцарей, так и броня их железных скакунов демонстрируют практически одинаковые цвета и символику. Высокое положение глав правящих классов, составляющих аристократию, позволяет не только использовать трон Механикум и таким образом соединяться с Рыцарями на духовном уровне, но и даёт право передавать эту привилегию ближайшим родственникам. В младших орденах имперских рыцарей, в число которых входят и быстроходные оруженосцы, часто пилотируют дальние родичи или преданные порученцы нобилей, что ведут их в битву в более крупных рыцарских титанах. Каждое воинство исполинских шагателей хранит глубокую преданность и нерушимые узы любви и долга, которые не разорвать никакому несчастью.''}}

==Миры-каменоломни==

'''В Империуме существует множество классификаций планет, начиная от индустриальных миров-кузниц и зеленеющих агромиров и заканчивая мирами смерти и мирами-ульями, которые полнятся человеческой жизнью. Не так давно появилась новая категория для богатых минералами планет — мир-каменоломня, и она привлекает пристальное внимание как людей, так и ксеносов.'''

Мирами-каменоломнями называют планеты с чрезвычайно ценными полезными ископаемыми. С момента Падения Кадии и возникновения Великого Разлома наиболее важным ресурсом считается так называемый «чёрный камень», и с особенным рвением его поисками занимается небезызвестный Велизарий Коул, о мотивах которого ходят различные догадки. Кое-кто в высших эшелонах власти Адептус Механикус именует этот минерал «камнем-парией», считая, что он является физическим воплощением нулевого гена, ответственного за тревожащее бездушие ассасинов-кулексус и Сестёр Безмолвия. Другие утверждают, якобы его добывают в космических сингулярностях, и он происходит из иного измерения.

Самая убедительная среди многочисленных концепций гласит, что чёрный камень каким-то образом резонирует с энергией Имматериума и что, если его правильно обработать, с его помощью можно даже управлять чистой эссенцией Хаоса. В своей теории эмпирейной полярности Велизарий Коул заявляет, что чёрный камень нисколько не пропитан Хаосом, равно как и не является его антитезой. Но, сродни ферритам, которым можно придать магнитный заряд, его полярность возможно поменять при определённом воздействии, чтобы он реагировал на метафизические эманации варпа.

Кадийские пилоны, а также обсидиановые плиты, найденные внутри обломков врат Кромарха, и «колдовские иглы» Немезиды-Тессеры — все эти сооружения, как полагают, были заряжены отрицательно и, следовательно, были способны сдерживать наплыв варпа в своих окрестностях. Чернокаменные крепости, захваченные Абаддоном Разорителем в ходе Готической войны, наоборот, были заряжены положительной эмпирейной энергией, что и делало их невероятно разрушительными орудиями войны, способными проводить мощь Хаоса, если их правильно настроить, зная их сокровенные тайны. Поэтому неудивительно, что Адептус Механикус и некронские криптеки обыскивают Галактику, всеми способами стараясь добыть этот минерал. Если данная теория хотя бы отчасти верна, тогда с помощью чёрного камня гипотетически возможно возвести незримую плотину, отделяющую реальность от кошмарного моря душ, и изолировать Цикатрикс Маледиктум, а то и вовсе закрыть его на веки веков.

{{Врезка|'''Криптеки-техномандриты'''

''Все криптеки гениальны настолько, что даже величайшие учёные человечества в сравнении с ними кажутся пускающими слюни умственно отсталыми. И наиболее изобретательными среди них являются техномандриты. Создание многих из самых продвинутых технологий расы некронов приписывают именно их закрытому братству: от перемещательных лучей, что переносят из карманных измерений в материальное пространство, до гаусс-вооружения, разбирающего цели на составные атомы. До того могущественными стали эти криптеки, что Безмолвный Царь, правитель Империи Некронов, подстроил их падение. Но теперь они снова выходят из тени, возвращённые из долгой ссылки в результате активации протоколов антихаоса, введённых на случай прорыва эмпиреев в космических масштабах. Тогда как многие некроны-владыки разыскивают чёрный камень, который поможет удержать приливы варпа, техномандриты уже на несколько шагов опережают всех прочих — и если их замыслы дадут плоды, то их мастерство в области науки даст им ключ к окончательному триумфу.''}}

==Праведники Омниссии==

'''Вооружённые силы Адептус Механикус объединяет непоколебимая вера в Бога-Машину, его живого пророка Омниссию и живительную энергию Движущей Силы. Война для них — это часть священного поиска, и такие воины вполне справедливо внушают страх.'''

{{Врезка|+++

Дата коррелятус

Степень срочности: оптима

Мироисточник: Урдеш, Восс, Металика, Воринт, Унверрдт IX, Драконов Конец, Аурос IV, Беллус-Прайм, Амонтеп II

<Идёт автообновление списка>

Пс: Неоклассификация

Прил: класс «сигма» [миры-каменоломни]

Все перечисленные миры подвергаются внутреннему (подземному) вторжению ксеносов. Совпадения в архиве жизненных форм: подссылка: Некроны; подссылка: Святилище-101; подссылка: Мир-механизм

Пусть магосы чётко уяснят, что из-под священной почвы выходят некроны

Волей Омниссии мы обязаны их всех уничтожить

+++}}

На войну Адептус Механикус отправляет специальные соединения, известные как боевые конгрегации. Каждая из них состоит из сервиторов, скитариев, шагоходов, жрецов и роботов, к тому же обычно из одного мира-кузницы. Войска, доступные техножрецу-доминусу, отражают его статус в запутанной иерархии культа Механикус. Однако положение на данный момент настолько отчаянное, а требования Коула к своим подчинённым на Марсе столь настойчивы, что войска, посланные отыскать и добыть чёрный камень, вместо обширных процессий поющих псалмы бойцов теперь разбиты на небольшие элитные отряды. Многим техножрецам, возглавившим такие поисковые партии, пришлось перейти на военную службу впервые за многие столетия: те, кто привык управлять скитариями из относительной безопасности на низкой орбите, теперь оказались на передовой древней войны, которую некроны уже выиграли эоны тому назад — и могут выиграть снова.

Ключевым принципом марсианской веры является идея о том, что плоть слаба: её легко повредить, она склонна к разложению и восприимчива ко всевозможному агрессивному воздействию. По мере роста члены Адептус Механикус стараются как можно дальше отходить от изначального человеческого облика. Как результат, чем влиятельнее представитель технодуховенства, тем больше у него кибернетики. Ведь благословенные стали и сплавы не стареют так, как стареет плоть, а каждый новый имплантат и хирургическая операция приближают верующего к Машинному богу. О том, что при этом жрецы легко отбрасывают всё, что делало их людьми, никто особенно не задумывается. Для Адептус Механикус избавиться от немощей, страхов, сомнений и иррациональных чувств — цель весьма достойная. А то, что по дороге потеряются сострадание, смиренность, милосердие и свобода воли, — это, в общем-то, пустяки.

===Техножрецы-доминус===

На первый взгляд техножрец-доминус похож на сгорбленного старца, но по факту это эпицентр настоящей бури разрушения, ходячий арсенал загадочного оружия с легионом солдат под рукой. И всякого, кто встанет у него на пути, мгновенно и без жалости сотрут в порошок залпы волкитного оружия и град пуль из макропулемёта.

Как высокопоставленные адепты культа Механикус, эти инфохищники насчитывают тысячи лет жизни, продлённой обширными бионическими протезами и высококачественными омолаживающими средствами. Каждый миг своего долгого существования они проводят, копаясь в тайнах и преданиях марсианской религии. Всякий из них в той же мере человечек веры, что и науки, грозный военачальник и в то же время книжный червь, ибо истинное своё призвание они считают священным трудом и не потерпят ему никаких препятствий. У язвимости и секреты своих традиционных противников жречество тщательно собирает и хранит, чтобы в нужный момент использовать с хирургической точностью. Над головой каждого техножреца висит нимб ноосферных данных, невидимый для неизменённых людей, но для киборгов, преданных Омниссии, ярко сияющий златым венцом чистой информации. Один мимолётный взгляд на него — и любой член Адептус Механикус уже успевает скачать сотни относящихся к делу фактов, что позволяет культу машины действовать на поле боя с нечеловеческим единством.

===Скитарии===

Маршируя неутомимыми колоннами, идут скитарии — пехотинцы Адептус Механикус, обширно аугментированные воины, облачённые в полированную броню и тяжёлые рясы. Они несут с собой оружие древнее с виду, но страшное по убойной силе. Пусть гальваническое ружьё скитария-егеря больше походит на своего кремнёвого предка, боеприпасы, которыми оно стреляет, настолько изощрённые, что могут заставить биоэлектрическое поле цели с треском разрядиться в одной-единственной вспышке, оставив от жертвы лишь обугленный труп. Плазменные каливры и электродуговые ружья, которыми вооружены специализированные стрелки, ещё смертоноснее: они несут мощный заряд настолько губительной энергии, что даже просто близость к такому оружию приводит к постепенному отмиранию плоти. Но скитарии носят это жуткое оружие смиренно, ведь раны, вызванные смертоносным излучением, считаются стигматами, частью благословения Омниссии, а выпавшие зубы, гнилые дёсны и отсутствие волос — ещё одним знаком абсолютной преданности.

{{Врезка|''Техножрецы Марса считают себя самыми благоверными в культе Механикус, а в умении усмирять дух машины им просто нет равных.''}}

===Рыцари-оруженосцы===

Оруженосцы — это длинноногие шагоходы, чьё предназначение — наносить сильные и стремительные удары по ключевым целям. Эти махины куда проворнее основных видов имперских Рыцарей и оснащены тяжёлым вооружением, достаточно мощным для прорыва вражеских боевых порядков. Оруженосец типа «Глефа» особенно славится убойной силой в ближнем бою. Ступая в бой потрясающе быстрым шагом, он выпускает в цель похожий на рыцарскую пику луч перегретой энергии из своего теплового копья, чем способен превратить стену скалобетонного бункера в лужу кипящей лавы. Затем противника ждёт встреча с цепным секачом модели «Жнец» — громадной пилой, зубодробительные удары которой рвут в клочья и плоть, и металл.

Оруженосцы обычно атакуют группами. Корни этой практики уходят глубоко в древние феодальные традиции, когда любого рыцаря на охоте сопровождали вооружённые слуги. Пока один эсквайр оставался рядом, чтобы защитить своего сеньора, остальные спутники выгоняли добычу из логова. При этом один обычно держался поодаль, а второй — как можно ближе. Эта тактика тройного удара находит отражение даже сейчас, когда оруженосцы идут в бой в качестве авангарда: один шагоход остаётся возле командира, а остальные двигаются на сближение с целью. Затем оруженосцы начинают эшелонированное наступление: передовые отряды связывают противника боем, пока арьергард готовит новый удар.

«Глефы» пилотирует низшая знать рыцарских домов — те, чья родословная напрямую не связана с главой двора. Принимая обязанность водителя боевой машины, нобиль даёт торжественную клятву и надевает легендарный Шлем Механикус, который соединяет сознание человека с духом шагохода. Шлем связан невидимыми узами данных с Троном Механикус господина, и узы эти настолько крепки, что за них можно дёргать, как за ниточки марионетки, если понадобится. Связь между пилотами до того глубока, что, если сеньор изберёт для себя жизнь «вольного клинка», его оруженосцы скорее всего последуют за ним. Таким образом немало мужей исчезает из имперских записей вместе с упоминаниями о своих повелителях, ибо и в славе, и в позоре они нерушимо хранят верность.

[[Файл:FB12.jpg|800px|thumb|center]]

==Смерть миров восстаёт снова==

'''На протяжении шестидесяти миллионов лет некроны дремали в своих мирах-гробницах, заполненных спящими армиями и отключёнными боевыми машинами. Сейчас же они просыпаются, как будто от смутно запомнившихся кошмаров, и Галактика трепещет, узнав об их возвращении.'''

{{Врезка|<<Историческая заметка>>

От кого: первый магос Рестон Эгал

Астропатический канал: хор мехасерафимов

Связана с: нашествием ксеноклады (пс: А232)

Нога ксеноса ступила на землю Марса. В этот день пять кораблей некронов прорвали Железное Кольцо. Четыре были сбиты по дороге, но одному перед уничтожением удалось сесть рядом с Лабиринтом Ночи. Заклинаю тебя нанести термоядерный удар по месту посадки и немедленно накрыть там всё феррокритом.}}

Если Адептус Механикус однажды в полной мере осознают, кем когда-то были некроны, то, вполне вероятно, они почувствуют пугающее родство. Обе цивилизации, испытывая презрение к хрупкой плоти, обратились почти к неизменному металлу. Обе пошли на крайние меры ради собственных всепоглощающих потребностей, сделав ужасные технологии, в которых едва ли разбирались, критически важными для своего существования, и в итоге целиком приняли бездушный и жуткий облик. Ни те, ни другие не признаются, что путь, вымощенный благими намерениями, завёл их в дебри самых суровых решений и страшнейших наказаний, возложенных на самих себя. Более того, обе расы в настоящее время ищут один и тот же материал для одинаковой цели — удержания приливных волн Хаоса, которые угрожают накрыть всю Галактику.

===Бессмертные===

Почти все некроны — это крупные боевые роботы, едва ли восприимчивые к урону, и те, кого называют Бессмертными, являются одними из самых могучих средь их числа. Пусть они и занимают верхнюю ступень воинского сословия некронов, тем не менее их расценивают лишь в качестве механических солдат. Как и в случае с представителями низшего порядка, правители некронтир посчитали, что после биопереноса личности этим некогда гордым воинам не понадобятся, и теперь всё, что напоминает о прежнем естестве Бессмертных, так это их медленно горящая ненависть к живым. В пустых глазницах этих скелетообразных великанов пылает леденящее пламя, пока их тесла-карабины высвобождают заряды живой молнии, а гаусс-бластеры выпускают свежующие энергетические лучи, обращающие цели в атомную пыль.

Как и остальные представители их вида, Бессмертные обладают механизмами саморемонта, благодаря чему даже разорванный на части пехотинец через какое-то время может собраться воедино и снова встать в строй. Кроме того, им доступна фазовая технология: если вдруг они получат ущерб, не поправимый в полевых условиях, они автоматически телепортируются в стазисные крипты для последующего воскрешения. Данная особенность является одной из причин, почему о подлинном количестве некронов до сих пор мало чего известно — они появляются без предупреждения и исчезают без следа.

===Каноптековые конструкции===

Насекомовидные создания, называемые каноптековыми конструкциями, представляют собой механических автоматонов, построенных охранять их хозяев-некронов на время Великого сна. Долгие тысячелетия они наблюдали и обслуживали гиперстазисные агрегаты всякого мира-гробницы, работая глубоко под землёй, которую в неведении обживали молодые расы. Сейчас, когда настаёт время пробуждения некронов, эти роботизированные слуги оберегают своих создателей и на поле битвы, но не путём бережного манипулирования энергополем или точечной электросварки, а врезаясь во вражеский строй с острыми когтями и сокрушительными жвалами. Особенно опасны конструкции, известные как призраки; способные проходить сквозь твёрдую материю, они отлично подходят на роль бесшумных убийц, от которых невозможно спрятаться ни в бункере, ни в крепости.

===Лич-стража===

Предводителей древней некронской империи обычно сопровождала почётная гвардия из числа лич-стражей — громадных воителей, готовых драться до последней искры энергии, чтобы спасти своих подопечных. И до сих пор они добровольно заслоняют собой владык и криптеков, которых им поручено беречь, так как физическая оболочка лич-стража — ещё одно подручное средство для защиты. Наибольшую славу в династиях, однако, им обеспечивают рассеивающие щиты со встроенным генератором силового экрана, который не только не пропускает пули или лучи, но и отражает их обратно в стрелявших, к превеликому удовольствию хозяев лич-стражей. Если кто из врагов подберётся слишком близко, эти безмолвные телохранители перейдут к протоколам атаки и пустят в ход гиперфазовые мечи и боевые косы, рассекающие броню и плоть с такой лёгкостью, будто перед ними клочья тумана.

===Криптеки===

Когда-то криптеки были великими визирями и первыми советниками при царских дворах в империи некронов. Им доверяли создание и обслуживание диковинных технологий, наделявших правителей каждой династии способностью заселять миры, собирать энергию солнц или нести разрушение. За время Великого сна, однако, техноколдовской мощи у криптеков заметно поубавилось, так как даже самые аккуратно настроенные стазисные склепы не избежали поломок под воздействием безжалостной энтропии. Как и гордые владыки, которым они якобы прислуживают, криптеки проснулись с повреждёнными энграммами и сбоящими подсистемами памяти, в связи с чем у тех, кто встречается с ними воочию, складывается впечатление, будто они балансируют на грани безумия. Тем не менее сойтись с криптеком на поле брани — значит обречь себя на зрелищную и изобретательную смерть, так как их инструменты войны так же мощны и совершенны, как и в период расцвета некронского царства. Тех, кто вызвал их недовольство, криптеки разлагают на атомы при помощи плазмантических лучей, сокрушают гравитационными волнами или сводят с ума образами из собственного подсознания.

Криптеки-техномандриты когда-то научились манипулировать минералом-ноктилитом, сооружая обелиски и пилоны, усмирявшие эмпирейные бури и отгонявшие их на манер кадийских пилонов, что раньше удерживали от расширения Око Ужаса. Однако учёные некроны, сделавшие это открытие, только начали просыпаться, и многие из них серьёзно повредились рассудком, а те, чьи энграммы сохранились почти нетронутыми, не обладают ни достаточным числом, ни влиянием, чтобы вести работы в области галактической инженерии. Техножрецы Адептус Механикус, в свою очередь, не до конца понимают, как обращаться с чёрным камнем, но они безраздельно властвуют над макропромышленным комплексом Империума. При поддержке бесчисленной паствы Бога-Машины, действующей по указке криптеков, раскопки и расстановка ноктилитовых пилонов и обелисков могли бы начаться в галактических масштабах. Вместе две стороны, вероятно, смогли бы восстановить баланс порядка и логики в реальном мире. И хотя миры-кузницы и династии некронов раньше уже находили общий язык, они настолько поглощены чувством собственного превосходства, что ни за что не станут по-настоящему работать сообща. Вместо этого и те, и другие озабочены тем, как бы покончить с оппонентами раз и навсегда самым жестоким способом, какой только можно придумать.

{{Врезка|+++

Эпистола интрастеллар

Источник: Марс

Атропатический канал: Терра-Прайм

Генеральный фабрикатор,

Доклады о воскрешениях ксеносов вызвали необходимость перераспределить наши военные ресурсы, что привело к потере нескольких десятков зон боевых действий. Данная стратагема была введена в действие по повелению Велизария Коула, утверждённому Вашей печатью и печатью примарха Гиллимана.

Я обязан спросить: разве миры-кузницы Адептус Механикус построены на руинах какой-то совершенно другой империи? И, если эта империя возрождается, хватит ли нам сил её одолеть?

Пребывающий в сомнениях ваш покорный слуга

<Удалено>

<Приписка: источник сообщения ликвидирован>}}

==Миссии: Отголоски войны==

{{Врезка|+++

Загрузка неогимна

Получатель: все манипулы скитариев

Содержимое:

Пусть все блаженные души

Примкнут к нашему делу

Час близок

Нужда велика

Небо — в огне

Земля — в руинах

Издавна спавшие у нас под ногами

Проснулись

Мы сокрушим их истиной

Перемелем обратно в прах

Пусть гнев Марса падёт на них

Изрядно

[Повторять в движении]

+++}}

===Засада в дюнах===

'''Магосу-доминусу Вракийского мегакомплекса на Амонтепе II были отданы строгие распоряжения выявить, исследовать и взять под охрану самые крупные в его владениях залежи чёрного камня. Но не успели скитарии обнаружить искомое, как песок расступился — и появились некроны, нисколько не намеренные расстаться с той же добычей.'''

Красные пески Амонтепа II тянулись до самого горизонта, мутного от копоти. Для скитариев, перебиравшихся через Вракийский хребет, едкий химический запах далёких заводов казался самым сладким ароматом. Поверхность планеты очень напоминала священный дом — Марс, и это радовало душу.

Пейзаж, открывшийся с верхней точки долгого подъёма, больше походил на обширный и неглубокий пыльный котёл, через который вдаль уходила широкая цепочка следов, оставленных дозорными «оруженосцами». От неприятностей стихии котловину защищали покатые плечи высоких барханов, с вершин которых ветер сдувал в небо струйки песка. Альфа-егерь Каппик-Сколендт-33 разделил панораму на четыре квадрата, отправил данные краткой тирадой на лингва-технис собратьям и назначил по одному скитарию из своего отделения на дистанционный анализ каждого участка. Если гипотеза магоса-доминуса Дентрекса Ологостиона верна, то экспедиция должна обнаружить богатые залежи искомого минерала где-то в этих окрестностях.

Милостью Омниссии омниспик егеря Алакридда-8 обнаружил совпадение с указанными в задании данными, когда тот обшаривал взглядом пыльную котловину. Торжествующий звон прибора прозвучал в ушах скитариев райской музыкой. Встроенные прицельные комплексы озарил бегущий поток данных, и, не проронив ни слова, солдаты начали стягиваться к указанной позиции. Позади двигался сам магос Ологостион, жадно впитывая информацию и постепенно ускоряя шаг. Месторождение чёрного камня, захватить который так требовал архимагос Коул, нашлось, и к тому же очень богатое.

Не прошло и часа, как вызванный Ологостионом десантный челнок «Беллерофобос» модели «Квадрус» добрался до места, но не для эвакуации личного состава — своего основного предназначения, а чтобы струями выхлопов из поворотных двигателей сдуть верхний слой песка. В обычных условиях подобные неразборчивые и спешные методы раскопок техножречество посчитало бы кощунством, но срочность приказа не оставляла другого выбора. По прошествии ещё часа была освобождена верхняя часть необычных ноктилитовых структур — правильных обелисков и плит с настолько ровными углами и гранями, что стало ясно: это доимперская культура.

Отделение Каппик-Сколендта вооружилось виброножами, чтобы взять пробы ноктилита, как вдруг дюна на западе задрожала и потекла ручейками в стороны. Не успел Ологостион разослать охранительный приказ, как из-под высокого мегалита выскочила троица массивных насекомоподобных существ и, рассекая сегментированными лапами воздух, метнулась в сторону скитариев. Омниспик Алакридда-8 вывалился из онемевших пальцев, когда один из когтистых каноптековых призраков с брызгами крови снёс ему верхушку черепа. Магос Ологостион выпустил испепеляющий луч из волкитного бластера: выстрел был настолько точным, что оттеснил бестелесных созданий от их добычи стеной ослепительного пламени. Духи замерцали и на миг выпали из реальности. Опешившие солдаты попытались собраться с силами, но тут уже на востоке из песка стали подниматься механические мертвецы; с металлических рёбер и широких плеч стекал красный песок. Отряд Бессмертных поднялся на ноги и открыл огонь: одни дали залп по «Беллерофобосу», заставив челнок отлететь, остальные же скосили пару ближайших скитариев, окатив их разлагающей на атомы гаусс-энергией. Оба скитария сначала обратились в статуи из почерневшей плоти, затем — в сияющие скелеты, а после — в ничто. Раздался пронзительный вопль Ологостиона, и закипела настоящая битва.

===Угроза обнаружена===

'''Высвободив сооружения ксеносов из-под вракийских дюн, Адептус Механикус сталкиваются с издревле спавшим там противником. И когда из могилы поднимается вожак сторожевого отряда некронов, скитариям приходится несладко. У спеют ли их рыцарские союзники вернуться, чтобы переломить ход битвы?'''

В пыльной котловине воцарился настоящий бедлам. Похожие на обсидиановые, ноктилитовые обелиски отражали слепящие лучи голубой и зелёной энергии, с треском рвущие клубы поднявшейся пыли. Ещё не затих скрежет призывного псалма Ологостиона, как скитарии с боем сомкнули оборонительный периметр вокруг своего господина и чёрного камня, который тот обозначил как главную цель задания. Но с каждой минутой этот периметр становился всё тоньше: некроны не сбавляли натиск. Каноптековые призраки метались между странными чернокаменными дольменами, сбивая скитариев с ног ударами похожих на плети отростков, пока Бессмертные сжимали кольцо вокруг непрошеных гостей.

Вскоре, однако, раздался треск гальванических ружей — правоверные Омниссии взяли на мушку ближайших нападающих. Когда их пули нашли цель, некронов-бессмертных окутала шипящая пелена электричества, и вся их энергия израсходовалась за один мощный взрыв. К ужасу скитариев, трое из обугленных автоматонов поднялись на ноги, шатко распрямились и снова ринулись вперёд, паля из гаусс-бластеров. Аркебуза, которую Каппик-Сколендт-33 приказал установить на перемычке поверх двух стоячих камней, издала хлопок — и один из стальных гигантов получил прямое попадание в голову. Трансурановый снаряд начисто снёс металлический череп с плеч, выбросив сноп зелёных искр. В этот раз труп некрона замерцал и исчез.

Затем одни из дольменных врат низко загудели, и под перемычкой вспыхнул обжигающий глаза свет. Из сияния возникла внушительная фигура командира некронов, которого нёс на спине семенящий каноптековый робот. По бокам от него ступали грозные лич-стражи с гиперфазовыми мечами, сомкнувшие рассеивающие щиты, образовав таким образом барьер из чуждого металла и незримой силы. Техномандрит Агдахакс высоко воздел свой посох света и, бросив величественный взгляд, повёл витиеватым жезлом, очерчивая линию марсианской пехоты. Там, куда указывал конец посоха, облачённых в красное скитариев окутывало пламя, и от воплей несчастных, перемежаемых помехами, леденела кровь.

Скитарии открыли ответный огонь. Те стрелки, кто оказался ближе всех к новоявленным выходцам с того света, посылали плотные залпы в лич-стражей, шагавших к ним, но пули лишь отскакивали от мерцающих полей, что окружали некронов. Одна даже срикошетила обратно и ударила кибернетического бойца точно между глаз. Скитарии уже ударились бы в панику, если бы бинарный приказ Ологостиона не придал им сил. Пехотинцы с рёвом бросились в атаку и принялись вколачивать прикладами Бессмертных в песок и стягивать каноптековых призраков вниз голыми руками. Но ряды их таяли слишком быстро. Неприятель превосходил скитариев числом, и бежать было некуда.

{{Врезка|''— Загрузку — на максимум! — радостно объявил Ологостион. Его первой реакцией на то, что он увидел мифических некронов собственными глазами, стал мощный выброс автоадреналина. Магос всегда испытывал особенный трепет, встречая какой-то новый источник информации. Это была одна из немногих доступных ему радостей. Мало кто в культе Механикус знал о невероятно древнем народе некронтир — даже для доминусов эта тема была закрытой. Втайне Ологостион всегда мечтал изучить их — тщательно и скрупулёзно разобрав по косточкам. И вот они явились.''

''Слева навис исполинский скелет и сбил магоса с ног ударом крепкого, как железо, щита. Доминус с дребезгом прокатился по земле, вскинул волкитный бластер, но косой удар силового клинка рассёк пополам питающий кабель. Достопочтенный техножрец уже начал думать, что, похоже, это он закончит свои дни на пыточном столе, когда ощутил спиной, как дрогнула земля. Кривая ухмылка изогнула уголок сухих как бумага губ: магос почувствовал, как вокруг быстро растёт температура — верный признак выстрела мелты.''

''Лич-страж уже воздел свой клинок для последнего удара, когда вспышка света и нестерпимого жара испарила его на месте. Ологостион похлопал по одежде, сбивая пламя, и поднялся на ноги. Мимо него прошагал длинноногий великан, выпустивший ещё один обжигающий луч в некронов, выходящих из дольменных врат.''

''Два врага испарились в ослепительном сиянии, а те, кто держался к ним близко, обратились в лужи расплавленного металла.''

''— Мелта -оружие подействовало отлично, — хмыкнул Ологостион. — Дом Рейвенов представить к награде.''

''Второй из пары Оруженосцев «Глеф», отозванных из разведки, всей массой врезался в троицу каноптековых призраков. Один из них замерцал и проскочил сквозь Рыцаря, вспыхнув зелёным пламенем, но два других попали под широкий взмах цепного секача. От удара оба затряслись и распались на части, брызжа изумрудными искрами и чёрной жидкостью.''

''— Поправка: к высокой награде, — добавил магос.''}}

===Восстающий некрополь===

'''Теперь, когда Адептус Механикус всё сильнее пытается захватить ископаемые богатства Амонтепа II, суровая правда, спрятанная под поверхностью планеты, начинает выходить наружу. Масштабы присутствия некронов становятся очевиднее, но у Адептус Механикус есть вера, а вера, как известно, способна сдвигать горы...'''

Сражение между киборгизированными воинами и металлическими скелетами бушевало вовсю, когда вокруг прокатился могучий стон и скрежет. По краям котловины начала трескаться и проваливаться земля; окружающие дюны, стоявшие высокой стеной, стали таять; песок, тёкший сначала ровными струйками, вскоре превратился в настоящий потоп. Из бесформенной песчаной массы появились чёрные грани и углы — очертания давно ушедшего под землю города становились всё чётче по мере того, как дюны, опрокидываясь вниз, превращались в песчаные реки. Земля тряслась всё сильнее и сильнее — скитарии вместе с некронами еле держались на ногах. Их мотало из стороны в сторону, но сражение не прекращалось. Шпили заводских соборов, прежде пунктиром чертившие линию горизонта, постепенно исчезали из виду за поднимающимися из земли чёрными как смоль башнями и зиккуратами. За какие-то несколько чудовищных минут котловина превратилась в широкую рукотворную площадь из чёрного камня, окаймлённую зубцами могучих строений.

Адептус Механикус с трудом боролись с желанием застыть в ужасе и восхищении: то, что они считали древними развалинами из чёрного камня, оказалось на самом деле венцом зарытого в песок огромного города ксеносов. Хуже того, из мерцающих порталов, открывшихся по бокам крепости, хлынул её гарнизон. Шеренга за шеренгой выходили Бессмертные, похожие на серебряные скелеты. Некоторые уже открыли огонь, выпустив разряды в рыцаря-оруженосца, который рубил некронов в центре чернокаменной площади.

Магос Ологостион, разрывающийся между страхом и восторгом, обнаружил, что разум его начинает сбоить от масштабов новоявленного откровения. Был ли этот прежде столь знакомый мир наводнён ксеносами с самого начала? Неужели Адептус Механикус, отстоявшие планету для себя больше десяти тысяч лет назад, сами того не ведая заселили мир, который уже принадлежал более старшей империи? Как эта огромная правда оставалась сокрытой всё это время?

Ологостион вытряхнул из головы шквал обуявших его сомнений. Испустив ноосферную скороговорку, магос-доминус подозвал уцелевших сервиторов поближе и отправил пакет с координатами через инфопривязь, которая соединяла его с «Беллерофобосом». Отстранённо разнеся очередью из макропулемёта подлетевшего призрака в клочья, Ологостион послал срочный запрос дозорным оруженосцам. Отклик пришёл почти мгновенно: огромный цепной секач ближайшего из двух исполинских шагоходов вгрызся в верхушку огромного обелиска. Вожак некронов, стоявший в его тени, издал режущий уши вопль, и Оруженосец, окутанный вспышкой света, рухнул как подкошенный. Тем не менее поставленную перед ним задачу он выполнил.

Магос-доминус торопливо засеменил вперёд, подхватил мехадендритами выпавший кусок чёрного камня и сунул его под рясу, после чего дал скитариям команду сомкнуться вокруг него. Образец получен. Магос послал ещё один приказ, огненными буквами отпечатавшийся в сознании его воинов, и те начали с боем отходить к месту посадки, координаты которого получил космический челнок. Некроны превосходили скитариев числом, но после многомиллионнолетнего стазиса движения их были ещё довольно дёрганными, в то время как поборники Омниссии двигались чётко и уверенно. Ологостион спасётся хотя бы сам, а образец дойдёт до Коула в срок.

Не прошло и часа, как «Беллерофобос» уже добрался до орбиты, тогда как внизу пылал Вракийский котёл. Трудная победа досталась Адептус Механикус страшной ценой: теперь, с повреждёнными ноктилитами, Амонтеп II стал уязвим. В вышине неба блеснула злобно-жёлтая трещинка, завихрилась и стала расти...

==Переправка чёрного камня==

'''Из глубоко спрятанных гробниц в мире-кузнице Амонтеп II поднимаются некроны. Магос Ологостион получил задание добыть образцы чёрного камня для дальнейшего анализа и должен вывезти драгоценный ресурс с планеты прежде, чем некроны успеют забрать его обратно.'''

{{Врезка|''Ствол волкитного бластера светился от извергнутого жара. Магос-доминус Дентрекс Ологостион выпустил ещё один луч тепловой энергии в подступающих некронов, и жадное пламя окутало двоих воинов: один исчез в тошнотворно-зелёной вспышке света, а второй с трудом снова поднялся на ноги — его повреждённые конечности восстанавливались прямо на глазах. «Крайне занимательно», — отметил про себя магос; его инфочерепа записывали всё для последующего анализа.''

''Просеменив к сервотягачу на глухо постукивающих металлических лапках, Ологостион скороговоркой бинарного кода велел примитивному машинному духу двигаться дальше. Тягач откликнулся с замедлением: груз чёрного камня явно превышал дозволенную нагрузку. Ологостион сделал расчёт времени, которое потребуется транспорту, чтобы добраться до посадочной площадки, и, когда на сетчатке глаз появились результаты, подумал: «Слишком долго». Вероятность успешного исхода задания была крайне мала.''

''Техножрец сгорбился, заметив промелькнувшие дуги изумрудной энергии, что захлестнули нескольких скитариев и швырнули их, искалеченных, на землю. Ксеносы приближались неспешно, но число их непрерывно росло, а натиск становился всё упорнее. Ауспик показал, что чужеродные конструкции начали обходить еле ползущую изъятельную группу Ологостиона с флангов.''

''Любопытно, но некроны не стреляли по сервотягачу, и это дало магосу положительный прогноз — обычный человек назвал бы это надеждой. Если подкрепления архимагоса Коула доберутся до Ологостиона вовремя, то, возможно, им удастся вывезти более крупный образец чёрного камня, отколотый от одного из монолитов Амонтепа II.''

''Неожиданно земля под Ологостионом задрожала, и в окружающую ноосферу потекли свежие данные. Долгожданные военные силы наконец прибыли. Через пелену помех донеслись гимны, распеваемые во славу Омниссии. Силы Коула были уже совсем рядом, и магос-доминус повторно запустил программу прогнозирования, пока сам воздух кричал, сгорая в гаусс-огне.''}}

===Прибытие===

Некроны быстро приближались, и Велизарий Коул взял командование вывозом чёрного камня на себя. Небольшая часть его сил добралась до цели — их можно было поставить на охрану гальванического сервотягача, но большинство скитариев растянулись вдоль главной дороги, толкаясь вперемешку со жрецами культа Механикус, чтобы занять позиции среди развалин. Расстановка сил оказалась довольно беспорядочной, но обстоятельства другого выбора не предоставили. Коул приказал «Глефам» дома Рейвенов держать фланги, а «странствующему рыцарю» охранять точку эвакуации, пока скитарии будут встречать некронов лицом к лицу. Вдалеке было видно наступающих ксеносов: их шеренги перекрыли горизонт между зданиями с востока. С юга подходила фаланга воинов некронов при поддержке Бессмертных и лич-стражи. Её замыкала троица командиров и грозный осколок К'тан. С севера доносился глухой гул: фланкирующий отряд некронов из быстроходных «Могильных клинков», триархических преторианцев и распалённых ненавистью Уничтожителей готовился к броску на растянутые силы скитариев.

===Отход под прикрытием пыли===

Когда войска Адептус Механикус начали отход от наступающих некронов, на них внезапно обрушилась пылевая буря, ослепившая сенсоры и лишившая многих возможности целиться в ксеносов, уже подошедших на опасно близкое расстояние. Как только сервотягач с рёвом прополз вслед за магосом Ологостионом, отряд катафронов-прорывников перекрыл за ним дорогу и обрушил шквал огня на пришельцев. Все войска Адептус Механикус получили приказ стрелять по ксеносам, опознаваемым как лич-стражи, и тем, кто мог их видеть и стрелять по ним, почти удалось уничтожить один из перешедших в атаку отрядов. Некроны между тем невозмутимо двигались дальше. На северном фланге «Внутренняя чистота» открыла огонь по каноптековым призракам, но сумела разнести на атомы только одного из них. Прочие некроны остались в безопасных пределах пылевой бури, не давая возможности дюнному ползуну Люмин-Г равекс-531 прицелиться.

Заметив, что транспорт, гружёный чёрным камнем, уходит дальше по дороге, немесор Мафдет приказал подчинённым усилить натиск. Неутомимые воины Саутехов тяжело выдвинулись вслед и выпустили дуговой залп расщепляющей атомы энергии по авангарду скитариев на уцелевшей стене неподалёку, тем самым уничтожив всех до единого. Тесла-деструкторы аннигиляционных барок тоже показали отличный результат, легко разобравшись с катафронами-прорывниками, заграждавшими дорогу. Путь был свободен.

Дальше к северу ударивший с фланга отряд Мафдета делал успехи. Адептус Механикус отступали, и владыка приказал всем своим войскам атаковать Оруженосца — техномандрит Агдахакс заранее предупредил, насколько опасными могут быть эти машины. Однако, когда пыль рассеялась, шагоход по-прежнему стоял на ногах. От гнева у Мафдета засбоили протоколы.

===Клещи Саутехов начинают сжиматься===

Велизарий Коул велел роботам-кастеланам и катафронам-прорывникам выдвинуться вперёд, чтобы задержать наступление некронов. Однако успеха они почти не добились, уничтожив всего нескольких вражеских воинов, тяжело шагающих по дороге. Коул издал бинарный эквивалент приглушённого ругательства и приказал вступить в бой сикарийским разведчикам и фульгуритам, чтобы хоть как-то задержать часть ксеносов, пока сервотягач ползёт дальше. Неожиданно одна из аннигиляционных барок взорвалась, обдав всё вокруг градом живого металла. Коул развернулся и увидел дымный след от ракеты «Икара», выпущенной дюноходом Тунор-Апекс-661. Магос сделал мысленную пометку благословить машину и её экипаж по окончании эвакуации. На северном фланге, слева от него, дела шли не так хорошо. Рыцарь-оруженосец «Внутренняя чистота», вопреки приказам, вместо того, чтобы отступить, бросился в атаку и сейчас бился с парой едва различимых призраков.

У владыки Мафдета в металлической голове мелькнул протокол, и он приказал фланкирующему отряду нанести удар всеми силами. Северного Оруженосца, уже хромого и полыхающего, свалил выстрелом триархический охотник и добили «Могильные клинки». Тем временем преторианцы завязли в отчаянной схватке с электрожрецами: умирать не собирались ни те, ни другие. Не обращая на них внимания, Уничтожители атаковали ближайший дюнный ползун, огнём из гаусс-пушек сняли с него броню слой за слоем, а затем металлическими руками разорвали на куски экипаж. Мафдет порадовался успеху и приказал своей фаланге двигаться дальше. Его воины повредили роботов, охраняющих дорогу, но повергнуть никого из них не смогли. Рассердившись, Мафдет выпустил осколок К'тан, и тот вдоволь насытился жизненной силой ближайших врагов. Сам же Мафдет удовольствовался тем, что сразил нескольких людей с руками-клинками, и продолжил наступление.

===За марсианами пришла смерть===

Пока сервотягач со скрежетом полз мимо войск Адептус Механикус, Коул отправил ещё одну волну солдат наперерез некронам. Оружносец под названием «Всегда бдительный» загромыхал в сторону неприятеля в окружении сикарийских разведчиков, чьи протоколы были выставлены на нанесение максимального урона. Они разнесли на куски так много некронов, что несколько последних растворились в зелёном сиянии. Коул удовлетворённо кивнул, хотя и знал, что отправил Оруженосца на верную смерть. Обернувшись на север, магос увидел Уничтожителей, засевших среди обломков «Онагра». Послав вереницу бинарного кода, он приказал инфокузнецу Кибернетики сменить у роботов-кастеланов протокол «Защитник» на протокол «Завоеватель». И пока инфокузнец копался в поисках нужной инфопластины, роботы и ближайшие сервиторы обрушивали на Уничтожителей всю свою огневую мощь. Коул понадеялся, что некронов без жалости разберут на запчасти, однако ауспик показал обратное...

Осознав, что фаланга дрогнула, владыка Мафдет запустил ещё один улучшенный реанимационный протокол, заставивший повреждённых Уничтожителей вновь оторваться от земли. Их тела из живого металла срослись прямо на бионических глазах у противника. Взмыв в воздух, адепты разрушения двинулись на перехват груза, пока остальной фланкирующий отряд наступал в центр порядков Механикус. Потеря некронов-воинов привела Мафдета в ярость, но он был уверен, что лич-стража — снова в полном составе — справится с громадным шагоходом. Владыка осенил Бессмертных своей железной волей, и те расчистили разрядами путь от разбегающихся людей. После он взглянул на осколок Несущего Ночь. Частица бога превратилась в настоящий смерч разрушения: с её пальцев срывались струи чёрного пламени, пожирая всё вокруг. И когда осколок К'тан обратил свой взор на вражеского командующего, Мафдет вспомнил, каково это — улыбаться.

{{Врезка|''Магос-доминус Дентрекс Ологостион спрятал перебитую бионическую руку под одежду и повернулся к владыке некронов, стоящем перед грудой железа, некогда бывшей дюнным ползуном «Онагр». Кто-то из экипажа попытался выползти из горящих обломков — владыка небрежным взмахом энергоклинка снял скитарию голову. У Ологостиона создалось впечатление, что, несмотря на бесстрастный взгляд, за металлической маской полыхает ярость, которую не так-то легко подавить.''

''Магос рискнул посмотреть некрону за спину, но даже его усиленные органы зрения не смогли различить за бурлящей пылью грузовик, перевозящий драгоценный чёрный камень. Инфопривязь магоса затрепетала, пытаясь собрать ноосферные данные. Владыка некронов шагнул вперёд, прямо в обломки, не обращая внимания на пламя, лижущее ему ноги. Магос-доминус переключил ауспик и глянул на датчики ближнего радиуса. Ничего. Переключил датчики на дальнюю дистанцию. Там что-то было — как в тумане, но точно было. Магос направил в инфопривязь всю энергию до капли. Отражающее поле замерцало и погасло. Владыка выступил из пламени, сверкая металлическим телом. Ологостион проверил заряд волкитного бластера: батареи выгорели. Он снова сверился с ауспиком — и наконец из клубов пыли к нему метнулся поток ноосферных данных. Как выяснилось, груз чёрного камня был подобран атмосферным челноком и уже находился в воздухе. Магос выполнил свою задачу. Теперь настало время подумать о самосохранении.''

''Голос, похожий на скрежет гранитной плиты по гравию, прервал его раздумья:''

''— Ваша раса вечно путается под ногами. Вы понятия не имеете, что здесь натворили.''

''Ологостион поднял голову и, встретив взгляд пылающих зелёным глаз, взмолился Омниссии, чтобы личный телепортатор сработал, а затем нажал на кнопку…''}}

===Уровень потерь критический===

Пока Адептус Механикус отчаянно пытались оторваться от наступающих некронов, разразилась ещё одна пылевая буря. Истекая уже неузнаваемыми жидкостями и с разбитыми бионическими конечностями, Велизарий Коул отступал перед нависающим над ним ужасом, которым стал Несущий Ночь. В этот момент рыцарь-странник «Несгибаемая воля» с грохотом преодолел городские развалины и с размаху обрушил свой цепной «Жнец» на чужеродную богомерзость, прорубив её насквозь и отправив в небытие. Коул взглянул на волочащийся мимо сервотягач и приказал Ологостиону охранять груз, пока он ремонтирует себя и одновременно — ближайшего робота-кастелана. Где-то сзади на дороге раздался взрыв, отметивший кончину «Всегда бдительного», и некроны снова двинулись вперёд — одновременно с востока и с севера. Коул сверился с ауспиком и ощутил всплеск эмулируемой радости: значки, обозначавшие присутствие некронов-уничтожителей, наконец-то погасли.

Чёрный камень, который Мафдет уже почти держал в руках, ускользал. Без Уничтожителей помешать киберлюдям удрать с добычей было почти некому. Потеря драгоценного осколка злила ещё больше. Запахнув мантию вокруг металлического тела, владыка исчез вместе со своими Бессмертными и материализовался на другом конце дороги, преградив путь гальваническому транспорту.

Техномандрит Агдахакс продолжил наступление по следам немесора. Г ородские развалины озарили сполохи выстрелов из гаусс- и тесла-оружия, каждый разряд был направлен в Рыцаря, занявшего позицию на перекрёстке. Исполинскую машину шатало от попаданий, но она продолжала стоять. Агдахакс восхитился её конструкцией — столь выносливой при такой неказистости. Взмахом он послал лич-стражу в атаку, однако гиперфазовые клинки и косы воинов оставили на боевой машине лишь пару царапин.

===Отчаянная победа===

Пока всюду кружились тучи пыли, Коул приказал повреждённой «Несгибаемой воле» отступить от лич-стражи и принялся чинить машину, а та открыла огонь по грозной элите некронов. Взрыв тепловой энергии испарил отряд, вооружённый боевыми косами, и оставшиеся от некронов куски наконец-то больше не пошевелились. Катафроны взяли на прицел появившуюся на горизонте «Г ибельную косу» и пробили в её корпусе несколько дыр в надежде взорвать её. Однако машина ксеносов явно успела исправить урон, который нанёс ранее Тунор-Апекс-661. Коул рискнул бросить взгляд на благословенный «Онагр» и увидел, как тот осыпает точку эвакуации шквалом ракет и снарядов из автопушки, отчаянно пытаясь уничтожить неожиданно появившихся там некронов. Зелёные всполохи отмечали успешные попадания дюнохода.

Немесор Мафдет, владыка династии Саутехов и правитель Амонтепа II, кипел от ярости, пока его Бессмертные распадались на атомы. Агдахакс не прекращал натиск, как было приказано, однако гигантская боевая машина ещё оставалась в строю, как и четырёхногий танк, что преградил ему дорогу. Собрав все оставшиеся силы, Мафдет скомандовал в первую очередь убить техножреца, укравшего чёрный камень, однако облачённый в красное человек отказывался умирать, несмотря на разгоревшийся вокруг него пожар изумрудного гаусс-пламени. Разгневанный Мафдет в итоге атаковал «Онагр» и превратил его в груду обломков. Мгновение спустя землю сотряс колоссальный взрыв: Агдахакс наконец-то добил Рыцаря типа «Странник». Но было уже поздно: контейнер с грузом чёрного камня с рокотом исчезал вдали. Мафдет дал клятву отомстить.

{{Врезка|''На сотнях разорённых планет империю Омниссии осаждает враг. Миры-кузницы, цитадели Квесторис и даже отдалённые луны — штурм идёт повсюду. Но не Хаос и не Враг Снаружи, новый противник восстаёт прямо из-под земли — раса, спавшая так глубоко, что никакой биологический след и никакие известные энергетические сигнатуры не выдавали её присутствия. По крайней мере, если судить по официальным архивам.''}}
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Адептус Механикус]]
[[Категория:Некроны]]

Кодекс: Некроны (10 редакция) / Codex: Necrons (10th edition) (кодекс)

2026-02-27T04:00:30Z

Shaseer:

{{Перевод_Д41Т}}{{В процессе
|Сейчас =?
|Всего =?
}}{{Книга
|Обложка =Necr10th.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Переводчик =Desperado
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2023
}}
''Числом они - легион, и имя им – смерть.''

{{Врезка|(художественный рассказ-вставка)}}

==В поисках бессмертия==

'''Столкнуться с некроном в битве — значит встретиться лицом к лицу с самой смертью. Познать ужас умерщвления руками тех, кто давно должен гнить в могиле. Тогда как противник видит в некронах зловещих андроидов с того света, которые выбираются из усыпальниц или вышагивают из мерцающих колдовских огней, желая уничтожить всех и вся, сами некроны видят перед собой лишь жалких паразитов, нарушителей спокойствия и дикарей, которых надлежит истребить, чтобы могучие династии старины снова возвысились.'''

'''Шестьдесят миллионов лет назад армии некронов, вероятно, добились бы господства в Галактике с исключительной эффективностью. Однако вечный сон в холодном стазисе повредил рассудки их благородных правителей, а непрерывающийся танец звёзд раскидал и разорил их миры. Как следствие, раса, что сейчас пробуждается, кардинально отличается от себя прежней: она рассеяна по космосу, разобщена и страдает от безумия, которое превратило многих в ходячие кошмары. Некроны 41-го тысячелетия — блеклые отражения былого величия. Тем не менее они всё так же смертоносны. Более того, чудовищные трансформации и помешательство сделали их страшнее, чем когда-либо.'''

Некронов боятся по всему Империуму и за его пределами, считая их неубиваемыми андроидами. Повсюду ходят мрачные слухи о древних могильниках, поднимающихся из-под поверхности населённых миров, о грозных армадах вторжения, спускающихся с вышины, и о неостановимых полчищах, сокрушающих всех под своей металлической поступью. Впрочем, некроны не всегда были такими...

Большинство обитателей Галактики знают некронов лишь как ужасающих созданий, какими они являются сейчас. Империуму так и вовсе потребовалось несколько столетий, чтобы признать в них отдельный ксеновид. Хотя правящая верхушка некронов наделена разумом и злобным интеллектом, мало кто в её среде пытался рассказать о своём происхождении или мотивах тем, кого они считают низшими расами. Некроны просто истребляли всех подряд.

Тем не менее глубоко зарытые ксеноархеологические объекты, коллективная память и тайные предания альдари — пси-активной расы, почти столь же древней, как сами некроны, — а также схожие наскальные рисунки разных примитивных народов и племенные мифы намекают на существование в прошлом цивилизации, кардинально отличавшейся от нынешних некронов.

====Война в небесах====

Легенды гласят, что когда-то некроны состояли из плоти и крови и называли себя некронтир. Они жили недолго и отличались воинственностью и одержимостью смертью. И несмотря на все их чудесные технологии и раскинувшуюся среди звёзд империю, они были вздорными и раздражительными существами, которые беспрестанно враждовали между собой. Дабы объединить свой народ, правители некронов развязали конфликт с так называемыми Старейшими, желая заодно выведать у тех секрет бессмертия. У некронтир не было и шанса на успех.

Никто, кроме самих некронов, не помнит подробную историю того конфликта, известного как Война в небесах. Согласно преданиям альдари, Старейшие были создателями Паутины — крупной сети эфирных тоннелей, что до сих пор пролегает в расщелинах между варпом и реальным пространством. Благодаря ей Старейшие теснили некронтир по всем фронтам, быстро перемещая по Галактике целые армии.

Самые чёрные дни в их истории наступили в период правления Сареха, последнего из Безмолвных Царей, ибо тогда с предложением о помощи явились К'тан, они же ингир на языке альдари. Эти древние звёздные боги, сформировавшиеся из основополагающих энергий Вселенной, пообещали Сареху и его людям всё, чего те страстно хотели: могущество и вечную жизнь. Ради этого требовалось лишь вступить в альянс с К'тан с целью истребить ненавистных Старейших.

Сарех долго колебался, но в конечном счёте принял условия и тем самым проклял весь свой род. Если верить обрывкам преданий, за этим последовал кошмар биопереноса, когда разумы некронтир переселили в тела из живого металла, и на свет появились некроны. Платой за это оказались души, поглощённые злобно ухмылявшимися К'тан, а также практически полное обезличивание и лишение свободы воли всех некронтир, за исключением высших сословий. Междоусобицы и подковёрные игры канули в прошлое, поскольку теперь все находились под жёстким контролем Сареха за счёт внедрённых командных протоколов. Тем не менее цена такого единения была чудовищна высока.

В разрозненных фрагментах сказаний говорится о поражении Старейших и о том, как в момент, когда К'тан были предельно ослаблены после этой титанической войны, некроны свершили возмездие и разбили лживых богов. Сарех осознал, что время его цивилизации минуло, поскольку она не выстояла бы против мстительных слуг Старейших, среди которых главной силой выступали альдари. Безмолвный Царь приказал своему народу погрузиться в стазисные усыпальницы могильных городов, провести целую вечность во сне, а затем восстать и снова покорить Галактику. После, уничтожив командные протоколы и освободив подчинённых из-под своей власти, Сарех уплыл на личном корабле в межгалактическую пустоту, дабы обрести утешение в кромешной тьме.

====Пробуждение====

Согласно альдарской Книге Скорбной Ночи, некроны проспали шестьдесят миллионов лет. Сейчас они наконец пробуждаются, намереваясь отобрать то, что некогда принадлежало им, и Галактика содрогается в ужасе перед ними.

Технологии, обеспечившие Великий сон, находятся за гранью понимания человека и вполне могут сойти за колдовство. Хотя за гробницами некронов на протяжении несчётных веков надзирали сверхумные главные программы и легионы послушных каноптековых конструкций, спящих не обошли стороной множественные бедствия. Какие-то из миров-гробниц разграбили низшие виды или целенаправленно зачистили злопамятные альдари. У иных произошёл сбой в стазисе. Другие разрушились в результате астрономической катастрофы вроде падения метеорита или пережили столь мощные тектонические сдвиги, что склепы затопила горячая лава.

Даже те миры, что уцелели, значительно сместились относительно своих исходных позиций, и потому владения династий раскиданы по космосу, что делает некронов разобщёнными и обособленными. На многих планетах-гробницах хроностаты вышли из строя из-за механической поломки или эмпирейного искажения. Соответственно, вместо того чтобы разом пробудиться по всей Галактике, некроны возвращались из забытья по отдельности. Некоторые прекратили гибернацию в дни, когда Император возглавлял Великий крестовый поход, а другие по-прежнему дремлют.

Также нельзя сказать, что этот процесс никак не отразился на самих некронах. У немалого их числа в разумы закралась порча — либо за прошедшие эры, либо за время медленного и непростого процесса воскрешения. Некоторые пали жертвами нигилистического бреда или помутились рассудком, тогда как энграммы личности у других расстроились из-за бесчисленных мелких неисправностей.

Несмотря на всё вышесказанное, миллиарды некронов уже пробудились, и ещё триллиарды ворочаются во сне. Хотя во многих случаях благородные предводители некронов могут быть безумны, они нисколько не растеряли высокомерного чувства превосходства и жажды завоеваний. У каждого владыки и у любого фаэрона свои планы: накапливать запасы и укреплять оборону, совершать налёты и дестабилизировать ситуацию, рассылать надменных эмиссаров или устраивать омницидальные чистки ненекронской жизни. Со стороны поведение некронов кажется беспорядочным, почти на грани сумасшествия, но в действительности большинство действий направлено на достижение основных целей, а именно: отнять у врагов сами звёзды, которыми раньше владели некроны, и вернуть династиям былую славу.

{{Врезка|'''Триархия'''

С самых ранних дней старшие представители отдельных семей некронтир якобы слушались во всём Триархию — собрание трёх фаэронов. Во главе её стоял Безмолвный Царь, обращавшийся к подданным только через двух других фаэронов, которые помогали ему советом и правили вместе с ним. Триархия занималась тем, что издавала кодексы поведения в политической и военной сферах и поручала своим преторианцам следить за соблюдением законов и поддерживать существование династий и самой империи некронтир. К трагическому концу Войны в небесах преторианцы сочли, что не справились со своим долгом, и поэтому, вместо того чтобы погрузиться в Великий сон, отступили в тень, чтобы сохранить знания и культуру некронов, присматривая за спящими мирами-гробницами до тех пор, пока их сородичи не восстанут вновь.}}

{{Врезка|'''Эон 34.Н, эра Вальгола, Костяное Царство'''

''Расположенный посреди Вурдалачьих звёзд Дразак — это заваленное трупами пристанище несчётных освежёванных, где лишь отдельные некроны сохранили какое-то подобие рассудка. В их числе Валгуль Падший, правящий этим угрюмым местом с трона из кожи и костей. Дразак всё ещё может похвастать грозной флотилией и, на первый взгляд, незаражёнными армиями, которые Валгуль отправляет собирать окровавленную плоть в попытке насытить проклятых обитателей своих владений. Всё чаще в таких набегах за свежим мясом он заходит дальше, забредая даже на территории соседних династий. Когда это случалось, местная знать пробовала завладеть его армадами кораблей, но в их царствах тут же разражались вспышки вируса Свежевателя, в результате чего Валгулева империя пожирателей мертвечины теперь расширяется.''}}

====Тысяча империй====

Большая часть некронского дворянства — ярые традиционалисты, придерживающиеся древних социальных и военных норм. Они навязывают строгую иерархию и порядок и развёртывают легионы, соблюдая кодексы поведения Триархии, которая некогда правила ими всеми. Что самое важное — аристократия по-прежнему сражается за свои родные династии.

Саутехи, Мефриты, Нигилахи и Огдобехи — эти и бессчётные другие династии образуют раздробленный народ некронов. Все они технически объединены под правлением Безмолвного Царя, но многие считают себя выше династий соперников, в точности как знать некронов мнит себя выше младших рас, поэтому в равной мере готовы вступать друг с другом в конфликты и заключать союзы. Как следствие, бесчисленные малые семейства то и дело поглощаются более крупными и могучими.

Вдобавок постоянно просыпаются новые династии, и по мере роста их числа увеличивается количество опасностей для остальной Галактики. Теперь, когда Сарех, последний из Безмолвных Царей, вернулся, он стремится объединить своих подданных и снова начать покорение Галактики. Ходят слухи о его дьявольском плане нейтрализовать угрозу Хаоса и поработить низшие виды раз и навсегда. И учитывая, что его враги заняты взаимным уничтожением и всё больше некронов встаёт под его знамёна, вероятно, уже поздно что-либо предпринимать...

===Неутомимый марш===

На несчётных полях брани по всей Галактике некроны переходят в наступление. Слабо различая прислужников Императора, почитателей Тёмных богов и кишащих кругом иных чужаков, властолюбивые некронские дворяне посылают легионы, дабы любыми средствами отвоевать свои межзвёздные имения.

Некронов прежде всего знают и боятся за их способность появляться буквально из-под ног. Несчётные цивилизации, сами того не ведая, заселили миры, скрывающие гробничные комплексы некронов глубоко под поверхностью. И будь то по сигналу хроностата или по команде главной программы, зафиксировавшей присутствие чужеродной жизни, эти сокрытые под землёй спящие пробуждаются.

Если степень угрозы некрополю определена как значительная, главная программа запускает процесс воскрешения некронских солдат и военных машин и применяет их в меру своих возможностей, развёртывая для обороны вместе с каноптековыми конструкциями. Лишь когда местная знать просыпается и снова берёт под управление свои армии, некроны идут в атаку. Тогда можно считать, что дни несчастных колонистов сочтены. Твердь разверзается, и океаны утекают в зияющие расщелины, откуда неумолимо поднимаются могильные города. Небеса заволакивают тучи каноптековых скарабеев, а земля блестит колоннами движущихся в бой полчищ. Вражеские крепости затихают, когда почва под ними вздымается и путь наружу когтями пробивают андроиды-убийцы, дабы поймать своих жертв в ловушке в их же собственных бастионах, ранее казавшихся неприступными. Если же на помощь осаждённому миру прибывают подкрепления, то они, как правило, обнаруживают, что ужасающие системы защиты гробницы и могучие воинства уже поджидают их. Так, безжалостно вырезав низшие расы, обитатели очередной планеты-гробницы присоединяются к битве за господство над Галактикой.

====Тень на звёздах====

Угрожай некроны планетам юных выскочек только таким образом, это уже была бы огромная опасность, но вдобавок они снова и снова обрушиваются с небес для покорения миров, иногда возникая прямо из воздуха и сразу развязывая кровопролитие. Подобные фокусы — вовсе не колдовство, как может показаться, а результат работы изобретательных криптеков.

Отчасти выступающие в роли придворных визирей, главных инженеров и космических алхимиков, криптеки обладают большим влиянием в обществе некронов. Настолько глубоко их понимание фундаментальных законов Вселенной, что низшим видам способности криптеков видятся магией. Криптеки не ограничивают себя какой-то одной научной дисциплиной — каждый увлечённо изучает всё, что ему захочется. Подобные решения опираются на личные капризы, наклонности и нередко бредовые идеи, возникающие после долгой гибернации. Зачастую криптеки выбирают поле деятельности в зависимости от того, что, как они считают, принесёт им наибольший успех при царском дворе и наделит их лучшими рычагами давления на конкурентов и благородных господ.

Плазманты, к примеру, исследуют методы применения чистой энергии в военной сфере; это агрессивные воины-учёные, чьи тела окутаны разрядами убийственной мощи и которые способны аннигилировать противников одним жестом. Психоманты или хрономанты, для сравнения, действуют куда искуснее; первые играют на примитивных страхах всех живых, тогда как вторые манипулируют ходом самого времени. Есть бессчётное множество других специализаций, начиная с превосходных конструкторов техномантов и заканчивая гравимантами с их искажающими реальность силами и зловещими пенумбрамантами.

Криптеки ценятся не только за личные навыки. Они также создают и обслуживают сверхъестественные механизмы, позволяющие их хозяевам проводить военные кампании столь разными и жуткими способами.

В числе подобной техники — двигательные установки, с помощью которых флотилии кораблей-гробниц могут пересекать космическую бездну почти так же быстро, как посредством варп-перелётов, но в куда более безопасной манере. Грозные линкоры колоссального размера, коими выступают корабли-гробницы, легко способны одолеть мощнейшие звездолёты младших рас, однако их главное достоинство, бесспорно, заключается в том, какой огромный вклад они вносят в планетарные нашествия некронов. Достаточно одному-единственному кораблю-гробнице зависнуть на низкой орбите оспариваемой планеты, как он начнёт посылать на врага одну волну боевых машин за другой, а с помощью технологии квантовой червоточины откроет проход для некронских пехотинцев, которые будут изливаться на поверхность миллионами.

Ещё одним сверхпродвинутым средством вторжения некронов являются дольменные врата. Впервые их опробовали в ходе Войны в небесах, после того как К'тан по имени Ньядра'зата Пылающий подарил некронам возможность их постройки. Эти арки из живого камня пробивают рангоуты Паутины для прохода по ним, но металлическим воинам приходится торопиться, поскольку, даже будучи порабощённой, полуразумная транспортная сеть сопротивляется и норовит уничтожить некронов. Впрочем, такой риск вполне оправдан, когда низшие виды внезапно обнаруживают, что древние и давно забытые руины на их планете ожили и оттуда маршем выходят легионы неумирающих солдат.

===Звенья-Парии===

После открытия Великого Разлома сразу несколько областей Галактики погрузились в тишину, но записи об этом затерялись в бюрократической администрации Терры. Не то незамеченные, не то банально проигнорированные, они содержали предупреждение касательно чудовищной схемы, разворачивающейся в огромных масштабах.

{{Врезка|'''Чёрный камень'''

Лишь недавно в Империуме начали осознавать значимость минерала, который называют ноктилитом, или чёрным камнем, как он больше известен. Абаддон Разоритель раскрыл его силу и важность намного раньше и применил это знание с апокалиптическими последствиями. Однако истинные мастера обращения с чёрным камнем — некроны, так как они разгадали тайны этого вещества и использовали его за миллионы лет до появления юных рас.

Чёрный камень так зовётся потому, что он добывается из гладких тёмных отложений, внешне похожих на оникс или обсидиан. Для имперских учёных показания, снимаемые с него, противоречивы и запутанны, однако криптеки видят в них куда больше смысла. Тем не менее даже человечество поняло ключевое свойство этой субстанции — ноктилит резонирует с энергией имматериума и при соответствующей полярности либо проводит, либо рассеивает её с чудовищной силой.

Пока младшие расы неумело обращаются с чёрным камнем, осваивая его простейшие возможности, некроны встраивают этот полезный материал в свои боевые машины, оружие и даже в громадные мегалиты, называемые пилонами. Криптеки постигают техносакральные таинства проведения космической энергии через ноктилит, заставляя его гореть яркими цветами, когда он выпускает убийственные лучи, открывает потрескивающие порталы или производит иные эффекты, невообразимые для противников. Некроны используют чёрный камень в матрицах нуль-полей, уберегающих миры-гробницы от враждебных психических проявлений, и с недавних пор в экспериментальных пилонных решётках, которые могут обречь на гибель абсолютно всех врагов расы некронов.}}

====Средоточие погибели====

По мере того как просыпается всё больше и больше некронов и их завоевательные армии расходятся дальше, увеличиваются подконтрольные им территории в Галактике. И всё же династии разобщены, их силы рассеяны, а предводители нападают друг на друга с той же охотой, с какой объединяются против общего врага. Хотя аристократия отказывается признать правду — или, как во многих случаях, попросту не в состоянии из-за неполадок в энграммах, — шанс некронов добиться галактического господства в ближайшие тысячелетия фактически равен нулю.

Но теперь, когда вернулся Сарех, последний из Безмолвных Царей, всё может поменяться. Вместе с тем в связи с открытием Великого Разлома протоколы антихаоса выпустили из долгого заключения секту криптеков, известных как техномандриты. В своё время их похоронили именно по команде Безмолвного Царя, поскольку в своей исключительной гениальности они затмевали всех соперников и, объединившись в гильдию, могли образовать мощный политический блок, способный угрожать существованию самой Триархии. Сейчас, однако, Сарех претворяет в жизнь замысел настолько масштабный и амбициозный, что решил попробовать наладить отношения с техномандритами.

Со многими ему это удалось — хотя далеко не со всеми, — ибо план Безмолвного Царя поистине впечатляет. Разместив массивы гигантских пилонов из ноктилита с отрицательным зарядом, он намеревается создать зоны, которые невежественное и напуганное человечество окрестило Звеньями-Париями. Каждая из таких областей охватывает межзвёздные пропасти и распространяет зловредную энергию посредством сети пилонов с одной планеты на другую, тем самым накрывая просторы Галактики сдавливающим души похоронным саваном.

Там, где небеса пронзают циклопические пилоны, целые регионы космоса отрезаются от варп-пространства, будто стеной из треснувшего стекла. В таких местах перелёты и перемещение через варп, а также астропатическое сообщение и проявление демонов и психосил крайне затруднены, пусть и возможны. Если расширять эти разбросанные средоточия, пока они не сольются воедино, то, как считает Сарех, с угрозой Хаоса будет навсегда покончено. Но это лишь одна из целей его ужасающего плана, поскольку полное отсутствие эмпирейной энергии будет столь же губительным для низших рас, сколь и её избыток в настоящий момент. Живые создания в пределах Звена-Парии цепенеют от отчаяния до такой степени, что со временем впадают в ступор, после чего неизбежно умирает душа. Такая страшная участь оставляет их физические оболочки пустыми, но живыми — идеальными сосудами для экспериментов по обратному биопереносу. С помощью этой грандиозной затеи и при поддержке техномандритов последний Безмолвный Царь рассчитывает избавить свой народ от проклятия, которое он наслал, и таким образом объединить некронов, чтобы раздавить любых врагов, которые смогут выжить, и в конце концов вернуть власть над Галактикой.

{{Врезка|'''Эон Вр.3, Сарконская эра, Империя Отделённых'''

''Здравомыслящие некроны с давних пор обходят стороной огромную зону вокруг планеты-гробницы Саркон. Ещё в незапамятные времена катастрофические радиационные бури изолировали там ряд некронских миров, достойных целой династии, а в последнее время близлежащие царства сообщают о том, что из глубин той области в большом количестве выбираются армии некронов. За ними по пятам якобы следуют их же призрачные послеобразы, и вдобавок солдаты вышагивают в таком зловещем порядке, что кажется, будто ими движет единая богоподобная сущность. Даже местные дворяне выглядят околдованными, и при этом никто из них не называет себя Сарконским Императором, которому они верны. По неподтверждённым сведениям, кажущаяся безмозглость, коей отличаются армии Саркона, охватывает всё новых некронов в смежных регионах.''}}

====Нерациональность веры====

Первое зафиксированное в Империуме столкновение с контраимматериальной узловой матрицей Безмолвного Царя (как именуют её некронские зодчие) произошло в Нефилимском субсекторе. На фоне анархии, порождённой открытием Великого Разлома, и призывов о помощи, доносившихся со всех концов Империума-Санктус, некоторые восприняли это явление как благодатный оазис спокойствия. Однако другие отнеслись к нему с подозрением, и для расследования из состава крестового похода Индомитус была выделена боевая группа. Приписанные к ней имперские логисты сперва обозначили регион как Звено-Пария, но позже, когда стали поступать сообщения о схожих зонах, его переклассифицировали в Нефилимскую аномалию. Войска группы столкнулись с планетами, которые описали как «усмирённые»: одни были населены кататоническими выжившими, другие казались покинутыми, словно миры-призраки. Подавленные гнетущим отчаянием, силы имперцев поначалу стали лёгкой добычей для некронов в этой области.

Как и в случае с прочими узловыми матрицами, созданными по приказу Сареха в разных уголках Галактики, Нефилимская аномалия охранялась легионами множества династий. Пока большинство из них отбивало нападения низших видов по мере неуклонного разрастания сети, другие не преминули воспользоваться шансом укрепить собственные позиции или свести старые счёты. Эта разобщённость обернулась слабостью, которую имперцы сумели использовать в полной мере. Вдобавок кое-кто из людей проявил неожиданную стойкость к удушающей пелене энтропии, исходящей от узловой матрицы. Эту стойкость люди связывали со своей невыразимой верой.

Поначалу Сарех отстранённо наблюдал за работой всех узловых матриц, но, заметив, как развиваются события в Нефилимском субсекторе, решил вмешаться лично и своим авторитетом сплотил некронов для претворения задуманного. Умение пробуждать лояльность у колеблющихся союзников, принуждать и манипулировать недоброжелателями, заставляя их исполнять свою волю, использовать высокий благородный статус и изощрённое политическое мастерство, чтобы преодолевать династические разногласия, — все эти и многие другие имеющиеся у него таланты Безмолвный Царь ловко обратил против вторгшихся имперских сил, благодаря чему те успехи, которых добились люди, сперва были сведены на нет, а затем и вовсе превращены в неудачу. На фронте длиной в световые годы их неуклонно оттесняли к постепенно расширяющимся окраинам Звена — по крайней мере тех, кого ещё безжалостно не истребили.

То, как именно некоторым людям удалось противостоять воздействию матрицы, осталось непонятым. Безмолвный Царь Сарех счёл это незнание изъяном, способным подорвать затею с узловыми матрицами, и поручил величайшим криптекам выяснить причину.

{{Врезка|'''Техномандриты'''

Значительная часть самых продвинутых технологий некронов проистекает от загадочного общества криптеков, называемых Техномандритами Магистраха.

О том, что именно с ними случилось, ходят противоречивые сведения, ибо у некронов, считающих, будто могли быть свидетелями тех событий, неожиданно путаются энграммы памяти, а иные заявляют, якобы произошедшее имело место задолго до биопереноса и, следовательно, ни один существующий некрон не жил в то время. Тем не менее все сходятся в одном: на Магистрах ополчился сам Безмолвный Царь, убедивший династии в том, что ни одна фракция не должна диктовать ход разворачивающейся Войны в небесах. Так могущество техномандритов рассеялось навсегда. Согласно большинству легенд, Безмолвный Царь впоследствии запер криптеков в тюрьму, хотя, что она собой представляет, никто сказать не в состоянии (или просто не смеет).

С возникновением Великого Разлома поползли слухи о возвращении техномандритов. По утверждениям отдельных некронов, Сарех даровал криптекам прощение и свободу, а, по мнению других, его вынудили заключить договор, цену которого он не может заплатить. Кое-кто так и вовсе считает, что пленники сами выбрались из заточения. И хотя многие техномандриты и их сподвижники трудятся сейчас над запуском узловой матрицы Сареха, остальные вынашивают собственные планы и уже нашли себе место при дворе различных династий.}}

====Иллюминор Серас====

Среди некронов, изучающих влияние узловых матриц на молодые виды галактики, главенствующее положение занимает иллюминор Серас. Претворитель биопереноса и безжалостное чудовище, биоархитектор и сверхтехнологичный вивисектор, Серас стремится раскрыть тайны самой жизни. Он применяет свои познания в анатомии как на поле битвы, так и за его пределами, препарируя живые организмы, дабы усовершенствовать тела некронов.

Пусть К'тан и снабдили знанием для биопереноса, но именно Серас всё организовал. Ещё тогда он рассматривал это лишь как первый из нескольких шагов на пути к конечной эволюции, которая в итоге позволит стать не созданием из плоти или металла, но богом из чистой энергии. До того дня Серас вынужден в полной мере использовать возможности своего механического тела. В конце концов, оно не столь уж и плохое, ведь ему больше не нужно спать и не приходится иметь дело с тысячью недостатков и забот, присущих бренной плоти.

Серас стремится разгадать секреты жизни, ибо опасается, что из него не получится достойный бог, если он досконально не познает их. На протяжении многих столетий Серас балансирует на грани полного осмысления, но почему-то конечное знание всегда ускользает от него. Быть может, во вселенной существуют понятия, не поддающиеся логическому объяснению, а может, всё гораздо проще — чтобы понять жизнь, нужно быть живым, а не мёртвым. Каковы бы ни были причины, правда такова, что Серасу почти безо всякого сомнения никогда не постичь тайны души. Но такую правду он ни за что не приемлет. Не так давно этим обстоятельством не преминул воспользоваться держащийся в тенях Безмолвный Царь, чтобы заручиться преданностью Сераса. В конце концов, раз иллюминор претворил идею биопереноса, то он наверняка сумеет осуществить обратный процесс, и тогда, вероятно, на него снизойдёт долгожданное откровение.

Хотя Сераса терзают загадки жизни, никто не сравнится с ним талантом улучшать вооружение и даже андроидные оболочки некронов. Изучив строение и принципы функционирования различных существ, он узнал, как улучшить практически любой механизм в теле некрона, что многие соратники Сераса считают неприемлемой гнусностью. Так, сведения, добытые в ходе препарирования фасеточных глаз вужалийского арахтоида, позволили усовершенствовать настройку оптических прицелов, а молекулярный разбор хитиновой шкуры амбулла помог найти более эффективную конфигурацию брони. И это всего два примера из многих тысяч. Тело и снаряжение самого иллюминора модернизированы с учётом его новейших открытий. Манипулятор атомной энергией позволяет разбирать подопытные экземпляры на составные элементы прямо в разгар битвы, а исследование Серасом чувствительных к варпу разумов привело к созданию им эмпирейного перегрузчика, который поражает мозг противника и вызывает внезапное и гибельное проявление пси-способностей.

Временами Серасу приходится отвлекаться от научных изысканий и действовать в интересах других, поскольку ему необходим постоянный приток новых живых объектов для исследований, а самый практичный способ для него обзавестись ими — предложить кому-нибудь свои услуги в обмен на пленных. В результате Серас часто появляется на полях сражений в 41-м тысячелетии, возникая, словно привидение.

Иногда услуги Сераса пользуются таким спросом, что он сам устанавливает цену, неизменно требуя в качестве оплаты совершить налёт на планету по его выбору. Больше всего Серас дорожит альдари, так как их изучение неизменно даёт самые занимательные результаты по сравнению с исследованием любых других созданий в Галактике. Однако немногие владыки умышленно переступают границы эльдарских территорий, кроме как ради значительной военной выгоды, поэтому для Сераса подобные экземпляры самые труднодоступные. Он каждый раз идёт в первой волне таких нападений, так как предпочитает лично выискивать и отбирать стóящие его услуг образцы, чтобы быть уверенным, что клиент не обманул его.

Пойманных жертв Сераса ожидает полное боли и, возможно, долгое существование в запятнанных кровью тёмных лабораторных катакомбах Зантрагоры. На мёртвых Серас проводит мало операций, ибо считает, что искомое им знание можно добыть только у живых, поэтому блоки стазисных машин поддерживают жизнь в пациентах и удерживают их в сознании в течение всей вивисекции, хотя страшную боль они нисколько не приглушают. Крики агонии подопытных Сераса не имеют для него значения по той причине, что он не ощущает никакого родства с подобными низшими тварями. Он попросту отключает свои аудиорецепторы, пока не стихнут омерзительные вопли, и невозмутимо наблюдает, как его жужжащие инструменты молекула за молекулой разбирают подопытного на части.

Ходят разные слухи о том, какую лепту внёс Серас в изобретение и создание Звена-Парии, но никто не станет спорить, что иллюминор пользуется всеми его преимуществами. Сотни тысяч «усмирённых» созданий уже сгинули в ужасных лабораториях криптека, и его жатва быстро набирает обороты.

===Звено-Пария===

'''T12345x000-11'''

'''Бхорсис'''

Криптеки Безмолвного Царя выпустили на планету Бхорсис потоки каноптековых разборщиков — от микроскопических до монументальных, — и те обрушились на имперских защитников подобно буре. С лёгкостью расправляясь с тысячами воинов, они прокладывали путь для Сареха и его легионов до тех пор, пока на соседней луне честь владыки Кареп'ты из династии Нигилахов не опорочил капитан Космодесанта, оставивший без ответа его благородный вызов на поединок. Скорый на расправу Безмолвный Царь быстро забрал некронов с поверхности и стёр оба небесных тела в пыль вместе с копошившимися там «паразитами», проведя длительный бомбардировку с борта своей боевой ладьи «Песнь забвения».

'''T12345x000-11'''

'''Ястан-Дельта'''

Сотворив настоящее чудо криптоинженерии, которое он назвал Гексаграфической Кульминацией, иллюминор Серас заключил осколок К’тан в ро-складку плоскостей из чёрного камня под поверхностью одновременно трёх миров в Ястане-Дельта. Заряженный частицей энергии вопящего звёздного бога, агрегат Сераса при включении начал распространять потрескивающие потоки антиэмпирейного поля. Пульсирующая мощь, предназначенная для укрепления Звена в месте нарушения его целостности, показала сверхъестественную эффективность: она усмирила души всех живых существ в паутине систем Дельты, превратив миры в обиталища привидениий, а пытающиеся спастись корабли — в гулкие металлические остовы.

'''T12345x000-11'''

'''Вантис III'''

Кабал криптеков под руководством приближённого советника Безмолвного Царя — Орикана Предсказателя — повёл армию на Вантис III, чтобы уничтожить там Базиликанум Император — освящённый кастеллум, который укрепили ревностные воины Адепта Сороритас и техножрецы Адептус Механикус. Орикан предвидел, что крепость может стать ещё большей угрозой планам Сареха из-за удивительной способности людей противостоять воздействию Звена. Проявив невероятное единство, легионы Сареханов, Орусхов и Уретп, а также триархические преторианцы стройными рядами отправились на штурм твердыни.

==Зловещие машины==

Некроны обладают технологической базой, настолько опережающей уровень развития любых других обитателей Галактики, что только изобретательность альдари заслуживает хотя бы близкого сравнения. Впрочем, это, пожалуй, неудивительно для механических созданий и определённо кажется вполне естественным их аристократической прослойке, подогревая её высокомерную убеждённость в превосходстве над презренными низшими расами.

====Изобретение бессмертия====

Поразительно живучими некронов делает не только крепкая броня, но и живой металл — полуразумный сплав, способный перестраиваться на молекулярном уровне, растекаясь и воспроизводясь для устранения повреждений так же быстро, как их нанесли. Не менее тревожное зрелище — наблюдать в действии реанимационные протоколы некронов. Если их солдат погибает в бою, мерцающее сияние загробной энергии притягивает дёргающиеся части павшего. Даже полностью раздробленные воины могут собраться воедино и поковылять обратно в строй. Те же, кто получил слишком тяжёлый урон, испаряются во вспышках, отозванные в стазисные склепы для тщательного ремонта или навсегда уничтоженные безотказными системами, чтобы не дать врагу собрать детали для изучения.

Существуют также некоторые технические приёмы и приспособления, ускоряющие или улучшающие базовый процесс регенерации. К примеру, сферы воскрешения, которые держат при себе высокопоставленные дворяне, посылают импульс излучения, мгновенно перезаряжающий системы самовосстановления ближайших некронов. В свою очередь, устройства вроде филактерии или потусторонний луч каноптекового реаниматора содержат рои наноскарабеев, которые быстро исправляют даже мельчайший ущерб тонким механизмам в оболочках и машинах некронов.

И наконец, есть каноптековые пауки и скарабеи; первые расходуют чистую энергию на производство вторых, а те, в свою очередь, в состоянии переработать любую твёрдую материю в новые запасы энергии, из которых их хозяева-криптеки могут собрать что угодно: от военной техники и укреплений до могучих сооружений. Со временем такой реплицирующийся рой способен до основания разрушить поселения низших рас и возвести на их месте прекрасные могильные города.

====Орудия господства====

Наиболее распространённое вооружение некронов основывается на гаусс-технологии. Начиная от переносных гаусс-свежевателей, которыми оснащены рядовые некроны, и заканчивая массивными проекторами дугового потока — все эти инструменты смерти функционируют одинаково. Они выпускают молекулярно-деассемблирующий луч, разбирающий броню, плоть и кость на атомы слой за слоем.

Но гаусс-оружие — лишь одно из ужасающих боевых приспособлений некронов. Тесла-разрядники исторгают живые молнии, которые сжигают и взрывают жертв и могут даже перескакивать между ними. Корпускулярные излучатели создают потоки частиц антиматерии, мощно детонирующие при контакте с другой материей. Не менее пугающее и эффективное — энмитическое оружие, гудящие импульсы которого заставляют атомы цели резко отталкиваться друг от друга. В числе тяжёлых огневых средств: пушки Судного дня и вариации грозного луча смерти. Первые стреляют плазмой и обладают невероятно разрушительным потенциалом. Они настолько энергозатратны, что для облегчения их развёртывания были разработаны целые платформы. Лучевики смерти между тем проводят колоссальные объёмы энергии через фокусирующий кристалл, выпуская столб слепящего и обжигающего света, который рассекает одну мишень за другой.

Хотя некроны, как правило, отдают предпочтение подавляющей огневой мощи дистанционного оружия, тем самым выражая противнику своё презрение, их оружие для ближнего боя ничуть не менее опасно. Гиперфазовые мечи вибрируют во множестве пространственных состояний, позволяя без сопротивления взламывать блоки неприятеля. Схожим образом работают пустотные клинки, от мельчайшего прикосновения которых разрушаются молекулярные связи в теле жертвы.

Некоторые инструменты разрушения вдобавок выступают символами статуса. Посох света, например, служит одновременно боевым скипетром и грозным энергетическим оружием малой дальности. Боевые косы, обычно используемые лишь знатью некронов и её телохранителями из рядов лич-стражи, генерируют незримое поле вокруг внушительной тяжести клинков и с каждым взмахом рассекают даже самые плотные объекты, словно их нет вовсе.

====Технологические блага====

Криптеки не ограничиваются созданием лишь наступательных средств. Их навыки позволяют творить и обслуживать несчётные другие загадочные устройства, наделяющие легионы некронов преимуществами на поле брани. Одно из подобных изобретений — генератор квантовых полей, которые поглощают силу вражеских атак и преобразовывают её в безвредную энергию с эквивалентным зарядом; более того, квантовые экраны тем эффективнее, чем мощнее вооружение противника. Чуть меньшую защиту предоставляют рассеивающие щиты лич-стражей. Громадные и тяжёлые, они имеют встроенные генераторы энергетических полей, которые не только останавливают выстрелы, но иногда отражают их обратно во врага.

Повсеместно встречаются в армиях некронов различные телепортаторы. Обычно в них используются пленённые червоточины, благодаря которым фаланги идут в бой прямо из глубин своих гробниц или даже с поверхности далёких миров. У врат вечности монолита можно переключить режим, и тогда они откроют портал изгнания, затягивающий вопящих врагов и выбрасывающий их в своеобразное чистилище — небытие за гранью реальности. Вкупе с генераторами гравитационного отталкивания, с помощью которых всё что угодно, от пехоты до массивной техники, способно плавно скользить по воздуху на немалой скорости, нетрудно догадаться, почему воинства некронов куда более стратегически проворны, чем кажется на первый взгляд по жёсткой поступи их солдат.

{{Врезка|'''Криптотрэллы'''}}

{{Врезка|'''Гаусс-технологии'''

Многие солдаты и боевые машины некронов используют различные виды гаусс-оружия. Технология, лежащая в их основе, считается еретической и фантастической среди адептов Адептус Механикус, которые пытались изучить её по свидетельствам очевидцев и обрывочным пикт-записям. Техножрецы пробовали объяснить её с точки зрения асинхронной линейной индукции или биполярного гипермагнетизма, но ни одно человеческое толкование не способно выразить ужасающий эффект разъедания, который она производит.

Мерцающие лучи за считаные мгновения разбирают цель на составные атомы слой за слоем. Мясо и кровь, кости и броня — всё распадается и испаряется, притягиваемое к оружию. Даже укреплённый керамит и усиленный пластбетон не дают гарантированной защиты — они способны сопротивляться лишь немногим дольше.

Разрушения, вызываемые продолжительным обстрелом из гаусс-оружия, и его применение в качестве средства устрашения хорошо запомнились альдари. Многие из молодых видов Галактики тоже научились бояться его. Ужасные раны, наносимые гаусс-свежевателями, которыми оснащены рядовые воины некронов, практически невозможно залечить обычными методами. Видеть, как товарищей разрывают на части потоки болезненно-зелёного света, выпущенные рядами безжизненных андроидов, что неумолимо наступают подобно самой смерти, — достаточно, чтобы сломить даже самых стойких защитников.}}

====Услужливые и расколотые====

Высокие технологии также позволяют некронам подчинять своей воле иных существ. Некоторых из них создали специально под нужды некронов, тогда как других поработили на веки веков за их преступления против расы некронов.

В числе первых каноптековые конструкции, встречающиеся как в гробничных комплексах, так и в полчищах некронов. Какие-то из них крупные и сильные, как, например, гибельные охотники, охраняющие арсеналы своих хозяев, или пауки, контролирующие скарабеев и другие меньшие дроны. Некоторые выполняют необычные функции, вроде бесплотных каноптековых призраков, которые занимаются починкой труднодоступных систем в некрополе, или плазмацитов, что изолируют и выкачивают порченые энграммы у спящих в стазисных усыпальницах. Последних приспособили спятившие члены культов уничтожителей, которые стремятся вкачивать в себя подобные энграмматические паттерны, дабы избавляться от остатков личности и подпитывать свой нигилистический настрой. Любые каноптековые конструкции лишены подлинного разума, это искусственные рабы, совершенно неспособные на независимое мышление.

Иное дело осколки К'тан, ибо когда-то они были звёздными богами с практически безграничной силой, которые обманом выкупили у некронтир души. Сарех отомстил этим сущностям, разбив их посредством орудий, заряженных невообразимой космической энергией. И всё же К'тан были неотъемлемой частью самой реальности. Соответственно, их нельзя уничтожить, можно лишь разделить на слабые подобия их прежнего величия. Но даже так всякий осколок наделён ужасающей мощью. Потому некроны запрятали их в межмерные тюрьмы, известные как тессерактовые лабиринты.

Когда К'тан применяют в качестве оружия на поле битвы, криптеки следят за целостностью их технологических оков, держат на коротком поводке, будто каких-то животных, и заставляют выполнять пожелания господ. Разумеется, порой случается, что К'тан ломают кандалы, и тогда опустошительное воздаяние без разбора настигает и некронов, и их врагов.

===Миры-гробницы===

Армии Империума натыкались на миры-гробницы в каждом уголке изведанного космоса. И тем не менее человечество обнаружило лишь незначительную долю территорий династий, на которые прежде была поделена Галактика. Планеты некронов сейчас рассеяны, многие изолированы или находятся в блокаде, однако любая из них представляет собой могучий оплот.

Никто, кроме самих некронов, теперь не помнит о великолепии раскинувшихся среди звёзд владений знатных династий до Великого сна, но нет никаких сомнений в том, что их состояние заметно ухудшилось за минувшие шестьдесят миллионов лет. Когда Безмолвный Царь приказал своим людям погрузиться в многовековую дрёму, он сделал всё возможное, чтобы уберечь их. Города некронов специально перестроили для поддержания и защиты их обитателей на протяжении сна длиною в эры. К предстоящему испытанию вечностью нельзя было подготовиться лучше с точки зрения принятых мер безопасности и задействованных технологий, и всё же, как известно, Вселенная не стоит на месте, да и время не щадит никого.

Некоторые миры-гробницы пострадали от космических феноменов ошеломительной мощи, будь то гибель звёзд, падение громадных астероидов или даже просачивание зловредной эмпирейной субстанции. Планеты некронов проваливались в холодную тьму, превращались в выжженные пустыни, облучались, растягивались и разрывались гравитационными силами, попадали в энергетические бури и претерпевали множество иных катаклизмов, в результате чего стали враждебными для органической жизни. Впрочем, всё это мало повлияло на самих некронов, ибо их андроидным телам не требуется то, что необходимо существам из плоти и крови. Напротив, династии вроде Нефрехов или Токтов даже извлекли пользу из подобных смертельных условий.

В иных мирах биосфера, наоборот, пышно расцвела, и после воскрешения некронская знать где-то даже решила не избавляться от неё, посчитав флору и фауну подходящей маскировкой для укреплений. Куда чаще, однако, — особенно в тех случаях, когда планету облюбовали разумные виды — некроны быстро одолевают и пожинают всех и вся на поверхности. С пробуждением легионы обнаруживают всё что угодно: от злачных пажитей до шумных каменоломен, от возвышающихся крепостей до больших городов и военных зон, где юные цивилизации неистово раздирают друг друга, не представляя о том, кого потревожил их конфликт.

Независимо от природы или обстановки на планете, её судьба безвозвратно меняется, как только просыпаются спящие. В недрах земли начинают шевелиться некрополи, отчего дрожат сами континенты. Наверх пробиваются колоссальные сооружения, рассыпая постройки молодых цивилизаций, и одновременно с этим извергается магма и проносятся энергетические бури. Зловещие мегаструктуры взмывают в небеса, где встают на защиту планеты бдительными стражами и активируют свои космические суперпушки. Когда руководство на себя берёт местный представитель знати или криптек, по всему земному шару проносятся рои каноптеков, пожирающие творения низших видов и перерабатывающие их для последующего возведения мегалитических монументов своим восставшим хозяевам. Любые следы прошедших тысячелетий устраняются, едва некроны возвращают себе власть над законными территориями.

====Иерархия миров-гробниц====

Ещё до Великого сна миры каждой династии некронов были распределены и классифицированы, согласно чёткой иерархии. Планеты обозначались как коронные, центральные или окраинные, и каждое из этих наименований несло в себе значимый подтекст.

Сердцем любой династии выступает её коронный мир, где на троне восседает правящий фаэрон. Коронные миры в равной мере могут похвастаться внушительной обороной и царственной красотой, и во многих к тому же встречаются невообразимые сооружения, аппараты или орудия божественной мощи. Любые ресурсы в первую очередь поступают в коронный мир, гарантируя, что местные солдаты будут самыми лучшими и сильными, как и полагается личным легионам некронского монарха.

Далее следует внутренний круг родовых планет, который составляют центральные миры, как правило, управляемые выдающимися владыками. Это настоящие средоточия военной мощи и грандиозной архитектуры, свидетельствующие о могуществе династии. За ними идут окраинные миры, наиболее удалённые от света коронного мира и потому не особо важные. Такие планеты считались не более чем пунктами сбора ресурсов и пограничными цитаделями, вследствие чего их жаловали младшим лордам.

Однако там, где прежде был порядок, теперь лишь хаос. Смещение Галактики за миллионы лет и астрономические катастрофы вызвали неразбериху в среде некронов, и в настоящее время пробудившаяся знать пребывает в смятении, чем пользуются некоторые её представители. Какие-то из коронных миров лишились вассальных планет и вынуждены полагаться только на себя. Где-то наблюдалась противоположная ситуация: проснувшиеся лорды окраинных миров обнаружили, что их повелители уничтожены, и, объявив себя фаэронами, присвоили себе всё, что, по их мнению, им причиталось. Другие миры-гробницы очнулись в изобилии сырья, и те, кто сумел покорить предшествующие развитые цивилизации, уже наслаждаются кровавой жатвой.

И наконец, есть миры, проснувшиеся посреди сущего безумия. Некоторые оказались в границах бушующих варп-штормов и вынуждены отбиваться от бесконечных вторжений демонов. Другие наводнили превосходящие силы противника, и вернувшимся из забытья дворянам времени хватило лишь на то, чтобы осознать весь ужас случившегося, прежде чем их настиг злой рок. Хуже всего, однако, пришлось мирам Отделённых — планетам, где сбои в процедурах оживления привели к тому, что некроны там не более чем пустые оболочки, марионетки в жуткой пародии на жизнь, которую разыгрывает главная программа, не способная передать контроль своим проклятым хозяевам.

{{Врезка|'''Эон 8.N, эра Нааска, Жатва плоти'''

''По требованию фаэрона Нааска династия Энат’хеф приступает к воссозданию живых тел, которыми некогда обладала. Задача почти невыполнима, ибо все воспоминания об их прежней форме стёрты. В ходе кровопролитных налётов собираются урожаи представителей человечества, эльдар, гранша, родичей, тридов и дюжины других рас. Заодно некроны разжигают межвидовые войны, чтобы проверить выносливость прочих разумных представителей. Тем временем банки плоти и генные хранилища Энат’хеф разрастаются, а их кошмарные эксперименты не прекращаются. Однако постепенно на некронов выходят враги: с одной стороны мстительные выжившие, стремящиеся освободить похищенных, а с другой — щупальце флота-улья Горгона, учуявшее изобилие биомассы.''}}

{{Врезка|'''GHOST ARKS'''}}

===Мириад династий===

Война в небесах тяжело сказалась на некронских династиях и унесла многие из них. Время тоже нещадно обошлось с ними, отправив могильные комплексы навстречу истинной, вечной смерти. Тем не менее ещё остаётся огромное количество знатных семейств, и у каждого из них есть собственные миры-гробницы, уникальная геральдика, культурные и военные различия. На самом деле по всему космосу разбросано столько династий, сколько человечеству и не снилось даже в самых страшных кошмарах.

Переменчивые космические разломы Хиракийской впадины скрывают центральные миры династии Токтов, которые на протяжении целых эонов неторопливо кружились в танце с массивной коронной планетой под названием Мегошта и с тяжеловооружёнными планетоидами, что, в свою очередь, вращаются вокруг них самих. Обвитые искрящими кольцами синей молнии, кристаллические континенты-гробницы Токтов заряжаются радиоактивной энергией от расселин, пока в небе над ними проплывают плотные клубы тьмы и мелькают голубые кометы. Когда армии Токтов выбираются из своих стазисных усыпальниц, чтобы нести врагам смерть, бесстрастные металлические черепа их солдат отражают холодный свет сапфировых звёзд над головой.

Пусть далеко не самая крупная или активная, династия Токтов, бесспорно, входит в число опаснейших на поле битвы, ввиду её зловещего вооружения. Чтобы использовать мощное излучение, в котором нежатся их миры, местные криптеки встроили в оружие воинов радиационные приёмники. Теперь из глаз, гаусс-свежевателей и даже трещин в механических телах некронов волнами исходит мерцающий лазурный свет, придающий им зловещий облик. Но, разумеется, эта модификация сделана не просто для красоты; многоспектральное сияние кардинально подрывает здоровье всякого, кто состоит из плоти и крови. Когда Токты отправляются на войну, они всегда готовы выплеснуть на неприятеля едва сдерживаемую ледяную мощь Хиракийских пустотных разломов, которая ослабляет противников и заставляет их биться в агонии, делая лёгкими жертвами для беспощадных легионов династии.

====Бесчестные и параноидальные====

Название династии Некфистов издавна выступало синонимом сомнительного и бесчестного поведения. Они редко придерживались династических кодексов, поскольку всегда искали обходные пути к победе и не стеснялись прибегать даже к обману, дезинформации и заказным убийствам. Некфисты до того разочаровали Триархию, что в период правления их фаэрона Облиса Поработителя она отказалась помогать этому семейству, когда на коронную планету Мёбиус напали орки.

Опустошение, вызванное свирепым нашествием зеленокожих, оказалось ужасающим; хотя они многое потеряли, Некфисты выжили, изнурённые и озлобленные. Они променяли былое великолепие своих панцирей на грубые цвета почерневшей меди и отвернулись от остальных некронов. Для защиты родных имений они применяют любые средства, даже самые зазорные или безнравственные, и плевать хотели на великую мечту о галактическом господстве некронов.

Династия Огдобехов, напротив, весьма преуспела благодаря своим отклонениям от нормы. Дворяне и криптеки этой династии обладают равным положением, заключив непривычное соглашение, как считается, вскоре после биопереноса. В результате армии Огдобехов часто возглавлялись конклавами учёных и неизменно сопровождались полезными стаями каноптеков и величественной боевой техникой.

Со временем, однако, криптеки стали заносчивыми, и фаэрон Анатрозис Чернозвёздный превратился в параноика, боясь, что наглые визири отнимут у него власть. В связи с этим, когда пришла пора погрузиться в Великий сон, он настоял на создании внушительной армии каноптековых конструкций, подчиняющихся только ему, дабы он сумел быстро восстановить свои легионы, если бы им что-то угрожало. Из тех же соображений его гробницы были построены с трёхуровневой системой резервного копирования и с полным доступом только у фаэрона, при этом каждым элементом занимался член соперничающего техноконклава, что исключало тайный сговор.

Все эти дополнительные меры безопасности очень пригодились. После пробуждения от Великого сна машины, боевые конструкции и солдаты Огдобехов вышли из усыпальницы почти невредимые. Несмотря на то что глава династии не избавился от параноидальных мыслей, а его криптеки по-прежнему доставляют ему беспокойство, Огдобехи успели покорить большие территории на межзвёздных просторах.

{{Врезка|'''Эон 8.З, эра Тасара, Грабительский мир'''

''Сосланный в окраинный мир династии Сарнехов, Тасар Неодолимый пробуждается раньше положенного срока и решает отомстить. Звездолёт изгоя достигает ещё спящего коронного мира Запеннек, и самопровозглашённый пиратский король взламывает его главную программу. Тасар нарекает себя фаэроном и внедряет ложные сведения в сознание дремлющих некронов планеты. Желая больше власти и богатств, вскоре он превращает Запеннек в столицу могущественной разбойничьей империи.''}}

{{Врезка|'''Эон 3fz, эра Зетнакта, Сомнительная родословная'''

''Некогда грозная династия Афта’хун из туманностей Хордеш страдает от запутанных междоусобиц. Победу одерживает Зетнакт, якобы происходящий из немилостивой родословной. Так основывается династия Нагреф, и каждый глиф, каждый аристократ и малейший след Афта’хун безжалостно уничтожаются. Неустойчивый и параноидальный психоз Зетнакта распространяется по его командным протоколам подобно вирусу. В результате Нагрефы видят заговоры и признаки мятежа Афта’хун повсюду и начинают военные походы по истреблению ряда других династий.''}}

====Множество легионов====

Существует столько раздробленных или сравнительно малых семейств, что даже вернувшийся Безмолвный Царь не знает их всех. Некоторые, впрочем, имеют дурную славу у некронов за свои методы или бурное прошлое.

Династия Чарновохов, например, была разорена пришествием тиранидских флотов-ульев и теперь упорно цепляется за границу Восточной Окраины. Она многого лишилась, но вместе с тем это значит, что уцелели лишь самые сильные и решительные представители знати и легионы. Отбросив в сторону подковёрные игры, отборные армии династии сейчас бьются с холодной яростью, желая возвратить утраченное. Не стоит и говорить, что они ищут встречи с Сарехом с момента его появления в Галактике, поскольку знают, что в конечном счёте лишь он один признаёт страшную угрозу тиранидов.

По сравнению с Чарновохами, династия Орускаров может похвастаться впечатляющей военной мощью. Однако она ведёт себя осторожно и прежде всего обороняется, так как охраняет сокровище невообразимой силы и всегда должна быть готова защитить его. Глубоко под поверхностью их коронного мира, Танатоса, располагается небесный планетарий — безупречная копия Галактики в миниатюре, сотворённая из драгоценных металлов, мерцающей энергии и невосполнимой космической технологии. Небесный планетарий в реальном времени отражает изменения, происходящие в Галактике, и сотни орускарских технопровидцев изучают каждую деталь, чтобы просчитывать действия своих легионов. Удивляет и одновременно ужасает тот факт, что при бережной заботе и определённой точности небесный планетарий может сам влиять на Галактику, даже создавать чёрные дыры или тушить звёзды. К счастью для юных рас, Орускары видят себя неземными хранителями и пользуются своим могуществом лишь в случае крайней необходимости, что бывает редко. Другие, однако, менее осторожны. В настоящий момент тронный мир фаэрона Хакмефета осаждают ксеноцидальные легионы Карденатской династии, желающей высвободить весь разрушительный потенциал планетария и совершенно не заботящейся о катастрофических последствиях для реальности.

====Странные воинства====

Скелетообразные некроны встречаются не только в обыкновенных легионах династий. Ожесточившиеся некроны, обиженные изгнанники и злобные чудовища изобилуют после Великого сна, и многие из них обзавелись собственными армиями некронов.

Тасар Неодолимый, к примеру, показал себя грозным врагом для всех, кто выступает против него. После своего воскрешения самопровозглашённый и довольно эксцентричный пиратский король захватил мир-гробницу Запеннек. Хитростью заставив главную программу назначить его фаэроном, Тасар переделал Запеннек в Грабительский мир и, построив могучую армаду из дрейфующих на орбите обломков, начал кампанию террора против низших рас.

Ещё есть Легионы Наваждений с Саркона, коронного мира Империи Отделённых. Некроны давно сторонятся этого жуткого региона, поскольку катастрофические радиационные бури изолировали там ряд планет, которых хватило бы для целой династии. И как будто такой трагедии мало самой по себе, теперь поступают отчёты о возникающих оттуда армиях некронов. Поговаривают, вокруг их тел выплясывают эфемерные остаточные изображения, а сами воины двигаются с такой зловещей синхронностью, что кажется, будто они подчинены единой богоподобной воле. Сообщения о том, что эти полчища обрушиваются на отдалённые окраинные миры и каким-то сверхъестественным образом делают их тоже отделёнными, до сих пор не подтвердились, но, если это всё же правда, тогда Легионы Наваждений представляют ужасающую угрозу для остатков коллективной души некронов.

Опасность легионов уничтожителей между тем совершенно очевидна. Никто не скажет наверняка, естественная ли в том причина или это некий побочный эффект открытия Великого Разлома, но их безумие распространяется среди некронского общества быстрее, чем раньше. Благородные воители обращаются к нигилизму в таких количествах, что пора бить тревогу, а в нескольких исключительных случаях нездоровой одержимости резнёй посвятили себя аж целые миры-гробницы: высшие эшелоны власти вместе с раболепными легионами. И пока безнравственные криптеки без конца помогают создавать новые разновидности уничтожителей, а мерзкие Освежёванные продолжают стекаться на кровопролитие, которое те устраивают, эти полчища потерянных и полоумных некронов прокладывают кровавые тропы через всю Галактику.

==Властелины звёзд==

===Легионы фаэронов===

Каждый некронский мир организован согласно жёстким сводам правил, которым подчиняется как блистающая знать, так и могучие легионы, что насаждают волю своих господ. Поистине редко встречается гробничный мир, нарушающий этот строгий военный устой.

Всякой планетой-гробницей руководит представитель аристократии, будь то фаэрон, владыка или лорд. В этом ему помогает царский двор — собрание дворян вроде немесоров, возглавляющих легионы, и царских надзирателей, выступающих помощниками и телохранителями, а также лич-стражей, составляющих грозную свиту, и криптеков, прислуживающих в качестве визирей. Среди придворных вечно идут политические игры и плетутся интриги, поскольку некроны, сохранившие личности после биопереноса, остались такими же тщеславными и беспощадными, как и прежде.

Большинство некронских правителей считает, что лучший способ укрепить единство своих подданных — натравить их на общего врага. И когда легионы отправляются на войну, эти решительные и умные подчинённые оказываются весьма полезны. Дворяне младшего порядка занимают должности полевых командиров: царские надзиратели действуют как заместители, варгарды или даже дипломаты, тогда как криптеки поддерживают династические легионы на марше и прибегают к загадочной криптонауке, терзая врагов и помогая соратникам.

Есть ещё один фактор, заставляющий высшие эшелоны власти некронов соблюдать порядок как на поле битвы, так и вне него, — триархические преторианцы, глашатаи Безмолвного Царя, которые следят за исполнением древних кодексов поведения династий и находятся за рамками внутренней организации мира-гробницы. Преторианцы наделены правом судить от имени Триархии о чести и поступках всех без исключения некронов, даже царствующих фаэронов. Как правило, они ограничиваются вынесением приговоров на поле брани, где висят в воздухе благодаря модулям гравитационного смещения, когда начинается сражение. С высоты они оценивают неприятелей и в редких случаях объявляют их истинно разумными, а значит, заслуживающими, чтобы в их отношении применялись законы древних кодексов битвы. В таких обстоятельствах некронская аристократия бывает недовольна из-за того, что ей запрещено использовать недостойных солдат, таких как смертоуказатели, уничтожители-гексмарки и Освежёванные. Куда чаще, впрочем, преторианцы находят противников жалкими вредителями и спускаются, чтобы присоединиться к их истреблению.

Верховные представители некронской знати именуются фаэронами — это правители целых династий и множества планетарных систем. При этом в некоторых знатных семьях встречается сразу несколько фаэронов, но все они подчиняются единому правителю. После них идут владыки, чьё господство распространяется на скопления миров-гробниц во владении царя. Ещё ниже располагаются лорды, в распоряжении каждого из которых единственный центральный или окраинный мир. Настолько эти титулы вошли в традицию, что они везде одинаковы. Однако ранги подчинённых дворян и вельмож, которые составляют консультационные советы и собрания специалистов, могут разниться практически бесконечно.

Гравы, вимарки и тантары — всего лишь немногие из чинов, даваемых низшим сословиям аристократии. В плане социального положения и степени ответственности они почти идентичны, и единственное настоящее различие между ними заключается в том, из какой династии происходит тот или иной его обладатель. Многие звания некронов передавались из поколения в поколение и восходят к первым дням некронтир, тогда как некоторые появились относительно позже в качестве средства поощрения мелких дворян. По мере расширения сферы господства некронтир, размах употребления титулов вышел за любые рамки контроля со стороны центральной власти. В подтверждение собственных заслуг всякая царская династия выдумывала всё более замысловатые табели о рангах на основе фамильных обычаев. Но, как и во многих других цивилизациях, чем грандиознее или многословнее титул, тем больше вероятности, что это всего лишь попытка замаскировать невысокий статус.

Путаница с титулами осложняется ещё больше, когда фаэрон из одной царской династии добивается власти над миром чужой. В результате получается длинный протокол, невыносимо скучный для живых существ, но для родовой знати некронов его зачитывание — всего-навсего очередной способ скоротать вечность. Хуже, если фаэрон свергнут или убит, а новый самодержец иногда требует, чтобы все существующие ранги изменили ради отражения традиций его собственного дома. Чтобы пойти на такой шаг, необходимо быть всецело уверенным в своей позиции, так как попрание обычаев — верный способ вызвать недовольство придворных.

А вот иерархия в армиях и флотах некронтир осталась неизменна, неважно насколько разрослись династии или какие различия возникли между ними. К примеру, всякий раз, когда некроны отправляются на войну, титул немесора даруется главнокомандующему на поле битвы. Это позволяет армиям из разных уголков космоса объединяться без снижения эффективности, даже если они никогда прежде не встречались. Столь прочная командная структура облегчила переход Имотеха Повелителя Бурь с должности немесора на трон фаэрона династии Саутехов.

===Фаланги===

Большинство некронских легионов выстраиваются вокруг ядра из множества фаланг рядовых воинов. Заторможенные и исключительно послушные, воины свободно расходуются их равнодушными хозяевами. Основную массу дворян больше волнует, чтобы внешний вид пехотинцев говорил о статусе их повелителей, чем сохранность этих расходных солдат. Фаланги некронов-воинов требуется постоянно направлять: без наставлений они способны разве что удерживать позицию и постреливать в ближайших врагов. Если же им давать чёткие указания, то за счёт огневой мощи и прочности воины идеально подходят, чтобы не давать противнику поднять голову, растирать его в порошок или останавливать его самые яростные наступления.

В большинстве некронских легионов фаланги воинов дополняют формированиями отборных бойцов, наделённых чуть большей осознанностью. От подразделений крепких и тактически независимых Бессмертных до метко стреляющих ассасинов-смертоуказателей и шустрых стай ударных спидеров «Могильный клинок» — династиям доступен целый ряд специализированных инструментов, дающих их армиям преимущество в сражении.

{{Врезка|'''Эон W4, эра Шемвоха, Шаг за пределы'''

''Кабал нигилахских криптеков, подключившийся к голове йитского провидца для изучения прорицаний, бьёт тревогу, когда та вдруг начинает говорить. Скрипучим, механическим голосом, словно насмехаясь над попытками криптеков рационально объяснить её оживление, мёртвая голова пришельца являет технотрофные квантовые прозрения, имеющие ошеломляющее космическое значение, а после с загадочной улыбкой вновь замолкает. Симуляции на основе гиперлогики показывают, что раскрытые тайны способны наделить боевые машины фаэрона Шемвоха безграничной мощью. Но чтобы воспользоваться этим знанием, потребуются эзотерические энергии и опасные реликвии времён Войны в небесах. Проигнорировав возможные риски, династия начинает кампанию, движимую алчностью и безрассудными экспериментами.''}}

===Смертельные сокровища===

Некронское дворянство нисколько не скрывает, что ценит технику из своего обширного автопарка куда больше, чем пехотинцев, ступающих в тени военных машин. Некроны всегда связывали своё огромное технологическое превосходство с бесспорным правом на господство. Каждое орудие, питаемое космическими силами, и всякий искажающий реальность агрегат служат подтверждением того, что фаэроны наделены властью снимать звёзды с небосвода и низвергать богов. Вдобавок они свидетельствуют о том, что повелитель отобрал и удерживает миры, где ведётся разработка необходимых редких ресурсов. А ещё они косвенно указывают на кабалы криптеков, посвятивших свой злой гений обладателю столь внушительной мощи. Передвижные и внушающие трепет бастионы — в их числе телепортирующиеся звёздные стелы Концентраций Господства, монолиты и обелиски с массивными гранями, не говоря уже о гигантских кораблях‑гробницах — выступают в качестве доказательства способности их владельца распространять свои влияние и величие далеко за пределы имеющихся у него территорий. Они — напоминание галактике никогда не забывать своих самых долговечных властелинов. Соответственно, арсенал любого мира-гробницы — это не только выставка военной мощи, богатств и статуса правителя, но и материальное воплощение его привилегии, как высшего существа, создавать и уничтожать всё что ему угодно и как угодно.

===OUTSIDERS AND EXILES===

...

{{Врезка|(художественный рассказ-вставка 2)}}

[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Некроны]]

Индекс Астартес: Ультра-десантники / Index Astartes: Ultra-marines (статья)

2026-02-27T04:00:21Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =WD97.jpg
|Автор =Дэвид Вайз / David Wise
|Автор2 =Рик Пристли / Rick Priestley
|Переводчик =Dark Apostle
|Издательство = Games Workshop
|Серия книг =[[White Dwarf (перечень номеров)|Белый карлик / White Dwarf]]
|Источник =White Dwarf 97
|Год издания =1988
}}==Введение==

Капитан Асата поднимался по винтовой лестнице к самым верхним укреплениям твердыни. Космодесантник ничуть не удивился, обнаружив там утончённую фигуру астропата Иллияна Настасе; тот стоял у края крепостной стены, глядя незрячим взором на горизонт. Этот псайкер-полукровка каждый раз действовал ему на нервы. Едва Асата подошёл ближе, как пронзительный голос этого выродка рассёк горячий вечерний воздух.

— Капитан Кеорн Асата, — произнёс астропат, не оборачиваясь, — ваши шаги столь же отчётливы, как пляска амбулла по черепичной крыше.

Асата коснулся рукояти своего искусно инкрустированного меча, но затем одумался. Вместо этого он гневно сплюнул на сухой песчаный пол.

— Ты их засёк? — прорычал капитан, прислонившись к тёсаному камню бруствера.

— Они были еле слышны, — отозвался Настасе. – Едва уловимы… Видимо, потери оказались куда серьёзнее, чем мы рассчитывали. — Он повернул своё странно утончённое эльдарское лицо прямо к Асате. Космодесантник слишком хорошо знал эти неестественные чужацкие черты — длинный аристократический нос, тонкие, но крупные губы и, разумеется, характерные заострённые уши. Подобно всем астропатам, Настасе был слеп. Его пустые глаза скрывались за тёмными пластфлексовыми полусферами, которые, впрочем, не могли полностью прикрыть изрытую шрамами кожу вокруг глазниц.

— Этим новобранцам, похоже, не хватает настоящей закалки, — презрительно бросил Асата. — Проклятье, когда я только прибыл сюда, мне даже охоты на амбулла не досталось. Нет, моим боевым крещением стали тираниды. Шрамы с той битвы до сих пор со мной, и знаешь что?

Настасе ждал, когда эта байка закончится. Он слышал её уже бесчисленное множество раз.

— Знаешь, что самое забавное? Не успел я выйти из апотекариона, как меня сразу отправили охотиться на амбулла…

==Ультра-десантники<ref>Ультра-десантники (Ultra-marines) — раннее название ордена Ультрадесанта (Ultramarines).</ref>==

'''Имперская запись:''' LA 06/807

'''Входящая ссылка:''' Сапро-Люпин — Отдел исторической ревизии 87/658 LA/003

'''Разрешение на ввод:''' Петрион Борш — историкус-префектус

'''Дата регистрации:''' 064987.M41

'''Дополнительные ссылки:''' Засекречено

'''Мысль дня:''' Наше присутствие переделывает прошлое.

Основание ордена Ультра-десантников из Легионес Астартес относится ко времени межлегионных войн тридцать второго тысячелетия. По традиции, датой основания считается 4001001.М32 — первый день тысячелетия. Следовательно, нынешнему братству более восьми тысяч лет, что делает его орденом Третьего основания. При учреждении Император присвоил капитулу номер 13 — тот самый, что прежде принадлежал одному из легионов-предателей, когда-то изгнанных в Око Ужаса «без номера и имени, с лишением всех заслуг».

Помимо номера, новый орден унаследовал геноспермий, имплантируемые зиготы, ритуалы и остальную параферналию индоктринации, что ранее принадлежала изгнанному 13-му легиону. Основателем капитула стал Робаут Гиллиман, чьи останки ныне покоятся в реклюзиаме на Макрагге.

Легион Ультра-десантников был создан как мобильное формирование на базе огромного военного флота. Они отличились в Первой тиранидской войне (тридцать четвёртое тысячелетие) и впоследствии в целом ряде других крупных конфликтов. По завершении последней тиранидской войны (окончилась в 745 году текущего — сорок первого — тысячелетия) ордену было вверено владычество над миром, ставшим их новым домом. Речь идёт о планете Макрагг в системе Вендорс. С правом владения капитул приобрёл титулы имперского командующего и властителя Макрагга, а вместе с ними — почётное имя «Адептус Астартес» и обращение «адепт» от равных по статусу. Оба титула закреплены исключительно за Адептус Терра, и ими пользуются лишь те ордены Космодесанта, что выполняют обязанности планетарных губернаторов.

Макрагг — планета негостеприимная. Свыше четырёх пятых её поверхности занимают глубокие пылевые океаны. Несмотря на то что они непригодны для проживания людей, эти океаны представляют собой главный источник богатых белком микроорганизмов, а также более крупных созданий, напоминающих креветок, — так называемого пылевого криля. Их добывают гигантские плавучие фабрики, именуемые пылевыми комбайнами. Пылевой криль служит не только основой питания местных жителей, но и является единственным экспортным товаром Макрагга. Остальная пятая часть планеты — это голая скальная порода, которая поднимается над пылевыми океанами в виде двух главных материков: Вестенланд и Гиллиманос.

Крепость-монастырь Ультра-десантников расположена на Марабарских равнинах, что на континенте Вестенланд, далеко к северу от экватора. Атмосфера Макрагга вполне пригодна для дыхания, но в тёплые месяцы содержание кислорода в ней падает из-за деятельности океанических бактерий. Дневные температуры здесь экстремально высоки, а ночью они опускаются ниже нуля. Влажность в районах, граничащих с пылевыми морями, близка к нулю, а в глубине континентов остаётся ничтожно малой. Дождей и водяных облаков не бывает вовсе, хотя клубы взметнувшейся пыли порой скрывают из виду далёкие океанские просторы. Вблизи океанов необходимо носить герметичные костюмы — иначе неминуема гибель от иссушения.

Растительность на Макрагге представлена лишь самыми простыми формами. В толще грунта произрастают примитивные грибы, проникая в мелкие трещины и разломы, а порой — прямо в кристаллическую структуру камня. Благодаря этому обычно красная порода приобретает невероятные цвета. Наиболее известны в этом отношении Радужные пещеры в экваториальных широтах Гиллиманоса. Хотя изначально планета была лишена высших форм жизни, амбуллы и ползуны, завезённые в экспериментальных целях, сумели сбежать и расплодиться на обоих материках.

Орден сражался во всех тиранидских войнах (тиранидские войны — войны против флотов-ульев тиранидов). Ультра-десантники были одним из трёх легионов, участвовавших в решающем штурме флота-улья Бегемот (745 год текущего тысячелетия). Это стало единственным известным свидетельством уничтожения флота-улья.

Несмотря на то, что капитул прочно обосновался на Макрагге, его флот содержится в отличном состоянии. Космическое мастерство Ультра-десантников находит достойное применение в атаках и уничтожении орочьих рейдеров и эльдарских пиратов. Гиперпространственное расположение Макрагга на восточной окраине Империума делает планету удобной базой снабжения и отправным пунктом для имперских служащих, направляющихся за пределы психического света Астрономикана.

На текущий момент (987-й год сорок первого тысячелетия) Ультра-десантников возглавляет имперский командующий адептус Марней Калгар, четвёртый властитель Макрагга. В ходе боестолкновения с флотом-ульем Персей в 976 году Калгар потерял все четыре конечности, значительные области телесных тканей и левый глаз. Теперь, со всеми бионическими имплантатами, он больше машина, чем человек. Последней операцией ордена против тиранидов была стычка с флотом-ульем Персей в 982 году, после чего тот ушёл за границы Империума и растворился в пустоте.

==Организация ордена==

{{Врезка|[[Файл:U-M-0.jpg|800px|thumb|center]]

'''Имперский командующий Калгар'''

::Магистр апотекариона

::::Медицинские офицеры и обслуживающий персонал

::Магистр кораблей

::::Флотские офицеры и обслуживающий персонал

::Магистр двора

::::Старший библиарий / Офицеры связи, астропаты, псайкеры и обслуживающий персонал

::Лейтенант-командующий

::::Боевые роты

::Магистр святости

::::Реклюзиарх

::Магистр артиллерии

::::Обслуживающий персонал / Ротные капелланы

::Магистр кузницы

::::Братья-ремесленники и обслуживающий персонал}}

{{Врезка|[[Файл:U-M-1.jpg|400px|thumb|center]]

'''Имперский командующий Марней Калгар, властитель Макрагга'''}}

===Магистрат===

Магистры ордена являются важными должностными лицами. Некоторые выполняют сугубо административную роль. Однако большинство из них ещё и воины, причём многие стали героическими фигурами, внушающими благоговейный трепет молодым неофитам. Должность магистра может совмещаться с капитанством роты. На данный момент лишь капитан Асата занимает оба поста: он командует 2-й ротой «Сила есть мощь» и при этом является магистром артиллерии.

Нет ничего необычного в том, что должность магистра занимает не-брат — человек, не являющийся космодесантником. Случалось, что магистрами становились обычные люди (и даже морфы или полукровки). Несмотря на то что не-братья входят в феодальную юрисдикцию властителя Макрагга, космодесантниками они не считаются — некоторые из них (например, относящиеся к общей категории «персонала») являются рабами, принадлежащими ордену.

Текущие должности указаны ниже. Магистры имеют право на церемониальный плащ в пол с воротником — цвет каждого обозначен на схеме. Известны случаи, когда магистры надевали их в бой! Эмблемы на воротнике вышиты золотом и продублированы на силовой броне магистра.

{{Врезка|'''Должность — Текущий обладатель (987 год M41) — Цвет плаща'''

Магистр апотекариона — Хульм Синга — Белый

Магистр кораблей — Христо Колумбайн — Чёрный

Магистр кузницы — Самуэль Декстер — Красный

Магистр двора — Фимор Дур — Синий

Магистр артиллерии — Кеорн Асата — Алый

Магистр святости — Тоу Такка-чоу — Зелёный

Лейтенант-командующий — Ча Ли — Пурпурный

Командующий — Марней Калгар — Меховой}}

Плащ командующего — ценнейшая реликвия ордена. Он изготовлен из меха неизвестного ксенородного существа золотисто-коричневого цвета с белыми крапинками. Подкладка и капюшон выполнены в алом цвете.

===Боевые роты===

Все роты, кроме 1-й, возглавляет капитан при содействии лейтенанта. Структура роты включает десять отделений, каждое из которых состоит из сержанта, старшего рядового и восьми рядовых. Старшинство сержантов в роте определяется номером отделения: 1-е отделение — старшее, 10-е — младшее. В сражении отряд из десяти человек часто разделяется на два подразделения по пять бойцов под командованием сержанта и старшего рядового. У каждой роты есть также свой капеллан. Капелланы входят в состав конкретных рот, и их «духовный ранг» соответствует рангу ротного капитана, хотя воинского звания у них нет. В бою они действуют самостоятельно, воодушевляя своих братьев на великие деяния доблести.

Приведённая ниже таблица содержит традиционные почётные названия каждой роты и имена действующих капитанов и лейтенантов. Почётный знак роты размещается на наплечнике космодесантника над знаком ордена и может также наноситься на шлем.

{{Врезка|'''Номер роты — Почётное имя — Капитан — Лейтенант — Капеллан

1 — «Первые навстречу забвению» — ''нет''¹ — Батт — Браун

2 — «Сила есть мощь» — Асата² — Диета — Магинти

3 — «Выносливость» — Рибек — Маллигак — Охэйр

4 — «Чистота помыслов» — Дьюл — Пуле — Вольф

5³ — ''стёрто'' — Хуйм — Вайсс — Доннон

6 — «Даруйте нам смерть» — О́кван — Хаядин — Нирек

7 — «Жертвенность» — Ю-ван — Андрон — Пюисса́н<ref>''Puissant'' — могущественный, влиятельный (''фр.'').</ref>

8 — «Бдительность» — Дакуинн — Зоус — Пио

9 — «Стойкость духа» — Калл — И́ду — Рейле

10 — «Стремительность воли» (развед.) — Льюинг — Винчино — Омос

[[Файл:U-M-2.jpg|600px|thumb|center]]

¹ ''Первую роту возглавляет лейтенант-командующий. В настоящее время этот пост занимает Ча Ли (см. ниже).''

² ''Кеорн Асата также занимает должность магистра артиллерии (см. ниже).''

³ ''Пятая рота некогда носила имя «Непоколебимость», но была подвергнута ритуальной децимации и лишена всех почестей после кампании в Долманской Цепи (986 г.). В качестве наказания рота лишена почётного имени и знака — она именуется просто Пятой ротой, а на доспехах бойцов отсутствует какая-либо эмблема. Новое почётное имя и знак будут присвоены, когда рота искупит своё поражение.''}}

===Организация роты===

Роты с 1-й по 9-ю организованы одинаково, как описано ниже. На практике боевые потери влияют на численность подразделений, и отдельные отделения могут быть объединены. Все бойцы обучены действовать в составе любого типа отделений. Разделение является чисто тактическим и не отражает различий в подготовке или способностях, хотя специальные штурмовые отделения всегда формируются из наиболее опытных космодесантников.

{{Врезка|'''Структура роты:'''

''Капитан (лейтенант-командующий в случае 1-й роты)''

''Лейтенант''

''Капеллан''

''1 специальное штурмовое отделение''

''2 штурмовых отделения''

''1 отделение тяжелого вооружения''

''6 тактических отделений''}}

Десятая рота («Стремительность воли») укомплектована как разведывательное подразделение:

{{Врезка|''1 тактическое отделение''

''9 разведывательных отделений'' }}

В действительности текущая численность ордена чуть ниже штатной. Помимо недавних боевых потерь, бесчестье 5-й роты также уменьшило число боевых братьев – в ней осталось лишь 3 тактических отделения. Девятая рота обычно выполняет роль резерва и состоит из самых юных и неопытных космодесантников. Поскольку её бойцов постоянно перераспределяют в другие роты, она почти всегда недоукомплектована — в настоящий момент в ней отсутствует специальное штурмовое отделение, а тактических отделений только 3.

===Типы отделений===

*'''Специальное штурмовое отделение («Сдиратели»)'''

В состав специальных штурмовых отделений входят только ветераны. Все они ненавидят тиранидов и облачены в силовую броню с хамелеолином. Сержант дополнительно оснащён биосканером и шлемом с адаптированным инфракрасным визором. У отделения имеется 2 лаз-резака с 6 суспензорами на каждом.

*'''Штурмовое отделение («Охотники»)'''

Все космодесантники облачены в силовую броню. Сержант оснащён биосканером и шлемом с адаптированным инфракрасным визором.

*'''Отделение тяжелого вооружения («Крушители»)'''

Все космодесантники облачены в силовую броню. Всё тяжёлое вооружение оснащено целеуказателями. Сержант оснащён био- и энергосканером. В распоряжении отряда четыре суспензора.

*'''Тактическое отделение («Свежеватели»)'''

Все космодесантники облачены в силовую броню. На каждое тактическое отделение приходится два целеуказателя и два суспензора.

*'''Разведывательное отделение («Ловчие»)'''

Все бойцы облачены в силовую броню с хамелеолином и шлемы с инфравидением. Все оснащены полётными ранцами. На каждое отделение приходится два биосканера и два энергосканера.

===Техника===

Орден располагает значительным парком боевых машин в своих обширных мастерских на Макрагге, а также поддерживает постоянный контингент техники на борту флота. Эти машины размещены в десантных кораблях и могут быть развёрнуты столь же стремительно, как и сами космодесантники.

{{Врезка|[[Файл:U-M-4.jpg|400px|thumb|center]]

''Ультра-десантник в бронированном дредноутском костюме стряхивает с себя огонь вражеской плазменной пушки.''}}

Типовое распределение техники по боевым подразделениям выглядит следующим образом:

{{Врезка|'''Рота или подразделение — Техника'''

1-я рота — 2 дредноута

2-я рота — 2 дредноута

3-я рота — 10 тяжёлых реятелей

4-я рота — 10 тяжёлых реятелей

5-я рота — 10 «Лэндрейдеров»

6-я рота — 10 «Лэндрейдеров»

7-я рота — 10 «Лэндрейдеров»

8-я рота — 10 «Лэндрейдеров»

9-я рота — 10 «Лэндрейдеров»

10-я рота — 50 реациклов (адапт.) типа 14 «Телец», 25 лёгких реятелей «Лэндспидер»

Медицинская служба — 2 тяжёлых реятеля

Связь — 5 лёгких реятелей «Лэндспидер»

Лейтенант-командующий — 1 лёгкий реятель «Лэндспидер»

Капеллан — 1 реацикл (адапт.) типа 14 «Телец» или «Винсент Чёрная Тень»}}

===Специальная тактика===

Действия на уровне отделений меняются согласно ситуации. Львиная доля тренировок сосредоточена на ближнем бою как внутри космических судов, так и за их пределами.

Пример: в 982 году 4-я рота Ультра-десантников «Чистота помыслов» вступила во флотское сражение с орками в системе Гурун. Под огнём орденских судов «Страж» и «Боевой щит» флагман орков рухнул на планету Вомо (Гурун-4). На поверхность немедленно отправились ротные десантные корабли, покинувшие свою базу на борту флагмана «Гиллиман».

Отделения тяжёлого вооружения («Крушители») заняли позиции за скальным выступом и открыли прикрывающий огонь. Специальное штурмовое отделение («Сдиратели») под прикрытием товарищей ринулось к упавшему кораблю. Их встретила личная гвардия орочьего адмирала и после ожесточённой схватки отбросила космодесантников назад. Увидев, что первая волна захлёбывается, командующий капитан Тий Ньюман лично повёл оставшиеся штурмовые отделения («Охотников») на врага. После скоротечного боя уцелевшие члены экипажа были выбиты с корабля под огонь резервных сил из тактических отделений («Свежевателей»). Потери космодесантников составили 4 бойца специального штурмового отделения, 12 прочих космодесантников и капитан Ньюман, павший в поединке с орочьим адмиралом.

===Медицинская служба===

Медицинский персонал состоит из штатных хирургов и врачей апотекариона. Отдельных специалистов направляют на службу по необходимости, обычно на период кампании. В столь опасные миссии посылают лишь полноправных братьев, поэтому те являются космодесантниками и имеют почётные звания капитана, лейтенанта, сержанта, старшего медика и медика. Последние два эквивалентны старшему рядовому и рядовому. Впрочем, эта иерархия куда менее формальна, чем в боевых ротах, и экспедиционный корпус может иметь всего два-три уровня командования.

В распоряжении медперсонала находятся два специально оснащённых тяжёлых реятеля. Каждый оборудован бортовым медицинским комплектом, системами автопилота и автофабрикации, катапультируемыми креслами и коммуникатором. Вооружение состоит из трёх курсовых болтомётов и турельной мульти-мелты.

Медицинская служба ордена полной численности обычно включает:

{{Врезка|Старший капитан

::Капитан 1

::::Лейтенант / Сержант / Старший медик / 4 медика

::Капитан 2

::::Лейтенант / Сержант / Старший медик / 4 медика}}

===Связь===

Подобно медицинскому персоналу, численность и состав полевых коммуникационных служб ордена варьируется в зависимости от миссии. К этому подразделению относятся офицеры связи, астропаты и псайкеры. Главная функция псайкеров — поддержание межзвёздных и межпланетарных коммуникаций. В сражениях они также обеспечивают психическую поддержку по мере необходимости.

Весь личный состав подразделений связи набирается из штата библиариума, который, в свою очередь, служит нервным центром каждой крепости Космодесанта. Упомянутые три группы различаются в следующем:

*'''Офицеры связи''' — это братья ордена, прошедшие посвящение в Космодесант и обладающие как техническими знаниями, так и боевым опытом. Как правило, перед переобучением они имели звание не ниже лейтенанта. Офицеры связи руководят всеми аспектами коммуникаций и координируют работу псайкеров в составе боевых сил. Сам офицер связи также может обладать псайкерскими способностями (см. ниже).

*'''Астропаты''' — это имперские служащие из Адептус Астра Телепатика, приписанные к подразделениям Космодесанта для обеспечения работы сложной коммуникационной сети Империума. Хотя астропат может занимать должность в ордене, он не является космодесантником и всецело подчиняется воле Адептус Терра.

*'''Псайкеры''' — наиболее сильных псайкеров не подвергают трансформации в астропатов и оставляют цельными личностями. Таких людей набирают в различные имперские службы. Кого-то забирают Адептус Астартес, и после прохождения полного биохимического ритуала они становятся космодесантниками. В некоторых орденах псайкеров распределяют по ротам, однако Ультра-десантники собирают всех подобных воинов в библиариуме. Это вовсе не означает, что они не участвуют в сражениях. Псайкеры выполняют жизненно важную роль, оказывая психическую поддержку своим братьям по оружию.

==Знаменитые личности==

===Имперский командующий Марней Калгар===
[[Файл:2026-02-16 174718.jpg|200px|thumb|center]]

Калгар находился в числе людских узников, спасённых с флота-улья Саранча в 947 году нынешнего тысячелетия. Тогда ему определили 14 лет по результатам тестов на прозрачность моляров и сращению эпифизов длинных костей. Таким образом, на момент составления данного отчёта Калгару 44 года. Марней прошёл стандартные тесты на тканевую совместимость и психологические проверки с блестящими результатами и впоследствии был зачислен в оружейную. В 951 году Калгар принял обеты и уже в 954-м стал полноправным братом-космодесантником. Его стремительный рост по службе привёл к избранию магистром двора в 973-м, а в 977-м, после гибели Декона, третьего властителя Макрагга, он стал имперским командующим. После тяжелейших ранений в 976 году Калгар прекратил лично участвовать в сражениях.

Его бионические руки представляют собой крайне сложные устройства, оснащённые разнообразным оружием и другими приспособлениями, включая напёрстное оружие джокаэро, ножи, фонари и коммуникатор.

Поскольку Калгар больше не участвует в сражениях, силовую броню он не носит, ограничиваясь источником конверсионного поля в качестве предусмотрительной защиты. Постоянно при нём находится следующее снаряжение:

* Бионические руки со встроенными силовыми перчатками: правая оснащена 4 напёрстными лазерами джокаэро и ножом, а левая — паутинным ружьём и коммуникатором;

* Инфракрасные хирургические имплантаты;

* Бионический правый глаз с целеуказателем, био- и энергосканером;

* Бионические ноги;

* Бионические лёгкие;

* Защитное конверсионное поле.

Калгар ненавидит тиранидов.

===Лейтенант-командующий Ча Ли<ref>Звучание имени отсылает к позывному «Чарли» (Charlie), которое использовалось американскими солдатами во время Войны во Вьетнаме (1960–1970-е годы) для обозначения врага — партизан Национального фронта освобождения Южного Вьетнама, более известных как Вьетконг (Viet Cong).</ref>===
[[Файл:2026-02-16_174737.jpg|200px|thumb|center]]

С момента тяжелейших ранений Калгара Ультра-десантниками в битвах командует лейтенант-командующий Ча Ли. Его забрали с Ульмора ребёнком в 945 году, когда орден преследовал флот-улей Саранча. Тираниды почти полностью уничтожили население этого мира до прибытия космодесантников и последовавшей Битвы за Ульмор. Тех немногих, кто пережил конфликт, отобрали для рекрутирования и переселили в систему Растаман.

В 981 году Ли получил звание капитана, а в 986-м стал лейтенант-командующим — это произошло после смерти лейтенант-командующего Мука Мукёна, погибшего в авиакатастрофе над Иракундским морем, пылевым океаном к западу от Вестенленда. Ча Ли известен крайней вспыльчивостью и бескомпромиссными наказаниями за неудачи и непослушания. Именно Ча Ли отдал приказ о ритуальной децимации 5-й роты (ранее — «Непоколебимость») и лишении её почестей вследствие неудачной операции на Гроксовой станции-27 в Долманской Цепи в 986 году.

Ча Ли экипирован силовой бронёй и конверсионным полем. Отдавая предпочтение ближнему бою, он обычно вооружён: силовой перчаткой (правая рука), цепным мечом, болт-пистолетом, ручным огнемётом и запасом мелта-бомб. Следующее снаряжение хирургически имплантировано:

* Бионические глаза с инфракрасным зрением, оснащённые с целеуказателем, био- и энергосканером;

* Дыхательный аппарат (жабры).

===Старший библиарий, астропат Иллиян Настасе<ref>Илие́ На́стасе (рум. Ilie Năstase; род. 19 июля 1946, Бухарест) — румынский профессиональный теннисист. Первый теннисист, которому был присвоен рейтинг первой ракетки мира, с момента введения рейтинга АТР в 1973 году.</ref>===
[[Файл:2026-02-16_174815.jpg|200px|thumb|center]]

Иллиян появился на свет на Бадабе от матери-человека, вскоре после изгнания оттуда Тирана в 912 году нынешнего тысячелетия. Его отец был эльдарским наёмником, личность которого осталась неизвестной. Согласно закону, новорождённого подвергли генетическому тестированию, после чего передали под имперскую опеку. Иллиян воспитывался в правительственном комплексе под надзором Имперской миссии, взявшей на себя управление Бадабом после войны.

В 924 году он вместе с другими потенциальными псайкерами совершил путешествие на Землю. Год спустя, после серии испытаний, Настасе прошёл обряд связывания души и был зачислен в Администратум в качестве астропата. Он прошёл путь от секундуса до префекта, а затем четыре года занимал должность консула, участвуя в управлении консультативным сенатом Адептус Терра под началом магистра Адептус Астра Телепатика. После этого он прослужил четыре года во флоте, ещё два года в ордене Тёмных Ангелов и в конце концов был назначен начальником межзвёздной коммуникационной связи Макрагга под юрисдикцией Ультра-десантников (965 г.). Настасе сейчас 76 лет (текущий год 987), однако благодаря происхождению практически не выказывает признаков возраста.

В бою Настасе носит силовую броню и вооружён силовым мечом и лазпистолетом.

===Магистр апотекариона Хульм Синга===
[[Файл:2026-02-16_174758.jpg|200px|thumb|center]]

Сингу забрали с Мира Воро́н по завершении короткой кампании против эльдарских пиратов в системе. Он прошёл инициацию в относительно раннем возрасте — в 14 лет (973 г.) — и приступил к изучению медицины после двух лет боевой подготовки и года действительной службы. Проявив себя талантливым администратором и первоклассным хирургом, Хульм получил звание магистра в 986 году. Он питает острую, пусть и несколько пугающую любовь к цепным мечам, твёрдо веря, что только так можно снять мешающую броню при обработке ран.

Синга экипирован силовой бронёй и при себе имеет болтомёт, нож и болт-пистолет. Дополнительное снаряжение включает биосканер, иммунизатор, медпакет, счётчик радиации, стимулятор, растворитель паутины, два суспензора и цепной меч.

''«Смерть — это не конец, а всего лишь начало вечной жизни».''

::::::::::посвящение на гробнице Роберта<ref>Либо это опечатка, либо одно из ранних вариантов имени примарха Ультрадесанта.</ref> Гиллимана

===Магистр кораблей Христо Колумбайн<ref>Очевидный референс на Христофора Колумба.</ref>===
[[Файл:2026-02-16_174838.jpg|200px|thumb|center]]

Христо происходит из не столь знатной навигаторской семьи, чьё благосостояние заметно оскудело за последние пару сотен лет. Спасая род от банкротства, Христо продал себя в рабство и был выкуплен Ультра-десантниками. Для навигатора рабство не считается позорным. Колумбайн пользуется уважением, хотя от него требуется безупречное выполнение своих обязанностей. Когда Христо присоединился к Ультра-десантникам, он уже не подходил по возрасту для посвящения (верхняя граница — 18 лет в зависимости от кандидата, обычно — 16). На текущий момент (987 год) Христо 40 лет.

В 979-м году он присоединился к координационному отделу библиариума и в 982-м занял пост магистра кораблей — первый известный случай, когда эту должность получил не член боевого братства Ультра-десантников. Генетическое наследие сделало его тело худым и жилистым, а кисти и стопы — крупными и перепончатыми.

Колумбайн носит силовую броню и вооружён двумя лазпистолетами, сюрикенной катапультой и ножом.

''«Не забывайте, что тираниды — это марионетки и пособники хаоса. Само их существование — анафема владычеству человека. Богохульство над душой человечества. На их зло есть лишь один ответ — ВОЙНА! ВОЙНА! ВОЙНА!»''

::::::::::коммандующий Декон, третий властитель Макрагга

===Магистр кузницы Самюэль Декстер===
[[Файл:2026-02-16_174856.jpg|200px|thumb|center]]

Декстер родился от одной из рабынь ордена и согласно традиции, по которой все подобные дети принадлежат ордену, в 12 лет прошёл тесты на тканевую совместимость и психологическую пригодность. В 14 лет его официально приняли неофитом, а в 16 (966 г.) он прошёл инициацию и стал полноправным братом. Изучение рунических манускриптов привило Декстеру глубокие познания в робототехнике. Именно Самюэль создал многие специальные элементы бионических конечностей командующего Калгара. Однако страсть Декстера к робототехническим исследованиям вызвала недовольство капитана Асаты — тот считает, что усилия следует направить на восстановление дредноутов, утраченных в 985 году при столкновении с орками на астероиде Бурбека.

Декстер носит силовую броню. При себе у него болтомёт, болт-пистолет и 8 плазменных гранат. Кроме того, он превратил в оружие лазерный резак!

===Магистр артиллерии, капитан Кеорн Асата===
[[Файл:2026-02-16_174950.jpg|200px|thumb|center]]

Асату завербовали из уличной банды мира-улья во время рекрутинговой миссии в 950 году. Когда его захватили, ему было 13 лет, и после тестов на тканевую совместимость и психологических проверок его направили на частичное церебральное перепрограммирование. Процедура прошла успешно, однако не смогла полностью сгладить его грубый нрав. Безжалостный воин с врождённой бдительностью и резкими манерами, Кеорн крайне подозрительно относится к псайкерам и смотрит на Настасе с немалой опаской.

Асата носит силовую броню с отражающим полем. Он вооружён силовым мечом, болтомётом, болт-пистолетом и ножом.

===Магистр двора Фимор Дур===
[[Файл:2026-02-16_174913.jpg|200px|thumb|center]]

Это наиболее уважаемое из всех магистерств ордена.

Магистр двора ответственен за повседневное управление крепостью-монастырём, выполняя обязанности личного секретаря имперского командующего и управляя такими обыденными делами, как снабжение продовольствием, гигиена, ремонт, строительство, взаимоотношения с рабами и набор не-братьев. Это тяжёлая и довольно однообразная работа, однако она рассматривается как необходимая подготовка для будущих командующих. Фимору уже 45 лет, и он занимает свой нынешний пост со времён столкновений с Персеем, в которых он проявил истинную доблесть. Фимор — непреклонный администратор и расчётливый хозяйственник, чьё боевое прошлое молодые и дерзкие братья часто забывают.

Дур облачён в силовую броню и вооружён силовой перчаткой с 4 напёрстными лазерами джокаэро, болтомётом, болт-пистолетом и ножом.

===Магистр святости Тоу Такка-чоу===
[[Файл:2026-02-16_174934.jpg|200px|thumb|center]]

Магистр святости отвечает за все религиозные аспекты ордена. Тоу Такка-чоу обязан следить за состоянием капелл и святилищ капитула, а также обеспечивать нравственное благополучие братства. Несмотря на то что Тоу — космодесантник величайшей преданности с безупречным прошлым, он не является клириком и не занимает официального поста в Имперском культе. Проведение ритуалов и исполнение прочих религиозных обязанностей возложено на реклюзиарха Каберру. Тоу занимается исключительно мирскими делами, хотя на нём лежит главная ответственность — следить, чтобы реклюзиарх и капелланы исполняли свой долг, а орден оставался безупречным в моральном отношении. Тоу почти восемьдесят лет, и он старейший из всех нынешних магистров. Последний раз он участвовал в бою во время атаки на флот-улей Саранча в 947 году.

Тоу Такка-чоу носит силовую броню и вооружён силовым мечом, болтомётом, болт-пистолетом и ножом.

[[Файл:2026-02-16 152106.jpg|500px|thumb|center]]

===Реклюзиарх Лео Каберра===

Лео Каберра — не космодесантник, а жрец Имперского культа, направленный служить духовным потребностям Ультра-десантников. Он не участвует в сражениях, однако его легендарные, внушающие ужас угрозы возмездия принесли больше побед, чем целая армия!

Лео защищён конверсионным полем, полем смещения и стазис-полем. Он не носит доспехов, полагаясь на собственную божественную неуязвимость и многослойную защиту полей. Реклюзиарх выглядит безоружным, однако его правая рука — бионический протез, внешне идентичный живой конечности и скрывающий в себе силовую перчатку и пять напёрстных лазеров джокаэро.

===Капитаны===

У 1-й роты нет капитана, 2-й ротой командует Кеорн Асата. Остальные капитаны также подвержены неистовству.

Все экипированы силовой бронёй. Их вооружение может включать силовую перчатку, болтомёт, болт-пистолет и нож. Снаряжение состоит из энергосканера, инфракрасного визора и коммуникатора с радиусом действия 100 миль. Вес дальнобойного коммуникатора компенсирован одним суспензором.

===Лейтенанты===

Каждая из 10 рот включает лейтенанта. Это лейтенант Батт (1-я), лейтенант Диета (2-я), лейтенант Маллигак (3-я), лейтенант Пуле (4-я), лейтенант Вайсс (5-я), лейтенант Хаядин (6-я), лейтенант Андрон (7-я), лейтенант Зоус (8-я), лейтенант Иду (9-я) и лейтенант Винчино (10-я).

Все экипированы силовой бронёй и могут быть вооружены огнемётом, болтомётом, 2 болт-пистолетами и ножом.

===Капелланы===

Каждую из 10 рот возглавляет свой религиозный лидер — капеллан, ответственный за духовное благополучие бойцов. Он проводит ежедневные молитвы, совершает ритуалы и подношения, заботится о часовне роты и хранит культовые регалии. Духовным наставником самих капелланов является реклюзиарх ордена — Лео Каберра, верховный жрец Имперского культа. В бою капелланы всегда готовы подтвердить свою веру не только словом, но и делом.

Все капелланы носят силовую броню и защищены отражающим полем. Их вооружение составляет мелта-ружьё, цепной меч, 2 болт-пистолета и нож.

Капелланы ненавидят всех врагов, с которыми сражаются, и подвержены боевому безумию.

{{Врезка|'''Ежедневный распорядок Ультра-десантников'''

''Подпрограмма: Жаркий сезон 1''

'''0500 ''' Подъём

'''0510 ''' Утренняя молитва и воинские упражнения

'''0600 ''' Утренний туалет

'''0630 ''' Сержантская проверка

'''0700 ''' Молитвы смирения и завтрак

'''0740 ''' Тренировки в составе отделения

'''1400 ''' Обеты ордена и лёгкая трапеза

'''1445 ''' Медитация и отпущение грехов

'''1620 ''' Молитвы Точности и стрелковые учения

'''1820 ''' Литания Чистоты и чистка снаряжения

'''1900 ''' Проповедь капеллана в ротной часовне

'''1945 ''' Биохимический мониторинг и обслуживание имплантатов

'''2000 ''' Культовое чтение капеллана и ужин

'''2200 ''' Свободное время

'''2210 ''' Капитанская проверка

'''2230 ''' Вечерние упражнения

'''2250 ''' Отбытие в кельи для личной молитвы

'''2300 ''' Отбой}}

[[Файл:2026-02-15 194451.jpg|600px|thumb|center]]

{{Врезка|[[Файл:2026-02-15_194620.jpg|600px|thumb|center]]

''Отделение 7-й роты «Жертвенность» идёт в атаку. На наплечной броне бойца отчётливо виден почётный знак «Тройная капля крови». На врезке показаны сержант Лазарь и два бойца со специальным оружием — ракетной установкой и тяжёлым болтером.''}}

[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Ультрадесант]]
<references />

Легио Прэсагиус (Истинные Вестники) (статья)

2026-02-27T04:00:00Z

Shaseer:

{{Книга
|Обложка =LL-17.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Переводчик =Luminor
|Издательство =Forge World
|Серия книг =Адептус Титаникус / Adeptus Titanicus
|Сборник =[[Легио лоялистов / Loyalist Legios (сборник)|Легио лоялистов / Loyalist Legios]]
|Предыдущая книга =
|Год издания =2021
}}'''Полное название:''' Легио Прэсагиус Ордо Титаника.

'''Военный класс:''' Секундус.

'''Патент:''' пост-Объединительный, марсианский Механикум.

'''Охранная область:''' Ганц (мир-кузница).

'''Прозвище:''' Истинные Вестники.

'''Союзные воинские дома:''' Ворнгерр.

'''Верность:''' Фиделитас Константус.

Легио Прэсагиус по праву считались благородными чемпионами Императора – воинством боевых машин катастрофической мощи, стремившимся не только разрушать, но и вдохновлять посредством зрелищ, пышности и церемоний. Облачённые в светские мантии титаны Легио Прэсагиус были непревзойдённым символом праведного дела Великого крестового похода. Экипажи каждой богомашины сражались в полном соответствии со строгим рыцарским кодексом чести, который запрещал неразборчивость в средствах и бесцельную трату человеческих жизней в качестве «сопутствующего ущерба» - всё это считалось недостойным истинного поборника Омниссии, в связи с чем принцепсы отдавали предпочтение избирательным поединкам отдельных титанов с достойными противниками. С помощью подобного метода ведения войны Легио Прэсагиус стремился оставлять за собой полностью функционирующие царства с нетронутыми городами и процветающим населением.

Получив марсианский патент на заре Великого крестового похода, Легио Прэсагиус стали одним из множества легионов титанов, рождённых во имя дальнейшей звёздной экспансии Империума. Будучи потомками легендарного и древнего Легио Грифоникус, Прэсагиус с первых же лет своего существования располагал значительным числом тяжёлых боевых титанов –таким образом, им с самого начала было предначертано стать одним из величайших членов Коллегии Титаника. Ступая по полям сражений Великого крестового похода, они создавали себе репутацию не зверей, склонных к бездумному разрушению, а исключительно точных воителей, что относятся к своим союзникам с уважением и состраданием – а не как к пушечному мясу, которое можно раз за разом бросать в мясорубку войны. В связи с этим Легио Прэсагиус удостоился почестей Оффицио Милитарис, а также завоевал уважение и доверие Легионес Астартес – в особенности со стороны XIII легиона.

Свою первую славу, равным образом как и известность, Легио Прэсагиус заработал на Тентрионе – процветающей планете, обещавшей стать надёжным плацдармом между колыбелью Империума и мирами Галактического ядра. Сей мир славился своими невероятными мануфакториями и был полон древних, давно забытых остатков золотого века человечества среди звёзд, однако население Тентриона отказалось уступить свою гегемонию власти Императора. В подготовленных наиболее опытными тактиками отчётах утверждалось, что ожидаемая война против Тентриона потребует жертвы миллионов, истощит ресурсы молодого Империума, а также лишит его наступательного импульса и опустошит миры Тентриона безо всякой надежды на восстановление. Если бы не действия Легио Прэсагиус, Великий крестовый поход мог бы потерпеть крах ещё на заре своего существования.

Отправляя богомашины в бой, военный совет ожидал, что Легио станет подлинным источником страха – предвестником гибели великих городов Тентриона во всепожирающем пламени. Вместо этого великий магистр Легио, Боэмунд, и другие титаны его манипулы вышли на поле брани в одиночку, вдали от густонаселённых городов, и бросили вызов мощнейшим из боевых машин Тентриона. После пяти дней изнурительной схватки с могучими артиллерийскими платформами Тентриона Легио Прэсагиус одержал победу, доказав свою силу и благородство намерений Империума, а также обеспечив тем самым мирное подчинение местных жителей Имперскому Согласию. После этого невероятного подвига Сам Император почтил деяния победоносного легиона титанов – за их доблесть и умение превратить непомерно дорогостоящую осаду в грандиозный и стремительный триумф Он назвал их «истинными вестниками Своих великих замыслов», и это прозвание закрепилось за ними навеки.

Тентрион станет всего лишь первым в длинном списке почестей, завоёванных Легио Прэсагиус. Великолепные способности его принцепсов и мастерство модератусов обрели широкую известность в годы Великого крестового похода, став предметом зависти для многих собратьев из других Легио. Недоброжелатели клеймили воителей Прэсагиуса как трусов, неспособных смотреть в лицо реальной войны; они обвиняли Истинных Вестников в том, что те редко рискуют и приносят слишком мало жертв во имя Империума, предпочитая одерживать победы помпой и хитростью, чтобы заработать несправедливую похвалу. Впрочем, в этом обвинении присутствовала крупица истины – о Легио Прэсагиус вполне можно было сказать, что те не стали бы вступать в бой с противником, если сразиться без сопутствующего ущерба не представлялось возможным, или что Легио предпочёл бы покинуть поле боя, коль скоро неприятель задействовал массированные отряды пехоты. В то время как злопыхатели осуждали подобные действия как робость, личные боевые отчёты воинов Легио Прэсагиус свидетельствуют, что они предпочитали сохранить честь и не становиться причиной ненужных массовых убийств.

Почитаемые древние легионы титанов с большим влиянием, такие как Легио Мортис и Легио Сутурвора, со временем возненавидели гордых Вестников. Пускай их послужной список не уступал Легио Прэсагиус, а в рядах каждого из этих Легио насчитывалось гораздо больше титанов, их не восхваляли в победных одах – напротив, Мортис и Сутурвору преследовали слухи о ненужной резне и порочной, тёмной жажде кровавых завоеваний. Доносы и интриги этих ревнивых легионов привели к тому, что Легио Прэсагиус всё чаще бросали на передовую самых кошмарных конфликтов, не знающих себе равных по ужасу и свирепости среди всех угроз, с которыми сталкивалась Коллегия Титаника. Хотя Истинные Вестники ни разу не дрогнули и вышли победителями в каждой из этих ужасающих войн, силы благородного Легио начали постепенно истощаться, пока они не утратили былую мощь, позволявшую им оставаться на острие копья Великого крестового похода.

Однако надежда не умерла – в знак признания благородства Легио Прэсагиус и его выдающейся службы Робаут Гиллиман, примарх Ультрадесанта, пригласил Вестников поселиться в Царстве Ультрамар и обрести новый дом, мир-кузницу Ганц. Это была великая честь, и легион принял её с торжественным достоинством. Однако Легио Прэсагиус не смог долго оставаться на страже своей новой родины – нужды Великого крестового похода требовали присутствия богомашин на передовой, так что легион возвращался домой только для перегруппировки и пополнения запасов – после чего многочисленные демилегио вновь отправлялись к пограничным мирам Ультрамара. Вечным крестоносцам из Легио Прэсагиус была доверена важнейшая задача – прочёсывать тёмные территории на окраине Ультрамара, дабы множество новых миров могли объединиться под сенью Ультимы и со временем достичь такого же процветания.

На заре Ереси Гора Легио Прэсагиус будет впервые призван на войну в полном составе – во всей своей боевой мощи и великолепии. Внушающее благоговение воинство собралось на Калте, но как только оно погрузилось на свои десантные корабли, их настигло предательство Несущих Слово. Застигнутый врасплох Легио понёс тяжёлые потери – большая часть Истинных Вестников оказалась уничтожена первым же залпом изменников, взорвавших их корабли на околоземной орбите, в то время как марширующие на поверхности титаны попали в засаду своих бывших союзников из Легио Сутурвора. В тот день воители Прэсагиуса сполна подтвердили свою репутацию смельчаков и невероятно дисциплинированных бойцов, поскольку даже в условиях столь шокирующей катастрофы и жестоких потерь никто из них не поддался панике и не оказался во власти смятения.

Сохранившие боеспособность после первого огненного шквала Истинные Вестники быстро восстановили свои силы и начали действовать, переходя в контратаку и оказывая поддержку Ультрадесантникам и бойцам Имперской Армии. Пускай ряды Легио поредели, он отважно сражался до последнего среди обратившихся в преисподнюю руин города Итрака, опустошённого возросшей активностью умирающего светила. Все до единого титаны Легио Прэсагиус на Калте пожертвовали собой в битве против Легио Сутурвора, даровав возможность другим уцелевшим лоялистам найти убежище и выжить, чтобы продолжать сражаться.

Когда известия о предательстве на Калте достигли Ганца, остатки Истинных Вестников поклялись обрушить на предателей, бесчинствовавших в Пятистах мирах Ультрамара, возмездие в виде Крестового похода Железа. Вместе со своими соратниками из Легио Оберон и Ордо Синистер Истинные Вестники направили свои манипулы через миры, подвергшиеся нападению мятежников, чтобы охотиться и мстить предательским Легио в десятках свирепых конфликтов. Пускай число верных Трону богомашин было невелико, каждый из титанов свершил возмездие над многократно большим числом изменников, прежде чем смерть забрала их самих. После окончания Похода Железа остатки Прэсагиуса не пожелали вернуться на Ганц, приняв решение перегруппировать свои силы и присоединиться к Ультрадесантникам в их долгом и трудном марше на Терру.

==Боевые активы==

В ранние годы своего существования Легио Прэсагиус оценивался как Легио класса Примарис – в его рядах насчитывалось свыше 300 богомашин, включая значительное число тяжёлых боевых титанов «Владыка войны», «Император» и «Плотоядный». На протяжении большей части Великого крестового похода легион редко собирался для войны в полном составе. Ввиду громадного размера Легио Прэсагиус он был разделён на многочисленные боевые группы, или демилегио, поощряя тем самым рассредоточенную командную структуру и полагаясь на инициативу со стороны принцепсов. Подобная практика стала краеугольным камнем множества побед Истинных Вестников, поскольку каждый принцепс был уважаемым командиром и ветераном сражений в составе боевых групп. Впрочем, к тому моменту, как Легио Прэсагиус обрёл новый дом на Ганце, его ряды значительно поредели – на момент Калтского сбора Легио состоял из всего лишь 112 титанов, большинство из которых принадлежали к типам «Владыка войны» или «Разбойник» с опытными командами ветеранов. После трагедии на Калте и большей части Теневого крестового похода от гордого Легио Прэсагиус осталась всего лишь дюжина богомашин.

'''Особенность Легио: Исключительная точность'''

''Истинные Вестники демонстрировали явное предпочтение высокоточному оружию, поскольку считали уничтожение без разбора недостойным поведением для настоящего легиона титанов.''

'''Особенность Легио: Гибкая командная структура'''

''В связи с крупными размерами Легио Прэсагиус он был разделён на боевые группы демилегио, поощрявшие структуру рассредоточенного командования и полагавшиеся на инициативу принцепсов отдельных титанов.''

'''Особенность Легио: Вопреки невозможному'''

''Постоянно находившийся в авангарде экспедиционных флотов Легио Прэсагиус прославился своими достижениями на грани невозможного.''

'''Специальная стратагема Легио: Прицельный залп'''

'''Личные особенности персонажей Легио'''

'''Благородное наследие'''

''Принцепс сражается в рядах Легио с самого начала Великого крестового похода и всё ещё верит, что наступит день, когда мечты человечества станут явью.''

'''Прирождённый командир'''

''Принцепс способен быстро оценивать изменения в ходе сражения и отдавать своим подчинённым соответствующие приказы.''

'''Крестоносец'''

''Принцепс искренне верит в дух крестового похода, характерный для его Легио, и придерживается доктрины двигаться вперёд с непреклонной решимостью.''

[[Файл:LL-18.jpg|600px|thumb|center]]

'''Боевой титан типа «Владыка войны» Легио Прэсагиус'''

''«Золотой пегас»''

Под командованием принцепса-магистра Рико Триесте, опытной воительницы, уважаемой своими собратьями, «Золотой пегас» к началу Калтского Сбора находился на пике своей формы. Приняв на себя командование разрозненными элементами Легио Прэсагиус после гибели «Арутана», Триесте отдала свой первый и последний приказ как владычицы легиона титанов. Девять «Владык войны», в том числе и «Золотой пегас», ринулись прямиком в центр строя Повелителей Огня, выиграв тем самым достаточно времени для Истинных Вестников, чтобы те смогли отступить в город Итрака. Позднее участники этого боя будут вписаны в анналы Коллегии Титаника как Девять Парагонов Итраки, и среди этих девяти «Владык войны» могучий «Пегас» встретит смерть последним, сжимая в кулаке оторванную и раздавленную голову вражеского «Разбойника».

[[Файл:LL-19.jpg|600px|thumb|center]]

'''Титан «Воинствующая немезида» Легио Прэсагиус'''

''«Сонитус Юстициэ»''

Реликт забытых войн, «Сонитус Юстициэ» некогда принадлежал канувшему в Лету легиону титанов, чей смертный час настал в годы эры Раздора. Он пребывал в полной безвестности до тех пор, пока флотилия эксплораторов не обнаружила его останки на мёртвом мире Келосси VI. После тщательного восстановления титан на протяжении практически двух столетий оставался в арсеналах-хранилищах Конора, ожидая призыва к битве. Когда Легио Прэсагиус искал способы возрождения былой силы, «Сонитус Юстициэ» пробудился впервые за тысячи лет, и мрачный грохот его орудий стал предвестником яростной мести.

[[Категория:Империум]]
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]

Операция «Коготь тени» / Operation Shadowtalon (кампания)

2026-02-27T03:59:53Z

Shaseer:

{{Перевод Д41Т}}
{{Файл
|Файл =Warhammer_40k_-_7th_edition_codex_-_Boevaya_zona_Damokla_1_0.pdf
}}{{Книга
|Обложка =WZDOpShadowtalon.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Desperado
|Переводчик2 =Str0chan
|Переводчик3 =samurai_klim
|Переводчик4 =Locke
|Переводчик5 =Ser Murzik
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =Боевая зона Дамокла / War Zone Damocles
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =[[Боевая зона Дамокла: Кауйон / War Zone Damocles: Kauyon (кампания)|Боевая зона Дамокла: Кауйон / War Zone Damocles: Kauyon]]
|Год издания =2015
}}
{{Врезка|Больше двух столетий внешние области Дамоклова залива были ничейной землёй, испещрённой зонами боевых действий и мятежными планетами. Она тянулась через Восточную Окраину Галактики, отделяя растущую Империю Тау от древнего Империума Человека. Сейчас, однако, им вновь грозит полномасштабная война. Под началом легендарной командующей Тени Солнца каста Огня одолела армии людей на Агреллане, впоследствии переименованном в Бухту Му'гулат. Несмотря на вмешательство ударных группировок Белых Шрамов и Гвардии Ворона, огромные города-ульи планеты пали к ногам тау, а последние битвы за них превратились в отчаянные арьергардные бои – Империум отступил перед безжалостными атаками и новейшим оружием охотничьих кадров о'Шасерры.

Заполучив плацдарм в человеческом космосе, тау смогли начать новые кампании своей экспансионистской войны среди звёзд. Но, несмотря на многочисленные победы, командующая Тень Солнца вскоре впервые потерпела поражение. Это произошло на Волторисе, в родном мире дома Терринов, где ей противостояли объединённые силы Белых Шрамов, Гвардии Ворона, Имперского Рыцарства и Астра Милитарум. Возможно, обретя излишнюю самоуверенность после битвы за Бухту Му'гулат, о'Шасерра намеревалась нанести Империуму очередной тяжелейший удар – уничтожить войска, собиравшиеся на этой планете.

Тени Солнца удалось спастись, но из-за её гордыни многие солдаты касты Огня сгинули в джунглях Волториса, превращённых в огневые мешки. И всё же тау не так недальновидны, чтобы из-за подобных неурядиц отказываться от своего предназначения, как и Империум не настолько глуп, чтобы считать, будто одна виктория может решить судьбу Дамокловой кампании.

Сейчас внимание обеих сторон смещается к системе Довар и её богатым ресурсами планетам, называемым Позолоченными Мирами. Каждый из них изобилует полезными ископаемыми, а вместе они представляют стратегическую важность для обороны сегментума Ультима. Однако же, чтобы их достичь, неприятель должен сначала захватить древнюю планету-крепость Префекцию, некогда служившую заставой Империума в глуши Дамоклова залива. Этот мир, похожий на запутанный лабиринт разрушенных городов, прошёл через тысячелетия войн, и его континенты задыхаются от бесконечных бурь из пламени и пепла.

И в такое горнило смерти люди бросают свои армии, твёрдо намереваясь отстоять Позолоченные Миры и уничтожить вторгшихся тау. Но вся кампания оказалась на перепутье после того, как транспорт эфирного аун'До был сбит над руинами Префекции во время перелёта в передовой командный пункт Тени Солнца. Он – само воплощение Высшего Блага и поистине ценный трофей: поимка или убийство аун'До могут изменить ход грядущей войны.}}

==Действующие лица==

===Империя Тау===

Аун’До

''Эфирный''

Уи'Калас, Звёздный Покров

''Командир следопытов''

===Гвардия Ворона===

Кайрин Солак

''Капитан 5-й роты''

===Ради Высшего Блага===

'''Галактика стонет под пятой умирающих империй и древних тиранов, но тау принесут её мирам порядок и процветание. Они освободят звёзды ради своей славной расы, распространяя при этом весть о Высшем Благе. Под указующей и направляющей рукой их септов всех ждёт эра преуспеяния, невиданного прежде.'''

Империум цепляется за миры на окраинах Дамоклова залива, словно труп, упрямо не разжимающий окоченевшие пальцы. Тау, в их мудрости, выпала задача освободить звёзды от власти человечества и дать волю новым мирам, готовым для заселения и включения в состав непрерывно растущей Империи. Теперь, когда Бухта Му'гулат в их руках, Третье сферическое расширение может продолжаться без задержек. Несмотря на маленькую неурядицу с Волторисом – планетой незначительной стратегической важности для Империи Тау и её планов в этом регионе – войска Тени Солнца завершили перегруппировку и готовы к покорению системы Довар.

Но теперь всё повисло на волоске, поскольку над Префекцией был сбит аун'До, и его захват приведёт к немыслимым последствиям. Эфирные – живые воплощения Высшего Блага, символы всего, что направляет тау в их неотступной экспансии в космосе. К сожалению, транспорт аун'До разбился на нейтральной полосе, и о'Шасерра должна действовать быстро, чтобы спасти его. Кадр проникновения в тыл, отправленный на поиски эфирного, ведёт следопыт Звёздный Покров, иссечённый шрамами ветеран Волториса. Шас'уи хорошо готов к грядущей битве, и его воспоминания о последней встрече с Гвардией Ворона ещё не потускнели.

{{Врезка|'''Септ Т'ау'''

''Т'ау, расположенный в сердце Империи Тау – старейший и самый влиятельный из септов. Его воины абсолютно верны Высшему Благу, и их часто можно встретить на передовой межзвёздной экспансии. Во время кампании на Агреллане и Волторисе охотничьи кадры Т'ау – боевые формирования, собранные из представителей военизированной касты Огня – сражались в бессчётных битвах против Империума. Во многих из этих столкновений товарищей направляли следопыты, стелс-команды и взводы «Пираний», которые разведывали вражеские позиции и организовывали засады. Командующая о'Шасерра, называемая подчинёнными Тенью Солнца, хорошо знает, как применять эти силы, и очень высоко ставит бойцов данного септа за их отвагу и неисчерпаемую веру в Высшее Благо.''

''Теперь воинам Т'ау вновь представился шанс показать себя с лучшей стороны – в этот тёмный час о'Шасерра обратилась к ним за помощью в спасении аун'До. Ни один тау и подумать не может о неудаче в подобной миссии, но для солдат, рождённых и обученных на самом Т'ау, поражение даже более немыслимо. Их уверенность в успехе так велика, что никому не устоять перед ними.''}}

===По воле Императора===

'''После славной победы на Волторисе армии Империума готовы раз и навсегда покончить с экспансией тау. Непоколебимые в верности долгу солдаты Императора собирают силы для уничтожения проклятых ксеносов. Вместе они отбросят наступающего врага и окончательно утвердят власть человечества над Дамокловым заливом.'''

Позолоченные Миры жизненно важны для Империума. Эти богатые полезными ископаемыми планеты образуют верхушку звёздного скопления, которое простирается до самого центра сегментума Ультима. Прежде Агреллан был могучим бастионом, закрывавшим ключевой проход между Дамокловым заливом и системой Довар, но после его падения Позолоченные Миры отделяет лишь древняя Префекция, старинная цитадель человечества. Одолев армии Тени Солнца на Волторисе, Империум наводнил здешние планеты войсками; среди них и боевые роты Гвардии Ворона, вернувшиеся с полей сражений рыцарского мира. Теперь космодесантники жаждут пополнить список своих викторий против ксеносов.

И вот Империуму выпала редкая возможность: сыны Коракса из перехваченных сообщений узнали о прибытии эфирного аун'До, Повелителя Дарованных Звёзд. По распоряжению магистра капитула теневой капитан Кайрин Солак повёл на Префекцию небольшую ударную группировку с целью захвата тау, поскольку представитель данной касты, особенно такой высокопоставленный, станет поистине бесценной добычей. Для аун'До была подготовлена хитроумная западня, и «Громовой ястреб» Солака сбил десантное судно жертвы с небес. Впрочем, противник использовал собственную уловку – когда спасательная капсула эфирного устремилась к руинам на поверхности, вместе с ней полетел вниз десяток дронов-обманок. Охота за аун'До началась, и теперь теневой капитан твёрдо намерен захватить свой трофей до прибытия подкреплений тау.

{{Врезка|'''Гвардия Ворона'''

''Десять тысяч лет насчитывает история Гвардии Ворона, одного из священных капитулов Адептус Астартес Императора, чернобронные воины которого уничтожали врагов Империума на планетах, тонущих в крови и пламени. Каждый из боевых братьев ордена – генетически улучшенный великан, стоящий не меньше дюжины обычных солдат, и лишь горстки таких космодесантников достаточно, чтобы изменить ход любой битвы. Они исключительно хороши в роли ударных войск, но также обладают превосходными навыками маскировки и ведения тайной войны. Такова специализация их капитула, и, если Гвардеец Ворона пожелает, то будет скользить в тылу неприятеля подобно тени, невидимый и незамеченный, пока не придёт время нанести смертельный удар.''

''Для воинов этого ордена важна не только готовность умереть за Императора, но и умение выигрывать сражения и истреблять противников любыми средствами. Соответственно, Гвардейцы Ворона не бросаются в бой сломя голову, если имеется возможность ослабить врага чередой молниеносных налётов или серьёзно повредить ему одной точно рассчитанной по времени атакой. Как любят указывать Сыны Коракса: «Смертоносен тот клинок, что вонзается неожиданно».''}}

==Глава 1: Пылающий рассвет==

===Кадр проникновения в тыл «Пылающий рассвет»===

'''Гордые и решительные тау из кадров проникновения непоколебимо верят в свою командующую и Высшее Благо. Шас'уи Калас, он же Звёздный Покров, с хладнокровной целеустремлённостью направляет умелых подчинённых, которые шагают по застланным пылью полям сражений Префекции, выискивая врагов Империи Тау.'''

Шас'уи Калас, ещё не оправившийся от полученных на Волторисе ран, выдвигается в зону боевых действий на Префекции, твёрдо намереваясь принести свет Империи Тау в это тёмное и варварское место. Звёздный Покров, которого поддерживает кадр следопытов и бойцов в стелс-БСК, превосходно обучен методам «терпеливого охотника». В десятках войн на окраинах Дамоклова залива его воины несли Империуму разрушение и гибель: словно призраки, они просачивались из развалин и джунглей, чтобы скосить неприятелей шквалом импульсных разрядов.

Командующая Тень Солнца лично выбрала шас'уи для священной миссии по спасению эфирного аун'До, Повелителя Дарованных Звёзд. Она, ученица Чистого Прилива, заметила в молодом Каласе ту же искру тактической гениальности, которую старый наставник когда-то увидел в самой о'Шасерре. Подобное понимание искусства войны неподвластно человеческому разуму: только ум тау достаточно свободен от эмоций и отвлекающих мыслей, чтобы ухватить необходимые тонкие нюансы.

Действуя с быстротой холодного ночного ветра, Звёздный Покров призвал ветеранов войны за Дамокл и собрал свою ударную группу, кадр проникновения в тыл ''«Пылающий рассвет»''. Проворные бойцы стелс-команды ''«Тёмный прилив»'' добавили соединению опустошительной огневой мощи, а «Пиранья» под названием ''«Неустанный охотник»'' заняла нишу разведчика и несравненного убийцы бронемашин. Ядро отряда, впрочем, составила команда следопытов и дронов самого шас'уи Каласа, которая сражалась вместе с ним на Агреллане и, впоследствии, на Волторисе.

Кадры проникновения – многоцелевые формирования авангардных бойцов, часто высаживающиеся в тылу врага. Под началом опытных воинов касты Огня они становятся невидимым орудием воли Высшего Блага – убивают или захватывают влиятельных офицеров Империума, уничтожают ключевые для вражеской инфраструктуры предприятия или вывозят ресурсы, важные для Империи Тау.

Шас'уи Звёздный Покров, много раз сражавшийся в составе таких кадров, которые входили в группировки вторжения о‘Шассеры, постоянно завоёвывал личные почести и продвигал родную расу по предначертанному ей пути. На опалённых полях боев чужих планет следопыты и их союзники продвигались к целям, пока он осматривал горизонт в поисках угроз, без сомнений исполняя свой долг. Единственная мотивация, необходимая Каласу – возможность служить своему народу в деле колонизации космоса.

===Теневой спецназ Солака===

'''Бойцы Кайрина Солака преследуют добычу, двигаясь подобно теням в развалинах Префекции. Немногие воины столь же хороши в искусстве маскировки, как Гвардейцы Ворона; эти превосходные охотники в чёрной броне мастерски устраивают засады и, атакуя из тьмы, несут врагам поражение и гибель.'''

Безмолвный как смерть, теневой капитан Кайрин Солак ведёт боевых братьев через заваленные пеплом руины мира-цитадели. Среди обваливающихся зданий и разбитых баррикад хватает тёмных мест, необходимых сынам Коракса в бою. Теневой спецназ Солака создавался как небольшое и убийственное орудие: он сформирован вокруг испытанных космодесантников 1-й роты, ветеранов кампаний Дамоклова залива, при поддержке высокомобильного и тяжеловооруженного лэндспидера модели «Торнадо».

По приказу Корвина Северакса, магистра капитула Гвардии Ворона, воины теневого капитана высадились на Префекцию, идя по следу эфирного аун'До. Кайрин Солак намерен по максимуму использовать навыки своих братьев, чтобы загнать жертву в угол, и он сметёт всё, что встанет у него на пути. Бойцы ордена идеально подходят для этой миссии, поскольку отделения космодесантников – это эффективные и тактически гибкие отряды, что особенно верно в случае авангардных и арьергардных ветеранов.

Сообразно доктринам Гвардии Ворона, теневой спецназ является специализированным формированием, созданным для точечных вылазок и дерзких актов саботажа либо умерщвления добычи. Когда капитул обнаруживает особо важную цель или ключевой актив неприятеля, часто расположенный глубоко за линией фронта и недосягаемый для обычных солдат, к нему направляется именно эта группа.

Поэтому и здесь, в системе Довар, Кайрин Солак самостоятельно отобрал воинов ордена для своего теневого спецназа, опираясь в первую очередь на личные качества. В столь небольшом элитном соединении каждый боевой брат должен исполнять несколько ролей или уметь действовать самостоятельно в течение продолжительного времени. Эти космодесантники знают, что отправляются без поддержки в зону военных действий, где только от их способностей будет зависеть, победит или проиграет весь капитул.

Хотя в некоторых орденах развёртывание теневого спецназа могли бы посчитать бесчестным применением сил Адептус Астартес или оскорблением великого труда Гиллимана, сынов Коракса не интересует чужое мнение. Солак и его братья считают, что лишь глупец не станет задействовать любое оружие в своём распоряжении. Поэтому, когда скрытность и тьма играют бойцам на руку, они без сомнений пользуются этим. Как учит своих воинов Гвардия Ворона: «Наиболее эффективен тот удар, к которому твой враг не был готов».

===Охота за аун'До===

'''На фоне яростной войны за Префекцию между тау и Империумом разворачивается отчаянная погоня через древние руины планеты. Передовые отряды Гвардии Ворона и касты Огня разыскивают упавшую спасательную капсулу эфирного аун'До среди десятка дронов-обманок, рискуя всем, чтобы первыми добраться до почитаемого вождя тау.'''

Шас'ла Толас направлял свою «Пиранью», ''«Неустанного охотника»'', по улицам разрушенного города, пока сидевший сзади товарищ по та'лиссера Янто загружал в бортовой компьютер курсовые вектора и данные о скорости полета. Оба пилота идеально работали в паре, как и на бессчётных предыдущих миссиях. Из-за снизившийся до пары десятков метров дальности видимости покорёженные здания выступали из бури, словно руки древних стальных богов, между цепкими пальцами которых ловко проскальзывал скиммер.

Боевая машина гуэ'рон'ша снова испарилась, но Толас то и дело замечал её характерную сигнатуру на самом краю зоны действия сенсоров – и всякий раз она манила «Пиранью» в другом направлении. Если аппарат людей обнаружил место посадки эфирного, нельзя позволить врагу вернуться за подкреплениями... Уверенный сигнал на экране выдернул пилота из раздумий, и, увеличив мощность двигателей, он рванулся к цели.

За мгновение до того, как Толас увидел неприятельскую машину, рыскавшую возле осыпавшегося жилого блока, Янто предупредил товарища об опасности. «Пиранья» взбрыкнула, словно у'ит в клетке, и с резким креном отвернула в развалины. В тот же миг буря разразилась грохочущей огненной вспышкой – сокрытый человеческий скиммер осыпал тау шквалом снарядов. Фрагмент корпуса разлетелся на куски в считанных дюймах от головы пилота, а ещё с десяток попаданий выбили искры из брони ''«Неустанного охотника»''. Впрочем, даже напряжённо выводя гравилёт из огненного мешка, Толас сумел подсветить руины собственной очередью энергоразрядов, хотя ни один из них не достиг цели.

Пока «Пиранья» стремительно уносилась в бурлящий пепельный шторм, брат Кайрекс выводил лэндспидер из укрытия, а его бортстрелок продолжал посылать вслед неприятелю сверкающие болт-снаряды. Петляя и кренясь среди развалин, боевая машина Гвардии Ворона мчалась в погоню, и пока мимо мелькал разрушенный город, ''«Тёмный ветер»'' выпускал в противника очередь за очередью. Вокруг врагов, несущихся сквозь сумрак, бушевал страшный ураган, и всё же они пытались сбить друг друга в смертоносной схватке огнедышащих орудий и ревущих турбин. Но пилоты оказались равными в своих умениях, и немногие выстрелы находили цель. Всё это время Кайрекс поглядывал на бортовой ауспик – играя с чужаками в кошки-мышки среди рухнувших зданий, космодесантник вёл их ближе к местам крушения капсул и точке, где скрывался эфирный.

Вой двигателей эхом отражался от поваленных стен домов, пока скиммеры вели поединок во мраке. Выглянув из-за спасательного модуля, откуда перед этим появился эфирный аун'До на антигравитационном дроне, шас'уи Звёздный Покров понял, что неприятель приближается к ним. На мгновение следопыт ощутил тень сомнения: тау были немногочисленны, а впереди лежал долгий путь. Но безмолвного кивка аун'До хватило, чтобы изгнать страх – само присутствие эфирного придавало бойцам новых сил. Нет, они не могут потерпеть неудачу.

Оглядывая улицу через прицел импульсного карабина, шас'уи повёл своих воинов через развалины к точке эвакуации. Вокруг них с неутихающей яростью ревела пепельная буря, снижавшая видимость до пары десятков метров, и, хотя облака серой пыли скрывали тау от врагов, они также замедляли их и помогали космодесантникам. Кроме того, в этом безумном вихре у Звёздного Покрова ныли полученные на Волторисе старые раны, за которые он собирался расплатиться, как только противники покажут себя. Ему представлялось странным, что великаны в чёрных доспехах ещё не пошли в атаку. Это был дурной знак; что-то в происходящем напоминало следопыту о доктринах «неотступного охотника».

И в этот момент шас'уи разобрал необычный шум, доносящийся сквозь завывания урагана – вой турбины, пронзающий тьму. Выкрикнув предупреждение следопытам, Звёздный Покров бросился к аун'До, и тут же с неба обрушился первый космодесантник.

Из груди воина тау, стоявшего ближе всех к нему, вырвался фонтан крови. Боец рухнул, разорванный на куски взмахом перчатки с потрескивающими молниевыми когтями. К неприятелю устремился десяток импульсных очередей, но тот снова взмыл над землёй и устремился в клубы чёрного пепла. Отовсюду зазвучали новые крики и вопли умирающих, которые перемежались со звуками выстрелов тау и рёвом прыжковых ранцев.

Звёздный Покров понимал, что нужно найти пригодную для обороны позицию. Среди этих осыпавшихся развалин их рано или поздно перебьют. Отправив призыв о помощи стелс-команде ''«Тёмный прилив»'', шас'уи отступил к рухнувшей стене фабрики и вновь подсветил мрак очередью из карабина. Находившийся рядом с ним аун'До, островок спокойствия в море хаоса, призывал стихийные истины шёпотом, который каким-то образом прорывался через грохот битвы. Вдохновлённые присутствием эфирного, следопыты сражались ещё неотступнее и сдерживали авангард Космодесанта, атакующий с затянутых пеплом небес.

Ночь над улицей растерзали стробирующие лучи залпов из скорострельных пушек, известившие о прибытии стелс-команды, на что им тут же ответил гортанный рёв болтганов. Молча возблагодарив шас'вре Риаона и его бойцов, Звёздный Покров дал приказ отходить. Уцелевшие следопыты поспешно двинулись через лабиринт развалин, отстреливаясь на ходу от преследователей, а шас'уи в это время осматривал местность в поисках дороги. аун'До оставался рядом с ним, легко преодолевая обломки построек на антигравитационном диске. Воздух сгустился от пыли и огня, и, пока стелс-команда на улице сдерживала Гвардейцев Ворона, выигрывая товарищам драгоценные минуты для бегства, следопыты быстро вышли из сражения, словно растворившись в буре.

Когда небо прояснилось и первые лучи дневного света коснулись поля битвы, теневой капитан Солак повёл Гвардию Ворона в погоню за кадром тау через запутанные тропы среди руин. В каждом из городских кварталов чужаки сдавали позиции, организовывали засады и отступали вновь, не позволяя воинам Империума связать их решительным боем. Тем не менее в конце концов у них не осталось путей для отхода, поэтому Кайрин Солак и его ударная группировка собрались для последней атаки.

Теневой капитан смотрел вдоль процессии расколотых статуй. Этот проспект разбитых памятников некогда был восхитительным парадным входом в столицу Префекции, извилистой дорогой, по краям которой возвышались монументы позабытых ныне святых. Теперь от них не осталось ничего, кроме каменных осколков и крошева. Вдали Солак разглядел характерную дрожь воздуха над двигателями и отметил координаты в памяти. Тау были там, ждали прибытия транспортной «Косатки», что унесёт их за пределы досягаемости Гвардии Ворона.

Время изящных операций прошло. Подав сигнал об атаке, Кайрин присоединился к выдвигающемуся отделению Амерекса, тяжеловооруженные бойцы которого на ходу проверяли болтерные магазины и гранаты. На дальнем фланге взвыли ускорители лэндспидера ''«Тёмный ветер»'', и его пилот, брат Кайрекс, кивнул капитану, когда проносился мимо. Вслед за скиммером взмыли в небо авангардные ветераны из отделения Дарвоса, уносясь на прыжковых ранцах в скопление руин, что окаймляли край древнего припорошённого пеплом города. Вытащив потрескивающий силовой меч, Солак последовал за братьями в битву.

Шас'уи Звёздный Покров наблюдал за наступлением Гвардии Ворона с поспешно организованных оборонительных позиций на обочине заваленного обломками проспекта. Дальше, на тесных улочках, залегли остальные воины кадра проникновения в тыл. Они расположились так, чтобы создать комплексно перекрывающиеся сектора ведения огня из скорострельных пушек и импульсных карабинов. Шепча девизы «терпеливого охотника», командир следопытов мысленно отсчитывал секунды, зная, что им нужно продержаться до прибытия «Косатки».

Как только первый Гвардеец Ворона оказался в зоне досягаемости, руины сотряс вой скорострельных пушек и ответный грохот болтеров. Выходя из дыма и пыли, космодесантники шагали к позициям тау навстречу сверкающим очередям энергетических зарядов. Донёсшийся сверху пронзительный визг турбин возвестил о прибытии ''«Тёмного ветра»'', накрывшего укрепления противника шквалом разрывных болтов. Сам аун'До стоял на антигравитационном дроне в центре отделения следопытов и их дронов, уверенным голосом взывая к подопечным через шум резни. Тау держались даже против свирепой атаки Гвардии Ворона – отступить или сдаться в этот момент для них было всё равно что предать Высшее Благо.

Между тем на крышах разрушенного города авангардные ветераны бились против стелс-команды ''«Тёмный прилив»''; паля из пушек, боескафандры перепрыгивали между зданиями, оставляя за собой размытые дымные следы. В какой-то момент Звёздный Покров бросился в укрытие, и почти тут же болт-снаряды взрыхлили землю там, где только что стоял шас'уи. Подняв голову, следопыт увидел идущего к нему капитана Космодесанта, и оба воина поняли, что исход битвы решится здесь и сейчас.

{{Врезка|''Энергетические разряды отразились от брони теневого капитана Солака, перепрыгнувшего через обломки стены. Тау перемещались в руинах, словно бледные тени; их закруглённые шлемы на секунду показывались среди осыпающихся зданий и разрушенных построек, когда чужаки перебегали между укрытиями. Поблизости арьергардные ветераны накрывали развалины шквалом безжалостного огня, превращая их в пыль и осколки камня разрывами болт-снарядов.''

''– За эфирным! – взревел Кайрин Солак. – Он наша цель!''

''После всех уловок и засад, обманов и хитростей, началась настоящая битва. Теневой капитан мастерски применял методы скрытого ведения войны – именно благодаря его умениям удалось сбить транспорт аун'До, – но также знал, что, когда доходит до открытого сражения, следует обращаться к доктринам Кодекса.''

''Пробившись через остатки проржавевших дверей жилблока, Кайрин атаковал двоих следопытов тау. Чужаки попытались вскинуть оружие, но Солак взмахнул мечом снизу вверх по ослепительной дуге. Клинок рассёк ствол карабина первого из них, а обратным ударом космодесантник обезглавил второго, исторгнув фонтан крови. Уцелевший ксенос бросил бесполезное оружие и потянулся за пистолетом, но слишком медленно. Крутнувшись на месте, Астартес вскрыл его от груди до лица, и броня не спасла тау от искрящего разрядами силового поля, окружавшего меч.''

''Двинувшись дальше, Солак увидел эфирного, неподвижно стоявшего на чём-то вроде летающего диска. Странно, что существо как будто не беспокоилось о своей судьбе – впрочем, скоро Кайрин покажет ему, что такое страх.''

''Битва в развалинах снаружи достигла лихорадочной кульминации: порядки атакующих и защитников безнадёжно смешались. Следопыты и стелс-команды вели мобильный бой, используя гибельный перекрёстный огонь и быстрые манёвры, тогда как Гвардейцы Вороны, полагаясь на свои размеры и силу, били на манер керамитового молота.''

''Сблизившись с эфирным, теневой капитан занёс клинок и прокричал, перекрывая рёв стрельбы:''

''– Тебе некуда бежать, ксенос!''

''Внезапно над полем сражения мелькнула тень, и из-за облаков в вое двигателей вынырнуло десантное судно тау. Ругнувшись, Солак бросился вперёд, но путь ему преградил ещё один чужак, командир их следопытов. Кайрин попытался срубить его, но безуспешно – из руин поднялся гудящий дрон и опустил вокруг цели какой-то щит, который отбросил космодесантника мощным энергоразрядом при ударе по нему. Выхватив плазменный пистолет, Гвардеец Ворона выпустил в машину ксеносов обжигающий заряд. Силовое поле схлопнулось и взорванный дрон разлетелся на пылающие кусочки, но было уже поздно.''

''Крича от ярости, Солак мог только наблюдать за тем, как эфирный забирается в десантное судно, и оно исчезает в небе. Выстрелы теневого капитана лишь рикошетили от корпуса.''}}

===Буря теней===

'''Хотя аун'До выскользнул из хватки Гвардейцев Ворона, это столкновение было только началом войны за Префекцию. Триумф Звёздного Покрова в разрушенном городе оказался недолговечным, как и идеальные планы вторжения, составленные Тенью Солнца. Империум не собирался отступать без борьбы, и сыны Коракса не забывали о добыче, за которой однажды начали охоту.'''

Шас'уи Звёздный Покров вернул спасённую цель Тени Солнца и заслужил великий почёт своими деяниями в затянутых пеплом руинах Префекции, хотя не смог ни отомстить за неудачи на Волторисе, ни примириться с ними. Встретившись с о'Шасеррой на разрушенной планете, следопыт поклялся молчать о столкновении аун'До с Гвардейцами Ворона: хотя тау одержали великую победу, никому не следовало знать, насколько велик был риск пленения эфирного.

Аун'До сообщил Тени Солнца секретные данные, которые она ждала, и с ними правду об искалеченном мире, за который шла война. Командующие армий Империума считали главной мишенью о'Шасерры Позолоченные Миры, но упускали из виду нетронутые ресурсы самой Префекции – огромные запасы геомагнитной энергии, скрытые под её поверхностью. Таков был великий гамбит ученицы Чистого Прилива: триумф в сражении за разрушенную планету открыл бы ей путь к захвату системы Довар и следующему этапу Третьей фазы экспансии. Если удастся использовать мощь Префекции, она напитает войска Тени Солнца и станет новой базой для последующих атак, оплотом за пределами громадного Дамоклова залива.

Но Империум совершенно не намерен сдавать мир-крепость без боя, и армии Императора уже сосредоточиваются, планируя вышвырнуть захватчиков обратно в звёздную аномалию Дамокла. Что ещё хуже для Тени Солнца, магистр ордена Корвин Северакс заподозрил об истинных намерениях тау на Префекции и предпринимает ответные шаги. Важное звено в планах повелителя Гвардии Ворона – теневой капитан Солак, который, хотя и не сумел захватить аун'До, многое узнал о противнике. Вновь собрав ветеранский теневой спецназ, Кайрин возвращается на поля битв исковерканного мира.

Итак, декорации для войны за Префекцию расставлены. Теперь над её разрушенными городами и засыпанными пеплом пустошами разносится рёв боевых машин Империума и бронекостюмов тау, миллионы человеческих солдат копают траншеи и проверяют лазружья, а охотничьи кадры быстро наступают по пересечённой местности под гениальным руководством командующей о'Шасерры. Многочисленные соединения Астра Милитарум поддерживают космические десантники, и главные среди них – Гвардейцы Ворона и Белые Шрамы, в памяти которых ещё свежи сцены падения Агреллана. Ни одна из сторон не капитулирует и не отступит: судьба Префекции решится в крови и пламени.

==Глава 2: Миссии – Отголоски войны==

Посреди вторжения тау на Префекцию в засыпанных пеплом руинах планеты-крепости разворачивается смертельно опасная охота.

Предводитель следопытов Звёздный Покров отправлен на ничейную землю, чтобы спасти аун'До из рук Империума. Шас’уи Калас и его кадр проникновения в тыл должны двигаться быстро и незаметно, поскольку обязаны перехитрить собранные против них силы. Поимку аун'До ни за что нельзя допустить.

Параллельно тау теневой капитан Кайрин Солак ведёт лично подобранный отряд в погоню за эфирным. Чтобы перехитрить и перебороть тау, командир теневого спецназа должен использовать всю изобретательность и навыки, присущие космодесантнику Гвардии Ворона – и он обязан это сделать, ведь аун'До известны секреты, способные изменить ход войны и окончательно определить судьбу Префекции.

===Прах и тени===

''Оставшись в полном одиночестве после разрушения своего транспортного судна, эфирный аун’До активирует аварийный спутниковый радиомаяк в надежде, что ближайший авангард касты Огня сможет добраться к нему раньше, чем враг доберётся до места крушения и обнаружит его.''

===Схватка во тьме===

''Ускользнув из-под носа у Гвардии Ворона, аун’До должен теперь как можно скорее вернуться в свой лагерь до наступления рассвета. Однако командующий Гвардии Ворона не намерен сдаваться и уже сейчас блокирует своей жертве пути к отступлению вместе с элитной группой воинов из первой роты капитула.''

===Спасение из руин===

''Пробившись сквозь войска Гвардии Ворона, отравленные не дать ему сбежать, аун’До добирается до точки эвакуации. Десантный корабль «Косатка» прибывает, чтобы забрать эфирного в безопасное место, но перед этим шас’уи Звёздному Покрову придётся в последний раз столкнуться лицом к лицу с теневым капитаном Солаком, который собирается предпринять последнюю попытку захватить ценного заложника.''

[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Гвардия Ворона]]
[[Категория:Тау]]

Боевая зона Дамокла: Кауйон / War Zone Damocles: Kauyon (кампания)

2026-02-27T03:59:47Z

Shaseer:

{{Перевод Д41Т}}
{{Файл
|Файл =Warhammer_40k_-_7th_edition_codex_-_Boevaya_zona_Damokla_1_0.pdf
}}
{{Книга
|Обложка =Kauyon.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Desperado
|Переводчик2 =Str0chan
|Переводчик3 =samurai_klim
|Переводчик4 =Locke
|Переводчик5 =Ser Murzik
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =Боевая зона Дамокла / War Zone Damocles
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =[[Операция «Коготь тени» / Operation Shadowtalon (кампания)|Операция «Коготь тени» / Operation Shadowtalon]]
|Следующая книга =[[Боевая зона Дамокла: Монт'ка / War Zone Damocles: Mont'ka (кампания)|Боевая зона Дамокла: Монт'ка / War Zone Damocles: Mont'ka]]
|Год издания =2015
}}Раскаты грома проносились над планетой, словно предвестники грядущей погибели. Они были отзвуками не гроз, а деяний военачальников и убийц, в руках которых оказались невероятные силы и оружие столь разрушительное, что его мощь выходила за пределы разумного.

Поверхность мира-крепости, изуродованная шрамами бездумно разраставшейся промышленности, гудела от едва сдерживаемых бурь вольтаической энергии. Боевые шагоходы, величиной не уступавшие зданиям, топали через беспорядочно выстроенные комплексы укреплений и развалины широко раскинувшихся ульев. От их словно бы когтистых ступней по запылённой земле разбегались трещины. Вздымая увесистые, но смертоносные руки-орудия, великаны залпами ракет и ослепительно-белых лучей превращали снующую под ногами пехоту в рваные клочья мяса.

Посреди всего этого шли в наступление воины-рыцари Адептус Астартес, геральдические цвета которых ярко блистали сквозь пылевую завесу, повисшую над планетой вследствие тысячелетних войн. Атмосфера её смердела прометием и реактивным топливом – космодесантники выгоняли неприятелей из тщательно подготовленных укрытий густыми струями пламени и ураганами масс-реактивных болтов. Монашеские песнопения смешивались с боевыми кличами орденов, и за этими благодарениями искусствам войны следовало пролитие вражеской крови в ошеломляющих масштабах. Крики живых существ и машин сливались с рёвом цепных мечей, прогрызающих чужацкую плоть, однако происходящее оставалось лишь прелюдией резни, которую защитники мира собирались устроить для своих противников.

Но затем сбросили хитроумную маскировку тысячи воинов касты Огня, крепко спаянных узами чести и самоотверженности. Вспыхнули очереди импульсных и плазменных зарядов, начисто пробившие силовые доспехи космодесантников. Нависшие над полем битвы громадные боескафандры, оснащённые новейшим вооружением, разнесли на куски вражеские танки и скосили целые отделения ветеранов Адептус Астартес, словно элитные воины были голыми новобранцами. В небе раздалось низкое жужжание турбин, вслед за которым возникли эскадрильи ксеносов: заходя для атаки, волны самолётов расчерчивали землю белыми полосами смерти и сбрасывали сферы потрескивающей энергии, которые при детонации испепеляли уцелевших неприятелей.

Теперь Префекция принадлежала тау, и они засеяли её просторы незримыми семенами смерти.

==ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА==
ИМПЕРИЯ ТАУ

Аун’Ва

''Верховный эфирный''

Аун’До

''Эфирный''

О’Шассера, Тень Солнца

''Верховная главнокомандующая''

О’Та'сар, Стойкий Щит

''Командующий''

О’Шалас, Резвое Пламя

''Командующий''

БЕЛЫЕ ШРАМЫ

Кор’сарро-хан

''Капитан 3-й роты''

ГВАРДИЯ ВОРОНА

Корвин Северакс

''Магистр капитула''

Лэфин Торовак

''Капеллан 2-й роты''

Кайваан Шрайк

''Капитан 3-й роты''

Кайрин Солак

''Капитан 5-й роты''

ДОМ ТЕРРИНОВ

Патриарх Тибальт

''Верховный король''

==Боевая зона Дамокла==
Дамокл. За этим коротким словом скрывается противостояние империй, растерзавшее Восточную Окраину. Когда экспансионистски настроенные тау пересекли Дамоклов залив, они захватили горстку богатых ресурсами планет, что лежали за его пределами. Сделав это, ксеносы пробудили галактического колосса – Империум Человечества – и начали войну, которая разрастается с каждым днём.

Отыскав путь через цепочку смертельно опасных туманностей, известную как Дамоклов залив, тау оказались на краю владений человечества. Там они обнаружили цивилизацию, которую сочли угасающей: на обнаруженных пограничных планетах давно забыли, что такое «эффективность» или «инновации», и даже надежда на лучшее померкла под душной пеленой веков.

Хотя потребовались годы, чтобы открыть местным жителям глаза на иные перспективы, постепенно они приняли идеалы, о которых рассказывали дипломаты из касты Воды. Под суровой рукой безразличного Империума умы людей превратились в благодатную почву для семян нового порядка, и одна за другой планеты пали к ногам златоустов-переговорщиков. Тех же, кто воспротивился, вскоре переубедило оружие касты Огня.

Когда Терры наконец достигли сообщения о технологически развитой расе ксеносов, которая узурпировала власть в нескольких мирах, давно принадлежавших людям, Империум отреагировал так же, как и всегда – сокрушительным ударом. Используя варп-переходы для развёртывания сил вторжения, совместная боевая группа Адептус Астартес и Астра Милитарум изгнала неприятельских поселенцев с захваченных ими планет, после чего перенесла войну в самое сердце чужеродной империи. Тау отступали, поскольку враг обходил их линии обороны, а кор'ваттра (космический флот) безнадёжно проигрывал человеческому. Армии Империума, как неудержимое чудовище, пронеслись по орбитальным станциям и колониям, превратив процветающие планеты в дымящиеся развалины.

В итоге крестовый поход в Дамоклов залив был с боями остановлен на Дал'ите. Каста эфирных, верховных правителей цивилизации ксеносов, направила туда лучших полководцев своей расы, поскольку эта планета была «септовым миром» – жемчужиной в короне Империи Тау. Последовали месяцы неистовых битв на уничтожение, в которых агрессия и сила космодесантников Империума сталкивалась с мощью истинной цитадели чужаков. Но завершилась война после вмешательства третьей стороны – возникшие из-за пределов Восточной Окраины тираниды заставили боевую группу людей отступить для защиты границ собственных владений.

Тау, понёсшие страшные потери в конфликте, твёрдо намеревались заняться восстановлением разрушенного. Было заключено неофициальное перемирие, и по прошествии двух с половиной веков повелители Империума почти забыли о своём крестовом походе.

Но тау, полные амбиций, помнили. Начав Третье сферическое расширение, они вновь пересекли космический простор, на этот раз под началом верховного эфирного аун'Ва и командующей Тени Солнца. Как и прежде, многие миры пали пред ними.

Шестерни человеческого возмездия завращались снова – медленно, но с неудержимой силой. В этот раз генеральное сражение состоялось на Агреллане, планете, где люди обитали только в двенадцати огромных городах-ульях, вершины которых утопали в грязных облаках рождаемого ими же смога. Там космодесантники принесли быструю и страшную смерть многим кадрам тау, а полки Астра Милитарум и великанские Имперские Рыцари дома Террин добавили своей мощи ударам Империума. Но человечество вновь обнаружило, что тау – хитроумный и приспосабливающийся противник: благодаря стратегическому гению о'Шасерры чужаки захватили все двенадцать ульев за один-единственный день. Некоторые пали в результате осады, другие вспыхнули изнутри, охваченные мятежами, или были взорваны залпами из оружия планетарных масштабов. Превосходство Адептус Астартес на поле битвы также оказалось сметено массово введёнными в бой XV104 «Быстрина». Эти гигантские бронекостюмы обладали такой мощью, что их появление изменило ход всей войны в пользу ксеносов.

Корвин Северакс, магистр капитула Гвардии Ворона, скомандовал отступление, после чего космодесантники, полки Астра Милитарум и Имперские Рыцари совместно отошли с боями. Агреллан, переименованный покорителями в Бухту Му'гулат, был вскоре официально принят в состав Империи Тау.

{{Врезка|'''ОХОТА НА ОХОТНИЦУ'''

Во время кампании на Агреллане Кор'сарро-хан из Белых Шрамов поклялся на крови, что собственноручно снимет голову Тени Солнца с плеч. Он неотступно вёл охоту, обращая скорость и агрессию сынов Чогориса к единственной цели – уничтожению организатора всех успехов военной машины тау. Несколько раз ловчий и его цель встречались в битве: Кор'сарро-хан атаковал о'Шасерру в улье Акация и вступал в сражение с её личным кадром на Черносланцевом хребте. Но, несмотря на все усилия Белого Шрама, командующая выжила, показав себя превосходным тактиком, стратегом и даже достойным противником в ближнем бою. Со временем, однако, войска хана нанесли личному кадру Тени Солнца настолько чудовищные потери, что хладнокровная воительница начала дрожать от ярости. Возможно, поддавшись излишней самоуверенности после триумфа на Агреллане, она ухватила подброшенную ей наживку – рыцарский мир Волторис. Там о'Шасерра ступила прямо в западню, организованную возле древней крепости дома Террин. Во время неожиданной атаки Кор'сарро-хан нанёс ей страшную рану мечом и едва не обезглавил, но командующей, впрочем, снова удалось сбежать. Магистр охоты по-прежнему не может исполнить данную клятву, и на Префекции он будет преследовать Тень Солнца даже решительнее прежнего}}

Командующие армиями Империума пришли в ярость от самого факта потери планеты, не говоря уже о том, что всё произошло в столь краткий срок. После перегруппировки различные высокие чины, посланные для возвращения утраченных территорий, собрались на военный совет. В итоге они приняли решение нарочито медленно отступать к феодальному миру Волторис, заманивая флот о'Шасерры туда, где люди окажутся в подавляющем большинстве.

Человеческие войска организовали смертельную западню, используя в качестве опорного пункта самый пригодный к обороне участок планеты – крепость на пике Фурион. Тау, излишне полагаясь на данные орбитальной разведки, значительно недооценили врага. Внутри цитадели и в ущельях благородной горы прятались джунглевые бойцы полковника Стракена вместе с Гвардейцами Ворона теневого капитана Шрайка и Белыми Шрамами Кор'сарро-хана, все скрытые от глаз психической мглой, которую навёл грозовой пророк Судабе.

Когда группировка Тени Солнца высадилась у подножия пика Фурион, поставленная Империумом ловушка захлопнулась. Психически невосприимчивые тау оказались сбиты с толку «грозовой магией» сынов Чогориса, которые затем атаковали ксеносов в ближнем бою. Силовые кулаки, цепные мечи и даже боевые ножи нанесли огромный урон осаждённым чужакам. О'Шасерра сумела выследить и сразить грозового пророка Судабе, после чего наведённый сумрак рассеялся, но к тому моменту врата крепости уже распахнулись настежь. Наружу рванулись десятки Имперских Рыцарей, обрушивая вал огня, и вскоре лесная дорога превратилась во взрыхлённое месиво воронок. Многим бойцам из самых доверенных команд Тени Солнца пришлось пожертвовать жизнями, чтобы обеспечить спасение предводительницы, и она поклялась в память об их подвиге удвоить усилия на передовой Третьей сферической экспансии.

====Префекция====
На прицеле у о'Шасерры, готовой к новому наступлению, оказалась система Довар. Вокруг её звезды Доварис обращались Позолоченные Миры, невероятно богатые драгоценными металлами. Правда, в рамках Высшего Блага горы платины и золота бессмысленны, поскольку являются мерилом индивидуальных богатств. Для тау важны лишь ресурсы, которые можно обратить на поддержку расширения Империи – например, источники энергии, способные напитать постоянно совершенствуемые двигатели их кораблей.

Префекция была не только идеальным плацдармом для последующего захвата всей системы Довар, но и нетронутым резервуаром геомагнитной энергии. Поскольку она располагалась между границами Восточной Окраины, где рыскали ксеносы, и Позолоченными Мирами, Империум с привычной для него близорукостью превратил планету в огромную крепость, использовав лишь малую толику её потенциала. Что касается гарнизона Префекции, то он был измотан сражениями на Агреллане и Волторисе. Подобное отношение к ресурсам возмутило и покоробило учёных касты Земли, изучавших этот вопрос. Тау понимали, что после терраформирования мир удастся превратить в динамо-машину, которая разгонит их кампанию по покорению сегментума до максимальной скорости.

Поэтому экспедиционные силы Тени Солнца развернулись к Префекции. Удары объединённых каст, как и на Агреллане, сокрушили оборонительные комплексы планеты и склады-ульи со снаряжением. Полководцы Империума, по многим причинам обрадованные тем, что тау не стали прорываться дальше в Доварис, направили на поверхность свои легионы, и началась новая фаза войны.

Как и многие другие конфликты того тысячелетия, всепланетная битва за Префекцию началась с одной-единственной миссии. В комплексную воздушную засаду, организованную Гвардией Ворона, попалось немало летательных аппаратов тау. Многие из них устремились к земле, охваченные огнём, в том числе и личная «Косатка» почтенного эфирного аун'До.

Пока его транспортник, вращаясь, нёсся сквозь нижние слои атмосферы, пассажир успешно катапультировался в спасательной капсуле и начал быстро спускаться на поверхность Префекции. Хотя до этого пилоты касты Воздуха оказались не на высоте, у них ещё оставались в запасе кое-какие уловки. Вместе с настоящим посадочным модулем они выпустили множество дронов-обманок, внешне неотличимых от капсулы аун'До. После этого началась охота – либо тау успеют вовремя эвакуировать потерянного эфирного, что приведёт к важнейшему подъёму боевого духа, либо Гвардия Ворона нанесёт им смертельный удар.

Магистр ордена Корвин Северакс лично отдал распоряжения ударной группировке, направленной за аун'До. Он приказал не только отыскать сбитого вождя тау, но и пленить его, а не устранить. За время войн по обе стороны Дамоклова залива Империум определил, что каста эфирных обладает как политическим, так и духовным влиянием в обществе чужаков. Допрос и вивисекция столь высокопоставленного существа могли принести ответы, способные помочь в окончательном очищении Галактики от тау.

Транспорт аун'До был сбит «Грозовым вороном» Кайрина Солака, теневого капитана 5-й роты, и именно этому воину поручили захват эфирного в миссии, получившей название «Теневой коготь». Как можно точнее рассчитав траектории разлетевшихся спасательных капсул, Гвардеец Ворона провёл серию пересекающихся атак против тау, пытавшихся вернуть сброшенного на землю вождя. И хотя Солак лично возглавлял некоторые из кинжально быстрых ударов, он обнаружил, что их действенность притупляется усилиями стелс-команд кадра проникновения в тыл «Пылающий рассвет». Пусть капитану тяжело было признаться в этом, но командир группировки тау шас'уи Звёздный Покров так же отлично разбирался в тактике партизанской войны, как и сын Коракса. Две силы вновь и вновь сталкивались посреди разрушенных городов и грозовых фронтов, озарённых янтарными вспышками, пробуя каждую стратегию, ловушку и уловку, которую только могли изобрести, чтобы перехитрить неприятеля и предугадать его ходы.

Присыпанную пеплом глушь расчертила кровь космических десантников и воинов касты Огня, когда Солак наконец-то загнал свою добычу в угол. Но у тау нашлась ещё одна, последняя линия обороны. Когда очередь масс-реактивных болтов устремилась к уцелевшим телохранителям аун'До, над эфирным с треском возник мерцающий энергетический купол, о который безвредно детонировали снаряды. Цель и кадр проникновения скрылись в поджидавшем их транспортнике «Косатка», оставив теневого капитана кипеть от ярости.

==Глава 1. Великое возмездие==
===Начальные ходы===
Намереваясь вырвать из рук человечества очередной кусок космоса, экспедиционные силы аун'Ва проложили путь к Позолоченным Мирам и массово вторглись на Префекцию, в процессе чего авангард тау скрестил клинки с Адептус Астартес. Командующая Тень Солнца быстро берет руководство на себя и использует воинственность солдат Империума, чтобы заманить их в череду ловушек в соответствии с тактикой «кауйон».

Хотя первое столкновение на планете-крепости разрослось до напряжённой схватки, битва за контроль над окружающими мирами едва началась. Обойдя Волторис в ходе продвижения вглубь Империума, флоты тау атаковали Дот, Провинность и Каррадон, так быстро проникая на территорию людей, что Имперский Флот и Астра Милитарум почти ничем не могли их остановить.

Что до самой Префекции, туда уже направлялись подкрепления. Не менее восьми капитулов Космического Десанта участвовали в параллельных планетарных штурмах, силы которых в один и тот же грозный час обрушились на каждый основной участок суши. Первыми среди них были Гвардейцы Ворона: во время дистанционного инструктажа магистр ордена Северакс приказал Кайваану Шрайку продолжить начальные удары теневого спецназа Солака и открыть охоту за командующими тау среди электростанций. Тот принял решение разместить операционную базу в расселине под названием Шрам Вентур, а затем проследить за тау и дождаться прибытия их основных сил, чтобы впоследствии атаковать, используя недочёты в обороне противника. Однако, как бы внимательно Гвардия Ворона ни наблюдала за чужаками, сынам Коракса не удавалось обнаружить ни единого слабого места, подходящего для их целей. Главнокомандующая о'Шасерра совершенно не уступала им в навыках ведения скрытной войны.

Белые Шрамы не выказывали подобной сдержанности. Орден провёл развёртывание сразу же после варп-перехода с Волториса, направив на поверхность всех доступных боевых братьев. Кор'сарро-хан организовал широкомасштабные рейды по всей планете, но с собой взял только самых доверенных охотников и продолжил поход за головой Тени Солнца. Вместе с ним выехала на битву «Грозовая пика» (боевая полурота на основе 3-й), части 1-й роты и ударная группа «Острие копья». Все Белые Шрамы жаждали нанести решающий удар до того, как их союзники Гвардейцы Ворона покажутся из потайных укрытий.

Любое упоминание о'Шасерры горячило хану кровь, а настрой его становился буйным и мрачным. Неохотное уважение, которое магистр охоты испытывал к Тени Солнца за упорство и воинские навыки, не ослабляло в нём желания забрать её голову. Впрочем, Кор'сарро предпочёл бы, чтобы жизнь командующей прервал славный клинок Лунный Коготь, а не какой-нибудь зачернённый сажей нож или болт в спину. Эта особа была достойным врагом и заслуживала чистой смерти, которую Белый Шрам поклялся ей обеспечить. Кроме того, бойцы 3-й роты видели, как их братья из Гвардии Ворона сражаются с поразительным мастерством и проворством, но это не значило, что чогорцы одобряют их приёмы. Скрываться в тенях, ждать и наблюдать из тьмы подобно ассасинам... такие повадки не нравились хану.
[[Файл:Kauyon 1.jpg|frameless|мини|слева|]]
Кор'сарро уже дважды встречался с о'Шасеррой в бою и довольно хорошо знал своего противника. Он принял решение не атаковать напрямую командный узел размером с город, расположенный к юго-востоку от энергодобывающих комплексов. Шансы, что Тень Солнца окажется в столь очевидном месте, колебались от нулевых до незначительных, и хан посчитал, что пункт управления почти наверняка служит приманкой в западне. Вместо этого чогорец собирался нанести удары по менее крупным отрядам, развёрнутым командующей в зоне Южных Шрамов, надеясь тем самым выгнать своего злейшего врага из укрытия – или нанести её сородичам такой урон, что у о'Шасерры не останется иного выбора, кроме как выйти на битву с магистром охоты.

Через пару часов после высадки на нейтральной полосе, к востоку от улья Атлассий, Белые Шрамы отыскали поблизости три заставы тау в дополнение к командному узлу. Эти бастионы, которые состояли из нескольких шестиугольных опорных пунктов, напоминавших замки Волториса, стерегли скоростные магистрали между ульями Южных Шрамов. Кор'сарро позабавило зрелище того, как чужаки возводят оборонительные постройки, аналогичные тем, что человечество использовало с младых ногтей. На всех опорных пунктах имелись стены с бойницами и дисковидные башенки, откуда ксеносы могли вести огонь по всем, кто попытался бы обойти их. Надёжная тактика, несомненно, но Белые Шрамы, тысячелетиями пестовавшие свою скорость и неистовство в бою, сметут эти укрепления.

Хан изучил цели, словно орёл, кружащий над добычей. Он повёл наземные силы ордена с посадочных площадок «Громовых ястребов», обошёл заставы тау по широкой дуге и атаковал их с нескольких направлений одновременно. Оказалось, впрочем, что шестиугольные фортификации и сами были западнями, коварными и смертоносными уловками, созданными для привлечения неосторожных врагов.

После дорого обошедшегося ей урока на Волторисе Тень Солнца долго и упорно размышляла над склонностью людей укреплять участки, которые представлялись им важными. Подражая этой тактике, она заставила неприятелей думать категориями осады и неизбежно попасть в череду перекрывающихся ловушек «кауйона».

По пути к местам сражений Белые Шрамы разделились для атаки и одновременно начали штурм всех форпостов, чтобы лишить их возможности оказывать поддержку друг другу. Кор'сарро приказал воинам уклоняться от вражеского огня зигзагами «раздвоенной молнии», после чего забираться на стены и разить защитников каждой позиции в ближнем бою. Но как только передовые отряды несущихся в битву чогорцев приблизились к целям, сами заставы поднялись на антигравитационных подушках и начали удаляться от космодесантников. Пока мобильные укрепления набирали скорость, темп ведущегося с них огня всё возрастал; оказалось, что это не единые крупные постройки, а сцепленные группы защитных сооружений, которые разделялись и перемещались даже во время наступления Адептус Астартес.

Хитросплетение геометрически идеальных объектов, созданных тау, полностью раскрылось. Стены с бойницами и башенки, находившиеся дальше всего от Белых Шрамов, расцеплялись и двигались вовне, чтобы охватить наступающего противника. Встревоженный такими действиями хан приказал собственному формированию разбиться на части и обойти вражеские укрепления с флангов. Однако боескафандры тау, скрывавшиеся за каждой из частей форпоста, быстро останавливали продвижение этих групп, в результате чего основные силы всех штурмовых отрядов попали в окружение. Через считанные мгновения на угодивших в западню Белых Шрамов обрушился ливень плазмы, оставивший от их массивных транспортов одни лишь дымящиеся остовы.

===Ломание клинков===
На макроуровне никто не владеет стратегией кауйон (что в переводе значит «терпеливый охотник») более умело, чем командующая Тень Солнца, и точно так же ни одна душа на Восточной Окраине не искушена в молниеносных атаках лучше Кор'сарро-хана. На Префекции столь непохожие навыки двух выдающихся охотников вновь будут испытаны в их личном противостоянии.

Ловушки о'Шасерры давно ждали своего часа, и тау не раз отрабатывали запланированные действия. Если Адептус Астартес вырывались из огневых мешков, им наперерез из каньонов и трещин в коре планеты выступали сокрытые там кадры, вновь стягивая сеть. В итоге на первом этапе кампании погибли сотни космодесантников, и намного больше получили тяжёлые ранения. Когда мобильные оборонительные комплексы смыкались вокруг добычи, перекрёстный огонь становился настолько интенсивным, что гуэ'рон'ша едва могли менять позиции среди изрешечённых плазменными импульсами тел. Сама Тень Солнца пока оставалась в стороне – судя по тонкой улыбке на губах, её устраивало наблюдение за бойней через ретрансляторы дронной сети.

Хан, впрочем, был исключительно способным противником. Изначально магистр охоты повёл боевую полуроту «Грозовая пика» на штурм форпостов к западу от Сифонидского комплекса – длинного и похожего на дамбу скопления разрушенных жилых блоков и генераториумов. Поскольку эти заставы располагались ближе всего к командному узлу тау, парившему на юго-востоке, он решил, что туда, вероятнее всего, быстро прибудут подкрепления. Чогорец не стал поручать уничтожение фортификаций кому-то из своих сержантов, а занялся ими лично, надеясь отыскать там неприятелей, достойных Лунного Когтя. И его желание исполнилось.

Третий капитан Белых Шрамов заблаговременно спланировал атаку. Его полурота с рёвом покинула укрытия в Сифонидском комплексе и обрушилась на сгруппированные шестиугольные бастионы чужаков. В это же время мотоциклисты «Острия копья» отделились от ударных группировок, которые пробирались через лабиринт построек в Шраме Вэгрус, и резко повернули к востоку, чтобы напасть на базу тау с запада. Лэндспидеры взвода «Буревестник» между тем прорвались через пепельную бурю на юге, без затруднений проложив путь над глубокими трещинами, что расходились от отрога Таннур.

Силы, атакующие по трём направлениям, с идеальной точностью сомкнулись на заставе ксеносов. Охотники-мотоциклисты лавировали между импульсных очередей, пригибаясь к сёдлам и закрываясь от разрядов надёжными корпусами своих машин. Даже сбитые на землю космодесантники вновь поднимались, выравнивали железных скакунов и присоединялись к штурму, поскольку слабое оружие бойцов тау, занимавших укрепления, не пробивало силовые доспехи. Полурота хана вела наступление с наветренной стороны, поэтому её «Носороги» и «Секачи» один за другим выпускали дымовые гранаты, поддерживая густую серую завесу перед фронтом атаки. Подобная тактика оказалась поистине бесценной – если бы не клубящаяся пелена, рельсовые пушки, установленные на башенных установках тау, довольно быстро обездвижили бы бронетехнику, что, в свою очередь, замедлило бы наступление Кор'сарро и сорвало план одновременного натиска. Порой гиперзвуковые снаряды всё равно оставляли вмятины на корпусах транспортов и даже пробивали их, но тем не менее не могли удержать. Наконец «Секач» под названием «Яростный нож» затормозил, по инерции проехав вперёд, и через распахнувшиеся боковые люки из лазпушек выстрелили опустошители. Два ослепительных световых луча, пронзив дым, попали в спаренную рельсовую установку; объятое пламенем орудие рухнуло с высоты на воинов Огня, пытавшихся найти укрытие.

Командующий форпостом шас'уи определил, основываясь на рельефе местности и скорости мотоциклистов, что ему ещё хватит времени сдержать атакующих врагов и окружить их. После ракетных залпов БСК «Кризис», которые поддерживали основной гарнизон, многие из приближавшихся машин кувырком отправились в пепельные барханы. Целью этих ударов были передовые отряды каждой наступающей колонны – их следовало уничтожать, пока натиск всех трёх не захлебнётся окончательно. Затем оборонительная сеть «Волнолом» пришла в движение, и плотность огня защитников стала поистине губительной. Однако они не учли великолепного мастерства, с которым Белые Шрамы управляли своими скакунами на перепаханных снарядами полях битв. Выжав из мотоциклов всё возможное, космодесантники чередой зигзагов, скольжений и поворотов с наклоном прорвались к цели и навалились на укрепления за несколько секунд до момента, высчитанного тау.

Пока воины Огня, рядами выстроившиеся на стенах, отчаянно хватались за фотонные гранаты, чогорцы уже оказались среди них. Боескафандры рванулись прочь, полыхая двигателям, когда из облаков позади них вырвался взвод «Буревестник» и ракеты, прочертив диагонали к земле, заставили пилотов XV8 беспорядочно отступить. Ветераны в красных шлемах с рёвом устремились с небес, сопровождая «Грозовой коготь» отряда. Их грохочущие болт-пистолеты посылали убийственные разрывные снаряды в двигатели «Кризисов». Вскоре зарычали и цепные мечи, довершая работу там, где бронекостюмы потеряли управление после лобовой атаки.

Вскоре последовал неистовый натиск на боевые платформы тау, и в смыкающихся челюстях капканов возникли широкие бреши. На всех опорных пунктах раздалось шипение мелта-лучей, прогрызающих внешние стены. Не заставили себя ждать и «Носороги»: команды тактических десантников выпрыгивали из боковых люков бронетранспортёров и протискивались в отверстия, стряхивая оплавленные сгустки раскалённого докрасна сплава. Воины Огня, быстро пришедшие в себя, палили сверху вниз по гуэ'рон'ша, которые забирались на бастионы. Здесь и там защитникам форпоста удавалось скинуть отдельных Белых Шрамов, но затем охотничья партия чогорцев накрыла стены очередями разрывных болтов, и солдаты гарнизона осознали – отбить атаку будет почти невозможно. Кор'сарро-хан, лично поднявшийся на стену, описывал кровавые дуги Лунным Когтем и выкрикивал боевой клич ордена. После этого ветераны в терминаторской броне телепортировались на укрепления к своему капитану, и началась настоящая резня оборонявшихся чужаков.

===Западни и силки===
Одна из ловушек, тщательно подготовленных Тенью Солнца к западу от Сифонидского комплекса, разлетелась на куски под ударом Белых Шрамов Кор'сарро-хана, но при этом магистр охоты выдал себя. Последовавшее возмездие оказалось стремительным, безжалостным и сокрушительным – характерным для кауйона, принёсшего смертоносные плоды.

Командующая о'Шасерра с огромным интересом наблюдала за штурмом Белых Шрамов. Отслеживая, на каком из форпостов положение окажется хуже всего, она могла определить наиболее вероятное местонахождение своего злейшего недруга, поскольку Кор'сарро-хан был самым грозным из космодесантников. Скоро он сам станет добычей и не получит никакой пощады.

Кадры Тени Солнца, скрытые под маскировочными полями, находились в разломах, что тянулись с севера на юг по изуродованной земле. С того момента, как силы Империума заняли низкую орбиту, эти независимые армии ждали своего часа, готовые прийти на помощь любой из трёх застав-наживок для преследователей о'Шасерры. Каждый из форпостов сам по себе являлся ловушкой, но также служил приманкой для намного большего силка.

Командующая и её отряды двинулись к цели, как только воины Кор'сарро покинули свои транспортные средства. Стая обтекаемых БТР «Рыба-дьявол» доставила войско Тени Солнца к месту атаки хана в тот момент, когда гарнизон тау уже дрался за выживание. После бесшумной высадки личного кадра о'Шасерры замаскированные электромагнитными глушилками стелс-команды окружили поле битвы, а державшийся поодаль БСК «Быстрина» укрылся за развалинами.

Когда Белые Шрамы подобрались вплотную, воины Огня на форпосте приготовились продать свои жизни по самой высокой цене, но, обернувшись, с громадным облегчением увидели целую армию союзников прямо у них за спиной. Первым о нападении Тени Солнца возвестил шипящий рёв фузионных бластеров, нацеленных не на космодесантников, а на башенную установку «Волнолом». Повреждённая в сражении конструкция смялась, накренилась и рухнула. За мгновение до этого Кор'сарро-хан, громко вызывая авиаподдержку, срубил голову последнему ксеносу на платформе, куда и повалилась невероятно массивная конструкция. Капитана и его товарищей-терминаторов придавило к земле. Тут же на покорёженные стены взмыли стелс-команды, бойцы которых сносили неприятелей с мостиков и решетили их распластанные тела очередями из скорострельных пушек. Тяжёлое орудие, укреплённое на руке показавшейся из-за дальних развалин «Быстрины», изрыгало потоки плазмы.

Теперь уже Белые Шрамы бились за выживание, и на срочный запрос хана о прикрытии с воздуха быстро ответили десятки штурмовых кораблей Империума. Атакуя с бреющего полёта, они разорвали удавку, почти затянутую о'Шасеррой на шеях людей Кор'сарро, отогнали её союзников из касты Воздуха и заставили командующую отступить в безопасное место. Тень Солнца повергла своего злейшего врага, но их вендетта была ещё далека от завершения.

{{Врезка|С урчанием сервомоторов брат Джодрай отвалил в сторону толстую металлическую плиту. Её край ещё светился, раскалённый добела попаданием из фузионного оружия командующей тау. Неподалёку наполовину заваленные ветераны-терминаторы дёргались и шумели, выбираясь из-под груды обломков рухнувшей башни. Джодрай не помогал им, потому что искал другого павшего воина. Взмахом силовой сабли он рассёк металлическую балку и, пользуясь обрубком как рычагом, вместе с апотекарием Шараде поднял ещё один фрагмент обвалившейся постройки.

Вот и он. Хан, присыпанный пылью, искалеченный, с окровавленным железным стержнем в груди. Кор'сарро лежал неподвижно, словно посмертный памятник на мавзолее почившего героя. Не дыша, Джодрай подошёл ближе, чтобы осмотреть тело капитана. Зажужжало сверло нартециума – Шараде запустил его на случай, если придётся возвращать долг воина ордену.

– Убери от меня эту чёртову штуковину! – гаркнул хан, резко дёрнувшись вперёд. Его лицо превратилось в маску с расширенными глазами, потёками крови и спутанными волосами. Схватив Джодрая за нагрудник, Кор'сарро потянул себя вверх и, скрипя зубами, соскользнул с металлического штыря. Из раны в торсе забулькала розовая жидкость, а капитан взревел от ярости и боли.

– Эта сука должна сдохнуть! – рычал он, брызгая кровью с губ. – Даже если нам придётся выжечь каждую пядь этой системы, даже если Чогорис сгорит без нас, мы найдём её и отомстим!}}

===Пепел и тени===
Гвардейцы Ворона рыскали по землям Южных Шрамов и в тенях заброшенного улья Аквиллон, намереваясь собрать богатый урожай смертей с занявших оборону чужаков.

Воином, которому было доверено определить и использовать слабые места тау, захвативших Префекцию, стал теневой капитан 3-й роты Кайваан Шрайк. В хорошо укреплённых экранированных зонах мира-цитадели ещё не угасли пожары завоеваний, когда восемь орденов Космического Десанта начали атаку против занявших планету войск дюжины септов. Гвардеец Ворона, впрочем, решил ограничиться операциями у электростанций в Южных Шрамах. Он не сомневался, что командующая тау понимает ценность расположенных там ископаемых энергетических ресурсов. Точно так же Шрайк был уверен, что Тень Солнца не станет руководить армиями на передовой, а займётся координацией сил из самого непредставимого места, чтобы избежать столкновения с Кор'сарро-ханом.

Как командующий офицер Гвардии Ворона на Префекции, Кайваан располагал не только силами 3-й роты, но и подразделениями 2-й, несколькими отделениями скаутов 10-й, лучшими авангардными ветеранами 1-й и авиакрылом штурмовых самолётов «Хищная птица» из оружейной капитула, а также различными специальными отрядами. Разделив 3-ю роту на две части, Шрайк присоединил скаутов к обеим боевым полуротам «Перо», а наиболее мобильные части оставил в резерве на территории улья Аквиллон. Затем теневой капитан возглавил одно из соединений и повёл его в тесные проёмы Шрама Вентур; второе, под началом капеллана 2-й роты Лэфина Торовака, он отправил на север.

Именно Торовак первым столкнулся с тау, замеченными возле окраинных жилблоков Аквиллона. Капеллан был человеком сдержанным, но после нескольких дней ожидания даже у него истощилось терпение. Белые Шрамы уже начали стремительный штурм позиций чужаков возле Сифонидского комплекса, но Шрайк просил Лэфина как можно реже пользоваться дальней вокс-связью, чтобы исключить возможность перехвата сообщений ксеносами, и новостей тот не знал. Затем скауты сообщили Тороваку, что поблизости находится формирование тау, которое он счёл подходящей целью для внезапной сокрушительной атаки. Выдвигаясь в том направлении, капеллан приказал транспортам ударной группировки подходить к врагу по широкой дуге, а остальным отрядам наступать пешком. Он собирался раздавить тау, оспаривавших владение расселиной, двойным ударом: сначала ложным натиском, затем истинным пиром неудержимой резни.

Зачернив блестевшее снаряжение пеплом, что скрипел у них под ногами, космодесантники Торовака бесшумно выскользнули из теней великих шпилей Аквиллона. Войско тау вскоре появилось на горизонте, поскольку до этого сыны Коракса несколько дней подбирались к цели, пока не оказались на расстоянии атаки. Неприятельское соединение, расположившееся вокруг развалин заброшенной шахты по добыче электричества, совпадало по характеристикам с одним из «охотничьих кадров», как их описывал Шрайк. Посчитав, что здесь нет ничего такого, с чем не смогла бы справиться боевая полурота, капеллан скомандовал своим бойцам залечь и ждать, держа оружие наготове.

Отряд Лэфина наблюдал за тем, как тау пришли в движение, обнаружив колонну тяжёлой техники Гвардии Ворона по облаку пыли над ней. Казалось, что воины Огня заметили её не сразу, поскольку в этой области планеты часто случались пепельные бури, но в действительности чужаки выжидали лучшего момента для удара. Когда полдюжины рычащих бронемашин капитула показались из сумрака, ксеносы быстро перестроились в боевой порядок, а многие команды перебрались на развёрнутые позади них оборонительные линии «Волнолом». Затем стоявшие посреди их позиций БСК «Залп» просто развернулись в поясе и открыли огонь. Подняв коробчатые оружейные установки, что заменяли им кисти, бронекостюмы выпустили шквал ракет, которые с убийственной силой врезались в наступающую технику людей. Взрывы пробили корпусы приближавшихся «Носорогов» и даже перевернули нескольких из них. Когда к пальбе присоединились солдаты Империи, поднялся настоящий пламенный вихрь, но никто из тау не видел ни одного космодесантника, живого или мёртвого. Транспорты оказались пустыми: рискованный, но хитроумный план реализовали одни лишь благородные духи машин.

Торовак и его бойцы, пробиравшиеся по теням до того момента, как чужаки открыли огонь, выпрыгнули из развалин с грохочущими болтерами в руках. Защитные порядки тау накрыла череда взрывов, а головы их офицеров разлетелись кровавыми облачками, когда заговорили снайперские винтовки залёгших в пепле скаутов. Там, куда обрушивались залпы опустошителей ударной группировки, над землёй взметались бессчётные изуродованные трупы и оторванные конечности. Сам капеллан, ведя полуроту вперёд, декламировал Гимны обряда возмездия, и каждый верно посланный снаряд его болт-пистолета отбрасывал безжизненное тело ксеноса в пепельную грязь. Внезапность натиска сама по себе являлась грозным оружием, и Гвардия Ворона пользовалась им очень умело.

Да, неожиданная атака Лэфина оказалась впечатляющей, но решимость тау было не так легко сломить. Тень Солнца доверила участок северного Аквиллона шас'о по имени Резвое Пламя, командующему с Виор'ла и превосходному знатоку искусства дезориентации противника. Торовак заметил слабость вражеских позиций лишь потому, что лидер ксеносов захотел этого. Там, где Гвардейцы Ворона видели пятерых солдат, скрывались ещё двадцать. Там, где скауты меткими выстрелами разили офицеров, в действительности погибали обычные пехотинцы, согласившиеся выступить в роли ложных целей ради Высшего Блага, из абсолютной приверженности делу Тау'ва. К ужасу капеллана, фортификации, которые он счёл неподвижными укреплениями, поднялись на антигравитационных полях и отлетели в сторону, явив спрятанные за ними сплочённые ряды ударных команд. Воины огня, укрывшиеся на стенах, выпрямились и накрыли ливнем импульсных разрядов отделения тактических десантников, что с боем пробивались в их сторону. Танки-скиммеры в центре охотничьего кадра взмыли над землёй, открыв глазу целые стаи крутов с игольчатыми гребнями на головах. Инопланетные ауксиларии с карканьем и уханьем понеслись на космодесантников, быстро передвигая длинными мускулистыми конечностями. Торовак непрерывно кричал в вокс, требуя поддержки, отводил бойцов для перестройки в оборонительную фалангу и приказывал им искать любые укрытия.

Отлично спланированный смертельный удар за какие-то минуты обернулся отчаянной схваткой за выживание.

===Полёт воронов===
Гвардейцы Ворона решили испытать на прочность оборону тау, но сами оказались в сложном положении, как и Белые Шрамы до них. Когда в схватку с обеих сторон вступили прибывшие подкрепления, среди уходящих вдаль развалин и бастионов Префекции заструились реки крови космодесантников и воинов Огня.

Высоко над редкими облаками пепла, что опоясывали улей Аквиллон, немигающие глаза наблюдали за взрывами, подсвечивающими руины города. Множество отделений сынов Коракса расселись в гнёздах списанных орудийных установок; над широкими плечами воинов выступали прыжковые ранцы, подобные коротким крыльям. Захрипел вокс, прозвучала череда кратких трескучих звуков, и штурмовые десантники ринулись с уставленных горгульями насестов в свободное падение. Меняя положение рук, они перешли от стремительного снижения головой вниз к чёткому пикированию. Штурмовое братство Крылатого Клинка 8-й роты направилось к западу, имея целью помочь капитану Шрайку в его новом наступлении к северу от улья Атлассы. Ветераны 1-й перевернулись в воздухе и приземлились километром ниже, а затем, прыгая с рухнувших колонн на расколотые статуи, понеслись к Шраму Вентур, чтобы присоединиться к идущей там резне.

С платформы «Небесный щит» в близлежащем улье с рёвом поднялось грозовое авиакрыло; похожий на керамитовый кулак ДШС «Грозовой ворон» в сопровождении пары меньших по размеру «Грозовых когтей» нагнал снижающихся штурмовых десантников. После этого над дальней частью города возникли две эскадрильи Т-образных истребителей тау, которые рванулись к полю битвы по инверсионным следам человеческих самолётов. «Грозовой ворон» и его эскорт, слишком занятые собственной атакой, остались на крутой диагональной траектории сближения с наземными целями. Вырвавшись из пепельных облаков, летающие машины капитула изрыгнули смерть в залпах штурмовых пушек и тяжёлых болтеров. Штурмовые самолёты Империума тенью промелькнули над схваткой, оставляя за собой убитых пехотинцев, растерзанные бронекостюмы и умолкшие пушки. Впрочем, дисковидная башенная артустановка повернулась, отслеживая один из «Грозовых когтей», и гиперзвуковые снаряды тяжёлой рельсовой установки с такой силой прошили корпус неприятеля, что его механические внутренности выбросило наружу. Две уцелевшие машины отвернули в сторону и, описав в воздухе зеркальные параболы, вместе пошли на второй заход, после которого от грозной пушки остался лишь изрешечённый остов.

Внизу под завесой дыма Гвардейцы Ворона бились за собственные жизни в рукопашной схватке. Тактические десантники, карауля цели, отвечали болтами на пляшущие вокруг них красные точки целеуказателей в руках следопытов, но тут же падали в облачках крови, сражённые рыскающими ракетами – отряды боескафандров из тыла накрывали их залпами. Опустошители, столь эффективные в первые минуты сражения, уже лишились половины состава под искрящимся перекрёстным огнём стелс-команд, что мерцали на средней дистанции. Даже грозовое авиакрыло и само угодило в ловушку, когда отследившие их две эскадрильи «Акул-бритв» перестроились для погони. Если бы пилоты ордена не скрылись в Шраме Вентур, их сбросили бы с небес за счёт одной лишь плотности огня. Отсутствие единства с братскими капитулами дорого обошлось Гвардии Ворона, и в мыслях каждого её воина на почве сомнений выросло предчувствие полного разгрома.

{{Врезка|С севера донёсся рёв прыжковых ранцев – звук, любимый всеми сынами примарха Коракса. Низвергая в пепел очередного воина крутов, Торовак почувствовал, как к нему возвращается уверенность, придающая вес его литаниям. Капеллан взмахнул крозиусом арканумом, нанося свирепый обратный удар, и снёс голову второму чужаку; в тот же миг из глотки космодесантника вырвался приглушенный боевой клич.

В паре шагов от него авангардные ветераны обрушились на позиции неприятеля, словно чёрная молния, рассекая и разрубая плотный строй чужаков. Речитатив Лэфина зазвучал громче, перекрывая вопли тау, что смешивались с птичьими вскриками крутов, и он воспрял духом, видя, как элитные бойцы капитула реактивными скачками устремляются к ксеносам в бронекостюмах, но затем помрачнел вновь, когда среди боевых братьев разорвался осколочный суббоеприпас. Гвардейцам Ворона нужно было перегруппироваться.

Пытаясь выбраться из общей свалки, Торовак разом ударил ещё одного крута крозиусом и болт-пистолетом, чем уложил его наповал. Впереди мощный ливень плазмы накрыл ветеранов с обоих флангов, и двое сынов Коракса конвульсивно задёргались под сгустками огня, а затем распались градом оплавленной плоти и керамита.

За убитыми собратьями Лэфин увидел тау, которые сумели организовать несколько стрелковых линий. Уцелевшие Гвардейцы Ворона, бросившись на них, попали в перекрывающиеся сектора обстрела и полегли все до единого. На западе огромные боескафандры, выстроившись шеренгой, навели «кулаки» пусковых установок на сынов Коракса, сражавшихся с крутами. Один из наёмников взмахнул винтовкой, и закреплённый на ней клинок вонзился сбоку в шею капеллана, пробив уплотнитель. Резко пригнувшись, Торовак ткнул болт-пистолетом в живот чужака и движением пальца вышиб ему кишки через спину. Лэфин знал, что, как только он со своими бойцами прикончит последних ауксилариев, заговорят орудия тау и защитники Империума погибнут, но это ни на секунду не останавливало его руку.

А затем раздался свист подлетающих снарядов, за которым последовал сдвоенный взрыв – настолько мощный, что некоторые ксеносы повалились с антигравитационных платформ. Бронекостюмы разворачивались, посылая стремительные ракеты в сторону чего-то неопределённого, мелькнувшего возле жилблоков Аквиллона. Торовак сумел разглядеть огромный чёрный панцирь и пышущую огнём боевую пушку, очередной залп из которой накрыл позиции тау.

– За мной, – прорычал капеллан, – и увлекайте за собой ксенонаёмников!

Гвардейцы Ворона разом отступили перед крутами. Ксеносы зарявкали и загикали, приняв этот упорядоченный отход за свою неизбежную победу. Торовак позволил оттеснить себя в руины, тихо благодаря Императора за вовремя посланную передышку. Вдалеке ионный щит Имперского Рыцаря вспыхнул от десятка разорвавшихся на нём ракет, и боевая машина двинулась обратно, оставаясь повёрнутой к выдвинувшимся на перехват бронекостюмам. Когда пехотинцы тау перегруппировались и вновь обратили оружие в сторону развалин, бой там уже закончился: повсюду лежали изломанные тела ауксилариев, а Лэфин и его люди скрылись из виду.}}

==Глава 2. Капкан захлопнулся==
===Охота за злейшим врагом===
Хотя командующая Тень Солнца оставалась почти незамеченной во время кампании на Префекции, вожди Адептус Астартес по-прежнему считали её приоритетной целью. Днём и ночью элитные отряды Космодесанта неустанно выслеживали полководца тау, поскольку Империум любой ценой желал увидеть о'Шасерру мёртвой, о чём она прекрасно знала и чем собиралась воспользоваться.

Ни для кого не было секретом, что организатором успехов военной машины тау является Тень Солнца. Она не только лично скрещивала клинки с Белыми Шрамами на Агреллане и Волторисе, но и появлялась на всех экранах во время трансляций касты Воды, поскольку верховный эфирный аун'Ва давно уже прославлял её как идеальный пример следования Высшему Благу. Подобная пропаганда только распаляла гнев капитанов Космического Десанта, жаждавших получить голову о'Шасерры. После начальных сражений в войне за Префекцию положение стало ещё хуже – в частности, Кор'сарро-хан, потерпевший неудачу возле Сифонидского комплекса, теперь отчаянно желал лишить командующую жизни и тем хоть как-то сохранить лицо. На множестве сделанных дронами видеозаписей капитан Белых Шрамов рычал и клялся добраться до чужацкой воительницы, но она лишь изгибала бровь, выслушивая автоперевод каждого такого послания.

В шас'ар'тол – главном штабе тау – увидели шанс использовать растущее раздражение неприятелей себе на пользу. Если удастся довести человеческие силы на планете до состояния тревожного возбуждения, уже вскоре они совершат какую-нибудь серьёзную ошибку. Таким образом, воины Империи не укрывались от внезапной волны агрессии, охватившей капитулы Космодесанта и полки Астра Милитарум на Префекции, а дополнительно провоцировали врагов. Каста Огня, используя собственные кадры в качестве приманок, размещала по всей планете внешне уязвимые группы, которые после массированного выдвижения к ним противника немедленно эвакуировались воздушным транспортом или исчезали в лабиринтах промышленных комплексов. Тень Солнца теперь замечали очень часто, и она уже словно бы появлялась в нескольких местах одновременно. Кор'сарро-хана всё сильнее охватывал гнев, так как ему вновь и вновь приходилось бесцельно развёртывать и перебрасывать Белых Шрамов. Каждую ночь его ударные группировки сжигали столько прометия, что хватило бы целый месяц отапливать жилой блок, и каждый день его воины ящиками расходовали боекомплект к болтерам, атакуя передовые патрули тау, но о'Шасерра по-прежнему ускользала от магистра охоты.

Тем не менее с разъярённой военной машиной Империума приходилось считаться. Хотя командующая всегда оставалась на шаг впереди преследователей, она не могла позволить себе ни секунды отдыха. Если Тень Солнца проводила в одном месте больше нескольких часов, датчики на периметре вскоре улавливали рёв турбин десантных самолётов, прыжковых ранцев или мотоциклетных двигателей. Вот так, пока один долгий день новой войны за Префекцию сменялся другим, даже внутри холодной как лёд о'Шасерры начинали разгораться яркие огоньки эмоций.

{{Врезка|Тень Солнца в тысячный раз посмотрела на сканер местности своего командного модуля. Пока ничего, никаких признаков погони. Она подала боескафандру новую команду и, когда лицевая пластина скользнула назад, оглядела горизонт собственными глазами – просто на всякий случай. Тут же устыдившись столь примитивного жеста, о'Шасерра нахмурилась и снова закрыла шлем.

«Для всякого «кауйона» требуется приманка», – говорил аун'Ва, как будто она сама этого не знала. Верховный эфирный однозначно дал Тени Солнца понять, что пришло время ей самой послужить наживкой для ловушки. На Черносланцевом хребте подобная тактика едва не стоила командующей жизни, но наставник был прав: никакая иная притрава, скорее всего, не заставит лидеров Империума выйти на свет. Их агрессивный подход к войне граничил с лихорадочным исступлением; если о'Шасерра добавит сюда немного страха и гнева, то получит шанс окончательно нейтрализовать предводителей Космодесанта. Женщина направила запрос о выходе на связь командующему Стойкому Щиту. Разумеется, она поступит так, как требует Тау'ва и как просил её аун'Ва.

Но не обязательно в той манере, в какой он предполагал.}}

===Кровь с небес===
Все кадры тау получили распоряжения Тени Солнца, и теперь один «кауйон» следовал за другим. Ловушки устанавливались не только на земле, но и в воздухе, и вскоре над Южными Шрамами пошли дожди из пылающих обломков.

Пока паучиха в центре оборонительных порядков Префекции тщательно ткала свои сети, подчинённые ей командующие заманивали неприятелей под удары на всех мыслимых фронтах. Первым среди них был командующий Стойкий Щит, который во время начальных сражений против Империума установил, что его боескафандр достаточно мал и незаметен для макросканеров человеческой армады, а также достаточно технологичен, чтобы подавлять ауспик-датчики вражеских самолётов. Совершив долгое и одинокое путешествие на орбиту, о'Та'Сар под прикрытием громадных транспортов приблизился к кораблю Имперского ВКФ «Долг истребления». Примагнитившись к корпусу прямо над капитанским мостиком, командующий включил сенсоры БСК и пробил вокс-глушители и охранные поля, защищавшие совещания людей от прослушивания шпионами противника. Используя автопереводчик, командующий раскрыл секреты, бесценные для начальных планов Тени Солнца в нескольких ключевых зонах боевых действий.

Вылазка Стойкого Щита, хоть и оказалась успешной, не была санкционирована главным командованием. Когда о'Шасерра впоследствии поручила ему атаковать и отвлекать силы гуэ'рон'ша, называемых Белыми Шрамами, о'Та'Сар понял, что своей инициативностью заслужил место на самом сложном участке войны за Префекцию, и теперь его командирские способности подвергнутся тяжелейшему испытанию.

Стойкий Щит всецело отдался новой задаче. Для начала он повёл через широкую пустыню Ютехской Хватки колонну бронетехники: тау по горькому опыту знали, что Белые Шрамы, по большей части полагавшиеся на свои транспортные средства, чаще всего нападали на военные цели, которые двигались по открытой местности.

Прошло немного времени, и зазвучали сигналы предупреждения – на горизонте появились быстро приближающиеся враги. О'Та'Сар подготовил команды к бою. Пехотные подразделения его кадра должны были высадиться из транспортов и броситься прочь, как только откроют огонь боевые корабли в хвосте колонны. Высоко над ними кружили пилоты касты Воздуха, ожидавшие приказа на вступление в битву. План Стойкого Щита заключался в том, чтобы отступить в центре, превратив тем самым оборонительные порядки тау в сильно выгнутую назад дугу. Это позволило бы авангардным и арьергардным отрядам накрывать неприятеля перекрёстным огнём. Подобная тактика работала и против орков, и против арахенов, поэтому командующий не сомневался, что она пригодится и в бою с примитивными солдатами Империума.

Поначалу, когда пустыню рассекла череда высоких столпов угольно-серого пепла, казалось, что дальнобойные залпы колонны попадают в цель. Впрочем, к своей растущей тревоге командующий увидел, что космодесантники ловко уходят от огня на манёвренных мотоциклах и даже самые меткие наводчики тау не могут зацепить их. Люди быстро приближались к соединению о'Та'Сара, и у них тоже имелась авиаподдержка – компактные, разбойного вида штурмовые самолёты с короткими крыльями и внушительным арсеналом тяжёлого вооружения. По приказу Стойкого Щита его кадры воздушного прикрытия ринулись в атаку с обоих флангов, чтобы машины Белых Шрамов, как и их товарищи на земле, оказались под обстрелом с двух сторон. Он улыбнулся, видя, как ударные истребители «Акула-бритва» и бомбардировщики «Солнечная акула» охватывают врага в стрёкоте пушек.

И тут произошла катастрофа. Самый большой из вражеских самолётов окутала потрескивающая корона белых энергетических разрядов, некий ореол, быстро разросшийся до электрической бури. Его искрящие протуберанцы, будто когтистые руки, рванулись в стороны и ударили по эскадрильям касты Воздуха. Сбитые машины посыпались с небес, охваченные белым пламенем. Лидеры команд о'Та'Сара решили, что перед ними какая-то новая технология, но Стойкий Щит заподозрил нечто худшее. Скорее всего, враг применил гу'лах, «науку разума», с которой тау сталкивались на Волторисе. Она внушала огромный страх и была недоступна пониманию Империи. Командующий не мог заставлять своих пилотов противодействовать такой угрозе; запустив реактивные двигатели, о'Та'Сар вертикально устремился в небо, запустил боевые системы и, паля из всех орудий, спикировал на летящие машины Космодесанта.

===Навстречу грозе===
Пока основные силы Белых Шрамов молниеносно атаковали боевые порядки тау, битва в небесах разгоралась всё яростнее. Командующему Стойкому Щиту вскоре предстояло столкнуться с ужасающими психическими силами космодесантников и попытаться найти им противодействие, чтобы его товарищи из касты Воздуха могли изменить ход сражения на земле.

Воистину, Белые Шрамы призвали грозу. Могучие раскаты болтерных залпов становились все громче, пока не начали прокатываться над дюнами, словно удары грома, а мотоциклисты ордена, проносясь зигзагами по пеплу, врезались в позиции чужаков подобно молниям. Такие же раздвоенные вспышки сверкали над ними, пока сидевший в самом крупном из самолётов библиарий капитула – грозовой пророк Гулудхей – призывал в помощь себе всё больше энергии варпа. Когда лёгкие машины ксеносов подлетали слишком близко, потрескивающие разряды отбрасывали их в гибельный штопор. Сыны примарха Джагатая-хана никогда не смирялись с поражениями, и месть их была поистине страшной.

О'Та'Сар ворвался в гущу людских самолётов и спидеров, закладывая виражи между плотными потоками энергоразрядов и уходя от нацеленных в него ракет ловкими поворотами стабилизаторов двигательной установки. Через облачную завесу к Стойкому Щиту неуверенно тянулись электрические пальцы, но командующий всё время оставался чуть недосягаемым для них. Затем зажужжала его скорострельная пушка, вращаясь так быстро, что четыре ствола слились в тёмное пятно, и непрерывная очередь смертоносных импульсов перечеркнула пытавшиеся уклониться лэндспидеры. Подбитые машины со сражёнными пилотами устремились к земле, изрыгая клубы жирного дыма. Из-за туч вырвался ударный «Грозовой коготь», сопровождаемый перестуком штурмовых пушек, но системы предупреждения уже известили о'Та'Сара о приближении врага. Мгновенно отключив турбины, он камнем понёсся вниз, а затем снова взмыл вверх и, пролетая мимо противника, ударил его по короткому крылу. Машина Космодесанта перешла в неустойчивый манёвр уклонения, но воин Огня отследил её наплечной пусковой установкой, выпустил пару обтекаемых ракет, и самолёт разлетелся вихрем свистящих осколков. Три последующих залпа принудили выйти из боя ещё три вражеских штурмовика – в воздушных дуэлях Стойкий Щит не имел себе равных. Но его кадр на земле, всё ещё лишённый авиаподдержки, по-прежнему отступал.

Белые Шрамы внизу сражались, охваченные желанием убивать. По запросу сержанта Джхарато орденский «Поборник», который был слишком далеко для ведения огня по тау, выпустил снаряд по нейтральной полосе. После взрыва образовался огромный дымящийся кратер. Мгновением позже бойцы отделения Джхарато разогнали мотоциклы вдоль края воронки и, взмыв над пустыней, выпустили смертоносные болтерные очереди в брюхо пролетавшей над ними «Акулы-бритвы». Машина чужаков пошла носом вниз, рухнула на изуродованный остов «Рыбы-дьявола» и взорвалась в ореоле раскалённого пепла. Затем два «Охотника», двигавшиеся в арьергарде космодесантников, выпустили громадные ракеты «Небесное копье» по проносившемуся в вышине о'Та'Сару. При всей манёвренности командующего, уйти от них ему не удавалось. Время было на исходе.

{{Врезка|Капсулу управления Стойкого Щита заполнил настойчивый писк сигналов, предупреждающих о враждебном наведении. Их тон становился всё выше, пока ракеты «земля-воздух» приближались к «Холодной звезде». Чтобы развернуться и выстрелить по реактивным черным цилиндрам, о'Та'Сар нуждался в секундной передышке, но этого жизненно важного мгновения у него не было. Несмотря на все манёвры уклонения и защитные контрмеры, тау не мог оторваться от преследователей. Хрипло и прерывисто дыша, он перешёл в стремительный штопор, чтобы увернуться от разряда неестественной молнии. В результате атаки Империума долго планировавшийся кауйон командующего за считанные минуты превратился в жуткую, отупляющую вакханалию.

Самонаводящиеся ракеты гуэ'рон'ша уже находились в нескольких метрах, когда о'Та'Сара осенила идея. Резко накренив бронекостюм, он стремительно понёсся к туче, потрескивающей электрическими вспышками. В самый последний момент тау нажал символ экстренного отключения систем, превратив БСК из технологического чуда в бесполезный груз. В командной капсуле потемнело, лишь над головой пилота тускло мерцали две капсулы аварийного освещения с биолюминесцентной слизью. По ощущениям в животе Стойкий Щит понимал, что падает, и лишь благодаря лётному импульсу металлический скафандр ещё не уносился вертикально вниз, к неизбежной смерти среди дюн.

О'Та'Сар ткнул пальцем в кнопку активации, и «Холодная звезда» воспряла к блистательной жизни. Затем командующий несколькими искусными движениями снова включил контрольную панель, заставив вспыхнуть мерцающие экраны сенсорного модуля. На смотровом дисплее он увидел быстро приближающуюся пустыню; до удара оставалось не больше нескольких секунд.

Но тут, слава Тау'ва, отреагировал XV86. Сработали предохранительные системы, превратив пологое снижение боескафандра в изящный пролёт с уклонением. Преследовавшие его ракеты, как и надеялся Стойкий Щит, полностью отключились в грозовой туче и сейчас непрерывно снижались по пути к катастрофическому столкновению с землёй. Командующий описал вокруг них петлю с переворотом как раз в тот момент, когда взорвался первый из странных снарядов. Снова изменив курс, о'Та'Сар поймал второе устройство подмышку бронекостюма за миг до удара о грунт. Подобная находка должна сильно заинтересовать касту Земли.

Огибая дюны, командующий вернул «Холодную звезду» к нормальному полёту. Люди в зенитных танках, посчитавшие его мертвецом, оказались лёгкими целями – у Стойкого Щита нашлись собственные ракеты, а огромные медлительные бронемашины никак не могли увернуться от них. Взглянув на сканер местности, о'Та'Сар к своему огромному облегчению увидел, что самолёт космодесантников, призвавший диковинную грозу, находится далеко от поля боя. Его экипаж сбила с толку кажущаяся гибель и последующее воскрешение БСК.

– Эскадрильи касты Воздуха, разрешаю атаковать, – произнёс командующий. – И постарайтесь как следует.}}

===Незаконченные дела===
Чудом избежав гибели в Шраме Вентур, бойцы Гвардии Ворона твёрдо решили использовать для уничтожения неприятеля все уловки, имеющиеся в их распоряжении. Не имея возможности отследить местонахождение Тени Солнца, сыны Коракса избрали своей целью кадр командующего Резвое Пламя, виор'ланского полководца, о стратегическом искусстве которого начинали говорить по всей Префекции.

Лучшие воины человечества оказались более чем достойными врагами для касты Огня. Для тау столкнуться с ними в открытом бою значило погибнуть; космодесантникам вновь и вновь удавалось побеждать в тяжелейших ситуациях. Лишь вводя Адептус Астартес в заблуждение и применяя ловкие манёвры, солдаты Империи могли затупить смертоносные клинки их атак.

Хотя вторгшиеся на Префекцию гуэ'рон'ша явно были более развитыми созданиями, чем представители примитивных культур вроде крутов или орков, о'Шасерра знала, как использовать против космодесантников их воинственный и агрессивный склад ума, а также безграничную самоуверенность. Тень Солнца дала командующему Резвое Пламя новое задание – атаковать Гвардейцев Ворона, изматывая их непрерывными нападениями до тех пор, пока раздосадованные противники не совершат смертельную ошибку. Эта миссия будет поистине непростой, поскольку сыны Коракса, в отличие от Белых Шрамов, считают, что возмездие нужно нести с хладнокровной точностью, а не с опрометчивой яростью.

После отступления из Шрама Вентур капеллан Торовак был только рад вновь присоединиться к операциям, разворачивающимся в северных пределах мира-цитадели. Несколько боевых братьев Лэфина пали от рук чужаков, и он собирался до конца исполнить долг чести, звавший космодесантника расквитаться с перехитрившим его командующим тау. Испросив позволения у капитана Шрайка, Торовак в поисках мести увёл своих бойцов в развалины вокруг укреплённых зон.

Скрываясь в руинах городов на окраинах этих территорий, Гвардейцы Ворона пребывали в своей стихии. Отправляясь на поиски теней, мелькнувших в полумраке, разведчики Резвого Пламени находили лишь гибель. Любая уловка космодесантников, любое спланированное отступление завершалось гибелью чужаков под огнём засадных отрядов. Если воздушный патруль тау решался проникнуть в пространство над ульем, его встречали самолёты грозового авиакрыла. Взмывая из огромных брешей, пробитых орудиями ксеносов в стенах мегаполиса, они настигали своих жертв и вскоре те по спирали уносились к земле.

Адмирал Дитя Небес, известный современникам как командир, глубоко сопереживающий своим пилотам, лично заинтересовался причинами потерь касты Воздуха в районе улья Атлассы. Направив туда в качестве приманки одинокую эскадрилью «Акул-бритв», он дождался, пока машины Гвардии Ворона поднимутся из схожих с пещерами укрытий, после чего бросил в бой многочисленный авиаотряд. Из-за то, что в этой волне оказалось больше самолётов, чем бойцов в полуроте, открывшей огонь с городских крыш, капеллан приказал грозовому авиакрылу немедленно начать манёвры уклонения. Его воины мало чем могли помочь товарищам над ними, и пилоты обречены были погибнуть за считанные минуты – если только не удастся проредить строй врага.

Первым врубил форсаж, выходя из боя, «Грозовой ворон» под названием «Блеклый призрак» с эскортом из «Грозовых когтей»; за ними поспевали лэндспидеры ордена. Тау устремились следом и повисли у авиакрыла на хвосте, а их носовые пушки и счетверенные турельные пушки непрерывно извергали смертоносные лучи белого света. Погоня становилась напряжённее: два из трёх самолётов Гвардии Ворона получили прямые попадания, но надёжные машины людей, созданные выживать, по-прежнему неслись через губительные залпы неприятелей.

Охотники и жертвы продолжали набирать скорость, пока наконец на горизонте не распахнулась уродливая рана Шрама Вентур. Пилоты капитула под непрекращающимся мощным обстрелом вошли в пике, нырнули в неровную пасть расселины и продолжили снижение, петляя из стороны в сторону. В тесном ущелье численное превосходство ксеносов оказалось не столь значимым, поэтому целая треть преследователей отвернула и вышла из боя: достаточно широкий наверху, разлом сужался ближе ко дну, и пролететь бок о бок там смогли бы лишь несколько машин.

И пилотам касты Воздуха, и Гвардейцам Ворона приходилось использовать все свои лётные навыки, чтобы вписаться в изгибы Шрама по пути к гигантскому провалу-шахте, называемому Глазом Голиафа. Многие тау едва успевали осознать, что зацепили крылом скальный выступ, когда их аппараты теряли управление, врезались в стены каньона и разлетались пылающими обломками.

Каждый горящий остов, рухнувший в бездну, пробуждал разряды геомантической энергии из запасов, некогда добывавшихся здесь Империумом. Копья лиловых молний взмывали к небу, заземляясь на самолётах людей и чужаков. Немало «Акул-бритв» и «Солнечных акул» нашли огненную смерть под электроударами, но ещё больше продолжали погоню. В какой-то момент задымил «Грозовой коготь», системы которого повредила вспышка фиолетовой энергии на стенах ущелья. Утратив манёвренность, он стал лёгкой добычей для стаи самонаводящихся ракет, выпущенных преследователем. Машина капитула исчезла в пламенном всполохе, и перевес сил стал ещё больше в пользу тау.

Даже «Солнечные акулы», которые ранее вышли из боя, вносили свой вклад – с их крыльев срывались дроны-перехватчики. Эти небольшие устройства, превосходно подходившие для сражений в ограниченных пространствах и оснащённые собственными двигателями, накрыли второй «Грозовой коготь» шквалом ионных импульсов. Самолёт Империума на полном ходу врезался в стену провала и исчез в бездне.

Но затем в кабине у каждого пилота касты Воздуха раздался вой тревожных сигналов: нечто огромное и чёрное быстро приближалось к ним по каньону. Боевой брат за штурвалом «Блеклого призрака» закричал от дикой радости, увидев, как прославленный десантно-штурмовой корабль «Сумеречный ястреб» открывает по его преследователям огонь из боевой пушки. Одна из чужацких машин с белым фюзеляжем разлетелась пылающими осколками, а две другие подхватила и бросила о стены Шрама внезапная ударная волна. Затем «Громовой ястреб» на полной скорости пронёсся над меньшим собратом, тряхнув его воздушным потоком и заставив ещё нескольких лётчиков-ксеносов потерять управление. После этого вся армада касты Воздуха, включая дронов, разом отступила, и Гвардейцы Ворона смогли перегруппироваться.

Война в небесах на этом не закончилась.

===Эскалация и прорыв===
Тактические навыки капеллана Торовака и командующего Резвое Пламя подверглись суровой проверке, но у обоих ещё оставались свежие силы и новые стратегии для последующих боев. Смертельная игра продолжалась с переменным успехом, и ни один лидер не собирался уступать. Во многих смыслах это была схватка за власть над Восточной Окраиной в миниатюре, и конечный победитель в ней оставался столь же неясным.

О'Шалас отступил, понеся потери в Шраме Вентур. Он знал, что бездействие терзает любящих войну космодесантников намного сильнее, чем страх смерти, и решил сыграть на этом аспекте их психологии. Соединения касты Огня, более подвижные, чем Адептус Астартес, отступили на территорию за пределами городской агломерации и разместили там огромное количество ловушек. Каждый убитый гуэ'рон'ша был небольшой победой, особенно если при этом не погибали тау. Тем временем Лэфин Торовак, обычно человек терпеливый и потому ещё более опасный, не желал сидеть сложа руки, пока остальные капитулы Космодесанта атаковали чужаков на всевозможных фронтах Префекции. Он направлял разведотряды в самостоятельное патрулирование, чтобы скауты разыскивали врагов, прочёсывая местность метр за метром. Гвардейцы Ворона находили множество свидетельств присутствия ксеносов: отказавший дрон здесь, законцовка крыла от разбившегося ударного истребителя там...

Но когда разведчики капеллана приближались к фрагментам вражеской техники, то находили только смерть. Взмывая над пепельными дюнами, управляемые издали турели и дроны-снайперы открывали по ним огонь; «умные» ракеты и импульсные разряды врезались в ближайших космодесантников, прежде чем люди ответными залпами разносили установки на куски. Порой же бойцы Торовака обнаруживали в таких силках уже отключённых дронов, которых окружали потрескивающие электрические ореолы – от них по ауспикам отрядов бежали странные шипящие помехи. Тогда, став ещё осторожнее, Лэфин скомандовал своим дозорным отступить на окраину улья Атлассы. Если командующий тау обратил саму землю против них, тогда Гвардеец Ворона вновь будет рыскать в тенях и заставит неприятеля самого прийти к нему.

Поднявшись к вершинам городских шпилей на ещё действующих маглифтах, капеллан приказал технодесантникам из числа пилотов ударных самолётов присоединиться к нему в умащении машинных духов макропушек Атлассов. Довольно скоро обученные на Марсе воины исправили повреждения, полученные этими могучими орудиями во время изначального вторжения чужаков, и вернули им полную боеготовность. С тех пор, если Торовак из своего «гнезда» замечал какое-то движение в пустоши, тяжёлая артиллерия улья немедленно открывала огонь по указанным координатам. Прошло немного времени, и патрули Резвого Пламени снова начали укрываться в городской застройке.

Пока кадр о'Шаласа спешно перебирался в комплекс укреплений, окольцовывающих мегаполис, его следопыты проникли во Атласский Дом закона. Они получили приказ устранить тактических десантников и опустошителей, отделения которых несли гибель наступающим тау с широкой крыши здания. Как только воины Резвого Пламени открыли огонь, гуэ'рон'ша спрыгнули вниз – прямо с тяжёлым оружием – на кровлю соседнего дома. В полёте космодесантники подорвали крак-заряды, расставленные по Дворцу, и вся постройка обрушилась на их несостоявшихся убийц. Придя в смятение, о'Шалас направил туда же стелс-команды, и по комплексу разрушенных укреплений заскользили подрагивающие миражи – предвестники грозных шквалов импульсного огня. Сопутствовали им ослепительные энергетические залпы нового незримого врага, способные превратить Гвардейца Ворона в облако перегретого пара. В ответ Адептус Астартес начали мастерски использовать укрытия, которые находили среди руин. Таких виртуозов маскировки не удавалось даже отыскать, не то что вытеснить на открытое место.

Вскоре уже Резвое Пламя ощутил гнетущий жар нетерпения, ведь, как и у большинства виор'ланцев, острота ума в нем сочеталась с пылкостью нрава. В каком-то смысле о'Шаласа раздражала эффективность, с которой Гвардия Ворона применяла укрытия: до этого он слышал, что космические десантники в своём высокомерии избегают подобных разумных действий. Тогда командующий рассудил, что, если дальнобойное оружие не может выгнать гуэ'рон'ша из укромных местечек, ему следует применить сосредоточенную огневую мощь в ближнем бою. И с восходом солнца на пятый день контрвторжения людей Резвое Пламя повёл шесть команд прорыва в глубину вражеской территории. Последовавшая битва в тесных развалинах укреплённого комплекса оказалась настолько кровавой и напряжённой, что до сих пор служит полезным уроком касте Огня.

{{Врезка|Залпом ионного циклобластера о'Шалас оторвал космодесантнику половину туловища в тот же миг, как один из его прорывников разрядил оружие в шлем воина. Бронекостюм командующего окрасился кровью гуэ'рон'ша. Они были поистине стойкими противниками: никогда прежде тау не встречались вражеские бойцы, способные идти сквозь очереди импульсных винтовок, не получая ран. Тем не менее под огнём бластеров команды прорыва даже суперсолдаты человечества лопались, будто мешки с мясом.

Раздался грохот, и скалобетонный потолок рухнул в облаке пыли. Три полночно-черных космодесантника, следуя за обломками, располосовали прорывников Резвого Пламени потрескивающими когтями. Черносолнечный фильтр командующего справился с мутной завесой, и он отступил в близлежащую аллею, располовинив одного из гуэ'рон'ша на лету выстрелом из фузионного бластера. Затем о'Шалас вернулся в битву, и обваливающийся бастион озарили яркие бело-синие вспышки импульсной энергии. Ударом наотмашь Резвое Пламя впечатал в стену противника, который перчаткой с когтями успел нанести ему четыре колотые раны в бедро. Космодесантник с трудом поднялся и отсек голову припорошённому пылью воину Огня, но затем командующий одним выстрелом разнёс недруга на ошмётки. Шум битвы утих; хрипло дыша, о'Шалас осмотрелся по сторонам. За каких-то шесть коротких деков в комплексе погибли все живые существа, кроме самого Резвого Пламени.}}

===Далеко протянувшиеся тени===
На кону войны за Префекцию стояла система Довар, и ставки уже были головокружительно высоки, но теперь они возрастали с каждым часом. Плазменные очереди рассекали воздух, проносясь над сетями траншей, рубиновые вспышки лазеров озаряли руины, а вне городских застроек тысячи танков ползли по барханам из пыли и костей. Исход битвы за планету висел на волоске.

Тянулись долгие дни противостояния, каждый из которых приносил сотню новых подвигов и трагедий. Рявкающие командиры и учёные стратеги одинаково утопали в волнах насилия, прокатывающихся по миру-цитадели. Древнюю мудрость Кодекса Астартес постоянно испытывали на прочность доктрины «Кодекса Огня». Несколько соединений Космодесанта, в том числе отряды капитанов Шрайка и Кор'сарро-хана, отличились особенно яркими деяниями, но становилось ясно, что крепости Префекции не взять молниеносным блицкригом. Стремясь обеспечить победу над ксеносами, магистр ордена Корвин Северакс лично высадился на планету. Он собирался проследить за низвержением чужаков – или лично устроить таковое, если потребуется.

Главное командование тау столь же твёрдо нацелилось на достижение решительного триумфа. С уже завоёванных миров на Префекцию были перенаправлены все доступные кадры, в том числе самые новые бронекостюмы, какими только располагала каста Огня. Несколько эфирных, в том числе аун'До, вызвались укрепить боевой дух на передовой, но поистине ошеломительным стал поступок того, кто стоял выше даже этой прославленной горстки. В речи, что тронула сердца ста миллиардов тау, сам аун'Ва объявил, что спустится на поверхность планеты-крепости. Как и на Агреллане, Мастер Неугасимого Духа поведёт воинов за собой, чтобы выжечь всю человеческую заразу с лика Префекции факелом Высшего Блага.

Что до командующей Тени Солнца, то её звезда клонилась к закату. Не сумев за назначенное время отбросить космических десантников, она вынудила верховного эфирного рисковать собственной жизнью.

Казалось небольшим чудом, что командующая выпала из фавора, ведь Белые Шрамы всё так же неотступно охотились за ней. О'Шасерра отдала все свои силы на Агреллане, но и с тех пор не знала ни минуты покоя. Любой взрыв, услышанный на фронте, представлялся Тени Солнца грохотом спаренных болтеров на мотоцикле Космодесанта; каждая тень, мелькнувшая над землёй, казалась предвестницей штурмового корабля или спидера, несущего ей гибель. Семя страха, которое Кор'сарро-хан заронил в сердце воительницы, пустило корни, и меч, повешенный им над её головой, был поистине острым. Мысли о клинке Белого Шрама преследовали её от рассвета до заката, но эта угроза хотя бы оставалась на виду. К о'Шасерре приближались и иные недруги – если хан был разъярённым быком, то эти напоминали акул, скользящих в чернильных водах.

Корвин Северакс повелел своим воинам всякий раз выдвигаться туда, где будет замечена Тень Солнца. Сказав теневым капитанам, что Кор'сарро затянул с решением проблемы, магистр капитула представил им виртуозный боевой план поиска и уничтожения цели, охватывающий всю Префекцию. В прошлом такие «охоты за головами» приносили безоговорочный успех, и более чем в половине случаев решающий удар наносил сам Северакс. Теперь Корвин ожидал, что через несколько часов будет стоять над трупом о'Шасерры. Отсалютовав ему аквилой, теневые капитаны растворились в ночи.

До сих пор каста Огня сражалась с военной машиной Империума лишь в её претенциозном, неудержимо задиристом аспекте. Скоро им предстояло узнать, что за пологом беспримесной жестокости рыскают неописуемые ужасы, коварные и жаждущие крови.

{{Врезка|Командующая Тень Солнца украдкой выглянула в смотровое окно, пока рабочий касты Земли Эл'Грул отворачивал болты на добытой Стойким Щитом ракете людей. О'Шасерре следовало выйти наружу и подставить горло под клинки гуэ'рон'ша, чтобы запустить множественный «кауйон», так долго и тщательно готовившийся ею. Но она заслужила доверие мастеров Чистого Прилива и аун'Ва не тем, что сломя голову бросалась в битву. Мудрый воин сначала должен познать своего врага.

Тень Солнца заставила себя сосредоточиться на текущем вопросе. Утверждения о'Та'Сара о том, что господство в воздухе станет ключом к победе, были вполне разумными. Далее, согласно отчёту командующего, при сканировании этой плебейской ракеты он вместо стандартных результатов обнаружил нечто куда более странное. Нечто биологическое.

Внешнее покрытие снаряда отошло со свистом неприятно тёплого воздуха, и в помещении засмердело трупными газами. Эл'Грул хмыкнул и отступил на шаг, а Стойкий Щит вскрикнул от ужаса. Нахмурившись, о'Шасерра подошла к столу, где увидела картину из ночного кошмара.

Из корпуса ракеты на неё уставился высохший труп с выражением нездешнего ужаса на лице. Ко всем позвонкам его неровного хребта подходили кабели, а из мумифицированных остатков обнажённого мозга торчали провода. Командующей показалось, что осматриваемый ею кадавр тихо ворчит. Моргнув в отвращении, она сказала себе, что это всего лишь вытесняемые газы, естественный результат разложения.

– Клянусь Тау'ва, – сдавленно произнёс Стойкий Щит, – что это за новая гнусность?

Тень Солнца закрыла глаза от омерзения. Люди были так близки к пониманию жертвенности, и всё же так далеки от идеи Высшего Блага. Для умирающего воина переход к такой полужизни ради служения товарищам являлся неким мученичеством, даже достойным одобрения в некотором извращённом роде. Но использовать мёртвое тело как оружие... это в высшей степени чудовищно.

– Главнокомандующая, почему бы им просто не использовать искусственный интеллект? – спросил о'Та'Сар. – Гуэ'ла что, настолько отсталые, что боятся их?

– Они думают, что у их машин есть души, Стойкий Щит, – ответила о'Шасерра. – Возможно, таким способом гуэ'ла утверждают своё поверье.

– Это неправильно, – сказал её подчинённый. – Столь отталкивающей расе не место среди наших звёзд.

Тень Солнца печально кивнула.

– Именно так, командующий. Что ж, мы видели достаточно. Пора приступать к отстрелу.}}

{{Врезка|'''Тайны небосвода'''

Пока тау и космические десантники соревновались в хитроумии на поверхности Префекции, высоко над ними разворачивалась более масштабная битва, тоже отмеченная терпеливым гением о'Шасерры. На Галакрасте, медленно вращающемся спутнике планеты, Империя собирала подкрепления, что прибывали из Бухты Му'гулат. При этом войска всеми силами придерживались тёмной стороны планетоида, чтобы избежать обнаружения. Выжидая, пока луна окажется в нужной точке орбиты, они могли наносить удар в указанные координаты, оставаясь неуловимыми для человеческого флота. Вектор входа подкреплений в атмосферу всегда был настолько прямолинейным, что противник не успевал отреагировать вовремя. Подобные стратегии избегания контакта стали привычными, поскольку в прямых столкновениях армада Империума становилась поистине ужасным врагом. Пытаясь понять, каким образом корабли людей могут на пустом месте возникать в реальности, Тень Солнца собрала все данные о подобных внезапных появлениях и отыскала взаимосвязь. Неприятельские звездолёты чаще всего материализовывались в определённых местах на окраинах системы Довар, вдали от любых небесных тел.

Рассудив, что капитаны человеческих кораблей избегали участков, где звезда или планеты могли затянуть их в гравитационные колодцы, о'Шасерра отрядила флотилию разведывательных судов ждать в абсолютной пустоте за орбитой внешнего мира. Невероятно, но её упреждающие расчёты оказались верными. Когда несколько дней спустя звездолёт Империума совершил переход из Эмпиреев, оказавшийся достаточно близко разведкорабль тау записал внушительные объёмы новой и тревожной информации о бурлящей аномалии, что понемногу рассасывалась за кормой корабля людей. Экипаж намеревался доставить собранные данные главному командованию, надеясь, что там смогут разобраться в странном явлении, однако судно так и не прибыло ни на Префекцию, ни в какое-либо иное владение тау.}}

{{Врезка|Стоя на обломках статуи какого-то имперского святого, магистр капитула Северакс наблюдал за тем, как 3-я рота с идеальной точностью выполняет его план на битву. Гвардейцы Ворона буквально по кусочкам разбирали армию тау на пустоши внизу. Подобный урок Корвин уже дюжину раз преподавал своим врагам. Порой сын Коракса воксировал краткие распоряжения офицерам или, устремившись вперёд, взмахивал окутанными молниями когтями и разрубал очередной бронекостюм на две половинки, но в целом Повелитель Воронов вполне удовлетворялся одним лишь просмотром разворачивающейся резни.

Когда Гвардейцы Ворона добили последних уцелевших тау безжалостными выстрелами, Северакс почувствовал, как его охватывает разочарование. Грандиозная стратегия магистра находила смертоносное воплощение на Префекции, как и в сотне других миров до неё, но командующая о'Шасерра до сих пор оставалась незамеченной. Корвин почти ощутил к ней тень уважения за подобные навыки маскировки. Стремительные наездники Белых Шрамов, при всем их фанфаронстве, оставались умелыми охотниками, и тот, кто ускользал от них на трёх планетах подряд, несомненно, знал своё дело. Впрочем, способность скрываться от глаз сынов Коракса всё равно впечатляла сильнее.

Глава ордена чуть запрокинул голову, думая о грядущем холодном возмездии. Он может подождать. В конце концов противница будет сломлена и убита, а следом будут выпотрошены и её армии.

В шлеме Северакса раздался одинокий щелчок. Корвин включил вокс, и его губы медленно растянулись в свирепой ухмылке. Он улыбался впервые за последние шесть недель.

– Господин Северакс, визуальный контакт с командующей ксеносов. Сопровождающие дроны и почётные знаки совпадают с данными пикт-записей на Агреллане и Волторисе. Это она, мой господин.

Корвин запустил прыжковый ранец, взмыл над статуей и унёсся в небо.}}

===Погибель героев===
Гордость. Убийца великих и достойных, истинный космический уравнитель и, быть может, худший из смертных грехов. Но всё же эта злокозненная слабость равно преследует людей, космических десантников и тау. Слишком часто случается, что именно гордость отбрасывает тень на судьбы благороднейших героев – тень, что лишь удлиняется с каждой их победой.

О'Шасерра не делала тайны из своего присутствия на Префекции. Напротив, она утверждала собственную роль в кампании, пока не стала для врагов основной целью. Тень Солнца верила, что сможет собственноручно одолеть командира вторгшихся космодесантников, добиться успеха там, где потерпели неудачу самые чудовищные военачальники Галактики. Возможно, и Корвин Северакс лично охотился на неё из гордости, поскольку список триумфов магистра ордена дважды опоясывал хранилище Рапториум.

Траншеи Денехая, прокопанные в русле давно высохшей реки к востоку от Аквиллона, уже видели несколько яростных сражений между Астра Милитарум и кастой Огня. Час назад там заметили характерный боескафандр о'Шасерры. Взяв с собой лишь отделение лично отобранных авангардных ветеранов, Северакс приказал пилоту своего «Громового ястреба» сделать проход над Денехайским проливом. Владыка капитула собирался высадиться в полёте, чтобы обрушиться прямо в гущу битвы. Корвин принесёт сынам Коракса великий почёт, если его когти снесут голову главнокомандующей тау, что не удалось скимитарам и тулварам воинов хана.

В сражении внизу большая часть солдат Астра Милитарум уже погибла в перекрывающихся секторах обстрела касты Огня. Третья рота Гвардии Ворона вместе с разведывательными подразделениями 10-й атаковала неприятеля из теней траншейной сети. Космодесантники использовали имперских гвардейцев как наживку без их ведома, но уловка дала Адептус Астартес преимущество – когда кадр растянул силы, они смогли нанести мощный ответный удар. В этот неистовый бой и высаживался магистр капитула Северакс, а где-то под ним находилась Тень Солнца, враг, которого Корвин начал презирать. Расплата была близка.

''Те, кто отринут гордость, рождённую завоеваниями, и укротят прославления скромностью, выкуют щиты против клинков тех, кто желает им погибели. Те же, кто позволят гордости ослепить их, найдут смирение лишь на смертном одре, когда будет уже слишком поздно.''
Из автомемуаров Малкадора Героя

{{Врезка|Северакс невесело улыбался, переходя от вертикального падения к планирующему спуску и пролёту над землёй. Далеко внизу бойцы Корвина заметили её – королеву-воительницу тау, символ жалкой империи ксеносов. Скоро она встретит кровавую смерть. Тень Солнца может надёжно скрываться за стелс-полями, но глаза небесного охотника всё равно заметят мимолётное движение и мерцающий силуэт.

Командующая чужаков предпочитала действовать, оставаясь невидимой, и в этом виделась мудрость. Истинный военачальник не ревёт на врага, как зверь, становясь очевидной целью; так он обеспечит себе место на страницах истории лишь в качестве скальпа, снятого кем-то другим. Нет, разумный лидер управляет из теней, наблюдает и ждёт момента, когда вырваться из укрытия, чтобы уверенно и чётко расправиться с неприятелем.

О'Шасерра была неизбежным бельмом на глазу любого капитула, получившего задание отбить утраченную планету-крепость. Больше всех от неё пострадали Белые Шрамы, считая их потери на Агреллане, но и Гвардия Ворона за последнюю пару месяцев лишилась слишком многих воинов по вине проклятых тау. Северакс поклялся про себя, что больше не допустит гибели ни одного из сынов Коракса.

Магистр ордена и его бойцы спустились сквозь мглу, не привлекая внимания вражеских стрелков, и обрушились на порядки ксеносов сверху. Керамитовые сабатоны с такой силой врезались в боескафандры, что охряные великаны потеряли равновесие и свалились в траншеи. Авангардные ветераны всаживали окутанные энергополями клинки в смотровые щели, пробивали нагрудники из чужацкого сплава ударами молниевых когтей и сносили головы с плеч потрескивающими силовыми кулаками. Корвин, полностью уверенный в своих людях, выискивал взглядом настоящую добычу.

Есть. Мимолётное движение, дрожь тёплого воздуха, замеченная периферийным зрением. Северакс отпрыгнул в сторону, и сдвоенные фузионные лучи прожгли пустоту там, где только что стоял Гвардеец Ворона. Сложившись и перекатившись, магистр капитула с лязгом рухнул в траншею, но через мгновение взмыл обратно и махнул когтями, целясь в туловище Тени Солнца. Она тоже была проворной и с невероятной ловкостью уклонилась от двойного выпада. Корвин по инерции проскочил вперёд и, пригнув голову, врезался в раздутый шлемный отсек бронекостюма. От столкновения маскировочное поле БСК засбоило, всколыхнувшись рябью помех. Когда о'Шасерра неловко отступила назад, космодесантник ударил клинками правой руки по дуге. Предплечье противницы, рассечённое вместе с орудийной установкой, превратилось в хлещущий кровью обрубок. Она попыталась навести другой фузионный бластер, но Северакс уже заблокировал оружие плечом, зажал командующую мёртвой хваткой и принялся всаживать ей в живот свободные когти. По передней части боескафандра заструилась кровь, превратив его из белого в грязно-красный. Повелитель ордена тускло усмехнулся, разрезая Тень Солнца на куски трижды благословлёнными когтями.

Правда, у смешка оказалось странное, слишком долгое эхо. Нечто замерцало сбоку от Корвина, нечто шагающее столь грузно, что космодесантник ощутил его приближение подошвами сабатонов.

А затем вспыхнул свет и Северакса, внезапно рассечённого в поясе, охватил ужас. Не веря в происходящее, Гвардеец Ворона пытался дотянуться до ног в чёрной броне, которые взбрыкивали и содрогались в нескольких метрах от него. Последним, что в своей жизни увидел магистр капитула, стал огненный всполох, отбросивший его в траншею. Зрение покинуло Корвина, и его наполовину оплавленные останки с глухим стуком повалились в трясину остывающих человеческих тел.}}

Бронекостюмы XV95 «Фантом», несомые почти безмолвными реактивными двигателями, взмывали над полем боя, словно на них не действовала сила тяжести. При каждом движении приданные им стелс-дроны усиливали и перенастраивали маскировочные поля великанов. Лидер команды возвестил о прибытии БСК, сразив вождя космодесантников двумя выстрелами с малого расстояния. Его примеру последовали остальные пилоты, открывшие огонь по ошеломлённым гуэ'рон'ша перед ними.

Бойцов не покидало уникальное, трепетное ощущение владения чистой мощью новейших военных технологий. Тем не менее привычно стойкие космодесантники пришли в себя за считанные секунды и обрушили на ближайших к ним «Фантомов» ураган масс-реактивных болтов. Несомненно, они надеялись совершить быстрое ответное убийство, но конструкторы касты Земли предвидели такие моменты. Все XV95 одновременно активировали модули противодействия и выпустили облака «умных» флешетт, которые засекли приближающиеся снаряды, рванулись им навстречу и подорвали вдали от целей. Даже свет от вспышек при детонации не достиг бронекостюмов, поскольку маскировочные поля отвели его в сторону.

Затем «Фантомы» развили наступление. Ионные циклостиратели омывали жертв белоснежным сиянием, после чего пробивали их мощными пучками энергии в разлетающихся сгустках плоти и оплавленного металла. Цели же, настигнутые выстрелами фузионного коллайдера, просто испарялись. Гуэ'рон'ша с рёвом устремлялись вперёд на примитивных реактивных ранцах, но их тут же отбрасывали сосредоточенными залпами скорострельных пушек или устраняли дальними попаданиями из рельсовых винтовок следопытов. Когда к урагану импульсных разрядов добавились очереди стелс-команд, даже космодесантники оказались не в силах устоять перед ним. Так начался великий кауйон.

===Маскировка и манипуляции===
Катастрофические потери 3-й роты сотрясли капитул Гвардии Ворона до основания, но настоящий след на страницах истории оставила гибель Корвина Северакса. Главное командование тау очередным гениальным ходом застало врасплох человеческих захватчиков, но при этом чужаки осмелились убить магистра ордена, чем заслужили поистине решительный ответ.

Итак, верховный эфирный аун'Ва приказывал Тени Солнца сыграть роль приманки в полномасштабном кауйоне. Но истинный лидер должен требовать результатов, а не указывать, каким образом их добиться. Таким образом, о'Шасерра разработала собственный план. Собрав личные стелс-команды, командующая спросила, найдутся ли добровольцы, готовые изобразить её на поле боя. Что неудивительно, вызвались все присутствующие: даже после событий на Волторисе ученица Чистого Прилива оставалась возлюбленной героиней Тау'ва.

Исполняя первую часть гамбита, Тень Солнца запросила у касты Земли десять модифицированных боескафандров XV22. Союзники с радостью исполнили заказ, поскольку их конструкторы сочли данную модель успешным прототипом после расширенного тестирования, проведённого о'Шасеррой. На эти новые БСК установили фузионные бластеры, покрыли их личными почётными знаками командующей и оснастили комсвязью, а также дронами-щитами MV52, чтобы устранить все различия с её характерным снаряжением.

Если бы Корвин Северакс узнал имя своего убийцы, то, возможно, невольно впечатлился бы. В кабине «Фантома», сразившего Гвардейца Ворона, сидел не какой-то неизвестный ветеран, а сама Тень Солнца. Увидев на Волторисе, как сражаются Кор'сарро-хан и Шрайк, она предположила, что их командиры также окажутся смертельно опасными противниками. О'Шасерра вознамерилась заманить в ловушку короля-воина Космодесанта, и её план сработал просто идеально.

Хотя Тень Солнца не боялась отдать жизнь за Тау'ва, она также знала, что её гибель нанесёт тяжелейший удар по боевому духу касты Огня. Направив в битву своих двойников, о'Шасерра одновременно выполнила приказ аун'Ва и максимально увеличила собственные шансы дожить до конца войны за Префекцию. В итоге Корвина Северакса подставила под огонь командующей тау по имени Шуэ'ла; её самопожертвование ради Высшего Блага будут помнить вечно.

Пока Гвардия Ворона пыталась оправиться от гибели магистра капитула, Тень Солнца и её пилоты в «Фантомах» вновь и вновь атаковали космодесантников. Нападения бойцов в XV95 тем временем не ограничивались Денехайским проливом, поскольку каждый септ направил на Префекцию десятки этих боевых машин. Прежде люди уже испытывали их жалящие уколы, но только теперь на них обрушилась сосредоточенная мощь огромных маскировочных БСК.

На всех фронтах стелс-команды, действовавшие в качестве передовой разведки своих соединений, получили подкрепление в лице незримых «Фантомов» и были преобразованы в оптимизированные стелс-кадры. В начале кампании патрули Тени Солнца, оснащённые скорострельными пушками, истребляли неприятельские дозоры и по возможности совершали акты саботажа на внеплановых целях. Теперь же они атаковали бронетанковые колонны и многочисленные фаланги Астра Милитарум – и выходили победителями. Подобное широкомасштабное применение стелс-технологий ознаменовало начало новой фазы войны. Тау вновь брали верх, и их хватка на Префекции крепла с каждым уходящим днём.

{{Врезка|'''Призрак пустоты'''

Нанеся сокрушительный удар Гвардии Ворона, о'Шасерра обратила свой блистательный ум против Белых Шрамов. Командующая собиралась внушить страх, присущий преследуемой жертве, самим охотникам; она собственными глазами видела, как суеверны эти воины с их шаманами, и надеялась подточить решимость чогорцев, сыграв на их предрассудках о духах, призраках и чудовищах.

Оставив «Фантом» ради более привычного и изящного орудия войны, Тень Солнца надела любимый XV22 и вместе с личными стелс-командами под покровом ночи отправилась в пустошь.

Когда опускались сумерки, хан с его бойцами зажигали костры и рассказывали друг другу истории о своих предках, причём несколько Белых Шрамов обычно оставались на страже. Как было заведено в чогорских племенах, эти дозорные смотрели на горизонт, а не на огонь, чтобы не ухудшить ночное зрение. Конечно, против стелс-технологий о'Шасерры столь примитивная тактика совершенно им не помогала.

Маскировочные поля заглушали шаги приближающихся тау, и даже космодесантники с их острым слухом могли услышать лишь шёпот в ночи. Благодаря ячейкам светоискажения, что создавали камуфляж стелс-костюмов, команды Тени Солнца сливались с тёмными ночами Префекции и становились неуловимыми для орлиных взглядов часовых. Охотники окружали ничего не подозревающих Белых Шрамов, и с далёкими вспышками света стражи каждого лагеря просто исчезали: чтобы дополнительно устрашить и смутить добычу, о'Шасерра приказывала своим командам забирать то немногое, что оставалось от жертв.

Её план сработал – в некотором роде. Уже скоро суеверные чогорцы заговорили о «призраке пустоты», создании, которое похищало боевых братьев в ночи. Но никакого падения боевого духа не произошло; напротив, вести о невидимом демоне, забирающем их сородичей, вызывали у Белых Шрамов приступы бешеной ярости. Адептус Астартес клялись жестоко изничтожить незримую силу, преследующую их.

Итак, в разуме космодесантника не было места страху или сомнению. Понимание этого пришло к Тени Солнца не сразу, но принесло с собой нотку уважения.}}

===Отступление и контратака===
Среди полководцев Империума есть такие, что разбрасываются жизнями бойцов подобно азартному игроку, сорящему деньгами. Повелителей Космического Десанта среди них очень немного. Адептус Астартес на Префекции стремились к победе, но не любой ценой – они решили отходить к установленной зоне эвакуации, нанося при этом возможно больший урон врагу.

Среди разрушенных крепостей мира-цитадели космодесантники уже становились жертвами десятков различных ловушек: от простейших дронов-обманок до крупнейших стратегических операций. Цена войны оказалась недопустимо высокой. Хотя апотекариям удалось спасти геносемя многих погибших, с полей битв всё чаще поступали сообщения о телах боевых братьев, превращённых в бесформенную обгорелую массу или разбросанные куски плоти. В числе таких жертв оказался и сам магистр ордена Северакс, что стало особенно страшным ударом, поскольку только он знал все крупномасштабные планы капитула, реализующиеся в данный момент. По этой причине действия Гвардии Ворона свелись к череде ответных убийств, но в конце концов её капитаны осознали необходимость перегруппировки. Хотя людям поистине тяжело было это признать, ксеносы сделали Префекцию своей землёй, и для отвоевания планеты требовались огромные ресурсы.

Впрочем, ресурсов у Империума всегда было в достатке. Флот, далеко ещё не исчерпавший резервы, направил на поверхность сотни тяжёлых десантных судов для прикрытия отхода Адептус Астартес. Хотя сидевшие в транспортах солдаты не могли сравниться с боевыми братьями в скорости перемещений, за счёт одной лишь численности Астра Милитарум представляла собой грозную силу. Тау сумели перехватить лишь малую толику этих орбитальных челноков, и полки Имперской Гвардии, один за другим высаживающиеся на Префекцию, сумели оттеснить чужаков по широкому фронту. Замедлив наступление противника, они выиграли космодесантникам время для сосредоточения сил. Тем не менее упорные батальоны Астра Милитарум передвигались медленно, и тау, обладавшие высокой мобильностью, вскоре начали полностью уходить от схваток с ними.

В это же время Адептус Астартес, опоздавшие к точке сбора у Глаза Голиафа, оказались в окружении. Попытки прорваться с боем завершались жестокими схватками за выживание, когда чужаки перекрывали пути отхода. Воины тактических рот и опустошители оказались отрезанными полностью, когда от их транспортов остался лишь пузырящийся шлак. Там, где небеса прочерчивали характерные инверсионные следы десантных капсул с подкреплениями, ксеносы в полном порядке отступали с рассчитанных зон высадки. Их кадры, погрузившись в «Рыбы-дьяволы» и «Косатки», без промедления бежали прочь. Когда же десантные капсулы с грохотом врезались в точки приземления, их пассажирам оставалось только медленно пробираться через пустоши к своим братьям.

Хотя космодесантники именовали Тень Солнца трусливой или даже хуже, никто не мог отрицать эффективности её дезориентирующих тактик. Кадры командующей подобно волнам обтекали всякий выпад Империума, а их кажущиеся отступления часто превращались в стремительные атаки на совершенно иных участках фронта. Эти финальные элементы кауйона становились не просто успешными, но абсолютно сокрушительными.

Шансы на беспроблемную эвакуацию человеческих армий казались опасно низкими, пока огромнейший из десантных кораблей не изверг свой истинный груз. С рёвом боевых сирен и развевающимися древними стягами из громадных ангарных отсеков выступили элита дома Терринов в гигантских Имперских Рыцарях. Верховный король Тибальт желал расквитаться с чужаками, и эта жажда не ослабла после великой засады на Волторисе. Его возмездие надвигалось медленно, но обещало стать ужасным.

{{Врезка|О'Шасерра нахмурилась, наблюдая за обстановкой с вершины базиликума Евклида. Люди прокладывали пути эвакуации к точке сбора у Глаза Голиафа, и пока что командующая не планировала им мешать.

– И вновь все ясно увидели тактическое и стратегическое превосходство касты Огня, – сказала она, будто сама себе.

– В чём никогда и не было сомнений, – отозвался Стойкий Щит из «Холодной звезды», вольно облокотившись на один из барочных шпилей неподалёку. О, как же Тень Солнца хотела обрушить все эти башни, растереть их в пыль! Как только уйдут космодесантники, именно так она и поступит. Яркий символичный жест: следы душившей планету старой империи сметены, а чистые и гладкие постройки касты Земли возносятся ввысь.

– Хотя мне неприятно это говорить, – вмешался командующий Резвое Пламя, огибая шпили в своём «Силовике» на крыльях горячего ветра, – «Зеркальный кодекс» хорошо послужил нам.

– Ни слова об этом! – рявкнула о'Шасерра. – Ты и так уже рискуешь порицанием за потери в электрошахтах, случившиеся по твоей вине. Что, хочешь подвести нас всех под ритуал малк'ла? Тот документ можно использовать лишь в самых тяжёлых обстоятельствах, ведь его автор – предатель Тау'ва. Имя этого тау нельзя произносить, каким бы безвыходным ни было наше положение.

Передав знак, говорящий о смиренной покорности, о'Шалас замолчал.

– Приятно видеть, что эти мрачные создания убираются с планеты, – сказал о'Та'Сар. – На ней есть энергия, но и так уже достаточно запятнанная. Хватит с неё людской гангрены.

Тень Солнца кивнула.

– Стремитесь к объективности, командующий, – предупредила она. – Человечество стоит ненавидеть за многое, но ненависть могут использовать против вас. Сегодня мы преподали гуэ'рон'ша хороший урок на эту тему.

– Вы правы, как всегда, – ответил Стойкий Щит. – Интересно, эти паразиты когда-нибудь вернутся сюда?

– Сомневаюсь, – отозвалась о'Шасерра. – Может, они и головорезы, но не идиоты. Теперь, когда монарх Космодесанта мёртв, гуэ'рон'ша почти наверняка утратят боеспособность. Эта планета наша.

– Ради Высшего Блага, – вставил Резвое Пламя.

– Именно так, командующий, – Тень Солнца сложила тонкие пальцы в символе Тау'ва. – Ради Высшего Блага.}}

Для вождей Космического Десанта нынешний отход с боями стал неприятным напоминанием об эвакуации с Агреллана. Оказалось, что тау более чем способны защититься от полномасштабного вторжения: чужаки за считанные месяцы превратили Префекцию из форпоста человечества в кошмарный лабиринт ловушек. Каста Огня перестроила оборонительные порядки, не сомневаясь, что выдержит бурю новой атаки Империума, целью которой было выиграть время для ошеломлённых Адептус Астартес. О'Шасерра ускользнула и от Белых Шрамов, и от Гвардии Ворона, затем поменялась местами с охотниками, уничтожила одного из них и готова была сделать это вновь.

Главнокомандующую уже прославляли как триумфатора. Новости о её победах на Префекции разошлись очень далеко и достигли не только центральных регионов Империи, но и близлежащих людских миров, помеченных эмиссарами тау для более изящного покорения.

Эти же вести пришли и на далёкую Терру. В скрытых коридорах власти были приняты решения, последствия которых могли изменить судьбу Восточной Окраины. Военачальники тау уже поздравляли друг друга с хорошо проделанной работой, не подозревая, что к системе Довар направляются подкрепления, одна лишь численность которых заставила бы заледенеть даже кровь виор'ланца. До сих пор защитники Префекции противостояли только небольшим, сосредоточенным ударным группировкам, и доказали, что способны вырвать победу у элитных сил врага. Теперь же им предстояло встретиться с голиафами войны, которых справедливо боялись противники Империума: тяжеловесными, невероятно могучими и оснащёнными оружием, способным уничтожать города.

==Глава 3. Ярость и возмездие==
===Магистр теней===
После гибели Северакса тау и силы Империума, сражавшиеся там, нанесли друг другу тяжелейшие потери. Обе стороны вынужденно отступили, чтобы окончательно не распасться на мелкие группы. В сумраке после сражения собрались теневые капитаны, которым предстояло решить, кому из них будет доверено верховное командование Гвардией Ворона.

Наполненные сражениями дни, что предшествовали смерти Корвина Северакса, сплелись в узор событий, последствия которых отозвались по всей Префекции от северного до южного полюса. Так, хотя преемника магистра капитула следовало избрать из капитанов ордена, у них не оказалось времени на долгие совещания и дебаты. Многие военачальники уже завязли в свирепых боях с чужаками, и некоторые из них дрались за собственные жизни, пока каста Огня развивала наступление.

Ранее, пока Северакс руководил виртуозными операциями по поиску и уничтожению целей, теневой капитан Шрайк возглавлял бойцов 3-й роты в череде карательных ударов. В течение трёх дней его ударная группировка почти целиком истребила полный контингент, создав тем самым приманку для капкана на ксеносов.

Кайваан, действовавший в тандеме с артиллерийским полком Астра Милитарум, приказал союзникам обстрелять бронетанковую колонну тау, пытавшуюся пробиться к своим, а Гвардейцы Ворона тем временем начали наземную атаку на остатки растерзанного кадра. Заметив лёгкую добычу, Тень Солнца атаковала расчёты орудий и пехотные части прикрытия. Шрайк ожидал подобного хода, и, когда космодесантники вернулись для контратаки на силы о'Шасерры, заметил характерный БСК командующей – она триумфально стояла над телами его помощников из Имперской Гвардии.

Ветераны теневого капитана воксировали Корвину Севераксу о подтверждённом контакте с Тенью Солнца, и магистр капитула поспешил присоединиться к битве, надеясь лично забрать голову инопланетянки. Как оказалось, это решение стоило Гвардии Ворона её повелителя и большей части 3-й роты.

После гибели Северакса Кайваану и его уцелевшим ветеранам пришлось на ходу менять тактику, поскольку враг значительно превосходил космодесантников в огневой мощи. Сыны Коракса использовали преимущества огромных боескафандров тау против них самих, заходя к ксеносам с тыла: модуль противодействия одного XV95 не распознавал как угрозу случайный выстрел другого, и такие «дружественные» попадания выводили из строя снующие рядом стелс-дроны. Затем Гвардейцы Ворона сосредоточили атаки на самом умелом из пилотов оставшихся «Фантомов» – то есть настоящей Тени Солнца – и за счёт одного лишь упорства заставили её отступить.

Той ночью капитан Шрайк со своим командным отделением вернулся на поле боя, чтобы собрать прогеноидные железы павших. Несмотря на огромный риск, космодесантники уцелели и вернули в орден большую часть геносемени 3-й роты.

Вполне возможно, что этот самоотверженный поступок обеспечил Кайваану статус естественного преемника Корвина Северакса. К тому моменту уже были открыты несколько каналов астропатической связи, обеспечившие контакт с другими теневыми капитанами Гвардии Ворона и даже Марнеем Калгаром в соседнем Ультрамаре. Капитул нуждался в новом лидере, который пользовался бы всеобщим доверием и сумел бы объединить армии Империума, а не просто сражаться рядом с ними.

Итоговое решение оказалось единогласным. Кайваан Шрайк, спаситель Таргуса VIII, Донаки и Яхки, погибель Waaagh! Череполома, лауреат Венка Империалис и святой покровитель миров, считающихся потерянными и заброшенными, стал новым магистром ордена Гвардии Ворона.

{{Врезка|Кайваан Шрайк оглядел собравшуюся толпу. Тусклый свет фонарей подземного шахтного комплекса мерцал на сотнях силовых доспехов, которые только что очистили от грязи и крови ради столь многообещающего события.

– Сегодня ночью мы лишились великого героя Империума, – начал теневой капитан, уважительно склонив голову. – Несколько тысячелетий у нашего гордого братства не было такого умелого лидера, как Северакс, который добился столь многого, имея столь малочисленное войско. Это тяжёлая потеря.

Атмосфера в помещении стала напряжённой, словно перед грозой. Следующие мгновения имели жизненно важное значение.

– И всё же за ней придёт светлое будущее, – постепенно возвысил голос Шрайк. – Этой ночью Гвардия Ворона изменится. Мы продолжим искать прибежища в тенях, как делали всегда, как учил нас отец Коракс. Но отныне и впредь мы станем использовать любое оружие, что есть в нашем распоряжении, любой союз, который нам удастся создать. Мы не можем позволить себе действовать иначе.

Кайваан почувствовал мощный прилив уверенности. Он говорил правильно. Так должно быть. Всё испробованное прежде не сработало.

– Здесь, на этой планете, мы оставим за собой зарю нового начала. Зарю огня и сверкающих когтей, воздетых в едином порыве и омытых в крови чужаков. Хотя нам придётся восстанавливать утраченные силы, мы вырвем врагу глотку и тем отплатим ему за дерзость. Воины Империума встанут на Префекции единой стеной!

Над стоявшими внизу космодесантниками поднялся нестройный рёв. Шрайк заметил, что многие из боевых братьев сохранили молчание.

– Но сейчас, – договорил Кайваан, – мы отбываем. Внимайте своим воксам, ибо предстоит резня. Да разгорится она!

Приветствуя своего господина, собравшиеся сыны Коракса воздели оружие перед новым магистром ордена – и так началась новая эра в истории Гвардии Ворона.}}

{{Врезка|Над Префекцией всходило солнце, и в его ярких лучах безмолвно стояли два воина – один в чёрном доспехе, другой в белом. У второго владыки была заскорузлая кожа, покрасневшая от ветра, потёртая и выдубленная стихиями сотни миров. Над бритым теменем вздымался чуб, длинный и нечёсаный, словно хвост жеребца. Держал он себя, будто король, но тень неудачи лежала на нём тяжким грузом. Даже радость битвы не могла осветить его хмурого лица.

Владыка в чёрном разительно отличался от собрата. У него была гладкая алебастровая кожа, с единственным шрамом от ожога на левой щеке. Лицо его тоже было суровым, с благородными чертами, словно у статуи аристократа. Воин излучал хищную энергию, и, хотя он стоял с напряжёнными мышцами, будто собираясь вот-вот устремиться в полёт, в его угольно-чёрных глазах пылала искорка триумфа.

– Приветствую, старый ты седой чёрт, – начал Кайваан Шрайк. – Можешь теперь называть меня «магистр капитула».

У хана задрожали ноздри, а в глазах вспыхнули огоньки негодования. От них запылало нечто внутри Белого Шрама, но впервые за несколько недель его охватило пламя веселья, а не убийственной ярости.

– Ха! – взревел Кор'сарро-хан. – Я буду называть тебя трусишкой, как того и заслуживает прячущийся в тенях воробушек!

Затем чогорец расплылся в улыбке, показав острые белые зубы, и глаза его утонули в густой сети морщинок. Шагнув вперёд, он обхватил протянутое предплечье Кайваана в воинском рукопожатии.

– Магистр капитула, – продолжил Белый Шрам, уважительно кивнув. – А я-то думал, что старина Корвин слишком хитёр, чтобы погибнуть.

– У тау есть своя, чужацкая хитрость, – серьёзно ответил Шрайк. – И Тень Солнца, похоже, владеет ею лучше всех.

– Верно, – признал Кор'сарро. При упоминании своего злейшего недруга он опустил было забранные мехом плечи, но затем отыскал ладонью рукоять меча и выпрямился вновь. – Она не сможет вечно убегать от моего клинка. Голова инопланетянки украсит парапет крепости Цюань Чжоу, даже если мне придётся гнаться за ней через всю Галактику.

– Возможно, так и случится, – заметил Кайваан. – Сейчас нас слишком мало, чтобы добиться полной победы. Готовясь к следующей фазе войны, мы должны собрать силы, сопоставить полученные данные, и при этом заставить тау дорого заплатить за Префекцию. Нам нужно пустить ксеносам кровь. Сломать им хребет, чтобы потом вернуть себе Восточную Окраину раз и навсегда.

– «Мы» то, «нам» это, – поднял бровь хан. – Я не привык слышать подобные речи от сынов Коракса.

– Привыкай, – резко бросил Шрайк. – Мы слишком долго стояли порознь. Это приводило лишь к поражениям.

Кор'сарро наклонил голову, глядя на старого товарища с новым уважением.

– Значит, объединяем наши силы.

– Да. И объединяемся с каждым воином Империума на Префекции.

– И теми, кто ещё прибудет, – добавил хан, подняв глаза к звёздам. – От них были сообщения?

– Их вестник связывался со мной, – сказал Гвардеец Ворона. – Ждать ещё полдня, самое большее. Хотя и это, наверное, слишком долгая задержка, если твой враг – полководец калибра Тени Солнца. Впрочем, я постарался, чтобы появление верховного короля оказалось... подобающе великолепным.

– Нам нужны не только бойцы, – заявил хан, – какими бы крупными или благородными они ни были. Необходимо обратить саму планету против узурпаторов. В конце концов, для этого Префекция и предназначалась.

– Здесь есть доля истины. Но тау просто обходят любые неподвижные укрепления, даже орудия ульев. Им вообще наплевать на территорию, потерянную или захваченную.

– Тогда мы обрушим на чужаков гнев этого мира. Наворожим из его сердца грозу и подчиним её нашей воле.

Кайваан кивнул.

– И на Дал'ите, и на Волторисе псайкеры оказывались весьма действенным оружием.

– Это потому, что у тау или вообще нет душ, или есть, но слабые, – отозвался чогорец. – Они ничего не могут противопоставить таким атакам.

– Так твои грозовые пророки могут сделать планету нашей союзницей? – спросил Шрайк, по-птичьи склонив голову набок.

– Они были рождены для этого. Да, мы пробудим бурю.

– Великолепно. Этого тау предугадать не смогут, даже со всеми их сенсорами и прорицающими устройствами. Позаботься, Кор'сарро, чтобы ураган начался в самый нужный момент. Во время величайшей битвы – битвы, в которой копья Белых Шрамов, когти Гвардии Ворона и пики дома Терринов разом вонзятся в одного врага.

– Ха, – фыркнул хан. – Магистр ордена Шрайк, Объединитель Империума. Да уж, на отчаянные меры мы идём.

Сын Коракса печально улыбнулся.

– Я бы предпочёл «Шрайк, Погибель трижды проклятых тау».

– Думаю, это я ещё переживу, – ухмыльнулся Кор'сарро. – И, Кайваан, вытащи её на открытое место. Ради меня. Если ты будешь сидеть и ждать, эта сука оплетёт тебя своими сетями так, что уже не сбежишь. Вместо этого дай ей цель, такую добычу, чтобы она решила, будто сможет одним ударом одержать победу. Тогда она уже вскоре бросится на жертву. Но при этом убийца Северакса должна думать, что игра идёт по её правилам.

– Это я смогу, – кивнул Гвардеец Ворона. – Тень Солнца считает нас высокомерными. Если покажется, что мы слишком растянули силы, атакуя опорный пункт тау, она появится там, чтобы покончить с нами и заслужить славу для себя.

– Но всё должно пройти с точностью до секунды, иначе мы покинем этот мир завёрнутыми в саваны.

– Гвардия Ворона, мой старый друг, – ответил магистр ордена Шрайк, – уже давно воюет с точностью до секунды.}}

===Ярость праведных===
Под руководством магистра капитула Шрайка ранее сдержанный союз Гвардии Ворона и Белых Шрамов сделался прочным, как сталь. Благодаря этому силы Империума, которые проводили только несогласованные локальные атаки, объединились в группировку, способную вырвать сердце у коалиции тау на Префекции.

Военные доктрины сынов Коракса и Джагатая-хана разнились, как небо и земля. Если бойцы Кор'сарро предпочитали наносить решающие удары на открытой местности, сородичи Кайваана лучше всего оперировали в ограниченных пространствах, где их тщательно выверенные атаки постепенно губили целые армии. Тень Солнца, видевшая такие шаблонные действия на Префекции, Агреллане и даже Волторисе, подготовила подходящие ловушки, организованные войсками каждого септа. Если Белые Шрамы неслись в атаку, то зачастую их целями оказывались лишь голографические миражи, а истинный контрвыпад наносился из скрытых укреплений поблизости. Если затаившиеся Гвардейцы Ворона поджидали неприятелей, то тау или устраивали засады на самих космодесантников, или заманивали их на открытое место, где людей скашивали залпы кадров дальней огневой поддержки.

Но когда силам Виор'ла и Т'ау пришлось сражаться против обоих капитулов разом, даже самые превосходно спланированные «кауйоны» оказались бесполезными. Снова и снова Гвардейцы Ворона, позволяя выманить себя из укрытий, становились наковальней; Белые Шрамы, сбросив виртуозную маскировку, превращались в молот. Рядом с Роспутенской системой бункеров, куда воины Шрайка вели отход с боями против бронетанкового сдерживающего кадра, удалось заманить противников в молниеносный многосекторный налёт с бреющей высоты, и быстроходность не спасла скиммеры чужаков от уничтожения авиаподдержкой Кор'сарро. А когда хан вёл своих братьев в лобовую атаку по Гекторидскому Сверхпролёту, виор'ланские соединения перекрыли мост с обоих концов, но их разорвали в клочья штурмовые полуроты Кайваана, вниз головой незаметно свисавшие на магзацепах с поддерживающих арок. Патрули скаутов провоцировали «Быстрины» Тени Солнца на проведение «кауйонов», и великанские БСК сами попадали в засады терминаторов, призванных с орбиты сигналами тщательно расставленных телепортационных маяков.

Другие роты Космодесанта на Префекции также действовали в согласии, исполняя планы Шрайка. Если за охотничьими партиями Белых Шрамов, что неслись по Корявым пустошам, бросались в погоню кадры истребителей касты Воздуха, «Охотники» и «Ловчие» целых шести орденов прочёсывали небеса настолько плотным зенитным огнём, что живым не уходил ни один пилот тау. Адептус Астартес собирались уходить только после того, как объединят свои силы и лишат чужаков возможности закрепиться на Префекции. Каждая их виктория становилась звеном в цепи, ведущему к важнейшему удару, и всё стратегические замыслы людей сходились в одной точке – Брутекском комплексе электродамб.

{{Врезка|– Грозовые пророки, призовите смерть с небес! – гаркнул Кор'сарро-хан, пока психический ураган бешено трепал его чуб. – Судабе! Пора тебе отомстить за Волторис, брат!

Хан свирепо и весело рассмеялся в лицо электрической буре. Кайваан, который наблюдал за ним, склонив голову, воздержался от замечаний. Примитивность как оружие; дерзкая и невероятно рискованная стратегия, когда столько поставлено на карту. На Префекции, впрочем, это вроде как неплохо работало.

Крепость-генераториум Брутекского узла, расположенную над пропастью на неровном краю Шрама Вентур, окутывала сеть потрескивающего голубого света. Хотя именно здесь находились основные комплексы Империума по добыче геомантической энергии – гигантские винтовые машины-пиявки, простиравшиеся в каньон и до Глаза Голиафа за ним, – тау оставили базу практически беззащитной. В нескольких милях располагался командный пункт чужаков, перелетевший к северу на антигравитационной подушке. «Скорее всего, ловушка», – подумалось Шрайку, – но мы пойдём в неё, а потом захлопнем собственный капкан».

Магистр ордена с безмолвным одобрением пронаблюдал за тем, как дроны и боескафандры тау ринулись в атаку из комплекса, но вынужденно отступили, когда их драгоценные технологии засбоили в громадных волнах энергии, что накатывались из психического вихря грозовых пророков. Авточувства космодесантников тоже пострадали от воющих помех, поэтому Кайваан просто велел снять всем шлемы. Их природного восприятия должно было хватить для отражения натиска ксеносов. Впрочем, не все неприятельские солдаты полагались на продвинутые сенсоры: уже сейчас сын Коракса видел приближающиеся фаланги воинов Огня. По его расчётам, враги будут здесь примерно через час. Возможно, раньше.

– Брат Шэстовок, докладывай! – крикнул Шрайк сквозь грозу, метнув взгляд на технодесантника в красном доспехе, который резво копошился в «гнезде» из связанных кабелями сервиторов.

– Проблема, мой господин, – отозвался Гвардеец Ворона, и по напряжению в его голосе стало ясно, что в действительности всё заметно хуже. – Машинные духи взывают к Омниссии, моля об освобождении.

– Хорошо, – сказал Кайваан. – Электробуря для них готова.

Краем уха он улавливал трескучий грохот масштабной схватки.

– Запускай катаклизм, Шэстовок.

– Есть, мой господин. Включение через три... два... один...

Истошно ревущая ударная волна отбросила Шрайка на поручень мостика, когда десять огромных шаровых молний белого-синего оттенка сорвались с энергетических катушек электрошахты и устремились в каньон. Весь Брутекский узел задрожал, будто сотрясаемый в кулаке бога. Хан уже взбирался наверх, перепрыгивая от зацепа к зацепу, и магистр капитула следом за ним устремился в небо. Глубоко под ними колонны разрядов змеились по всей длине Шрама Вентур, быстро подбираясь к Глазу Голиафа. Из его глубин они пронесутся по всем расселинам – тем самым, где скрывались резервы Тени Солнца. По оценкам Кайваана, погибнет больше миллиона ксеносов. Ради такого почти стоило умереть.}}

===Мощь дома Терринов===
Объединившись, космодесантники на Префекции нанесли серьёзнейший урон силам тау по всей планете. Тень Солнца уже вышла на битву, неся возмездие, но у магистра ордена Шрайка оставалась ещё одна неразыгранная карта...

Повелители Гвардии Ворона и Белых Шрамов превратили беспорядочные потоки энергии из ущелий мира-крепости в электрический шторм, сотрясший всю Префекцию. Разряды геомантических молний, гудевших под корой планеты, теперь вздымались из каждой расселины и каньона. Благодаря этому Адептус Астартес застали врасплох охотничьи кадры, что скрывались в ожидании своего часа на склонах впадин. Очень многие тау теперь лежали в безымянных братских могилах, сброшенные электроударами на дно пропасти, но после этой атаки космодесантники стали главной целью армии чужаков. В течение часа к их позициям стянулись десятки тысяч бойцов касты Огня. Хотя насланная грозовыми пророками психическая буря не подпускала к людям смертоносные бронекостюмы, виновников электротрясения всё равно ждала почти неизбежная гибель.

Гвардейцы Ворона и Белые Шрамы уже готовились как можно дороже продать свои жизни, когда по небу с рёвом пронеслись два невероятно громадных челнока. Сосредоточенные внизу кадры тау открыли по транспортам огонь, но добились лишь белёсой дрожи на макрощитах ионного типа. Летающие великаны приземлились у края Глаза Голиафа, и половинки гигантских гербовых символов, что украшали ангарные ворота, немедленно разъехались в стороны. Мгновением позже о своём появлении возвестили их пассажиры: не только трубными звуками горнов барона Артемидоруса, но и грохотом скорострельных боевых пушек, что извергли разрывную смерть на порядки ксеновоинов под ними. Десантные рампы с грохотом обрушились на застланную пеплом землю, и гигантские шагоходы выступили из сумрака трюмов, на ходу открывая огонь. Громадное, как пещера, нутро каждого судна покидали герои волторских легенд – Имперские Рыцари дома Терринов, любой из которых способен был в одиночку сразиться с целой армией.

{{Врезка|– Вот они! – крикнул Артемидорус, переводя своего Рыцаря на сотрясающий землю бег. – Я вижу их цвета!

Аристократ задрожал от приятного волнения, вливаясь в поток бушующей вокруг битвы. Его мозговым импульсам отозвался лязг автозатворов и жужжание ротационных установок. Последовала мгновенная мощная отдача, и град снарядов настиг отряды тау, приближавшиеся вдали к краю Глаза Голиафа. Мощнейшие взрывы подбросили в воздух десятки тел, и Артемидорус завопил в радостной ярости, но затем заставил себя сосредоточиться.

– Адептус Астартес на вершине хребта, под плотным огнём, – воксировал барон другим аристократам. – Ионные щиты на два часа: с северо-северо-востока приближаются тяжёлые шагоходы.

– Они мои, – ответил Тибальт и «Хранитель» верховного короля с неподобающей поспешностью заскакал вперёд. На бегу Рыцарь прошил смертоносными очередями гатлинг-пушки «Мститель» подрагивающие хамелеоновые силуэты неприятелей на правом фланге, а из пусковой установки на панцире выпустил ракеты, ринувшиеся к эскадрилье боевых кораблей, пилоты которых, вероятно, пытались выиграть время для товарищей-пехотинцев. Первая из бронемашин только запылала, как Тибальт уже оказался между двумя другими. Потрескивающей перчаткой «Удар грома» патриарх целиком оторвал у второго скиммера башню с рельсовым орудием, резко развернулся в поясе и, взмахнув орудием как дубиной, отбросил третий в пепельную дюну.

Ударный истребитель ксеносов стремительно зашёл со стороны солнца, надеясь остаться незамеченным, и выпустил по «Хранителю» несколько увёртливых ракет. Королевский защитник Бальтазар мгновенно переместил свой ионный заслон, и самонаводящиеся боеголовки детонировали о невидимое силовое поле, по которому разошлись пламенные круги. Наведя автопушку «Икар», шагоход выпустил меткую очередь зенитных снарядов. Подбитый самолёт понёсся на Рыцаря, волоча за собой огненный хвост, но Бальтазар в последний момент отступил в сторону. Плавный взмах его руки с цепным мечом типа «Жнец» напомнил жест кавалера, приглашающего даму пройти вперёд. Летающая машина тау пронеслась мимо аристократов и разбилась в энергетической вспышке, разбросавшей пылающие обломки корпуса.

Артемидорус заметил ринувшийся с небес охряной боескафандр, который жёстко приземлился на панцире Бальтазара и обстрелял ракетами входной люк пилота.

– Стабберы на защитника! – взревел герольд. Миг спустя четыре потока крупнокалиберных пуль врезались в бронекостюм с такой силой, что чужак сорвался с Рыцаря и, размахивая конечностями, отлетел в потрескивающую разрядами электробурю у края разлома.

Высочайший двор явился на Префекцию, и теперь никакая чужеродная техномагия не спасёт тау от замышленной аристократами резни.}}

===Горстка благородных===
Верховный король Тибальт и его воины, благородные, отважные и полные решимости, сражались против тау на Восточной Окраине с тех пор, как вышвырнули сладкоречивых дипломатов касты Воды со своего родного мира. Именно Рыцари дома Терринов на Агреллане прикрывали отступление человеческих армий и нанесли тяжелейший урон врагу, хотя и сами понесли серьёзные потери. В последующей великой битве за Волторис войска Тени Солнца были отброшены с планеты и отступили в беспорядке, но честь верховного короля по-прежнему требовала отмщения.

Теперь Тибальт и его воинственные последователи стремились сокрушить тау раз и навсегда. Именно поэтому Рыцари дома Терринов, гонясь за своей добычей среди звёзд, ответили на зов Империума и вступили в сражение за Префекцию. Они увидели в этом новую возможность изничтожить бесчестных ксеносов.

В центре рыцарственного отряда по поверхности мира-крепости шагал сам верховный король во главе доблестных воинов его высочайшего двора, лучших из лучших терринских бойцов. Больше того, каждый из них являл собой образец чести и благородства, свойственных этому дому. Перед тем как отправиться в битву, Тибальт и его бароны принесли нерушимые клятвы возмездия, дав слово любой ценой раздавить врагов правителей Волториса.

Верховный король, ступавший во главе высочайшего двора, был уже немолод, но возраст не сделал его менее грозным или умелым воином. Ещё до того, как тау посягнули на системы вокруг Агреллана, Тибальт равно внушал людям страх и почтение. Теперь же, после того как он лично встал на защиту отступающих сил у Агреллана-Прайм, а затем помог Империуму одержать неоспоримую победу в родном мире, патриарха славили во всей системе Довар как истинного бича чужаков. На его Рыцаре, «Ярости Волториса», появилось немало свежих почётных знаков за блистательные убийства в бою против армии о'Шасерры, и самые заметные символы были нанесены на гатлинг-пушку «Мститель». У ворот в цитадель дома Террин это оружие забрало жизни титулованного командующего Солнца Пустоты и его телохранителей.

По правую руку Тибальта шагал барон Артемидорус, герольд благородного дома, пилотировавший гордого и древнего Рыцаря по имени «Несломленный». В небесах Префекции трещали энергетические бури, а из расколотой земли вырывались вольтаические гейзеры, но глашатай Терринов перекрывал грохот могучим трубным рёвом, что вырывался из вокс-решеток боевой машины. Снарядом, пулей и ракетой аристократ истреблял чужака-неприятеля, извергая огонь и погибель везде, где тот осмеливались выйти на свет. Одновременно с этим достойный герольд сканировал поле боя, выискивая цели, упущенные его пылкими товарищами. Заметив таковые, Артемидорус выкрикивал ритуализированные предупреждения собратьям, которые настолько доверяли мудрости и опыту барона, что разворачивали ионные щиты Рыцарей ещё до того, как узнавали природу опасности. Так хозяева Волториса пережили бессчётные залпы рельсовых пушек и самонаводящихся ракет: смертоносные снаряды распускались безвредными пламенными цветками, врезаясь в силовые заслоны шагоходов.

Помимо герольда в высочайший вор Тибальта входили ещё три бравых воина – бароны Монтерайн, Бальтазар и Таурус. Последний пилотировал задиристого Рыцаря типа «Странник» под названием «Честь непокорная» и занимал церемониальный пост волторского привратника. Главнейшим его долгом было защищать владения дома Терринов на родной планете. Отсюда очевидно, насколько серьёзно верховный король относился к угрозе тау, раз призвал Тауруса последовать за ним на Префекцию. Честь требовала от барона остаться верным долгу, поэтому вместо врат он поклялся оборонять других рыцарей высочайшего двора. В связи с этим аристократу доверили не только ожесточённые ближние бои с самыми крупными и опасными бронекостюмами чужаков, но и зачистку небес от их смертоносных летательных аппаратов. И Таурус не раз рассекал воздух очередями из автопушки, оберегая товарищей.

Барон Бальтазар, пилотировавший Рыцаря «Вечно стойкого», тоже ставил жизни других выше собственной. Однако для него, королевского защитника, единственной важной заботой была безопасность монарха Тибальта. Выступая рядом с сеньором, Бальтазар ограждал его взмахами цепного меча «Жнец» всякий раз, когда замечал угрозу, и заслонял господина своим бронированным «скакуном» ото всех, кто мог навредить ему. Во время неистовой схватки в руинах собора святого Пирокласта именно королевский защитник сбил дюжину рыскавших вокруг боевых кораблей и штурмовиков «Акула-бритва», безрассудно дерзнувших угрожать его повелителю.

Сир Монтерайн, недавно примкнувший ко двору, был одарённым и храбрым потомком верховного короля. Пропуском во внутренний круг Тибальта для него стали отважные деяния в битве за Агреллан-Прайм, где воин, паля из всех орудий, стоял над разбитыми корпусами двух братских Рыцарей, пока машины и их пилотов не оттащили в безопасное место. Новичок на «Волторисе неустрашимом» занял место барона Дариуса и его «Нетерпимого», которых направили для поддержки сил Астра Милитарум, сражающихся за экваториальный магнокомплекс. Молодой аристократ твёрдо вознамерился не упустить подобную возможность прославиться.

===Битва гигантов===
Когда огромные десантные суда извергли на поверхность Префекции голиафов войны, из развалин на них ринулись боескафандры тау, разражаясь шквалами гибельной энергии. Пилоты «Быстрин», сыгравших ключевую роль в битве за Агреллан, выжидали момента, когда Империум бросит в сражение свои мощнейшие силы. Отряд XV104 направила сюда Тень Солнца, желавшая обеспечить победу в ещё одном жизненно важном мире.

Прибытие Имперского Рыцарства не стало для о'Шасерры полной неожиданностью. Прежде она уже имела дело с великанскими союзниками гуэ'рон'ша и приготовила мощные резервы на случай, если громадные шагоходы вступят в бой за планету-крепость. Появление её командного узла на краю Глаза Голиафа было не случайным: Тень Солнца передислоцировала базу, чтобы отрезать космодесантникам пути к отступлению, и приказала «Быстринам» занять оборону по периметру.

Рыцари терринского дома уже сражались против XV104 как на Агреллане, так и на Волторисе, и гигантские бронекостюмы ксеносов оказались величайшим в истории вызовом превосходству знатного двора: даже в схватках с колоссальными орочьими истуканами на Гросфоксе IV воины Тибальта не знали таких потерь. Впрочем, неудержимое отвращение, которое аристократы испытывали к боевым машинам чужаков, и теперь заставило их броситься в лобовую атаку.

Верховный король привёл на Префекцию не только лучших Рыцарей своей династии, но и пилотов союзных домов, а также «вольных клинков», имевших перед ним долг чести. Десятки шагоходов, высадившиеся в мире-цитадели, по совокупной мощи не уступали боевой роте Космодесанта. Бароны Йорак и Орферон получили распоряжение атаковать резервы тау, которые десантировались со спутника планеты для штурма островов Мудрости. Капулан и Амарантин возглавили совместный натиск на полярные разломы, Дариус же шагал среди бесконечных рядов имперских гвардейцев, осаждавших командный пункт ксеносов на экваторе.

Но сколько бы Рыцарей ни собрал Тибальт, на всю серьёзность его намерений указывало присутствие уже одного лишь Тауруса, Привратника Волториса. И врагам, и друзьям становилось понятно, что дом Терринов готов рискнуть гибелью родного мира, чтобы собственноручно покончить с тау, угрожающими Дамоклову заливу.

Поскольку выжившие Гвардейцы Ворона и Белые Шрамы уже сеяли разрушение в боевых порядках неприятеля, атака Рыцарей Волториса оказалась почти неудержимой. Поле битвы между Шрамом Вентур и ульем Аквиллон усыпали дымящиеся остовы военной техники чужаков, многие из которых пали непосредственно от руки верховного короля Тибальта. Набрав ход, аристократы неслись вперёд, сминая тела бойцов прорыва и ударных команд касты Огня. Скорострельные боевые пушки и «Мстители» с грохотом осыпали расположенные поодаль бронекостюмы снарядами, пока не схлопывались даже их щиты.

Взводы «Быстрин» рассыпным строем выдвинулись навстречу людским шагоходам. Благодаря реактивным ранцам они взмывали над резнёй с грациозностью, поразительной для боевых машин такого размера. Сверкающие потоки энергии, способные расплавить даже тактический дредноутский доспех, со всех сторон обрушивались на атакующих Рыцарей, выжигая гордые гербы с их наплечников. В результате их натиска несколько благородных великанов, обездвиженных или сражённых, остались пылать подобно огненным столпам за спинами членов высочайшего двора Тибальта, что, впрочем, не замедлило наступление верховного короля ни на мельчайшую долю секунды.

Раздался шум ускоряющихся нова-реакторов, который становился всё громче по мере того, как пилоты XV104 поднимали мощность оружейных систем к допустимым пределам. Воины дома Терринов хорошо помнили этот звук, ведь он стал последним, что слышали многие их почтенные братья на Агреллане. Теперь же, когда энергоустановки «Быстрин» начали гудеть громче, аристократы развернули ионные щиты в направлении врага. Мгновение спустя испепеляющие разряды перегруженных орудий тау безвредно рассеялись о пологие купола невидимой силы.

Рыцари, наступавшие в построении «Адамантовая пика», ответили огнём из термальных пушек. Вражеские пилоты, которые исчерпали все мощности реактора в предыдущем решительном ударе, почти не имели резервов для защиты, и целое отделение гигантских БСК, запылав подобно факелам, рухнуло на пепельную землю. Верховный король Тибальт ударом плеча отшвырнул одного из пылающих ксеносов, ворвался в ряды танковых взводов за ними и начал крушить окутанной разрядами перчаткой одного «Небесного ската» за другим.

По команде Тени Солнца с востока к ним устремился кадр касты Огня, имеющий целью обойти атакующих Рыцарей и обстрелять их с тыла, где броня была менее прочной. Боескафандры «Залп», боевые корабли «Рыба-молот» и отделения дронов-снайперов развернулись в тени ближайшего из огромных десантных судов под прикрытием двух XV104, паливших из ионных пушек. Но Кайваан Шрайк, невидимый дирижёр разворачивающейся битвы, предусмотрел и этот фланговый манёвр, подготовив на него смертоносный ответ.

Из тёмных недр транспортного корабля вырвался одинокий шагоход – чудовище, поселившееся в ночных кошмарах тау, которые видели его кровавые деяния на Агреллане. Тот, у кого было всего одно прозвище – Обсидиановый Рыцарь. Чёрный, как сажа, панцирь колосса украшали изображения черепов и прочих образов, предвещающих погибель, но ни один рольверк не выдавал истинного имени пилота. Ни один боевой клич не прозвучал из его вокса, ни один горн не возвестил о его появлении. И всё же цель воина была ужасающе очевидна.

Отзвуки грохочущих шагов Рыцаря раскатились по пустоши, словно рокот боевого барабана племени великанов. Он бежал всё быстрее, расстреливая из боевой пушки бросившихся врассыпную чужаков и отнимая с каждым попаданием не меньше десятка жизней. Затрещали рельсовые орудия, но ионный щит монструозной машины, вспыхивая ослепительным светом, отразил почти все гиперзвуковые снаряды. Те немногие, что всё же отыскали цель, лишь добавили новые шрамы на потёртую временем металлическую шкуру левиафана.

Ближайший XV104 высоко взмыл над чёрным гигантом и резко обрушился вниз, наводя фузионные бластеры для смертельного залпа. Обсидиановый Рыцарь, немыслимо, непозволительно проворный, полностью развернулся в талии и выставленным горизонтально «Жнецом» разрубил туловище «Быстрины» надвое. Исполин вернулся к бойне, и лязгнувшая пушка громогласно метнула снаряды во второй БСК. За спиной чудовища повалился на землю выпотрошенный бронекостюм, обдав ноги убийцы фонтаном искр и чужацкой крови.

{{Врезка|Сержант Гхерей наслаждался ощущением наэлектризованного ветра в волосах, резким и насыщенным привкусом кордита на языке и запахом реактивного топлива в ноздрях. Вокруг мотоциклистов Белых Шрамов, что неслись к передовой, гремела какофония ревущих моторов и разрывающихся снарядов. За любым отдалённым хлопком детонации на горизонте тут же вздымался гейзер из огня и пыли. Безграничное великолепие войны впивалось в каждое из чувств космодесантника, без остатка наполняя всё его естество.

Но и это не шло ни в какое сравнение с восторгом, который Гхерей испытывал при виде того, как несут возмездие Адептус Астартес, болтером и клинком истребляя целые толпы чужеродных выродков. Но теперь у людей имелось и другое оружие: рядом с охотничьей партией, будто прикрывая её с флангов, потрескивали громадные шаровые молнии. В сей славный день эти энергетические сферы были призваны из беспорядочных потоков силы, освобождённой в электрокомплексе, и теперь сопровождали в битву всех капелланов и грозовых пророков. Раздвоенные бело-голубые разряды, вырываясь из них, заземлялись на ближайших неприятелях, причём отыскивали даже боескафандры, замаскированные техномагией. Но даже такие удары были всего лишь отголосками той бури насилия, что разыгралась над Префекцией. Шрайк, уложив целую орду рыскавших в шахтах тау, скомандовал отступление с планеты, но истребление на этом не закончилось.

Через пепельную дымку Гхерей заметил звено вражеских транспортов, зигзагами преодолевающее грозовой вихрь. Выкрутив газ на полную, сержант открыл огонь из спаренных болтеров. Масс-реактивные болты градом обрушились на корму ближайшего скиммера ксеносов, оторвали ему задние люки и заполнили нутро удушливым дымом. Взмахом руки Белый Шрам скомандовал Дхулатаю выдвигаться вперёд. Порывистый молодой всадник набрал скорость, поравнялся с кренящейся машиной и метнул фраг-гранату в пассажирский отсек, который через считанные секунды украсился ошмётками чужаков. Засверкали болтеры, взревели плазменные ружья, и два других бронетранспортёра рухнули на землю.

Дальше впереди проступали из дыма очертания великанов. На прибытие Имперских Рыцарей быстро отозвались самые крупные боескафандры из виденных Гхереем – каждый из них соперничал в размере с шагоходами дома Терринов. Впрочем, воины Тибальта брали верх, что вызывало широкую ухмылку на лице сержанта; они то разражались гибельными очередями, то принимали защитную стойку, чтобы отразить испепеляющие залпы врагов. Продолжив путь, гиганты Волториса зашагали прямо по колонне неприятельской пехоты. Белый Шрам услышал, как его люди закричали от радости при виде целой шеренги воинов Огня, покидающих парящие укрепления и убегающих к куполообразным зданиям тау вдали. Рыцари верховного короля сражались так, будто от рассвета до заката отрабатывали каждый свой шаг на тренировках. Возможно, как подумал чогорец, после Агреллана они так и поступили.

Внезапно космодесантник нахмурился, и его улыбка превратилась в недоуменную гримасу. За оборонительной линией ксеносов, сквозь поднятые сражающимися клубы дыма и пепла, виднелось ещё что-то огромное. Две, три, полдюжины теней – все заметно выше монструозных боевых машин, бьющихся на передовой. Сержант уже собирался воксировать предупреждение, когда один из громадных силуэтов озарился светом. Мгновение спустя залп невероятной мощи превратил Гхерея и остальных мотоциклистов ордена в клочья сырого мяса и кровавую морось.}}

Будущее Дамоклова залива пришло на Префекцию.

Через островки развалин на окраине улья Аквиллон пробирались громадные KV128 «Нагон», самые могучие боевые машины, когда-либо применявшиеся армиями тау. Гиганты возвышались над «Быстринами», сражавшимися подле них, и обладали намного большей огневой мощью. Тройка за тройкой они грузно шагали к линии фронта, широко ступая под аккомпанемент собственных канонад. Стаи реактивных снарядов, взмывающих из многоствольных установок, уничтожительные ракеты и разделяющиеся осколочные боеприпасы проделывали громадные бреши в порядках Гвардии Ворона среди руин. Этот свирепый обстрел уже был достаточно разрушительным, но когда дали залп колоссальные орудия на плечах KV128, замерло само время.

Миг обжигающей слепоты, наплыв оглушающего шума – и будто какой-то страшный великан зачерпнул и выбросил огромный кусок пустоши. Обломки зданий, пепел и сами космодесантники просто исчезли. Там, где секунду назад была пригодная для обороны позиция, теперь лишь курились завитки дыма.

И «Нагоны» явились не одни. Когда Адептус Астартес бросились в атаку на чудовищных убийц, по их флангам замерцал воздух и исказился свет. Это стало единственным видимым признаком того, что в битву вступили «Фантомы». Последовал надрывный стон втягиваемого воздуха, и лучшие воины Императора разлетелись на куски в облачках распылённой крови. Сразившие их потоки энергии были невидимыми, но от того не менее смертоносными. К позициям людей тем временем стягивались всевозможные бронекостюмы, оптимизированные для наилучшего уничтожения штурмовых частей Империума.

Наступали новые этапы великого кауйона, и с ними открывалась правда об оружии, которое командующая Тень Солнца скрывала всё это время.

===Битва за Глаз Голиафа===
Объединившись, новейшие боевые машины Империи Тау превратились в неудержимую силу. На атакующих воинов Империума обрушился ураган огня, который разрывал транспорты Космодесанта, артиллерийские танки и даже Рыцарей, оказавшихся в челюстях нового наступления чужаков.

Хотя «Нагоны» уступали «Быстринам» и «Фантомам» в мобильности, по уровню огневой мощи они не имели себе равных. Под покровом ночи о'Шасерра перебросила девять таких колоссов в развалины на окраинах улья Аквиллон и укрыла среди установленных там оборонительных комплексов модели «Волнолом», а затем переместила свой командный пункт на несколько километров к югу от Глаза Голиафа. Люди в конце концов заглотили наживку, и могучие АСК очень эффектно вышли на сцену театра военных действий.

Аристократы дома Терринов немедленно перевели огонь на новую угрозу, показавшуюся в дыму. К их смятению, у KV128 обнаружились собственные генераторы щитов, достаточно мощные, чтобы рассеять прямой луч термальной пушки. Что до твердотельных снарядов, достигавших цели, то они лишь безвредно разрывались при соприкосновении с толстой термопластической броней. Тем не менее Тибальт приказал своей армии благородных продолжать стрельбу: если бы Имперские Рыцари вышли из боя, их противники перенесли бы внимание на Адептус Астартес, и погибших стало бы ещё больше. Однако же, пока шагоходы вынужденно держали орудия и щиты обращёнными к KV128, стелс-команды и «Фантомы», рыскавшие на периметре поля битвы, смогли обратить против них фузионные бластеры. Сражённые ими великаны Волториса падали с отсечёнными ногами или же взрывались в нестерпимом сиянии детонировавших реакторов.

Кайваан Шрайк, быстро оценив значимость нового поворота событий, отдал приказ на тройной совместный выпад Гвардии Ворона, Белых Шрамов и Имперского Рыцарства. Пока сыны Коракса вели натиск из руин, охотничья партия Кор'сарро-хана, устремившись из Шрама Вентур, нанесла мощный удар по флангу ксеносов. Эта двойная атака обрушилась на едва восстановившиеся порядки тау как раз в тот момент, когда воины Огня сплачивались вокруг эфирного, приказывавшего им вернуться в бой. Чогорцы били врагов не только клинками и болтерами: с ними явилась психическая буря, призванная грозовыми пророками из геоэлектрических энергостанций. Шторм ярился столь неистово, что поднимал с поля битвы арматурные стержни и даже целые заржавевшие балки, а затем метал импровизированные копья в пехотинцев и бронекостюмы ксеносов, пробивая их насквозь. Один из громадных артиллерийских костюмов попал в вихрь потрескивающих разрядов, и его экипаж поджарился за краткий кошмарный миг.

По команде Тибальта аристократия воспользовалась моментом, чтобы пробиться к краю Глаза Голиафа. Щиты шагоходов ярко вспыхивали с боков, отражая непрерывные залпы боескафандров, и всё же гамбит оказался удачным, и Имперские Рыцари вырвались из окружения. Теперь у них за спиной оказалась зияющая пропасть шириной в милю, стянутая толстыми сверкающими кольцами безграничной электрической мощи Префекции.

{{Врезка|Недра Глаза Голиафа рычали и ревели, будто какой-то невозможный зверь, изрыгающий молнии из пасти.

– Не обращайте внимания, друзья, – велел верховный король Тибальт. – Мы сделаем эту огромную яму нашей союзницей.

Словно желая проверить его утверждение на деле, тройка небольших боескафандров на полной скорости пронеслась с фланга высочайшего двора и приземлилась на краю гигантского разлома, надеясь атаковать Рыцарей с тыла. Залпом из автопушек Бальтазар превратил одного врага в груду смятых обломков, как тут же из глубин расселины метнулся лиловый разряд, подобно кнуту обвивший два других БСК, и чужаки рухнули во тьму.

Сбоку от аристократов в замерцавшем воздухе возникла стелс-машина тау. Мощно толкнув королевского защитника на самую кромку провала, ксенос метнулся назад и дал по Бальтазару залп из всех орудий, надеясь свалить его в бездну. Выбросив в сторону перчатку «Удар молота», Тибальт мысленным приказом отключил её разрушающее поле, поймал другого Рыцаря за наплечник и вытащил на безопасное место.

– Это ты должен спасать мне жизнь, Бальтазар, а не наоборот, – проворчал верховный король.

Артиллерийские шагоходы в развалинах повернулись в его сторону и разразились головокружительным шквалом из множества реактивных снарядов. Пошатывающийся королевский защитник уже намертво сцепился с «Быстриной». Монтерайн, воздев цепной меч, рванулся к гигантскому KV128 со светящейся пушкой на плече и… опрокинулся, прожжённый насквозь. Повернув щит, Тибальт отразил ракетный залп, но системы Рыцаря перегрузились, а между тем ещё одна боевая машина ксеносов уже навела на патриарха громадное орудие, готовясь к убойному выстрелу. Не веря в происходящее, повелитель терринского дома взревел, широко раскрыв глаза.

В следующий миг перед ним возник Обсидиановый Рыцарь, отразивший смертоносный удар в презрительном блеске собственного щита. Затем пушка безымянного пилота дважды грянула в ответ, и монарх с упавшим сердцем понял, что снаряды пройдут выше АСК. Однако двойной взрыв сотряс выступающий остов здания над противником, и лавина обломков завалила кабину пилотов за «воротом» костюма.

Тогда разъярённые чужаки сосредоточили огонь на чёрном колоссе, но «вольный клинок» с необъяснимой точностью предугадывал их выстрелы. Снова и снова его щит мерцал, изменяя форму, подрывал самонаводящиеся ракеты и отбрасывал сгустки плазмы.

– Стреляйте по ним, черт вас дери! – заорал Тибальт на благородных сородичей. – Наш безмолвный друг дал нам передышку, воспользуемся этим!

Но было слишком поздно. Осознав, что их залпы не могут пробить защиту Обсидианового Рыцаря, артиллеристы тау перевели огонь с шагохода на грунт под его ногами. Колонна ослепительно сияющей энергии прорыла громадную траншею в иссохшей почве, и земля содрогнулась с такой силой, что Тибальт ощутил толчки даже через свой Трон Механикум.

А затем край разлома обвалился в зияющую пасть Шрама Вентур, и вместе с ним, переворачиваясь на пути к бездне, рухнул Обсидиановый Рыцарь. }}

===Клинки вражды===
Воины дома Терринов отчаянно возопили при виде гибели Обсидианового Рыцаря и были правы, поскольку со смертью героя проигранная битва превратилась в катастрофу. Растратив все силы, человеческие армии вторжения смогли лишь глубже вонзить когти в тело врага и нанести касте Огня несколько последних ран перед окончательным отступлением.

Имперские Рыцари сражались за выживание, стоя под сосредоточенным обстрелом контингентов Т'ау и Виор'ла на осыпающейся кромке Глаза Голиафа. Верховный король лихорадочно выкрикивал приказы товарищам, командуя пилотам немедленно пробиваться к нему под вражеским огнём.

Артиллерийские бронекостюмы ксеносов усилили натиск, но тут над заваленным трупами пеплом пронёсся огромный транспорт «Космический конь». Гигантское судно держало ионный щит обращённым вниз – на сей раз не защищаясь от зенитных залпов тау, а уберегая широкий фюзеляж от электрической бури в каньоне. На корпусе снижающегося корабля расцветали вспышки от взрывов ракет, и когда на край разлома с лязгом рухнул широкий мостик десантной рампы, струи двигателей сбили с ног всех, кто был меньше Имперского Рыцаря. Не будь Террины одними из лучших пилотов в Галактике, они разбились бы насмерть, но с Тибальтом во главе и энергетическими куполами, передвинутыми за спину, все отступающие шагоходы успешно совершили «прыжок веры». Борта громадного челнока, созданного с расчётом на длительный и мощный нагрев при входе в атмосферу, выдержали массированный обстрел, и великан исчез в ночном небе, унося с собой посрамлённый высочайший двор.

Кайваан Шрайк лишился поистине могучего союзника, но всё ещё не желал сдаваться. Выйдя из бедственно повернувшейся битвы на окраине разрушенного города, Гвардейцы Ворона и Белые Шрамы нашли укрытие на тесных улицах, где орудия ксеносов не имели перевеса над психической мощью людей. Последовала череда жестоких кровавых схваток, в которых Адептус Астартес пробивались к указанной магистром капитула точке эвакуации. Каждого из них гнала вперёд не только поспешность организованного отхода, но и горечь поражения, смешанная с ненавистью к врагу. Здесь, среди затянутых дымом, разорённых и заброшенных районов улья, на первый план вышел тактический гений Шрайка. Недосягаемые для дальнобойных орудий противника, сыны Коракса сражались уже по своим правилам. Применяя один за другим ложные манёвры и тайные хитроумные приёмы, они отступали с минимальными потерями.

Там, где Гвардия Ворона брала искусством скрытности, Белые Шрамы взяли яростью и быстротой. Хан, выйдя на охоту, носился по изборождённой боями земле в отчаянных поисках злейшего врага и стремительно направлял мотоцикл ко всем тепловым миражам и дымящимся воронкам, надеясь застигнуть добычу на открытом месте. Но Тень Солнца была умна и твёрдо намеревалась выжить, чтобы насладиться завоёванной победой.

{{Врезка|– Выходи на бой! – закричал Кор'сарро-хан. Капельки кислотной слюны, вылетев у него изо рта, зашипели на поваленной статуе какого-то безымянного имперского святого. Резко взмахнув Лунным Когтём по дуге, космодесантник вскрыл нагрудник подбитого боескафандра и вытащил наружу окровавленного, полумёртвого пилота.

– Где она? – гаркнул чогорец и так встряхнул пленника, что шея тау переломилась с громким хрустом.

С рёвом пламени на лежащий монумент приземлился Кайваан Шрайк. На изогнутых когтях магистра капитула шипела кровь чужаков.

– Её не найти, Кор'сарро, – сказал он. – Всё кончено.

– Нет! – зарычал Хан с неистовым огнём в глазах. – Вспомни свои слова, ворон: у этой расы есть какое-то извращённое понятие чести, погребённое в глубине того, что сходит у них за душу. Она ещё выйдет против меня!

– Оружие Тени Солнца – не меч и не болтер. Инопланетянка атакует нас всей мощью военной касты своего народа, и именно этим она сейчас занята. Нам бы не помешало последовать этому примеру.

– Ты уважаешь её, – злобно проговорил Белый Шрам, презрительно скривив обветренное лицо. – Где же твоя ненависть?

– Усмирена, – ответил Гвардеец Ворона. – Обуздана. Сохранена до тех времён, когда сможет ярко пылать, а не медленно сжигать меня изнутри, застилая дымом глаза. И ты тоже по-своему уважаешь её, иначе бы так не гнался за этим убийством.

Кор'сарро хранил молчание с лицом не менее каменным, чем у поверженного святого.

– Весь этот мир, – заговорил он наконец. – И даже... – хан махнул мечом в сторону Глаза Голиафа, словно бы занося клинок над грохочущей там битвой, – даже это было ловушкой.

Шрайк кивнул, но ничего не сказал. Отшвырнув труп чужака в пепел, чогорец зажмурился и потёр лоб.

– Теперь я понял, – продолжил он. – Это была западня, в которую она заставила привести самых могучих наших воинов, а потом развеяла их, будто пыль на ветру.

– Ты хорошо сражался, – заметил Кайваан. – Три боескафандра за три секунды. Сам Джагатай улыбнулся бы при виде такого.

– Неважно! – рявкнул Белый Шрам. – Позор, что мы вновь и вновь попадаемся на её уловки. Такое пятно на нашей чести можно смыть лишь кровью.

– Но не сегодня, – настойчиво произнёс сын Коракса. – Мы нанесли захватчикам суровый удар, однако буря уже закончилась. Нужно уходить, чтобы сохранить шанс поднять её вновь, старый друг.

Хан долго и пристально смотрел на Шрайка, после чего резко развернулся и зашагал прочь.}}

===Восход Третьей фазы===
Вслед за отступлением с боем Космического Десанта и эвакуацией дома Терринов планету-крепость вскоре покинули и все остальные войска Империума. О'Шасерра, армии которой уже окружали последние центры сопротивления, закрепила тем самым неоспоримое господство тау на Префекции. Третье сферическое расширение могло стремительно продолжаться.

Применение KV128 «Нагон» ни в коей мере не ограничилось сражением на краю Глаза Голиафа – громадные артиллерийские шагоходы появились на каждом из фронтов. Некоторых из них, следуя тактике, впервые применённой командующим Стойким Щитом, использовали как основной элемент кауйона, где наживка не только служила для заманивания вражеских сил, но и становилась приливной волной, разбивавшей противника о несокрушимый утёс остальных подразделений тау. Другим назначалась роль передвижных орудийных платформ, добавляющих свою поразительную огневую мощь к рельсовым пушкам «Волноломов». День за днём KV128 укрепляли власть Империи на Префекции, громя последних человеческих захватчиков, превращая в пыль стационарные орудия в виде горгулий на стенах обезлюдевших ульев и низвергая с постаментов статуи прежних хозяев планеты. За считанные месяцы каста Огня полностью покорила мир-цитадель, как и Агреллан до него. Ко всеобщему торжеству, планета была переименована в Вас'талос, что на языке тау означает «безграничный размах».

Уже вскоре началась проработка планов нового этапа Третьего сферического расширения. Многие в шас'ар'тол считали, что следующим шагом должно стать укрепление приобретённых территорий, создание фундамента, с которого можно будет дальше продвигаться в человеческий космос. Аун'Ва лично отменил решение совета касты Огня, и мудрость его речи при этом была столь очевидна, что командующие почувствовали себя глупцами из-за того, что сами не смогли прийти к такому заключению. Итак, экспедиционные силы будут разделены на две части, одна из которых разовьёт наступление в системе Довар, а другая повернёт назад, чтобы обеспечить безопасность путей снабжения до Бухты Му'гулат.

По всем септовым мирам, колониям и орбитальным станциям победу на Префекции уже преподносили как величайший триумф в истории тау. Уже сыпались похвалы и произносились речи, в которых каста Воды везде и всюду пела дифирамбы очередному славному свидетельству великого предназначения своей расы. В них часто упоминалась Тень Солнца, изображения которой ежедневно транслировали на бессчётных голоэкранах. Грандиозный «кауйон», проведённый ею в мире-цитадели, восхваляли как работу истинного гения. Рассказывалось о том, как о'Шасерра медленно увеличивала масштаб сражений против ударных частей Империума. О том, как многие верные последователи Тау'ва отдавали жизни ради того, чтобы заставить врага бросить в бой все свои силы. О том, как в тот момент командующая сокрушила их истинной мощью касты Огня, которую скрывала всё это время, и своей рукой сразила великого монарха Космического Десанта. Это создание с угрюмым лицом и в чёрной броне долго руководило армиями Империума, но лишь теперь его удалось выманить на открытое место в результате виртуозного исполнения Тенью Солнца роли «терпеливого охотника». Как взволнованно сообщала каста Воды, после смерти величайшего лидера армии людей охватит безвластие, из пучины которого они выберутся лишь годы спустя.

Во всех концах Империи Тау на голографических дисплеях в подробностях демонстрировались боескафандры «Фантом» и «Нагон», обеспечившие касте Огня необходимый перевес для победы над грубыми и воинственными солдатами человечества. В финале каждого эпичного ролика экран заполняло изображение умиротворённого эфирного, объяснявшего своему народу, что любая жизнь, отданная ради продвижения Высшего Блага, не потеряна напрасно, и ни один истинный последователь Тау'ва не должен усомниться в этом.

Такие трансляции шли в зацикленном режиме на протяжении многих дней, но не только для информирования населения, укрепления единства и подъёма боевого духа. Правители хорошо знали, что одним из главнейших орудий тау является вера в себя, и, хотя война за Префекцию была выиграна, кампания против раздутой и загнивающей империи людей только начиналась. И эфирные даже не подозревали, насколько они были правы.

Размах и амбициозность битвы за Восточную Окраину, в полный голос превозносившейся каждым жителем септов, превращали её в одно из чудес Империи Тау. Повсюду разносились вести о болезненной и по-звериному жестокой расе, которую перехитрили и перебороли воины Высшего Блага. Всем юным тау рассказывали истории о жадных и подлых людях, хотевших, сами не зная зачем, погасить звезды, задушить надежду и свет в целом мире.

Новости о Великой победе также транслировались на территории цивилизаций, ставших союзниками Империи Тау, и даже на многих других. Впрочем, там нашлись те, кто понимал, что под триумфальными речами скрыты факты о потерях, исчисляющихся, вероятнее всего, миллиардами. Некоторые из них, понимавшие суть Империума Человечества, осознавали, что грандиозная война, описываемая кастой Воды, вполне может похоронить владения Высшего Блага под непрерывной лавиной смертей.

Известия вскоре дошли и до цепи звёздных систем, расположенных по направлению к центру Галактики от Дамоклова залива и давно оставленных Империей. Там легендарный вождь собрал свой народ и приготовился к войне, которая навсегда изменит историю тау.

===Разбуженный великан===
На Префекции Империя Тау доказала, что с ней стоит считаться. На стратегическом уровне военное искусство её полководцев оказалось впечатляющим, а тщательно подготовленные ловушки вновь и вновь приносили им тактическое преимущество. Но тау ещё не одержали победу в более масштабной битве – не только за миры вокруг Дамоклова залива, но и за собственное место в Галактике.

Экспедиционные силы аун'Ва под превосходным командованием о'Шасерры захватили Префекцию, но Империум в общем и целом не придавал этой планете большого стратегического значения. На Восточной Окраине имелись более важные цели, и боевые флоты уже направлялись к ним по изменчивым течениям варпа. Бессчётные полки Астра Милитарум, ордены Адепта Сороритас и макроуровневые военные когорты Адептус Механикус медленно, но неумолимо приближались к линии фронта между двумя империями. Согласно расчётам стратегосов и военных специалистов, для захвата Позолоченных Миров тау неизбежно должны были покинуть сопредельные системы либо оставить без защиты свои центральные планеты. Эксперты считали, что чужаки никогда не решатся ни на первое, ни на второе.

Что до боевой группы, направленной для возвращения недавно потерянных миров, то серьёзные планы относительно неё также близились к осуществлению. Пока внимание верховного командования касты Огня было обращено на Префекцию, Империум вновь нацелился на Агреллан, переименованный зарвавшимися захватчиками-тау в Бухту Му'гулат. Да, двенадцать великих ульев были разрушены искусными атаками Тени Солнца, а радиационные бури и токсичные дожди делали мир практически непригодным для нового заселения, но из-за своего месторасположения он сохранял особую важность. Больше того, эта планета стала для Империи Тау символом триумфа над человечеством, а с подобным люди смириться не могли.

Империум охватывает миллион миров, и с каждым циклом обращения Святой Терры вокруг Великого Сола он теряет десятки планет и заселяет десятки новых во имя Императора. Но редко случается, чтобы погиб в бою магистр капитула, и ещё реже – повелитель ордена первого основания, предки которого сражались рядом с легендарными примархами. Таких павших героев не забывают. За них мстят.

Космические десантники и их союзники вновь летят к Агреллану сквозь чернильную тьму, чтобы атаковать обороняющих его тау, пока лучшие воины касты Огня укрепляются на занятых землях в другой системе. За оскорбление, нанесённое чести Адептус Астартес, будет отплачено сторицей.

Предстояло осуществить возмездие, а в подобных вещах Империум Человека всегда знал толк.

{{Врезка|Великие подземелья терранского стратегиума «Гамма-девять-шесть» были просто несообразно огромными. От курящегося фимиама там даже образовывались дымные облака, скрывавшие от глаз триумфальные скульптуры под высокими сводами. Хрипели гофрированные трубки, шипели и жужжали ряды когитаторов, а подключённые к ним сервиторы скрипели зубами от интенсивности расчётов, что проносились через однозадачные разумы иссохших созданий. Среди инфореликвариев и хронозондов бродили согбенные люди, похожие на монахов, и каждый из них толкал куда-то ржавую автотележку, доверху заполненную перфосвитками.

Все ряды когитаторов были встроены в Великую Мозаику, истинное произведение искусства трёх лиг в диаметре. Подобное устройство стояло во всех терранских стратегиумах, и для создания любого из них требовался труд сотни поколений. Здешняя мозаика, которой гордились и восхищались все обитатели «Гаммы-девять-шесть», представляла собой стилизованное изображение самых удалённых от Терры систем Восточной Окраины.

Там Доварис – звезда, а вокруг неё точки, символизирующие её богатые минералами планеты. Когда-то они сверкали позолотой, но её слой давно осыпался. Тут Бельфурнас – гранёный янтарь, подсвеченный снизу сиянием изумрудов покрытого лесами 9-Иодрана. Камень в паре шагов от него – знаменитая система миров-кузниц Бета Бходрола. Протуберанцы её солнца, выложенные здесь в виде колеса со спицами, касались десятка либрариумных стеллажей, переполненных данными.

Пошатывающийся под весом груды инфопланшетов фактотум в маске прошёл по широкому участку мерцающих, выложенных алмазами плиток, представляющих системы вокруг Дамоклова залива. Всякой планете и расе этого бурного региона была выделена собственная информационная ниша, за которой надзирал неподвижный сервочереп адепта, когда-то потрудившегося каталогизировать данную единицу на благо человечества. Поговаривали, что на изучение и полное понимание всех собранных тут сведений даже самому умелому и аугментированному лексмеханику потребуется срок в несколько человеческих жизней.

Тут фактотум увидел, как что-то мигает в полумраке утопленного алькова – нечто, чего он раньше не замечал. Слуга стал озираться в поисках писца-провоста, но понял, что вокруг никого нет. Заранее съёжившись на случай, если господин внезапно появится и стукнет его палкой, он подошёл к впадине и откинул капюшон с удлинённого черепа, чтобы лучше рассмотреть находку.

Под каллиграфическими буквами, вырезанными каких-то несколько столетий назад, погас ровный зелёный огонёк, и на его месте зажегся новый, янтарный. Затем на глазах у фактотума установленные в нише счёты анализа угроз вздрогнули, и одна из костяшек человеческих пальцев на нитке с десятыми долями скользнула вбок. Глухо стукнула трубка для свитков, унося по пневматической почте сообщение тем, кто стоял намного выше слуги.

Буквы над огоньком складывались в короткое слово. Слово, которое фактотум никогда прежде не видел и не слышал.

«ТАУ».}}
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Warhammer 40,000 (7 редакция)]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Тау]]

Боевая зона Дамокла: Монт'ка / War Zone Damocles: Mont'ka (кампания)

2026-02-27T03:59:46Z

Shaseer:

{{Перевод Д41Т}}
{{Файл
|Файл =Warhammer_40k_-_7th_edition_codex_-_Boevaya_zona_Damokla_1_0.pdf
}}{{Книга
|Обложка =Montka.jpg
|Описание обложки =
|Автор =
|Автор2 =
|Автор3 =
|Автор4 =
|Автор5 =
|Переводчик =Desperado
|Переводчик2 =Str0chan
|Переводчик3 =samurai_klim
|Переводчик4 =Locke
|Переводчик5 =Ser Murzik
|Издательство =Games Workshop
|Серия книг =Боевая зона Дамокла / War Zone Damocles
|Сборник =
|Источник =
|Предыдущая книга =[[Боевая зона Дамокла: Кауйон / War Zone Damocles: Kauyon (кампания)|Боевая зона Дамокла: Кауйон / War Zone Damocles: Kauyon]]
|Следующая книга =
|Год издания =2015
}}В глубинах космоса дрейфовал весьма изощрённый образчик технологий тау – сторожевая станция-ретранслятор с порядковым номером 7221:499. Устройство медленно вращалось, периодически подправляя орбиту толчками манёвровых двигателей. Через точно определённые интервалы открывались потайные дверцы и наружу выдвигались комплексы автоматических сенсоров. Завершив сканирование, они прятались обратно, и панели линз-диафрагм плотно смыкались вновь.

Очень далёкая Бухта Му'гулат казалась просто очередной искоркой света в пустоте, но зонд 7221:499 входил в седьмой оборонительный пояс и был лишь одним из сотен подобных спутников, окружавших самый юный септ тау. Захваченный лишь недавно, этот мир лежал в пограничье Империи. Всё, что приближалось к нему, подвергалось сканированию и анализу, будь то звездолёт, астероид или существо из глубокого вакуума. Полученные данные затем передавались на скорости, близкой к световой, через кольцо ретрансляторов на командный узел планеты. Ни космический скиталец, ни движущееся облако газов не могли остаться незамеченными; учёные касты Земли изучали и отслеживали их.

И вдруг чернота пространства раскололась. Наружу вырвались грандиозные боевые корабли, увенчанные соборами – целая армада Империума во всей своей мощи и величии. Зонд 7221:499 натужно зажужжал, когда его приборы заработали в максимальном темпе, сканируя весь флот, что было невероятно сложной задачей: только по космолёту флагманского класса он получил колоссальный объем информации, а ведь это был лишь один объект, и даже не самый крупный. Датчики устройства идентифицировали тяжёлые боевые корабли, меньшие по размеру суда сопровождения и поистине гигантские транспорты, что заполнили абсолютную пустоту, царившую здесь считанные мгновения назад. Внешние сенсоры собирали данные по расчётным скоростям и вероятным типам вооружений, а внутренние сканеры устанавливали точное количество форм жизни, кишевших на палубах, и даже определяли, какие именно боевые машины, громадные Рыцари и прочие орудия войны находятся в трюмах. Кроме того, 7221:499 уловил и записал какофонию вокс-сигналов, излучаемых огромным флагманом. Спутник уже зашифровал свой отчёт и послал его в направлении Бухты Му'гулат, когда космос раскололся вновь.

Вражеская армада вошла в новый мерцающий разлом и исчезла, а проход за ней закрылся во вспышке света и бурлящих непознаваемых энергий. Итак, человеческий флот, словно некая крупная и хищная рыба, на мгновение всплыл на поверхность, осмотрел цель и снова скользнул в глубины – неясная угроза, оставившая за собой лишь слабую рябь в пустоте.

Армада, везущая достаточно солдат Империума, чтобы завоевать хоть пять Бухт Му'гулат, перемещалась в варпе и потому имела все шансы достичь самого молодого септа тау намного раньше известия о её появлении, передаваемого ретрансляторами.

==ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА==

ИМПЕРИЯ ТАУ

О’Шова, Зоркий Взгляд

''Командующий-отступник''

Ла’Ша'нг, Дальний Удар

''Ас пилотирования боевого корабля''

Эль'Миямото, Шагающий-во-тьме

''Заместитель командующего''

Уи'Калас, Звёздный Покров

''Командир следопытов''

АСТРА МИЛИТАРУМ

Лорд-генерал Троскзер

''Главнокомандующий''

Полковник Старкзан

''Командующий Западным передовым отрядом''

Рыцарь-командор Паск

''Командир танкового полка''

АДЕПТУС МЕХАНИКУС

Аркотолитис

''Техножрец-доминус''

==БОЕВАЯ ЗОНА ДАМОКЛА==

Когда силы Третьего сферического расширения Империи Тау пересекли Дамоклов залив, они вторглись на суверенную территорию крупнейшего государства в Галактике – Империума людей. Подобное столкновение могло привести лишь к одному итогу – войне!

Началось противоборство не только армий, но и идеологий. Тау с их прогрессивным и логическим мышлением верили в интеграцию рас и технологическое развитие. Застойный Империум сопротивлялся наступлению будущего и цеплялся за прошлое, знания из которого давно уже обернулись суевериями. Последовали битвы, развернувшиеся в глубинах космоса, на бесплодных лунах и густонаселённых планетах. В дальнейшем сотни яростных войн прокатились по Дамоклову заливу, и обеим сторонам довелось познать славные триумфы и горькие поражения.

Империя Тау выводила на поля сражений чудеса высоких технологий под началом виртуозов тактики, где они сталкивались с многочисленными, упорными и целеустремлёнными войсками Астра Милитарум. В качестве ударных частей каста Огня использовала целый спектр тяжёлых боескафандров, величайших достижений военной инженерии. К своему изумлению, чужаки обнаружили, что на огневую мощь и мобильность кадров в БСК у человечества имеется достойный ответ – молниеносные атаки элитных воинов Империума, всюду восхваляемых космодесантников.

Тау никогда не стояли насмерть, а люди не отступали по собственной воле. Утратив инициативу, воины Огня отступали и вновь начинали битву, лишь когда ситуация благоволила подобному манёвру. От их противников при этом ожидалось, что они добьются триумфа или погибнут. Стремительные налёты ксеносов Империум встречал с мрачной решимостью, тогда как его упорные наступления часто заканчивались ускользанием добычи. За каждым действием следовало противодействие, и в ответ на последнее вторжение Империи Тау человечество перебросило в Дамоклов залив самые крупные силы в истории конфликта. На полях сражений болтер встретился с импульсной винтовкой, а Высшее Благо столкнулось с Волей Императора. Неистовая схватка цивилизаций охватывала Восточную Окраину, в урагане войны опустошая целые планеты.

Воздаяние. Обострение. Взмывающее крещендо насилия. Это был не просто конфликт за пару-тройку звёздных систем, но нечто более существенное, нечто, способное определить судьбу целой области космоса.

Обе стороны не сомневались в своей неизбежной победе, но судьба Восточной Окраины могла решиться лишь в пламени кровавых битв.

===ВОЙНА НА ДАМОКЛОВОМ ФРОНТЕ===

Дамоклов залив долго служил границей между Империумом Человечества и Империей Тау. Когда чужаки пересекли её, между двумя сторонами вспыхнул неизбежный конфликт, вылившийся в череду крупных войн. По мере того как противники лучше узнавали друг друга, битвы становились всё более масштабными и жестокими, поскольку обе силы стремились к триумфу.

Дамоклов залив – беспокойная, охваченная анархией территория на галактическом востоке. Для тау этот залив долгое время оставался непроходимой космической аномалией, мешавшей их расширению. В странных межзвёздных облаках навигационные приборы отказывались работать, что многие годы ставило крест на экспансионистских планах Империи. В конечном итоге ксеносы обнаружили, что упорство, научный подход и решимость могут перебороть всё что угодно.

В ходе Второго сферического расширения тау наконец пересекли Дамоклов залив, отыскав пронизывающие его тайные космические маршруты. Подобный прорыв обошёлся ксеносам во множество жизней, но за преградой они обнаружили всё, к чему стремились: планеты, богатые полезными ископаемыми, и необитаемые миры, подходящие для включения в состав Империи. Кроме того, там их поджидала война.

Преодолев огромную аномалию, тау впервые посягнули на звёздные системы, находившиеся под рукой Империума Человека. Поначалу чужаки легко подчиняли такие планеты, поскольку на них располагались забытые или отколовшиеся колонии людей, отрезанные от централизованной власти своей расы. Там, где проигрывала дипломатия, беспощадно побеждали армии касты Огня. Тем не менее в определённый момент ксеносы начали покорять миры, остававшиеся в лоне Империума, чем по незнанию пробудили гнев галактического колосса. За этим последовали ожесточённые и разрушительные войны, прежде невиданные в Империи.

Если тау несли цивилизованность и просвещение, Империум утопал в старых обрядах и тёмных суевериях. Если тау приветствовали развитие технологий и верили в будущее, Империум, страшившийся и того, и другого, цеплялся за остатки славного прошлого и полагался на бесчеловечные репрессии. Столкновение между юной амбициозной Империей и закоснелыми правителями Галактики оказалось неизбежным.

Неся возмездие захватчикам, поселившимся на его землях, нетерпимый к ксеносам Империум начал Дамоклов крестовый поход. В ходе этого наступления по широкому фронту люди оттеснили чужаков обратно за межзвёздный пролив, вплоть до септового мира Дал'ит. Натиск людей удалось остановить лишь после того, как их армии были отозваны для противостояния иным галактическим угрозам. Но даже первое горькое поражение не усмирило притязаний тау – отстроившись, они вскоре начали подготовку к новой, более масштабной акции.

Третье сферическое расширение стало крупнейшей военной операцией за всё время существования Империи. Под энергичным руководством главнокомандующей Тени Солнца армии касты Огня вновь пересекли Дамоклов залив и покорили значительные территории. Проведя самый дерзновенный штурм в своей истории, они захватили человеческий мир-улей Агреллан, который затем переименовали в Бухту Му'гулат. Тау превратили разрушенную планету в центр нового септа, планируя сделать её стартовой площадкой для новых экспансий, плацдармом, с которого начнётся присоединение к Империи сопредельных владений. Этот мир оказался идеальной базой для вторжения, поскольку в своём движении по орбите ограждал расположенную дальше систему Довар – скопление богатых полезными ископаемыми небесных тел огромного стратегического значения.

К своему огорчению, тау обнаружили, что в окружающих секторах до сих пор присутствуют значительные силы людей. Последовала операция на Волторисе, целью которой было уничтожение остатков войск, спасшихся с Агреллана, но ксеносы встретили там мощное сопротивление. Армии касты Огня никогда не идут в лобовую атаку на укрепления врага: они огибают хорошо защищённые планеты, словно река обтекает камень, и завоёвывают остальные, пока немногие оставшиеся миры не превратятся в одинокие островки, полностью отрезанные от своих и истощённые блокадой. Именно так и повелел тогда верховный эфирный аун'Ва, духовный лидер Империи Тау. Оставив Волторис и атаковав планеты Дот, Бельфурнас, Провинность и 9-Иодран, чужаки-экспансионисты основали там новые колонии и закрепились на бывших территориях Империума.

Следующее крупное сражение между тау и человечеством состоялось на Префекции, в мире-цитадели, давно заброшенном людьми. Каста Огня одолела немногочисленных оставшихся защитников и приступила к возведению собственных фортификаций, но тут Империум нанёс ответный удар. Подразделения нескольких орденов Космодесанта, первыми среди которых были Гвардия Ворона и Белые Шрамы, осуществили ряд одновременных ударных высадок на планету. С этого началась стремительная операция по поиску и уничтожению вождей Империи. Кор'сарро-хан, капитан 3-й роты Белых Шрамов, поклялся собственноручно обезглавить командующую Тень Солнца, которая сначала превзошла чогорца на Агреллане, а затем вновь ускользнула от его клинка на Волторисе.

Но о'Шасерра, используя саму себя в качестве приманки, воспользовалась стремлением воинов Империума убить её и организовала превосходную ловушку. Адептус Астартес понесли серьёзные потери, причём в числе павших оказался магистр капитула Гвардии Ворона Корвин Северакс, убитый Тенью Солнца лично. Даже крупное соединение имперских Рыцарей с Волториса не смогло отразить сокрушительную контратаку чужаков, и лишь за счёт героических усилий войскам людей удалось отступить с Префекции. Победив врага, тау решили, что теперь их продвижение в систему Довар и дальше не встретит сопротивления, поскольку Империум будет зализывать полученные раны. Но, как оказалось, ксеносы глубоко ошибались...

===ОЧЕРТАНИЯ ГРЯДУЩЕГО===

После великой победы на Префекции верховный эфирный аун'Ва выступил со страстной речью. Вид наставника тау, который парил над изрытым воронками полем боя с выгоревшим остовом сражённого Имперского Рыцаря в качестве фона, был поистине вдохновляющим. Эту трансляцию смотрели все представители расы тау, даже такие, кто ещё не научился ходить.

В своём торжественном выступлении аун'Ва сообщил об очередном триумфе Империи. Он вознёс хвалу умелому командованию Тени Солнца и отдал должное воинскому мастерству касты Огня. Затем верховный эфирный заявил, что теперь его раса стоит на пороге величия. Перед тау лежали безграничные возможности – оставалось лишь воспользоваться ими. Когда-то Дамоклов залив и мощь Империума Человека мешали продвижению Империи, но она преодолела все заслоны и вновь добилась победы.

Аун'Ва подтвердил, что Третья фаза экспансии только начинается, и обратился поимённо к каждому септу, призывая его обитателей ещё напряжённее трудиться ради Высшего Блага. Солдаты касты Огня не жалели себя на передовой ради защиты Тау'ва, так что и от граждан Империи Тау ожидали не меньшего: следовало удвоить производство и разработать новые технологии, а каждой части общества надлежало стать более эффективной.

{{Врезка|''Мы – пять каст, один народ. Мы стоим единым фронтом, целиком посвящая себя Высшему Благу. Двигаясь вперёд, мы встретим на пути новые преграды – и преодолеем их. Наступило наше будущее. Верьте в наше предназначение.''

Верховный эфирный аун'Ва}}

Это стало шокирующим заявлением, поскольку Империя Тау уже перешла на военные рельсы, и её промышленность работала с максимальной нагрузкой, чтобы обеспечивать колоссальные нужды экспедиций Третьего сферического расширения. И всё же аун'Ва просил большего, на что его народ ответил искренней готовностью служить. Если великий лидер ставил задачу, её требовалось исполнить. Не последовало ни вопросов, ни сомнений в необходимости платить такую цену за успех – лишь ревностные усилия добиться увеличения производства любыми способами.

После изгнания врага с Префекции верховный эфирный приступил к разработке следующего этапа экспансии. Половину сил касты Огня, имевшихся в мире-крепости, направили для поддержки эксплуатационных групп в системе Довар. Там им предстояло подавлять или истреблять местное население, оборонять различные комплексы касты Земли и охранять дипломатов касты Воды. Остальные соединения должны были вернуться в Бухту Му'гулат для непродолжительных тренировок и переоснащения, а военному совету тем временем следовало составить планы дальнейших планетарных вторжений. Все принимали как данность, что армии Империума в данной области космоса разбиты и пройдёт немало времени, прежде чем они вернутся в значительном числе. Люди потерпели серию поражений, которая отбросила бы Империю Тау на несколько поколений назад, а последним по времени ударом для них стала гибель короля Космического Десанта. Тау не сомневались, что от столь сокрушительных потерь человечество оправится не быстро.

Как выяснилось, они совершенно не понимали сути Империума и принципов его существования.

Агрессивную дипломатию касты Воды отмечали ещё до атаки на Агреллан, о чём сообщалось в посланиях астропатического хора Восточной Окраины. Как следствие, Империум уже мобилизовал свои армии на момент окончания молниеносного вторжения тау – успех чужаков просто заставил его увеличить масштабы ответных действий. То обстоятельство, что до этого многие не столь значительные планеты перешли на сторону тау в результате подкупов и иных махинаций, только разожгло в людях жажду отмщения. К предательству и моральному разложению Империум относился даже с большей нетерпимостью, чем к захватническим атакам ксеносов. Подстрекателей, тянущих человечество к погибели, в нём ненавидели сильнее всех прочих.

Были собраны силы, насчитывающие больше солдат, чем тау считали возможным. Огромные флотилии и армии людей медленно набирали ход, и им предстояло преодолеть расстояния, которые чужаки не могли даже вообразить. Однако же, как только экспедиционный корпус «Воздаяние» наконец перешёл в варп, уже ничто не могло остановить его на пути к выполнению задания по отвоеванию земель, некогда управлявшихся от имени Императора. Бойцы Астра Милитарум не остановятся, пока не поднимут славное знамя с имперской аквилой там, где оно должно находиться по праву. И потому, когда экспедиционный корпус с рёвом сирен возник из Имматериума, его корабли ради максимального эффекта неожиданности появились так близко к орбите Агреллана, как только могли рискнуть капитаны.

Скоро за все преступления будет отплачено сторицей.

{{Врезка|Ожидая вызова военного совета, о'Шасерра, больше известная под именем командующей Тени Солнца, выглянула наружу через смотровой щит купольной башни. Небесная вышина оказалась чистой и голубой, но с тёмным отливом, а у далёкого горизонта таились ядовитые облака. Бухта Му'гулат была местом величайшего триумфа воительницы, но сама планета ей совершенно не нравилась. Для о'Шасерры бывший Агреллан оставался полем боя, а не септовым миром, как её любимый Т'ау. За пределами немногочисленных зон, которые очистила каста Земли, расстилалась истерзанная, покрытая следами разрушительной войны пустошь, где сам воздух разъедал кожу.

– Тебе нравится наш новоиспечённый септовый мир? – спросил аун'Ва, становясь рядом с избранной им главнокомандующей, обладательницей самого высокого звания в иерархии касты Огня.

– Здесь потребуется... какое-то время поработать машинам контроля среды, – ответила она, не отрывая глаз от бушующей на севере радиационной бури.

Аун'Ва сухо усмехнулся.

– О'Шасерра, ты никогда не сойдёшь за посланницу касты Воды. Твои истинные мысли очень легко понять. Но так оно и должно быть: воину надлежит сражаться, а не вести переговоры.

Верховный эфирный собирался что-то добавить, когда взвыли тревожные сирены, шумным стаккато предупреждая о планетарной угрозе первого уровня. Требуя внимания, пищали многочисленные сигналы, а Тень Солнца, которая уже включила наушник, получала разом десяток различных докладов.

Невероятно ярко вспыхнули небеса, наполнившись сиянием из космоса, где разворачивались катастрофические события. Империум вернулся...}}

==ГЛАВА 1. НЕУДЕРЖИМОЕ ВОЗДАЯНИЕ==

===УДАР МОЛОТА ИМПЕРСКОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ===

Экспедиционный корпус «Воздаяние» отправился в путь с единственной задачей: освободить Агреллан от всевозможных чуждых форм жизни. Соединение располагало силами, численности и огневой мощи которых более чем хватило бы для зачистки одной планеты любой величины. В этом как раз и состояла цель людей, поскольку пришло время преподать урок выскочкам-тау.

Космическую группировку экспедиционного корпуса «Воздаяние» возглавлял 478-й линейный флот сегментума Ультима под началом весьма эффективного командующего, лорда-адмирала Хоука. По собственному опыту он знал, что начальный период любого вторжения является ключевым: каждое мгновение, выигранное на этапе приближения к цели, спасает миллионы жизней. Именно поэтому огромная армада ворвалась в реальный космос на предельной скорости и немедленно устремилась к недавно основанному септовому миру.

Боевые звездолёты кор'ваттры оказались в сложном положении. Большинство космических кораблей Империи были рассредоточены по системе Довар, и гарнизонная флотилия Бухты Му'гулат безнадёжно уступала противнику в численности. Фактически, у человеческих космолётов оказалось больше лэнс-батарей, чем целей для них. Неспособной к варп-переходам флотилии тау требовалось время, чтобы сосредоточить достаточную огневую мощь для серьёзного противостояния вторгшейся армаде. Впрочем, пилоты чужаков всё же попытались сдержать натиск людей, хотя это оказалось скорее отвлекающим манёвром, нежели боем насмерть. Единственной целью касты Воздуха было выиграть время для сил наземной обороны, но даже в таких условиях тау потеряли с десяток звездолётов. Вынужденные выбирать между отступлением и полным уничтожением, они бежали пред надвигающейся стеной из кораблей Империума. Использовав для разгона край гравитационного поля Бухты Му'гулат, кор'ваттра ринулась прочь и отступила в глубокий космос. Ксеносы надеялись, что враги бросятся за ними, и это смягчит удар нависшего над планетой молота. Именно так и произошло: одна часть пустотных левиафанов устремилась в погоню, а другая заняла оборонительные позиции, сформировав кольцо блокады вокруг бывшего Агреллана.

Но даже без заслона боевых кораблей тау Бухта Му'гулат оставалась надёжно защищённой. Орбитальные станции, которые чужаки называли «кир'носла», располагали десятками высокоэффективных генераторов щитов и многочисленными батареями орудий. Каждая из таких платформ представляла собой узел сети оборонительных спутников, которые накрывали планету решёткой из перекрёстных секторов обстрела – гибельной ловушкой для любого вражеского космолёта, рискнувшего выйти на высокую орбиту. Пока эти установки действовали, лорд-адмирал Хоук не мог рисковать и начинать высадку бойцов. Пришло время обратиться за помощью к Адептус Астартес, восхваляемой элите человеческих армий.

Когда «Громовые ястребы» и абордажные торпеды доставили ударные команды на орбитальные станции, закипели бои в условиях низкой гравитации, где космическим десантникам противостояли сторожевые турели, защитные дроны и бойцы из гарнизонов касты Огня в космических скафандрах. Требовалось действовать быстро: чем дольше функционировали оборонительные платформы, тем больше времени на подготовку получали наземные силы тау.

Адептус Астартес использовали штурмовые отделения, экипированные прыжковыми ранцами. Бросаясь вперёд с пролетавших над сателлитами десантных кораблей, они при помощи кратких манёвровых толчков приближались к корпусу каждой станции и закреплялись на нём магнитными подошвами сабатонов. Затем, перескакивая от одной турели к другой, бойцы уничтожали их мелта-бомбами. После этого космодесантники пробивали брешь в оболочке комплекса и прорывались к его центру через порядки неприятеля. Кир'носла с их толстыми щитами и тяжёлыми ионными пушками могли нанести серьёзный урон громадным звездолётам Империума, если бы флот вступил с ними в перестрелку. Выведя их из строя, Ангелы Смерти продемонстрировали, на что способна небольшая группа лучших воинов Императора.

Среди всех Адептус Астартес с наибольшей целеустремлённостью сражались Гвардейцы Ворона, которые кипели от ненависти после смерти магистра капитула, убитого Тенью Солнца на Префекции. Сражая из болтеров очередного врага, сыны Корвуса Коракса всякий раз чувствовали, что несут возмездие. И именно Кайваан Шрайк, новый Повелитель Воронов, возглавил штурм крупнейшей орбитальной платформы. Когтями разорвав обшивку, а после пробившись через ряды защитников и переборки станции, он добрался до ядра комплекса и заложил там плазменные заряды замедленного действия. Взрыв бомб запустил цепную реакцию, разнёсшую кир'носла на куски, из-за чего в течение последующих дней над планетой словно висело второе солнце.

{{Врезка|Кор'сарро-хан взмахнул Лунным Когтем – древним силовым мечом, окружённым светящимся нимбом энергоразрядов. Удар вышел настолько свирепым, что клинок рассёк в поясе двух воинов Огня и глубоко застрял в изогнутой переборке за ними. Зарычав от ярости, капитан Белых Шрамов попытался вырвать меч, но тот засел накрепко. Воспользовавшись краткой передышкой, тау обстреляли космодесантника из импульсных карабинов. Несколько зарядов отыскали цель, но ни один не пробил керамитовый силовой доспех. Крутнувшись, хан отскочил от клинка и с боевым кличем рванулся в лобовую атаку. Кулаком в латной перчатке он пробил шлем и сокрушил череп под ним, в то время как в другой руке Кор'сарро возник болт-пистолет, изрыгающий снаряды в ближайших врагов. Уцелевшие тау бросились прочь, и врождённый инстинкт потребовал от чогорца кинуться следом, но он не мог бросить меч. Развернувшись, хан ощутил нечто сродни панике: Лунного Когтя не оказалось на прежнем месте. А потом Белый Шрам увидел оружие, прислонённое к стене дальше по коридору. Он нахмурился – никому не позволено было трогать столь священную реликвию капитула. Затем, однако, воин издал краткий лающий смешок.

– Выходи, старый друг, я знаю, что ты здесь.

Из-за толстой несущей переборки шагнул Кайваан Шрайк.

– И снова рад встрече, Кор'сарро. Заряды установлены, так давай собирать наши отделения; пора уходить. Это была последняя из орбитальных станций.

Заметив кровожадный блеск в глазах товарища, Гвардеец Ворона добавил:

– На поверхности будет ещё много тау.

– Истинно так, – кивнул Кор'сарро, поднимая клинок. – К тому же мне ещё нужно забрать кое-чью голову.}}

===ВОЙНА ПО ВСЕМ ФРОНТАМ===
Высадка Империума на Агреллан ознаменовалась бурей насилия, поскольку тау стремились нанести захватчикам как можно больший урон. Люди, обладая подавляющим численным превосходством, готовы были заплатить такую цену. Их командиры знали, что после расчистки надёжных плацдармов смогут перебросить на поверхность всю мощь своих армий и принести чужакам возмездие.

Тау не удалось совершенно застигнуть врасплох. Да, Бухта Му'гулат находилась далеко от центра Империи, но колония была так же надёжно оснащена и готова к отражению атак, как и любой септовый мир. И всё же, несмотря на постоянный режим опасности и широкое кольцо сенсорных спутников, одобренное лично командующей Тенью Солнца, многочисленная человеческая группировка возникла на пороге планеты фактически внезапно. Ксеносы были просто ошеломлены величиной надвигающихся сил Империума и быстротой их приближения. Они не только никогда не тренировались противодействовать вторжениям такого масштаба, но и представить их себе не могли.

Пока Адептус Астартес выводили орбитальные станции из строя, устраняя угрозу для звездолётов, уже начиналась следующая стадия планетарного штурма. Древние увенчанные соборами линейные крейсера заняли высокую орбиту над Агрелланом, построились в один эшелон и открыли огонь из бесчисленных лэнс-батарей. Первой их задачей стало добивание искалеченных оборонительных платформ. Комплексы, лишившиеся защитных полей в результате атаки Космодесанта, вскоре все до единого ярко вспыхнули подобно сверхновым. Только после этого боевые корабли Империума начали артиллерийскую дуэль с наземными установками чужаков.

Согласно распоряжениям командующей Тени Солнца, многие из планетарных орудий открыли огонь по неприятелю, но некоторые по-прежнему молчали, чтобы остаться незамеченными, а высокотехнологичные стелс-модули обеспечивали им защиту от обнаружения вражескими сканерами. Те же батареи, что вступили в перестрелку, напомнили людям, почему так опасно нападать на септовый мир Империи.

Ряд человеческих космолётов получил серьёзные повреждения, а крейсер типа «Лунный» под названием «Посланец Терры» вынужден был покинуть орбиту после нескольких последовательных попаданий из ионной пушки. Но судьба «Железной воли», корабля типа «Неустрашимый», оказалась несравненно худшей. Гиперзвуковой снаряд рельсотрона пробил реактор крейсера, а последовавшая серия внутренних взрывов нанесла ему непоправимый урон: огромный звездолёт безжизненно накренился на левый борт и почти разломился надвое. Войдя в штопор, он неторопливо начал снижение, притягиваемый гравитацией Агреллана. Ни лорд-адмирал Хоук, ни остальной 478-й линейный флот Ультима ничем не могли помочь «Железной воле», но зрелище её медленной и неизбежной смерти лишь заставило армаду с новыми силами броситься в бой. Планета задрожала под начавшейся бомбардировкой, и сотрясающие удары стёрли с её лица многие из недавно возведённых построек тау.

После нескольких дней сокрушительных атак люди заставили умолкнуть большую часть наземных батарей, однако немногие из них, слишком хорошо прикрытые генераторами щитов, требовали более прямого подхода. Следуя приказам магистра капитула, Адептус Астартес провели штурм с использованием десантных капсул и уничтожили последние установки, осмелившиеся вступить в бой с человеческим флотом. Лишь после этого в атмосферу Бухты Му'гулат ворвалась первая волна истребителей и бомбардировщиков, нанёсших удары по заранее выбранным целям. Космические десантники, как первые высадившиеся подразделения Империума, отправили сигналы на орбиту, и начался долгий процесс переброски огромными транспортами и челноками миллиардов солдат со всем необходимым снаряжением.

Командующая Тень Солнца применила ответные меры, идеально выбрав для них время, как и в любой из прежних своих операций. Соединения истребителей касты Воздуха, до этого скрытые от обнаружения людьми, внезапно проявили себя и бросились на перехват снижающихся десантных судов. Орудийные батареи, ждавшие под маскировочными полями, открыли огонь и превратили несколько транспортников в пламенные шары. Из глубокого космоса устремились несколько ударных группировок кор'ваттра, которые воспользовались шансом прорвать вражескую блокаду и провели собственные атаки на тяжело загруженные войсками корабли. Империум, впрочем, был предупреждён. На Префекции магистр ордена Шрайк достаточно хорошо узнал о'Шасерру, чтобы понять: она наносит удары, когда неприятель более всего уязвим. Подобно роям разозлённых насекомых, человеческие атмосферные истребители ринулись в бой. Понеслись к поверхности новые десантные капсулы Адептус Астартес, нацеленные на проявившиеся артиллерийские установки тау. Небеса потемнели от транспортов и челноков экспедиционного корпуса «Воздаяние» – началось полномасштабное планетарное вторжение.

{{Врезка|Под куполом командного узла горел яркий свет. Сосредоточенно изучая голографические карты, Тень Солнца не отрывала глаз от изображений вражеских кораблей, окруживших Бухту Му'гулат.

– Звёздный адмирал о'Кор'ша'нос, можете рассчитать, когда кор'ваттра соберёт достаточно сил и отбросит захватчиков? – спросила она, проводя собственные вычисления.

Гибкий и стройный командующий касты Воздуха какое-то время водил длинными пальцами над иконками, открывая и закрывая субкарты с удивительной для его возраста ловкостью.

– Не ранее, чем через 77 циклов, о'Шасерра, – ответил он, затем помедлил, проделывая дополнительные расчёты.

– И не позже, чем через 103 цикла, – добавил наконец звёздный адмирал.

– Если мне придётся 80 циклов сдерживать превосходящие силы, – Тень Солнца уже обращалась к кому-то другому, – я не рискну проводить полномасштабную атаку на зоны высадки. Нам необходимо сохранять личный состав. Далее, если мы не можем безопасно вывезти верховного эфирного с планеты, моим главным приоритетом становится охрана его жизни.

Из темноты за ней раздался вздох, и впервые в жизни о'Шасерра различила усталость в голосе аун'Ва.

– Мы в ловушке. Моя судьба и, возможно, будущее Империи Тау теперь зависят от тебя, – произнёс верховный эфирный. Командующая повернулась, не зная, как лучше подать своё предложение, но наставник сделал это за неё.

– А теперь ты хочешь сказать мне, чтобы я спрятался, но не желаешь разгневать меня, – сказал аун'Ва. – Я правильно выбрал тебя главнокомандующей; глупо будет не последовать совету, даже не самому приятному. Итак, я переберусь в потайной бункер и буду вдохновлять наших воинов лишь через трансляции.}}

===ЗОНЫ ВЫСАДКИ ИМПЕРИУМА В БУХТЕ МУ'ГУЛАТ===
К моменту начала вторжения септовый мир Бухта Му'гулат находился в стадии становления. Требовалось значительное терраформирование, чтобы превратить его в достойную планетарную базу для растущей Империи Тау.

Завоёванный чужаками Агреллан был серьёзно загрязнён выбросами примитивной промышленности своих прежних хозяев. По данным сканирования тау, вся поверхность мира была плотно насыщена токсинами. Обдирающие плоть радиационные бури терзали его изборождённые пустоши, немногочисленные уцелевшие формы жизни страдали от неестественных мутаций, и над всем этим возвышались заброшенные города-ульи Империума. Впрочем, каста Земли не сидела сложа руки: во тьме затянутой смогом планеты уже ярко сияли модульные жилкупола, исследовательские станции и огромные машины контроля среды, которые вскоре должны были очистить атмосферу. Сотни новых стройплощадок усыпали просторы гигантской Бухты Му'гулат, и крупнейшим из поселений стал Ло'вашт'ау, название которого обещало «будущее величие». Он располагался в тени ржавеющих развалин бывшего столичного улья Агреллан-Прайм, и тау видели в нем центр нового септа, который однажды, возможно, поспорит с самим Т'ау в размерах и мощи.

[[Файл:Montka 144.jpg|frameless|мини|]][[Файл:Montka 145.jpg|frameless|мини|]]

Друг за другом эшелоны имперских солдат высаживались на Агреллан. Большая часть наземных сил находилась под командованием лорда-генерала Троскзера с Кадии, располагавшего восемнадцатью пехотными, шестью бронетанковыми и двумя артиллерийскими полками Астра Милитарум. В дополнение к этому он имел восемь взводов отпрысков Темпестус, несколько десятков рот недолюдей и три эскадрона диких всадников.

Через несколько часов после выхода из варпа Троскзера на борту его флагманского корабля «Неукротимый» посетил магистр капитула Шрайк. Выслушав планы кампании, мрачный вождь Гвардии Ворона дал лорду-генералу несколько советов и предупреждений: Кайваан достаточно долго сражался против командующей Тени Солнца и выработал здоровое уважение к боевым умениям и хитроумным тактикам ксеносов. То обстоятельство, что армия Троскзера обладала подавляющим численным превосходством и собиралась вести войну на истощение, позволяло Шрайку сосредоточиться на проведении точечных атак против ключевых целей тау. В составе экспедиционного корпуса «Воздаяние» сражались подразделения нескольких орденов Космодесанта, среди которых были ищущие мести Гвардейцы Ворона и жадные до войны Белые Шрамы. Кайваану, как старшему по званию среди Адептус Астартес, выпало руководить братьями – пусть немногочисленными, но способными изменить ход любой битвы. У него уже имелся тщательно составленный план поиска скрытых огневых точек тау с одновременной поддержкой главного наземного наступления.

И без того громадное превосходство людей в количестве бойцов дополнительно возрастало за счёт многочисленных имперских рыцарей, в том числе крупного контингента дома Терринов и разнородной группы Вольных Клинков. Наконец, самым загадочным участником похода был небольшой флот Адептус Механикус, перевозивший множество техножрецов и несколько когорт скитариев. Возглавлял их магос Аркотолитис, который, впрочем, никогда не появлялся на военных советах и предпочитал оставаться на борту своего флагмана «Археоклад».

Хотя лорд-генерал запрашивал у Департаменто Муниторум дополнительную поддержку, в частности, легион титанов, иные параллельно идущие войны имели более высокий приоритет. При этом Троскзера проинформировали, что подкрепления будут доступны, если наземное наступление забуксует, но от тона сообщения кадийца бросило в озноб. Он понял, что лучше бы ему никогда не потребовалось обращаться за этими зловещими «вспомогательными ресурсами».

Согласно плану атаки Троскзера, войска приземлялись в десятке зон высадки, разбросанных по планете, но основные три располагались на сверхконтиненте Агреллана. Каждому из соответствующих фронтов – Восточному, Центральному и Западному – надлежало упорно продвигаться вперёд, выискивая и уничтожая по пути группировки неприятеля. В итоге все три клина должны были сойтись у крупнейшего поселения тау в тени старого столичного улья – Агреллана-Прайм. Там, как рассуждал лорд-генерал, им предстояло объединить усилия для истребления остатков войск ксеносов.

Троскзер, в действительности, уже давно вышел из возраста, когда мог бы лично вести солдат в бой. Он сражался в стольких войнах, что забыл больше битв, чем помнил, и за это время хорошо научился примечать выдающихся офицеров, благодаря чему доверял решениям своих полковых командиров. Поэтому лорд-генерал остался на борту «Неукротимого», а руководство наземными силами принял полковник Старкзан, энергичный лидер Кадийского 625-го.

За долгую армейскую карьеру главнокомандующий Троскзер повидал немало соотечественников, столь же истовых, целеустремлённых и напористых, как его заместитель. Правда, все они погибали, дослужившись самое большее до капитана. Ничего удивительного: рано или поздно готовность к самопожертвованию и привычка командовать бойцами на передовой губили очередного офицера. И всё же Старкзан в каждом неудержимом броске к победе избегал подобной судьбы. Он был спасителем Дарристена, военачальником, сокрушившим восстание на Хелликоме, тем, кто повёл своих людей в глубокий тыл врага в ходе кампании на Боксиане, когда удалось нарушить державшееся сотню лет равновесие. Любой из нижестоящих офицеров готов был закрыть его грудью от выстрела, а солдаты 625-го бросились бы на космодесантников-предателей или громадных орков с голыми руками, если бы так приказал их полковник.

Действуя в привычном стиле, Старкзан высадился на планету в составе первой волны и первым же сошёл по десантной рампе транспортника. Выполняя его приказ, изуродованный шрамами сержант Локски воткнул знамя части в толстый слой песчаника, покрывающий агрелланские пустоши. И это зрелище – их командир под стягом полка – встречало бойцов 625-го во время выгрузки и построения. Все знали, что грядёт битва, и воины Астра Милитарум были готовы к ней.

{{Врезка|– Сэр, – начал вокс-оператор Конев, – капитан Ченск докладывает о совсем незначительном присутствии тау в зоне высадки. Судя по всему, они отступают.

Полковник Старкзан кивнул. При всей своей сосредоточенности угрюмый офицер чувствовал, что происходит у него за спиной. Быстро повернувшись к сержанту Локски, он внимательно посмотрел полковому знаменосцу в лицо, изборождённое шрамами и растянутое в улыбке.

– Выкладывай, сержант! – резко произнёс командир, который слишком хорошо разбирался в своих людях.

Улыбка немедленно исчезла, но глаза Локски по-прежнему сияли.

– Мы знали, что эти ксеноподонки – трусы, сэр. Мы знали, что они побегут.

Старкзан покачал головой. Он ненавидел долгие варп-перелёты: сколько ни гоняешь бойцов на тренировках, у них всё равно находится время для распускания слухов.

– Нет, – суровым и уверенным тоном ответил полковник. – Верно, тау бегут, но они не трусы, и скоро мы в этом убедимся. Чужаки не будут сражаться по нашим правилам. Нельзя их недооценивать. Приберегите свои улыбки до момента, когда мы поднимем Аквилу над Агрелланом-Прайм.

Чётко развернувшись, Старкзан быстро отдал несколько приказов различным адъютантам и офицерам, после чего затребовал свою «Химеру».

– Распределение солдат закончит капитан Малиновский, а нам пора отправляться на фронт, – сказал полковник, испытывая беспокойство.

Всех офицеров проинструктировали ожидать вражеских засад, но непросто было отойти от укрепившихся в сознании шаблонов. «Ни шагу назад» давно стало лозунгом Кадии, и отступление считалось признанием поражения. Ловушки тау, считал Старкзан, быстро излечат всех от старых привычек. }}

===СТРУКТУРА ЭКСПЕДИЦИОННОГО КОРПУСА «ВОЗДАЯНИЕ»===
''Примечание составителя: в связи с тем, что в состав экспедиционного корпуса входило множество различных боевых флотов и полков Астра Милитарум, нижеследующая диаграмма является не исчерпывающим списком подразделений, а скорее общей схемой иерархии имперских сил.''

[[Файл:Montka 148.jpg|frameless|мини|]][[Файл:Montka 149.jpg|frameless|мини|]]

===ПОЛКОВНИК СТАРКЗАН===
[[Файл:Montka 151.jpg|frameless|мини|справа|]]
Западный фронт возглавлял не кто иной, как полковник Старкзан лично. Помимо бойцов Кадийского 625-го его армия располагала одними из лучших подразделений поддержки в экспедиционном корпусе «Воздаяние». Старкзан планировал первым добраться до точки сбора, поскольку желал убедить лорда-генерала Троскзера, что тот не ошибся, назначив его командующим.

Ведомые полковником Старкзаном и его 625-м Кадийским, силы Западного фронта (ЗФ) быстрее остальных завершили подготовку и выдвинулись из зоны высадки. Пока командиры на остальных плацдармах ещё собирали свои полки или окапывались, чтобы создать оборонительные рубежи на случай отступления, полковник устремился вперёд. Несмотря на гигантские размеры многочисленных транспортных судов и то, что они непрестанно совершали рейсы на поверхность, потребовалось бы ещё много дней или даже недель для переброски всей армии вторжения. Это время Старкзан мог использовать, чтобы начать продвижение к цели, и ради этого полковник разъезжал по всему фронту, выкрикивая приказы наступать каждой вновь собранной боевой группе.

Хотя ни одна зона высадки не подверглась полномасштабной атаке, тау время от времени испытывали оборону каждой из них. Обтекаемые истребители касты Воздуха, прорывая воздушные кордоны вокруг плацдармов, штурмовали с бреющего полёта точки сбора или расстреливали плотно набитые транспорты. Умело замаскированные отделения следопытов, используя приборы целеуказания, наводили ракетные удары и избегали возмездия благодаря внезапному появлению бойцов в костюмах XV25. Обстреляв гвардейцев, стелс-команды отвлекали их внимание от товарищей, а затем исчезали и сами.

Все солдаты знали, что Агреллан – скверное место, но увиденное в зонах высадки подтвердило худшие опасения многих из них. Бойцы Старкзана приземлились на Мёртвых равнинах – в безжизненной ядовитой пустыне. Дальность обзора была ограничена по всем направлениям, поскольку из-за планетарной бомбардировки в атмосферу поднялись огромные массы сернистого пепла. Также это увеличило силу чудовищных песчаных бурь, регулярно прокатывавшихся по планете. Имперским гвардейцам выдали дыхательные маски, которые позволяли выживать в подобных ураганах, но, если бы кампания затянулась, то слишком длительное воздействие токсинов обрекло бы на смерть любого из них. Для полковника это стало ещё одной причиной поспешить с наступлением.

Некоторых командиров, возможно, устроило бы руководство войсками с тыла, но Старкзан к таковым не относился. Напористый, как и всегда, он быстро сформировал собственную боевую группу и, выдвинувшись в пустошь, вскоре исчез среди колоссальных облаков радиоактивной пыли. Полковник знал, что впереди его ждут засады тау, но совершенно не переживал из-за этого. Фактически, он стремился испытать тактическое мастерство и мощь Астра Милитарум в бою с этими ксеносами.

===БОЕВАЯ ГРУППА «ГРОМ»===
Это формирование, собранное из подразделений, высадившихся в первой волне, и возглавленное полковником Старкзаном лично, быстро получило название «Гром» за сотрясающий землю грохот «Неуязвимой чести», сверхтяжёлого танка типа «Грозовой владыка».

Данной боевой машине 423-го полка надлежало присоединиться к передовым бронетанковым соединениям. В предыдущей кампании «Неуязвимая честь» сражалась на Цифусе IV, где залпами из мегаболтера «Вулкан» в одиночку разорвала на куски атакующую орду зеленокожих. Одна волна орков за другой накатывала на имперские позиции, но многоствольная установка, изрыгавшая непрерывные потоки снарядов, в клочья разносила чужаков в передних рядах, не давая им добраться до цели. «Грозовой владыка» оказался первым сверхтяжёлым танком, доставленным на Агреллан. Увидев машину съезжающей по десантной рампе, Старкзан немедленно реквизировал её и передал собственной боевой группе. Полковник оценил не только толстую броню и несравненное противопехотное вооружение «Неуязвимой чести», но и её способность перевозить достаточное количество бойцов.

Рядом со сверхтяжёлым танком шёл в наступление костяк соединения «Гром» – пехотный взвод «Щит Императора» под началом лейтенанта Кринока. Столь же лихой в сражении, как и сам полковник Старкзан, этот высоко ценимый молодой офицер был известен за пылкость на поле битвы и непоколебимую решимость. После подвигов, совершенных во время Хелликомского восстания, солдат его взвода в Кадийском 625-м начали называть «Прорывателями». Именно они сражались впереди всех в уличных боях при захвате последнего жилого блока, печально известного «Мясницкого квартала». Немало взводов полегло в неудачных попытках штурма, поочерёдно истреблённые защитниками данного участка. Тогда жаждущий славы Кринок выхватил цепной меч и повёл своих гвардейцев в атаку. Немногочисленные кадийцы, выжившие в том кровавом натиске, стали сержантами и получили в подчинение бойцов, которые заняли места павших. Именно эти взводы затем поднялись на корабли экспедиционного корпуса «Воздаяние».

В состав «Прорывателей» входили следующие отделения: командное Кринока, пять пехотных, два «Часовых» и два расчёта тяжёлого вооружения. Шагоходы, как правило, использовались для скоростного ведения разведки по флангам взвода, хотя столь же превосходно действовали в качестве быстроходного мобильного резерва и поддерживали гвардейцев огнём там, где это требовалось больше всего. Отделения тяжёлого вооружения обычно вели прикрывающий обстрел во время наступления основных пехотных отделений. Бойцов из расчётов тяжёлых болтеров товарищи называли «Пыхтелками» за характерные звуки очередей масс-реактивных снарядов, а их коллег с лазпушками – «Танкобоями», поскольку в сражениях они атаковали и уничтожали вражескую бронетехнику.

Также в пехотную часть боевой группы входила штурмовая рота «Клинок Императора» под началом иссечённого шрамами лейтенанта Дразды. Солдат трёх её ветеранских отделений назвали «Меткачами Дразды», поскольку они утверждали, что являются лучшими стрелками во всем полку. Эти гвардейцы служили под командованием Старкзана со дня его повышения, и полковник равно ценил напористую тактику лейтенанта, смертоносную меткость его элитных бойцов и само присутствие испытанных воинов на поле битвы. Так, на Дарристене Меткачи, примчавшись на позиции в «Химерах», высадились и построились в стрелковую цепь как раз перед стремительной атакой культистов. Оказалось, однако, что костяк противника составляют не одни лишь фанатики в рясах, но и закованные в доспехи чудовища, ненавистные космодесантники Хаоса. То, что ветераны уцелели в битве со столь могучим неприятелем, многое говорит не только об их мастерской стрельбе, но и железной стойкости в обороне. Во время того сражения оказывавшая поддержку «Адская гончая» заслужила собственное имя «Ярость Кадии»: когда струи её пламени омывали улицы, на месте врагов оставались лишь пузырящиеся пятна.

Заключительным отрядом, включённым полковником Старкзаном в состав боевой группы, стал бронетанковый взвод «Кулак Императора». В Кадийском 423-м его членов экипажей прозвали «Неутомимыми». Под командованием лейтенанта Урдрейка они оказывали «Грому» танковую поддержку, исполняя ту же роль, что и в предыдущей кампании при обороне Цифуса IV. Задача оказалась по силам «Кулаку Императора»: с каждым рыком его боевых пушек орочьи развалюхи превращались в ревущие огненные шары. Сражение оказалось настолько свирепым, что ожоги от дульного пламени запятнали все машины взвода, и Винкций, техножрец взвода, приводил их в порядок на протяжении всего перелёта до Агреллана. Но победу кадийцам тогда принесли именно лазерные пушки «Неуязвимой чести»: отстрелив башню мегатанку зеленокожих, «Грозовой владыка» продолжил истреблять сопровождавших колосса пехотинцев.

Последним к боевой группе «Гром» присоединился комиссар Фремантл, суровый офицер, которым могли гордиться его облачённые в чёрное коллеги. Постоянно стремясь увеличить свои шансы на повышение, он постарался попасть в командное подразделение Старкзана, поскольку знал, что полковник направится прямо в пекло битвы. Именно там комиссар с его огромной силой воли мог наилучшим образом послужить делу Империума. И Фремантл не был разочарован, ведь Старкзан планировал как можно быстрее вывести «Гром» на тропу войны и лично возглавить передовой отряд на долгом пути до Агреллана-Прайм.

В соответствии с замыслами полковника Западный фронт представлял собой широкий поток войсковых группировок, продвигающихся к общей цели. Помимо бойцов его 625-го, там были пехотинцы Кадийского 168-го и Рундварского 22-го, а также 423-й и 72-й бронетанковые полки Кадии. По возможности Старкзан пытался не разделять полки, но с этим возникли сложности из-за неизбежной сумятицы в зоне высадки и необходимости как можно скорее выступить к пункту назначения. В большинстве случаев создавались смешанные боевые группы на основе пехотных и танковых соединений. Заметным было лишь отсутствие артиллерийских бригад, которые по расписанию спускались на планету последними. Таким образом, у пехотных полков имелись лишь собственные немногочисленные орудия поддержки, но Старкзан не представлял, чтобы это как-то повредило ему в дальнейшем. Он ожидал войну с подвижной линией фронта, где воздушные силы принесут больше пользы, чем медленно движущийся парк артиллерии.

Западный фронт наступал через потрескавшиеся пустоши – унылые земли с внезапно налетающими радиационными бурями, которые застилали горизонт плотными облаками пыли. На плоской поверхности Мёртвых равнин изредка встречались скалистые участки, а единственными признаками былой жизни являлись разрушенные промзоны прямо посреди пустыни. Казалось, что любая из таких особенностей местности превосходно подходит для одной из пресловутых ловушек или стремительных контратак тау: через неравномерные промежутки упорного перехода вспыхивали перестрелки или же из-за пределов видимости прилетали ракеты, падающие на колонну людей. Солдаты Астра Милитарум выносили тяготы вроде жестоко палящего солнца или набивающегося во все щели песка с типичным стоицизмом, но постоянные жалящие выпады чужаков терзали и раздражали их. Все бойцы – от салаги с лазганом до старшего офицера – жаждали настоящей битвы. Полковник Старкзан рассчитывал, что при продвижении Империума по нескольким фронтам ксеносы рано или поздно остановятся и примут сражение, что позволит его боевым группам сосредоточить силы перед ударом.

Вокс-сеть переполняли доклады от каждого из пробирающихся через пустыню соединений. Все они сообщали об одном и том же с небольшими вариациями: противник атакует из ниоткуда и пропадает до того, как Имперская Гвардия успевает собраться для достойного ответа. Подобные нападения происходили внезапно и без предупреждения. Люди быстро научились ненавидеть свистящий звук чужацкого самолёта, заходящего для атаки, или пронзительный визг ракет, несущихся из-за горизонта. Но больше всего солдаты начали страшиться грозных рельсовых пушек, установленных на боевых кораблях «Рыба-молот», и стали ненавидеть издаваемые ими при стрельбе щелчки. Эти антигравитационные танки подлетали на расстояние выстрела или взмывали над барханами, давали залп-другой и отступали; вслед за звучным резким выстрелом выпущенные из магнитного ускорителя гиперзвуковые снаряды пронзали броню имперской техники. Порой «Рыб-молотов» поддерживали пехотинцы с дальнобойными импульсными винтовками, отнимавшие жизни плазменными очередями. В такие моменты казалось, что спрятаться негде – особенно танкам, поскольку в голой пустыне не имелось подходящих укрытий. Если же гвардейцы за счёт стойкости или флангового манёвра приближались к врагам, тау усаживались в транспорты «Рыба-дьявол» и стремительно растворялись в ядовитом удушливом воздухе.

Поскольку подавляющее большинство «Громов» Имперского ВКФ, а также «Валькирий» и «Стервятников» самой Астра Милитарум осуществляли защиту уязвимых позиций возле зон высадки, наземные силы людей вдали от базы просто не могли прижать огнём или уничтожить быстро отступающих чужаков. В немногих отдельных случаях магистр капитула Шрайк организовывал стремительные карательные удары, и тогда скоростные «Громовые ястребы» Адептус Астартес обрушивали на ксеносов ошеломляющую огневую мощь. Однако несколько подобных операций не шло ни в какое сравнение с тысячами мелких атак из засады. Впрочем, последствия вмешательств Космодесанта – дымящиеся остовы вражеских машин в пустыне – заметно повышали боевой дух солдат, проходящих мимо в длинных колоннах пехоты и бронетехники.

{{Врезка|Шас'уи Тра'эрро осматривал мерцающий горизонт с позиции на скалистом утёсе. Мутные столпы на горизонте выдавали координаты приближающихся гуэ'ла – только тяжёлые гусеничные машины могли поднять столько пыли. Тау ввёл данные в наручный модуль связи, и сенсорная антенна переслала их трём другим командам следопытов, рассредоточенным по этому сектору. Отряды провели точную триангуляцию целей, выделили каждую неприятельскую боевую единицу – от марширующей пехоты до неуклюжих танков, грохотавших следом – и расставили приоритеты атаки. Далеко позади следопытов находилась череда дюн, и среди этих небольших возвышений скрывались бронетанковые кадры сдерживания. Командиры всех боевых кораблей получили информацию от передовых команд, и на их голокартах теперь отслеживались наступающие враги. Разведчики тау наблюдали и ждали, а столпы пыли постепенно сменялись тёмными силуэтами и наконец отдельными фигурами. Тра'эрро хорошо знал свою команду: бойцам не требовалось напоминать о терпении, ведь их дисциплина была неоспоримой. Шас'уи подпускал противников всё ближе и ближе. Теперь он уже мог разглядеть заросшие щетиной и запачканные пылью лица гуэ'ла, которые посматривали точно на его надёжно замаскированную позицию. Нажатием кнопки Тра'эрро подал команде сигнал, и следопыты навели приборы целеуказания, подсветив мишени невидимыми лучами. Вдали пламя озарило дюны, когда «Небесные скаты» разразились смертоносными залпами...}}

===ЗАСАДА В ЧЁРНЫХ РАЗВАЛИНАХ===
Величина человеческой армады и внезапность её появления ошеломили тау. Командующая Тень Солнца знала, что не может противостоять столь многочисленному врагу в его зонах высадки, поскольку её войска будут уничтожены орбитальной бомбардировкой и сосредоточенным огнём неприятеля. К тому же доктрины кауйона гласили, что добыча достаётся только терпеливому охотнику.

Подняв магнокуляры, капитан Шапошник осмотрел горизонт, хотя уже убедился в бесполезности такого занятия. В отравленном воздухе парило столько пыли, что радиус обзора был чуть больше дальности стрельбы из тяжёлого болтера. Из мутных клубов выступали тенистые руины, но в зоне видимости ничего не двигалось. Различные функции бинокля, кажется, тоже не работали – даже после того, как офицер сильно ударил по устройству ладонью, надеясь расшевелить его машинный дух. Конечно, всё это не улучшало положения гвардейцев. Токсичная взвесь также вносила сумятицу в вокс-сеть, время от времени искажая сигналы и порой полностью заглушая связь. Кроме того, капитану не нравилось, что передовой взвод «Часовых» и пехотный разведвзвод куда-то пропали и не отвечают на вызовы. Возможно, их передачи просто тонут в сильном песчаном шквале, но ведь каждого офицера предупреждали о возможных уловках тау. Полковник Старкзан утверждал, что чужаки обязательно атакуют из засады, и вопрос только в том, когда они нанесут удар.

У Шапошника имелся выбор: идти прямо в неприятельский силок или удерживать позицию. Принять решение было несложно – капитан не хотел испытать на себе гнев Старкзана за излишне осторожное продвижение, поэтому он приказал вокс-оператору передать отряду распоряжение перестроиться в три боевые линии. После завершения манёвра офицер скомандовал первой шеренге наступать, но осмотрительно. Кадиец рассудил, что неизвестная ксеноугроза и близко не может быть столь же ужасной, как его полковник.

За двинувшимися вперёд боевыми порядками Имперской Гвардии велось внимательное наблюдение с использованием высокоэффективных черносолнечных фильтров и полудюжины других следящих устройств. Тепловые датчики фиксировали загрязнённые выхлопы танков, но также могли выделить из общей массы бьющееся сердце отдельного солдата. Сканеры вещества отыскивали уязвимые места в броне, а высокотехнологичное акустическое оборудование записывало переговоры и даже составляло графики частоты дыхания людей. Все наблюдательные посты и узлы обменивались между собой полученной информацией, причём небольшая часть данных поступала даже с оставшихся на орбите геосинхронных спутников.

Нажав несколько значков на экране коммуникатора на запястье, кадровый Огненный Клинок шас'нель Ру'вар передал товарищам закодированный план боя. В полном безмолвии сообщение разнеслось по руинам; так каждое отделение затаившегося кадра идеально поняло суть задания и запомнило отметки времени для своих действий.

Капкан в Чёрных развалинах захлопнулся быстро.

Команды следопытов, отлично замаскированные среди обломков, «подсветили» приборами целеуказания всю бронетехнику в передовом танковом взводе «Леманов Руссов», после чего стаи самонаводящихся ракет захватили сигналы и с неуловимой для глаз скоростью вонзились в относительно тонкую корму каждой боевой машины. Человеческие танки содрогались и взрывались, рассекая смертоносными осколками плотные ряды пехоты, продвигавшейся следом. Не успели гвардейцы отреагировать – броситься в укрытие или открыть ответный огонь, – как вооружённые дальнобойными импульсными винтовками дроны-снайперы начали уничтожение заранее определённых целей. Сержанты, лейтенанты, комиссары и особенно бойцы с тяжёлым оружием одновременно и резко дёрнулись, пронзённые метко запущенными сгустками плазмы.

Пока капитан Шапошник и выжившие офицеры пытались навести порядок среди начинающих паниковать бойцов, к атаке присоединились охотничьи кадры тау. Из-за руин вылетели транспорты «Рыба-дьявол», вздымая при стремительном ускорении клубы почерневшей пыли. Затем машины внезапно замерли на расчётных позициях и извергли поток воинов Огня, которые проворно перестроились в оптимизированные боевые порядки для стрельбы. По шеренгам ксеносов пробежала голубоватая рябь дульных вспышек, и вслед за очередями сверкающей плазмы раздались крики раненых. Повернувшись к вокс-оператору, чтобы приказать второй линии выдвигаться для поддержки первой, Шапошник вздрогнул: у его связиста больше не было головы. Капитан беспомощно смотрел, как безжизненное тело повалилось, испуская алые струи, и вздрогнуло в последний раз.

Менее достойные полки могли бы дрогнуть и бежать пред столь внезапным и эффективным ударом из засады, но воины 625-го входили в ударные части Кадии. Они пришли сюда сражаться. Выжившие солдаты уже залегали, образовывали собственные стрелковые шеренги и вели ответный огонь, пронзая сумрак яркими энергетическими лучами. Некоторые гвардейцы поползли за тяжёлым оружием, выпавшим из рук убитых товарищей, но плазменные разряды далёких дронов вновь и вновь пронзали броню и плоть, сражая всех, кто решался покинуть укрытие.

Выкрикивая команды, Шапошник распорядился принять оборонительное построение и стянул уцелевшие отделения ближе друг к другу. Кадийцы заняли позиции вокруг выживших миномётных расчётов, которые поспешно развернули установки и теперь посылали снаряды в зоны, где последний раз видели нападавших. Стабилизировав ситуацию, капитан подозвал другого вокс-оператора и приказал второй боевой линии выдвигаться на помощь. Вскоре появился следующий взвод «Леманов Руссов». Танки вели прикрывающий огонь из грохочущих боевых пушек, хотя их экипажи не видели ничего, кроме далёких вспышек света, приглушенных мутной завесой пыли. Подбежавшие пехотные отделения укрепили порядки 625-го, и Шапошник передал свои координаты союзникам: сначала обратившись за хоть какой-нибудь воздушной поддержкой, затем запросив подкрепления у ближайших боевых групп.

Только после этого сообщения шас'нель Ру'вар приказал включить переносную «глушилку» кадра, которая заблокировала дальнейшие переговоры людей. Приманка была разложена, и теперь истинная ловушка ждала своего часа.

===БРОНЕТАНКОВЫЙ СДЕРЖИВАЮЩИЙ КАДР ДАЛЬНЕГО УДАРА===
Бронетанковые сдерживающие кадры изначально были придуманы как мобильные и способные к мощным ударам подразделения, но никто из них не мог сравниться в смертоносной точности с отрядом, которым командовал ас боевого корабля шас'ла Т'ау Ша'нг, более известный как Дальний Удар.

Когда тау впервые покорили Бухту Му'гулат, за один день вырвав её из рук Империума, именно этот воин Огня громче всех прославился в боях. В начале той молниеносной кампании отряд Ша'нга был развернут на острие бронетанкового клина, получившего задачу атаковать тяжёлую технику и уничтожать надёжно укреплённые позиции неприятеля. Экипажи боевых кораблей обучены сражаться не поодиночке, а как единое целое, и в тот день Дальний Удар направлял свой кадр с непогрешимой точностью.

Напрягая гравитационные двигатели, бронетехника Ша'нга стремительно ворвалась на поле битвы. Там пилоты столкнулись с наступающей ротой «Леманов Руссов» и обстрелом из тяжёлого оружия, который вёлся со стороны эшелонированных линий хорошо оборудованных бункеров. Первыми в бой вступили «Небесные скаты»: используя сетевые приборы целеуказания, они определили для кадра мишени и последовательность их поражения. При этом свои самонаводящиеся ракеты они придерживали специально, чтобы позднее выпустить их с дальней дистанции или применить против особенно стойкого противника.

Затем при содействии целеуказателей открыли огонь боевые корабли «Рыба-молот». Два из них были оснащены плоскоствольными рельсотронами, внушающими огромный страх врагам. Поскольку кадр Дальнего Удара уступал противнику числом, каждый выстрел имел значение – и тау не промахивались. Несмотря на толстую броню неприятелей, все гиперзвуковые снаряды пробивали корпусы жертв, после чего следовали внутренние взрывы, и к небу вздымались клубящиеся облака жирного чёрного дыма. В башне третьей «Рыбы-молота» располагалось ионное орудие, выпускавшее при энергетической перегрузки сверкающую синюю волну, которая расходилась широким фронтом и испаряла имперских гвардейцев внутри их железобетонных бункеров.

Ша'нг ни на секунду не позволял своему соединению остановиться, так что тау постоянно находились в движении. Кадр продолжал наступать, огибая обломки подбитых неприятелей, когда внезапно раздался свист – «Небесные скаты» выпустили самонаводящиеся ракеты и разнесли на куски вражескую бронетехнику, пытавшуюся обойти боевые корабли с фланга и поразить их в более уязвимые борта. Танки противника, впрочем, были не единственной заботой пилотов Дальнего Удара. Пехотинцы с тяжёлым оружием рыскали в траншеях или укрывались за выгоревшими остовами уничтоженных бронемашин, но всякий раз, когда они брали на прицел обтекаемую технику ксеносов, в дело вступали дополнительные огневые системы кадра. Скорострельные пушки решетили солдат импульсными очередями, а пусковые установки накрывали их залпами воющих снарядов.

Когда гвардейцы бросались в окопы или отступали, пытаясь скрыться, их настигали «умные» ракеты. Ведомые бортовым ИИ, они огибали преграды или устремлялись вдоль траншей на пути к цели.

Ша'нг лично уничтожил столько неприятельских целей – от бронемашин до колоссального шагохода, – что прочно утвердился в звании самого знаменитого танкового аса Третьего сферического расширения. Впрочем, пилот настаивал, что настолько смертоносным его соединение стало лишь благодаря командной работе всего отряда. За истребление такого количества людей его бронетанковый сдерживающий кадр удостоился особой похвалы от самой командующей Тени Солнца. Выше подобной чести могла быть только личная благодарность верховного эфирного аун'Ва.

В новом сражении за Бухту Му'гулат шас'ла Дальний Удар опирался на те же основные принципы: оставаться в движении, работать в команде, расставлять приоритеты целей. Распоряжения о'Шасерры касательно нападений на армии Империума, пытавшихся отвоевать планету, звучали просто: подрывать силы врага стремительными налётами. Все пилоты бронетанковых сдерживающих кадров хорошо знали эту тактику, поэтому Ша'нг и его товарищи твёрдо исполняли свой долг. Они атаковали стремительно и мощно, после чего выходили из боя.

{{Врезка|ДАЛЬНИЙ УДАР

За непогрешимую меткость шас'ла Ша'нг был избран испытателем боекостюма пилотов XV02. Благодаря его усовершенствованному интерфейсу Дальний Удар обрёл тесную связь не только со своим боевым кораблём, но и со всем остальным кадром. Скафандр идеально взаимодействует с функциями ИИ «Рыбы-молота», что позволяет Дальнему Удару лучше захватывать цели, стрелять в быстром темпе и оказывать поддержку товарищам. Хотя XV02 предоставляет владельцу несравненный обзор и превосходные голокарты, Ша'нг до сих пор предпочитает выглядывать из башни, чтобы лично обозревать каждое поле битвы. Тем, кто задаёт вопросы о причине таких действий, Дальний Удар отвечает старинной поговоркой Т'ау: «Врасс аль'шон квн'ша», что примерно переводится как «некоторые традиции очень живучи». В этом весь Ша'нг – традиционалист, снова и снова изрекающий сентенции, выученные в академии пилотов. Он твёрдо верит в полезность муштры, поэтому вновь и вновь повторяет с подчинёнными различные манёвры, пока все экипажи не выучат его боевую тактику и привычные схемы прицеливания так же надёжно, как и сам взыскательный ветеран. Однако же, когда бойцы нового кадра Дальнего Удара предложили ему пройти связующий ритуал та'лиссера, танковый ас отказался. После того как первые его товарищи по единению погибли на Т'росе от рук людей, Ша'нг поклялся никогда больше не участвовать в подобном обряде. Отныне сухой и отстранённый ас связан подобными узами лишь с долгом и войной.}}

===ВЗВОД «БАТАЛИКА»===
Гвардейцы «Баталики» не сомневались, что могут разнести в клочья, а затем намотать на гусеницы своих «Леманов Руссов» любого врага.

Всех бойцов «Баталики», первого взвода 3-й роты Кадийского 423-го бронетанкового полка, ротный командир подбирал в личном порядке из числа наиболее умелых и опытных механиков-водителей и наводчиков-операторов. Их старший офицер сразу выделял намётанным глазом самых талантливых подчинённых, поскольку был никем иным, как рыцарем-командором Паском, известнейшим танковым асом Империума.

В сражениях «Леманы Руссы» всегда играли роль молота Имперской Гвардии. Могучим железным потоком они прорывали боевые порядки врага или стальной стеной вставали у оборонительных позиций союзников. И никто не мог похвалиться тем, что справляется с подобными заданиями лучше рыцаря-командора Паска. Согласно архивам Кадии, на счету героя было больше подтверждённых побед, чем у любого из его современников-танкистов, а бойцы 3-й роты – особенно служившие в личном взводе Паска – просто старались не отставать от своего блистательного лидера.

Войны накатывались на Империум одна за другой, словно бесконечный прилив, и 423-й бронетанковый сражался по всей Галактике, присоединяясь то к одному, то к другому экспедиционному корпусу. Но где бы ни дрался взвод «Баталика», его экипажи всегда добивались высочайших похвал. В битве за Нору Хейтора рыцарь-командор повёл наступление против атакуюших волнами эльдарских гравитанков, и гвардейцы в итоге оставили за собой лишь обломки вражеских машин. Во время кампании Семи Лун они бились с бронетехникой отступников и крушили не только «Леманов Руссов», но и утыканные шипами танки космодесантников Хаоса.

Секрет успехов Паска был прост – он не знал себе равных в искусстве истребления бронемашин. Стратегия кадийца также не отличалась сложностью: «Стреляй первым и не промахивайся». Именно такой совет он обязательно давал любому танкисту из непрерывного потока новичков, прибывающих в 3-ю роту. В большинстве сражений рыцарь-командор размещал свой танк среди бронетехники личного взвода и выстрелами из длинноствольного орудия «Покоритель» уничтожал неприятелей, которых считал наиболее опасными для себя. Такой же приказ Паск отдавал подчинённым, и в грохоте боевых пушек остальные экипажи прикрывали лидеру борта во время наступления.

Обучение танкистов в Имперской Гвардии было таким же беспощадным и прямолинейным, как и сами облачённые в сталь «Леманы Руссы». Бойцам внушали, что в битве следует полагаться на толстую лобовую броню и палить из всех стволов. Лучшая защита – сокрушить противника до того, как он выстрелит в ответ. Именно в таком стиле Паск командовал «Баталикой» на Агреллане и неустанно, даже бессердечно, гнал свои машины вперёд. Если оказывалось, что враг особенно хорошо оснащён противотанковым оружием, сам рыцарь-командор держался позади и направлял в атаку другие взводы. Пока подчинённые отвлекали огонь на себя, кадиец разносил вражескую технику на куски так быстро, как его заряжающий успевал досылать новые снаряды в казённик. Если же передовые отряды погибали, их место занимала «Баталика».

Несмотря на столь бесцеремонное отношение со стороны Паска, все танкисты 423-го поклонялись живой легенде, ходившей у них в командирах. В ожидании распоряжений о том, какую позицию тау штурмовать следующей, члены экипажей убивали время, пересказывая друг другу истории о геройских подвигах своего лидера. Гвардейцы в ярких деталях описывали многочисленные примеры поразительной меткости рыцаря-командора или его железные нервы, благодаря которым он никогда в жизни не вздрагивал. Но самые излюбленные байки вертелись вокруг того факта, что к исходу множества битв Паск неизбежно оставался без танка.

И это было правдой: рыцарь-командор редко завершал кампанию на той же машине, на какой начинал её. Однажды его «Лемана Русса» раздавила орочья боевая крепость, в другой раз «Огненная призма» эльдар рассекла танк Паска напополам. На Трогосе IV кадиец выстрелом из «Покорителя» сразил беснующегося титана Хаоса, однако подбитый колосс начал валиться прямо на победоносного неприятеля. Сначала показалось, что искушённый командир избежит неприятностей, поскольку «Леман Русс» успел дать задний ход и уйти от удара. Однако в ядре реактора предательского титана после падения начались какие-то катастрофические процессы, завершившиеся мощным взрывом, в широкий радиус которого и угодила недостаточно быстрая боевая машина Паска.

Но в конечном итоге всё это не имело значения. Рыцарь-командор всякий раз выползал из подбитого танка – неважно, покидал ли он почерневший от пламени остов или протискивался через какую-нибудь жуткую пробоину в стальной шкуре «Лемана Русса». Возможно, в сгоревшем мундире, с обожжённой плотью или кровоточащими ранами, но всегда живым. Получив затем новую бронемашину, Паск неизменно называл её «Стальная рука». Его сослуживцы-ветераны могли бесконечно рассказывать эти истории и повторяли их до тех пор, пока даже новички не заучивали наизусть повествования о битвах, случившихся за годы до их появления в полку.

До сих пор ксеносы на Агреллане по большей части бежали пред надвигающейся мощью «Леманов Руссов». Рыцарь-командор Паск чувствовал, что вскоре начнётся массированная контратака, а чутье его никогда не подводило.

===СТОЛКНОВЕНИЕ БРОНЕМАШИН===
Колонны человеческой техники спешили отразить внезапные выпады чужаков, но и сами уже оказались на прицеле. Командующая Тень Солнца послала в атаку все свои бронетанковые сдерживающие кадры, надеясь нанести врагу сокрушительный удар и затем отступить вновь. Так началось эпическое сражение боевых машин...

Паск осознавал, что происходит нечто странное. Его вокс-станция улавливала множество призывов о помощи, и все ситуации казались до жути похожими. Тау нанесли мощные удары со скрытых позиций, остановив наступление людей, и передовые группы успели только запросить подкрепления, после чего связь с ними прервалась. Вскоре перестал работать и вокс-передатчик самого кадийца – зона тишины словно бы продолжала расширяться. По всем каналам в доступном диапазоне раздавалось только гудение помех. В последнем сообщении, которое получил рыцарь-командор, говорилось о том, что множество боевых групп направляются к атакованному фронту. Каждую из них предупредили о склонности чужаков к использованию засадных команд для атак, и командиры соединений распорядились продвигаться с осторожностью. Паск, впрочем, рассудил по-своему.

Вместо того, чтобы рвануть напрямую в точку по полученным координатам, он выбрал длинный маршрут, оборачивающийся вокруг последнего известного местонахождения союзников. Высунувшись из люка, рыцарь-командор жестами приказал «Баталике» и двум другим взводам своей роты следовать за ним. Да, путь был дольше, но Паск опасался угодить в более масштабную ловушку. При этом танковый ас заметил, как мрачнеет впереди неестественно низкое небо Агреллана. Гвардейцы двигались навстречу поднимающейся буре.

Тем временем капитан Шапошник, укрывавшийся за остовом разбитой «Химеры», постепенно осознавал, что тау задумали нечто очень серьёзное, а его роту использовали в качестве приманки. Аналогичная мрачная истина понемногу открывалась десяткам других имперских офицеров по всему фронту, растянувшемуся на три сотни километров. Под хмурящимися небесами люди и танки нескончаемым потоком вливались на усеянные руинами пустоши, стремясь отыскать товарищей и помочь им. Однако нашли солдаты кое-что другое – поджидавшие их пушки чужаков.

Скоростные «Часовые» из нескольких рот «Коготь Императора», первыми прибывшие к Чёрным развалинам, были разорваны на куски в результате попаданий самонаводящихся ракет, а также залпами ионных и рельсовых пушек, быстро разобравшихся с легкобронированными шагоходами. Следом подкатили бронетанковые роты «Кулак Императора», насчитывавшие по дюжине боевых машин каждая. Все больше и больше соединений 423-го и 72-го Кадийских бронетанковых полков приходили на помощь к бронетехнике поддержки пехотных частей, и так началось непрерывно обостряющееся танковое сражение. Экипажи вряд ли ожидали, что идут прямо в сектора обстрела многочисленных охотничьих и бронетанковых сдерживающих кадров Тени Солнца.

Тау выбрали удачное для себя поле боя. Просторные шлаковые равнины просматривались во всех направлениях, если не считать скоплений руин, торчащих из запылённого песчаника. На этой плоской территории лишь иногда встречались небольшие возвышенности из наметённой ветрами золы, которые казались песчаными дюнами в затерянной пустыне. Парящие боевые корабли ксеносов максимально использовали подобные укрытия, выставляя над ними одни лишь башни. Учитывая, что над пустошами сгустились плотные облака, то и дело пронизываемые грозовыми разрядами, на авиаподдержку обеим сторонам рассчитывать практически не приходилось.

Через несколько часов равнины уже были усыпаны дымящимися остовами бронетехники. Наступавшие танки Имперской Гвардии взвод за взводом оказывались в проигрышном положении: враг превосходил их в дальнобойности, а двигаться приходилось по открытой местности. Также посреди сражения бронемашин, на кладбище расколотых корпусов, разыгрывалось противостояние другого рода. Остатки сокрушённых до этого рот пытались пробраться вперёд, и расчёты тяжёлого вооружения поспешно перебегали между грудами все ещё горящих обломков – единственными источниками света в надвигающемся мраке. Одинокие «Часовые» подступали ближе к неприятелю, пытаясь уничтожить несущих смерть «Рыб-молотов» и «Небесных скатов», но их встречали следопыты и ударные команды тау, которые тоже вели свою кровавую битву в ходе основного боя.

Для шас'ла Ша'нга это сражение почти не отличалось от тренировочных стрельб. Он настолько быстро и метко вёл огонь из рельсовой пушки, что в мгновение ока истреблял целые танковые взводы. Пока первый из трёх «Леманов Руссов» ещё катился вперёд по инерции, искалеченный внутренними взрывами, гиперзвуковой снаряд пробивал корпус замыкающей машины, и пламенная вспышка детонировавшего боекомплекта подбрасывала её примитивную стальную башню высоко над землёй. За каждым автоимпульсным выстрелом пилота, наведённым с помощью подвижного цифрового дисплея, следовало убийственное попадание. При этом благодаря боекостюму XV02 у Дальнего Удара ещё находилось время рекомендовать паре «Рыб-молотов» и «Небесному скату» своего формирования оптимальные углы атаки и необходимые манёвры. Ша'нг не считал уничтоженных врагов, но при последующем изучении видеозаписей с места битвы удалось определить, что один только его кадр уничтожил более сорока бронемашин. Однако же, ход боя не полностью удовлетворял мастера пилотирования.

На голокарте он видел несколько тревожных вещей. Во-первых, над пустошью бушевала гроза, что теоретически не позволяло летательным аппаратам подобраться к месту сражения, и всё же танковый ас заметил несколько крупных объектов, движущихся над северной частью пустыни. Они не соответствовали ни одному из известных типов атмосферных истребителей врага, но это беспокоило Ша'нга, поскольку незнакомцы не могли быть союзниками. Во-вторых, ошеломительно огромное количество человеческой бронетехники: люди собирались здесь в большем числе, чем ожидали воины Огня. Если бы все танки противника разом двинулись вперёд, кадры достаточно быстро потерпели бы поражение. В-третьих, с запада, на самой границе цифрового дисплея, возник новый передовой отряд – группа неприятельских бронемашин, угрожавших зайти во фланг соединениям тау.

Чувствуя, что они уже задержались тут дольше, чем следовало, Дальний Удар приказал отступать. Один за другим парящие над пустошью боевые корабли дали задний ход, при этом продолжая обрушивать гибельный град на солдат Империума. Ас наблюдал, как стая его единиц техники стремительно проносится над самой землёй среди руин. Тау нанесли врагу огромный урон, но теперь им нужно было поспешно ретироваться, чтобы не оказаться в смыкающихся тисках соединений противника.

===«ГОРДОСТЬ КАДИИ»===
«Ярость Императора», IV рота из трёх сверхтяжёлых машин Кадийского 78-го бронетанкового полка, развёртывалась только на самых неистово оспариваемых участках театров боевых действий в Галактике. Известная также как «Гордость Кадии», она состояла из «Гибельного клинка» под названием «Сокрушитель врагов», «Адского молота», получившего имя «Повеление Императора», а также способного сносить целые кварталы «Благословенного уничтожения» типа «Гибельный меч». Все три тяжеловеса происходили с главного мира-кузницы, то есть самого Марса, и поистине безупречно служили Кадии на протяжении тысячелетий. Каждый из них представлял собой колоссальную мобильную крепость, движущуюся стену прочнейшей брони, уставленную орудиями невероятных размеров.

Возглавлял IV роту покрытый шрамами ветеран-танкист Вроскни. Отдавая приказы из башни «Сокрушителя врагов», он привёл «Гордость Кадии» к победам во множестве сражений. Хотя его соединение обладало огневой мощью, достаточной для истребления целых армий, Вроскни со временем понял, что секрет непрерывных триумфов заключается в максимальном использовании возможностей каждой боевой машины под его началом. Так, незадолго до Агреллана «Ярость Императора» была присоединена к штурмовым группам, участвующим в битве за Траксдон. В течение десяти лет войска Империума осаждали мятежную планету-крепость, но не могли прорваться через хорошо укреплённые оборонительные позиции предателей.

В день прибытия на фронт Вроскни повёл сверхтяжёлую роту по центру очередного наступления. Танки «Гордости Кадии» грузно ползли вперёд, не обращая внимания на огонь противника и с грохотом разражаясь собственными залпами. Двигавшийся в середине группы «Сокрушитель» выстрелами главного калибра обращал в пыль удалённые артиллерийские позиции неприятеля, а установленная на его корпусе пушка «Разрушитель» очищала путь, разнося на куски бункеры и феррокритовые стены, по обломкам которых затем прокатывались гусеничные машины.

Справа от Вроскни громыхало «Благословенное уничтожение», непрерывно посылавшее снаряды орудия «Землетрясение» в ощетинившуюся пушками центральную цитадель изменников. После каждого попадания в стенах крепости возникала глубокая брешь, а от расходящихся после взрыва мощных колебаний по неуязвимому прежде бастиону бежали трещины и разломы. Наконец огромная башня сдалась под непрекращающимися ударами и рухнула, а по боевым порядкам имперцев прокатились радостные крики.

Впрочем, до победы над еретиками было ещё далеко. Траншеи кишели культистами с тяжёлым оружием, которые жаждали отомстить врагам, дерзнувшим преодолеть пять внешних линий обороны несокрушимого доселе оплота. Залпы вспомогательных стрелковых турелей «Гибельного клинка» и «Гибельного меча» проделали лишь скромные просеки в обезумевшей от крови толпе, и даже толстые бронепластины сверхтяжёлых танков долго не устояли бы перед столь массированным огнём из лазпушек. Командир Вроскни, однако, ожидал подобной угрозы и направил вперёд последний танк своей роты, «Повеление Императора». В бою на столь малой дистанции он поистине оказался в родной стихии: вырвавшиеся из боковых спонсонов струи пламени очистили территорию рядом с бронемашиной, а крупнокалиберный снаряд из пушки «Адского молота» разорвал на куски не только неприятелей, скопившихся за баррикадами, но и сами укрепления. Стены и системы окопов, где укрывались бессчётные предатели, быстро превратились в закопчённые воронки, и среди дымящихся развалин не осталось ничего живого.

После этого Вроскни приказал «Повелению Императора» продолжать наступление, пока командирский «Сокрушитель врагов» и «Благословенное уничтожение» будут прикрывать его стеной огня, оставаясь на прежних позициях. «Адский молот», перемалывая землю гусеницами, углублялся во внутренние оборонительные линии цитадели, пока дорогу ему прокладывали залпы из «Разрушителя» и «Землетрясения».

Еретики не могли устоять перед столь безжалостным натиском, и в течение часа имперские солдаты прорвались через все защитные редуты мятежников. Победа их стала возможной лишь благодаря поразительной мощи IV роты, «Гордости Кадии». Танкистам, впрочем, не довелось отдохнуть: как только команды машиновидцев повторно благословили почтенную бронетехнику, трио тяжеловесов погрузили в транспорты и доставили на корабли другого флота. С театров военных действий по всему Империуму неслись требования подкреплений, но распределением столь драгоценных соединений, как «Ярость Императора», занимались очень тщательно. В связи с этим IV рота помогала сдерживать наиболее катастрофические вторжения орков, меняла ход важнейших затянувшихся войн и давила тяжёлыми гусеницами лишь самые вопиющие восстания. После множества триумфально завершившихся кампаний Вроскни убедился, что под огнём «Гордости Кадии» – если все три танка действуют совместно – быстро погибает любой неприятель, кроме разве что вражеской сверхтяжёлой техники.

Хотя «Ярость Императора» никогда не сталкивалась с тау до включения в состав экспедиционного корпуса «Воздаяние», её командира исчерпывающе проинформировали об этих ксеносах и их продвинутых технологиях. Затем, когда Вроскни и его роту присоединили к передовой группе Старкзана, офицеру также сообщили о смелом замысле полковника. Герой 625-го полка предложил развернуть сверхтяжёлые бронемашины не в относительно безопасной зоне высадки, а доставить их прямо в бой, десантировав на самой границе неприятельской территории. Это был рискованный манёвр, но благодаря ему атакующие силы Империума могли серьёзно ошеломить противника.

===ЯРОСТЬ ИМПЕРАТОРА===
По изначальным расчётам, бронетанковые сдерживающие кадры должны были отойти, не ввязываясь в масштабное сражение, но этот план оказался невыполнимым из-за быстро меняющейся обстановки на поле битвы. В результате неожиданного появления роты сверхтяжёлой бронетехники тау вынуждены были отступать с боем. Обе стороны бросали подкрепления в горнило схватки, и ситуация всё обострялась.

Пилоты бронетанковых сдерживающих кадров внезапно обнаружили, что их пути отхода перекрыты огромнейшими из неприятельских танков. Пока тау пытались обогнуть колоссов, в бой под грохот орудий ворвались три взвода рыцаря-командора Паска. Вспыхнула свирепая битва бронемашин, в которой обе стороны несли чудовищные потери. Повсюду виднелись почерневшие остовы взорванных танков, горящие подобно факелам. Среди груд механического хлама кружили их уцелевшие собратья, рассекая воздух над полем сражения лучами лазпушек и характерными инверсионными следами гиперзвуковых боеприпасов. Взрывы огромных снарядов «Сокрушителя врагов» оставляли глубокие воронки в земле, из-за которых пустошь вскоре начала напоминать изрытую кратерами поверхность какого-то безжизненного небесного тела.

Пока «Рыбы-молоты» удерживали врага на расстоянии, они располагали несколькими преимуществами над ним. Антигравитационные танки ксеносов были более манёвренными, чем у Имперской Гвардии, а рельсовые пушки пробивали броню лучше, чем орудия людей. Но в безумном вихре начавшегося следом ближнего боя чужаки, уступавшие людям в численности, лишились какого-либо перевеса. Самые мастеровитые пилоты тау, сохраняя спокойствие, за счёт быстроты и малого радиуса разворота укрывались от взводов «Леманов Руссов» за различными преградами, причём вели в движении ответный огонь. Но те их товарищи, что останавливались или слишком долго наводили прицел, вскоре оказывались под сминающим корпусы сосредоточенным огнём боевых пушек. Наиболее разрушительными были попадания из установленного на «Благословенном уничтожении» орудия «Землетрясение»: даже когда его огромные снаряды пролетали мимо цели, последующая ударная волна неимоверной силы переворачивала оказавшиеся рядом антигравитационные танки. Когда целая стая пострадавших таким образом «Небесных скатов» исчезла в пламени взрывов, ксеносы быстро рассредоточили строй.

Оказавшись в окружении такого количества целей, рыцарь-командор Паск почувствовал себя в родной стихии. Теперь кадиец думал только о следующем убойном попадании, не обращая внимания ни на что иное. Вновь и вновь он приказывал стрелку открыть огонь, и вслед за каждым языком пламени, вырывающимся из дула «Покорителя», очередной гравилёт переворачивался и зарывался в плотный песок. По пустоши во всех направлениях сновало множество бронемашин, и у экипажей не было времени размышлять или перестраиваться – им оставалось только охотиться или становиться жертвой. Всякий раз, когда чужаки пытались выйти из боя и бежать, стреляя в движении, кольцо человеческих танков стягивалось вокруг них. Небеса темнели от клубов чёрного дыма, что вздымались над ярящейся вокруг битвой.

{{Врезка|На глазах Дальнего Удара планомерное отступление превратилось в кошмар наяву. Противники были вокруг него, позади него, приближались со всех сторон. Ас менял курс и закладывал резкие виражи на «Рыба-молоте», непрерывно выкрикивая сообщения об угрозах и координаты целей.

Но, несмотря на все усилия, Ша'нг терял подчинённых. Боевые корабли его товарищей по кадру гибли один за другим, пока рядом с танковым асом не осталась только одна «Рыба-молот». Впрочем, скорбеть о собственной неудаче не было времени. Вокруг машины Дальнего Удара разрывались снаряды, вздымая фонтаны земли, а на голокарте виднелись новые вражеские танки, приближающиеся с юго-востока. Отключая тревожные сигналы, которые извещали о небольших повреждениях корпуса и исчерпании ресурсов постановщика помех, Ша'нг заметил, что на «Рыбе-молоте» Шул'мура сбоит двигательная система. Застрять сейчас означало погибнуть; быстро взглянув на дисплей, мастер пилотирования увидел множество быстро стягивающихся к ним значков.

– Шас'ла Шул'мур, – произнёс он, – полностью отключи левый комплекс ускорителей. После рециркуляции запусти снова, но сейчас не останавливайся. Тебе проще будет принять влево: там впереди дюны, за ними можно укрыться от наступающих гуэ'ла.

Судя по вид-потоку из машины юного воина, он находился на грани паники, а данные телеметрии указывали на необычайно высокий пульс. Обращаясь к нему, Дальний Удар одновременно повёл рельсовым орудием и послал три стремительных снаряда в ближайшие из неприятельских танков. Через считанные мгновения над двумя из них уже клубился чёрный дым, пронизанный языками пламени, а экипажи пытались открыть люки и спастись. Третий противник успел уклониться, и болванка безвредно скользнула по башне, а его длинноствольная боевая пушка выпалила в ответ.

По личному опыту Ша'нг привык не обращать внимания на выстрелы «Леманов Руссов», произведённые в движении и с предельного расстояния. Обычно они проходили далеко в стороне от цели, но этот оказался иным. Взвывшие сирены в последнюю долю секунды предупредили мастера-пилота, и он успел качнуть «Рыбу-молот» в сторону, чтобы снаряд не угодил прямо в наклонную броню боевого корабля. Но даже при этом всё вокруг содрогнулось от раскатистого грохота взрыва, и противоперегрузочное поле XV02 не полностью защитило хозяина. Голова Дальнего Удара налилась свинцом, мысли затуманились, а перед глазами какое-то мгновение всё плыло. Он машинально дёрнул танк в сторону, разворачивая рельсовое орудие – Ша'нг хотел удержать внимание противника на себе и позволить шас'ла Шул'муру отступить в укрытие за дюнами. Но его старания оказались тщетными.

Длинноствольная пушка «Лемана Русса» вновь изрыгнула огонь, и Дальний Удар стал свидетелем одного из самых везучих или самых метких выстрелов гуэ'ла на своей памяти. Снаряд, вонзившийся в «Рыбу-молота» его товарища, превратил танк в шар огня и обломков, взлетевших высоко над землёй.

Сохраняя спокойствие, Ша'нг изменил курс и на максимальной скорости понёсся прочь. Судя по голокарте, ему самому предстояло непростое испытание.}}

==ГЛАВА 2. ИМПЕРСКИЙ ФРОНТ==
===ДЕЙСТВИЯ И ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ===
Командиры союзных сил Империума договорились ни на секунду не ослаблять давления на ксеносов-неприятелей. Все они понимали, каким образом тау будут вести войну, и люди должны были любой ценой не позволить чужакам выйти из боя и подготовить очередную серию засад в удобной для них ситуации. Не теряя времени, человеческие войска передвинули фронт к главным опорным пунктам врага.

После долгого перехода с боями против бронетехники Империума, в том числе нескольких монструозных сверхтяжёлых танков, уцелевшие тау добрались до относительно безопасных «чистых» зон и глубоко вздохнули от облегчения. Как только бойцы оказались в радиусе действия машин контроля среды, над их головами рассеялся сплошной смог, накрывавший большую часть Бухты Му'гулат. Если не считать гигантских шпилей Агреллана-Прайм, темнеющих на горизонте подобно горному хребту, окрестности были полностью освобождены от пережитков прошлого, в котором мир находился под властью дряхлого Империума.

Впрочем, его войска уже находились неподалёку, и одновременно с тем, как передовые соединения разбитых кадров бронетехники приблизились к первой оборонительной линии тау, командующая Тень Солнца начала сбор подкреплений. Чтобы прикрыть отступление, она бросила в бой тщательно оберегаемые резервы – смешанные формирования охотничьих кадров и группировок быстрого внедрения, а также целые стаи бомбардировщиков «Солнечная акула». Замысел состоял в том, чтобы нанести мощный контрудар, заставить неприятеля перегруппироваться и выиграть тем самым время для отвода своих потрёпанных сил за оборонительные линии. Подобная тактика с успехом применялась тау в тысячах битв на сотне планет, причём никто не применял её виртуознее самой о'Шасерры. И поначалу план работал.

Заходя в «чистую» зону, наступающие «Леманы Руссы» быстро гибли под перекрёстным огнём рельсовых пушек, а когда армии Империума накапливали силы неподалёку, с небес на них обрушивались команды в БСК «Кризис». Благодаря реактивным ранцам пилоты могли вступать в бой, спрыгивая с быстро летящих на значительной высоте транспортников «Косатка». Ещё до приземления боескафандры производили ракетные залпы и накрывали противников ковровой бомбардировкой. Затем, на малой дистанции, их фузионные бластеры быстро расправлялись с человеческой бронетехникой, за считанные секунды превращая её в оплавленные груды шлака. Проведя атаку, «Кризисы» вновь запускали двигатели и уносились прочь, не позволяя врагам ударить в ответ.

Части Имперской Гвардии оказались раздробленными и утратили наступательный порыв, а тау обрели столь необходимую им передышку. Казалось, что чужаки вскоре отступят за первую линию обороны, но тут ударил гром и разверзлись сами небеса.

Десантные капсулы Адептус Астартес, слишком быстрые для неприятельских перехватчиков, неслись к земле на невероятных скоростях. Воздух, расчерченный инверсионными следами, дрожал от рёва тормозных двигателей. Империум ответил на стремительный выпад Тени Солнца своим собственным, и через несколько секунд ксеносы вновь оказались в ловушке: по откинувшимся с грохотом рампам сбегали космодесантники, ведя огонь из болтеров.

{{Врезка|Кор'сарро-хан, придя в восторг от чистого воздуха, дышал полной грудью во время атаки. «Так-то лучше», – подумал он, отрубая бронескафандру ногу взмахом Лунного Когтя, который держал обеими руками. Крутнувшись по инерции, капитан 3-й роты Белых Шрамов переменил хват и вертикальным ударом сверху вниз пронзил нагрудную броню рухнувшего противника.

Быстро дёрнув клинком, он рассёк пилота надвое и вырвал меч. Вслед за Лунным Когтем хлынула струя крови, что подтвердило смерть чужака. Различные мантры и ритуалы не слишком помогали чогорцу в замкнутом пространстве десантной капсулы: единственным верным способом забыть о чувстве беспомощности, испытанном в полёте, было погрузиться в пьянящее исступление битвы и ощутить сладкий вкус триумфа над врагом.

Хотя Кор'сарро понемногу зауважал воинские умения тау и тактический гений их лидера, командующей Тени Солнца, космодесантник находил бесчестной склонность ксеносов к засадам и сражениям на максимальной дистанции. И то обстоятельство, что они, как и сам хан, были мастерами стремительных налётов, только разжигало его ненависть к чужакам.

Фактически при любом упоминании тау у чогорца играла кровь. Знакомое ощущение, ведь только на охоте Кор'сарро чувствовал себя по-настоящему живым. Ему было приятно находиться на одной планете с объявленной жертвой. Хан уже некоторое время пытался убить о'Шасерру – четыре кампании подряд, считая эту, – и именно на Агреллане он впервые поклялся забрать жизнь командующей ксеносов.

Теперь магистр охоты выследил добычу до её логова. Белый Шрам сомневался, что Тень Солнца сразу выйдет на поле битвы, ведь она не всегда руководила бойцами с передовой. Впрочем, с этого мира ей не сбежать. Такая мысль доставила удовольствие чогорцу, поскольку он смаковал свой поход за головой чужачки. Завершив эту миссию, хан и его бойцы могли бы спокойно вернуться на защиту родного мира ордена, и подобные соображения подгоняли Кор'сарро. На сей раз о'Шасерра не должна уйти от его клинка.

Перескочив заградительную стену, Белый Шрам оказался среди воинов Огня – словно лев среди овец или ульевый орёл среди крысоголубей. Убивая их, чогорец снова и снова почитал благословенный меч капитула, омывая его в крови ксеносов. Никто не мог устоять перед охваченным яростью ханом – путь космодесантника помечали отрубленные конечности и фонтаны крови, бьющие ввысь. Позади раздавался рык болт-пистолетов и рёв цепных мечей, с которым братья пробивались через врагов, пытаясь поспеть за капитаном. «Пусть пробуют». Кор'сарро знал, что пока никто не готов бросить ему вызов, но уважал саму возможность этого, поскольку следовало принимать любой обычай из тех, что делали сынов Джагатая сильнее.

Смертоубийство быстро закончилось, так как космодесантники вырезали тау почти без сопротивления. Одинокий вид-дрон, поднявшись над местом бойни, ринулся прочь. Брат Субетей поднял было болтер, собираясь сбить его, но хан ударил по оружию и разрывные снаряды с приглушенными хлопками врезались в песчаник.

– Пускай летит, – велел Кор'сарро, оскалившись в сторону машины. – Я хочу, чтобы они увидели нас. Чтобы она увидела меня и поняла, что я иду.}}

===СОЛДАТЫ МАШИННОГО БОГА===
При помощи Адептус Астартес солдаты Империума развили наступление вглубь территории ксеносов. В это же время к Агреллану-Прайм, возле которого бушевал непрерывно расширяющийся конфликт, прибыла ещё одна армия. Ровные ряды боевых когорт скитариев, повинуясь командам техножрецов, приготовились начать штурм объектов тау.

В монументальной тени бывшего столичного улья Агреллана раскинулись крупнейшие постройки чужаков: жилые купола, тренировочный комплекс касты Огня и все прочее, что служило фундаментом для нового септового мира, возможно, самого большого в Империи. Теперь эта территория стала полем битвы, застигнувшим новых обитателей планеты врасплох.

С парапетных стен, прикрывающих разросшееся поселение тау, командующая Тень Солнца посылала в бой свои отряды. Они должны были наносить гуэ'ла тяжёлый урон, после чего ретироваться за оборонительные линии. Однако атака космодесантников с использованием десантных капсул сделала оба пункта плана невыполнимыми. О'Шасерре приходилось бросать в сражение всё новые тщательно сбережённые ею резервы, чтобы вытащить прижатые огнём части, а значит всё больше и больше воинов Огня увязали в яростной схватке.

Пока Адептус Астартес штурмовали первую линию обороны, на фронт прибыл полковник Старкзан. Здесь, на пустынных равнинах, командующий фронта обнаружил новое войско, строившееся рядом с его ротами из 625-го пехотного и 423-го бронетанкового полков. Когда или как боевая когорта скитариев высадилась с «Археоклада», никто не знал. Судя по толстому слою пыли на их красных рясах и странных машинах, они как будто преодолели некоторое расстояние пешком. Но всё же техногвардейцы пришли сюда и сформировали боевые порядки как раз вовремя, чтобы присоединиться к главному наступлению. Впереди тем временем распустились огненные цветки взрывов – космодесантники прорвали внешнюю линию укреплений тау.

Полковник Старкзан прежде уже сражался рядом с легионами скитариев и знал из собственного опыта, что ему не по чину интересоваться делами или мотивами подобных братьев по оружию. Ещё до высадки плотно закутанный в рясу магос Аркотолитис, таинственным образом явившийся на незапланированный военный совет, заявил, что его боевая когорта будет наступать вместе с Имперской Гвардией, прикрывая правый фланг. Это вполне устраивало кадийца, поскольку он считал, что иметь стоит лишь таких союзников, которые готовы драться столь же напористо, как солдаты Машинного бога. Старкзан отдал бойцам приказ выдвигаться, и одновременно с этим техножрецы на высокой орбите Агреллана направили слугам на поверхности командные сигналы. Скитарии легчайше вздрогнули, когда доктрина-приказы активировали их механические тела для грядущей битвы. Вот так, бок о бок, воины Астра Милитарум и Адептус Механикус начали переход через широкую восточную равнину в тени Агреллана-Прайм.

Первый сегмент укреплений ксеносов уже лежал в руинах – об этом позаботились Адептус Астартес. Вторая и третья линии, впрочем, теперь вели огонь из всех стволов. Сам воздух затрещал, когда рельсовые пушки с далёких орудийных площадок начали вскрывать гиперзвуковыми снарядами броню наступающих танков. Несколько «Леманов Руссов» разлетелись на куски, превратившись в огромные гейзеры дыма и пламени над уходящей вдаль плоской пустошью. Диковинные и чем-то похожие на крабов дюнные ползуны «Онагр» продолжили, впрочем, стремительно идти вперёд. Ярко вспыхивали и мерцали их энергетические поля, но шагоходы техногвардейцев так же быстро переставляли ноги и пока что молчали, не стреляя в ответ.

Силы человечества маршировали дальше, однако линия наступления Имперской Гвардии кое-где просела – взрывы пробивали бреши в их колоннах, импульсные очереди разили солдат, целые отделения сбивались за огромными танками, дающими некоторую защиту, а отдельные взводы останавливались, занимали позиции и открывали огонь по фортификационной сети чужаков. На правом фланге всё было иначе.

Твёрдой поступью скитарии неумолимо двигались вперёд, не убыстряя и не замедляя шаг. Отдельные воины падали, сбитые с ног импульсными зарядами, но некоторые из них просто вставали и занимали новые места в строю продолжающего путь войска. Подойдя на расстояние выстрела, техногвардейцы дали первый залп; глухой стук и треск их гальванического оружия резко отличался от рёва боевых пушек и грохота тяжёлых болтеров. Сияющие радиационные пучки устремились к баррикадам, истребляя расположившихся там ксеносов, а искореняющие лучевики дюноходов начали распылять на атомы всё, что находилось перед ними. Сикарийские ловцы, нечеловечески быстро сократившие расстояние до цели благодаря железным конечностям, легко запрыгнули на низкие стены и бросились на тау за ними. Раздался визг трансзвуковых клинков – омерзительный причитающий вой, сквозь который то и дело прорывались панические крики безнадёжно гибнущих воинов Огня. Команды «Кризисов» попытались вмешаться и, взмыв на реактивных ранцах, приземлились неподалёку от схватки, чтобы использовать против неприятелей весь свой внушительный арсенал. Их встретили атакой сидонийские драгуны: рассыпая искры, тазерные пики вскрывали броню БСК и безжалостно пронзали пилотов. Рыская посреди бойни, двуногие машины методично растоптали раненых, после чего ускакали следом за ушедшими вперёд скитариями.

Имперской Гвардии штурм фортификаций тау дался намного тяжелее. Кадийские ударные части, счёт потерь в которых всё возрастал, медленно тащились к цели, то и дело укрываясь за догорающими обломками бронемашин. Постепенно, однако, за счёт сосредоточенного огня из лазганов, миномётных обстрелов и сравнимой с лавиной удара бронетанкового полка солдатам удалось пробить брешь на участке второй оборонительной линии ксеносов, но правый фланг наступления за это время продвинулся намного глубже. Скитарии и космические десантники уже осаждали следующий ряд укреплений.

В секретном командном узле, несколько удалённом от фронта, Тень Солнца следила за множеством видеопотоков и голокарт. Тонкие губы о'Шасерры скривились в полуулыбке, когда она увидела возможный ход и поняла, что шансы на его успех растут. Планы командующей оставались прежними: уничтожить как можно больше неприятелей, утратив как можно меньше своих бойцов. И всё же она колебалась...

===ИМПЕРИУМ ОСАЖДАЮЩИЙ===
Оборонительных линий тау оказалось больше, чем люди ожидали. Там, где прежде расстилалась ровная пустыня, теперь выросли башенные установки и заграждения «Волнолом». Казалось, что они подобно миражам возникают прямо из песка – за счёт либо искажающих полей, либо продуманной конструкции.

Поставленные на турели рельсотроны поворачивались и выпускали снаряд за снарядом, вздымая над вражеской колонной гейзеры из каменных осколков и ошмётков растерзанных тел. Но воины Астра Милитарум несмотря ни на что шли вперёд, оставляя за спиной бесчисленные трупы на песке. Ведя шквальный огонь из лазганов, они накрывали тау таким плотным потоком лучей, что ксеносы из ударных команд укрывались за стенами, не решаясь даже стрелять в ответ. С пронзительным воем турбин штурмовые отделения Космодесанта на прыжковых ранцах перелетали через фортификации чужаков: одни Астартес приземлялись среди защитников и начинали бойню, орудуя цепными мечами и болт-пистолетами, других же перехватывали в воздухе взмывшие над укреплениями боескафандры. Скитарии, хотя и не могли сравниться в численности с союзниками из Имперской Гвардии, брали ошеломительной огневой мощью. Испускаемые ими радиационные пучки абсолютной смерти взрывали артиллерийские орудия и зачищали парапеты от всего живого.

Тау не собирались просто отсиживаться за стенами. Время от времени они бросались в контратаки: стайки «Рыб-дьяволов» доставляли ударные команды на позиции, идеально подходящие для обстрела противников с фланга, или же высаживали команды прорыва там, где они могли пробить бреши в передовых шеренгах наступающих людей. Пилоты стелс-костюмов и «Кризисов» широкими скачками подбирались к цели и наносили неприятелям ужасающий урон.

Так под пылающим жёлтым солнцем продолжалась жуткая бойня.

===ПОСЛЕДНИЙ РЫВОК===
Пока в пустыне разворачивалось сражение, вожди с обеих сторон выискивали слабые места неприятелей, пытаясь найти возможность для решающего удара. И командующая Тень Солнца, и полковник Старкзан знали, что удача любит отважных, а победа редко сама идёт в руки – её нужно добиваться. Так, с переменным успехом, продолжалась их битва...

Солдаты Адептус Механикус упорно развивали наступление. Бойцы в красных рясах словно поглощали выстрелы противника: их бионически улучшенные тела выдерживали раны, кажущиеся смертельными. Но вражеский огонь был настолько мощным, что даже при этом за скитариями тянулся страшный след – груды искорёженных трупов и обломки шестерёночных автоматов. Их программы были внедрены настолько глубоко, что павшие даже не осознавали собственной гибели. Останки наполовину уничтоженных созданий до сих пор пытались кое-как двигаться дальше: в пустыне чуть ли не на каждом шагу можно было стать свидетелем отвратительного зрелища вроде одноруких торсов, ползущих среди дюн, или бесформенных масс, что судорожно тащились к цели, волоча за собой мотки кишок и кабелей.

Соединения Имперской Гвардии и Космодесанта атаковали оборонительные линии тау одну за другой, методично уничтожая все артиллерийские позиции и опорные пункты. Скитарии, напротив, шли по прямой линии в сторону крупнейшей из построек, не беспокоясь о том, что подставляют себя под обстрел с фланга. Также слуг техножрецов нисколько не волновало, что с множеством опасных противников, проигнорированных ими, предстоит разбираться союзникам. Не видя ничего, кроме своей цели, манипулы продвигались строго вперёд, истребляя всех и вся на своём пути и никогда не замедляя шаг.

Поскольку с захвата Бухты Му'гулат прошло времени немного, она ещё не производила впечатления истинного владения тау, невзирая на проделанную инженерами касты Земли работу. За внешними защитными стенами простиралась огромная пустыня, ценой огромных усилий очищенная ими от токсинов, и на этой прежде пустой территории уже виднелись скопления недавно возведённых зданий. Требовались, однако, ещё годы развития, чтобы новый септовый мир, спланированный с расчётом на будущее расширение Империи, смог конкурировать с предшественниками. Теперь же новые хозяева просто хотели выжить до прибытия подкреплений. Великий вождь своего народа, верховный эфирный аун'Ва, оказался заперт в осаждённой Бухте Му'гулат, и его безопасность стала главнейшей заботой сородичей.

Обойдя тренировочные купола касты Огня, уцелевшие солдаты Машинного бога, не сворачивая, направились к устройствам контроля среды. Охранные стаи дронов-стрелков, кольцом окружавшие эти объекты, сразили немало скитариев боевой когорты очередями из подфюзеляжных импульсных карабинов. В итоге зону у основания погодных установок зачистили сикарийские разведчики: испускаемые ими волны помех перегрузили ИИ вражеских машин, после чего их не составило труда перестрелять или разрубить на куски. Затем, когда техногвардейцы сформировали заслон вокруг гигантских агрегатов, сам воздух зловеще задрожал.

С низкой орбиты на поверхность телепортировался священный изыматель, представитель самой алчной службы культа Механикус. Окружённый катафронами-прорывниками жрец в красной рясе коснулся погодных генераторов кабелями, что подобно змеям прянули из его питающего ранца, и скомандовал прислужникам разобрать устройство, чем они незамедлительно и занялись, начав отделять лакомые кусочки ксенотехнологий силовыми клешнями. Когда катафроны сняли реакторные ускорители, ионные цилиндры и все прочие образцы бесценных образцов чужеродной науки, воздух замерцал вновь и техножрец исчез вместе с военной когортой.

Отслеживая ситуацию по голокартам, о'Шасерра увидела, что в порядках наступающих людей растут огромные бреши. До этого командующая намеревалась оттянуть своих бойцов ещё глубже, но теперь просто не могла упустить столь явной возможности нанести врагу беспощадный удар. В момент непривычной для себя нерешительности Тень Солнца едва не бросила в бой все свои резервы – чуть не вступила в схватку сама. И всё же мучительные сомнения на сей раз удержали её от атаки, ведь целью ученицы Чистого Прилива была не победа в сражении, а обеспечение безопасности аун'Ва. В результате она, что случалось редко, приняла неверное решение и направила в битву дополнительные подкрепления, но не весь второй эшелон. Как позже выяснится, их не хватит для создания критической массы, способной переломить хребет неприятелю.

Скользя над плоской пустыней, звенья «Пираний» огневого прикрытия косили продвигающихся вперёд кадийцев, а летевшие над ними стаи бомбардировщиков «Солнечная акула», идеально выбирая моменты для атаки, включали генераторы импульсных бомб и сбрасывали на противников шипящие энергетические сферы, что взрывались со страшным треском разрядов. Имперские гвардейцы видели, что их правый фланг, где раньше находилась армия скитариев, теперь открыт для воинов Огня, чьи команды высаживаясь из «Рыб-дьяволов» и начинали шквальный обстрел позиций Астра Милитарум.

Если бы о'Шасерра послала в бой все тщательно собранные команды в бронекостюмах, то могла бы окончательно сокрушить наступление Империума, но её полумеры оказались неприятелю на один зуб. Полковник Старкзан, рявкая приказы в вокс-передатчик, направил в битву собственные резервы, и штурмовое авиакрыло «Валькирий» немедленно полетело в атаку. Поддержка с воздуха, бронетанковые полки, ауксилия недолюдей – командир фронта призвал и бросил в сражение все свои силы, чтобы оттеснить чужаков.

Адептус Астартес, возможно, не знали усталости, но солдаты Астра Милитарум были обычными людьми, и даже кадийские полки рано или поздно отступали перед измождённостью и непрерывными тяготами войны. Но не сегодня – бойцы 625-го, как и их угрюмый полковник, просто отказывались сдаваться. При виде ревущих турбинами «Валькирий», которые прикрывали огнём высаживающихся с них гравишютистов, гвардейцы с новыми силами ринулись в бой. К сражению присоединялись всё новые пехотные части, и пошёл слух, что рота сверхтяжёлых танков уже на пути к Агреллану-Прайм. Когда Старкзан в сопровождении полкового знаменосца прибыл на передовую, чтобы возглавить последний рывок к цели, отступление тау уже превращалось в бегство, и победа Империума казалась неизбежной.

Но тут небо запылало красным...

===ЯРОСТЬ ВСЕМОГУЩЕЙ МОНТ'КА===
Полуденное солнце сияло над главным командным узлом тау в Бухте Му'гулат, посылая волны жара на яростно сражающихся внизу бойцов. Лучи света, пробивавшиеся даже через толстый слой токсичных облаков, на мгновение интенсивно сверкнули, и по полю битвы протянулись резкие тени. Ослепившая всех вспышка начала угасать, но жёлтая звезда в небе внезапно приобрела кроваво-красный оттенок. И в этот миг они обрушились с высоты...

Их словно бы извергло само солнце.

Волна за волной алые боескафандры «Кризис» проносились через атмосферу. Небеса расчертили сотни стремительно извивающихся инверсионных следов от ракет, что непрерывными залпами вылетали из их пусковых установок. Через эти закрученные дымные струи голубоватым ливнем проносились сгустки плазмы, равно сражавшие имперских гвардейцев и космических десантников. Вращавшиеся на полных оборотах скорострельные пушки рассекали колонны наступающих кадийцев полосами смерти, укладывая солдат целыми рядами. На позициях Астра Милитарум разрывались искристые шары сверкающих молний – то грозные «Быстрины» XV104 заявляли о своём появлении выстрелами ионных орудий, заряженных от нова-реакторов.

В последний миг багровые бронекостюмы замедлили стремительный спуск, отработав зашипевшими от напряжения реактивно-прыжковыми двигателями. Они приземлились на переднем крае обороны среди разрушенных и заваленных трупами укреплений, за которыми для сил Империума открывался путь к сооружениям тау.

Для человеческих солдат этот смертоносный удар с небес был просто ещё одной, пусть и неистовой, атакой чужаков из засады. Для них красные доспехи врагов означали только прибытие новых ксеносов с продвинутым оружием. Но для тау неожиданный натиск союзников имел гораздо большее значение, и осаждённые бойцы касты Огня смотрели в небо, не веря своим глазам. Вдалеке от поля битвы Тень Солнца и аун'Ва, наблюдавшие за битвой через видеопоток с дронов, обменялись недоверчивыми взглядами. Для граждан Империи явление воинов в красных доспехах говорило лишь об одном: командующий Зоркий Взгляд, заблудший герой и изгнанник, вернулся к ним.

===СТРУКТУРА АНКЛАВОВ ЗОРКОГО ВЗГЛЯДА===
После того, как о'Шова ослушался распоряжений эфирных, он основал собственные колонии за пределами Дамоклова залива. В дальнейшем эти владения, названные анклавами Зоркого Взгляда, значительно расширились под его деятельным руководством.

Гениальный полководец о'Шова остаётся преданным последователем легендарного командующего Чистого Прилива. Хотя в политическом смысле Зоркий Взгляд отделился от центральных септов, он следует многим доктринам бывшей родины – например, ритуалам и принципам обучения воинов Огня. Армиям анклавов не раз доводилось оборонять свои планеты от захватчиков, очищать новые миры для колонизации и даже, время от времени, оказывать помощь своим прежним руководителям из Империи Тау.

Войска о'Шовы обычно, но не всегда, формируются на основе команд в боескафандрах XV8 «Кризис» и отдают предпочтение группам быстрого внедрения. Стоит сказать, что пилоты в красных бронекостюмах хорошо известны во многих секторах Восточной Окраины своим внушающим страх воинским мастерством. Неважно, какой именно состав у той или иной группировки анклавов Зоркого Взгляда – её бойцы всегда будут придерживаться агрессивной тактики, поскольку таковы распоряжения самого командующего.

[[Файл:Montka 180.jpg|frameless|мини|]][[Файл:Montka 181.jpg|frameless|мини|]]

===ШТУРМОВАЯ КОАЛИЦИЯ ЗОРКОГО ВЗГЛЯДА «КРАСНОЕ СОЛНЦЕ»===
Командующий о'Шова ведёт свои анклавы на войну, действуя быстро и энергично. Он мастерски владеет монт'ка, искусством определять главную цель и атаковать её всеми доступными силами. С языка тау данный термин примерно переводится как «смертельный удар».

Обычно Зоркий Взгляд возглавляет наступление, совершая прыжок на большой высоте с ракетного эсминца «Манта». Отрабатывая реактивными двигателями, командующий спускается прямо на тщательно выбранную добычу, поскольку крайне важно, чтобы внезапность и ярость атаки немедленно вылились в прямую угрозу неприятелю. Приземляясь в стремительном вихре насилия, о'Шова расстреливает врагов из плазменной винтовки, крушит их ногами боескафандра и рубит широкими взмахами Рассветного клинка. Это окутанное энергетическим полем оружие столь эффективно, что проходит через железобетон, как нож сквозь масло. Не успеет рассечённый на куски противник рухнуть наземь, как Зоркий Взгляд уже устремляется вперёд, кружится, вертится и кромсает, пока не истребит все цели в зоне досягаемости. Вновь запустив реактивный ранец, он взмывает над землёй и разражается шквалом голубоватых сгустков плазмы, никогда не допуская промахов.

Недалеко отстают от командующего остальные члены Восьмёрки, знаменитого отряда элитных бойцов в бронекостюмах, одновременно исполняющих роли телохранителей и военных советников о'Шовы. Каждый из них подобен опустошающему урагану и несёт смерть в собственной уникальной манере, но различие подходов к битве не мешает им сражаться в команде – все герои дополняют товарищей в вооружении и стиле, сливаясь в единой гармонии разрушения.

Замкомандующего Зажжённая Звезда извергает во врагов струи огня ещё до того, как её БСК коснётся земли. Спаренные фузионные орудия Яркого Меча плавят металлические корпусы боевых танков, словно свечной воск. Отважный Шторм укладывает неприятелей выстрелами из плазменной винтовки, подбираясь при этом к добыче, достойной его перчатки-онагра. Чуть дальше от передовой шас'вре Об'лотай накрывает противников непрерывными ракетными залпами из пусковых контейнеров большой мощности – поддержка ИИ позволяет ему одновременно поражать множество целей, даже находящихся в разных концах поля битвы. Для о'Арра'кона подобная война на расстоянии чужда, ведь его боескафандр увешан противопехотным оружием. Широкими скачками уносясь к новой добыче, командующий оставляет за собой очередную груду мертвецов, и сражённые им столь многочисленны, что под их телами зачастую не видно земли. Но наибольший урожай жертв из всей Восьмёрки собирает, пожалуй, о'Веса: его колоссальный XV104 «Быстрина» сносит недругов чудовищными потоками энергии из перегруженного ионного ускорителя. Шас'о Ша'вастос в паузах между очередями из плазменных винтовок передаёт остальным схемы отступления неприятелей, поскольку знает, что при проведении монт'ка нельзя сбавлять темп уничтожения. Утратив наступательный порыв, атакующие лишатся возможности полностью истребить врага.

Но Восьмёрка, при всей её гибельной мощи, лишь наконечник копья в армии анклавов Зоркого Взгляда. По проторённой ими кровавой тропе следуют многочисленные команды в багровых «Кризисах»: устремляясь к земле, они расчехляют собственный арсенал и присоединяются к бойне. Отделения воинов Огня, часто обретающие дополнительную мобильность за счёт транспортов «Рыба-дьявол», поддерживают собратьев, ведя обстрел невероятной плотности из импульсного оружия. Нередко ключевую роль в подобных наступлениях играют команды следопытов, которые с идеальной точностью наводят удары по важным объектам посредством приборов целеуказания. Если понадобится, эти бойцы также могут вступить в огневой контакт, поскольку располагают весьма действенными импульсными карабинами и ионными винтовками.

Благодаря столь разрушительным ударно-штурмовым операциям командующий о'Шова не раз приводил к победе войска анклавов. Когда живой океан зеленокожих захлестнул планету Непшун, септы Зоркого Взгляда не стали вести кампанию на истощение против варварских неприятелей с их огромным численным превосходством. Вместо этого ученик Чистого Прилива спланировал и провёл идеальную атаку в стиле «монт'ка». Десантировавшись с транспортов в вышине, боескафандры обрушились прямо на орочьего военачальника Шкрежежуба и его закованных в железо телохранителей. Восьмёрка с ужасающей лёгкостью перебила чужаков в мегаброне, а завершающую точку поставил сам о'Шова, обезглавивший их главаря единственным взмахом Рассветного клинка. Пехотинцы тау, пошедшие в атаку с фланга, накрыли противников шквалом импульсных разрядов и не позволили ни одному из боссов сбежать к своим вооружённым ордам. После этого армии зеленокожих, лишившиеся самых волевых вождей, предсказуемо начали атаковать друг друга, и их не составило труда обратить в бегство чередой успешных нападений.

За долгие столетия, минувшие с тех пор, как Зоркий Взгляд увёл свою экспедицию из-под власти Империи Тау, древний командующий ещё лучше отточил воинское мастерство. После ухода из жизни его наставника, почитаемого Чистого Прилива, ни один тау не сумел повторить результаты о'Шовы, показанные на тактических заданиях в академии касты Огня, или сравняться с ним в огромном опыте исполнения молниеносного смертельного удара.

Хотя для Империи Тау он стал изгнанником, и многие, считавшие Зоркого Взгляда предателем Высшего Блага, гневно осуждали его, командующий все равно привёл армии анклавов в Бухту Му'гулат, чтобы помочь сородичам в час нужды. Так небо вспыхнуло багрянцем и о'Шова начал одну из величайших стремительных атак, которыми был славен.

===ВОСЬМЁРКА===

[[Файл:Montka 184.jpg|frameless|мини|справа]][[Файл:Montka 185.jpg|frameless|мини|справа]]Члены Восьмёрки – величайшие живые легенды анклавов Зоркого Взгляда. Каждый из них является несравненным бойцом и пилотом боескафандра, истинным виртуозом военного искусства. Кроме того, о'Шове нигде не найти более верных телохранителей.

КОМАНДУЮЩИЙ ЗОРКИЙ ВЗГЛЯД

Имя полководца-отступника касты Огня – шас'о Виор'ла Шова Каис Монт'ир – часто сокращают до о'Шовы, но ещё шире он известен как командующий Зоркий Взгляд. За свою неестественно долгую жизнь шас'о получил ещё немало прозваний, поскольку был самым восхваляемым из учеников прославленного Чистого Прилива. Его звали и Героем Виор'лы, и Погибелью Зеленокожих, а после бегства из Империи – Великим Предателем и Тем-кто-отверг-Высшее-Благо. Но для тау из анклавов Зоркого Взгляда о'Шова – единственный истинный лидер, воин, который приведёт свой народ к его великому предназначению.

КОМАНДУЮЩИЙ ОТВАЖНЫЙ ШТОРМ

После тяжелейших ранений, полученных в битве за плоскогорье Чёрного Грома на Дал'ите, командующий Отважный Шторм погребён в модуле жизнеобеспечения. С того судьбоносного дня обгоревший и изуродованный тау не покидает боескафандра, хотя однажды ему сменили Мантию Героя. Теперь основной кокон поддержания жизни пилота установлен в «Кризисе» XV8-02 «Иридиевый». Несмотря на жестокие испытания, Отважный Шторм не утратил ни пылкой веры в Высшее Благо, ни молниеносной быстроты мышления. Он сражается с мастерством и удалью, недоступными многим, поскольку поднялся над страхом и обручился с самой погибелью.

КОМАНДУЮЩИЙ ЯРКИЙ МЕЧ

Мало кто может нанести решающий удар с такой же смертоносной эффективностью, как командующий Яркий Меч. Вооружённый парой фузионных бластеров, он ведёт за собой группу быстрого внедрения и доказывает в бою, что более чем достоин лидерства. Уже многие знаменитые воины брали себе это имя, и его нынешний обладатель не забывает о наследии, запечатлённом в столь почтенном титуле. На поле сражения Яркий Меч всегда старается первым делом уничтожить самого могучего врага, и пока что никому не удавалось спастись от его фузионных залпов. Командующий уничтожал огромнейшие боевые машины и гигантских чудовищ, а его агрессивный атакующий стиль основан на тактических моделях битв самого о'Шовы.

ШАС'О ША'ВАСТОС

Этот пилот стал первым воином Огня, получившим нейрочип Чистого Прилива. Но что-то пошло не так, и энграммный прототип быстро сломался. Не желая, чтобы достойный боец подвергся лоботомии, Зоркий Взгляд спрятал его и поместил в стазис до тех пор, пока не удастся найти решение проблемы. Много десятилетий спустя о'Веса сумел перекалибровать нейрочип и шас'о Ша'вастоса пробудили ото сна. Гениальный тактик, он ведёт свои кадры от триумфа к триумфу, как будто заранее, ещё не шагнув на поле боя, узнает все планы противника.

ШАС'О АРРА'КОН

Управляя боескафандром «Кризис» модели XV8-05 «Силовик» с его обширным арсеналом противопехотного оружия, командующий Арра'кон может в мгновение ока расправиться даже с самым крупным отрядом вражеских солдат. Постоянно выискивая скопления неприятельской пехоты, он с готовностью оставляет более крупные цели Яркому Мечу. Будучи воином с аналитическим складом ума, Арра'кон призывает остальных пересматривать и критически оценивать все их прежние битвы на голозаписях, ведь его неизменная цель – и дальше совершенствовать свои боевые навыки.

ШАС'ВРЕ ОБ'ЛОТАЙ 9-0 В БСК «ЗАЛП»

Хотя никто, кроме Восьмёрки и их помощников из касты Земли не знает об этом, бронекостюмом шас'вре Об'лотая 9-0 управляет не пилот из плоти и крови. Данный «Залп» находится под контролем мнемонической ИИ-энграммы последнего поколения с записью личности настоящего Об'лотая. Давным-давно в тренировочных куполах касты Огня именно он обучал искусству пилотирования юного воина, который впоследствии стал командующим Зорким Взглядом. Благодаря устройствам слежения за несколькими целями и высокотехнологичным сканирующим системам Об'лотай 9-0 виртуозно поддерживает товарищей гибельно метким огнём.

ЗАМКОМАНДУЮЩЕГО ЗАЖЖЁННАЯ ЗВЕЗДА

Эта воительница, дезертировавшая из Империи Тау – самый юный и порывистый пилот Восьмёрки. Вооружённая парными огнемётами виор'ланка бросается в бой с почти безрассудной неудержимостью.

О'ВЕСА

Последний из Восьмёрки – шас'вре о'Веса. В действительности о'Веса никакой не шас'вре, а старый товарищ Зоркого Взгляда из касты Земли, поддерживающий свою жизнь за счёт микродронов собственного изобретения. Учитывая, что о'Шова – традиционалист до мозга костей, его дозволение кому-то не из касты Огня удостоиться великой чести пилотировать БСК, да ещё могучую «Быстрину», многое говорит о крепости уз между двумя тау. В комплекс управления XV104 интегрировано немало ИИ-модулей, разработанных о'Весой, и теперь плоды его технологического гения превосходно помогают учёному с прицеливанием. Это компенсирует отсутствие тренировок и реальных боев длиною в жизнь, обычно необходимых воинам в бронекостюме.

===БИТВА ЗА ХРЕБЕТ ЧЁРНЫХ ИСКОПАЕМЫХ===
Чтобы отразить неистовую атаку новоявленных тау в багровых доспехах, Империум пошёл на отчаянные меры. Под прикрытием орбитальной бомбардировки полковник Старкзан оттянул свои части и перегруппировал их на вершине древнего хребта. Там Имперская Гвардия, восполнив силы за счёт прибывающих подкреплений, собиралась держать оборону.

Внезапный и ошеломительный натиск бойцов в бронекостюмах случился в идеально подобранный момент. Наступавшие армии людей пришли в полное замешательство, и Старкзан ощутил, что победу безвозвратно вырвали у него из рук. Хуже того, контратака оказалась настолько свирепой, что полковник уже опасался назревающего коллапса всей группировки. Не имея резервов для поддержки распадающихся боевых порядков, полковник вызвал массированный орбитальный удар. Тогда небеса запылали, и планета содрогнулась.

Многие боескафандры тау, предупреждённые в последний миг сенсорными модулями, огромными скачками унеслись прочь от надвигающейся бомбардировки. На долгие минуты весь мир скрылся в пламени взрывов, и в воздух поднялось столько песка, что он застлал небо целиком. Тяжёлые облака из пыли и крошева зависли над всей округой, в том числе над громадными воронками, на месте которых только что располагалось яростно оспариваемое поле битвы.

Ещё до того, как орбитальный удар сотряс пустыню, космические десантники осуществили эвакуацию на «Громовых ястребах». Они понимали, что рассредоточенные силы Империума не готовы сражаться против столь мощной группировки БСК, брошенной в сражение анклавами Зоркого Взгляда. Интенсивный огонь противника не помешал Адептус Астартес безупречно исполнить манёвр отхода, и уже скоро все капитулы, кроме Белых Шрамов, покинули равнину возле Агреллана-Прайм.

Кор'сарро-хан не желал отступать, оказавшись так близко от намеченной жертвы, поэтому капитан и его 3-я рота вместе с потрёпанными остатками формирований «Часовых» образовали арьергард группировки. Возможно, этот поступок оказался бы бессмысленным, если бы не орбитальная бомбардировка. Залпы лэнс-батарей снова и снова вонзались в гущу битвы, и ударные волны убивали тысячи сражающихся. Для Старкзана это был рискованный ход, но он рассудил, что даже если многие гвардейцы погибнут под обстрелом своих же союзников, уцелевшие подразделения смогут отойти и перегруппироваться. Флот продолжал огонь, и вскоре выживших разделила стена разрывов. Полковник, находившийся поодаль от зоны поражения, уже начал действовать: его приказ выдвигаться к хребту быстро передали по всем боевым порядкам, а оглохшим от раскатов бойцам команду показали жестами. Возле скалистого возвышения уже собирались многочисленные резервы, и людям, тащившимся по равнинам внизу, эти ощетинившиеся оружием шеренги казались спасением.

{{Врезка|Ошеломлённый о'Шова потряс головой. Хотя генератор щита прикрыл XV08 «Кризис» командующего силовым полем, ударная волна всё равно отшвырнула боескафандр назад и погребла его под грудами песка. Зоркий Взгляд почувствовал жалящий укол автостимуляторов и краткий жар, с которым химическая смесь хлынула в кровь. Его затуманенные мысли немедленно начали проясняться.

Когда перед глазами перестало двоиться и стало слышно что-то кроме адского звона в ушах, о'Шова поочерёдно занялся каждым из предупреждающих символов и входящих сообщений, заполнивших внутренний голодисплей. Одновременно с этим командующий проверил по телеметрии жизненные показатели остальных из Восьмёрки. Оказалось, что все они достаточно далеко отошли от зоны взрыва и выжили, хотя многие получили урон – от повреждённых бронепластин до уничтоженных дронов. Далее Зоркий Взгляд уделил внимание своим кадрам и, наконец, быстро оценил прогресс других семи атак по всей Бухте Му'гулат. Параллельно этому о'Шова приказал телохранителям собраться вокруг него, после чего сверился со спутниковой картой.

Один вражеский корабль отходил с позиции, другой уже занимал его место, но у тау появилось небольшое «окно». Четыре минуты, может, пять, чтобы уйти из-под обстрела. Сейчас требовалось или развить наступление, или отойти для перегруппировки; остаться на открытом месте значило погибнуть впустую. Быстро проанализировав имеющиеся данные, Зоркий Взгляд включил прыжковые двигатели, вырвался из-под засыпавшего его песка и приземлился на обе ноги. Мир затянула пыльная буря, но сенсорный модуль БСК всё же собрал информацию с поля битвы. Видимо, у этих гуэ'ла был исключительно даровитый командир: о'Шова знал, что считанные секунды назад враги паниковали, беспомощные пред его клинком, но всё успело поменяться. Судя по иконкам на дисплее, они больше не метались по равнине и явно не бежали, а отходили быстрым маршем. Новые боевые порядки уже формировались возле далёкого хребта – вероятно, именно там люди собирались держать оборону. Противник отступал в строгом боевом порядке, и Зоркий Взгляд уважал подобное самообладание. Ему выпал достойный неприятель, успешно воспользовавшийся краткой передышкой. На новые позиции, где полководец гуэ'ла строил свои войска, уже прибывали подкрепления, в том числе эшелоны бронетехники.

Три минуты. Время быстро заканчивалось.

– Почтенный лидер, – произнёс командующий Яркий Меч, возникший рядом с о'Шовой. Обернувшись к своему протеже, Зоркий Взгляд увидел, что молодой воин отыскал Рассветный клинок и теперь благоговейно держал его. Даже сквозь гравийную бурю на оружии виднелось мерцание странных энергий. Когда командующий склонил голову и забрал меч, он принял окончательное решение. Переключив модуль связи на максимальный диапазон вещания, о'Шова умышленно снял шифрование и обратился к своим многочисленным кадрам, а также всем остальным тау, кто мог слышать его.

– Перестроиться. Контингентам «Рассветного клинка» – возле меня. Кадрам контрудара – возле о'Шундры. Воздушные кадры с первого по пятый – облёт территории, с шестого по десятый – завоевание господства в воздухе. Атакуем через минуту по переданным координатам, – проговаривая команды, Зоркий Взгляд пересылал необходимую информацию о целях и схемах наступления. – Немедленно покинуть данную зону, ожидается вражеский артобстрел.

Отрабатывая двигателями, о'Шова в сопровождении телохранителей огромными скачками понёсся к точке сбора. Позади них земля вновь содрогнулась под массированной бомбардировкой.}}

Не отдаляясь больше чем на пять шагов от команды вокс-операторов, Старкзан шагал вдоль позиций своих войск, построившихся на скалистом хребте. Возвышенность была небольшой, но на плоской пустоши казалась настоящей горной цепью. Издали доносились заключительные раскаты орбитальной бомбардировки, которая обрушивалась на недавно опустевшее поле битвы. Полковник не питал иллюзий относительно этих ударов – врага ими не уничтожить.

Хотя с хребта Чёрных Ископаемых, как правило, открывался превосходный обзор, сегодня видимость была ограничена. Горячие переменчивые ветра гнали тяжёлые облака пыли, поднявшейся в воздух после орбитального обстрела. Кроме того, из-за повреждений основного массива погодных генераторов ядовитая буря, окутывавшая большую часть Бухты Му'гулат, понемногу заползала в ранее очищенную зону. Казалось, что в песчаных вихрях кто-то движется, и на позициях гвардейцев здесь и там слышались краткие очереди. Из теней, впрочем, никто не появлялся. Старкзан знал, что его группировка с каждой минутой набирает силы: роты и целые полки до сих пор подходили из зон высадки. Полковник уже начинал надеяться, что противник отошёл для перегруппировки, как вдруг последовала атака.

Её снова возглавляли многочисленные отделения бойцов в красных боескафандрах. Команды «Кризисов» огромными прыжками вырывались из пыльной бури, вздымая струями ракетных двигателей ещё больше песка. Несмотря на ухудшенную видимость, тау вели смертоносно меткую стрельбу: казалось, каждый плазменный импульс или очередь из пушки попадают в цель. За два скачка передовые бронекостюмы добрались до цели и обрушились на порядки Имперской Гвардии.

За первой волной двигались БСК более крупных и массивных моделей. На каждую из увиденных «Быстрин» люди обрушивали мощнейший шквал огня, поскольку уже знали о громадной разрушительной силе главного калибра великанской боевой машины. Предугадав это, пилоты XV104 перед выходом из песчаных вихрей перенаправляли всю энергию нова-реакторов на щиты. Лучи лазпушек и снаряды танковых орудий врезались в эти невидимые преграды, выбивая фонтаны искр из идущих рябью силовых полей. Цели достигли лишь несколько залпов, после чего колоссальные боескафандры ответили своими выстрелами – с намного большим успехом. Массивные скорострельные пушки косили солдат налево и направо: крупнокалиберные импульсы не просто убивали людей, но разрывали их в клочья. Что касается «Быстрин» с ионными ускорителями, то урон от их атак оказался даже кошмарнее.

Увидев, что под беспощадным натиском бронекостюмов центр армии начинает прогибаться, Старкзан принял ответные меры. По его команде с позиций резервных сил затопали к передовой отделения огринов, радующихся, что их наконец-то позвали драться. До этого полковник уже отмечал, что тау могут превзойти его войска в огневой мощи и манёвренности, но при этом, как рассуждал кадиец, утончённым ксеносам придётся нелегко в столкновении с лавиной жестокого и безрассудного насилия.

Битва на вершине хребта развивалась в соответствии с планами Зоркого Взгляда: интенсивный плазменный огонь и залпы из пусковых установок очищали участок для высадки вдоль гряды. Струи пламени омывали скалы, и всё новые боескафандры в красной броне присоединялись к первой волне атакующих. В них то и дело врезались очереди тяжёлых болтеров, но снаряды намного чаще с лязгом рикошетировали от доспехов, чем пробивали их. В этот вихрь сражения и шагнули грузные недолюди – быкогрины, тащившие огромные щиты-плиты, и огрины с крупнокалиберными «Потрошителями». Все они направлялись прямо к командам «Кризисов».

Недочеловеческих бойцов много раз пронзали плазменные сгустки и захлёстывали волны пламени, но ничто не могло свалить эти живые груды мышц. Они просто топали сквозь вражеские залпы и, подобравшись вплотную к чужакам, сами открывали огонь. На столь малом расстоянии до цели даже огринам сложно было промахнуться, так что тяжёлые снаряды, с глухим взрывным треском вылетавшие из «Потрошителей», раскалывали доспехи и отрывали конечности БСК. Впрочем, неуклюжие создания продирались вперёд не для перестрелки, и они не собирались останавливаться. Прикрываясь бронированными наплечниками или вздымая толстые щиты, здоровяки двигались дальше. Некоторые бронекостюмы скачками вышли из боя, но другие пилоты, или слишком удивлённые, или надеющиеся всё-таки свалить тварей последними очередями, остались на месте. Грохочущий лязг от последующего столкновения разнёсся над всем полем битвы. Огрины сокрушили и растоптали боескафандры в шквале свирепых атак, но не остановились и на этом, а зашагали дальше. Вслед за шеренгами этих верзил бросились вперёд и гвардейцы, рассекая воздух целыми решётками из лазерных лучей.

На минуту наступление тау забуксовало, поскольку огрины связали боем передовой отряд БСК, и, учитывая огневую мощь многочисленных имперских войск, это быстро могло обернуться катастрофой. Но тут о'Шова во главе Восьмёрки запрыгнул на откос хребта. Командующий слишком часто сражался с орками, чтобы отступить перед обычными примитивными дикарями. Рядом с ним Яркий Меч укладывал каждым выстрелом из фузионных бластеров по громадному гуэ'ла, а о'Веса, опустив ионный ускоритель, высокоэнергетическими залпами разносил на куски металлические щиты вместе с державшими их быкогринами. И никто не мог устоять пред яростью Зоркого Взгляда – кружась и размахивая Рассветным клинком, он оставлял за собой кровавую просеку в рядах недолюдей, пока прорубался к пехотным полкам за ними.

Идеально согласовав свои атаки с вступлением в битву о'Шовы, нанесли удары звенья «Пираний» огневого прикрытия и бомбардировщики «Солнечная акула». За считанные секунды порядки кадийцев были сокрушены по центру, и обоим флангам пришлось отступить. Тау вновь развили успех и быстро сблизились с отходящим противником. Теперь «глушилки» ксеносов работали на полную мощность, и люди уже не могли посылать сигналы флоту на орбите.

Проклиная неприятеля в красном доспехе, который побил его два раза подряд, полковник Старкзан уже собирался дать последний бой вместе с командной группой, когда вдруг услышал знакомый звук и с радостью ощутил дрожь под ногами. Подгоняемые ветрами пустыни, к нему с характерным рёвом, лязгом и скрежетом приближались «Леманы Руссы». Из гряд токсичных облаков на юге возникали массированные танковые клинья 423-го и 72-го Кадийских полков, ведомые рыцарем-командором Паском.

{{Врезка|Знаменитый танковый ас понимал, что должен выйти на связь с командирами взводов и скоординировать атаку, но вдали он уже заметил достойную цель. Над схваткой, бушующей на вершине хребта, возвышался колоссальный бронекостюм. Хотя враг уступал в размерах титану, он оказался самым крупным противником из встреченных Паском на Агреллане, так что кадиец страстно желал прикончить его и записать его убийство в список своих побед.

Хотя очередная «Стальная рука» двигалась по ровной земле, рыцарь-командор не мог окончательно привыкнуть к новой машине. Прежнюю поразила ракета, когда Паск и его бронетанковые роты гнались за «Рыбами-молотами» тау, а у нынешней оказался серьёзно искривлённый трак на правой гусенице, из-за чего возникали зацепы при движении ленты. Даже такой мелочи хватало, чтобы танк отклонялся от курса. Рыцарь-командор навёл орудие, сделал паузу, прищурился, внёс поправку на ветер и снова помедлил. Всё это время его бронемашина неслась вперёд, оставаясь наконечником огромного клина «Леманов Руссов», который перепахивал песчаную равнину.

Хотя из обозначений в прицеле следовало, что БСК находится вне зоны досягаемости, Паск не обращал на это внимания. Зажужжала командная линия связи, но кадиец и её проигнорировал. Только выстрел имел значение. Гигантский боескафандр двигался с неожиданным проворством, но рыцарь-командор отслеживал врага. По его краткой команде боевая пушка «Покоритель» взревела, изрыгнув пламя, и Паск вгляделся в сцену битвы, затянутую клубами пыли и разрывов. Не отрывая глаз от добычи, он увидел, как снаряд начисто оторвал головной модуль великана вместе с огромным куском нагрудной брони. Словно марионетка, которой перерезали ниточки, колосс повалился спиной в песок, а рыцарь-командор уже выискивал следующую достойную жертву.}}

===РАДИ ВЫСШЕГО БЛАГА===
Один за другим взводы «Леманов Руссов» открывали огонь, и звук их выстрелов был подобен грому, прокатывающемуся по долине. В них нашло воплощение само Могущество Императора.

Боескафандры тау, выполненные из лёгкого, но невероятно крепкого нанокристаллического сплава, обладали великолепной ударопрочностью. Твердотельные снаряды безвредно рикошетили от их бронепластин с тщательно проработанными формами и углами наклона, а отражающее покрытие из жидкого металла оберегало БСК даже от лучевого оружия. Парившие возле них дроны-щиты окутывали подопечных невидимыми коконами, способными отразить прямое попадание из лазпушки. И тем не менее под огнём Имперской Гвардии бронекостюмы десятками разлетались на куски. Ситуация на поле битвы изменилась.

Звенья «Быстрин» и бронетанковые сдерживающие кадры, на которые приходилась основная часть дальнобойных орудий в войске анклавов, только подходили на дистанцию эффективной стрельбы и мало чем могли помочь бойцам в БСК. Человеческие пехотинцы, спасённые от яростного натиска Зоркого Взгляда, сумели перегруппироваться. Открыв сосредоточенный огонь из лазганов и тяжёлого оружия, кадийцы несколько расквитались с бронекостюмами тау, уже дважды прорывавшими их оборону.

О'Шова понимал, что его войска несут потери. Командующий сверялся с голоэкраном, даже пока запрыгивал на «Лемана Русса» и пронзал корпус танка Рассветным клинком. Внутренние взрывы разнесли бронемашину на куски, но Зоркий Взгляд уже взмыл над ней, запустив прыжковые двигатели. Именно тогда он увидел то, на что надеялся: дисплеи вспыхнули множеством движущихся точек.

Повсюду вокруг него обрушивались с небес боескафандры, по флангам неслись «Рыбы-дьяволы», а над головой мчались заходящие в атаку стаи «Акул-бритв». О'Шова с облегчением заметил на их корпусах белую символику септа Т'ау, оранжевые линии Са'цеи и красные обозначения Виор'ла, его прежнего дома. Командующая Тень Солнца вступила в битву, ведя за собой силы Империи Тау.

===ПОЖАР РАЗГОРАЕТСЯ===
Битва ярилась по-прежнему. Этот огненный ад, пылающий среди барханов, разрастался и втягивал в себя всё новых солдат с обеих сторон баррикад. Вскоре схватка превратилась в крупнейшее сражение, когда-либо происходившее на Агреллане, но ни один из врагов не желал отступать. Судьба планеты, а значит и всей звёздной системы, зависела от исхода их противостояния.

Когда объединённые силы тау углубились в боевые порядки людских армий, небеса над пустошью помутнели. Горячие ветра пригоняли на поле брани клубы пыли, которые под сверкающим солнцем превращались в белёсую хмарь. Зона чистого воздуха быстро сужалась после похищения составных частей крупнейшего из сетевых погодных генераторов, и облака ядовитой взвеси надвигались на хребет Чёрных Ископаемых, где продолжалось сражение.

О'Шасерра лично возглавила ударную высадку бронекостюмов, пока стаи «Рыб-дьяволов» и «Рыб-молотов» стремительно охватывали Имперскую Гвардию с флангов. Подкрепления ксеносов, однако, этим не ограничивались. С огромной высоты, от самой границы атмосферы, три стремительные «Манты» протянули к земле по гравитационной колонне. Через несколько секунд транспортировочные лучи отключились, и груз оказался на поверхности. Учитывая, насколько драгоценны были эти боевые машины, тау весьма серьёзно рисковали.

С поверхности было видно, как электромагнитные шахты пронзают бурлящие облака, сцепляясь с ядром планеты. Затем внутри потрескивающих световых цилиндров пронеслись какие-то крупные объекты. Включив тормозные двигатели и противоперегрузочные поля, стремительные пассажиры каждого из лучей в последний момент замедлили падение, но всё равно обрушились на пустынную поверхность Му'гулата подобно удару грома. Из образовавшихся воронок поднялись и зашагали через извивающиеся облака пыли три массивных АСК KV128 «Нагон». Пока они медленно и грузно приближались к полю битвы, экипажи из двух пилотов, управлявшие каждым из могучих орудий войны, уже сканировали местность в поиске данных для наведения орудий. Несколько стаек «Рыб-дьяволов», возникших из клубов песчаной взвеси, пристроились к тяжело ступающим великанам.

Появление крупнейших военных машин тау ещё не сказалось на ходе боя, но отнюдь не прошло незамеченным. В бескрайней выси над Бухтой Му'гулат ожило поисковое оборудование на обращающемся вокруг планеты технокрейсере типа «Макроклазм», именуемом «Археоклад». Сигналы тревоги зашлись перезвоном скорбного колокола, и слуги Машинного бога, выдвинув из орбит телескопические глаза, поспешили к сине-зелёным смотровым экранам. Какое-то время раздавался только скрип настраиваемых верньеров и поворачиваемых рукоятей, перемежающийся ровными свистящими вздохами механических дыхательных масок. До техножрецов доходили слухи о колоссальных орудийных платформах тау, но лицезреть их владыкам Марса пока не доводилось. Последователи Омниссии алкали всего, что видели – и теперь, встретив KV128 «Нагон», они возжелали заполучить его, чтобы разобрать и исследовать. Уже несколько секунд спустя активированные скитарии были отправлены на перехват.

Тем временем солдат Старкзана – тех, кто ещё оставался в живых – методично оттесняли от края хребта. Полковник надеялся сформировать прочные боевые порядки перед наступающими бронетанковыми ротами, но внезапная высадка ещё одной группы боескафандров и усиливающаяся пылевая буря перечеркнули его замыслы. Сражение утратило цельность, разбилось на сотни небольших стычек в облаке вездесущего песка.

Слева от героя Хелликома грохотал взвод «Леманов Руссов», за бронированной стеной которых наступали пехотинцы; и те, и другие вели огонь по рыскающим в пелене «Пираньям». Справа немногочисленные Белые Шрамы стояли бок о бок с кадийцами из взвода тяжёлого вооружения и помогали им отражать атаки пилотов БСК, пытавшихся уничтожить сосредоточенные там лазпушки. В подобном хаосе Старкзан практически ничем не мог повлиять на оперативную ситуацию. Чужаки глушили связь, и военачальнику не оставалось ничего иного, кроме как сражаться самому. Приказав установить полковое знамя, он вытащил силовой меч и собрал вокруг себя командное отделение, готовясь удерживать позицию.

К тому моменту KV128 уже находились на расстоянии выстрела от ближайших к ним подразделений Гвардии. Тяжеловесных колоссов окутывала густая, клубящаяся взвесь песка и токсинов, но высокотехнологичные черносолнечные фильтры и модули отслеживания целей выводили на пилотские экраны «Нагонов» карты, в буквальном смысле усыпанные вражескими объектами.

Люди до последнего не подозревали об очередной угрозе, нависшей над ними. Первым признаком того, что сейчас на них обрушится залп какого-то нового оружия, стала череда ярких стробирующих вспышек, которые засияли в глубине туманных завихрений. Двигаясь с неуловимой для глаз быстротой, сотни ракет устремились к целям по извилистым траекториям, оставляя за собой дымные инверсионные следы. Когда до имперцев донёсся свистящий звук их запуска, реактивные снаряды уже промчались мимо первых шеренг и обрушились на отряды, укрывавшиеся позади. Взметнулась пламенная стена взрывов, и следом из мутных облаков вырвались огромные импульсные заряды, каких гвардейцы ещё не видели. Кадийцы не знали, куда им целиться в ответ, поскольку в любой момент, с любой стороны могли возникнуть из ниоткуда команды «Кризисов», растерзать их убийственными очередями и одним скачком вновь исчезнуть в полумраке.

И в эту безумно закрученную битву вступила ещё одна армия – легионы Омниссии вернулись на поле боя. Никто не знал, откуда пришли скитарии, но казалось, что они или были погребены глубоко под песком, или долго маршировали через пыльные бури, подобные нынешней. Глаза техногвардейцев, сиявшие ослепительным светом, проглядывали сквозь пыльную мглу подобно блуждающим огонькам. Слуги Омниссии не поприветствовали союзников и даже не обратили на них внимания, а лишь прошагали мимо ровной механической поступью. У них имелось собственное задание.

То ли по замыслу, то ли по воле случая, но загрязнённый вихрь замаскировал боевую когорту скитариев, и их фоновое излучение отразилось на продвинутых сканерах тау как ещё одно непримечательное пятно радиации. Ни громадные «Нагоны», ни воины Огня, построившиеся вокруг них, не замечали противников, пока солдаты в красных рясах не вышли из круговорота бури. Электрические дуги устремились к целям, и началась новая фаза сражения.

Антенны скитариев уловили донёсшийся с орбиты сигнал на двоичном арго. «Цель необходимо низвергнуть» – так гласили закодированные команды сверху. Приказы эти изначально были отданы на самом священном Марсе, а служение Омниссии являлось единственным смыслом жизни для воинов Культа Механикус.

При поддержке колоссального KV128 тау накрыли врагов мощнейшим шквалом плазмы. Воины Огня и дроны, парившие рядом с ними, разразились бешеными залпами, а примчавшиеся на прыжковых двигателях боескафандры извергли непрерывные очереди выжигающих импульсов из скорострельных пушек.

Но скитарии продолжали идти, шагая по павшим собратьям, не замедляясь ни на мгновение. Устремились вперёд по трупам быстроногие дюнные ползуны «Онагр», которые легко перебирались через груды тел благодаря многочисленным конечностям. На таком расстоянии их искореняющие лучи были смертельны только для пехоты, поэтому машины двигались дальше на механических крабьих ногах. Ближе. Нужно было подойти ещё ближе. Затем егеря скитариев высвободили собственные молнии, а бойцы авангарда подступили к противнику на дальность выстрела из радиевого карабина.

И два войска сошлись в загрязнённом тумане. Одна армия состояла из тау, веривших, что технологии указывают путь в грядущее, являются основой прогресса и наилучшим решением любой проблемы. Воины другой – скитарии боевой когорты – поклонялись технологиям не как инструменту развития общества, а скорее как вещи в себе. Адептус Механикус жаждали владеть ими, суеверно считая, что их бог скрывается в тайнах научного знания.

Так столкнулись две идеологии, подкрепляющие свои аргументы огневой мощью.

===И ДА НЕ УСТОИТ НИКТО ПРЕД ГНЕВОМ ЕГО...===
По мере усиления бури битва понемногу утрачивала целостность. Из сражения целых фронтов она превратилась в череду схваток небольших формирований, взводов и отдельных личностей. В этом тумане войны Зоркий Взгляд развил своё наступление, устремляясь навстречу приближающимся волнам бронетехники. Эти танковые отряды планировали укрепить ненадёжные позиции кадийских полков на вершине хребта Чёрных Ископаемых.

Подчинённые Паска, сумевшие уцелеть в нескольких сражениях под началом своего знаменитого предводителя, осознавали горькую правду: рыцарь-командор был равнодушным, даже безразличным лидером.

Да, в роли танкового аса он не имел себе равных. В гуще боя Паск управлял машиной и стрелял так, словно гусеницы и пушка были продолжением его тела. Словно некое чутье подсказывало кадийцу, когда нужно дать задний ход и сменить позицию, или остановиться и открыть беглый огонь, или врубить полный газ, чтобы избежать попаданий. Рыцарь-командор, как ни один другой танкист, мог провести «Стальную руку» от укрытия к укрытию, с невоспроизводимой изворотливостью уклоняясь от вражеских ракет. И хотя его солдаты никогда не говорили об этом вслух, в качестве «укрытий» Паск иногда использовал бронемашины собственного взвода или роты. Если же подобных преград не имелось вовсе, кадиец умел всякий раз поворачиваться самой толстой броней к врагу или в последний момент идеально чётко смещать танк, чтобы неприятельские фугасы или энергетические пучки отражались от корпуса «Лемана Русса», а не пробивали его. Но несмотря на все защитные уловки, рыцарь-командор знал, что лучше всего как следует прицелиться и выстрелить первым. Ведя огонь, он так верил в собственную меткость, что не просто наводил дуло «Покорителя» на машины противника, а находил слабые места между листами брони или вдоль швов, и, как следствие, снаряд всегда попадал в уязвимую точку и пробивал корпус, а не отскакивал с лязгом в сторону. Навыки эти носили столь интуитивный характер, что рыцарь-командор не мог подобрать слов для описания личного опыта и не мог поделиться мудрыми советами с остальным полком. Впрочем, он даже и не пытался. Хотя Паск планомерно шагал вверх по карьерной лестнице благодаря несравненному списку личных побед, тонкие детали командования полком никогда не входили в его круг интересов.

Поэтому подчинённые, дольше всего прослужившие под началом рыцаря-командора, обучались следовать его примеру. Если Паск ускорялся, они тоже набирали ход. Если лидер останавливался и поворачивал башню в поисках целей, они копировали его действия. Благодаря такому подражанию танкисты выживали в атаках на оборонительные линии мятежников и в схватках с орочьими блиц-бригадами. Но подобный метод не подходил для всех подряд. Рыцарь-командор постоянно осматривался по сторонам, выискивая новые цели или возможные угрозы, и никто не мог ни воспроизвести его мгновенные решения, ни сравниться с ним в сверхъестественной меткости или понимании тактических манёвров.

В колоссальной битве против тау, развернувшейся среди песчаной бури, Паск превратился в машину для убийств. Порой он так быстро выкрикивал цели, что заряжающий просто не успевал за ним. С каждым выпущенным снарядом рыцарь-командор увеличивал свой и без того внушительный счёт триумфов. Кумулятивные бризантные снаряды пронзали броню «Рыб-молотов» и «Рыб-дьяволов», уничтожали их основные системы, и мгновения спустя вражеские машины вспучивались и разлетались на куски от внутренних взрывов. Когда рядом со «Стальной рукой» приземлился XV8 «Кризис», идеально рассчитанным прыжком оказавшись у цели со стороны, противоположной той, куда была развёрнута длинноствольная пушка «Покоритель», кадиец не запаниковал. Фузионный бластер боескафандра засветился энергией, но Паск успел обстрелять чужака с близкого расстояния из тяжёлого болтера, установленного на корпусе. Он сбил БСК с ног, но внешняя броня ксеноса только треснула. Пилот выжил, что очевидно следовало из его попыток поднять смертоносное оружие. Заметив опасность, рыцарь-командор направил танк прямо на «Кризис». Последовавший громкий треск и краткий вопль оказались почти неслышимыми в грохоте битвы.

Большая часть бронетанкового полка Паска была рассредоточена по полю сражения, но два полных взвода всё же сумели не потерять из виду командира 423-го. Именно эти машины первым делом атаковал Зоркий Взгляд.

Высоко взмыв над бушующей схваткой, командующий несколько секунд изучал творящуюся внизу резню. Даже в условиях песчаной бури черносолнечный фильтр и картографический голомодуль давали ему точную картину происходящего. Определить главную угрозу не составило труда – ей оказался передовой танковый отряд, прорывающийся через войска анклавов и Империи Тау. Полностью отключив реактивный ранец, о'Шова камнем рухнул с небес; Рассветный клинок в его руке мерцал от едва сдерживаемой мощи.

Врубив тормозные двигатели, Зоркий Взгляд перешёл от падения к снижению по глиссаде и взмахнул мечом в миг приземления. Рассветный клинок начисто прошёл сквозь башню ближайшей машины, вонзился в её стальной корпус и рассёк водителя, тогда как сам командующий тем временем повернулся к следующему противнику. Выпустив пару разрядов из плазменной винтовки в корму второго «Лемана Русса», он снова запустил прыжковую установку и ринулся ввысь. Оба выстрела пробили выпускную систему, отчего наружу повалил чёрный дым, но к тому моменту о'Шова уже исчез. Третий танк взвода повернул орудие, пытаясь поймать врага на прицел, но тут его сзади протаранил потерявший управление собрат, водителя которого тау рассёк надвое. Экипажу ничего не оставалось, кроме как выбраться из разбитой бронемашины и начать долгий, рискованный путь к своим.

Бойцы другого взвода пытались одновременно уследить за движущимся впереди Паском и отыскать боескафандр, уничтоживший их товарищей. Командир отряда первым заметил размытое красное пятно, несущееся через плотные клубы песчаной взвеси, плававшие над пустыней. С гулким лязгом приземлившись на башню ведущего танка, Зоркий Взгляд со всей силы по самую рукоять вонзил Рассветный клинок в стальное тело «Лемана Русса», а затем на рывке реактивных двигателей выдернул меч и унёсся в небеса.

Прежде чем остальные машины во взводе «Баталика» успели как-то отреагировать, с высоты на них обрушились телохранители о'Шовы. Ещё не коснувшись песка, командующий Яркий Меч проплавил в одном из танков дыру залпом спаренных фузионных бластеров. Отважному Шторму, однако же, пришлось уклоняться от яростного залпа «Гидры», и он приземлился слишком далеко от цели. Благодаря этому последний «Леман Русс» получил шанс для выстрела. Взревела боевая пушка, и «Кризис» скрылся в огненном шаре от разрыва снаряда, но затем из пламени выступил невредимый БСК с воздетым генератором щита. Длинным скачком Отважный Шторм подобрался к неприятелю, занося на лету кулак для максимально мощного удара. Безупречно выбрав момент для атаки, он активировал перчатку-онагр и пробил корпус бронемашины в шквале металлических осколков, изрешетивших экипаж.

Способность далеко прыгать и ненадолго зависать в воздухе позволила боескафандрам Восьмёрки причинить весомый урон наступающим взводам «Леманов Руссов». Вскоре пустыню устилали обгорелые остовы танков, из проплавленных и проломленных отверстий которых вздымались столбы дыма. Но свирепый натиск Зоркого Взгляда не ослабевал, ведь он уже вёл личный отряд на стремительно атакующую пехотную роту. Никто лучше командующего о'Шовы не знал, что для успешной реализации «монт'ка» необходимо нанести врагу как можно большие потери.

Не ведая о резне позади него, рыцарь-командор Паск прорывался дальше. Он понимал, что лишается поддержки пехоты, но время от времени «Стальная рука» ещё проносилась мимо небольших групп кадийцев, окопавшихся на оборонительных позициях. Какое-то время танковый ас ощущал, что безопаснее двигаться вперёд, чем останавливаться, но вскоре пыльная буря стала совершенно непроглядной. Высунувшись из люка для лучшего обзора, Паск сощурился от колючего песка и осознал, что погодные условия продолжают ухудшаться. Бурлящий вихрь изрыгал молнии, одна из которых вонзилась в пустыню так близко от «Лемана Русса», что рыцарь-командор нырнул обратно в машину. Именно поэтому он не заметил трио «Рыб-молотов», скользивших над равниной с севера.

На предельной дальности выстрела от него мастер-пилот шас'ла Т'ау Ша'нг, больше известный как Дальний Удар, перестроил в линию два других боевых корабля бронетанкового сдерживающего кадра. Используя сканирующие комплексы и черносолнечные фильтры, «Рыбы-молоты» осторожно подбирались к значительному скоплению вражеских сил. Хотя нынешние подчинённые знаменитого аса, заменившие павших, были опытными пилотами, Ша'нг хотел оценить, насколько хорошо они работают в команде. Когда на экранах возникла одинокая точка – вероятнее всего, танк гуэ'ла, судя по химическому, тепловому и шумовому загрязнению колоссального уровня, – Дальний Удар позволил новым товарищам спланировать заход для атаки. Все три рельсовые пушки поразили цель, и «Стальная рука» разлетелась в клочья. Что ж, это было хорошее начало.

===ИЗ ПОДНИМАЮЩЕЙСЯ БУРИ===
Имперские гвардейцы полковника Старкзана пытались занять оборону до прибытия подкреплений. Войска тау тем временем стремились нанести прижатому огнём неприятелю как можно больший урон. Командующая Тень Солнца имела целью причинить людям максимальный ущерб, но отступить, прежде чем к врагу подойдут слишком большие силы.

С юга прибывали всё новые соединения человеческой армии, и фронт битвы продолжал расширяться. Обе стороны пытались обойти друг друга с фланга и осмотрительно избегали вступать в свирепую схватку, кипевшую по центру. Пыльная буря то усиливалась, то утихала: над пустошью проносились вихри крупного песка, но стоило бойцам занять надёжные укрытия, как порывы ветра стихали, и всё успокаивалось до следующего шквала.

Даже после объединения армий Империи и анклавов Зоркого Взгляда тау серьёзно уступали людям в численности. Тем не менее в мутном урагане они получали преимущество благодаря более совершенным средствам обнаружения и связи. Некоторые их отряды, в особенности мобильные формирования боескафандров, за счёт собственной быстроты атаковали отдельные позиции врага. Они выискивали места, где могли добиться перевеса благодаря сосредоточению огневой мощи, а затем отступали в бурю, уходя от массированного ответного удара. Пилоты БСК, виртуозно владевшие подобной тактикой, просто уносились к небу на реактивной струе и исчезали за облачным покровом.

Если бы Старкзан сумел перестроить свои части по принятым в Астра Милитарум принципам общевойскового боя, то людям, возможно, удалось бы отразить эти стремительные атаки. Но полковник фактически ничего не мог поделать. В продолжающемся странном урагане вокс-связь либо сбоила, либо, как с растущим неприятием подозревал кадиец, технологически развитые ксеносы каким-то образом глушили её.

Погодные генераторы тау по-прежнему не действовали, и огромная область в центре континента вновь оказалась беззащитной пред неистовством токсичных песчаных бурь. Безнаказанно свирепствующий фронт затягивал воздух из заражённых верхних слоёв атмосферы. Пока вихрь набирал силу, в нем формировались грозовые шквалы, и всё чаще проносились радиационные шторма. Столь адские погодные явления чем-то напоминали сверхбури, ярящиеся над северным полушарием в пределах территории, которую чужаки называли Монт'шидар, «ветер смерти», а Империум – Загрязнённой зоной.

Командующая Тень Солнца, неизменно скрупулёзный стратег, разместила команды следопытов в несколько эшелонов между полем битвы и южными подходами к нему. Ей требовалась предельно исчерпывающая информация о приближающихся противниках. Было известно, что основной контингент войск Империума уже неподалёку, потому ученица Чистого Прилива хотела продолжать удары по зажатым у хребта войскам до их прибытия. Но, когда о'Шасерра повела своих телохранителей на очередную группу окопавшихся гвардейцев, дисплей XV22 вдруг вывел сообщение, которого она опасалась. Возле Чёрных Ископаемых появились крупные свежие силы людей – целые пехотные полки.

Даже выпуская в неприятелей сгустки перегретой энергии из фузионных бластеров, командующая вычисляла, через какой период времени эти части сумеют переломить ситуацию. Срок получался небольшой, но командующая знала, что каждая лишняя секунда, отведённая на истребление противников, впоследствии сыграет ей на руку. Пока сопровождающий о'Шасерру дрон-щит поглощал огонь из тяжёлого оружия, она уничтожала оказавшихся рядом врагов, равно проплавляя броню, оружие, плоть и кости. Уцелевшие гвардейцы ещё не успели обратиться в бегство, когда дрон комсвязи Тени Солнца передал обновлённые координаты целей её стелс-команде, бойцы которой не знали промахов из своих скорострельных пушек. Затем, убедившись, что всё готово, командующая отдала необходимые приказы инженерам контроля среды и операторам погодных спутников. Настал момент усилить бурю, и о'Шасерра быстро проговорила расчёты для повышения энерговыхода, одновременно направив своих бойцов к следующим жертвам.

Дальше к югу двигались новые полки людей. Пехота, бронетехника, артиллерия и имперские Рыцари приближались к растущему песчаному вихрю. Когда их передовые части миновали скрытые дозоры тау, погодные условия ухудшились ещё заметнее, и из-за самых яростных порывов ветра солдатам приходилось пригибаться к земле.

Возможно, виной тому были проделки усиливающейся бури, но среди отметок на голокартах вспыхнул один знакомый значок – сигнал, который мгновенно опознали воины Огня, бившиеся до этого на Префекции и при взятии Бухты Му'гулат. Уникальная сигнатура, что вскоре пропала, принадлежала Обсидиановому Рыцарю, ходячему ночному кошмару, с великой ненавистью сражавшемуся против детей Высшего Блага. В этой чёрной машине уничтожения ощущалось нечто, отчего тау, успевшие заметить мерцающий символ, вздрогнули в страхе. Они, впрочем, видели своими глазами, как Вольный Клинок свалился в пропасть в мире-цитадели, и не отличались суеверностью. Очевидно, произошёл какой-то сбой в сенсорных комплексах, поскольку возвращение жуткого колосса противоречило бы логике. По ту сторону фронта лорд Тибальт из дома Терринов, получивший схожие доклады, отнёсся к ним не так скептически. И прежде случалось, что Обсидиановый Рыцарь необъяснимым образом появлялся на полях битв.

Войско Империума продолжало расти, и Тень Солнца, почувствовав, что дальнейшие атаки становятся слишком опасными, передала в полном диапазоне план отхода всем тау, как из Империи, так и из анклавов Зоркого Взгляда. За считанные минуты они отошли в назначенные точки для встречи с эвакуационными транспортами и вскоре исчезли за непроглядными облаками песка. Кроме того, о'Шасерра отправила особенный набор координат по одному из каналов, не использовавшихся ею со времён обучения у Чистого Прилива. Командующая решила, что пришёл час встретиться тем, кто не виделся давным-давно.

{{Врезка|Аун'Ва властно посмотрел на Зоркого Взгляда, вошедшего в пункт управления. Последовала долгая неприятная пауза, во время которой оба тау молча взирали друг на друга. Осознав, что никакого почтительного обращения или хотя бы формального приветствия, ожидавшегося от посетителей верховного эфирного, здесь не последует, аун'Ва начал первым. Собрав всё своё самообладание, он заговорил строгим отрывистым голосом – укоризненным тоном отца, поучающего блудного сына.

– Добро пожаловать, шас'о Виор'ла Шова Каис Монт'ир.

При этом эфирный незначительно, но вежливо склонил голову. Как всегда наблюдательный, аун'Ва подметил, что многие из присутствующих последовали его примеру и кивнули облачённому в красный плащ командующему. Некоторые, впрочем, поклонились о'Шове слишком низко – чересчур уважительно, по мнению верховного эфирного. Важно было напомнить всем, кто здесь главный. Немедленно изменив тон, аун'Ва обратился уже ко всем тау в штабе.

– Уважаемые воины главного командования, высокие советники, перед вами командующий Зоркий Взгляд. Некогда великий ученик Чистого Прилива, ныне же моё величайшее разочарование.

«Нельзя, чтобы это стало его моментом славы, – подумал верховный эфирный. – Не позволь такому случиться».

Бывший офицер касты Огня прожил невероятно долгий срок, но оставался стройным и гибким. Кроме того, он до сих пор был более чем способен подчинять себе аудиторию. Отведя взгляд от аун'Ва, командующий Шова осмотрел зал управления и лишь после этого склонил голову. Жест его, впрочем, адресовался всем присутствующим, и при этом Зоркий Взгляд умышленно отвернулся от одинокой фигуры на возвышении.

– Того же мнения я о вас, аун'Ва. Я пришёл сюда не затем, чтобы вести словесные перепалки или выслушивать благодарности за исполненный долг. Я пришёл на военный совет, не более.

Аун'Ва открыл было рот, чтобы отчитать мятежника, но его немедленно прервали в грубейшей форме. Со столь возмутительным нарушением протокола верховный эфирный ни разу не сталкивался с тех пор, как занял свой пост.

– Довольно! – рявкнул командующий о'Шова. – Прибереги свои козни для других, аун'Ва. Я здесь не ради споров. Мои войска пока что спасли тау, запертых на этой планете, но эффект неожиданности от первой атаки исчез, а наши враги – нет. Если мы хотим выбраться отсюда живыми, нужно работать вместе... ради Высшего Блага.

Последовало звенящее молчание, и Зоркий Взгляд добавил:

– Следующая волна неприятелей уже собирается для удара. Скоро они пойдут в наступление. На всех нас.

Кратчайшее из мгновений верховный эфирный просто стоял и глядел на о'Шову. Слишком поздно аун'Ва понял, что так и не закрыл рот. От беспримесной ярости у него вырвался внутренний крик и покраснело в глазах, но затем политик сделал глубокий вдох и опять восстановил самообладание. Нужно было как-то перехватить инициативу в этой критически важной стычке.

И тогда заговорила командующая Тень Солнца. С гордостью аун'Ва заметил, что голос её звучит холоднее обычного, но с привычной властностью.

– О'Шова, враг, вероятнее всего, двинется по этой оси, – о'Шасерра показала на голокарту. – Судя по исходным донесениям, гуэ'ла неизвестно о нашем контроле над погодой. Составив тщательно рассчитанный план операции, мы сумеем спровоцировать их на атаку через бурю, которой можем управлять.

Увидев в этом замысле талант стратега, не уступающего ему, Зоркий Взгляд начал изучать карту. }}

===ЧАС ПАЛАЧА===
Ранее тау захватили Бухту Му'гулат в течение суток. Для сравнения, напряжённые попытки лорда-генерала Троскзера вырвать у них планету и вернуть её Императору продолжались уже целые недели, и конца им не было видно. Основные силы экспедиционного корпуса «Воздаяние» упустили свой шанс, и теперь за дело брались другие организации.

Агреллан пылал.

Сотрясающая его война казалось странно прекрасной при взгляде из космоса. Колоссальные огненные бури и гигантские сражения представлялись закрученными узорами света и тени. Оспариваемая планета вспыхивала, словно уголь в жаровне. Высоко над ней, в безвоздушной тьме, на некотором удалении от кораблей самого внешнего заслона Имперского Флота, находился небольшой обтекаемый фрегат. На его командном троне сидел адепт, и на окутанном тенями мостике вокруг него царила спокойная атмосфера напряжённой работы экипажа. Среди колонн в зале располагались пульты цвета слоновой кости, подмигивающие разноцветными рунами, а рядом с ними подёргивали стрелками медные измерительные приборы и пощёлкивали костяные хорологи. Здесь и там ходили между пультами управления аколиты, тихо шелестя рясами на каждом шагу.

Оторвавшись от пикт-экрана, адепт воззрился на огромный ониксовый хронометр, висевший на переборке рядом с ним. Аугметические глаза человека щелкали и жужжали, пока он наблюдал за тикающим отсчётом последних секунд и неумолимым движением костяных стрелок к полуночи. Затем из часов смерти раздался удар колокола – одинокий угрюмый отзвук, который разнёсся по мостику и заставил членов экипажа обменяться взглядами из-под капюшонов.

Лорду-генералу Троскзеру щедро отвели времени на зачистку Агреллана. Он не справился. Теперь пришёл час пассажирам фрегата исправлять ошибки других.

С неторопливой обстоятельностью человека, проводящего ритуал, адепт снял печатку с инкрустацией в форме черепа. Откинув панель в подлокотнике трона, он вставил перстень в открывшееся углубление из резной кости. Прочитав краткую и зловещую молитву, человек повернул кольцо против часовой стрелки. Тут же через километры проводов и кабелей пронёсся грозный сигнал, запустивший таинственный процесс возвращения к жизни. В недрах фрегата зашевелились медленно пробуждающиеся агенты Оффицио Ассасинорум.

Мрачная вереница читающих псалмы аколитов в чёрных рясах и костяных масках подошла к четырём бронированным кельям. Некоторые из них держали кадила, испускавшие клубы резко пахнущего дыма. Другие отбивали медленный похоронный ритм на больших чёрных барабанах.

Остальные несли священные предметы снаряжения: мастерски сработанное огнестрельное оружие, стоившее больше иных планет, эзотерические клинки и жуткие боевые шлемы.

Служители заняли места вокруг криосклепов, где лежали ассасины. Их речитатив возвысился в тоне, и оледеневшее бронестекло на крышках гробов осветилось изнутри, а их обитатели, кажущиеся размытыми тенями, задрожали и задёргались – к ним вернулось сознание. Подведённые к стенкам ящиков трубки отсоединились и упали, выдыхая едкий газ или сочась питательной жижей. Наконец, когда загрохотали барабаны, а напев аколитов достиг крещендо, крышки трёх из четырёх камер медленно откинулись и пассажиры фрегата вышли наружу. Каллидус, кулексус, виндикар – все они двигались с гибкой и смертоносной грацией истинных хищников. В словах не было нужды, поскольку детали задания убийцам загрузили прямо в усовершенствованную кору головного мозга. Они безмолвно забрали снаряжение у дрожащих слуг и зашагали к посадочной палубе, где ждали их десантные суда.

Только последний гроб, в котором лежал эверсор, остался запечатанным. Ассасин-берсеркер застыл в стазис-модуле, словно муха в янтаре, после завершения предыдущей миссии. Громадные огрины-сервиторы в сопровождении поющих аколитов подняли зловещий саркофаг и понесли его к десантной капсуле, которая доставит неистового убийцу в гущу сражения.

Адепт, следивший за живыми орудиями с командного трона, удовлетворённо кивнул: три маленькие точки на экране оторвались от его корабля, направляясь к планете. Первые оперативники карательной группы выдвинулись к цели, а вскоре к ним присоединится и последний. Совершив всё, что от него требовалось, человек откинулся на спинку трона. Он совершенно не сомневался, что ксеносы поплатятся за всё и Воля Императора будет исполнена.

На пикт-дисплее Агреллан всё так же пылал.

===КАРАТЕЛЬНАЯ ГРУППА===
Решения о развёртывании оперативников Оффицио Ассасинорум не принимаются мимоходом. Требуется как минимум две трети голосов Верховных лордов Терры, чтобы отправить на задание единственного убийцу. Карательная группа, куда входят четыре ассасина, по одному от каждого из крупнейших храмов, это окончательный и бесповоротный приговор к смерти, на подписание которого идут лишь в крайнем случае.

Только адептам Ассасинорум были известны именные обозначения и биографии всех убийц, входивших в состав группы на Агреллане. Трое из них – каллидус, виндикар и кулексус – совместно принимали участие в предыдущей миссии. Проникнув во вражеский тыл, они казнили девятерых Искажённых Визирей, повелевавших культом Апостолов Синего Пламени. Операции сопутствовал успех, но приданный отряду эверсор погиб, уничтожив последнюю цель.

Виндикар был виртуозом стрельбы на дальнюю дистанцию. Он хорошо послужил Императору, совершив тысячи смертоносных выстрелов из винтовки «Экзитус» на протяжении долгой и успешной карьеры. Единственной метко посланной пулей он прекращал восстания, сражал деспотичных военачальников и осуществлял Правосудие Императора над еретиками. Его способность карать врагов издалека оказалась незаменимой при атаке на Искажённых Визирей, и «Экзитус» забрал тогда жизни четырёх приговорённых. Особенно запоминающимся оказался выстрел, пробивший черепа сразу двух целей. Предпочитая убивать с большого расстояния, виндикар незаметно пробирался на выбранную позицию и оттуда расправлялся с указанной жертвой.

Каллидус чрезвычайно отличалась от него в методах работы. Она действовала вблизи от цели, полагаясь на маскировку и обман. Применяя специальное вещество под названием «полиморфин», женщина-ассасин изменяла свой облик и со временем, заняв место кого-то из внутреннего круга добычи, сеяла разброд и ужас в рядах врагов. Благодаря подобной мимикрии каллидус дискредитировала устранённых ею народных вождей таким образом, чтобы их смерть не казалась мученической, а положила конец расколу с Империумом. Что касается способов убийства, то она мастерски обращалась с отравленными клинками и предпочитала подбираться к жертве вплотную, надев личину доверенного товарища или советника. Окружающие разгадывали уловку лишь после того, как ассасин возвращала себе прежний вид – обычно во время предсмертных конвульсий обречённого. Ей доводилось играть роли предателей, контрабандистов и всевозможных человекоподобных ксеносов. На случай необходимости атаковать издали каллидус располагала нейрошредером, лютым и ошеломительно эффективным оружием против биологических целей. Пусть имея небольшой радиус действия, он испускал конус псионических помех, безжалостно выжигающих нервную систему живого существа, и даже броня не спасала. Так, однажды женщина-ассасин сразила лорда Хаоса в терминаторском доспехе – он рухнул перед ней с разжиженным мозгом, вытекающим из шлема.

Кулексус был убийцей совершенно иного толка. Как и все собратья по храму, он родился с геном парии – ужасной мутацией, сделавшей его психическим «нулём». Обычные люди инстинктивно сторонятся и боятся подобных созданий, так как улавливают испускаемые ими неестественные эманации. Что до псайкеров, то для них само нахождение рядом с кулексусом является чудовищной мукой, и каждая секунда растягивается в поистине неимоверный кошмар наяву. Боевой шлем таких ассасинов, анимус спекулюм, способен при необходимости приглушать либо фокусировать внутреннюю силу носителя. Благодаря этому он или становится невидимым для окружающих, или высвобождает весь ужас внутренней психической пустоты в виде волн абсолютного безумия. Беглые псайкеры, подпитываемые варпом орки-чудилы, чернокнижники Хаоса – такова была излюбленная добыча кулексуса. Впрочем, немало развращённых планетарных губернаторов или мятежных подстрекателей также встретили смерть, вопя от страха перед насланными им мыслеобразами.

Эверсор, в отличие от других ассасинов карательного отряда, не походил на изящный инструмент, применяемый для удаления конкретного вида опухоли. Он был настоящим маньяком-убийцей, грубой кувалдой для массового истребления и кровопролития. Благодаря дозам стимуляторов, курсировавших по его биомодифицированному организму, это существо могло сражаться с лихорадочным неистовством, недоступным даже сверхлюдям. Вооружённый силовым мечом, когтистой нейроперчаткой и пистолетом «Палач» для ближнего боя, эверсор сражал цели, подойдя к ним вплотную. Он не пытался избегать лишних жертв, но убивал всех, кто бы ни оказался между ним и добычей, и не беспокоился о привлекаемом внимании. Как и все остальные представители храма Эверсор, берсерк в Бухте Му'гулат был живым оружием не только в переносном смысле. Если такого ассасина настигал смертельный удар, химические вещества внутри его тела смешивались и превращали павшего в биологическую бомбу сокрушительной мощи.

Задание этих палачей на миссию звучало однозначно. Даже если планету Агреллан не удастся очистить от ксеносов, крайне важно устранить величайших военачальников тау. Соответственно, каждому из четырёх ассасинов была определена цель охоты. Этим чужакам предстояло узнать, что от возмездия Императора не скрыться никому. После гибели лучших командиров армии ксеносов в Дамокловом заливе окажутся неуправляемыми, а их империя начнёт медленно распадаться. Когда Империум соберёт следующий экспедиционный корпус, ему останется только окончательно добить врагов. Это будет лишь вопросом времени.

===ПОСЛЕДНИЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ===
Надвигалась решающая битва, и обе стороны составляли планы в надежде добиться успеха и получить власть над планетой. Имперские военачальники верили, что сокрушат последний бастион ксеносов за счёт численного превосходства. Полководцы тау, однако, замыслили великолепный, хотя и рискованный ход...

Агреллан видел немало сражений, но теперь приближалось величайшее из них.

После масштабной схватки у хребта Чёрных Ископаемых стороны только прощупывали оборону друг друга в небольших боестолкновениях. Части Имперской Гвардии воспользовались затишьем для перегруппировки и пополнения боекомплекта. Выжившие из трёх фронтов, прошедших по континенту, теперь собрались вместе. Каждый клин преодолел немало преград и не раз прорывался через врагов, но теперь все солдаты готовились к заключительному наступлению.

Чужаки по большей части продолжали опираться на стремительные налёты, и их армии отступали перед медленно движущимися войсками людей. Космические десантники за это время провели десятки различных операций – от уничтожения орудийных батарей до саботажа важнейших линий связи. В основном им сопутствовал успех, и единственной заметной неудачей стала череда провальных попыток устранить руководство тау. Командующая Тень Солнца ускользала от охотников, и, несмотря на доклады о появлениях аун'Ва в тех или иных местах, верховного эфирного также не удавалось настичь.

В конечном счёте, пусть ксеносы и выиграли все крупные сражения, в Бухте Му'гулат у них остался только один опорный пункт. Штурм этого бастиона, как настаивал лорд-генерал Троскзер, должен был стать последней битвой.

Целью людей стал недавно возведённый город чужаков на равнине к востоку от бывшей столицы планеты, рукотворной горы, коей был Агреллан-Прайм. Хотя во время первой атаки солдаты полковника Старкзана совместно с подразделениями Адептус Механикус нанесли значительный урон внешним линиям обороны и установкам очистки воздуха, генераторы щитов Ло'вашт'ау остались целыми. Мощные силовые поля всё так же прикрывали поселение невидимым куполом, что не позволяло стереть его с лица земли орбитальной бомбардировкой.

После повреждения машин контроля среды стремительные песчаные шквалы и радиационные бури чуть ли не целиком завладели территорией возле города, и командир 625-го полка предложил начать атаку одновременно с зарождением сильной бури. Идея показалась странной, так как передовой отряд самого Старкзана понёс наибольшие потери именно во время подобного урагана. Полковник, однако, заявил, что причиной тому стало неожиданное возникновение вихря, заставшего врасплох его части на марше. В этот раз даже неработающая вокс-связь не станет помехой: всех офицеров заранее и детально проинформируют о плане сражения. Да, сенсоры и устройства слежения ксеносов превосходят снаряжение людей, но среди таких адских гроз их дальнобойное оружие будет не столь эффективным. К тому же кадиец собирался подойти к тау вплотную.

В бесконечные ряды пехотных и бронетанковых рот Имперской Гвардии влились полки недолюдей, имперские рыцари и трио сверхтяжёлых боевых машин, так хорошо послуживших Старкзану в начале кампании. Вскоре всё было готово.

Люди ждали только бури.

{{Врезка|Отвернувшись от голокарты, командующая Тень Солнца официально обратилась к аун'Ва:

– Прежде чем мы поднимем бурю, я снова спрошу, верховный эфирный – не соизволите ли вы тайно покинуть планету? В этом есть определённые риски, но данный вариант имеет наибольшие шансы на успех. Я забочусь исключительно о вашей безопасности.

Аун'Ва оторвался от цифрового дисплея и встал, держась неестественно прямо.

– Нет, о'Шасерра. Я останусь в Бухте Му'гулат, где мы добьёмся величайшего триумфа. Здесь, на передовой нашей войны, моё присутствие вдохновляет последователей Высшего Блага.

– Если вас волнует моё присутствие, – вмешался командующий Зоркий Взгляд, – тогда успокойтесь. Когда мы уничтожим врага, я отправлюсь на Виор'лос. Мне не до споров за власть над Империей Тау, если вы боитесь этого.

Верховный эфирный обернулся, глядя сверху вниз на некогда столь многообещающую фигуру.

– Я не боюсь этого, о'Шова. Хотя ты сбился с пути, мне известно, что твои слова честны. Ты вернёшься лишь после того, как вспомнишь, что долг воина Огня – служить, а не править.

Военачальник анклавов с ничего не выражающим лицом отвёл глаза от мультиэкранов с видеоизображениями и снимками развёрнутых отрядов и встретил взгляд аун'Ва. Тень Солнца испугалась, что её бывший товарищ попадётся на уловку верховного эфирного, поддавшись своей пресловутой несдержанности и разгневавшись на старинные упрёки.

– Нам нужно единство, чтобы одолеть общих врагов, – внезапно заговорила она ледяным тоном. – Их слишком много. Могу я продолжать? Наше время на исходе.

Посчитав ответное молчание знаком согласия, о'Шасерра забегала пальцами по кнопкам на пульте управления и отправила инженерам касты Земли сигнал высвободить ураган. Минуту спустя все трое тау уже следили через дисплеи за тем, как в темнеющих небесах начинается обратное перемещение верхних слоёв загрязнённой атмосферы.

– Приготовиться к операции. Начать синхронизированный обратный отсчёт... сейчас, – выкрикнула о'Шасерра.

– Я отправляюсь на позиции, – сказал о'Шова. Уходя, он остановился у экранированной двери в командный центр и повернулся к Тени Солнца.

– Командующий Чистый Прилив верил в важность равновесия. Если бы сегодня старый воин увидел мой кауйон и твой монт'ка, о'Шасерра, то гордился бы нами.

Сказав так на прощание, Зоркий Взгляд кратко поклонился обоим сородичам и вышел из пункта управления. Его ждала битва.}}

==ГЛАВА 3. ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗДАЯНИЕ==
===КАУЙОН, «ТЕРПЕЛИВЫЙ ОХОТНИК»===
Командующие Империи Тау уважали могучую военную машину Астра Милитарум, но особый страх им внушала иная армия Империума – космические десантники, ударные бойцы человеческих войск, что действовали с непревзойдённой быстротой и свирепостью. С точки зрения ксеносов, они были достойнейшими из врагов. В самом деле, Адептус Астартес сражались в манере, довольно схожей с принципами касты Огня. В Бухте Му'гулат гуэ'рон'ша оказалось относительно немного, но они всё равно провели целый ряд тактических операций.

Тень Солнца и её самые даровитые военные советники не сомневались, что во время надвигающегося вражеского наступления космодесантники будут наносить собственные удары по различным целям. Вероятнее всего, они планировали продолжить поиски самой о'Шасерры и командного пункта Империи, а также атаковать генераторы щитов, которые прикрывали воздушное пространство Ло'вашт'ау, последнего оплота тау. Кроме того, Зоркий Взгляд предположил, что он со своим ударно-десантным отрядом может стать соблазнительной целью для хвалёной элиты человечества. О'Шова рассудил, что люди, как и тау, не отказались бы уничтожить или хотя бы связать боем опаснейшую и наиболее мобильную контрударную группировку неприятеля. Командующий и его многочисленные кадры пилотов БСК предложили себя в качестве приманки для силка, расставить который будет несложно.

Ожидая, заглотит ли враг наживку, Зоркий Взгляд наблюдал за тем, как над пустынной низменностью зарождается неестественная буря. Когда расширяющиеся завесы песка поднялись над равниной, капкан сработал – небо прочертили инверсионные следы первых десантных капсул, что прорвались через сгустившиеся тучи.

===БРОСОК ЗМЕИ===
Мастер «кауйона» узнается по умению захлопнуть ловушку в идеально точный момент. Сделаешь это слишком рано, и добыча ускользнёт или займёт надёжную оборону; слишком поздно – и она успеет сожрать приманку. Жертва должна почувствовать смыкающиеся челюсти капкана лишь в тот миг, когда отступать ей уже слишком поздно.

В течение недель, прошедших после битвы за хребет Чёрных Ископаемых, на ничейной земле продолжалась битва между подвижными отрядами скаутов Космодесанта и следопытов тау. Обе стороны испытывали на прочность оборону неприятеля. Командующая Тень Солнца приняла все возможные меры, чтобы разведчики людей пробрались к точке сбора, где якобы располагались силы анклавов Зоркого Взгляда с их огромной армией боескафандров. Среди старых разрушенных построек людей выросли новые казармы чужаков, охраняемые кольцом башенных установок «Волнолом».

О'Шова верно предсказал, что воины Огня не сумеют предугадать, в какой момент и как именно Адептус Астартес явятся в битву. Когда буря накрыла Ло'вашт'ау – фундамент будущей столицы Бухты Му'гулат, – к земле устремились десантные капсулы, а «Громовые ястребы» осуществили дерзкие пролёты через зону прикрытия установок ПВО. Высаживаясь с малых высот, друг за другом шли в бой штурмовые отделения. Передовой отряд Белых Шрамов прибыл на «Носороге» в сопровождении целой роты скоростных мотоциклов, а значительная группировка Гвардии Ворона появилась из давно забытых подземных туннелей, и ещё больше сынов Коракса возникло внутри границ базового лагеря анклавов, причём ксеносы так и не узнали, как противнику это удалось.

Все атаки были идеально скоординированы и произошли в удачно выбранный момент. Представители касты Огня, как профессиональные солдаты, проводящие жизни в непрерывных военных учениях и битвах, видели в неприятелях таких же превосходных воинов. Даже учитывая, что космодесантники бросались в подготовленную ловушку, защитникам Высшего Блага предстояло тяжёлое сражение.

По сигналу Зоркого Взгляда голографические изображения невооружённых воинов Огня, занятых тренировками, замерцали и исчезли с равнины. В момент приземления Астартес атаковали артиллерийские установки тау и взорвали их залпами реактивных снарядов и самонаводящихся ракет. Но то были ложные позиции, и теперь настоящие башенные установки вздымали вверх на подъёмниках, непрерывно ведя огонь по врагу. Затем распахнулись двери бункеров, и чужаки пошли в спланированную контратаку.

Подняв клубы пыли, БСК «Кризис» унеслись навстречу снижающимся штурмовым десантникам. Закипела битва, озаряющая облака вспышками выстрелов, и с огромной высоты подобно кометам полетели закованные в доспехи тела. Раненые и убитые врезались в песок, тогда как уцелевшие приземлялись на вершинах старинных развалин и начинали с боем пробираться между рухнувших шпилей и крыш.

Двигаясь плотным строем на бреющем полете, в руины ворвалось звено «Пираний» огневого прикрытия. Подобно косяку хищных рыб, скиммеры маневрировали как одно целое, устремляясь наперерез роте мотоциклистов Кор'сарро-хана. Ведомые лично магистром охоты, космодесантники боевых полурот «Грозовая пика» не уходили с дороги и поливали ксеносов болтерными очередями. В последний момент Белые Шрамы разделились на две группы, одна из которых с заносом притормозила на песке, а вторая свернула на какой-то заранее выбранный маршрут. Долгие километры неприятели гнались друг за другом по пустынным равнинам, стараясь подбить вражеские машины в скоростной дуэли среди поднимающейся пыльной бури. Различные группы отрывались от главных сил и уносились во всех направлениях. Прорываясь с гудением моторов через узкие проходы в развалинах или над ними, люди и чужаки проскакивали под неустойчивыми арками в погоне за новыми жертвами.

Полагаясь на высокотехнологичные сканеры и автоматические курсографы, «Пираньи» пытались оторваться от преследователей, а их контролируемые ИИ дроны вели самостоятельный обстрел доступных целей или отделялись от скиммеров, чтобы организовать коварную засаду. Белые Шрамы, полагавшиеся лишь на сверхчеловеческие рефлексы, оказались более чем достойными противниками. Один из них метким броском крак-гранаты отправил «Пиранью» в смертельный штопор, а другой цепным мечом разрубил дрона-стрелка и тут же в прыжке уцепился за пролетавшую мимо машину ксеносов. Забравшись в кабину, чогорец обезглавил обоих пилотов, после чего ловко соскочил с кренящегося аппарата до того, как тот зарылся в песок и взорвался. Космодесантник вернулся к своему мотоциклу, но его тут же срезали импульсным огнём. Обеим противоборствующим сторонам грозила гибель, если они чересчур безоглядно гнались за намеченной жертвой, так как в круговороте ближнего боя многие слишком поздно осознавали, что на них тоже кто-то охотится.

Через растущий ураган мчались и «Рыбы-молоты», с которых высаживались ударные команды. Занимая назначенные позиции, они создавали сектора перекрёстного обстрела, и прибывающие туда в десантных капсулах Адептус Астартес быстро оказывались под смертоносным ливнем плазмы. «Носороги» и прочие бронемашины поддержки, доставленные «Громовыми ястребами», попытались прорваться к осаждённым товарищам, но тау располагали БСК «Залп», хитроумно скрытыми на верхних этажах осыпающихся руин. Окопавшиеся команды следопытов задействовали приборы целеуказания, и вскоре на бронетранспортёры, способные перевезти целую роту воинов, обрушился шквал гиперзвуковых снарядов. Космодесантников, покидавших задымившие машины, встречал бешеный огонь XV88 и замаскированных отрядов дронов-снайперов. Эти устройства взмывали в клубящиеся облака и появлялись на фоне редких клочков голубого неба лишь в те моменты, когда ветра разгоняли пыль.

Между тем магистр ордена Кайваан Шрайк вывел две роты Гвардии Ворона из глубин давно забытых подходных туннелей. Мстящие сыны Императора ворвались на поле битвы с кличами «Victorus Aut Mortis!» и «За Северакса!». Поскольку тау не предвидели данной атаки, она и оказалась наиболее успешной. Под удар попали воины Огня, которые стояли у назначенной точки сбора, ожидая команды присоединиться к тщательно срежиссированному контрнаступлению. В ближнем бою космодесантники были просто неудержимы, поэтому мудрейшие из шас'уи приказали солдатам вернуться в «Рыб-дьяволов» и отступать. Многие тау полегли там, безжалостно сражённые отпрысками Коракса в тёмной броне.

===ВЕЛИКИЙ ШТУРМ===
Час настал. Армии Империума начали крупнейшую из своих атак на Агреллане. Предполагалось, что этот штурм станет последним ударом молота, который сокрушит ксеносов, но оборонявшие планету тау подготовили ловушку для врагов. Как говорил аун'Ва, именно здесь повернётся ход сражения, и эту победу навсегда запомнят в легендах о Высшем Благе.

Артиллеристы Имперской Гвардии открыли непрерывный огонь по неприятелю, синхронизировав залпы с началом атак Адептус Астартес. Ураган снарядов обрушился на позиции чужаков точно тогда, когда десантные капсулы с боевыми братьями подобно метеорам неслись через верхние слои атмосферы Агреллана. Движущийся вал разрывов, рождённый интенсивным обстрелом, расчищал путь для наступления наземных сил.

Под мрачнеющими небесами отправились в битву длинные колонны пехоты и стальные шеренги бронемашин. То был молот Астра Милитарум, равномерно и неуклонно устремлявший вперёд свою подавляющую огневую мощь. Из-за песчаных вихрей и воздуха, загрязнённого вездесущими токсинами, гвардейцы не видели колоссальных взрывов от по-прежнему проносившихся над ними снарядов, но слышали оглушительный раскатистый грохот и чувствовали, как всесильная ярость Империума сотрясает землю под их сапогами. Несмотря на все потери и тяжёлые сражения, в которых бойцы всего лишь добились шанса на этот последний штурм, человеческое войско оставалось поразительно громадным. Быть одним из миллионов солдат, ощущать топот ног всех, кто марширует позади тебя, значило являться частью чего-то более великого, чем многие люди способны хотя бы представить.

Битва за Бухту Му'гулат с самого начала велась ради наказания чужаков. Никто и пальцем не пошевелил, даже не подумал об освобождении бывших граждан Империума, запертых в трудовых куполах на родной планете или перевезённых в дальние шахтёрские колонии. Никто не собирался вновь колонизировать Агреллан, использовать его ресурсы или сдерживать неконтролируемое загрязнение среды. Вся кампания была карательной акцией против тау, способом показать самонадеянным выскочкам, что случается с врагами человечества. В нынешней операции, задуманной как последний бой за этот мир, полковник Старкзан использовал все свои резервы. Он собирался не просто разбить армии ксеносов, а очистить мир от самого их присутствия.

Поскольку сражение проходило в бурю, и беснующиеся вихри, скорее всего, ограничили или полностью заглушили бы связь, командир 625-го разработал жёсткий график действий. Начав движение через пустыню, военная машина Империума должна была постепенно стянуть кольцо вокруг Агреллана-Прайм. Добившись этого, следовало прорвать линии обороны и разрушить город чужаков, возводившийся на восточных окраинах бывшей столицы планеты. Ло'вашт'ау занимал значительную территорию, но Старкзан располагал миллионами гвардейцев – во много раз большим войском, чем требовалось для абсолютной победы.

{{Врезка|Магистр капитула Кайваан Шрайк, пробиравшийся через осыпающиеся руины, остановился и развернулся, чтобы осмотреться. Поверхность пустыни далеко внизу напоминала океан, где порывистые ветра гнали песчаные волны на утёсы пошатывающихся развалин. Клубы пыли и крошева, застилавшие воздух, не помешали Гвардейцу Ворона рассмотреть движущуюся среди заброшенных зданий «Рыбу-дьявола» в сопровождении воинов тау. Ксеносы охотились на него. Сын Коракса ещё раз попытался выйти на связь с кем-нибудь, кем угодно – полковником Старкзаном, ударным крейсером «Чёрная тень» на орбите, капитаном 5-й роты Солаком. Ничего. Единственным средством оставался телепатический контакт, но их единственному библиарию, брату Зортикэ, ещё раньше прострелили шлем импульсным зарядом. Шрайк поспешно перебирал варианты, чувствуя, что даже после жестоких уроков Префекции люди вновь недооценили военное искусство тау. Несомненно, космодесантников заманили в очередной силок, и, как подумал Кайваан, разумно было предположить, что Имперская Гвардия тоже шагает в ловушку. Но опять же, как ни старался магистр ордена, вокс-каналы молчали. Дальше ему стало не до планирования, так как возле разбитой арки впереди показался длинный ствол рельсовой винтовки. Дрон-снайпер засек товарищей Шрайка и теперь готовился к убойному выстрелу. Гвардеец Ворона мгновенно запустил прыжковый ранец на полную мощность. Машина попыталась уклониться, но слишком поздно, и сын Коракса врезался в диск, полосуя его когтями. По инерции они вместе влетели в стену ближайшей постройки и пробили её насквозь. Выбравшись из обломков, Кайваан жестом приказал боевым братьям двигаться дальше: чужаки внизу наверняка заметили кутерьму и снова бросились в погоню.}}

Последнее владение тау на Агреллане прикрывали мощные энергетические щиты, что лишало полковника орбитальной поддержки. Истребители и бомбардировщики, действующие в нижних слоях атмосферы, могли пробить силовой купол, но в ходе первых облётов удалось обнаружить, что в секторе развёрнуты многочисленные зенитные орудия. Согласно сообщениям разведки, ксеносы также сохранили значительную часть авиации – грозные самолёты-перехватчики и штурмовики. Учитывая всё это, идея Старкзана выступать под прикрытием бури представлялась разумной. В дистанционных перестрелках и кратких нападениях из засад войска тау показывали себя крайне опасными, но командиры человеческих армий знали, что в продолжительном и изматывающем ближнем бою победитель может быть только один.

Полковник Старкзан разместил оперативный штаб на опушке какого-то высохшего леса почерневших и окаменелых деревьев. Оттуда кадиец наблюдал за волнами пехотных соединений, исчезающих в тумане далее. Жёсткие ветра, что трепали полковые и ротные знамёна, обжигали незащищённую кожу. Любой их порыв не только вздымал клубы пыли и крупного песка, но и приносил с собой опасные токсины. Рядом с людьми выступали имперские Рыцари, разражающиеся древними боевыми кличами и гремящие фанфарами из вокс-динамиков. Те из них, что принадлежали к дому Терринов, салютовали Старкзану, проходя возле него. Час уплывал за часом, а бесконечная процессия по-прежнему двигалась в бурю.

Ураган, казалось, безостановочно набирал мощь, как и прогнозировалось по данным сканирования. Большинство полководцев Империума считали, что первое время маршевым колоннам будут попадаться лишь разрозненные дозоры тау. Настоящие оборонительные линии, где состоялись предыдущие битвы, находились в нескольких дневных переходах – и это считая, что войско сможет поддерживать нормальный темп движения через усиливающуюся бурю.

Первые признаки возможных неурядиц проявились много часов спустя. Издалека донёсся рёв, низкий рык, едва различимый в резком шипении песчаных струй. Земля, уже дрожавшая под тысячами лязгающих гусениц бронемашин, затряслась от какого-то весьма неблизкого взрыва. Поскольку вокс-связь действовала только в очень ограниченном радиусе, полковнику оставалось лишь отправить на фронт очередную колонну солдат. Он знал, что пламя войны следует подкармливать, и оно поглотит ещё немало жизней.

Высоко над Бухтой Му'гулат различные офицеры Имперского Флота собрались на мостике флагманского корабля лорда-адмирала Хоука. Они с ужасом наблюдали за тем, как облака неестественного циклона вращаются над внешними краями поля битвы, а над Агрелланом-Прайм постепенно формируется громадное око бури. Видимо, ксеносы каким-то образом сумели приручить ураганы мира-улья. Сквозь движущийся мутный покров континента прорывались яркие вспышки, явные признаки мощнейших взрывов и применения оружия, сравнимого по силе с арсеналом титана. Несомненно, имперские силы на поверхности подвергались ударам атмосферных бомбардировщиков тау. Спешно поднятые по тревоге истребители эскадрилья за эскадрильей устремлялись с палуб космолётов и плотными роями бросались в бой. Никакое коварство чужаков не должно было помешать триумфу людей.

===КОГДА СТАЛКИВАЮТСЯ БОГИ ВОЙНЫ===
Плотные облака внезапно рассеялись, а жгучие ветра утихли. Гвардейцы порадовались бы этой нежданной передышке, да только звезда Агреллана сияла до боли ярко. А затем мир вспыхнул.

Каста Земли провела во множестве секторов удалённую детонацию перегруженных реакторов, и над землёй поднялись колоссальные ядерные грибы. На других участках взметнулись в небо тучи ракет, настолько многочисленные, что затмили собою солнце. Обрушиваясь на цель, они извергали такой жар, что в радиусе нескольких километров от эпицентра каждого взрыва песок обращался в закопчённое стекло, сталь скручивалась и оплавлялась до неузнаваемости, а плоть испарялась. Но свирепый вихрь уничтожил не всё.

Через опалённые и почерневшие дюны грузно двигались самые прочные боевые машины Астра Милитарум – громадные сверхтяжёлые танки. Они упорно ползли дальше, эти передвижные крепости, неукротимые, как сам Империум.

Башни с колоссальными орудиями поворачивались, разыскивая виновников атаки. Рядом с бронемашинами шагали имперские Рыцари, сверкая ионными щитами.

Части, выделенные о'Шасеррой для контрудара, держались вдали от зоны поражения и только теперь устремились к передовой. Тем не менее некоторые боевые единицы тау уже успели добраться до позиций. Артиллерийские бронекостюмы KV128, ходячие цитадели с силовыми экранами, несли безмолвный дозор в опустошённой пустыне. Ожив, боескафандры развернулись в поясах, подняли наплечные орудия и взяли на прицел танки, движущиеся по горящему песку.

Подобно схватившимся богам войны, сверхтяжёлые машины дали волю своей чудовищной мощи и разразились залпами орудий, способных расколоть гору единственным метким выстрелом.

===ТАК НАНОСИТСЯ СМЕРТЕЛЬНЫЙ УДАР===
Солдаты Астра Милитарум считали, что их марш через бурю станет решающим натиском на ксеносов, посмевших захватить мир-улей Агреллан. Уверенность человеческих войск была обоснованной, поскольку они держали тау в окружении и значительно превосходили в числе. Но Имперская Гвардия снова шагнула в ловушку чужаков...

Пока в пустыне сражались великаны, сам воздух трещал, пронзаемый лучами неимоверной мощи, а небеса темнели от ракет. Залпы титанических орудий с потрясающей силой врезались в силовые поля, которые вспыхивали подобно сверхновым. Ждавшие в засаде «Нагоны» выпускали гибельные потоки энергии, и щиты имперских Рыцарей дрожали, пытаясь рассеять их.

Ближайший к противнику KV128, защитные поля которого отражали сосредоточенный огонь целой роты сверхтяжёлых танков, выпалил из формирователя высокомощных импульсов, и ударная волна от отдачи всколыхнула очередное облако пыли. Выброшенный БСК пучок раскалённой добела плазмы способен был прожечь насквозь бастион с самыми толстыми адамантиевыми стенами или свалить титана. «Нагоны», крупнейшие из оружейных систем, созданных к тому моменту кастой Земли, располагали импульсными пушками такого крупного калибра, что подобные им установки ранее встречались только на космолётах.

«Гибельный клинок», названный «Сокрушителем врагов», служил Империуму Человечества больше десяти тысяч лет. Танк сражался в боях, ныне памятных только в мифах, бился рядом с примархами Космодесанта, когда они ещё ходили среди звёзд. На его почтенной броне не осталось ни единой пластины, которую не отремонтировали бы или не заменили целиком. «Сокрушитель врагов» всегда выдерживал мощнейшие выстрелы неприятеля и двигался дальше. Но не сегодня...

Не имеющий щитов «Гибельный клинок» был обречён. Голубоватый поток плазмы, выпущенный KV128, оказался настолько перегретым и стремительным, что проплавил броню, прожёг корпус и пробил силовую установку древней машины. Последовала катастрофическая цепная реакция, и взорвавшийся реактор испарил «Сокрушителя врагов» до последней частички пластали.

В это же время Рыцари дома Терринов погибали с невиданной прежде скоростью. Один за другим получили попадания все три шагохода из соединения «Пика мстителя», причём ноги первого продолжили идти, даже когда торс оторвало взрывом. Второй, поражённый в грудь, рухнул на песок. На месте, где стоял третий великан, остались только почерневшие выжженные пятна. При виде этого верховный король Тибальт взревел от ярости, но злоба его оказалось столь же беспомощной, как и гатлинг-пушка, снаряды которой просто отлетали от артиллерийских костюмов тау.

Резкие и звучные, как удар кнута, выстрелы из рельсовых пушек возвестили о прибытии стаи скользящих над пустыней «Рыб-молотов». Одновременно с ними с небес снизошли XV104, издающие высокочастотное гудение выводимых на предельную мощность реакторов. Бронекостюмы накапливали максимальный заряд орудий, готовясь на равных вступить в сражение между колоссами.

Перевес чужаков был огромен, но бойцы Империума всё же наносили им потери. «Адский молот», именуемый «Повелением Императора», отстрелил ногу одному из KV128 и сбил три «Рыбы-молота», прежде чем экипажу пришлось оставить передвижную стальную крепость всю в пробоинах. Последовала череда внутренних взрывов, и танк разлетелся на куски. Аристократы Волториса, славные Террины, атаковали огромную группу боевых кораблей, орудуя цепными мечами «Потрошитель» и перчатками «Удар грома», но это дорого им обошлось. С тёмных дней Ереси не случалось, чтобы так много благородных пилотов династии погибали в одном сражении. Сгинул бы и сам Тибальт, если бы не мрачное создание, вновь явившееся из загробного мира.

Когда ионный заслон патриарха погас, а его королевский защитник рухнул на одно колено, из бури выступил чёрный гигант с корпусом, украшенным черепами. Обсидиановый Рыцарь вернулся, окутанный жутким потусторонним светом, и казалось, что он пылает жаждой возмездия. Боевая пушка тёмного шагохода прогромыхала стаккато погибели, а затем он в последний миг прикрыл раненых товарищей непробиваемым энергетическим щитом, о который с шипением и фонтанами искр расплескались потоки плазмы. Затем пришелец двинулся вперёд, и развернулась битва, какой никогда прежде не видел глава дома Терринов. Когда покрытый шрамами великан прошёл через огненный шквал, отражая вражеские выстрелы, его «Потрошитель» начал кромсать броню и отсекать механические конечности. Каждый удар спасителя волторцев гремел, словно раскаты мстительного грома.

Бурлящие песчаные вихри усилились, скрывая Обсидианового Рыцаря от наблюдателей. Сначала колосс превратился в тёмное размытое пятно, а затем исчез бесследно. Благодаря его подвигам остальные пилоты сумели перегруппироваться, но они уже лишились половины состава. Даже патриарх Тибальт понимал, что теперь только отступление может спасти его дом от гибели. С отказавшим ионным щитом, укрытый лишь расколотым панцирем, верховный король повёл ковыляющие шагоходы в тыл.

Если не считать участка, где появился Обсидиановый Рыцарь, то план Тени Солнца – встретить неприятелей огнём в момент выхода из пыльной бури – превосходно сработал на всём поле битвы. Кроме того, проникавшие внутрь урагана следопыты организовывали там засады согласно заранее отрепетированным манёврам «монт'ка». Многочисленные стелс-дроны маскировали звенья «Фантомов», так что солдаты человечества заходили в перекрёстные сектора обстрела ионных циклостирателей или в огневые мешки, где всё живое распыляли на атомы залпы фузионных коллайдеров. На соединения, появлявшиеся из-за песчаной пелены, обрушивался ураган очередей: кадровые Огненные Клинки указывали цели ударным командам, тогда как особенно крупные или стойкие враги привлекали живое внимание БСК «Кризис» или косяков «Рыб-молотов». Используя машины контроля среды в сочетании с погодными спутниками, инженеры касты Земли с идеальной точностью перемешивали верхние слои токсичной атмосферы. В результате человек мог стоять под голубым небом и дышать чистым воздухом, тогда как в двух шагах от него бушевал ядовитый пыльный ураган, где видимость сокращалась до расстояния вытянутой руки. Но, сколько бы людей ни погибали от рук тау, всё новые и новые гвардейцы вступали в бой.

===ОХОТА НА ОХОТНИКА===
Командующий Зоркий Взгляд прожил долгую жизнь, но добродетель терпения так и осталась чуждой ему. О'Шова жаждал скорее присоединиться к генеральному сражению против Астра Милитарум и завершить свою миссию на Агреллане. Задержка, впрочем, вышла ожидаемой, поскольку ему противостояли достойные враги – космические десантники. В начале атаки они потеряли половину бойцов, угодив в засады тау, но уничтожить остальных оказалось не так легко. Ученик Чистого Прилива своими глазами видел, какой урон могут нанести эти сверхлюди, и знал, что их следует удерживать вдали от главной битвы. Вырвавшись из ловушки Зоркого Взгляда и перегруппировавшись в заметном количестве, они могли бы разрушить тщательно выстроенный Тенью Солнца план атаки на Имперскую Гвардию. Мощные стремительные удары космодесантников помогли бы обычным солдатам вырваться из капкана, в который они сейчас направлялись. Поэтому о'Шова во главе своих отрядов продолжал выискивать и искоренять очаги сопротивления Адептус Астартес в руинах старых очистительных комплексов, не подозревая, что на него самого идёт охота.

Целью высадившегося на Агреллан виндикара было устранение лидера тау, известного как «командующий Зоркий Взгляд». Покинув десантное судно, ассасин потратил несколько дней на то, чтобы пробраться через разросшееся поселение чужаков. По пути убийца применял все известные ему поразительные навыки маскировки и незаметного проникновения, но, если подобные тактики вели к неуместным задержкам, обращался к более смертоносным талантам и оставлял за собой груды трупов.

Бойцы одной из команд следопытов вынудили виндикара открыть огонь, когда решили проверить странные показатели на сканере. Все ксеносы рухнули замертво, сражённые выстрелами в оптические линзы шлемов – по одному на каждого. Следом погибли двое пилотов в БСК «Залп», стоявшие в дозоре на заваленной обломками улице, которую требовалось пересечь ассасину. Воины Огня, стелс-команды, даже боевой корабль «Рыба-молот» пали жертвами винтовки «Экзитус».

Достигнув пункта назначения, убийца занялся поисками огневой позиции – точки с отличным обзором по всем направлениям. Будто огромный паук или тёмный фантом, скользящий в тенях, он взбирался на развалины и перепрыгивал с крыш на шпили домов. В конце концов виндикар выбрал подходящее место на одном из верхних этажей неустойчивого здания и тихо встал там, пригнувшись. Его прилегающий к телу костюм состоял из материалов с включениями хамелеолина, поэтому ассасин идеально вписался в окружение. Он мог показаться грудой обломков или очередной разбитой горгульей, упавшей с покосившегося строения в готическом стиле. Но эта «статуя» наблюдала, ждала и не снимала палец со спуска длинноствольной винтовки. Однажды, правда, убийце пришлось сменить позицию: пролетевший над ним дрон вернулся и завис на одном месте, сканируя местность. Каким-то образом сенсоры чужаков заметили нечто странное. С ошеломительным проворством стрелок выпрямился, спрыгнул вниз, перекатился и поднялся, открывая огонь. Пуля пробила ИИ-сердечник, и отказавшее устройство рухнуло на песок. Уверенный, что остался незамеченным, виндикар всё же сменил лёжку. У него не было права на ошибку.

Ассасин знал, что его цель поблизости. Хотя продвинутые технологии тау позволяли им уверенно заглушать каналы связи неприятелей, против снаряжения агента они были бессильны, и в наушниках разведмаски одинокого снайпера звучали переведённые сообщения ксеносов. Прислушиваясь к ним, убийца вычислял, когда жертва окажется неподалёку. Он знал, что командующий Зоркий Взгляд собирается вместе со своими кадрами подняться на борт десантных «Косаток», и с нынешней огневой позиции открывался вид на посадочную зону. Остальное было вопросом времени...

Однако о чём не знал убийца, так это о том, что по его следу уже шли ловчие. Пока что они находились в нескольких километрах от него, но быстро сокращали расстояние. Замкомандующего эль'Миямото, более известный как Шагающий-во-тьме, жестом приказал бойцам команды следовать за ним, вспоминая, как за пару дней до этого на границе радиуса действия его структурного анализатора вспыхнули какие-то чрезвычайно тревожные показания. Повинуясь чутью, шас'эль пустился в погоню за уникальным объектом. Сомнения, что он с подчинёнными гоняется за призраками, мгновенно рассеялись, когда воины Огня наткнулись на первых жертв – другую команду следопытов. Импульсные карабины мертвецов были полностью заряжены: ни один из них не успел выстрелить. Далее путь неизвестного отмечали новые тела. Враг, без труда проникший за линию фронта, демонстрировал меткость, недоступную для тау даже при поддержке наилучших ИИ-наводчиков. След вёл Шагающего-во-тьме прямо к позициям войск анклавов, и это пробудило в нём подозрения. Кем был убийца, агентом Империума или тау из числа предателей-изгнанников, отринувшим Высшее Благо?

Пока эль'Миямото и его следопыты пробрались через руины старого перерабатывающего комплекса, они дважды наталкивались на локальные схватки и однажды использовали приборы целеуказания, чтобы помочь командам «Кризисов» уничтожить отделение Белых Шрамов на ревущих мотоциклах. В итоге воины Огня подошли близко к призрачному сигналу, но структурный анализатор не мог определить его точные координаты. Обшаривая взглядом развалины, Шагающий-во-тьме приметил самое высокое строение. На месте снайпера он занял бы позицию именно там. Несколькими жестами эль'Миямото отдал команде новые распоряжения.

Ассасин ощутил потоки воздуха от приземляющейся «Косатки» даже здесь, в поднебесье среди руин. Через минуту появились и первые БСК красного цвета. Заметив цель миссии, виндикар выстрелил дважды подряд: сначала спецбоеприпасом «Щитолом», который прошёл сквозь энергетический барьер Зоркого Взгляда. Пуля вошла в генератор силового поля, и устройство смялось со вспышкой, оставив добычу беззащитной. Следующий снаряд должен был пробить броню военачальника тау и разнести ему голову на куски.

===БИТВА У ГОРГУЛЬЕГО ШПИЛЯ===
Второй выстрел снайпера-виртуоза перехватил телохранитель, и агент оказался в осаде. Командующий Отважный Шторм продолжал прикрывать о'Шову своим генератором щита, а остальные члены Восьми окружили высокочтимого лидера багряной стеной. Все прочие тау открыли по ассасину ответный огонь, а Виндикар тем временем хладнокровно выпускал смертоносные снаряды в толпу краснобронных чужаков внизу. Ударная команда воинов Огня попыталась перебежать в укрытие, но все её солдаты мгновенно рухнули один за другим, словно костяшки чудовищного домино. Следом погиб отряд в БСК «Кризис», и работавшие на полной мощности прыжковые двигатели унесли мёртвых пилотов вдаль по безумным траекториям. Осыпаемый шквалом очередей, снайпер нажимал на спуск, перемещал прицел и вновь нажимал на спуск. Одна из «Быстрин» рухнула на колени и больше не поднялась. Рассчитав, что больше не сможет атаковать объект задания, виндикар немедленно пустился в бегство. Он прыгнул, дважды выстрелил в полёте и с перекатом приземлился на крышу соседнего здания. За спиной агента оба пилота стремительной «Пираньи» безжизненно осели в креслах и завращавшийся скиммер унёсся вниз, к гибели в пламенном взрыве.

Заметив путь к спасению, ассасин помчался по крышам, убивая на ходу. В этот момент стремительно захлопнулся капкан Шагающего-во-тьме: его идеально расставленные следопыты накрыли снайпера вихрем импульсных разрядов, и благодаря поддержке ИИ они предугадали стремительные движения противника. Несколько сгустков плазмы попали в виндикара – длинноствольную винтовку выбило у него из рук. Но смутили убийцу не раны, а фотонная граната эль'Миямото, брошенная в точно выбранный момент. Мультиспектральная вспышка полыхнула одновременно с тем, как агент Империума выхватил пистолет «Экзитус» и начал стрелять. Шестеро воинов Огня свалились мёртвыми, но шас'эль отделался ранением. Паля от бедра из импульсного карабина, Огненный Клинок прожигал дыры во враге и подходил всё ближе, пока плазменные разряды не полетели в упор. Но он ещё очень долго не прекращал стрелять.

===УЖАС ВО ПЛОТИ===
Намеренно истребляя мирных жителей, ассасин-эверсор надеялся выманить того, кто поклялся их защищать – командующего Зоркого Взгляда. Череполикий убийца готов был исполнить задание любой ценой, но к жертве ему предстояло пробиваться через преданных телохранителей и сопровождающие кадры «Кризисов».

Капсула эверсора пробила нанокристаллический купол над исследовательским центром касты Земли. Взвыли сигналы тревоги, и команды воинов Огня бросились к месту падения объекта. Они бежали всё быстрее, подгоняемые звуками стрельбы и истошными воплями, что доносились оттуда. Облачённый в чёрное убийца, вырвавшийся из обломков посадочного модуля, со свирепым пылом обрушился на неприятелей. Берсеркер двигался с неуловимой стремительностью, пока игольник в его руке изрыгал смерть. Отброшенные попаданиями бойцы тау ломали себе кости, врезаясь в стены, или погибали, нашпигованные разрывными болтами. Инженеры комплекса схватили экспериментальное оружие и открыли огонь, но ассасин перерезал их, уклонившись от всех атак. Паника распространялась вокруг него, словно лесной пожар, и вскоре призывы о помощи унеслись к тем, кто сражался в главном бою.

Эти отчаянные просьбы о спасении услышал и тот, кто не мог оставить их без внимания. Кроме того, он находился достаточно близко от купола. Как и рассчитывал адепт Ассасинорума, о'Шова услышал крики умирающих и откликнулся на них.

Невзирая на то, что его генератор щита получил повреждения во время неудавшейся попытки убийства, Зоркий Взгляд стремился как можно скорее присоединиться к генеральной битве. Судя по докладам, соединения Тени Солнца с большим трудом поддерживали темп атаки. Жизненно важно было не позволить огромным армиям Империума прийти в себя и выбраться из охваченной бурей зоны: «смертельный удар» не допускал полумер. В связи с этим о'Шова планировал оставить половину своих войск для продолжения охоты за остатками ударной группы Космодесанта, а остальные кадры лично повести на помощь контингентам Империи Тау. Он настоял, чтобы ремонт БСК произвели по дороге, и поэтому уже находился в «Косатке», когда посыпались тревожные сообщения. Подвергся атаке крупнейший из научных центров касты Земли, а поскольку о'Шасерра направила подавляющее большинство воинов Огня на окраины Ло'вашт'ау для контрнаступления, в центральной части города осталось совсем немного солдат, готовых прийти на выручку.

Не теряя времени, Зоркий Взгляд приказал пилоту сменить курс. Спрыгнув над целью, о'Шова и его кадры ответного удара проникли в гигантский купол через широкое отверстие, пробитое десантной капсулой ассасина. Первым в комплексе приземлился сам командующий. Ученик Чистого Прилива лицезрел немало кошмаров в диких звёздных системах за границами Империи, но сейчас даже он не сдержал приступа отвращения. Эверсор убивал как одержимый: с момента его высадки прошло не больше пятнадцати минут, но лаборатории касты Земли уже напоминали разбомблённую скотобойню. Повсюду виднелись части тел и лужи крови, ведь агент Ассасинорума не просто устранял врагов, а разрывал их на куски в фонтанах алых струй. Неважно, сопротивлялись чужаки или пытались сбежать – опьянённый нестабильными химсоставами берсеркер обладал намного большей силой и проворством, чем обычный человек. Он был не просто оружием, но истинным чудовищем, средством насаждения ужаса. В первую очередь появление эверсора говорило врагам человечества о том, как далеко готов зайти Империум ради победы.

Осознав, что явилась цель его задания, ассасин прервал резню и устремился обратно к месту посадки, подкрепляемый новыми дозами стимуляторов. Сенсорные модули известили пилотов БСК о приближении неприятеля, но берсеркер уже атаковал их. Пробив стену, он уклонился от плазменной очереди и запрыгнул на ближайший «Кризис». Взмахнув силовым клинком, эверсор с лёгкостью отрубил нагрудник из нанокристаллического сплава, выдернул наружу воина Огня и отшвырнул его в сторону. Нейроперчатка агента впрыснула в тело тау коктейль токсинов, поэтому о землю ударилась груда разжиженной плоти, лопающаяся изнутри. К тому моменту череполикий монстр уже набросился на следующих жертв. Устремившись вперёд, он в быстром пируэте отсек ногу боескафандра, одновременно свалив другой XV8 ураганом разрывных снарядов из «Палача». Оттолкнувшись от падающей машины, как от трамплина, эверсор взмыл над полом и перехватил в полёте ещё несколько бронекостюмов. Словно акробат, он перескакивал с одного «Кризиса» на другой, отрубая противникам конечности. Затем ассасин совершил обратное сальто и, приземлившись на дрон-щит, мгновенно изменил его курс наклонами собственного тела.

Тау начинали действовать несогласованно. Пытаясь сбить проворного врага, один из XV8 накрыл очередью из скорострельной пушки собственную команду, а чей-то неточный фузионный залп угодил в плазменный пилон касты Земли. Вырвавшиеся наружу толстые змеящиеся разряды активной энергии внесли свою лепту в разгром. Затем Об'лотай 9-0, грузно шагнув между о'Шовой и берсеркером, дал по нему ракетный залп. Эверсор уклонился от всех снарядов и в ответ разнёс оптический модуль БСК сжатой в кулак нейроперчаткой. Если бы внутри боескафандра сидел живой пилот, ему пришёл бы конец, но и чип с ИИ-энграммой перегорел из-за отдачи по обратной связи. Только тогда остальным воинам Огня удалось попасть в ассасина: Зоркий Взгляд поразил его из плазменной винтовки и замедлил так, что Восьмёрка сумела проделать в накачанном стимуляторами теле немало рваных дыр. Содрогаясь, убийца рухнул бесформенной грудой окровавленной плоти.

===ПОЕДИНОК С САМОЙ СМЕРТЬЮ===
Эверсор лежал, изрешечённый сгустками плазмы. О'Шова, его телохранители и сопровождающие команды «Кризисов» смотрели на дымящиеся останки, по-прежнему ошеломлённые внезапным и безумным ураганом насилия, которое обрушил на них ассасин в чёрном. Сенсоры «Быстрины» вдруг уловили не просто удар сердца, а сильное биение, но не успел о'Веса сообщить об этом, как противник вскочил и снова бросился в бой. Ударом нейроперчатки он пробил сочленение брони оказавшегося рядом XV8. Агонизирующий пилот забился в конвульсиях, и агент Империума развернул руку его БСК с огнемётом, чтобы умирающий пилот невольно опалил товарищей струёй пламени.

Синтетическая адреналиновая железа эверсора работала на полной мощности, прокачивая по сосудам коктейль боевых наркотиков. Убийца проделал кувырок головой вперёд, подхватил свой клинок и ринулся на ксеносов в вихре атак. Прорубив кровавую тропу к жертве, он яростно набросился на Зоркого Взгляда. Лязгая и рассыпая искры, Рассветный клинок снова и снова встречался с мечом ассасина, пока командующий тау не выстрелил в упор из плазменной винтовки. Блеск энергоимпульса и дульной вспышки слились в одно ослепительное сияние, а отброшенный ударом противник врезался в повреждённый пилон. На мгновение берсерка стянули терзающие плети электрических разрядов, но он тут же ринулся обратно на невероятной скорости. О'Шова был готов к встрече.

Идеально рассчитав удар, он наискосок взмахнул Рассветным клинком и располовинил мерзкое создание. Не веря своим глазам, тау смотрели, как верхняя часть туловища продолжает ползти к цели и, судя по всему, хохочет. Затем, в момент смерти эверсора, биохимическая бомба в его теле взорвалась и обрушила купол.

===ПОГИБЕЛЬ В ЧУЖОМ ОБЛИЧЬЕ===
Тем немногим, кому известно об Ассасиноруме и его храмах, самыми пугающими из всех имперских ассасинов зачастую представляются каллидусы. Эти оборотни могут оказаться где угодно или кем угодно, и обман при этом удаётся раскрыть слишком поздно. И на Агреллане одна из таких убийц под видом члена самой надёжной касты отправилась прямиком к своей цели.

Днём ранее ассасин-каллидус высадилась в окрестностях Ло'вашт'ау. За этим последовали три изнурительных часа, на протяжении которых убийца носила маски следопыта, команду которого перебила, и шас'уи, приписанного к сенсорной станции на востоке от города. Наконец, прибегнув к хитрости и отравленным клинкам, она сразила того, в чьём облике нуждалась по-настоящему. Несколько минут спустя в личную «Рыбу-дьявола» благородного эфирного аун'Кара поднялось существо с его внешностью, потребовавшее отправляться на встречу с Тенью Солнца.

В это же время началось генеральное сражение. Во многих смыслах оно больше походило не на битву, а на шас'одра – вид тренировок касты Огня, при котором выстроенные шеренги бойцов вели длительные учебные стрельбы. О'Шасерра, находившаяся в передвижном пункте управления, внимательно наблюдала за бурей и непрерывным потоком кадров контрудара, направляемых ею в этот океан песка и токсинов. При этом Тень Солнца делила внимание между голосовыми докладами, видеотрансляциями, дронами командной связи и курьерами.

Тау с изумлением понимали, что Астра Милитарум продолжает наступать, несмотря на ошеломительные потери, и к городу приближаются всё новые волны людей и машин. Атакующие части ксеносов, в свою очередь, продвигались вперёд, уничтожали выбранные цели и, внеся сумятицу в ряды неприятелей, в полном порядке отступали для отдыха и ремонта. Следом уже шли в бой новые штурмовые кадры. Такой непрерывный натиск, рассчитанный собрать кровавый урожай, изматывал воинов Огня, но они не осмеливались снижать темп, поскольку Имперская Гвардия не знала усталости. То и дело какой-нибудь капитан, лейтенант или воодушевившийся сержант пытались организовать прорыв из ловушки. Некоторые пробовали окопаться в пустыне, другие сами бросались в яростные атаки, надеясь вывести солдат из бури и окружения ксеносов. Все они терпели неудачу.

Передвижной штаб о'Шасерры представлял собой простое скопление боевых машин, расположившихся на вершине дюны. По периметру его охраняли следопыты, и всюду сновали инженеры касты Земли, которые следили за состоянием генератором щитов и стелс-дронов, обеспечивавших безопасность командного пункта. Сверху парил десантный корабль «Косатка», готовый к приземлению на случай необходимости в срочной эвакуации командования. Когда появилась «Рыба-дьявол», везущая благородного аун'Кара, члена верховного совета самого аун'Ва, его пропустили внутрь. Появление столь значимой персоны возле передовой означало, что гость прибыл с сообщением чрезвычайной важности. Эфирный с почётной стражей подошли к Тени Солнца, и командующая оторвалась от голоэкранов, чтобы встретить его. В последний момент, однако, ученица Чистого Прилива заметила что-то странное. Убийца безупречно воспроизвела тон аун'Кара, однако о'Шасерра не ощутила той властности и характерного аромата, что исходили от представителей правящей касты. Воительница помедлила, и эта краткая пауза спасла ей жизнь. Черты отдававшего поклон гостя расплылись, а из его протянутой руки внезапно прянул меч. Клинок, словно бы исчезнув на долю секунды, прошёл через броню XV22, как нож сквозь масло, и вонзился в грудь Тени Солнца. Если бы командующая уже не отступала назад, острие пробило бы ей сердце. Запустив прыжковые двигатели, она болезненно сорвалась с фазового меча, отлетела от ассасина и неловко рухнула наземь.

Там, где только что стоял аун'Кар, возникла человеческая женщина в плотно прилегающем комбинезоне. Меняющая внешность каллидус показала своё истинное лицо. Никогда прежде она не промахивалась с ударом и убивала так часто, что мгновенно поняла: клинок вошёл глубоко, но не достиг истинной цели. Выхватив нейрошреддер, агент выпустила широкий пучок электромагнитных волн, сваливший оказавшихся поблизости тау критической перегрузкой головного мозга и нервных рецепторов. Перескакивая через бьющихся в конвульсиях солдат, ассасин помчалась к добыче с мечом, что сиял зловещим светом.

Даже раненая, о'Шасерра оставалась неистовым воином – только о'Шове удалось превзойти результаты её тестов по боевой подготовке в Академии, – но даже быстрейшие атаки командующей казались медленными на фоне стремительных движений убийцы. Каллидус перелетала или пронзала любые преграды, уворачиваясь по пути от залпов из фузионных бластеров XV22. В последнем прыжке она собиралась найти клинком сердце жертвы, но он так и не состоялся.

Окружавшие мобильный штаб следопыты услышали шум и ринулись на помощь Тени Солнца. Выстрелы двух ионных винтовок прошли мимо цели, но командир группы, шас'уи Калас – Звёздный Покров – зацепил агента плазменной очередью из импульсного карабина. Заряды вонзились в ассасина с такой силой, что она врезалась спиной в проекторы голокарты. Проворно вскочив, она замахнулась мечом на о'Шасерру, однако в этот раз тау заблокировала рубящий удар фузионным бластером и защитилась от пинка в живот, извернувшись и подняв колено. Но в другой руке каллидуса возник длинный игловидный стилет, и от выпада им командующая уже не смогла бы защититься. Выручил её подбежавший Звёздный Покров. Шас'уи едва удерживал опускающийся клинок обеими руками, поскольку убийца обладала безумной силой, невероятной для её стройного тела. Отчаянно рванувшись назад, она занесла фазовый меч, но опоздала: Тень Солнца выстрелила из уцелевшего бластера.

Залп пришёлся в упор, и от ассасина мало что осталось. Расплавились даже её кости. Обливаясь кровью, о'Шасерра обернулась поблагодарить спасителя, но шас'уи Калас рухнул на одно колено: броня разведчика не спасла его от колотой раны ядовитым клинком. Свершённый подвиг дорого обошёлся следопыту. Задыхаясь от жара смертоносных токсинов, Звёздный Покров прохрипел свои последние слова:

«Ради Высшего Блага...»

===СТРАХ ПРИХОДИТ НЕЗАМЕТНО===
Бездушную ауру этого создания маскировал анимус спекулюм, и ни один дрон или сенсор не могли уловить его присутствия. Сбитые с толку воины Огня, которых отправили на разведку места приземления десантной капсулы, смотрели прямо на стоявшего среди них упыря – но ничего не видели. Но впоследствии, когда ударная команда забралась в транспорт и отправилась обратно на базу, бойцы никак не могли избавиться от медленно нарастающего страха. Это чувство быстро превратилось бы в ужас, если бы хоть кто-то из тау заметил безмолвное чудовище в шлеме-черепе, забравшееся вместе с ними в «Рыбу-дьявол». Втиснувшись в уголок пассажирского отсека, оно коротало время перед началом поисков главной цели.

В ходе великой битвы, полыхавшей вокруг Ло'вашт'ау, командующая Тень Солнца мощными контратаками постепенно изматывала войска Империума. Армия, до этого казавшаяся несокрушимой, всё быстрее истекала кровью. Расе тау в целом не была свойственна ирония, иначе она могла бы подметить, что против людей обратилась загрязнённая ими же самими атмосфера Агреллана, направляемая инженерами касты Земли. Защитникам Высшего Блага оставалось только продержаться ещё какое-то время. Чтобы собраться в достаточном количестве и отогнать могучую армаду человеческих космолётов, окружившую Бухту Му'гулат, боевым кораблям кор'ваттра требовалось ещё больше месяца. От их успеха зависело очень многое, поскольку растущему септовому миру предстояло стать новой жемчужиной в короне Империи, символом прогресса и несокрушимости границ для народа пяти каст, а также центром дальнейшего расширения по ту сторону Дамоклова залива, которое принесло бы тау новое величие. Они были праведными завоевателями, поскольку открывали всем истину Высшего Блага.

Кроме того, в ловушке на Агреллане оказался сам аун'Ва. Верховный эфирный являлся символом власти не только для тау, но и для бесчисленных иных рас, которые поглотила разрастающаяся империя. Старейший и мудрейший представитель правящей касты, он руководил остальными вождями народа. Именно аун'Ва отдал приказ начать Третье сферическое расширение, именно он был пастырем, ведущим свой народ к Высшему Благу. Тау пошли бы на что угодно ради сохранения жизни почтеннейшего из эфирных, и поэтому его точное местонахождение держалось в секрете. Лишь немногие знали, что аун'Ва находится не в Ло'вашт'ау – там всего-навсего разместили нескольких его голодвойников. Вместо этого инженеры касты Земли возвели полноценный командный модуль с достойными эфирного жилыми помещениями в глубине созданной людьми выгребной ямы – бывшего улья Агреллан-Прайм.

Руины старого города, раскинувшиеся на сотни километров, вздымались до верхних слоёв атмосферы. Граждане Империума и животные-паразиты, которыми ранее кишели тесные жилблоки, были истреблены или перемещены на служебные планеты, где своим трудом вносили вклад в преуспевание Империи. Агреллан-Прайм ждало уничтожение, поскольку тау решили, что столь примитивный объект не имеет никакой ценности, но пока что грязный лабиринт узких улочек стал превосходным укрытием для аун'Ва.

Помимо того, что сверху комплекс прикрывали гигантские развалины улья, его дополнительно маскировал экранированный купол и охраняли многочисленные кадры воинов Огня.

Пребывая в этих глубинах, верховный эфирный пристально наблюдал за ходом кампании. Он изучал голокарты, летая взад и вперёд на антигравитационном диске, а почётные стражи стоически вышагивали следом. Аун'Ва терпеть не мог прятаться, да и пахло вокруг, несмотря на все усилия воздухоочистительных машин, гуэ'ла и их варварством. Чтобы отвлечься, он готовил триумфальные речи для выступления перед народом Империи. Эфирный по-прежнему терзался вопросом, стоит ли выбросить все упоминания о Зорком Взгляде или, напротив, поведать историю о блудном ученике, который вернулся к всепрощающему наставнику. Аун'Ва как раз переписывал текст, когда заморгало и отключилось освещение командного пункта, сменившееся тусклым сиянием аварийных ламп. Тут же сработали резервные системы и дополнительные генераторы, и через несколько секунд в центр управления полностью вернулось энергопитание.

Все находившиеся в зале советники и эфирные переглянулись, спрашивая, что произошло. Оборудование тау никогда не отказывало. По коридорам базы уже торопливо бежали инженерные команды, за которыми поспевали летучие стайки дронов-рабочих. Наверное, произошла какая-то мелкая неполадка; просто что-нибудь обвалилось в беспорядочно застроенных недрах города. Но каждый из присутствующих испытывал медленно усиливающееся беспокойство. Насторожённость продолжала расти, и нервное напряжение в командном пункте вскоре стало почти ощутимым.

И тау боялись не зря.

Через пустые улицы и рухнувшие здания Агреллана пробирался истинный кошмар. Жуткое существо оставалось незамеченным, лишь эманации тревоги расходились от него, словно волны перед носом корабля. Двигаясь с ловкостью паука, оно быстро пробиралось по шахтным трубам, отыскивало дорогу в узких тоннелях и не теряло следа добычи. И вот среди древних руин заблестел комплекс чужаков, великолепное сочетание чистых линий, сама новизна которого сияла в мрачной убогости старого города-улья. Ползучее создание из живой черноты отжало люк и втянулось внутрь. Явился ассасин-кулексус, собиравшийся убить аун'Ва.

Скользя между реальностью и чем-то иным, агент обходил охранников-тау и мириады их сенсоров. Дорогу ему прокладывал страх, что заставлял дрожать живых и замедлял или останавливал работу ИИ. Ужас во плоти, ассасин был бездушной аномалией, переменчивым духом нечеловечности, слившимся с кошмарами варпа. Он пробежал по потолку над головами встревоженных инженеров и спрыгнул, когда ксеносы отошли подальше. Вращая головой в череполиком шлеме, кулексус пронизывал взглядом стены в поисках жертвы.

Лучом из открытого анимуса спекулюм убийца сразил двоих стражников, и доспехи не спасли их от гибельной пси-атаки. Пара дронов-стрелков, безуспешно пытавшихся захватить цель, с размаху врезалась в переборку. Всё глубже и глубже облачённое во тьму создание проникало в центр управления, оставляя за собой след из мертвецов. Ударные команды воинов Огня, узнавшие о вторжении, неистово расстреливали пустоту в коридорах, а затем погибали, сражённые пучками негативной психической энергии или растерзанные в ближнем бою.

Ментальный террорист добрался до цели.

===ПРИЗРАК СМЕРТИ===
Всё начиналось с растущего беспокойства, превратившегося затем в абсолютный ужас. Ворвавшийся в командный пункт ассасин принялся учинять оргию стремительного разрушения. Охранявшие зал воины Огня безжизненно оседали, умирая с криками немыслимого страха, когда кулексус обрушивал на чужаков всю мощь анимуса спекулюм, и казалось, что он то становится нематериальным, то вновь обретает плотность.

Аун'Ва был ранен, его разум пылал. Почётные стражи, зная, что погибнут, с готовностью заслонили своего господина от мерцающего вурдалака и приняли его выстрелы на себя. Лишь столь благородное самопожертвование позволило эфирному спастись. Пока летающий дрон с лязгом ударялся об идеально чистые стены коридоров, правитель Империи озирался в страхе перед погоней.

Повсюду лежали трупы с лицами, искажёнными в жутких гримасах. Осознав, что все его защитники мертвы, аун'Ва решил бежать из комплекса. Трижды экранированные двери распахнулись по команде верховного эфирного, и он оказался в заброшенном улье. Ужас шагал за ним по пятам, и уверенность, что облачённый в чёрное кошмар хладнокровно продолжает погоню, гнала повелителя тау вперёд. В его паникующем разуме мелькали образы ухмыляющейся маски смерти. Когда отказал антигравитационный дрон, повреждённый то ли в бою, то ли во время бегства, аун'Ва бросил его и поспешил дальше – насколько позволяли старые дряхлые ноги.

Он сворачивал в переулки, неловко спускался по пустым улицам и наконец поднялся по истёртым временем ступенькам к громадному строению с арочными проходами. Уставленное горгульями здание было древним и гротескным, а его предназначение давно забылось. Одним словом, оно воплощало всё, что эфирный ненавидел в человечестве. Именно там, под арками, кулексус в конце концов настиг жертву.

Смерть её не была ни быстрой, ни милосердной.

===ОТСТУПЛЕНИЕ ИМПЕРИУМА===
Экспедиционному корпусу «Воздаяние» надлежало очистить Агреллан от присутствия ксеносов, называемых тау. Миссия была признана неудавшейся, командование группировкой приняли иные лица и началась эвакуация соединений Астра Милитарум.

Космодесантники, выбравшиеся из ловушки Зоркого Взгляда, с боем прорвались к точкам эвакуации и вернулись на свои корабли. Они занимались пополнением боекомплекта и координацией новых атак, когда услышали важные сообщения. Снятого Троскзера заменил новый лорд-генерал, который первым делом отдал приказ о немедленном отступлении Имперской Гвардии с Агреллана. Все капитулы ждали реакции Кайваана Шрайка, поскольку Адептус Астартес не подчинялись никому из посторонних и хотели увидеть, как поступит старший по званию из их командиров. Сын Коракса огласил, что Гвардия Ворона отбывает в течение часа, и тогда его собратья быстро взяли курс на другие системы, так как уже получили немало иных просьб о подкреплениях. Для них важна была только война, а проблемы отдельной планеты или кампании значили немногое. Кор'сарро-хан, однако же, пришёл в ярость.

Он снова потерпел неудачу, снова не сумел добыть голову командующей Тени Солнца. Капитан был настолько упрям, что собирался, не обращая внимания на остальных, продолжить охоту со своим поубавившимся отрядом, но затем поступили дополнительные распоряжения. Они исходили от Джубал-хана, магистра ордена Белых Шрамов, который уведомлял, что 3-я рота и её соединения поддержки срочно нужны на Чогорисе. Кор'сарро следовало возвращаться без промедления, чтобы помочь в бою против Красных Корсаров.

Полковник Старкзан всё ещё посылал в бурю свежие роты, когда услышал новости. Отступление, само по себе непростой манёвр, становилось особенно тяжёлым при наличии столь агрессивного врага и смертельно опасных погодных условий. Даже на усмирённой планете для эвакуации всех сил потребовалось бы от пятнадцати до двадцати дней. Кадийскому офицеру дали меньше трёх.

Через несколько часов после отхода имперских армий с поля битвы ураган ослабел, что подтвердило растущие опасения людей. Ещё сотня-другая минут, и чужаки принялись жалить стремительными налётами фланги уходящих колонн. Старкзан, лично руководя действиями арьергарда, отразил несколько проникающих атак наиболее мобильных вражеских соединений и не позволил отступлению превратиться в бегство. Очевидно было, что не все отряды успеют покинуть Агреллан, хотя лорд-адмирал Хоук организовал множество дополнительных посадочных зон и спас тем самым значительное количество гвардейцев.

Ксеносы, то ли недостаточно удовлетворённые победой, то ли не полностью уверенные, что видят настоящий отход, продолжали часто и безжалостно контратаковать. В результате нападений из засад человеческие отряды замедлялись или тратили силы в безнадёжных погонях. Худшей напастью, впрочем, оказались авиаудары. Атмосферные летательные аппараты Империума были сосредоточены возле точек эвакуации, поэтому отступающие по равнине войска не имели защиты от бесконечных атак с бреющего полёта и бомбовых ударов касты Воздуха. Израненные, перепачканные, начинающие страдать от лучевой болезни, пехотинцы Астра Милитарум едва тащились под палящим солнцем.

В конечном итоге многих высокопоставленных офицеров вытащили из этого живого потока и доставили в посадочные зоны на «Валькириях». Среди них оказались только самые титулованные герои вроде раненого, но уже идущего на поправку рыцаря-командора Паска. В ходе специальных операций были перевезены по воздуху шагоходы верховного короля и его уцелевших аристократов. Дом Терринов возвращался на Волторис для крайне необходимого ремонта. Обсидиановый Рыцарь исчез бесследно, но Тибальт не сомневался, что зловещий Вольный Клинок ещё вернётся и продолжит преследовать тау. Других приятных мыслей у патриарха не имелось.

Помимо наиболее важных офицеров, приоритет при эвакуации был отдан тяжёлой технике. Где-то очень далеко представители Департаменто Муниторум правильно рассудили, что подобные боевые машины будет намного сложнее заменить, чем многие миллионы людей, обречённых на скорую гибель. Если бы Старкзана спросили, бросит ли он своих бойцов, кадиец отказался бы. Впрочем, он никак не мог повлиять на принятое решение, так как имени полковника в списках экстренно спасаемых не оказалось.

{{Врезка|Лорд-адмирал Хоук наблюдал за тем, как офицеры по одному входят на мостик. Флотскому было приятно, что всем им хватает такта не спрашивать, кого больше нет в военном совете. Хоук столько раз присутствовал на подобных собраниях, что уже не испытывал никакой неловкости, но всё-таки ему больше нравилось работать с теми, кто понимал цену неудачи. Откашлявшись, адмирал заговорил внушительным тоном:

– Как вы знаете, процесс эвакуации практически завершён. Мы уже слегка задержались относительно назначенного времени отбытия, поэтому предпримем только символические усилия для возвращения оставшихся наземных сил. Я предоставил им дополнительные возможности к спасению – в разумных пределах.

При этом Хоук ненадолго умолк и осмотрел собравшихся офицеров, словно напоминая себе, кто присутствует на мостике.

– Фактически я поступил достаточно неразумно, поскольку отправил на поверхность все наши транспорты. И всё же по текущим оценкам через час на орбите будет находиться лишь около пятидесяти процентов от выжившего личного состава Астра Милитарум.

Здесь лорд-адмирал остановился, поскольку все знали, что оставшихся на Агреллане солдат ждёт неизбежная гибель. Хоук ожидал протестов от менее высокопоставленных офицеров, но все молчали.

– Наконец, – добавил адмирал, – прежде чем наши пути разойдутся, мне надлежит формально объявить о роспуске экспедиционного корпуса «Воздаяние». Удачи, парни, и да хранит вас Император.

Как требовал устав, он выполнил воинское приветствие Имперского Флота. Когда собравшиеся отсалютовали в ответ и начали расходиться, одинокий техножрец с «Археоклада» остался на месте. Это наверняка не к добру, подумалось флотоводцу.

– Адмирал Хоук, – прохрипело создание, – у меня есть последняя просьба, как от посланника Марса.

Лорд-адмирал Хоук, командующий 478-м линейным флотом сегментума Ультима, нетерпеливо ждал продолжения. Сгорбленный техножрец шаркал ногами. В его дыхании слышалось шипение клапанов, а походка напоминала движения поршней. Слуга Омниссии грузно тащился вперёд в сопровождении свиты, распевавшей псалмы и помахивавшей дымящимися курильницами. С собой они несли саркофаг.

Техножрец в капюшоне поклонился верховному адмиралу и, подкрутив несколько верньеров на нагруднике, заговорил. Голос его дребезжал, построение фраз было механистичным.

– Лорд-адмирал, примите дар Воксодецимуса Найла 96-го Марсианского. Он посылает вам «мировое пламя». Эта боеголовка устанавливается на торпеду. Мой господин предлагает вам выпустить её как прощальный подарок. Наведите её на туманные бури в северном полушарии Агреллана. Nemo mea poena effugit. – Жрец Машинного бога рассмеялся, и звук вышел поистине отвратным. Затем он продолжил: – Кто сеет ветер, тот пожнёт бурю. Наш корабль «Археоклад» скоро просветит весь Дамоклов залив.

Существо расхохоталось вновь, после чего выключило голос поворотом регуляторов. Изобразив прощальный поклон, оно движениями руки вознесло хвалу Омниссии, на чём и закончилась встреча. Свита в красных рясах начала долгий шаркающий переход к ждущему челноку Механикус.

За свою долгую и овеянную славой карьеру лорд-адмирал Хоук дважды наблюдал, как производится Экстерминатус, и знал, что происходящее не имеет отношения к этому ритуалу. Флотоводец не знал, чем именно выстрелил по Агреллану, но радовался, что «подарка» больше нет на его корабле.

Со своей позиции на мостике Хоук видел, что боеголовка сделала с планетой. Бушующие волны пламени окутали весь мир, и его цвет поменялся с серого на яркий и неестественный оранжевый.

Вскоре и «Археоклад», исполнив мрачное обещание, поджёг целую туманность.

Дамоклов залив вспыхнул ярким светом.}}

===ЗАРЯ НОВОЙ ЭРЫ===
Мир, некогда бывший воплощением надежд и стремлений расширяющейся Империи Тау, превратился в символ иного рода. Никогда прежде народ пяти каст не пил так глубоко из горькой чаши поражений. Понесённые тау огромные потери ознаменовали конец прежней эпохи и мрачное начало новой кровавой эры войн.

Бухта Му'гулат горела.

Перед уходом с орбиты Имперский Военно-Космический Флот каким-то образом поджёг вихри странной газовой смеси, вращавшиеся в атмосфере северного полушария гигантской планеты. Вследствие цепной реакции по континентам прокатились неестественные огненные бури, с которыми не могли справиться машины контроля среды. Спастись удалось лишь тем, кто находился под прикрытием защитных куполов, и во всем мире оставался только один подобный заслон – огромный «зонтик», раскинувшийся над Ло'вашт'ау. Погибли многие миллионы тау и человеческих солдат, брошенных на Агреллане.

Прибывшие экипажи кор'ваттра не узнали планету, но принесённые ими новости оказались даже более скверными. Пламя охватило не только Бухту Му'гулат: вся диковинная аномалия, называемая Дамокловым заливом, превратилась в пылающий ад. Запутанные проходы, на обнаружение которых Империя потратила столько времени, теперь оказались недоступными. В течение многих дней тау, оказавшиеся в ловушке за этой гигантской преградой, тревожно размышляли о том, что могут никогда больше не увидеть септовых миров, что они навсегда отрезаны от родины. Через огненный барьер проходили сообщения, но не космолёты.

Инженеры касты Земли между тем неустанно трудились над совершенствованием щита, который позволил бы кораблям безопасно преодолевать облака чрезвычайно коррозийных газов. Первые испытания вышли обнадёживающими, поскольку некоторые звездолёты уцелели при переходе через залив, но и процент неудач был высоким.

Командующая Тень Солнца исцелилась от ран, но по-прежнему быстро уставала. Как главнокомандующая касты Огня, она подолгу заседала с Верховным советом эфирных, поскольку многие вопросы и планы требовали обсуждения. По Империи Тау разносились жуткие слухи, но все страхи и сомнения исчезли после извещения о том, что в течение ближайших дней аун'Ва выступит с новой речью – заявлением, которое будут транслировать на все септовые миры и за их пределы. Оно станет посланием надежды и отваги, предназначенным для всех детей Высшего Блага.

Командующий Зоркий Взгляд покинул Бухту Му'гулат и вернулся в анклавы – в изгнание. Он отбыл внезапно и без предупреждения, ещё до того, как Верховный совет эфирных пришёл к неизбежному решению арестовать командующего и судить его за предательство Империи.

{{Врезка|Быстрым движением о'Шова направил энергию в Рассветный клинок. Стекавший по мечу ихор зашипел на раскалившемся металле и, превратившись в завитки дыма, унёсся прочь. По данным сенсорного модуля следующая волна тиранидских организмов уже приближалась к хребту. Если командующий Яркий Меч в ближайшее время не приведёт подкрепления, захватчики сметут уцелевшие кадры Зоркого Взгляда.

Прежде он уже сражался с этими созданиями, которых на языке тау называли «ихе», всепожирающими. О'Шова своими глазами видел, как после учиняемого ими разорения остаются лишь обглоданные дочиста планеты, изуродованные каменные шары, полностью лишённые жизни. Появление тиранидов здесь, в плодородном мире Т'ласла, в такой близости от анклавов, было тревожнейшим сигналом. Заразу следовало искоренить. Но даже сейчас, пока к Зоркому Взгляду приближались грозные чужаки с конечностями-косами, он думал о другом. Прошло не так много времени после его отлёта из огненного ада Бухты Му'гулат, но командующий снова и снова прокручивал в памяти последние моменты пребывания на той планете.

О'Шова наблюдал за торжественной подготовкой к речи голографического двойника аун'Ва, когда к нему подошла о'Шасерра. Зоркий Взгляд спросил командующую, что она думает насчёт использования подобных технологий для убеждения сограждан в добром здравии наставника, но Тень Солнца резко сменила тему.

– Верховный совет вскоре прикажет мне схватить тебя, – сказала она. – Тебе предстоит Испытание Правосудием.

Разумеется, о'Шове уже сообщили эту информацию, но он не знал, почему прежняя соратница вдруг открыла ему подобный секрет. Если бы аун'Ва не погиб, командующий счёл бы произошедшее какой-то уловкой, началом более крупной интриги. Верховный эфирный, однако, был мёртв, и Зоркий Взгляд рассудил, что о'Шасерра сама приняла решение поделиться этой тайной. Она поступила храбро.

Нарушив молчание, Тень Солнца добавила:

– Я считаю твоё возвращение для помощи Империи благородным поступком, деянием, достойным Высшего Блага. За него следует отплатить тем же.

Затем о'Шасерра помолчала, словно тщательно взвешивала каждое следующее слово.

– Думаю, тебе пора улетать.

– А что, если я этого не сделаю? – спросил о'Шова.

– Я исполню приказ, – просто ответила она.

Зоркий Взгляд покинул охваченную пламенем Бухту Му'гулат, когда началась трансляция речи погибшего эфирного. На опасном пути домой его воины слушали выступление «аун'Ва». Он говорил о трагических потерях Империи и о том, как это сделает тау сильнее. О том, что сейчас, как никогда прежде, следует ударить просвещением по свирепому варварству. И о том, что более недопустимо так недооценивать врага.

Только неподалёку от Т'ласла – планеты, помеченной для будущего заселения – армии анклавов услышали призыв о помощи. Но теперь время для размышлений закончилось, поскольку хребет захлестнула живая волна. Явились орды Левиафана, встреченные импульсным огнём. Командующий Яркий Меч так и не прибыл, поэтому о'Шова отдал приказы о новом плане действий, уносясь в небо на прыжковых двигателях и расстреливая надвигающихся тварей из плазменной винтовки.}}
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Warhammer 40,000 (7 редакция)]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Адептус Механикус / Механикум]]
[[Категория:Имперская Гвардия / Астра Милитарум]]
[[Категория:Тау]]