Жнец миров (статья)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

«Ни в пустоте среди звёзд, ни в глубинах земных недр не найти тьмы мрачнее деяний человеческих».

Выдержка из запрещённого неотерранского вероучения

Содержание

1 Ярость Гвардии Смерти

2 Смерть Доминики Минор

3 Высадка

4 Молот

5 Коса

6 Скорбь Моава

7 Тишина опускается на скопление Циклопа

Ярость Гвардии Смерти

Когда дальняя патрульная эскадра крейсеров Армады Ультима XVII «Солнечные Драконы» наконец-то пробилась сквозь волнения варпа, не позволявшие им отреагировать на сигнал тревоги с родной станции на Ласкале, то обнаружила сцену недавней резни. Боевой флот, стоявший на высокоорбитальном якоре Армады над пятым миром системы и включающий более ста эскортных судов, а также около сорока линейных кораблей, в том числе линкоры «Железный скипетр», «Озимандия» и «Укротитель звёзд» типа «Воздаяние», был уничтожен. Самые крупные из разрушенных кораблей до сих пор истекали плазмой из пробитых реакторов, а из разорванных и безжизненных корпусов сочился замерзающий воздух. Дальнейшее сканирование выявило пугающе малое количество обломков предположительно вражеских кораблей, что означало сокрушительный внезапный удар. Далее было обнаружено, что станция, служившая флотской стоянкой, превратилась в новое поле обломков вокруг Ласкала V, а от центральных миров исходит призрачный фон орудийного излучения и сдавленное эхо сигналов бедствия.

Осторожно пробирающиеся через последствия бойни, всё ещё представлявшей опасность из-за неразорвавшихся снарядов, кружащихся обломков и затаившихся мин, Солнечные Драконы прочёсывали ауспиками опустошённую систему и держали орудия наготове, опасаясь засады, но её не было. Ласкал был не просто захвачен и порабощён: систему очистили от всего живого и бросили умирать. Единственный важный мир системы – Ласкал IV, ранее являвшийся процветающей имперской колонией с многомиллионным населением, теперь стал отравленным шаром, в атмосфере которого плыли ядовитые чёрно-зелёные облака – характерные следы масштабной биохимической бомбардировки.

Высаженные с крейсеров Солнечных Драконов десантные команды Солярной Ауксилии, полностью экипированные для действий во враждебной внешней среде, вернулись после осмотра дворца имперского губернатора и ряда ключевых оборонительных бункеров с побелевшими лицами и рассказывали истории об ужасе и смерти. Повсюду лежали тысячи мёртвых людей, погибших на месте от отравляющих веществ кожистонарывного и нервнопаралитического действия. В ряде вовремя герметизированных мест – таких, как дворец губернатора, – к уничтожению укрывшихся внутри людей приложили руку и сами их убийцы. Железобетонные стены были разбиты прямым орудийным огнём, люки безжалостно вырваны из петель силовыми кулаками, повсюду среди бойни валялись стреляные болтерные гильзы – всё указывало на участие Легионес Астартес. Дальнейшие свидетельства касательно совершивших это злодеяние были обнаружены в аудиториуме имперского командующего. Над поверженной аквилой и нанизанным на древко раздутым трупом человека, некогда правившего этим миром во имя Императора, висело рваное знамя с мёртвой головой и чёрной солнечной вспышкой легиона Мортариона.

Мортарион Жнец, повелитель легиона Гвардии Смерти

Когда Солнечные Драконы покинули опустошённую систему, вести об их находке быстро разнеслись по системам скопления Циклопа. Уже разделённые страхом планеты охватил чистый ужас. В таких мирах, как Эндикотт, Моравасис и Сан-Пардор после того, как население узнало об убийстве Ласкала, к чему, возможно, приложили руку агенты шпионской сети предателей и представители «пятых колонн», полномасштабные мятежи, забастовки и восстания свергли имперские власти, и планеты погрузились в анархию. Едва удалось подавить подобные беспорядки в орбитальных жилищах Доминики Минор, мира, управляемого номинальным политическим руководством скопления Циклопа, гильдмистрами, как пришли вести о том, что серп жнеца обрушился на две другие системы, шахтёрские колонии Помол и Раббасан, не щадя никого. Обе звёздных системы находились на практически прямом пути по известным варп-маршрутам между Ласкалом и самой Доминикой, что лишило гильдмистров последних сомнений о направлении следующего удара.

Ответом на отчаянный призыв о помощи к – согласно дарованным Террой правам – данным им под управление мирам стало презрительное молчание. Гильдмистры с растущим ужасом обнаружили, что к блокаде Мезоа присоединились тёмные корабли неизвестного происхождения, а владыки кузниц М’Пандекса атаковали ближайшие миры и захватили их неудержимыми мирскими когортами полумертвецов, истребляя всех, кто вставал у них на пути. Что ещё хуже, пришли доклады, что имперский командующий Гефсимании преклонил колено перед предателями и без единого выстрела сдал свой мир. Его действия повторились на меньших планетах, Варгасе и Мрачном Убежище, а дикие обитатели Завариша перебили своих имперских смотрителей и склонились перед Сынами Гора, словно те были богами, спускающимися с небес. Гильдмистры Доминики Минор внезапно осознали, что скопление Циклопа с хирургическим мастерством вскрыли и оставили беззащитным перед грядущей погибелью, используя как мечи врагов, так и человеческую слабость.

Смерть Доминики Минор

Расшифровка инфоящиков разбитой командной башни крейсера-излучателя «Гордость Гермикрона», оторванной от корпуса вражеским обстрелом и вращавшейся до обнаружения в течение девятнадцати лет, показала, что нападение на Доминику Минор началось в 4392007.М31. С привычной жестокой эффективностью боевой флот Гвардии Смерти появился у основного узла варп-переходов во внешней системе и сначала ослабил поджидающие минные поля брандерами – переоборудованными шахтёрскими баржами, несомненно, захваченными в ранее убитых мирах, – а затем прорвался через оставшиеся мины, ведя огонь на ходу, не обращая внимания на автоматический обстрел и взрывы направляемых сервиторами ракетных связок. В состав армады вторжения, построившейся четырьмя колоннами, входило около половины известного флота Гвардии Смерти, а также захваченные на Исстване корабли. Каждую колонну возглавлял линейный корабль, прославившийся во времена Великого крестового похода, а теперь обрушившийся на Империум, которому когда-то служил: «Серп Жнеца», «Призрак Смерти», «Миа Донна Мори» и переименованный и переоборудованный «Ужас», ранее бывший боевой баржей «Зимняя клятва» легиона Железных Рук. Из числа зловещих и тяжелейших кораблей Гвардии Смерти отсутствовал лишь «Терминус Эст», чьё местоположение и действия оставались тогда неизвестными. Защитники Доминики Минор вряд ли могли противостоять столь грозному врагу, поскольку почти вдвое уступали в числе линейных кораблей, а противопоставить тяжёлым флагманским линкорам Гвардии Смерти могли лишь «Копьё Умбриила», линкор типа «Голиаф», давно переведённый в тыл. Более того, страхи гильдмистров заставили их оттянуть флот для защиты столичного мира Доминики Прим и собрать его вокруг орбитальных укреплений, что лишило защитников возможности маневрировать. Внешние планеты и бесценные пустотные перерабатывающие заводы были брошены на произвол судьбы, однако корабли Гвардии Смерти на полной боевой скорости направились прямо к Доминике Прим, не обращая внимания на отчаянные мольбы желавших капитулировать жертв.

Последовала короткая и жестокая битва, в которой наступающий флот сдерживал огонь под лихорадочным обстрелом защитников, пока не вошёл почти в зону абордажа, а пустотные щиты кораблей Гвардии Смерти вспыхивали словно умирающие звёзды, их бронированные носы трещали и раскалывались под торпедными залпами и разрядами испепеляющей энергии. Когда же четыре наступающие колонны разошлись, словно когтистой лапой сомкнувшись вокруг Доминики Прим, все корабли Гвардии Смерти как один совершили поворот и открыли огонь из бортовых орудий, сметя защитников. Искалеченное и ослеплённое «Копьё Умбриила» встретило свой конец, когда штурмовой корабль Гвардии Смерти «Четвёртый Всадник» безжалостно протаранил его сверху по миделю и сломал хребет, тем самым убив всю надежду на сопротивление. Из горстки выживших в огненной буре кораблей лоялистов никто не пережил последний отчаянный час, состоящие из эсминцев стаи охотников-убийц выследили всех, кто пытался сбежать. Доминика Прим была в руках легиона Гвардии Смерти, и настало время расплаты.

Высадка

Орбитальный штурм был безжалостным и неотвратимым, штурмовые «Цесты» и «Громовые ястребы» Гвардии Смерти высаживались следом за падающими подобно метеорам обломками уничтоженных во время обороны планеты кораблей. Первая волна определила цели и высадила штурмовые команды для их методичного уничтожения. Башни связи, защитные батареи, антенны ауспиков и бастионы ополчения – всё было систематически выведено из строя, чтобы расчистить путь следующей волне. Тяжёлые штурмовые транспорты и «Грозовые птицы» заходили на посадку неторопливо, словно коса, опускающаяся на пшеничное поле, и садились прямо в огромных городах-кальдерах Доминики Прим, построенных в кратерах, оставшихся от шахтёрских карьеров, покрывавших поверхность планеты. Целые жилые кварталы были раздавлены тяжёлыми транспортами, и паника охватила жителей ещё до того, как показались мрачные фигуры легионеров, марширующих в пугающий унисон. Ритмичные удары керамитных сабатонов тридцати тысяч космодесантников разносились, словно эхо ударов молота, кующего погибель мира. Позади них ревели и грохотали мощные двигатели, эскадроны «Хищников» и «Тифонов» выползали из распахнутых пастей штурмовых кораблей и пробивали себе путь через жилые дома. В воздух вздымались огромные облака удушливой пыли, небрежно построенные блочные дома оседали, словно гнилые лепестки.

Рабочее ополчение, местами превосходящее захватчиков числом в двадцать или тридцать раз, пыталось их остановить, но всё было тщетно. Автокарабины и дробовики были практически бесполезными против силовых доспехов Легионес Астартес, а немногочисленное тяжёлое оружие, в основном представлявшее собой полевые мортиры и обслуживаемые расчётами автопушки, было прискорбно неточным и легко уничтожалось. Воины легиона Мортариона наступали, размеренно и неудержимо, неся повсюду смерть, хрупкие человеческие тела разрывались от болтерных снарядов, здания падали под орудийным огнём и ударами огромных когтей дредноутов легиона. Столкнувшиеся с таким ужасным и дисциплинированным противником ополченцы дрогнули и побежали. Гвардейцы Смерти истребляли бегущих людей без разбора, убивая и солдат, и гражданских. Когда их войска рассредоточились, батареи «Вихрей» накрыли рабочие трущобы залпами боеголовок с отравляющими веществами, а в пробитые бункеры и глубокие подвалы космодесантники начали заливать пылающий фосфекс. Вторжение обернулось резнёй.

Подобно видному с орбиты чернеющему пятну Гвардия Смерти расходилась вокруг посадочных зон, разрушая города-кратеры. Вскоре остались лишь две точки серьёзного сопротивления. Первой являлся крупнейший космопорт Доминики Прим, где приготовились дать последний бой ополченцы планеты, используя в качестве дополнительных боевых машин огромные шахтёрские механизмы и наспех собранных промышленных сервиторов. Второй точкой оказался укреплённый вход в подземный особняк гильдмастеров, где позиции удалось удержать благодаря внезапному появлению космодесантников из легиона Саламандр в количестве около двадцати. Саламандры, выжившие в орбитальной битве над Исстваном, прибыли на планету лишь недавно, их выведенный из строя ударный корабль чудом добрался до Доминики Минор, но больше не мог никуда улететь. И теперь они оказались в ловушке гибнущего мира, и, похоже, были обречены повторить судьбу, уже выпавшую столь многим их братьям.

Молот

Битва за космопорт приняла новый оборот. Огромные шахтёрские механизмы, каждый из которых весил больше разведывательного титана и обладал прочной бронёй, выдерживали шквальный обстрел отделений тяжёлой огневой поддержки Гвардии Смерти, что вместе с самоубийственными атаками взломанных промышленных сервиторов позволило защитникам сначала остановить, а затем и отбросить легион. Не желая ни тратить на сокрушительную атаку новых легионеров, ни ждать артиллерийской поддержки, способной вывести из строя огромные машины, командующий атакой вызвал с орбиты новый тяжёлый транспорт, на этот раз отмеченный не геральдикой Гвардии Смерти, но багровой вспышкой и скрещенными молотами дома Макабиев.

Гибель космопорта была предрешена в тот же миг, как только опустились тяжёлые взрывоустойчивые двери штурмового транспорта. Наружу выступили тридцать рыцарей в гордых, мрачных и зловещих четырёхчастных цветах дома Макабиев. Высотой они вдвое превосходили тяжёлые «Лэндрейдеры», а двигались со скоростью и целеустремлённостью, с которой не могли тягаться громоздкие шахтёрские машины и простые сервиторы. Не обращая внимания ни на взрывы мортирных снарядов, ни на выстрелы автопушек, стучащие по пластинам брони, воющие боевыми горнами рыцари построились в прикрывающие друг друга звенья с механической чёткостью и начали наступать, постоянно набирая скорость.

Войдя в зону поражения, они открыли огонь. Боевые орудия рыцарей-паладинов выцеливали ковыляющих сервиторов и разносили в клочья плоти и металла. Обходящие с флангов более быстрые кастигаторы и ахероны атаковали уцелевшие огневые точки и опорные пункты ополчения, осыпая их градами снарядов из мегаболтеров, испепеляя потоками зажигательной смеси. Тем временем огромные шахтёрские машины были атакованы основными звеньями странствующих рыцарей, чьим остриём атаки стал отряд копейщиков-церастусов. Рыцари не атаковали в лоб неповоротливые махины, способные раздавить даже их, а кружились вокруг них, словно поток вокруг скал, благодаря превосходству в скорости и ловкости избегая кружащихся дрелей и цепных пастей. На таком близком расстоянии даже крепкая броня огромных шахтёрских машин не могла выдержать раскалённых разрядов термальных пушек странствующих рыцарей и искусных и яростных ударов цепных мечей, а ослепительные вспышки ударов «копейщиков» знаменовали взрывы механизмов управления и важных сочленений. Вскоре огромные боевые машины начали шататься, а затем падать, словно умирающие звери, истекая дымом из десятков пробоин в обгоревшей броне. Последние выжившие защитники космопорта обратились в бегство, но были вырезаны поджидавшей их Гвардией Смерти.

Коса

Оборона адамантовых врат подземного гильдейского зала держалась, несмотря ни на что. Удерживающие позицию Саламандры дрались как дьяволы, не сдаваясь, жажда мести и раскалённая ненависть прибавляли им сил и выносливости на зависть обычным Легионес Астартес. Вместе с ними сражались последние из превосходно снаряжённых отборных телохранителей гильдмистров, знающие, что им некуда бежать. Сами правители прятались в бункерах позади, дрожа от страха, хотя некоторые решили сражаться и умереть вместе со своим народом. Лишь когда командование предателей услышало доклады о появлении космодесантников среди защитников врат, сам Мортарион, примарх Гвардии Смерти, решил лично вступить в битву. И первым знамением грядущего рока для Саламандр стали внезапно умолкнувшие орудия предателей, в зловещей тишине ждущих прибытия своего господина.

Словно кружащаяся в задымлённом небе в поисках падали ворона, изношенная и покрытая боевыми шрамами «Грозовая птица» примарха медленно опускалась и вот, наконец, резко затормозила, сверкнув маневровыми двигателями, и выпустила свой смертоносный груз – повелителя XIV легиона в сопровождении безмолвного Савана Смерти. В тот же миг вновь началась безжалостная битва, не верящие своим глазами лоялисты открыли огонь из всех уцелевших орудий по явившемуся им из могилы призраку, а воины Гвардии Смерти ринулись вперёд, начав всеобщую атаку.

Хотя один из воинов Савана Смерти пал и больше не поднялся, а дюжину легионеров скосило огнём на бегу, сам Мортарион просто прошёл через шквал снарядов и лазерных разрядов так же неудержимо и неотвратимо, как сама смерть в развевающемся за спиной рваном плаще, высоко подняв косу. Подобно молнии он обрушился на баррикады и взмахом огромного клинка рассёк пополам двух Саламандр, хрипящих древние ноктюрнские проклятия. Третий выстрелил в него из мелтагана, отчего броня примарха покрылась пузырями и потекла, словно расплавленный воск, но он лишь беззвучно пошатнулся на мгновение, а затем разрубил отважного лоялиста одним опускающимся ударом косы. Так же погибли четвёртый, пятый, шестой… К этому времени Гвардейцы Смерти, прорвавшиеся к баррикадам вслед за примархом, всеразрушающей волной обрушились на выживших солдат, повсюду был слышен лишь треск раскалывающихся костей и стук перезаряжающихся болтеров. Затем раздался грозный, усиленный рёв, достойный чудовища из древних легенд, и из груды обломков вырвался гигант, покрытый тёмно-изумрудной бронёй с багряно-золотистыми узорами. Это был Шар’рак Гренн, бывший консул-центурион 3-й роты Саламандр, прослуживший последние четыре десятилетия в бессмертной оболочке дредноута «Контемптор», и, насколько он знал, последний из своего легиона.

Застрекотала штурмовая пушка, изрыгая языки пламени, и Гренн ринулся на архиврага, убийцу его братьев, предателя Императора. Мортарион, неподвижный и бесстрастный, словно статуя, просто ждал врага. Ведущий шквальный огонь дредноут с боевым кличем занёс силовые когти для удара. И тогда Мортарион крутанулся, его неподвижность сменилась головокружительной скоростью быстрее, чем мог уследить смертный глаз, а огромная коса описала смертоносную дугу. Клинок впился в металл, рассекая керамит и адамантий, и дредноут взревел от изумления, когда его отсечённая рука рухнула. Катящаяся по обломкам штурмовая пушка продолжала стрелять в никуда. Мортарион обернулся для нового удара, но и дредноут обернулся вместе с ним, омыв худощавого примарха ревущим пламенем из тяжёлого огнемёта, встроенного в оставшуюся руку. Плечо примарха врезалось в саркофаг его врага, отчего грозная боевая машина подалась назад, а её потрескивающие силовые когти ударили Мортариона с силой, способной расколоть тяжёлый танк, но Жнец не упал. Он размахивал огромной косой, и с каждым ударом Гренн выл от бессильного гнева и ярости, чувствуя, как медленно разваливается на части его оболочка. Наконец, искалеченный и горящий могучий Шар’рак Гренн пал, и, словно клюв хищной птицы, коса Мортариона впилась в плоть, оставшуюся в машине. Всё было кончено. Доминика Минор пала спустя 2.75 часа по местному времени после начала атаки – на убийство мира ушло менее трёх часов.

Скорбь Моава

Практически в тот же час, что и погибель Доминики Минор, на Моаве разыгрывалась совсем другая трагедия. Эта холодная и пустынная планета из-за исторической случайности и местоположения в относительно стабильном пересечении течений в варпе, ведущих из скопления Циклопа в Манахейское Содружество, стала самым густонаселённым миром в регионе и пунктом переправы для колонистов и рабочих когорт, движущихся по сектору. Моав обладал единственным достоинством – жителями, а в отношении политического влияния и экономической мощи жил в тени таких богатых миров как Доминика Минор и Мезоа. И теперь, когда тьма окутала звёзды, Моав оказался один на один с волком, его защитные эскадры были перенаправлены в другие регионы, а немногие оставшиеся пикетные корабли и орбитальные орудийные станции, предназначенные для отражения корсаров и отступников, были слабой защитой против врагов, повергавших и более грозные твердыни.

Когда враг пришёл, то это оказались не тусклые корабли безжалостной Гвардии Смерти, но тёмно-зелёные и мрачные хищники Сынов Гора, готовые вонзить клинок. Пробравшись через почти опустевшее пространство вокруг Моава, они появились из-за местного газового гиганта. Сверкая двигателями, похожими на горящие в небе факелы, корабли летели широким клином из восьми ударных крейсеров, на острие которого шла грозная «Икона», чей ультиматум на сей раз донёсся из стволов ускорительных орудий. Орбитальные защитные системы Моава были быстро выведены из строя, а единственный крупный геостационарный спутник – сложное скопление, сделанное из корпусов ковчегов колонистов, ставших теперь главным орбитальным подъёмником планеты - был расстрелян и взят на абордаж предателями с почти презрительной лёгкостью. Атака была столь быстрой, что наземный обстрел запоздал и прекратился, когда крейсера вышли из зоны поражения.

Имперский командующий Моава, некий Мальтус Гранж, вскоре отправил сообщение о капитуляции мира. Никто не ответил. Он повторил сообщение, на этот раз на всех доступных каналах связи, но крейсера всё так же безмолвно кружили в небе. Сообщение повторялось вновь и вновь, становясь всё более отчаянным, сменяясь постыдными мольбами о милосердии, а страх жителей планеты нарастал, доводя людей до безумия. Хотя из всех легионов чаще всего ужас как оружие использовали Повелители Ночи, Сыны Гора также знали в этом толк. Внизу, в укреплённых анклавах, правящие огромными бараками рабочих бароны-надзиратели начали ссориться, а затем вспыхнули гражданские бунты и бои. Напряжение нарастало, пока не был убит сам Мальтус Гранж, и во время следующего сообщения о сдаче его изрешечённое пулями тело было показано как подношение собравшемуся на орбите флоту. Лишь тогда был получен ответ «Иконы». На пикт-экранах по всему Моаву появилось изображение Легионес Астартес в зловещей броне, в оскаленном клыкастом шлеме с чёрным гребнем, в котором было практически невозможно узнать одного из лучших воинов Империума. Хорошее начало, сказал им безымянный хозяин «Иконы», но этого недостаточно. Гор отправил его спасти их от лжи Императора и от слабости, которой тот дал гноиться, и должной платой за этот дар было служение Ему. Но жизнь останется лишь сильным, желающим выжить ценой крови слабых. «Убивайте во имя Его и живите или умрите с именем своего Императора на устах. Решать вам». Последовала невообразимая резня.

Лишь много дней спустя в небесах Моава появились тёмные силуэты орбитальных подъёмников, заходящих на посадку в городах-бараках, словно саваном окутанных клубами воняющего кровью дыма. В их подобные пещерам трюмы забились тысячи измождённых мужчин и женщин с глубоко запавшими глазами, отныне обязанных служить пехотинцами магистра войны согласно сделке, которую не смог бы представить или понять ни один здоровый разум.

Тишина опускается на скопление Циклопа

В последние дни 007.М31 плотный поток разбитых и отступающих боевых кораблей, транспортов беженцев и торговых судов, пытающихся спастись в близлежащем Манахейском Содружестве, оборвался так же быстро, как и начался. Последние новости, пришедшие на Манахею, были ужасными, повествующими о десятках миров, захваченных магистром войны, опустошённых или просто погрузившихся в пучину анархии и варварства так, словно вернулась Долгая Ночь.

Говорили, что лишь Мезоа держится против напора тьмы, хотя теперь её и осаждают бесчисленные когорты древних соперников из М’Пандекса, тусклые корабли легионов и переметнувшиеся осадные мониторы Армады. Ходили слухи, что первый великий приступ был отброшен лишь потому, что мезоанские магосы нашли способ обратить против захватчиков саму ткань своего расплавленного мира, внезапно обрушивая под посадочными зонами врага огромные просторы мантии планеты. В ещё более диких рассказах речь шла об огромных комках магмы размером с остров, метаемых в атакующие из космоса корабли, и называемой некоторыми «драконом» пепельно-чёрной боевой машине, якобы выкопанной из-под зловещих песков самого Исствана, которая появилась из ниоткуда во время атаки и разорвала в металлические клочья предавшего архимандрита.

Независимо от истинности этих историй было известно, что на Мезоа магосам удалось остановить натиск предателей, но планета была одиноким огоньком в беспросветной ночи, и никто не знал, как долго она продержится. Вся астропатическая связь со скоплением Циклопа оборвалась, а нарастающие волнения варпа препятствовали любым попыткам развеять тьму разведывательными кораблями.

Тишина опустилась на скопление, оказавшееся во власти врага.

Блокада Механикум

Сыны Гора

Гвардия Смерти

Bleak Harbor – Мрачное Убежище

Cyclops Cluster – Скопление Циклопа

Dark Haven – Темная Гавань

Dominica Minor – Доминика Минор

Endicott – Эндикотт

Gethsamaine – Гефсимания

Grist – Грист

Gunnar’s Rock – Скала Гуннара

Jujya – Юйя

Lascal – Ласкал

Mezoa – Мезоа

Moab – Моав

Moravasis – Моравасис

M’pandex – М’Пандекс

New Providance – Новое Провидение

Port Maw – Порт-Пасть

Rabbasan – Раббасан

Sagathi – Сагати

San Pardor – Сан Пардор

Taracanis – Тараканис

Vargas – Варгас

Zavarish – Завариш

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf