Расплата / The Tithe (рассказ) - История изменений

Dark Apostle в 08:49, 18 апреля 2020

2020-04-18T08:49:27Z

Brenner в 16:14, 8 октября 2019

2019-10-08T16:14:36Z

Brenner: Новая страница: «{{Книга |Обложка =The-Tithe.jpg |Описание обложки = |Автор =Бен Каунтер / Ben Counter |Перев...»

2019-10-08T16:13:11Z

Новая страница: «{{Книга |Обложка =The-Tithe.jpg |Описание обложки = |Автор =Бен Каунтер / Ben Counter |Перев...»

Новая страница

{{Книга
|Обложка =The-Tithe.jpg
|Описание обложки =
|Автор =Бен Каунтер / Ben Counter
|Переводчик =Kengurogoff
|Издательство =Black Library
|Серия книг =
|Сборник =
|Предыдущая книга =
|Следующая книга =
|Год издания =2013
}}

На горизонте стоял величайший человек из всех, когда-либо живших, облаченный в золото гигант, Рогал Дорн. Он вел их через мрачную пустошь, сражаясь против толп культистов и выродков, которые бросались под их огонь по приказу предателей – Железных Воинов. Теперь Очищение этого мира близилось к концу, Железные Воины почти вытеснены, а глупцы, до сих пор верящие в Гора и его ересь, вскоре будут сметены с еще одной планеты.

Брат Скойвен брел сквозь достигавший колен слой пепла. Он видел, как его цель упала, пораженная снарядом из болтера модели «Охотник». Битва была стремительной, полной постоянного движения, сражение сократилось до отдельных вспышек орудийного огня, и четкие мишени были редкостью. Скойвен сделал свой выстрел не раздумывая, и тот попал в цель.

Вороненый доспех не спас Железного Воина от болта «Охотника», пробившего горло. Пепел уже стал багряно-черным, смешавшись с вытекшей кровью.

– Ты заплатишь, – прохрипел Железный Воин, его голос звучал искаженно и металлически из-под лицевой пластины шлема. – Что бы ты ни делал, куда бы ни шел, ты заплатишь.

Скойвен выхватил боевой нож и сорвал шлем с головы предателя.

– Мой долг исполнен, – сказал он. – Твоя плата уже взята.

Скойвен вонзил лезвие под нижнюю челюсть Железного Воина и почувствовал тепло вытекающей жизни своего врага.

Небо над головой было темно-зеленым, сквозь плотные облака виднелись завихрения туманностей. Этот мир был отравлен. Атмосфера, моря и жившие на поверхности пришельцы были отравлены. Клинок, вонзившийся в живот Скойвена, когда тот убивал последнего из них, распространял по венам яд, с которым был не в силах справиться даже организм космодесантника.

– Во времена примарха, – проворчал Скойвен, – ксеносы падали перед нами подобно пшенице под лезвием косы. Ни один боевой брат не был жертвой такой жалкой, проклятой смерти.

– Дорн давно ушел, брат, – сказал апотекарий, присоединяя к игле в вене Скойвена очередной цилиндр с телесной жидкостью. Это было правдой. Примарх был потерян на борту «Меча святотатства», проклятого корабля, и лишь его кости остались в руках Ордена.

Скойвен хранил другую кость, кость Железного Воина, убитого им на пустынном мире жизнь назад. Она была теплой на ощупь и странно тяжелой – лопатка, вырезанная из тела врага после битвы, и носимая на кожаном ремешке на шее в течении веков, последовавших за этим. Она была напоминанием о том, кем он был тогда, и кем был его враг. И теперь он держал кость в руке и чувствовал, как его хватка ослабевает.

– У тебя осталось мало времени, – сказал другой боевой брат стоявший рядом, технодесантник в ржаво-красной броне. – Нужно принять решение. Ты сражался более трехсот лет, и ты старейший из всех Имперских Кулаков. Осталось мало тех, кто своими глазами видел свершения Дорна. Такая потеря невосполнима.

Скойвен повернулся к технодесантнику, брату-кузнецу Малканосу, и даже это простое действие отдалось болью.

– О чем ты говоришь?

Технодесантник и апотекарий обменялись взглядами.

– Древний Кулгата был убит злополучным эльдаром у гряды Ядовитого Шпиля, – ответил Малканос. – Его саркофаг все еще пустует. Неразумным было бы надолго оставлять дредноут в бездействии, особенно если боевой брат, достойный его, лежит смертельно раненым. Но мы не можем поместить тебя туда без твоего позволения, брат Скойвен. Мы знаем тебя как гордого человека, как воина, который хотел бы отправиться к концу времен и сражаться рядом с Дорном как полноценный человек, а не жить искалеченным внутри дредноута. Но если ты выберешь погребение и жизнь в качестве Древнего, наш Орден не лишится твоей воинской мудрости в течении многих веков.

Скойвен сжал кость Железного Воина в кулаке, и на это ушли его последние силы. Их были миллионы, миллиарды, неисчислимая орда врагов, требующих смерти.

– Сделай это, – сказал он.

Сталь его тела была холодной и покрытой льдом. Правая рука Скойвена представляла собой массивный молот, осадное оружие, способное разрушать крепости. Левая была батареей реактивных гранатометов. Когда он шагал, кузни «Фаланги» вздрагивали.

Холод вцепился в него, словно он еще не избежал смерти. Но сила, энергия, разрушительная мощь, которую он обрушит на врагов человечества – служили компенсацией. Это не было невыносимой гробницей, не было живой смертью, которая, по слухам, ожидала погребенных в корпусе дредноута. Да, его тело было изувечено, и ему уже не суждено оставить объятия машины, но брат Скойвен все еще был орудием в руках Рогала Дорна и Императора, и это стоило любых жертв.

Холод становился сильнее. Скойвен проверил руны энергетических показателей дредноута, спроектированные на его сетчатку, однако силовые установки и системы жизнеобеспечения были в порядке. Ледяные пальцы коснулись того, что оставалось от его тела, пробежались по коже туловища, пожелтевшей и сморщенной внутри стального саркофага, по разъемам, через которые кабели крепились к его груди и черепу.

Возникло лицо, но не как проекция, оно было здесь, внутри, ''вместе с ним''. Череп из разъеденного и окровавленного железа, скалящийся в постоянной усмешке. Череп, который мог бы принадлежать тому, чье лицо Скойвен вспомнил спустя целую жизнь, тому, кто лежал в окровавленном пепле, ожидая смертельного удара. ''Ты не удержался, и взял часть меня как трофей,'' сказал он. ''Я ждал внутри этого осколка кости три столетия. Я был терпелив. И теперь у меня есть новое пристанище.''

Скойвен хотел закричать, но его голосовые связки были удалены. Он не мог пошевелиться, в то время как холод полз по его телу и поглощал его.

– Я же говорил, что ты заплатишь, – произнес Железный Воин.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Имперские Кулаки]]

@@ Строка 7: / Строка 7: @@
 |Серия книг        =[[Ангелы Смерти / Angels of Death (серия)|Ангелы Смерти / Angels of Death]]
 |Сборник           =
-|Предыдущая книга  =[[Призрачные залы / The Ghost Halls (рассказ)|Призрачные залы / The Ghost Halls]]
+|Предыдущая книга  =
-|Следующая книга   =[[Ритуал боли / Rite of Pain (рассказ)|Ритуал боли / Rite of Pain]]
+|Следующая книга   =
 |Год издания       =2013
 }}
@@ Строка 32: / Строка 32: @@
 – Во времена примарха, – проворчал Скойвен, – ксеносы падали перед нами подобно пшенице под лезвием косы. Ни один боевой брат не был жертвой такой жалкой, проклятой смерти.
-– Дорн давно ушел, брат, – сказал апотекарий, присоединяя к игле в вене Скойвена очередной цилиндр с телесной жидкостью. Это было правдой. Примарх был потерян на борту «Меча святотатства», проклятого корабля, и лишь его кости остались в руках Ордена.
+– Дорн давно ушел, брат, – сказал апотекарий, присоединяя к игле в вене Скойвена очередной цилиндр с телесной жидкостью. Это было правдой. Примарх был потерян на борту «Меча святотатства», проклятого корабля, и лишь его кости остались в руках ордена.
 Скойвен хранил другую кость, кость Железного Воина, убитого им на пустынном мире жизнь назад. Она была теплой на ощупь и странно тяжелой – лопатка, вырезанная из тела врага после битвы, и носимая на кожаном ремешке на шее в течении веков, последовавших за этим. Она была напоминанием о том, кем он был тогда, и кем был его враг. И теперь он держал кость в руке и чувствовал, как его хватка ослабевает.