Стремительные крылья смерти / Death's Swift Wings (статья) - История изменений

Alkenex в 16:10, 20 марта 2024

2024-03-20T16:10:11Z

Alkenex в 16:12, 17 марта 2024

2024-03-17T16:12:26Z

Alkenex в 05:47, 16 марта 2024

2024-03-16T05:47:49Z

Alkenex в 06:57, 30 июля 2023

2023-07-30T06:57:54Z

Alkenex в 05:37, 29 июля 2023

2023-07-29T05:37:33Z

Alkenex в 05:36, 29 июля 2023

2023-07-29T05:36:00Z

Alkenex: Новая страница: «{{Книга |Обложка =трамас01.png |Описание обложки = |Автор =Нил Уили / Neil Wylie |Перево...»

2023-07-29T05:33:28Z

Новая страница: «{{Книга |Обложка =трамас01.png |Описание обложки = |Автор =Нил Уили / Neil Wylie |Перево...»

Внесённые изменения

@@ Строка 40: / Строка 40: @@
 На руинах Диамата Лев встретился с Пертурабо, владыкой Железных Воинов, который, как считал Эль’Джонсон, продолжал следовать клятвам верности Императору. От Повелителя Железа он узнал о нападении Ночного Призрака на Восточную Окраину и бойне в системе Истваан, однако вероломный примарх не рассказал всей правды. Пертурабо намеревался отвлечь Льва по приказу Гора, держа того подальше от Терры и Истваана с помощью Конрада Керза. Эта приманка должна была занять Первый Легион, пока восстание шло полным ходом. Покинув Диамат, Лев поступил именно так, как и планировал Воитель – он вступил в войну, которая выведет его могучий Легион из игры, а Гор в этом время поспешит к Терре. Что еще хуже, Эль’Джонсон оставил найденные сокровища мира-кузницы в руках Железных Воинов, впоследствии передавших ординатусы Воителю. Лев едва ли знал об обмане брата, а потому отправился к ближайшему миру-кузнице Триплекс с теми же силами, которые привел на Диамат, надеясь добраться до него быстрее Керза и призвать к себе остальную часть Легиона, продолжавшего сражаться за пределами галактики. Империум стоял на краю пропасти, и Темные Ангелы не позволят ему упасть до тех пор, пока они еще дышат.}}
-Первая защитная баржа Триплекса, что успела среагировать, оказалась уничтожена прежде, чем сумела послать предупреждение. Шквал лучей лэнсов поразил ее с расстояния, намного превышавшего дальность стрельбы вооружения, которое было на стандартных имперских технологиях. Черная флотилия будто по условному сигналу начала систематическое уничтожение каждого корабля в радиусе действия своих ужасающих орудий, превращая суда в разбитые остовы и дрейфующие обломки. Новоприбывшие вели огонь как по защитным кораблям Механикум, так и по транспортникам, не предпринимая никаких попыток провести переговоры, отправить предостережение или требования. Каждое судно с Оком Гора на их пути сгорало, а решившие сражаться преуспели не больше, чем пустившиеся в бегство, разве что быстрее нашли свою смерть. Одна-единственная эскадра тяжелых крейсеров и фрегатов Повелителей Ночи вступил в бой с врагом на максимальной дистанции. Корабли Легионес Астартес наконец смогли организовать более-менее серьезное сопротивление черной флотилии, но даже эти грозные суда оказались в тяжелом положении. Хоть они почти не уступали числом прибывшим кораблям, Повелители Ночи атаковали с нетипичным для себя колебанием, ибо в отличие от флота Механикум VIII-й Легион узнал едва различимую геральдику противника. Сыны Керза сражались с небольшой частью сил Первого Легиона – эскадрой реликтовых крейсеров, дарованных Темным Ангелам Самим Императором. Более того, они являлись предвестниками чего-то гораздо более ужасного. Воитель планировал отправить Первый Легион куда-нибудь подальше от восстания, дабы все до единого легионеры Льва затерялись в темных местах галактики, а Гор бы в это время забрал у Императора трон, однако теперь, судя по всему, тот самый человек, с которым Воитель не желал встречаться, вернулся. Лев вступил в войну, и, что еще хуже, действия брата привели несгибаемого Владыку Калибана в ярость.
+Первая защитная баржа Триплекса, что успела среагировать, оказалась уничтожена прежде, чем сумела послать предупреждение. Шквал лучей лэнсов поразил ее с расстояния, намного превышавшего дальность стрельбы вооружения, которое было основано на стандартных имперских технологиях. Черная флотилия будто по условному сигналу начала систематическое уничтожение каждого корабля в радиусе действия своих ужасающих орудий, превращая суда в разбитые остовы и дрейфующие обломки. Новоприбывшие вели огонь как по защитным кораблям Механикум, так и по транспортникам, не предпринимая никаких попыток провести переговоры, отправить предостережение или требования. Каждое судно с Оком Гора на их пути сгорало, а решившие сражаться преуспели не больше, чем пустившиеся в бегство, разве что быстрее нашли свою смерть. Одна-единственная эскадра тяжелых крейсеров и фрегатов Повелителей Ночи вступил в бой с врагом на максимальной дистанции. Корабли Легионес Астартес наконец смогли организовать более-менее серьезное сопротивление черной флотилии, но даже эти грозные суда оказались в тяжелом положении. Хоть они почти не уступали числом прибывшим кораблям, Повелители Ночи атаковали с нетипичным для себя колебанием, ибо в отличие от флота Механикум VIII-й Легион узнал едва различимую геральдику противника. Сыны Керза сражались с небольшой частью сил Первого Легиона – эскадрой реликтовых крейсеров, дарованных Темным Ангелам Самим Императором. Более того, они являлись предвестниками чего-то гораздо более ужасного. Воитель планировал отправить Первый Легион куда-нибудь подальше от восстания, дабы все до единого легионеры Льва затерялись в темных местах галактики, а Гор бы в это время забрал у Императора трон, однако теперь, судя по всему, тот самый человек, с которым Воитель не желал встречаться, вернулся. Лев вступил в войну, и, что еще хуже, действия брата привели несгибаемого Владыку Калибана в ярость.
 Спустя несколько безмолвных мгновений ведущий крейсер Повелителей Ночи «Тень правосудия» оказался обездвижен точным огнем лэнсов. Судно уцелело, но не смогло уклониться от устремившихся к нему эскадрилий абордажных кораблей «Клешня ужаса». Вместо того, чтобы попытаться спасти поврежденного собрата, остальные крейсеры вышли из боя, предпочтя отваге прагматизм и отступление, чтобы сохранить возможность сразиться еще раз в дальнейшем. На борту «Тени правосудия» выжившие члены экипажа из числа Повелителей Ночи готовились к последней схватки, быть может, надеясь как-то избежать довлеющей над ними неизбежной судьбы, однако появившиеся из абордажных кораблей воины не подарили им достойной смерти. Бойцы, несущие эмблему Крыла Ужаса в виде песочных часов, захватили ключевые узлы и перемычки, после чего затопили целые секции крейсера фосфексом и биофагами, вырезав большую часть Повелителей Ночи даже не поднимая клинков. Лишь изолированный мостик избежал уничтожения. Крики и бульканье умирающих эхом разносились по кораблю, а когда все наконец затихло, Лев собственноручно выломал укрепленный и бронированный входной портал. Оружейный огонь и клинки без какого-либо особого эффекта обрушились на помятый доспех примарха Первого Легиона, ибо его испытанная в боях поверхность была непроницаема для столь ничтожных атак. Несколькими могучими взмахами Львиного Меча Эль’Джонсон расчистил себе путь. Претор-командующий «Тени правосудия» атаковал из своего укрытия, обменяв жизни братьев на один-единственный удар в спину примарха, но тут же оказался в крепкой хватке Льва, который отразил его предсмертный выпад с непринужденным безразличием. Претор Повелителей Ночи изверг на Эль’Джонсона проклятия и приготовился к смерти, однако его жизни было суждено оборваться не здесь. Прежде, чем утащить сопротивляющегося гостя в глубины «Непобедимого разума», Лев произнес:

@@ Строка 70: / Строка 70: @@
 Вместо этого, пока высвобожденные им кошмары охотились и убивали, как некогда прежде, Лев встретился с величайшим творением падших магов, стоявшим на страже запечатанных спасительных убежищ архимагов Галатии. Гигантский многоногий конструкт из меди и стали нависал над примархом, а его хвост с установленным на нем таинственным вооружением и когти, похожие на клинки кос, тянулись к повелителю Калибана. Чудовище превышало размерами даже тварей с далекого мира Льва. Осталось мало сказаний о произошедшем дальше, ибо на том поле сражения, где были лишь демоны и боги, не мог выжить ни один смертный человек. Достоверно известно то, что, когда солнце исчезло вдали, и на Галатию опустилась ночь, вернувшиеся к полю боя Темные Ангелы увидели Льва Эль’Джонсона, который стоял один среди множества металлических трупов и бездействующих оболочек семи уцелевших «Эксциндио». Создания исчерпали свои ограниченные запасы энергии и погрузились обратно в состояние оцепенения. Крыло Ужаса отворило спасительные убежища, и эскатон Сардас лично проконтролировал зачистку покоев внутри фосфексом. Темные Ангелы вырезали выживших руководителей Галатии, после чего принялись устанавливать магна-заряды в кузнечных залах и мануфакториях. В течение следующих нескольких недель, Первый Легион систематически уничтожил все оставшиеся автоматы и техножрецов, а также избавился от следов спущенной на него запретной технологии. Целыми остались лишь орбитальные верфи, которые могли послужить Империуму в войне и помочь отремонтировать флот Темных Ангелов, понесший потери при захвате Галатии.
-Завершив окончательное уничтожение мира и оставив за собой ничего, кроме руин и обломков, Лев обратил свой взор на Фолл – крупнейший из трех миров-кузниц Триплекса и единственный уцелевший. Планета собрала вокруг себя все оставшиеся в системе военные силы. То были крупный флот и мощная армия, готовые отстаивать мир, хотя и не такие могучие, как погибшая на орбите Галатии армада. Медленное уничтожение второго из миров-кузниц Триплекса дало магам Фолла много времени на размышления об опасностях сложившейся ситуации. Некоторые предпочли покинуть систему с имуществом и учениками, в то время как остальные отказались бросать планету. Оставив Галатию, Темные Ангелы приблизились к Фоллу в боевом построении, так как ожидали увидеть готовый к сопротивлению мир. Однако, хоть сражение на Фолле и было свирепым, закончилось оно еще до прибытия Первого Легиона, когда более ортодоксальные из оставшихся магов предали мечу своих братьев-ренегатов и безоговорочно сдались Льву. Слуги Омниссии сочли целесообразным выжить и принести в жертву немногих из своего числа, гарантируя помилование, вместо того, чтобы упрямо сопротивляться. Примарх тоже ставил прагматизм выше мелочного отмщения, осознавая ценность мира-кузницы вроде Фолла для Империума и любой кампании, что развернется в Трамасском секторе. Он принял капитуляцию мира-кузницы и забрал себе все сохранившиеся на планете результаты темных исследований. Лев оставил не Фолле эскатона Сардаса и гарнизон зловещих воинов Крыла Ужаса, обративших гордую Галатию в руины, чтобы те управляли миром-кузницей от его имени и утоляли голод Первого Легиона, пока он ведет новую войну во славу Императора.
+Завершив окончательное уничтожение мира и оставив за собой ничего, кроме руин и обломков, Лев обратил свой взор на Фолл – крупнейший из трех миров-кузниц Триплекса и единственный уцелевший. Планета собрала вокруг себя все оставшиеся в системе военные силы. То были крупный флот и мощная армия, готовые отстаивать мир, хотя и не такие могучие, как погибшая на орбите Галатии армада. Медленное уничтожение второго из миров-кузниц Триплекса дало магам Фолла много времени на размышления об опасностях сложившейся ситуации. Некоторые предпочли покинуть систему с имуществом и учениками, в то время как остальные отказались бросать планету. Оставив Галатию, Темные Ангелы приблизились к Фоллу в боевом построении, так как ожидали увидеть готовый к сопротивлению мир. Однако, хоть сражение на Фолле и было свирепым, закончилось оно еще до прибытия Первого Легиона, когда более ортодоксальные из оставшихся магов предали мечу своих братьев-ренегатов и безоговорочно сдались Льву. Слуги Омниссии сочли целесообразным выжить и принести в жертву немногих из своего числа, гарантируя помилование, вместо того, чтобы упрямо сопротивляться. Примарх тоже ставил прагматизм выше мелочного отмщения, осознавая ценность мира-кузницы вроде Фолла для Империума и любой кампании, что развернется в Трамасском секторе. Он принял капитуляцию мира-кузницы и забрал себе все сохранившиеся на планете результаты темных исследований. Лев оставил не Фолле эскатона Сардаса и гарнизон зловещих воинов Крыла Ужаса, обративших гордую Галатию в руины, чтобы те управляли миром-кузницей от его имени и утоляли голод Первого Легиона, пока он ведет во славу Императора войну нового вида.
 {{Врезка|'''Осада Трамаса'''

@@ Строка 40: / Строка 40: @@
 На руинах Диамата Лев встретился с Пертурабо, владыкой Железных Воинов, который, как считал Эль’Джонсон, продолжал следовать клятвам верности Императору. От Повелителя Железа он узнал о нападении Ночного Призрака на Восточную Окраину и бойне в системе Истваан, однако вероломный примарх не рассказал всей правды. Пертурабо намеревался отвлечь Льва по приказу Гора, держа того подальше от Терры и Истваана с помощью Конрада Керза. Эта приманка должна была занять Первый Легион, пока восстание шло полным ходом. Покинув Диамат, Лев поступил именно так, как и планировал Воитель – он вступил в войну, которая выведет его могучий Легион из игры, а Гор в этом время поспешит к Терре. Что еще хуже, Эль’Джонсон оставил найденные сокровища мира-кузницы в руках Железных Воинов, впоследствии передавших ординатусы Воителю. Лев едва ли знал об обмане брата, а потому отправился к ближайшему миру-кузнице Триплекс с теми же силами, которые привел на Диамат, надеясь добраться до него быстрее Керза и призвать к себе остальную часть Легиона, продолжавшего сражаться за пределами галактики. Империум стоял на краю пропасти, и Темные Ангелы не позволят ему упасть до тех пор, пока они еще дышат.}}
-Первая защитная баржа Триплекса, что успела среагировать, оказалась уничтожена прежде, чем сумела послать предупреждение. Шквал лучей лэнсов поразил ее с расстояния, которое в разы превышало дальность стрельбы вооружения, основанного на стандартных имперских технологиях. Черная флотилия будто по условному сигналу начала систематическое уничтожение каждого корабля в радиусе действия своих ужасающих орудий, превращая суда в разбитые остовы и дрейфующие обломки. Новоприбывшие вели огонь как по защитным кораблям Механикум, так и по транспортникам, не предпринимая никаких попыток провести переговоры, отправить предостережение или требования. Каждое судно с Оком Гора на их пути сгорало, а решившие сражаться преуспели не больше, чем пустившиеся в бегство, разве что быстрее нашли свою смерть. Одна-единственная эскадра тяжелых крейсеров и фрегатов Повелителей Ночи вступил в бой с врагом на максимальной дистанции. Корабли Легионес Астартес наконец смогли организовать более-менее серьезное сопротивление черной флотилии, но даже эти грозные суда оказались в тяжелом положении. Хоть они почти не уступали числом прибывшим кораблям, Повелители Ночи атаковали с нетипичным для себя колебанием, ибо в отличие от флота Механикум VIII-й Легион узнал едва различимую геральдику противника. Сыны Керза сражались с небольшой частью сил Первого Легиона – эскадрой реликтовых крейсеров, дарованных Темным Ангелам Самим Императором. Более того, они являлись предвестниками чего-то гораздо более ужасного. Воитель планировал отправить Первый Легион куда-нибудь подальше от восстания, дабы все до единого легионеры Льва затерялись в темных местах галактики, а Гор бы в это время забрал у Императора трон, однако теперь, судя по всему, тот самый человек, с которым Воитель не желал встречаться, вернулся. Лев вступил в войну, и, что еще хуже, действия брата привели несгибаемого Владыку Калибана в ярость.
+Первая защитная баржа Триплекса, что успела среагировать, оказалась уничтожена прежде, чем сумела послать предупреждение. Шквал лучей лэнсов поразил ее с расстояния, намного превышавшего дальность стрельбы вооружения, которое было на стандартных имперских технологиях. Черная флотилия будто по условному сигналу начала систематическое уничтожение каждого корабля в радиусе действия своих ужасающих орудий, превращая суда в разбитые остовы и дрейфующие обломки. Новоприбывшие вели огонь как по защитным кораблям Механикум, так и по транспортникам, не предпринимая никаких попыток провести переговоры, отправить предостережение или требования. Каждое судно с Оком Гора на их пути сгорало, а решившие сражаться преуспели не больше, чем пустившиеся в бегство, разве что быстрее нашли свою смерть. Одна-единственная эскадра тяжелых крейсеров и фрегатов Повелителей Ночи вступил в бой с врагом на максимальной дистанции. Корабли Легионес Астартес наконец смогли организовать более-менее серьезное сопротивление черной флотилии, но даже эти грозные суда оказались в тяжелом положении. Хоть они почти не уступали числом прибывшим кораблям, Повелители Ночи атаковали с нетипичным для себя колебанием, ибо в отличие от флота Механикум VIII-й Легион узнал едва различимую геральдику противника. Сыны Керза сражались с небольшой частью сил Первого Легиона – эскадрой реликтовых крейсеров, дарованных Темным Ангелам Самим Императором. Более того, они являлись предвестниками чего-то гораздо более ужасного. Воитель планировал отправить Первый Легион куда-нибудь подальше от восстания, дабы все до единого легионеры Льва затерялись в темных местах галактики, а Гор бы в это время забрал у Императора трон, однако теперь, судя по всему, тот самый человек, с которым Воитель не желал встречаться, вернулся. Лев вступил в войну, и, что еще хуже, действия брата привели несгибаемого Владыку Калибана в ярость.
 Спустя несколько безмолвных мгновений ведущий крейсер Повелителей Ночи «Тень правосудия» оказался обездвижен точным огнем лэнсов. Судно уцелело, но не смогло уклониться от устремившихся к нему эскадрилий абордажных кораблей «Клешня ужаса». Вместо того, чтобы попытаться спасти поврежденного собрата, остальные крейсеры вышли из боя, предпочтя отваге прагматизм и отступление, чтобы сохранить возможность сразиться еще раз в дальнейшем. На борту «Тени правосудия» выжившие члены экипажа из числа Повелителей Ночи готовились к последней схватки, быть может, надеясь как-то избежать довлеющей над ними неизбежной судьбы, однако появившиеся из абордажных кораблей воины не подарили им достойной смерти. Бойцы, несущие эмблему Крыла Ужаса в виде песочных часов, захватили ключевые узлы и перемычки, после чего затопили целые секции крейсера фосфексом и биофагами, вырезав большую часть Повелителей Ночи даже не поднимая клинков. Лишь изолированный мостик избежал уничтожения. Крики и бульканье умирающих эхом разносились по кораблю, а когда все наконец затихло, Лев собственноручно выломал укрепленный и бронированный входной портал. Оружейный огонь и клинки без какого-либо особого эффекта обрушились на помятый доспех примарха Первого Легиона, ибо его испытанная в боях поверхность была непроницаема для столь ничтожных атак. Несколькими могучими взмахами Львиного Меча Эль’Джонсон расчистил себе путь. Претор-командующий «Тени правосудия» атаковал из своего укрытия, обменяв жизни братьев на один-единственный удар в спину примарха, но тут же оказался в крепкой хватке Льва, который отразил его предсмертный выпад с непринужденным безразличием. Претор Повелителей Ночи изверг на Эль’Джонсона проклятия и приготовился к смерти, однако его жизни было суждено оборваться не здесь. Прежде, чем утащить сопротивляющегося гостя в глубины «Непобедимого разума», Лев произнес:
-''«Я находился в самых темных местах галактики, с удовольствием убивая ради империи и ничего не имея против того, чтобы быть забытым. Но вы призвали меня обратно своим жалким, сотрясающим воздух мятежом, ибо подвергли опасности построенную моим тяжелым трудом империю, а за это придется заплатить. Сначала поговорим о моих братьях, Керзе и Горе, а затем, в краткие остатки своего существования, ты познаешь истинный ужас.»''
+''«Я безропотно находился в самых темных местах галактики, ничего не имея против того, чтобы убивать ради империи и оставаться забытым. Но вы призвали меня обратно своим жалким, сотрясающим воздух мятежом, ибо подвергли опасности построенную моим тяжелым трудом империю, а за это придется заплатить. Сначала поговорим о моих братьях, Керзе и Горе, а затем, в краткие остатки своего существования, ты познаешь истинный ужас.»''
 ====Падение Триплекса====

@@ Строка 8: / Строка 8: @@
 |Сборник           =[[Ересь Гора, том 9: Крестовый поход / Horus Heresy Book Nine, Crusade (сборник)|Ересь Гора, том 9: Крестовый поход / Horus Heresy Book Nine, Crusade]]
 |Предыдущая книга  =[[Бледная тень сумрака (статья) | Бледная тень сумрака]]
-|Следующая книга  =[[Когда сны становятся кошмарами / When Dreams Become Nightmares (статья) | Когда сны становятся кошмарами]]
+|Следующая книга  =[[Когда мечты становятся кошмарами / When Dreams Become Nightmares (статья) | Когда мечты становятся кошмарами]]
 |Год издания       =2020
 }}

@@ Строка 142: / Строка 142: @@
 Даже несмотря на то, Ночной Призрак прорубал себе путь через оборонительные линии Темных Ангелов, Лев все не появлялся. Хоть Первый Легион и взимал с сынов Керза высокую плату, казалось, что сегодня Темных Ангелов разобьют. Командиры Повелителей Ночи уже радовались несомненной победе. Оставив Ночного Призрака на периферии битвы, они собрались для последней атаки на расколотый огрызок, в который превратилась центральная опора павшего улья. Именно туда отступила большая часть выживших Темных Ангелов. Офицеры VIII-го завидовали друг другу, из-за чего разгорелись стычки за трофеи, а их приближенные начали вести собственные битвы во славу отдельных повелителей, а не всего воинства. В этот момент Лев разыграл свой последний козырь и воспользовался стратегией, которая даровала ему надежду на победу пред лицом такого неравенства сил: он вновь высвободил «Эксциндио».
- Однако, вместо того, чтобы выпустить их на поле бесцельно, Лев дал ужасам особую задачу – атаковать своего брата, самого Конрада Керза. Даже семь подобных чудовищ не смогли бы одолеть Ночного Призрака, однако у них получилось удержать примарха Повелителей Ночи на периферии сражения. Маниакальная ненависть «Эксциндио», превратившихся в молотящую бурю уничтожения, не уступала оной у Керза. Когда две эти разрушительные силы столкнулись, Лев наконец показался лично, размашисто шагая вперед во главе компаньонов Крыла Смерти, облаченных в свои отличительные доспехи костяно-белого цвета. Он обрушился на командиров Повелителей Ночи и обратил их в бегство. Те, кому хватило глупости встать на пути примарха, пали от клинка Льва, а воины сбежавших офицеров оказались в замешательстве. В орде предателей возникла огромная брешь, куда ринулись собравшиеся вместе Темные Ангелы. Оставив на укреплениях Ночную Стражу, они бросились в наступление. Два воинства столкнулись в неистовой хватке: Первый Легион – малочисленный, но сосредоточенный и ведомый своим примархом, против Повелителей Ночи – недисциплинированных, но свирепых и обладающих крупными силами. В течение нескольких мгновений исход битвы балансировал на грани. Обе стороны были на волоске от победы, и никто не желал отдавать противнику ни пяди земли. Именно тогда Белые Шрамы наконец вступили в бой.
 Находящийся в тяжелом положении флот Темных Ангелов не мог помешать кораблям V-го Легиона выйти на орбиту планету. Повелители Ночи расступились перед судами Белых Шрамов и обеспечили им доступ к зонам выброски десанта над сердцем битвы. Согласно преисполненным ликования вокс-сигналам капитанов Повелителей Ночи, находящихся на орбите, сейчас даже одно-единственное Братство могло изменить ход сражения. Запуск десантных капсул V-го Легиона ознаменует конец битвы и начало разгрома. Пепельно-белые капсулы врезались в центр боевых порядков, однако вышли из них подразделения в черных и белых цветах, которые возглавлял воин с длинным мечом – калибанитским боевым клинком. Чжэнь-цзинь-хан повел Братство Расколотого Щита и выживших с Седрисса в бой против Повелителей Ночи, а крейсера Белых Шрамов на орбите открыли огонь по флоту бывших союзников с близкого расстояния. Битва была окончена. Внезапное нападение Спасителя и его воинов ввергло Повелителей Ночи в хаос. Следом возобновил атаку и Лев, разрубая любого противостоящего ему предателя. VIII-й Легион бросил собственную ауксилию и начал беспорядочную эвакуацию, а Севатар с Барбатосом едва-ли не утаскивали с поля боя Ночного Призрака, который кричал своему брату, дабы тот встретился с ним лицом к лицу. Повелители Ночи решили не добиваться пирровой победы и сбежали, потеряв шанс погасить незатухающую внутри Темных Ангелов надежду. Они сохранили большую часть своих сил, но проиграли Первому Легиону.

@@ Строка 118: / Строка 118: @@
 Одним из первых признаков ее активности стала волна атак по всему сектору, когда завывающие толпы рабов-солдат и ударных пехотинцев-недолюдей высадились на каждый из удерживаемых лоялистами миров, где их поддержали небольшие силы вероломных космических десантников. Эти меньшие воины практически не имели шансов против Первого Легиона и приносили себя в жертву лишь для того, чтобы позволить крейсерам Повелителей Ночи провести наблюдение за зонами высадки с орбиты и составить карту вражеских сил, а также истощить припасы верноподданных. Это была жестокая, но эффективная стратагема, а ее злобный умысел стал результатом тщательного планирования. Она использовалась не только из-за результативности на поле боя, но и ради забавы наблюдающих за ее применением Повелителей Ночи. Извращенные сыны Ночного Призрака всегда обладали такой натурой, но теперь, не скованные имперскими законами, они практически не скрывали наслаждения от подобных кровавых бесчинств.
- На Иррдеке Повелители Ночи выбрали зонами высадки территорию, которую Темные Ангелы заминировали за месяцы до этого. Ураган взрывов разорвал призывников-ополченцев, что позволило их надзирателям определить размеры минного поля и вдоволь повеселиться. Среди ледяных шпилей Ченро IX, надсмотрщики VIII-го Легиона делали ставки на то, сколько времени понадобится Темным Ангелам для того, чтобы уничтожить посланную против них неказистую бронетехнику ауксилии, подсчитывая при этом позиции со спрятанными на шпилях орудиями. Полки тангаардских добровольцев, высаженных на Седриссе – самой глубокой точке оборонительной линии Темных Ангелов – выжили и вернулись к своим десантным кораблям лишь благодаря действиям Белых Шрамов Расколотого Щита, чьи воины решили позволить отступить понесшим тяжелые потери лоялистам, дабы эвакуировать выживших после неудачной атаки. Командующий контингентом Темных Ангелов претор отдал Чжэнь-цзиню честь за его великодушный поступок, но озадаченные Повелители Ночи начали в шутку называть хана «Спасителем», проявив присущее нострамским воинам специфическое чувство юмора. Вложенный в этот титул оскорбительный смысл не ускользнул от Белых Шрамов, равно как и бессердечность их новых союзников или несомненное благородство тех, кого им приказали считать предателями.
+На Иррдеке Повелители Ночи выбрали зонами высадки территорию, которую Темные Ангелы заминировали за месяцы до этого. Ураган взрывов разорвал призывников-ополченцев, что позволило их надзирателям определить размеры минного поля и вдоволь повеселиться. Среди ледяных шпилей Ченро IX, надсмотрщики VIII-го Легиона делали ставки на то, сколько времени понадобится Темным Ангелам для того, чтобы уничтожить посланную против них неказистую бронетехнику ауксилии, подсчитывая при этом позиции со спрятанными на шпилях орудиями. Полки тангаардских добровольцев, высаженных на Седриссе – самой глубокой точке оборонительной линии Темных Ангелов – выжили и вернулись к своим десантным кораблям лишь благодаря действиям Белых Шрамов Расколотого Щита, чьи воины решили позволить отступить понесшим тяжелые потери лоялистам, дабы эвакуировать выживших после неудачной атаки. Командующий контингентом Темных Ангелов претор отдал Чжэнь-цзиню честь за его великодушный поступок, но озадаченные Повелители Ночи начали в шутку называть хана «Спасителем», проявив присущее нострамским воинам специфическое чувство юмора. Вложенный в этот титул оскорбительный смысл не ускользнул от Белых Шрамов, равно как и бессердечность их новых союзников или несомненное благородство тех, кого им приказали считать предателями.
 Когда все приготовления закончились, Ночной Призрак, вернувший некое подобие былого себя благодаря присутствию брата и обещанию крови и смерти, лично бросил клич Повелителям Ночи собираться на битву Он призвал разрозненные банды Легиона объединиться, оставив лишь минимальные силы для ведения сражений в других регионах Восточной Окраины. Около 100,000 Повелителей Ночи заняли позиции на промежуточных точках вдоль установленной Темными Ангелами линии фронта. Их военачальники собрались на Нерганте, где Ночной Призрак устроил для них прием. Озабоченный лишь грядущим противостоянием, Конрад Керз мало что делал помимо того, что размышлял о своих собравшихся сыновьях. Некоторые служили ему напоминанием о потерянной славе, другие же – о проклятье, притязавшем на сердце Легиона. Разрабатывать стратегию наступления пришлось Севатару и Барбатосу. Планы были готовы, а обиды улажены по кровавой нострамской традиции – тайными заговорами и острыми клинками. Это зрелище обеспокоило Белых Шрамов.