Замок Изгнанника / Castle of the Exile (рассказ): различия между версиями

|Сборник          =[[Inferno! Vol.5 (сборник)|Inferno! Vol.5]]

– О, – отозвался Врмонок. – Что ж, говорят, колесница Изгнанника остановилась здесь, в Пограничном лесу, три сотни лет тому назад, и он возвел свой замок на том самом месте, где сошел с небес. Ну а эту дорогу построили, чтобы прошли телеги с тесаным камнем, потребным для крепости. Записи королевства Лан Дин гласят, что…

''«Никто здесь не ездил уже много лет»'', – подумал Элорн, но Ланиг был за главного. Вся эта экспедиция являлась задумкой Ланига. У Ланига имелся кошель с золотом. Так что он последовал за Ланигом.

Триста лет назад четыре королевства вели войну. Люди шли войной на людей, да еще как. По земле маршировали огромные армии, города предавали огню. ''«Вот в те дни'', – подумалось Элорну, – ''человек вроде меня наверняка мог действительно преуспеть. А вместо этого я угодил в проклятый мир Изгнанника».''

Единолично – ну, или так утверждали истории – он поверг Калбех, Сгинувшее королевство. Три других королевства рукоплескали поражению соперника. А потом, страшась, что Изгнанник уничтожит и их, объединились против него. Они сошлись в Битве на Эсстезейском поле – сорок тысяч против одного человека.

– Говорят, Культ Людей намеревался сделать замок Изгнанника местом паломничества, но тот наложил запрет. Поэтому вместо этого они возвели в Лан Дин Большой собор. – Он толкнул ворота, но те не шелохнулись. – Разумеется, это было до того, как его сожгли.

Они игнорировали повеления Культа, и Изгнанник не ответил. Они сожгли Большой собор, и Изгнанник не ответил.

Зверь был крепким, сильным, чудовищным – ''ксенофауна'', как выразился Врмонок – но все равно умер, лишившись головы. Элорн ногой отбросил тело назад, сбив с лестницы еще двух существ. ''«Хорошее начало'', – подумалось ему, – ''осталось всего тридцать или около того. Последний бой, подходящий для историй об Изгнаннике».''

''«А какого чорта, по его мнению, я тут делаю?»'' – подумал Элорн. Он отступил к гребню стены. Ланиг стоял на коленях, лихорадочно копаясь в своем вещевом мешке.

Окружавшие его лес и замок пропали, пределы бытия ограничились узким пространством на вершине стены. Краем мироздания было поле серой шерсти, заполненное тянувшимися к нему когтистыми лапами. Он сражался так, как не сражался никогда прежде – отчаянно, но бесстрастно. В нем не осталось ничего, кроме инстинкта выживания, расчета на краю пропасти. Было недостаточно просто попадать по каждому монстру – он должен был делать это безупречно, эффективно. Меч двигался от одной цели к другой, не возвращаясь в исходное положение. Если клинок застрянет в кости или если промедлить с убийством – он покойник.

– Так много предстоит изучить. Так много – но что еще может находиться здесь? – он бросил взгляд на Элорна. – Это все правда. Всё.

''«В этом и суть'', – напомнил он себе. – ''Принуждать человеческую душу к покорности посредством пышности и великолепия»''. Изгнанник не спас Элдреда от мечников. Изгнанника не существовало.  

Хуже всего была жестокость, которую источали эти останки. Глядя на череп чужеродца, Элорн внезапно почувствовал гротескную избыточность собственного тела, липкие покровы жира, кожи и требухи, наложенные поверх его примитивного громоздкого скелета.  

''«КОММОРРА»'', – прошептали кости.  

''«Однажды Изгнанник вернется'', – прошептал отец в воспоминании Элорна, – ''но до тех пор он спит».''

Элорн, спотыкаясь, брел по каменным коридорам. Слева и справа зияли арки, ведущие в пустые помещения, предназначения которых он не мог разгадать. Пошли ли Ланиг с Врмоноком этой дорогой или же выбрали другой путь?

Фиолетовый кристалл вырвался из сумки Элорна, в мгновение ока пронесся в воздухе и вонзился Ланигу в горло. Последний принц Сгинувшего королевства забулькал, его лицо становилось таким же лиловым, как кристалл. Губы двигались, но с них срывалась только пестрая от крови слюна. Он медленно сделал два шага в направлении Изгнанника, а затем замертво повалился на пол.

На седьмой же день явился один-единственный рыцарь в доспехах и в одиночку бросил вызов тому воинству.