Пастырь смерти / Death's Shepherd (рассказ): различия между версиями

Новая страница: «{{Книга |Обложка =Deaths-Shepherd.jpg |Описание обложки = |Автор =Энди Смайли / Andy Smillie |А...»
 
Нет описания правки
 
(не показаны 4 промежуточные версии 2 участников)
Строка 9: Строка 9:
|Переводчик        =Культпросвет
|Переводчик        =Культпросвет
|Издательство      =Black Library
|Издательство      =Black Library
|Серия книг        =
|Серия книг        =Расчленители / Flesh Tearers
|Сборник          =
|Сборник          =Испытание кровью / Trial by Blood
|Источник          =
|Источник          =
|Предыдущая книга  =
|Предыдущая книга  =
Строка 16: Строка 16:
|Год издания      =2013
|Год издания      =2013
}}
}}
 
{{Цикл
|Цикл          =Расчленители
|Предыдущая    =[[Жажда истязателя / Torturer's Thirst (рассказ)|Жажда истязателя / Torturer`s Thirst]]
|Следующая      =[[Имморталис / Immortalis (рассказ)|Имморталис / Immortalis]]
}}
Четыреста миллионов лежат мёртвыми.
Четыреста миллионов лежат мёртвыми.


Строка 53: Строка 57:
– Убивайте, пока не убили! – восстановив равновесие, реву я. Атака не должна захлебнуться.
– Убивайте, пока не убили! – восстановив равновесие, реву я. Атака не должна захлебнуться.


Мгновение спустя я оказываюсь в окопах. «Я есть ярость!» – Моя единственная мысль, когда я локтями разбиваю головы Роялистов о стены окопа. Я убиваю еще одного, пробив кулаком насквозь его грудь. Ещё один убит моим крозиусом, его туловище порвано пополам восходящим ударом. Я ухмыляюсь когда слышу треск костей и крики. Кровь забрызгивает мою броню, заполняя выбоины и пулевые отверстия, очищая меня прикосновением войны. Я убиваю снова и снова, режу и ломаю, рыча в мучительные моменты между убийствами.
Мгновение спустя я оказываюсь в окопах. «Я есть ярость!» – моя единственная мысль, когда я локтями разбиваю головы Роялистов о стены окопа. Я убиваю еще одного, пробив кулаком насквозь его грудь. Ещё один убит моим крозиусом, его туловище порвано пополам восходящим ударом. Я ухмыляюсь когда слышу треск костей и крики. Кровь забрызгивает мою броню, заполняя выбоины и пулевые отверстия, очищая меня прикосновением войны. Я убиваю снова и снова, режу и ломаю, рыча в мучительные моменты между убийствами.


Семь минут. Семь коротких минут, и я вынужден остановиться. Вынужден замедлить пульс, прогнать гнев из моих вен. Враги мертвы.
Семь минут. Семь коротких минут, и я вынужден остановиться. Вынужден замедлить пульс, прогнать гнев из моих вен. Враги мертвы.


Из Регуляров осталось только трое: рядовые Сезан и Буй а также сержант Артаир. Устало шатаясь они идут ко мне. Это последние зурконийцы.
Из Регуляров осталось только трое: рядовые Сезан и Буй, а также сержант Артаир. Устало шатаясь они идут ко мне. Это последние зурконийцы.


– Мы спасены. – бормочет Сезан, с широко открытыми от неверия глазами.
– Мы спасены, – бормочет Сезан, с широко открытыми от неверия глазами.


Я рычу, ведь я не спаситель. Я разрушитель.
Я рычу, ведь я не спаситель. Я разрушитель.