6851
правка
Изменения
м
Нет описания правки
|Следующая книга =
|Год издания =2017
}}— Начать запись, — устало приказал Таший Галан, подойдя к столу.
— Повинуюсь, — проскрежетал в ответ сервитор.
— Нату пеннемора!
С оружием в руках триариитриарисы-пиаменцы бежали по коридору своего флагмана. Вражеский флот появился в системе из ниоткуда, словно возникнув из самой пустоты. С того дня пиаменцы сражались и проигрывали.
— Волиас тодол! Анторис тодол! Креадо тодол! Халабу скилаветтис.
Корабли защитного флота гибли один за другим. Поступали доклады о жутких красноглазых гигантах, бесчинствующих на нижних палубах. Пальцы триариев триарисов крепче сжимались на рукоятях оружия. Посланники Империума предупреждали их о рыцарях, генетически сотворённых богах войны, а не о чудовищах. Отряд остановился на перекрёстке. Кишки солдат скрутило от страха, языки обожгло статическое электричество. Волосы на шеях и руках поднялись дыбом, на барабанные перепонки обрушилась ударная волна. Взрыв света и шума на другой стороне коридора разбросал солдат. ТриарииТриарисы, прикрывавшие руками глаза, спешно поднимались на ноги, занимая защитное построение. Они вглядывались во тьму, смаргивая остаточные изображения, вокруг их сапог клубился маслянистый дым. На них глядело нечто, сливающееся с тьмой, льнущей к его очертаниям…
Молнии пробежали по рукам, заканчивающимся серебристыми когтями, похожими на косы, и взглядам триариев триарисов открылся нечеловечески высокий силуэт. Искры осветили исхудалое лицо, скрытое за немытыми тёмными волосами, блеснули на острых оскаленных зубах.
— Вим пассак! — дрогнув, отдал приказ командир пиаменцев.
Шквал снарядов, вырвавшихся из кинетических пулемётов и громоздких копьеружей, лишь обдирал краску с гудящей брони. Чудовище даже не сбилось с шага… Спустя считанные мгновения в живых остался лишь один солдат, стоящий среди растерзанных остатков его товарищей.
— Бота! — взмолился триарийтриарис, задыхаясь, падая на колени, и оружие выпало из его рук.
Гигант не знал языка пиаменцев, но ему это было и не нужно. Всё выдавали глаза триариятриариса.
— Бота! Бота!
— Я — Кёрз… — полубог склонился над жертвой, глядя на нее холодными глазами, которые подошли бы акуле.
— К… Коз? — дрожа, повторил за ним триарийтриарис. На мгновение в его глазах блеснула надежда — и тут же умерла при взгляде на лезвия когтей. Оскалившись, Конрад взмахнул руками, разрывая пиаменца на куски. Человек даже не успел закричать. Несколько ударов сердца Кёрз смотрел, как с его когтей капает кровь, вдыхал знакомый аромат раскалённой меди. Он повёл плечами, вслушиваясь в недовольный рык пластин брони. Конраду было неудобно в гудящем и тяжёлом керамитовом доспехе. Не тяжело, конечно, но необходимость носить громоздкую броню раздражала. Примарх окинул взглядом разорванные тела.
— Всю свою жизнь я не носил ничего, кроме лохмотьев и обносков, убивал осколками металла и разбитого стекла. Простая одежда и простые средства, но их было достаточно для моих целей. Для уничтожения окружающей среды мне никогда не требовалось никаких плодов высоких технологий. Но я уступил, как уступал в столь многом после моего обнаружения. Говорят, что внешность — полезный инструмент, что в самой природе твоего вида укоренился образ закованного в доспехи рыцаря, благородного защитника для друзей, грозного воина для врагов. Внешность… как будто я не заставил целый мир умолкнуть, используя её. Как будто я не знаю, как заставлять людей покориться, пользуясь их восприятием… Эти истины известны мне на уровне инстинктов, как и задумано моим творцом. Император не может не знать, что таится в сердцах его детей, не может не понимать, что мы такое и что мы сотворим в грядущие годы. Но важно ли это для него?
— Как пожелаете, милорд.
Примарх исчез во тьме. Лишь тогда капитан увидел освежёванные лица триариевтриарисов. Их пустые глазницы смотрели на Нивала, а обмякшие рты застыли в безмолвном стоне…
Капитан Нивал подошёл к двум сержантам, охранявшим дверь на мостик и встретился с ничего не выражающим взглядом их шлемов. Даже в темноте было видно, что их доспехи были почти не повреждены, разве что царапины нарушали полночный окрас, открывая глазам латунно-серый керамит под ним.
— Во время штурма мы почти не понесли потерь, — раздался в воксе раздался голос первого сержанта.
— А я ожидал более упорного сопротивления от отборных воинов цивилизации, которую нам приказали взять силами всего лишь ста легионеров, — усмехнулся Нивал.
— Что вы ищите, мой господин?
— Экипаж этого корабля — примерно 270,000 человек. Без учёта сервиторов… остаются 180,000 живых и дышащих созданий… — Конрад призвал в воздух схематическую голограмму флагмана и ловко провёл когтями по панели управления, высвечивая и расширяя ряд отсеков. — Здесь находится главный ангар, к которому ещё примыкают грузовые трюмы тут и тут. Уберите всё оттуда и снесите стены. Потребуется много места…
— Для чего, мой господин?