6933
правки
Изменения
м
Нет описания правки
'''Замеченные стратегические предпочтения:''' совместные военные действия, проведение сложных манёвров, последовательное тактическое планирование и ассиметричное наступление
'''Примечательные владения:''' Кемош Кемос (основное), Терра (третичные права)
'''Принадлежность:''' Трайторис Пердита
Одна великая катастрофа омрачает ранние десятилетия существования III легиона – потеря почти всего запаса геносемени Детей Императора. Это произошло спустя солнечный год после великой победы вместе с Императором на Проксиме и стало поворотной точкой, навеки изменившей будущее легиона.
Когда объединительные войны Императора вышли за пределы Терры, усмирение генокультов Луны и Марсианское Соглашение позволило Империуму производить беспрецедентное количество снаряжения для космодесантников, и легионы начали расти, чтобы соответствовать требованиям межзвёздных войн. В генокузнях начали имплантацию рекрутам для легионов, и часть геносемени III-го была отправлена для хранения на Луну. Произошедшее далее неясно до сих пор. Одни утверждают, что ещё сопротивляющиеся Империуму селенитские культы взломали защитный лазер и сбили транспорт, другие - что он потерял управление и разбился при попытке войти в док, а третьи говорят, что корабль просто исчез. В ретроспективе было бы легко связать с катастрофой тайный заговор или диверсию, нельзя было отбрасывать такую возможность. Потеря резервов геносемени стала серьёзным ударом для III легиона, но не поставила бы под угрозу его выживание, если бы вскоре не разразилась новая катастрофа.
Дети Императора, как и другие легионы, забирали прогеноидные железы с павших воинов. Из них можно было вырастить новый набор органов геносемени для новобранцев, однако система не была совершенной. Характер гибели легионеров и их войны не всегда позволял забрать железы, и потому на Терре хранился запас геносемени, чтобы его всегда могли имплантировать в новобранцев. Благодаря этому чрезвычайному запасу можно было обеспечить III легион свежими воинами, чтобы Дети Императора выросли и разрослись, в их выживании можно было не сомневаться. Однако за одну ночь эта надежда исчезла.
{{Врезка|[[Файл:HH10803.jpg|200px|thumb|left|]]
'''Название:''' КемошКемос
'''Классификация:''' родной мир Легионес Астартес [имперский цивилизованный мир]
=== Кемош Кемос и возрождение ===
III легион был спасён обнаружением своего примарха. Волей случая или мудростью Императора Великий крестовый поход достиг давно забытого КемошаКемоса. То был мрачный и унылый шахтёрский мир, где надежды было мало, тяжёлый труд являлся нормой жизни, а упадок – судьбой изолированных здесь людей. Конечно, тяготы и лишения здесь были обычным делом но, как многие замечают с кривой усмешкой, по сравнению с некоторыми другими примархами Фулгриму ещё повезло.
В этом унылом мире примарх вырос и возвысился. Фулгрим был бледнокожим и стройным, похожим на ожившую древнюю статую. Белые как пепел волосы ниспадали на красивое лицо, а в пурпурных глазах сверкала усмешка. Он с лёгкостью преуспел в войне, философии, творчестве и работе. Люди уже десятки раз пересказывали подробности жизни Фулгрима и его влияния на КемошКемос, но для нас важнее всего одно – примарх стал маяком надежды для угасающего народа. При нём вернулись творчество, искусство и духовный рост, а разум и деяния Фулгрима позволили остановить упадок неплодородного мира и направить его пусть не к величию, но к лучшей жизни. Редко что-то прекрасное вырастает на каменистой почве, но примарх внушал стремление к величию.
Воссоединение отца и сына было тёплым, Кемош Кемос легко и охотно вступил в Империум, а скоро Император отдал Фулгриму его умирающий легион. Перед ним собралось лишь двести воинов. Их было так мало, что каждый нёс знамя роты, которая либо погибла, либо уменьшилась до горстки воинов. Но они стояли гордо и непреклонно, словно бросая вызов судьбе. Увидел ли Фулгрим отзвук борьбы Кемоша Кемоса в своих выживших генетических потомках? Мы не знаем, но тогда он преклонил колени перед своим легионом. Когда примарх встал, то заговорил о судьбе легионеров, о том, как они должны сбросить былые тяготы и вознестись к высотам, куда другие не осмелятся. «''Вы избранные Императора, его глашатаи, его воины, его дети, и это только начало!''» Услышав слова Фулгрима, Повелитель Человечества переименовал III-й легион в Детей Императора, подтвердив декретом давно данное им имя. Армейская Коллегия Официо Милитарис в соответствии с изменениями выкрасила их доспехи в имперский пурпур. Гербом легиона стало когтистое крыло, а палатинская аквила – законным знаком исполнителей имперской воли.
Восстановление легиона началось. Обнаружение Фулгрима позволило быстро синтезировать геносемя, а с Кемоша Кемоса набирались рекруты. Вероятно, Император был доволен охотным вступлением примарха и его народа в Империум, поскольку повелел передать в распоряжение легиона значительные ресурсы. Некоторые в Военном Совете рекомендовали набирать рекрутов в других мирах. Они считали, что подходили лишь немногие из народа КемошаКемоса, на планете не было сильной воинской культуры, типичной для миров легионов. Однако Фулгрим не внял возражениям: у народа Кемоша Кемоса было право и воля возвыситься – стать чем-то большим, чем в прошлом.
Однако и другие миры помогали восстановлению Детей Императора. На Терре некоторые из старых семей знати вновь отдавали сынов, и когда Фулгрим принимал участие в покорении человеческих миров, то часто давал правящей элите возможность сделать юнцов соискателями, если их сочтут достойными. Примарх редко отвергал дань благородных сынов, несмотря на свои слова Военному Советусовету. Возможно, это ему льстило.
Дети Императора были порядочными и щепетильными, размер и структура подразделений в целом одинаковыми, а любые отклонения – временными или вызванными тактическими соображениями для конкретной цели. Основой этого точного распорядка было отделение, наиболее изменчивое как в размере, так и в функции. Каждый состоявший из нескольких Детей Императора отряд имел собственную цель и специализацию. Ожидалось, что каждый легионер преуспеет в отведённой ему задаче и будет тренироваться до изнеможения, чтобы достичь пика эффективности в командной работе. Примечательно, что в рядах Детей Императора можно было встретить все варианты типа и снаряжения отделений других легионов, поскольку воины считали, что они могут и обязаны преуспеть в любой области ведения боевых действий. Впрочем, в культуре легиона укоренилась вера в превосходство определённых воинских добродетелей над другими - вера, основанная на мнении и склонностях примарха Фулгрима, и воспринимаемая воинами как неоспоримая доктрина.
Одной из таких добродетелей была скорость. Будь то быстрота манёвра, действия и атаки, она считалась более важной, чем сила, стойкость и даже огневая мощь – нанёсший первый удар воин скорее всего победит, а в движущуюся цель сложнее попасть. Эта доктрина проявилась во многом, как в разработке боевых планов, так и в предпочитаемом легионом вооружении. Это можно заметить по большому количеству снаряжённых прыжковыми ранцами легионеров, лэндспидеров«Лэндспидеров», штурмовых антигравов и отделений «Небесных Охотников». В ротах было особенно много получивших гравициклы «Небесных охотников». Часто это предпочтение списывали на собственные слова Фулгрима: быстрые и элегантные воины были похожи на благородных рыцарей из древних легенд и мифических чемпионов, чьи доспехи сверкают на солнце, а позади развеваются стяги. Также выбор высокоскоростной техники связан с предпочтением манёвров и фактом, что в легионе Детей Императора никогда не было ни воинов, ни подходящей психологии для жестокой войны на истощение, которую, например, вели Железные Воины и Гвардия Смерти. Фулгрим всегда предпочитал одерживать победы с минимальными потерями, хотя и редко в этом признавался.
Также легион полагался на продуманную выработку подробных планов и их безупречное выполнение воинами. Анализировали и обращали в преимущество каждый аспект битвы от местности и погоды до материально-технического обеспечения и подкреплений, ничто не оставляя случаю. Принимали во внимание и соответственно использовали каждую часть войск легиона, подчинённых союзников и ауксилии. Однако в продуманном и почти механическом подходе к войне были не только сильные, но и слабые стороны, и поэтому в случае совершенно непредвиденного события, внезапного отсутствия важной детали или стратегического преимущества, легион мог ошибиться, впасть в смятение и проиграть.
[[Файл:HH10808.jpg|300px|thumb|center|Апотекарий Абдель Комендиус из легиона Детей Императора [пикт-снимок расправы на Исстване III]. В легионе Детей Императора был необычно большой и внушительный апотекарион. Комендиус, уроженец КемошаКемоса, был предан вместе с первой волной легиона и доблестно защищал дворец регента от предателей. Примечания: «Фениксийский» шлем (уникальная для легиона Детей Императора модель, знак почёта). В модифицированный ранец встроен специализированный медицинский ауспик и осветительные системы.]]
Оборона Спокойствия – затяжной и яростный конфликт, в котором приняли участие Дети Императора на периферии Далинитской Туманности туманности в начале продвижения Великого крестового похода на галактический восток. Близкая к восточному краю ядра Галактики туманность кишела разнородными видами ксеносов – часто разумных и почти без исключения смертельно опасных. Они соперничали друг с другом с незапамятных времён, и в Далинитской Туманности не было ничего ценного. Были и более важные задачи, ждали освобождения миры. Возможно, Великий крестовый поход просто обошёл бы неизведанный людьми регион, оставив его жалких жителей копошиться и дальше, если бы не нечто, привлёкшее завоевателей, словно свеча мотыльков – Далинитские Врата. Сотни варп-врат, созданных древними и забытыми существами, покрытые саваном звёздной пыли и окутанные тошнотворного цвета газами, громадные кольца диаметром в десятки тысяч метров парили в пустоте в сердце газопылевых облаков или вращались вокруг звёзд, лун и планет. Созданные из материала, сбивающего с толку даже самых одарённых адептов Механикум, врата всё ещё действовали и позволяли кораблям пересекать огромные расстояние проще и быстрее, чем могли бы позволить даже самые лучшие навигаторы. Недалёкие ксеносы тысячелетиями сражались за местную сеть путей через Имматериум. Великий крестовый поход уже встречал подобные врата, но магосы-эксплораторы верили, что Далинитская Туманность туманность является их узловой точкой. Вероятность обнаружения путей через всю Галактику и, возможно, даже дальше, делала регион бесценным сокровищем.
Под общим руководством Гора несколько экспедиционных флотов объединились, чтобы зачистить Далинитскую Туманность. Среди них были Дети Императора, чья численность ещё была крайне невелика – лишь когорта из пятисот воинов. Однако включённые в далинитскую ударную группу легионеры всё равно получили важную задачу – взять Спокойствие на обращённой по вращению Галактики стороне туманности. То был ядовитый мир, наполненный неровными расщелинами и расколотыми кристаллами. На поверхности клубились облака едкого кислотного тумана, а жизнь была ограничена вирусами и микробами. Планета была полностью бесполезной, если бы на высокой орбите над полюсом не висели варп-врата, а на поверхности не был сооружён навигационно-сигнальный аванпост. Предположительно неактивные, врата Спокойствия были отмечены для исследователей и подкреплений, а пока Дети Императора должны были сторожить их на случай, если те станут угрозой наступлению имперцев. Опасение оказалось нелишним.
Несмотря на совершенно неожиданную и нечеловеческую природу врага, битва за Спокойствие шла как часы в соответствии с планами космодесантников. Ксеносы наступали, а Дети Императора заманивали их вперёд, имитируя бегство и нанося тяжёлые потери. Воины III легиона знали каждый метр земли, рассчитали оптимальные линии огня и зоны поражения, перед каждым выстрелом заранее решалось, как долго удерживать позиции, куда отступать и как использовать каждое изменение хода битвы. Известно, что претор Абисар сказал, что это была даже не битва, а «''…исполнение принятого решения''». Потери чужаков росли всё быстрее, существа спешно высылали подкрепления с кораблей на орбите, пока их просто не осталось. Наконец, чужаки начали выжигать поверхность, пытаясь получить преимущество. И когда первые энергетические столпы обрушились на Спокойствие, уцелевшие имперские корабли начали внезапную отчаянную атаку – запланированный жестокий удар в упор, ведь направившие орудия вниз чужаки сделали себя уязвимыми. За считанные минуты от семи из девяти кораблей ксеносов остались лишь обломки, кристаллическая пыль и вспышки необычной энергии.
Не выдержавшие ужасных потерь ксеносы бежали через варп-врата, бросив воинов на поверхности Спокойствия, где их быстро истребили. Не прошло и года, как Военный Совет совет издал указ об истреблении неизвестных чужаков, напавших на III легион на Спокойствии, и возглавляемый Ультрадесантниками экспедиционный флот прошёл через варп-врата, обнаружил кристаллические миры в изолированном скоплении газовых гигантов далеко на галактическом севере и зачистил их. Однако взятие Далинитских Врат стало пустой радостью, ведь в течение десятилетия после очищения региона вся система активных врат медленно угасла и стала полностью инертной. Их работа так и осталась неразрешённой загадкой.
Летописцы были странствующими художниками, мудрецами и хронистами, сопровождавшими войска Великого крестового похода согласно эдикту и лицензии. Следуя за экспедиционными флотами и войсками завоевателей, они увековечивали увиденное в словах, снимках, картинах, скульптурах, музыке и прочем творчестве. На протяжении большей части Великого крестового похода они существовали с позволения отдельных командующих, их присутствие среди легионов терпели одни, и запрещали остальные. В первую категорию входили Дети Императора, среди чьих флотилий находилось необычайно много летописцев, что в других легионах иногда вызывало неодобрение и даже презрение. Из-за такого гостеприимства многие из лучших творцов и художников следовали за Детьми Императора, некоторые даже говорили, что вокруг III-го легиона возник настоящий культ эстетизма. Тому причиной готовность Детей Императора принять артистов, тяга легиона к эстетике и желание, чтобы деяния воинов и Великого крестового похода увековечили в стихах. Сам Фулгрим спонсировал создание многих произведений искусства, а его покровительство в те времена считалось величайшей похвалой мастерства.
Летописцы стали официальной частью Великого крестового похода после утверждения ордена Летописцев имперским эдиктом, изданным после Триумфа на Улланоре. С этого момента все легионы и войска должны были принять летописцев, увековечивавших подвиги воинов и достижения ИмперумаИмпериума. Официальный статус привлёк в ряды летописцев тысячи людей, среди них известных деятелей культуры, таких как Игнаций Каркази, Валора Риен и Секетина Дей. Многие погибли в начале войны, а другие просто исчезли в неразберихе, их судьба так и осталось неизвестной. Выжившие были расформированы. Многие труды летописцев засекречены, а некоторые, особенно созданные в конце под покровительством Детей Императора, слишком опасны по замыслу и сути, и потому обречены на забвение.
Когда последний тиран Праксила склонился перед Империумом, его вынудили сделать это сотни полков Имперской Армии, легион титанов, войска Механикум и воины трёх легионов Космодесанта. Но лорд-командор Иддинам из Детей Императора не присутствовал при признании покорения системы. Во многом это была его победа, но она оставила лишь горечь.
Когда Империум установил контакт с Праксилом, сразу стало ясно, что тот, кто приведёт систему к покорности, обретёт великую славу. Заселённый людьми в далёком прошлом мир был изолирован тысячелетиями. Без способных к варп-перемещениям кораблей народ Праксила мог впасть в варварство, как и многие другие нации, но… он процветал. Огромные города раскинулись на поверхности трёх обитаемых планет. Аграрные купола покрывали гребни платформ, дрейфовавших над атмосферей атмосферой миров, а звёздные станции роились вокруг газовых гигантов и необитаемых лун системы.
Праксил был жемчужиной цивилизации, но было ясно, что он не дастся в руки Империума просто так. Выстоявший под ударами хищной Галактики народ предпочёл сразиться, а не преклонить колено, и флот боевых кораблей встретил имперскую экспедицию. Исследователи понесли значительные потери и отступили, ибо праксильские воины оказались столь же сильны, как и их корабли.
Каждый из них происходил из штрафных колоний системы и уже был грозным и способным выжить убийцей. Имплантация наркотических желез и выращенных в пробирках мускулов, наращивание костей, промывка мозгов и программирование боевыми мемами делало их смертельно опасными. А частично силовые доспехи, высокопробивное лазерное оружие и молекулярно заточенные клинки представляли опасность даже для космодесантников. Праксил можно было просто сломить и взять победу из пепла, однако Империуму немногое бы досталось, если бы вопрос решили Пожиратели Миров, Космические Волки или Железные Воины. Поскольку богатства и ресурсы Праксила намеревались использовать на благо крестового похода, взять систему поручили силам Детей Императора при поддержке избранных подразделений Имперской Армии и МеханикумМеханикума. Руководство выпало одному из любимцев Фулгрима: столетнему ветерану лорду-командору Иддинаму. Предполагалось, что известный продуманными действиями и планированием лорд-командор захватит Праксил невредимым.
Война оказалась нелёгкой. Несмотря на дотошное планирование, внешние луны и звёздные станции пали лишь после тяжёлых боёв. Потери, в том числе Детей Императора, оказались в пять раз больше расчётных. Иддианам был вынужден пересмотреть планы и вновь оценить врага: если сопротивление Праксила окажется столь же упорным, то для усмирения потребуется в шесть раз больше времени и живой силы, чем он рассчитывал. Это было явно неприемлемо, и потому лорд-командор изменил стратегию. Вместо систематического захвата звёздных станций, лун и планет он сконцентрируется на праксилском линейном флоте. Без возможности переброски сил владения Праксила станут закрытым тактическим вопросом.
Но решение Иддинама предугадали. Ударные группы врага атаковали собиравшийся имперский флот, стараясь вывести из строя и повредить ключевые корабли. Камикадзе брали на абордаж имперские корабли и убивали офицеров, набитые взрывчаткой брандеры таранили двигатели, оставляя боевые баржи дрейфовать в пустоте. Флот Иддинама уцелел, но на ремонт нужно было время – время, которым праксильцы бы воспользовались, чтобы выбить имперцев с внешних лун и станций. Но среди флота Иддинама была представительница Военного Совета совета Терры, Гарпократия Морн – полководец, сражавшаяся вместе с Императором, когда его Империум ещё не покорил Терру. Давно отойдя от прямого командования, она стала одним из наблюдателей, которые перемещались между зонами боевых действий, оценивали и докладывали об увиденном. В ходе усмирения Праксила она увидела, что Иддинаму нужна помощь, и справедливо предположила, что сам лорд-командор никогда этого не признает.
Мы можем только догадываться, как разозлился Иддинам, когда в систему Праксил прибыли ударные группы Кровавых Ангелов и Имперских Кулаков. Оба войска были значительными, а репутацией их командиры почти не уступали Иддинаму: магистр ордена Ралдорон был одним из старших командиров Сангвиния, а под руководством маршала Каззимуса из Имперских Кулаков окончилось несколько долгих системных осад. Приняв обоих с идеальными формальностями, Иддинам вежливо поинтересовался, зачем они пришли. Ответ стал ножом в гордое сердце лорда-командора. Военный Совет совет согласился, что для быстрого окончания усмирения Праксила требовались дополнительные войска и знание специалистов. Что ещё хуже, сам Фулгрим попросил о помощи легионы братьев. Как Каззимус, так и Ралдорон вежливо подчеркнули, что они готовы служить под руководством Иддинама: Военный Совет совет заботило, как быстро усмирят Праксил, а не кто это сделает. Для такого полководца, как лорд-командор, их уверения казались самыми страшными порицаниями, однако Иддинам принял нежданную помощь и попросил Каззимуса и Ралдорона просмотреть планы второго наступления.
В уточнённом плане было многое от изначальной стратегии Детей Императора. Разумно было последовательно захватить пустотные станции, луны и планеты, также имело смысл изолировать систему, уничтожив флот врага. Эти стратегические действия были объединены и улучшены благодаря таланту Имперских Кулаков к космическим битвам и звёздным осадам, и так родился дерзкий замысел. Полный орден Кровавых Ангелов во главе с Ралдороном останется в резерве, пока все силы праксильцев не будут втянуты в бой, а затем нанесёт удар сначала по одной из планет, а затем по самой мощной точке сопротивления. Объединённый и доведённый до ума Иддинамом замысел был, по словам Робаута Гиллимана, «''одним из лучших во всём боевых планов, чьё исполнение я когда-либо видел''».
Праксил пал спустя три солнечных недели после начала нового наступления Империума. На протяжении кампании Дети Императора действовали идеально. Направленные в осадные роты Имперских Кулаков легионеры приняли тактические доктрины и безукоризненно исполнили приказы. 81-ая когорта, сопровождавшая Кровавых Ангелов во время взятия Праксила Прайм и Праксила -Секундус, заслужила хвалу магистра Ралдорона и с тех пор носила рубиновую каплю крови, зажатую в крылатом когте эмблемы их легиона. А общее руководство Иддинама было таким, что Гарпократия Морн послала на Терру сообщение, рекомендуя Военному Совету лично похвалить лорда-командора за лидерство.
Однако когда Империум одержал победу, Иддинам покинул систему до окончания формальностей – меч последнего тирана принял Ралдорон. Ресурсы и народ системы многое дали Империуму, его воины, Возрождённые Праксила, бились во имя Императора на полях бесчисленных битв, а губернатор высоко поднялся при дворе сегментума. Все участники покорения Праксила с гордостью писали об этом в свитках и на почётных знамёнах. Все, кроме Иддинама, который никогда не признал своё участие. Позднее лорд-командор стал одним из главных зачинщиков предательства легиона, полностью отдавшись ужасам варпа, и был убит верным кузнецом войны Железных Воинов Ауриком Сакстоном в битве Мучительного Разорения.
''Фениксиец, Префект КемошаКемоса, Верховный верховный лорд Детей Императора''