1042
правки
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =1718
|Всего =30}}
Тем временем, внизу уже пропала из виду задняя часть повреждённого транспорта, убранного с пути конвоя, а остальные машины начали выезжать навстречу морозному рассвету. Взглянув наверх и убедившись, что двое выживших мордианцев добрались до безопасного места, Иезекииль опустил защищавший их психический щит, после чего разжал хватку и полетел навстречу машинам.
==='''ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ'''===
После того, как над кузней поднялся распустившийся цветок первого взрыва, Серпик забрал у Немого взрывчатку, внёс какие-то изменения и отдал обратно с приказом заложить её в чётко обозначенном месте вдоль боковой стороны одной из производственных линий. Ладбон и остальные члены отделения спрятались за укрытием, готовые среагировать в случае появления орочьих патрулей. Несмотря на свои размеры и багровые доспехи, технодесантнику удалось слиться с тенями и стать даже менее заметным, чем любой из покрытых грязью востроянцев.
Ещё больше столбов пламени устремлялось к высоком потолку кузницы из точек как поблизости, так и вдали от группы – это другие отряды выполняли свои задачи как могли. Серпикус же так до сих пор и не активировал детонатор.
— Чего он ждёт? — прошипел Алликс на ухо Ладбону.
Капитан уже принял такой вид, словно собирался ответить, как вдруг его лицо застыло, будто он погрузился в транс. Спустя секунду Ладбон резко вышел из этого состояния.
— Не стреляйте до самого последнего момента, — произнёс капитан так, чтобы приказ услышали все члены рассредоточившегося отделения.
— Не стреляйте до самого последнего момента, — крикнул им всё ещё скрывавшийся в тенях Серпик.
Востроянцы повернулись к капитану, а тот просто пожал плечами и усмехнулся. Сверхъестественное умение Ладбона узнавать о грядущих событиях много раз спасало жизнь членам отделения с момента высадки на Гонории, и хоть никто не верил в его «удачу», никто также и не спрашивал об источнике знания капитана.
Впереди появились десятки зелёных фигур, искажённых исходящим от печей маревом. Многие являлись мелкими рабочими, которые управляли механизмами и были вооружены лишь ключами да молотками. Окружала их горстка более здоровых представителей вида, что несли грубое огнестрельное оружие крупного калибра. Востроянцы непроизвольно подняли лазвинтовки, но, помня о приказах Ладбона и Тёмного Ангела, стрелять не начали.
— Ждите… Ждите… — бормотал капитан, пока зеленокожие подбирались всё ближе.
Когда они стали шагать мимо места, где была заложена взрывчатка, Ладбон и Серпик закричали одновременно.
— Сейчас!
Воястранцы пригнулись пониже и закрыли головы руками, когда машину разорвало. Сверху на них дождём посыпались металлические осколки, фрагменты кости и куски плоти. Сквозь дым и пламя они увидели всё ещё двигающиеся силуэты раненых, поэтому добавили огонь своих лазвинтовок к карающему шквалу болтов, уже выпускаемых технодесантником. Тот даже не утруждался тем, чтобы занять укрытие.
Удовлетворившись смертью всех зеленокожих, Серпик, понимая, что слух востроянцев, вероятно, до сих пор нарушен из-за близости к взрыву, жестом показал им возвращаться тем же путём, которым пришла группа. Тёмный Ангел пошёл первым, а Ладбон и его отделение двинулись за ним. Замыкающим стал Каз, оглядывавшийся через плечо на раскиданные по полу кузницы обломки. Они сформировали идеальную баррикаду на пути возможной атаки ксеносов с того направления. Немой постучал Каза по локтю и, когда здоровяк обратил на него внимание, показал ему что-то на языке жестов.
— Умный ублюдок, — уважительно кивая произнёс Каз.
— Кто? — спросил немного запыхавшийся Гаспар, бежавший рядом с расчётом тяжёлого болтера.
— Космодесантник. Он сделал взрывное устройство направленного действия. Не просто взорвал машину, а взорвал так, чтобы всё полетело наружу.
Двигавшийся впереди Серпик остановился и поднял руку к боковой стороне шлема, словно слушая входящее сообщение.
— Принято, — сказал он, после чего повернулся к востроянцам. — Мы отступаем. Если разделимся – встречаемся в точке эвакуации. Транспорты улетят ровно через десять минут, поэтому, если не попадёте на борт одного из них, это место станет вашей могилой.
Технодесантник продолжил движение.
— Он-то, может, и умный ублюдок, — произнёс Гаспар, — но ещё и ублюдок неприятный.
Крепко схватившись за ручки на вершине корпуса ведущего транспорта, Иезекииль закончил отправлять сообщение Тёмным Ангелам, которые остались в Аннантинских воротах, а затем перенаправил предупреждение остальным силам Аврелианума. Солнце уже поднималось над горизонтом, но мороз не стихал. Ледяные ветра обдували лежащего ничком библиария и примораживали ткань к доспехам. Вновь настраиваясь на эфир, Тёмный Ангел потянулся к Бальтазару.
+Брат Бальтазар, мрачные вести.+
Прежде, чем получить ответ, Иезекиил ощутил омерзение разума, который чувствовал себя осквернённым.
''«Полагаю, миссия не завершилась успехом?»''
+Лишь частичным. Мы вывели из строя кузни, но не смогли помешать уже созданной технике орков покинуть объект.+
''«Сколько? И с чем мы имеем дело? Танки? Осадные машины?»''
Мысли Бальтазара имели обвиняющий тон, которым ярко светились формировавшиеся в душе Иезекииля слова.
+Около тысячи транспортов, снабженных увеличенными бульдозерными отвалами спереди.+
''«Транспорты…? Орки намереваются собрать мертвецов, и с их помощью подняться на стены.»''
Иезекииль ощутил, в какой именно момент временно замещающий магистра роты пришёл к тому же осознанию, что и библиарий.
+Я тоже так заключил, первый сержант, и уже приказал нанести авиаудары. Транспорты Астра Милитарум и «Громовые ястребы» ударят по конвою на его пути к Аннантинским воротам и обратно.+
''«А турели здесь разберутся с остатками.»''
+И я подумал о том же. Пожалуйста, проинформируй архимагоса Дицена и окажи ему любую помощь.+
''«Принял,»'' — ответил Бальтазар, а затем, после паузы, добавил, ''«Да присмотрят за тобой Император и Лев, брат-библиарий».''
Хоть в голове Иезекииля эти слова прозвучали неловко и натянуто, он ощутил окружающую их ауру искренности.
+И за тобой, брат,+ послал эпистолярий, прежде чем оборвать психическую связь.
Тёмный Ангел размышлял над своим следующим ходом, когда услышал вдали работающие авиационные двигатели. Неизвестные летательные аппараты не были ни «Валькириями», ни «Громовыми ястребами», да и приближались с другого направления.
Оторвав голову от корпуса машины и оглянувшись через плечо, Иезекииль увидел рассветное небо, которое потемнело от множества орочьих самолётов.
— Архимагос Дицен, у меня новости о миссии в Аннантинских воротах, — сказал Бальтазар, приближаясь к техножрецу, что возился с размещённой на стене врат ракетной установкой.
— Да, да. Они смогли уничтожить благословенные кузницы Омниссии, но не порожденные ими и замаранные орками творения, — ответил Дицен. Когда архимагос произносил своим машинным ртом последнюю часть предложения, сержант уловил в его тоне мрачные нотки, которых прежде он никогда не слышал в голосе техножреца. — 110110001 постоянно снабжал меня свежей информацией.
— Зеленокожие собираются использовать транспорты для сбора мертвецов, — продолжил Тёмный Ангел. — Они хотят сделать сооружение из трупов и подняться по нему на крепостные стены.
На миг Дицен принял задумчивый вид.
— Логично, — произнёс архимагос спустя несколько мгновений. — Неординарно, но логично. И как ты намереваешься отбить орочий штурм, Тёмный Ангел?
Ответа Дицен так и не дождался. Бальтазар вздрогнул, когда спешное психическое предупреждение Иезекииля о приближающихся самолётах поразило его подобно физическому удару, одновременно с чем ледяной ветер принёс шум тысяч работающих двигателей. Тусклый рассветный свет угас из-за наполнивших горизонт теней орочьих летательных аппаратов. Всюду на высоких стенах Аврелианума турели резко приходили в действие, а многочисленные орудия принялись отслеживать несметное количество целей. Ракеты и лучи сверхзаряженных лазерных пушек сбивали машины зеленокожих сразу же, как те оказывались в пределах дальности стрельбы.
Архимагос бесстрастно наблюдал за происходящим. Взгляд его аугметических глаз стремительно метался между турелями и наступающим врагом.
— Этого будет недостаточно, — пробормотал он.
Бальтазар, который выкрикивал расчётам тяжёлого оружия Астра Милитарум приказы наводить их орудия на небеса, отлично его услышал.
— Чего будет недостаточно?
— Нас. Всего этого.
Архимагос показал руками и мехадендритами на собравшихся имперских гвардейцев и быстро стреляющие над головами турели. Из вращающегося броневого купола, установленного на ближайшей огневой батарее, вылетело одновременно десять ракет, каждая из которых нашла свою цель и сбила орочий летательный аппарат. Вдали прокатились взрывы, когда машины рухнули на землю, а к небесам устремились огненные цветки. Ненасытные турели поддерживали высокий темп стрельбы, но к столице приближалось так много орочьих самолётов, что это едва ли могло как-то повлиять на ситуацию.
Как только стены столицы оказались в пределах эффективной дальности систем вооружения зеленокожих, ксеносы тут же дали ракетный залп, и в рассветной мгле ярко вспыхнули оранжевые росчерки пламени. Отреагировавшие на новую угрозу турели легко перешли от атакующих действий к оборонительным. Теперь ракеты выцеливали ракеты, а выбрасываемые пачками дипольные отражатели рассеивались в воздухе и вызывали преждевременную детонацию всего, что не было сбито имперским оружием. Первый залп оказался нейтрализован полностью. Второй уже нет.
Совсем немного разминувшись с облаком дипольный отражателей, три ракеты долетели до Суларийских ворот. Первая ушла слишком низко и врезалась в стену в тридцати метрах над землёй, практически не причинив вреда. Вторая попала в зубцы. Мордианский расчёт ракетной установки оказался уничтожен в мгновение ока, а в результате взрыва ещё десятки гвардейцев ослепли и получили ранения. Однако, именно третья нанесла настоящий урон.
Когда она пробила ракетный купол без детонации, Бальтазар и Дицен на мгновение подумали, что ракета вышла из строя. Следующие несколько секунд установка пробно поворачивалась, словно система вооружения проводила самодиагностику, прежде чем пополнить боекомплект купола. Как раз тогда орочья ракета и решила сдетонировать.
Бальтазар, Дицен и все солдаты Астра Милитарум в радиусе взрыва инстинктивно вскинули руки к лицам, когда на них дождём посыпались куски раскалённого добела металла и осколки. За грохотом взрыва последовал звук скрежещущего о металл металла – это едва работающая турель героически пыталась пустить в ход немногочисленные уцелевшие орудия и продолжить выполнение задачи, на которую она была запрограммирована.
Двигала ли ими храбрость, глупость, интеллект, или же они просто решили воспользоваться возможностью, но тут авиакрыло из почти двадцати орков отделилось от основной стаи. Их выкрашенные в красный цвет самолёты как будто бы летели быстрее, нежели машины схожих моделей, но в других цветах. Выполняя «бочки» и петляя, летательные аппараты преодолевали зенитный огонь, и лишь шесть оказались поражены немногими работающими лазпушками повреждённой турели. Когда выжившие орки выпустили свои ракеты, все они попали в цель, обрушив секцию зубчатых стен менее чем в ста метрах от Бальтазара и Дицена.
— Сосредоточить весь огонь на тех самолётах! — закричал Тёмный Ангел, взбегая на обломки рядом с турелью, чтобы занять огневую позицию получше.
Улучшенные слух и зрение позволили ему различить первый из модифицированных орками транспортов, который приближался к столице. Не отвлёкшись на это, Бальтазар забрался на кучу искорёженного металл и кладки, прицелился в летящий впереди остальных самолёт зеленокожих и выпустил короткую болтерную очередь. Снаряды разнесли на куски и кабину, и пилота внутри. Когда крутящаяся неуправляемая машина устремилась к земле, сержант перевёл прицел и уничтожил крыльевой двигатель, сбивая летательный аппарат. В полумраке расцвело ещё больше взрывов, а взглянувший вниз космодесантник увидел словно бы из ниоткуда возникшее подразделение скитариев, направляемое Диценом. Они били точно в топливные баки самолётов, что приносило свои дивиденды, но, как уже сказал архимагос, этого было недостаточно.
Прорвавшиеся орки выбрали своей целью турель, которая лишилась прикрытия дипольных отражателей и оборонительного огня, а после попадания ещё нескольких ракет в рабочем состоянии у неё осталась лишь одна лазпушка. Сила взрыва сбила с кучи Бальтазара, которому удалось совершить последний смертельный выстрел, прежде чем импровизированная снайперская точка у него под ногами рассыпалась. Приземлившись на стену, он перекатился, выпрямился и принялся поливать приближающиеся орочьи самолёты болтерным огнём. Единственная функционирующая лазпушка продолжала непокорно стрелять по ксеносам. Орудие успело записать на свой счёт ещё две машины и подбить третью, но затем она, наконец, испустила машинный дух. Ствол безвольно повис, ибо приводы и моторы лишились механической силы. Изрыгая из пылающего двигателя чёрный дым, повреждённый самолет зеленокожих выпустил последние две ракеты, так как пилот не знал, что им уже удалось вывести турель из строя. Бальтазар сбил одну метким выстрелом, и она взорвалась в воздухе, но скитарии и гвардейцы не смогли поразить вторую совместным огнём. К счастью, ей не удалось попасть в цель. Ракета пролетела выше турели и ворот, взорвавшись поверх внутренних стен, где не причинила никакого вреда.
Теперь, когда зубчатые стены находились в пределах досягаемости его пушек, орочий самолёт принялся осыпать их бронебойными снарядами, вынуждая силы имперцев и Механикус искать укрытие. Единственным, кто остался стоять, был Бальтазар, от чьей керамитовой брони снаряды рикошетили. Тёмный Ангел разрядил остаток магазина в летательный аппарат и последним выстрелом попал в цель. Машина находилась достаточно близко, чтобы сержант смог увидеть, как реагирующий на массу болт разбил стекло кабины и вошёл орку прямо между глаз. Зеленокожий, слишком тупой для осознания собственной смерти вовремя, подался вперёд, направляя самолёт сквозь шквал лазерного огня. Летательный аппарат стал неумолимо приближаться к турели на огромной скорости.
Последнее, что услышал Бальтазар перед тем, как машина врезалась и похоронила его под тоннами кладки и металла, были заполнявшие вокс голоса братьев из Пятой роты. Каждый докладывал об одном и том же: ворота Аврелианума пали.