6834
правки
Изменения
м
Война Войска Астра Милитарум с полным правом могли претендовать на Париус Монументус подошла к концупобеду. Местная милиция, страдавшая от постоянной нехватки личного состава, недооценила степень распространения скверны. Мятежники застигли их врасплох и нанесли сокрушительное поражение, вынудив послать астропатический сигнал о помощи.
Благодаря ИмператоруПолк Корпуса смерти Крига прибыл, улей Опус удалось вырвать из когтей развратачтобы вернуть город под власть Императора, и целый месяц небо день и ночь вспыхивало и грохотало от непрестанного рокота криговских осадных орудий. Стены города содрогались под огнём и неумолимо рушились. Деградировавшие мятежники, захватившие власть над городом, обратились в бегство, и большинство их было беспощадно уничтожено.
Благословенный порядок был восстановленБойцы Корпуса смерти ушли, их ждали другие войны в других мирах. После их ухода воцарилась тишина — но лишь настолько, чтобы верноподданные Императора успели вздохнуть с облегчением. После этого началась по-настоящему тяжёлая работа.
Астра Милитарум могли заявлять о победе, но сильно недоукомплектованное местное ополчение не смогло оценить истинные масштабы распространившегося разложения; оно вновь обрушилось на них и сокрушило. Власти были вынуждены послать астропатический сигнал бедствия.
Чтобы взять ситуацию под контроль, на планету прибыл Корпус Смерти Крига, и небо вспыхнуло и загремело от непрекращающегося на протяжении целого месяца круглосуточного боя осадных орудий. Стены города содрогались и неумолимо разрушались, его извращенные захватчики были обращены в бегство, а затем многие из них были преданы мечуДжерван был капралом Внутренней гвардии Париуса.
Корпус Смерти ушел: им предстояло сражаться Он лишь недавно получил это звание, после того как его предшественник был захвачен в других войнах плен и на других мирах. На планете воцарилось спокойствие – ровно настолькозверски убит врагом, чтобы верноподданные слуги Императора смогли вздохнуть с облегчениеми теперь Джерван стремился доказать, и начать настоящую работу по восстановлению ульячто достоин назначения.
Небо огласилось ревом строительных машинОн руководил рабочей бригадой, обломки от разрушенных домов одной из тысяч: около сотни голодных и факториумов стонали под тяжестью гусеницещё не пришедших в себя после войны гражданских, а разбитое вдребезги позолоченное убранство соборов было сметено когтистыми лезвиямикоторым поручили вести поиск в развалинах. За ними надзирали сервиторы с плетьми, «поощрявшие» рабочих исполнять свои обязанности.
Джарван был капралом Внутренней Стражи Париуса. Он жаждал проявить себя, ведь его совсем недавно повысили в звании, после того, как его предшественника схватили Тогда капрал Джерван и убили враги. Он руководил одной из тысяч бригад рабочих над которыми стояли сервиторы с хлыстами. Она представляла из себя чуть меньше сотни усталых и травмированных гражданских, которым было поручено копаться в обломках, восстанавливая то, что было в их силахвстретил незнакомца.
И именно Его рабочая бригада вытаскивала трупы из-под развалин жилого блока. Вчера удалось найти довольно много выживших; сегодня их было меньше. Завтра бригаду переведут в этот момент капрал Джарван и столкнулся более приоритетный район. На этом участке ещё не восстановили подачу электроэнергии. Отдельно стоявшие люмены с незнакомцемтреском мигали бледным светом, между ними сгущались мрачные тени.
Их собирались перевести Джерван повернул голову и в более приоритетные областиэтот момент увидел силуэт, но пока его бригада вытаскивала тела из разрушенного жилого комплексабесшумно двигавшийся в тенях. Вчера им удалось найти несколько выжившихКто-то, но сегодня их было кто ''не так уж и многодолжен'' там находиться. Его бригада находились в плохо освещенном секторе улья, в котором одинокие редкие и мигающие люменолампы давали небольшие пятна бледно-белого светаПодняв лазвинтовку с прикреплённым фонарём, между которыми таились подозрительные теникапрал осветил фигуру человека.
Джерван повернул голову как раз в тот момент, когда темный силуэт мелькнул в во тьме; некто, кто не имел права здесь находится. Капрал быстро вскинул винтовку с прикрепленным к цевью фонариком, и луч света выхватил человеческую фигуру. Кожа незнакомца нарушителя была бледной, как и у любого жителя нижнего уровня всех жителей нижних уровней улья, что были лишены лишённых прямого солнечного света. Он Незнакомец был молод и жилистмолодым, крепким и имел короткую стрижку военногожилистым, но взгляд Джервана привлек лазганс солдатской короткой стрижкой. Джерван мгновенно заметил лазвинтовку в его руке, который тот держал в рукаххотя незнакомец не пытался из неё целиться.
– — Брось оружие! Брось его! Встань на На колени, заведи руки ! Руки за голову, – закричал он и незнакомец выполнил каждую его команду.!
– Назови себя! – потребовал капралНезнакомец покорно выполнил все приказы.
Незнакомец не ответил— Назови себя, он стоял на коленях и смотрел на Джарвана тусклым немигающим взглядом. Капрал было подумал, что перед ним один из солдат: осанка и телосложение выдавали его, но на нем не было никакой униформы, а только бесформенный, опаленный, изодранный и грязный комбинезон— приказал капрал.
– Назови себяНарушитель не отвечал. Он стоял на коленях, глядя на Джервана тусклыми немигающими глазами. Джерван подумал, что незнакомец, наверное, был солдатом. У него было телосложение солдата, - повторил Джарванхотя одет он был не в военную форму. – Имя На нём был бесформенный серый рабочий комбинезон, обожжённый, изорванный и звание?запачканный.
– Не помню, – ответил незнакомец— Назови себя, — повторил Джерван. — Имя и слова застряли у него в горлезвание.
Подойдя поближе— Не помню, Джарван увидел— произнёс незнакомец; слова, что на голове незнакомца была рана; кровь запеклась вокруг нее и стекала по щеке. Вероятноказалось, у него было сотрясение мозга. Капрал подозвал ближайшего из своих работников. Он приказал ему взять двух товарищей и пойти обыскать незнакомца; он даже не потрудился запомнить их имена и лицазастревали в его горле.
Солдат не сопротивлялся. Один из рабочих принес Джарвану его оружиеПодойдя ближе, и с первого же взгляда капрал понял, что оно было выпущено не Джерван увидел рану на Париусе, однако за последние недели он повидал достаточно подобных вещейголове незнакомца. Это был модифицированный лазганВокруг раны запеклась кровь, вокруг ствола которого были установлены дополнительные раковины, чтобы производить больший выброс тепла, увеличив тем самым мощность выстрелазапачкавшая щёку. На нем стояла печать Имперских Кузниц ЛюцииВозможно, что определяло его как собственность Кригаон был контужен.
– Где ты это взял? – спросил он у незнакомца, но тот не ответил. Он смотрел на капрала немигающим взглядом, пока рабочие водили по нему мозолистыми руками в поисках татуировок или мутаций. Закончив, они сообщили что он чист, и что один из них нашел его идентификационные документы; после нетерпеливого крика капрала, запинаясь, он начал их зачитывать.
– Его зовут, э-э, Арво, сэр, Капрал жестом подозвал находившихся поблизости рабочих; он закреплен за… этим секторомне пытался запомнить их имена и лица. Он прислужник, третьего рангаТроим из них он приказал раздеть и обыскать незнакомца.
«Столько суеты», – разочарованно подумал Джарван. – «И все из-за вспомогательного работника. Должно быть, он подобрал лазган у мертвого солдата и понятия Тот не имеет как им пользоваться»сопротивлялся.
Капрал бы с радостью пристрелил его на местеОдин рабочий подал Джервану оружие незнакомца. С первого взгляда капрал увидел, чтобы сэкономить время и силы медикачто эта лазвинтовка не из тех, но вместо этого опустил винтовку и присел, посмотрев незнакомцу в глазакоторыми были вооружены СПО Париуса. Но он повидал достаточно такого оружия за последние недели. «Достаточно Эта лазвинтовка была модифицирована с нас смертей»целью увеличить мощность выстрела, – рассудил онно это преимущество имело свою цену. Её ствол был оборудован дополнительными теплоотводными кольцами. На нём виднелась маркировка имперского мира-кузницы Люциус. Значит, после чего выпрямился, и снова подозвал рабочих:это оружие принадлежало криговскому полку.
– Отведите его к медикам и поторапливайтесь – сказал он, когда те подошли. – У вас двадцать минут и, если вы не успеете, я прикажу выпороть вас.— Где ты это нашёл?
У него Незнакомец не было ни малейшего желания пропускать свою последнюю смену - он уже ответил и так потратил достаточно времени продолжал пристально смотреть на этого паренькаДжервана, пока рабочие обыскивали его, ожидая найти татуировки или мутации. Как только Наконец они сообщили капралу, что незнакомец исчез чист, и один из поля зрения капраланих даже нашёл его документы. Повинуясь нетерпеливому жесту Джервана, рабочий, запинаясь, тот моментально забыл про негопрочитал их.
<nowiki>***</nowiki>Джерван был почти разочарован. Столько суеты из-за какого-то чернорабочего. Должно быть, он подобрал лазвинтовку у погибшего солдата и, скорее всего, не знал, что делать с оружием. Джерван уже хотел было пристрелить его на месте, сэкономив время и усилия медиков.
В медицинском центре стоял такой же шум— Отведите его в лазарет и поспешите. Чтоб через двадцать минут вернулись, какой был во всем улье: воздух гудел от настойчивых возгласов, торопливых шагов, завываний, криков и предсмертного бульканья раненыхиначе я прикажу вас обоих выпороть.
Слово «объект» И так было зря потрачено более чем достаточно рабочего времени. Джерван не совсем точно подходило к тому, что представлял из себя медицинский центр - это скорее был импровизированный лагерь, размещенный между кранами и подъемниками разрушенного факториума, полы которого были покрыты вековой сажей. Их очищали сотни рабочих, и их швабры размазывали по полу свежую рвоту и кровьхотел, чтобы его смену обвинили в то время как красноглазые и растрепанные медики сновали между ними, сопровождаемые настойчивыми мольбами со всех сторонневыполнении нормы.
ЧеловекаНезнакомца увели, известного как Арво, бросили на скрипучую каталку. Он лег на спину и позволил шуму слиться воедино со звоном в голове, лишившем его столь необходимого сна. Арво вдыхал зловоние зараженных и больных тел, периодически проваливаясь в забытье, пока не был разбужен хлестким звуком выстрела: как оказалось, для многих его коллег-пациентов пуля в голову была самым эффективным лечениемкапрал Джерван почти сразу же забыл о нём.
В течение двух часов лишь два человека проявили к Арво хоть какое-то внимание: первым из них был клерк из Администратума, который проверил свои бумаги, ввел данные в инфопланшет, щелкнув при этом языком, а после ушел. Второй была женщина средних лет, благочестиво украшенная религиозными символами; она начала обыскивать его, как делали до этого рабочие в жилом блоке, выискивая признаки заражения Хаоса. А в промежутках между их появлениями он устремлял свои мысли в недавнее прошлое…
«… в стенах Улья Опус была пробита брешьВ лазарете было не спокойнее, а его орудия - выведены из строя. Корпус Смерти поднялся из своих окопов и ринулся чем в атакулюбом другом месте. По ним безрезультатно открыли огонь из стрелкового оружия: на место каждого убитого гвардейца становилось двое новых. Наступление продолжалосьВоздух гудел от криков, топота шагов, воплей и его было невозможно остановитьпредсмертных хрипов раненых, не получавших должного ухода.
Они встретились с волной кричащего безумия: их противниками были поклонники излишествНа самом деле это место не заслуживало названия «лазарет». Это был импровизированный лагерь, распутные устроенный среди подъёмных кранов и упивающиеся плотскими утехами люди, но у них не было механизмов в развалинах местного факторума. Около сотни чернорабочих отскребали стены от накопившейся за столетия сажи. Их швабры размазывали по полу кровь и толики дисциплины, присущей Корпусу Смерти Кригарвоту. Они дрогнули под священной местью, направленной волей самого Императора. В толпе культистов появлялись бреши, в которые тут же врывались гвардейцы, расширяя их выстрелами из лазгановМежду ними суетились измученные медики с красными от бессонницы глазами, взмахами боевых ножей и силой собственных сухожилиймольбы о помощи неслись к ним со всех сторон.
Голова Человека, известного как Арво звенела после каждого , положили на скрипящую каталку. Он лежал на спине, пытаясь не прислушиваться к окружавшему его удара, но шуму. Этот шум сливался со звоном в какой-то момент его ослепило и оглушило вспышкой разрывной гранатыголове, разорвавшейся рядом с ним. Вонь крови и огнялишая его сна, пороха и смерти ворвалась в его ноздрикотором он так нуждался. Он упал на живот дышал зловонием инфицированных ран и гниющих тел. Время от времени ему удавалось задремать, но его придавило обломками, а горячая и липкая кровь потекла по правой щекебудил звук выстрела. Постепенно Для многих пациентов — его зрение начало проясняться; впрочем, вокруг все было размыто. Он видел, как вокруг движутся фигуры, прорываясь сквозь дым; должно бытьтоварищей по несчастью, он на мгновение потерял сознание, а фронт битвы продвинулся вперед. Мимо него пробегали солдаты Корпуса Смерти— похоже, облаченные пуля в бронежилеты и тяжелые шинели, и их сапоги разбивали обломки, лежащие рядом с его головойголову была самым эффективным лечением.
«Как же бесчеловечно они выглядят»За несколько часов только два человека обратили внимание на Арво. Первым был клерк Администратума, – подумал онкоторый проверил его документы, занёс сведения из них в инфопланшет, смотря на скрытые за респираторными масками лицазадумчиво щёлкнул языком и ушёл. Второй оказалась женщина средних лет, с показным благочестием увешанная религиозными символами. Как и рабочие в которых даже не было видно глаз; со своего места он даже не мог их отличить друг от другажилом блоке, она проверила его на признаки скверны Хаоса.
Они, должно быть, тоже видели В остальное время его, но никто так и не пришел ему на помощь. Зачем им это? Ведь он был для них таким же чужаком, как и каждый гвардеец разум погружался в Корпусе Смерти Крига. Все что их интересовало: протолкнуться вперед сквозь плотные ряды своих товарищей, и найти цель, в которую можно было бы выстрелить, следуя императиву, вбитого в них с самого рождениявоспоминания о недавнем прошлом.
Прошли минуты, часы, может быть даже дни, и они исчезли. Арво уже и не помнил, как он с трудом поднялся на ноги, сбросив куски каменной кладки, навалившейся на его спину. Впервые в жизни он оказался один. Он так крепко вцепился в свой лазган, что пальцы правой руки чуть было не нажали на спусковую скобу.
Его маска была сбита с лица и торчала сбокуСтены улья Опус были разрушены, а дыхательный аппарат на его груди помялся и не работалорудия — подавлены. Он скинул шинель Бойцы Корпуса смерти поднялись из своих траншей и выбросил сломанное оборудованиебросились вперёд. Вздохнув полной грудью, он ощутил привкус воздуха; он был неприятнымПротивник открыл огонь из стрелкового оружия, но это их не ядовитым, как воздух его родного мираостановило. На место каждого упавшего солдата в противогазе вставали ещё двое. Их наступление неумолимо продолжалось. Приливная волна безумия.
Он был совсем непохож на воздух КригаИх противники были поклонниками излишеств, развратными искателями плотских удовольствий. У них не было и доли железной дисциплины Корпуса смерти. Перед лицом священного возмездия Императора они дрогнули. В толпах культистов открылись зияющие бреши, которые криговцы расширяли огнём, боевыми ножами и силой своих мышц.
ЧеловекГолова Арво гудела от грохота боя. Его уши оглохли, которого вскоре все будут называть Арвоглаза ослепила вспышка взрыва гранаты. Зловоние крови и гари, держал затянутыми пороха и смерти ударило в перчатки руками маскуего ноздри. Он уставился лежал на отражение своего лица животе в пустых глазницах, и не узнал грязи. Горячая липкая кровь текла по егоправой щеке.
Именно В глазах начало проясняться, хотя зрение ещё было затуманено. В сгущавшемся дыму вокруг него двигались силуэты. Должно быть, он ненадолго потерял сознание, и за это время фронт переместился вперёд. Вокруг двигались солдаты Корпуса смерти в этот момент ему пришла доселе незнакомая и недостойная мысльтяжёлых шинелях с бронепластинами. Их ботинки топтали обломки рядом с его головой.
«Он был свободен»Он подумал, что они выглядят очень нечеловечески с лицами, скрытыми противогазами так, что даже их глаза были не видны. Глядя на них снизу, он не мог отличить одного из них от другого.
Арво вернулся Они, должно быть, тоже видели его, но никто из них не пришёл ему на помощь. Да и почему они должны были помогать ему? Он для них тоже был чужим. И каждый солдат Корпуса смерти был занят тем, что искал возможность прицелиться и выстрелить во врага, стараясь не попасть в настоящеетоварищей впереди, очутившись следуя установке, вбитой в своей импровизированной постелинего с рождения. Наступать, всегда идти вперёд.
Сквозь аугметический окуляр на него покосился медикПотом прошли минуты, щелкнув пальцами по сервитору. Тот подкатился к немучасы или дни, и поднял тяжелую руку, приспособленную для введения подкожных инъекций. Внутри нее начали вращаться трубки с сыворотками, пока нужная не встала на место. Сервитор резким движением вонзил огромную иглу в живот Арво, и химический состав притупил его боль и усталость, очистив его мыслиони ушли.
– ВыписанАрво едва помнил, – буркнул медиккак заставил себя подняться на ноги, отворачиваясь от выбравшись из-под обломков, насыпавшихся на него. В первый раз в жизни он оказался совсем один. Он так крепко вцепился в лазвинтовку, пока лежал, что пальцы его правой руки оцепенели на спусковой скобе.
– НетЕго противогаз сбился набок. Дыхательный аппарат на груди смялся и вышел из строя. Он сбросил шинель и снял с себя неисправное снаряжение. Воздух здесь был неприятным, но, подождипо крайней мере, – крикнул ему вслед Арвоне ядовитым, как воздух его родного мира. Воздух Крига. – Куда мне теперь идти?
– Дальнейшее лечение Человек, который позже будет известен как Арво, держал в руках снятый противогаз и смотрел на своё отражение в линзах, не требуетсяузнавая его. ВыписанИ ему пришла в голову незнакомая прежде мысль. – сказал медик, повернувшись спиной к нему и нависнув над другим пациентомНедостойная мысль.
– Полное восстановление невозможно. Консультация окончена, – произнес он, удаляясьОн был свободен.
Арво слез с каталки, и в тот же момент, как его ноги коснулись пола, пара работяг положила на его место женщину в бессознательном состоянии. Они опустили глаза и старались не встречаться с ним взглядом, и он предпочел не задавать им вопросов; он вообще опасался задавать много вопросов. Достав из своего кармана документы Арво, он нашел на них какой-то адрес. Жилой дом? Для него это было совершенно непонятно; всю свою жизнь, он не знал ничего подобного.
Он увидел очередь, что тянулась до стола, за которым работал мужчина средних лет; Арво вернулся в ней стояли настоящее и другие выписанные пациенты. Она начиналась у выхода из больницы и огибала половину городского квартала. Подслушав разговор, он узналобнаружил, что в ней распределяют жилье и трудовые заданияпо-прежнему лежит на импровизированной больничной койке.
Арво занял свое место в конце очереди Медик посмотрел на него, мигая аугметическим глазом, и стал ждатьщёлкнул пальцами, подзывая сервитора. Подкатившийся сервитор поднял тяжёлую бионическую руку, оборудованную для выполнения подкожных инъекций. Он заговорил лишь один разНа руке оказался ряд шприцов с сыворотками, когда кто-то позади него начал ворчатьвращавшихся, что его вывихнутая лодыжка была пока один из них не перевязанавстал на место. Сервитор всадил большую иглу в живот Арво. Укол уменьшил боль и усталость, разум стал более ясным.
– Император дает нам все— Свободен, в чем мы нуждаемся— буркнул медик, – ответил ему Арво. – Нужно уметь управлять этими ресурсамиотвернувшись.
Сам же он сожалел— Нет, что бросил свою выпотрошенную аптечку вместе с униформойподождите, и теперь не мог простерилизовать свою рану на голове— позвал его Арво.— Куда же я пойду?
– Имя и идентификационный номер? – спросил служащий по прошествии трех часов— Дальнейшего лечения не требуется. Он тыкал пальцем в инфопланшет, время от времени кивая самому себе. Арво ждал, что как только клерк поднимет глаза и увидит лицо, то его обман раскроетсяСвободен.
– Я вижуМедик уже осматривал другого пациента, что ваш жилой сектор разрушен. Я выделяю вам место в общежитии и назначаю в рабочую бригаду, – продолжил чиновник, поднося огрызок карандаша повернувшись спиной к бумагам Арво, и делая несколько поправок. Он поставил свои инициалы в конце, и протянул документы обратно.
– Ваша первая рабочая смена начинается в двадцать шесть часов— Полное восстановление невозможно. Сейчас двадцать четыре часа восемнадцать минут. Следующий! – сказал Рекомендована терминация, — решил он, сверившись с наручным хронометром. Он так и не разу в этом случае и не взглянул на Арвопошёл дальше.
Теперь Арво поднялся с каталки. Как только он зналвстал на ноги, что он него ждутдвое чернорабочих положили на его место женщину, находившуюся в бессознательном состоянии. Они избегали смотреть ему в глаза, и действовал соответственноон решил не обращаться к ним с вопросами. От медицинского центра ежеминутно отходил общественный транспортОн опасался задавать слишком много вопросов. Достав из кармана свои документы — или, точнее, перевозивший пациентов по разным уровням обширного города. Среди толпы с затуманенными глазами документы ''Арво нашел шестерых пациентов'', направляющихся — он нашёл в его секторних адрес. Жилой блок? Это было ему не вполне понятно. Они привели его к автомобилю внутренней охраны, в котором их уже ждал водительУ него никогда не было ''своего'' жилья.
Это был новый дом АрвоОн занял место в конце очереди и стал ждать.
<nowiki>***</nowiki>— Император даёт всё, что нам нужно, — не выдержал Арво, — и ресурсы необходимо экономить!
Прежде чем осмелится подойти, девушка наблюдала за ним четыре дня. Ее бригада рабочих (а теперь и его бригада), получила задание от надзирателя из Внутренней Стражи, и разбирала развалины хлебного склада. Без этого хлеба тысячи людей могли умереть, дожидаясь поставок провизии из ближайшего мира.
Арво выдали один из самых больших инструментов: кирку. Он разбивал ей самые крупные — Имя и тяжелые куски обломков, чтобы другие рабочие могли собрать их лопатами; одну из них как раз и держала в руках девушканомер? — спросил клерк за письменным столом три часа спустя.
– Привет, меня зовут Занна, – обратилась она к немуОн просматривал данные в инфопланшете, протягивая ладоньиногда кивая. Арво не принял ее, и лишь равнодушно закряхтел в ответждал, продолжая размахивать киркой и разбивать камни. Девушка зналабоясь, что он очень редко разговаривал с кем-либо: в основном это были те люди, к которым он сам обратился. Многие пробовали заговорить с ним, но не получали ответа, и уходиликлерк сразу же раскроет его обман, после чего как только поднимет взгляд и вовсе избегая посмотрит на его обществалицо.
– Вас зовут Арво— Значит, верно? – продолжала Заннатвой район разрушен. – Я слышалаОпределю тебя в рабочую бригаду, а жить будешь в приюте для беженцев. — Клерк написал что так сказал надзиратель-то карандашом в документах Арво и толкнул их ему обратно. На самого Арво он даже ни разу не поглядел.
– ДаВзглянув на наручный хронометр, меня зовут Арво, – ответил он, соглашаясь.клерк сказал:
– Я также слышала, что вы из жилого сектора Каппа-Два-Пхи— Твоя смена приступит к работе в 26:00. Я тоже раньше там жила, – продолжала онаСейчас 24:18.Следующий!
Не обращая на девушку никакого вниманияОбщественный транспорт выезжал из медицинского лагеря всё время, развозя выписанных пациентов по огромному многоэтажному городу-улью. Теперь, когда Арво продолжал разбивать камни киркойзнал, что от него ожидается, он действовал соответствующим образом. В толпе рабочих с усталыми глазами он отыскал шесть человек, назначенных в его район, и автомобиль Внутренней гвардии с водителем, который должен был доставить их туда.
– Как вы стали таким сильным? – неожиданно спросила онаАрво ехал, устроившись на крыле автомобиля, искавшего путь сквозь всё ещё горевшие промышленные кварталы и объезжавшего заваленные обломками непроходимые улицы. Арво впитывал звуки, виды и это вопрос так сильно сбил его с толкузапахи мира, не похожего на те, что он остановилсявидел раньше, мир который видели немногие подобные ему: хоть и разрушенный, но мир, в котором — по крайней мере сейчас — был ''мир''. Новый мир Арво.
– Я думаю, что вы самый сильный во всей нашей бригаде, – продолжала Занна.
На самом деле он и вправду был самым лучшим и неутомимым работником среди них: его никогда не хлестали кнутом сервиторы и Девочка наблюдала за Арво четыре дня, прежде чем рискнула подойти к нему.
остальные часто обиженно говорилиЕё рабочая бригада — теперь и его — разбирала обломки разрушенного зернохранилища. Их надсмотрщик из Внутренней гвардии позаботился о том, чтобы они поняли важность этой задачи. С ближайшего аграрного мира запросили экстренную доставку продовольствия, но, что своим примером он выставляет ихпока его ждут, как ленивых и достойных плетитысячи могут умереть от голода.
– Это хорошая работаАрво получил самый тяжёлый инструмент — кирку. Он раскалывал самые большие и твёрдые обломки, – буркнул чтобы остальные рабочие могли убрать их лопатами. Девочка работала лопатой и старалась подобраться поближе к Арво.
– Вам это нравится? – удивленно спросила ЗаннаКак только стало возможно, она подошла к нему, поднеся кружку воды.
– Не разрушать— Привет, а строить и улучшать – это хорошо, – ответил он ей— сказала она. — Меня зовут Занна.
– ДаАрво лишь хмыкнул, – согласилась онане проявляя интереса. Взмахнув киркой, прикусив губу он расколол камень и обдумывая его словаснова поднял кирку. Он не принял воду от неё. Занна редко видела, чтобы Арво вообще с кем-то говорил. Сначала он сам избегал других рабочих. – НаверноеОни, заметив это, так оно и естьтоже стали избегать его.
В этот момент сервитор развернул свою тяжелую раму— Тебя зовут Арво, и направился к ним— не отставала Занна. Заметив это— Я слышала, Занна быстро опустилась на колени и принялась копать, поставив стакан с водой рядом с Арвокак надсмотрщик тебя так называл.
– Вы должны выпить ее— Да, - настаивала она— кивнул он. – Никто не знает, когда нам дадут еще. Это хорошая вода и в ней почти нет слизи, а ведь бывают дни, когда питья вообще нет— Меня зовут Арво.
– Сколько тебе лет? – спросил Арво, впервые взглянув на нее— Ты из района Каппа-Два-Фи. Я тоже там жила.
– ОдиннадцатьАрво взмахнул киркой, расколов камень, – гордо ответила Занна. – На самом деле десять и три четверти, но я сама забочусь о себе с шести летснова поднял её.
– Что случилось с твоими…— Как ты стал таким сильным? – спросил Арво, запнувшись – он так и не мог подобрать нужное слово.
– Родителями? Я не помню своего отца. Он погибЭтот вопрос застал его врасплох, когда я была еще совсем ребенком. Нам сказали, что это был монстр, который вырвался на свободу в шахтах. Потом мама заболела и мне пришлось ухаживать за ней, а позже я начала работать, чтобы прокормить нас. Но мама все равно умерлаон сбился с ритма.
– Ее забрала болезнь? – спросил он— Наверное, ты самый сильный в нашей бригаде, — сказала Занна.
В ответ Занна отрицательно покачала головойОн действительно был лучшим и самым неутомимым рабочим среди них. Она даже не видела, чтобы сервиторы когда-либо били его плетью. Другие часто говорили о нём с возмущением, потому что по сравнению с ним они выглядели ленивыми и более заслуживающими наказания.
– Значит— Работа — это хорошо, культисты?— сказал Арво.
– Она была в нашем жилом блоке, когда он обрушился. В нем прятались богохульники, и солдатам пришлось… – ответила она, оборвавшись в самом концеЗанна удивилась.
– Ее убили солдаты— Тебе нравится работать? – сказал Арво, сузив глаза, и почувствовав, как на его щеке дернулся мускул.
– У них не было выбора. Они должны были остановить богохульников ради Императора – говорила Занна совершенно будничным тоном— Хорошо строить, словно рассказывала о чемчинить что-то прочитанном в книге. Ее жизнь всегда была такойЛучше, и не было смысла грустить об этом. Жалость к себе была самым худшим видом неблагодарностичем разрушать.
– МамаЗанна задумалась над этим утверждением, как и ты была благодарна за тяжелый труд. Это помогало ей отвлечьсязакусив нижнюю губу.
– Вот— Да, – сказал Арво— сказала она наконец. — Наверное, пододвигая к ней свою нетронутую кружку. – Выпейда.
Ему не пришлось предлагать дважды, Занна залпом выпила воду, но Массивный сервитор, как выяснилось, все еще наблюдал за ней; она почувствовала удар кнута по спине лишь за то, что она выпила больше положенного, но это того стоилонаправился к ним. Что изменит одна полоса Занна быстро опустилась на ее истерзанной спине? Она вытерла губы грязным, рваным рукавомколени и начала сгребать обломки лопатой. Кружку с водой она поставила рядом с Арво.
– Я не хотел— Лучше выпей воду, чтобы у тебя были неприятности— посоветовала она. — Неизвестно, – пробормотал Арвокогда привезут ещё. Это хорошая вода, когда внимание сервитора переключилось на следующего работникав ней почти нет слизи. Иногда вообще не бывает никакой воды.
– Это не твоя вина, – ответила ЗаннаАрво в первый раз посмотрел на неё.
– У нас есть приказ, – сухо сказал Арво— Сколько тебе лет? — спросил он. – Мы должны его выполнять
В перерывах между рабочими сменами они ели— Одиннадцать, спали и почти ничего не делали, находясь вместе с тысячью других рабочих в специально обустроенном общежитии для беженцев, представляющим из себя оскверненную часовню, которую уже нельзя было спасти; ее скамьи были изрублены на куски, а витражи разбиты вдребезги— гордо ответила Занна. Им удалось очистить стены от крови — На самом деле десять и фекалийтри четверти, но избавиться от стойкого едкого запаха, не получилось, как и от нарисованных баллончиками богохульствя сама забочусь о себе с шести лет.
В очередной вечер — Что случилось с твоими… — Арво взял свою порцию каши, и, усевшись на одеяле, скрестил ноги, поглощая еду. Сегодня, впервые за долгое время, Занна присоединилась к нему. Он не возражал против ее присутствия, хотя она вновь нарушала молчаниесразу подобрал правильное слово.
– У тебя есть семья— Моими родителями? – спросила девочкаОтца я не помню. Он умер, когда я была совсем маленькой. Говорили, на что Арво покачал головойкакое-то чудовище убило его в рудниках. Потом заболела мама, и мне пришлось заботиться о ней. Пришлось пойти работать, чтобы зарабатывать еду для нас. Но мама тоже умерла.
– Что, никогда не было— От болезни? Но этого не может быть. Должен же быть кто-то. У каждого есть мама и папа, даже если ты никогда…
– У меня никогда никого не было, – сердито перебил он ее. – Ничего. Просто… – Арво осекся, словно сожалея о своей откровенности. – Мне здесь не место, – закончил он вздохнувЗанна покачала головой.
Занне очень сильно хотелось узнать, что именно хотел сказать этими словами Арво, но впервые заглянув под маску незнакомца, она испугалась того, что может узнать. Девочка никогда не встречала никого подобного Арво, и теперь она хотела узнать о нем все; но как только она собралась с духом и начала открывать рот, чтобы задать свой очередной вопрос, из трансепта донесся яростный вой и панические крики; момент был упущен.— Её убили культисты?
Занна не заметила— Она была дома, как Арво успел вскочил на ногикогда наш жилой блок обрушился. В нём прятались богохульники, из-за чего его миска с грохотом упала на кафельный пол, расплескав свое содержимое.и солдатам пришлось…
В то время как остальные рабочие стояли, разинув рты или же съежились, слишком уставшие и боявшиеся действовать, Арво быстро пробирался сквозь их рядыприщурил глаза. Занна было вскочила и попыталась побежать за ним, но неожиданно испугавшись, остановиласьМышцы на его щеке дёрнулись.
Долговязый, полуголый и грязный человек с безумными глазами и взъерошенной вшивой бородой выскочил из трансепта. Он кричал словно одержимый, отталкивая от себя людей силой своего безумия. Он был таким же неистовым, как и все те помешанные, которых Занна видела ранее.— Солдаты убили её?
Несколько храбрых душ кинулись, пытаясь остановить его, хватаясь за его жилистые руки и ноги, и разрывая некогда белую рубашку— У них не было выбора. Они вскрикивали предупреждения, молитвы или просто бессмысленно и испугано кричали, тем самым распространяя панику, что охватывала людей со скоростью лесного пожара. Арво остановился и уверенно стал на пути безумца, а затем его рука, словно питон, резко метнулась вперед; раздался треск костей, и сумасшедший рухнул на пол и закатил глаза, а затем внезапно умолк. Паника улеглась, но крики продолжали доносится с разных сторондолжны были остановить богохульников. Поздно среагировавшие надзиратели проталкивались сквозь оживленную толпу, которая продолжала бить мертвого безумцами кулаками, пинать ногами и плеваться в негоРади Императора.
«…уклонялся Она была почти благодарна и за эту тяжёлую работу, отвлекавшую разум от своих обязанностей…»; «больше воды, чем ему было положено…»; «…бормотал, что-то похожее на…»; «…только произнес слова молитвы…»; «…прячет что-то на плече, вроде татуировки или…»праздных мыслей.
Отпрянув от центра всеобщего внимания, Арво вновь оказался рядом подтолкнул к ней нетронутую кружку с Занной. Сыграв свою роль в мгновения ока, он вернулся обратно, приняв анонимность, и несмотря на сделанное, никто, казалось, и не заметил его исчезновенияводой.
Быстро завершив свое расследование— Ты выпей, надзиратели, даже не осматривая тело безумца, выбрали наугад двух рабочих и приказали им избавится от трупа; — сказал он станет топливом для ближайшего из погребальных костров, горевших уже несколько недель по всему городу.
– Занну не пришлось просить дважды. Она выпила воду одним глотком. Как ты узнал? – спросила Занна у Арвооказалось, сервитор всё ещё наблюдал за ней. Она почувствовала удар его плети по плечам за то, что выпила больше своей доли, но оно того стоило. – Откуда ты зналНу и что, что нужно делатьк рубцам от плети добавится ещё один?
– Требовались решительные действия, – твердо заявил онОна вытерла губы грязным рваным рукавом.
– Да— Я не хотел, но как ты узнал, что все, что говорили об этом человеке оказалось правдой? Ты чточтобы тебя наказали из-то слышал или видел, или…? – запнувшись, Занна повернулась к своему новообретенному другуза меня, и прочитав в его тусклых серых глазах правду— прошептал Арво, затихлакогда сервитор обратил внимание на других рабочих.
– Требовались решительные действия— Это не твоя вина, – повторил он— уверила его Занна.
– Я поняла— У нас есть приказы, – ответила ему Занна— сухо произнёс Арво. — И мы должны их выполнять.
По прошествии получаса большая часть люменов потухла, и усталые беженцы уселись на холодных плитах, закутавшись в потертые одеяла. Некоторые из них уже храпели: утомленные дневными работами, они нуждались в отдыхе.
– Я думала над этим – сказала ЗаннаМежду рабочими сменами они ели, понизив голосспали (и почти ничего, кроме этого, чтобы не разбудить уставших работяг вокруг нее. – Я думаю, что мне удалось все понятьделали) вместе с тысячей других рабочих в назначенном им приюте для беженцев.
Арво хмыкнулКогда-то это здание было церковью, он вылил свою порцию воды но культисты безнадёжно осквернили его. Деревянные скамьи были расколоты в чашку щепки, окна из-под каши, промыл еевитражного стекла разбиты. Кровь и фекалии со стен отчистили, но зловонный запах после чего поднес к губамних остался, как и осушилочертания богохульных надписей на стенах.
– Ты виделПолучив свою порцию каши на ужин, Арво, как все начали паниковатьвсегда, и решилел её, что тебе нужно чтосидя на одеяле скрестив ноги. Но сегодня в первый раз кто-то сделать, чтобы остановить егосоставил ему компанию. Если бы ты Он не среагировал, все могло обернуться полным кошмаром: могла начаться давка и этот безумец сделал бы что-то ужасноевозражал против присутствия Занны, прежде чем получить по заслугамхотя ей снова первой пришлось нарушить тишину.
Одна жизнь в обмен на многие. Это казалось разумным уравнением, для тех, кто знал, насколько может быть капризна смерть и воля Императора— У тебя есть семья? — спросила она его.
– Они говорят, что группа культистов спряталась в специальном убежище в секторе Эта-ДваАрво покачал головой. – прошептала Занна. – А ночью, они вышли из него, достали ножи и начали перерезать глотки…
– Принеси одеяло— Что, – хрипло сказал Арвоникогда не было? Но у тебя кто-то должен быть. У всех есть отец и мать, положив ей руку на плечо. даже если они никогда…
Лицо девушки просияло, и она поспешила сделать то, что ей было сказано; вернувшись, она обнаружила уже спящего Арво.раздражённо прервал её:
Несмотря на то, что часовня была переполнена, вокруг него было свободное пространство - никто не хотел находится слишком близко к нему— У меня никого нет.Никого. Только…
Во сне он лежал на земле: парализованный и беспомощный, а вокруг него были разбросаны разорванные на куски солдаты в масках с мрачными черепами. Его это не беспокоило - он зналОн замолчал, что на смену каждому погибшему приходят еще двоесловно сожалея о своей откровенности, и невозможно было остановить их продвижениевздохнул.
Только вот в этом искаженном сне каждый солдат в маске-черепе был им.— Я лишний здесь…
<nowiki>***</nowiki>Яростный вой и вопли ужаса донеслись от одного из церковных трансептов.
Несмотря на тревогу от сновиденийИз трансепта вырвался человек: долговязый, он чувствовал утешение при виде знакомых картинполуодетый и грязный, с безумными глазами и взлохмаченной, усыпанной вшами бородой. Когда прозвучал звон колокольчикаОн вопил так, а его сознание вернулось в настоящеекак Занна слышала несколько раз и раньше, и он осознал где находится— как одержимый, все в разбрасывая окружающих его животе сжалосьлюдей силой своего безумия.
В мире покояНесколько более смелых рабочих пытались остановить его, в котором он проснулсяхватая за жилистые руки и ноги, Арво чувствовал себя потеряннымразрывая его когда-то белое бельё. Сон же повествовал о том, что он знал: о жизниОни и многие другие выкрикивали предостережения, молитвы или просто бессмысленно кричали в которой у него было четкое местострахе. Их голоса заглушали друг друга, долг и миллионы подобных емутолько их ужас, распространявшийся, словно пожар, был общим.
Надсмотрщики ходили между людьмиАрво уверенно встал на пути безумца. Его рука мелькнула, словно змея, толкая особо медлительныхнанеся удар. Арво отыскал Занну Послышался хруст костей, и безумец внезапно замер и рухнул на пол, его глаза закатились в глазницах — и ткнул ее носком ботинкастрах ушёл, тем самым избавив от удара плетьюхотя шум голосов не умолк.
– Сегодня держись поближе ко мнеНадсмотрщики в церкви только сейчас начали реагировать на возникший беспорядок, – прошептал онпроталкиваясь сквозь возбуждённую толпу. Тело безумца, теперь явно мёртвого, оплёвывали и пинали.
Арво слышал, как застучали ковши, разливавшие сырые помои по жестяным мискам: если он хотел есть, то больше медлить было нельзя - еды на всех Каждому в толпе не хваталотерпелось рассказать свою версию событий.Занна расслышала некоторые подробности:
От улья струился искусственный свет, отражаясь — …уклонялся от осколков разбитого цветного стекла в окнах, и рассеиваясь радужными цветами. Впереди Арво ждал еще один долгий и тяжелый рабочий день, но не чувствовал усталости из-за работы.работы…
Он устал притворяться обычным имперским гражданином, хотя и едва ли понимал, что это значит.— …больше своей порции воды…
<nowiki>***</nowiki>— …только притворялся, что молится…
– Внимание всем гражданам! – голос из динамиков раздался по всему сектору, и все начали внимать его словам, не отвлекаясь от своих дел.
Занне пришла в голову мысль, что Арво скрылся из всего разрушенного первыми восстановили именно вокс-динамикицентра внимания и снова оказался рядом с Занной. Естественно было самым верным решением: общение было жизненно необходимоКазалось, а утренние объявления приносили хорошие новостиникто не замечал его, несмотря на то что, несомненно, поднимало настроение рабочимон сделал для них. СегодняКак будто, напримерсыграв свою роль, была одержана великая победа на Орате, где Ангелы Императора спустились с небес, чтобы очистить этот мир от чумы, и было предупреждение о оставшихся ячейках культистов, скрывающихся по всему улью Опусон мгновенно снова вернулся в неизвестность.
– … прошлой ночью Надсмотрщики быстро завершили своё расследование. Они даже не потрудились осмотреть труп безумца. Случайно выбрав двух рабочих, они приказали им убрать тело. Погребальные костры горели в одном городе неделями. Теперь у ближайшего из убежищ был обнаружен шпион, замышлявший саботировать наши усилия по восстановлению улья. Благодаря милости Императора и бдительности простых граждан его гнусный замысел был сорванних будет немного больше топлива.
Сегодня — Откуда ты знал? — спросила Занна у Занны не было лопаты, из-за тогоАрво. — Откуда ты знал, что она поздно заняла место в очереди на раздачу инструментов, и теперь ей пришлось разгребать завалы руками, что, естественно, не было оправданием для малой продуктивности работы. Сегодня за ними наблюдал рядовой Ренна. делать?
Он обращал намного больше внимания на юную Занну— Требовались решительные действия, чем большинство солдат до него, и позволил ей отнести воду другим рабочим чтобы те могли утолить жажду, не покидая своих постов— безразличным голосом заявил он.
Проходя мимо Арво— Да, Занна заметилано откуда ты знал, что он стоит на коленяхвсё, отложив свою киркучто говорят об этом человеке, и баюкает — правда? Ты видел или слышал что-то в руках. Они присела рядом с ним, опасаясь, что он пострадал и увидела, что тот держит в руках: это была маска, точнее противогаз с специальным отверстием для трубки ребризера. Один из его круглых окуляров был разбитподобное, а ткань пропиталась засохшей кровью.или…
На месте правого глаза трупа зияло отверстие и Занна узнала в ней рану от пулевого ранения - оно было смертельным. Должно быть— Требовались решительные действия, что Арво снял противогаз с трупа— повторил он.
«Что именно в этом человеке заставило его так опешить?..», – подумала про себя Занна.
– Ты знал его? – спросила она— Я понимаю, — сказала Занна.
– В некотором смысле… даПрошло полчаса после инцидента, – ответил Арови большая часть люменов уже была выключена. Уставшие рабочие устраивались на холодных плитках пола, колеблясьзаворачиваясь в свои рваные одеяла. Некоторые из них, особенно утомившиеся после целого дня тяжёлой работы, уже храпели.
– На нем ничего нет— Я думала об этом, — прошептала Занна, чтобы не разбудить спящих вокруг, — и я правда понимаю.
– Должно бытьАрво хмыкнул. Налив свою порцию воды в миску, квартирмейстеры добрались до него еще до тогоон промыл рану на голове, как его похоронили. – проговорил Арвопосле чего поднёс миску к губам и выпил воду.
– Квартирмейстеры? – спросила девушка— Ты увидел, нахмурившись от услышанного незнакомого словакак все стали паниковать, и понял, что надо сделать что-то, чтобы прекратить это.И если бы ты не остановил его, всё могло бы быть куда хуже. Кого-то могли бы затоптать в панике, и… тот человек, наверное, и правда делал что-то такое, что заслужил это…
– Они спасли его оружиеПожертвовать одной жизнью ради многих; это казалось разумным решением, доспехи и снаряжение. – сказал Арво повертев в руках маску. – Они оставили ее потомуособенно тем, что она сломана и не подлежит ремонту. Она выполнила свою цели и теперь бесполезна для нихкто знал, как непредсказуема может быть смерть — и ее владелецволя Императора.
– А кем он был? – спросила — Говорят, что банда культистов пряталась в приюте для беженцев в секторе Эта-Два-где-то-там, — прошептала Занна.— Ночью они доставали ножи и резали глотки тем, кто…
– Одним из ваших освободителей, - ответил ей Арвовзял Занну за руку.
– О— Принеси своё одеяло, Астра Милитарум? – до этого момента Занне казалось, что она никогда раньше не видела имперских гвардейцев, но в это мгновение она вдруг поняла, что за последние дни повидала их немало - просто они никогда не попадались ей живыми— хрипло сказал он.
О непримиримых и безликих солдатах Корпуса смерти Крига ходило немало слуховХотя в церкви было тесно, но лишенные своих грозных доспехов, они выглядели, как и все прочие жертвы войнывокруг него образовалось некоторое свободное пространство. Никто не хотел подходить слишком близко к нему.
Почему Орат заслужил АнгеловЛицо девочки осветилось радостью. Она поспешила за одеялом. К тому времени, когда как Париусу пришлось иметь дело с обычными людьми?она вернулась, Арво уже спал.
– Хвала Императору за Во сне он лежал на земле, парализованный, беспомощный, а вокруг солдаты в масках-черепах гибли, разрываемые на куски вражеским огнём. Он знал, что ему не стоит беспокоиться об этом. Ибо на место каждого убитого встанут двое, и ничто их жертву, – передразнила она утренние объявленияне остановит — но неким странным образом в искажённом мире сна каждый солдат в маске-черепе был ''он''.
– Они были рожденыЭтот сон тревожил его, чтобы сражаться но одновременно и умереть за него – пробормотал Арво. – Они считают, что их жизни стоят намного меньше, чем жизни других людейприносил некое успокоение. У этого человека не было ничего, кроме Когда звон колоколов пробудил его долга, и он был рад получить пулю вспомнил, где находится, внутренности в глаз, чтобы мы могли…мы могли…его животе словно скрутило узлом.
– Мы могли быть свободнымиВо сне, – продолжила за него Заннапо крайней мере, он был в знакомом мире. Он знал своё место там, знал свой долг, и были другие, миллионы других, таких, как он. В мире реальности, в мире, где был ''мир'', Арво чувствовал себя потерянным.
– ДаНадсмотрщики уже принялись за работу, - глухо ответил подбадривая плетьми тех, кто просыпался слишком медленно. Арво. – Чтобы мы могли быть свободнымиподошёл к Занне и слегка толкнул её, избавляя от плетей.
Они слишком долго сидели без дела и позади них появился сервитор с хлыстом. Мускулы на его чрезмерно развитых плечах напряглись— Держись сегодня ближе ко мне, и плеть, заменявшая сервитору правую руку, ударила Арво по спине, потрескивая от слабого электрического разряда— прошептал он.
И только Занна услышала слова горькой печалиИскусственный свет улья проникал в разбитые окна, что сверкал на осколках цветного стекла и рассыпался радугами. Перед Арво открывался новый день. Ещё один долгий день, полный тяжёлой работы. Но он пробормотал себе под носчувствовал усталость не из-за работы.
Доработав до перерыва в этот же день, рабочие наткнулись на проход в кладовую. Рядовой Ренна посветив туда фонариком и объявивАрво устал от усилий притворяться обычным мирным жителем Империума — потому что он едва понимал, что проход цел, послал в темноту сразу дюжину работяг. Занна с радостью бы вызвалась добровольцем - она достаточно мала, чтобы поместится в проходе, но Арво не пустил ее, удержав за плечо, и покачав головойэто такое.
В течении следующих нескольких часов рабочие вытаскивали из подвала громоздкие мешки с зерном, передавая их по цепочке, и грузя в ожидавшие грузовики. Один из мальчиков был избит, когда в его руках порвался мешок, извергнув свое содержимое на землю. Занна стала одной из тех, кого заставили опустится на колени и выковыривать из грязи все, что можно было спасти.
Ренна был настолько разгорячен своим успехом— ''Внимание, что заставил их работать на один час больше положенноговсе граждане.''
Когда почти весь подвал был очищен от содержимого, одна Голос раздавался из женщин потеряла равновесие с полным мешком в руках и дрожащей рукой, ища опорыгромкоговорителей по всему району. Предполагалось, ухватилась за скрипучуючто все будут слушать объявление, стонущую балку - и тогда весь мир словно перевернулсяне прерывая работы.
Ужасный рев пронзил уши ЗанныЗанна вдруг подумала, и она почувствовалачто после всех разрушений громкоговорители были первым, как из ее ушей идет кровьчто стали восстанавливать. Ослепленная слезами и задыхающаяся от черной пылиИ конечно, Занна обнаружила, что прижата к землеэто было правильно. Постепенно поняв, что дрожь прекратиласьПравительственные объявления были жизненно важны, а ее барабанные перепонки очистилисьв утренних сводках сообщались хорошие новости для поднятия морального духа. Сегодня, она услышала кашель и шлепкинапример, вопли боли и слабые крики сообщили о помощи. Первой ее мыслью было поскорее вернуться к работевеликой победе на Орате, пока сервитор где Ангелы Императора спустились с кнутом не увидел еенебес, но поднявшись на колени, она согнулась пополам и начал извергать пыль и желчь. Вокруг нее были разбросаны тела: некоторые из них еще дергались, а другие зловеще застыли; кто-то же пытался выбраться из-под свежих обломковчтобы очистить этот мир от скверны.
– Все Также передали объявление о подпольных ячейках культистов, скрывавшихся в порядке, – услышала она знакомый голос и сильная рука обняла ее за плечиулье Опус.
– Все кончено— ''В приюте для беженцев прошлой ночью был обнаружен шпион, пытавшийся саботировать наши усилия по восстановлению города. Ты в безопасности. – проговорилБлагодаря милости Императора и бдительности обычных граждан, таких как вы, доставая откуда-то флягу с собственным пайком и протягивая ей. Она с благодарностью приняла егоэтот злодейский заговор был пресечён.''
– Все эти л-людиЗанне сегодня не досталось лопаты — она опоздала встать в очередь за инструментами. Ей пришлось сгребать обломки руками, – пробормотала Заннано это не являлось оправданием для недостаточно усердной работы. Сегодня надсмотрщиком был рядовой Ренн. Он несколько больше прочих принимал во внимание юный возраст Занны и позволил ей подносить воду другим рабочим, оторвавшись от фляжки и все еще дрожа от потрясениячтобы они могли пить, не оставляя работы.
– Мы ничего не сможем Занна увидела, что Арво стоит на коленях, держа что-то в руках. Свою кирку он отложил. Девочка присела рядом с ним, обеспокоенная, что он, возможно, получил травму, и увидела, что он держит. Это был противогаз с отверстием для них сделать – сказал Арвошланга. Одна из его круглых линз была разбита, покачав головойткань затвердела от засохшей крови.
– Ты Арво обнаружил в развалинах убитого солдата. Занна заметила тело, но не позволил мне спустится тудаобратила на него внимания — это был лишь один труп из многих, очень многих. Ты зналНо её другу, что в подвале похоже, было не безопасновсё равно. Ты мог бы…почему ты ничего не сказал?
– Надсмотрщик видел то же самоеПравый глаз мертвеца был разворочен. Занна узнала пулевую рану и поняла, что и яэто, должно быть, – ответил ей была мгновенная смерть. Арво, наверное, снял противогаз с трупа. – Они знали этоЧто в этом мёртвом теле было такого особенного, что её друг так же, как и я. Но не нам ставить под сомнения его приказы.пристально смотрел на него?
С наступлением ночи рабочие устало тащились обратно в убежище в еще большей тишине, чем обычно. Когда они прошли сквозь двери часовни, рядовой Ренна присоединился к небольшой группе своих сослуживцев; он хвастался перед ними своим удачным днем и тем количеством еды, которое сегодня удалось спасти— Ты знаешь его? — спросила она.
Но внутри церкви Арво ответил не было никаких намеков на дополнительный паёк - разве что уменьшилось количество ртов, а то немногое, что осталось от каши, было едва теплым и начало застывать. Занна была слишком уставшей, чтобы есть, и сразу легла спать. Завтра работа возобновится точно по расписанию - никому не было дела до того, что у ее бригады сегодня была продолжительная смена.
<nowiki>***</nowiki>— На нём нет никакой одежды.
– Я кое-что слышала сегодня – сказал Занна. – Один из рабочих в убежище говорилнахмурилась, что его бригада нашла еще одного солдата из Корпуса Смерти Крига. Живогоуслышав незнакомое слово.
– Нет, – сказал Арво, и отрицательно покачал головой.— Квартирмейстеры?
– А почему нет? – запротестовала Занна— Они забрали его оружие, несмотря на броню, снаряжение. — Арво повертел противогаз в руках. — Оставили только то, что она лгаланевозможно починить. Оно сослужило свою службу и теперь бесполезно для них. Как и его владелец.
– Квартирмейстеры, пересчитывают всех бойцов при погрузке в челноки, – ответил ей Арво— Кто он был? — спросила Занна.
– Ну а что, если… – начала было она— Один из наших освободителей.
– Нет, – Арво перебил ее. – Остаются только мертвые, а пропавшие без вести приписываются к их числу.— Астра Милитарум?
– ДаЗанна думала, но что если один из них остался?раньше никогда не видела имперского гвардейца. Теперь она поняла, что за последние дни успела повидать многих. Она просто не видела их живых. Ходило много слухов о неумолимых безликих солдатах Корпуса смерти Крига. Но, лишённые своей грозной брони и снаряжения, они выглядели как обычные люди, как все прочие жертвы войны.
– Оставшийся в живых должен сообщить о себе властям планеты и как можно скорее вернуться в свою ротуПочему Орат удостоился внимания Ангелов Императора, иначе его признают дезертиром.а на спасение Париуса направили обычных людей?
Они шли по улицам улья— Хвала Императору за принесённые ими жертвы, направляясь на новое задание; цель находилась далеко от их убежища— произнесла она слова, что давало бригаде дополнительные полчаса отдыха перед началом работ. Занне нравилось, что надзиратели были не против разговоров, пока их подопечные шли к месту работкоторые слышала в новостях.
– А — Их воспитывают, чтобы они сражались и умирали за Него, — прошептал Арво. — Они верят, что будет? – спросила онаих жизни стоят меньше, чем жизни других людей. У этого человека не было ничего, кроме долга. – С дезертиром?Он был рад получить пулю в глаз, чтобы мы могли… мы могли…
Он не ответил ей— Мы могли быть свободны, и — сказала Занна шла рядом, изучая его лицо, и пыталась понять, о чем он думает, но не найдя ответа, продолжила:.
– Ты сказал— Да, – напомнила она ему, – что все бойцы Корпуса Смерти Крига были рождены, чтобы — глухо повторил Арво. — Чтобы мы могли быть солдатамисвободны.
– Для солдата корпуса Крига ослушаться приказаОни отдыхали слишком долго. Сервитор с плетью направился к ним, – пробормотал Арво такмышцы на его слишком мускулистых плечах вздувались. Плеть, что ей пришлось напрячьсязаменявшая сервитору правую руку, чтобы расслышать их. – Невозможнохлестнула по спине Арво, немыслимоудар сопровождался слабым электрическим разрядом для пущей убедительности. Он может ослушаться…если только…
– Арво принял наказание, едва поморщившись. Бросив покрытый засохшей кровью противогаз, он снова взялся за кирку. Только если что? Занна слышала слова, которые он с горечью шептал, работая с удвоенными усилиями:
– Если только он сам был… неполноценным, или его затронула порча Хаоса.— Чтобы мы могли быть свободны…
Услышав эти слова Занна сделала защитный знак аквилы поперек груди.
– Может быть, солдаты тоже иногда испытывают страх?.. – сказала она через какое-то времяВ тот же день после полудня они наконец достигли важного результата в своей работе.
– Нас учат не задавать вопросовРабочие расчистили вход в подвал зернохранилища. Нас учатРядовой Ренн, посветив вниз люминатором, объявил, что у Императора есть ответы на все вопросывход выглядит неповреждённым, даже если мы их не знаеми сразу же послал в тёмный подвал десяток рабочих. Нас учатЗанна с радостью вызвалась бы одной из добровольцев и была достаточно маленького роста, что допускать запретные мысли – это признак безумиячтобы туда пролезть, но Арво удержал её, но…как мы может знать это наверняка?покачав головой.
– Если бы в меня каждый день стреляли и все вокруг меня взрывалосьСледующие несколько часов они вытаскивали тяжёлые мешки с зерном из подвала, передавали их по цепочке рабочих и мне приходилось бы сталкиваться со всевозможными монстрамиукладывали в грузовики. Одного мальчика забили плетьми до бесчувствия, я быкогда мешок в его руках вдруг разорвался, наверноерассыпав содержимое. Занна была среди тех, испугаласькто на коленях выбирал зерно из грязи.
– Страха нетОни работали ещё дополнительный час, – пробормотал Арво. – Я никогда не боялсятак воодушевлён был Ренн их успехом.
После этих слов он прервал их разговор К концу этого времени подвал почти опустел. Вдруг женщина, тащившая полный мешок зерна, потеряла равновесие на выходе из подвала. Её рука в поисках опоры схватилась за скрипящую балку — и на протяжении всего пути не возвращался к немумир вокруг стал другим.
Они вновь заговорили только после обедаУжасный рёв ворвался в уши Занны. Она подумала, когда Арво и его бригада расчищали завалы жилого блокачто из ушей, наверное, потекла кровь. Внезапно она обнаружила, чтобы что лежит на его месте смогли возвести новыйземле, задыхаясь от чёрной пыли. Он наполнял тележку мусором и отвозил ее к мусоросжигательным печам для утилизацииГлаза слезились. Не сразу она поняла, что сотрясение земли прекратилось. Занна вызвалась добровольцемКогда её слух прояснился, который будет помогать ему удерживать груз в тележке она услышала кашель и подбирать обломкихрип, что он потеряет в путикрики боли и слабые призывы о помощи.
– Что ты будешь делать? – неожиданно спросил ее АрвоПервой мыслью Занны было вернуться к работе, пока сервитор не увидел, что она лежит без дела. Она поднялась на колени, но потом согнулась в приступе тошноты, выкашливая пыль и желчь. Вокруг лежали тела. Некоторые ещё подёргивались, другие были зловеще неподвижны. Кто-то пытался выбраться из-под свежей груды развалин.
– Когда? Что ты имеешь — Всё в виду? – Спросила она нахмурившисьпорядке, — услышала Занна знакомый голос. Сильная рука обняла её за плечи. — Всё закончилось. Ты в безопасности.
– Как только мы разгребем завалы и восстановим городАрво подал ей кружку с водой — возможно, свою порцию. Занна приняла её с благодарностью. Что ты делала раньше, до всех этих событий?
– Раньше? – переспросила — В-все эти л-люди… — заикаясь, произнесла Занна, рассмеявшись ему в лицо. – Не было никакого раньшедрожа от шока.
Увидев, как нахмурился Арво, она попыталась побыстрее все объяснить:покачал головой.
– Всегда есть чем заняться. — Мы строим, потом приходят предатели или монстры и снова все разрушают, и нам приходится отстраивать все снованичего не можем сделать для них.
– Значит— Ты остановил меня, не позволил спуститься туда. Ты знал, эти трудовые бригады - это все что здесь естьв подвале небезопасно. Почему ты ничего не сказал надсмотрщикам?
– Мы служим Императору— Надсмотрщики видели то же, восстанавливая наши города быстреечто видел я, чем их успеют разрушить наши враги. – Повторила она старые слова, заученные еще в школе— заверил её Арво. — Они стояли у входа в печь, и жар обжигал ее лицоне хуже меня знали, освещая друга огненно-оранжевым сияниемчто там небезопасно. – Когда Не нам удастся построить все необходимое на Париусе, мы начнем посылать металл и химикаты для кузниц Императора, и людей, дабы они сражались ради негооспаривать их решения.
– Тогда что же получается… – начал было АрвоПуть усталых рабочих обратно в приют той ночью проходил в более тяжёлом и угрюмом молчании, но вопрос застрял у него чем обычно. Когда рабочие вошли в горледвери церкви, рядовой Ренн подошёл к небольшой группе своих товарищей-солдат снаружи. Он отвернулся и начал выгружать содержимое из тележки. Занне пришлось дважды подтолкнуть егохвалился, как успешно прошёл день, прежде чем Арво снова взглянул на неесколько продовольствия он нашёл.
– За что сражаются эти люди?В церкви-приюте не появилось дополнительных порций еды для рабочих — просто стало меньше ртов. Недоеденная чуть тёплая каша уже начала засыхать.Занна чувствовала себя слишком уставшей даже для того, чтобы есть, и сразу отправилась спать. – спросил он жутким шепотомНесмотря на то что сегодня их бригада работала дольше обычного, завтра рабочий день начнётся точно по расписанию.
Занне нечего было ответить, несмотря на то, что его глаза яростно требовали того. Пытаясь заполнить неловкое молчание, она выпалила:
– В старом жилом отсеке он был нашим соседом— Я кое-что слышала сегодня, и иногда приходил к нам— сказала Занна. — От одного рабочего в приюте. Его бригада нашла ещё одного солдата, чтобы починить наши люмоглабины, когда они… – после этих слов она прервалась, словно обдумывая что-токриговца. – Я подумала, что должна сказать тебе, вот и всеЖивого.
– Я знала настоящего Арво, – призналась она— Нет.
В ту ночь— Почему нет? — спросила Занна, вернувшись в убежище, Арво обнаружил, что одеяло Занны исчезло. Она отодвинула его как можно дальше, а хотя на работе стала его избегать, и все равно он приглядывал за ней. По прошествии трех дней Арво нашел возможность, чтобы снова поговорить с девушкойсамом деле она лгала.
Занна выглядела усталой: ее уже трижды били плетью, она начала плохо работать, из-за чего за ее спиной кружили слуги с кнутами. Арво принес ей воды, и, улыбнувшись своим покрытым блестящей грязью лицом, она приняла ее. Занна дрожала, и дотронувшись до ее лба, он почувствовал, как от него идет жар; его ладонь же мгновенно промокла от пота— Квартирмейстеры считают всех солдат при посадке на десантные корабли. Она позволила ему работать рядом, и когда сервиторы переключили свое внимание на других работников, он заговорил:
– Когда я нашел его— Но что, он уже был мертв, – пробормотал он ей. – Я его не убивал.если…
Теперь Арво знал причину— Оставляют только погибших или пропавших без вести, из-за которой она начала разговаривать с ним, и почему он ей был так интересен. Около трех дней он пытался сформулировать, что сказать Занне, и теперь он был обязан ей все объяснитьпредположительно считающихся погибшими.
– Конечно— Да, нет. Я никогда и не думала… – ответила онано что, с изумлением смотря на него.если один из…
– Когда я проснулся, то остался один, – продолжил он, перебив ее. – Я нашел его тело, тело Арво, — Выживший обязан сообщить о себе планетарным властям и я… возможно, это было из-за ранения, что я получил, но… я удивился, почему его жизнь, ваши жизни, стоят дороже, чем наши. Мне стало интересно, что было добиться возвращения в вас такого ценногосвой полк и роту как можно быстрее, что мы должны были жертвовать столькими братьями?.иначе он будет считаться дезертиром.
– Ты начал задавать себе слишком много вопросов – сказала онаОни шли по улицам улья. Их бригаду перевели на другое место работы, находившееся дальше прежнего. Это давало им полчаса передышки каждое утро, прежде чем начиналась настоящая работа. Занне нравилось, что надсмотрщики терпимо относились к разговорам рабочих, пока те шли.
– Верно, – сказал он, кивнув. – Я сделал это… Я просто хотел все понять— А что случится тогда? — спросила она.— С дезертиром?
– Я… – начала Арво не ответил. Занна. Она сглотнула и отвела от него свой взгляд. – У меня тоже иногда возникают вопросы. Но они всмотрелась в моих мысляхего лицо, но…пытаясь понять, о чём он думает, но никаких намёков на это не увидела.
– Продолжай— Ты сказал, – сказал Арвочто криговцев воспитывают, чтобы они были солдатами? — спросила она.
– Иногда в блоке— Для солдата Корпуса смерти не подчиниться приказу просто немыслимо, я слышала, как люди говорили «почему нам дают так мало еды и выделяют — прошептал Арво так мало времени для отдыха». Я должна была о них сообщитьтихо, как о предателях, но не сделала этого - я зналачто ей пришлось напрячь слух, что все эти разговоры из-за алкоголячтобы услышать его. Они поднимались на тридцать четвертый этаж, а потом появились эти граффити, и следующее, что все узнали…— Его подготовка… Если только…
– Все рухнуло, – пробормотал Арво.— Если только что?
– Так и с тобой? – обезоруживающе прямо спросила Занна— Если только сам солдат не является… дефектным. Или затронутым скверной Хаоса. – Понимаешь?
Арво нахмурился и перевел дыхание. Он только начал говорить, как внезапный громкий шум опередил его. Это были до боли знакомые звуки из его прежней жизни. Арво подумал, что все: выстрелы, гневные возгласы, произнесенные в страхе и в гневе, взрывы, все Услышав это он слышит только у себя в голове, и это лишь очередное видение, но переведя взгляд на Занну, он понял, что и она тоже слышит их. Они были вдалекеслово, но стремительно приближались - то были звуки войныЗанна сотворила знамение аквилы.
Арво рефлекторно потянулся за пистолетом за поясом— Им, но его там не оказалось. Вместо этого он вцепился в рукоять киркинаверное, поднявшись с корточекиногда бывает страшно, даже солдатам.
Капрал Макстелл остался с работниками— Нас учили не сомневаться. Нас учили, отдав приказ большей части надзирателей достать оружие и направится к месту беспорядковчто у Императора есть все ответы, даже если мы не видим их. Нас учили, что позволять себе запретные мысли — признак безумия, но как… Как мы можем знать наверняка?..
– Не обращайте внимания— Если бы меня пытались застрелить и взорвать каждый день, – рявкнул он, брызгая слюной на своих взволнованных работников. – Чтобы не случилосьи если бы мне приходилось встречать всяких чудовищ, это не ваше делонаверное, и уж тем более не повод для отлынивать от работымне было бы страшно. Ваша бригада выполнит план до конца смены, или я вытрясу дух из ваших шкур!
– Сэр— Нет, я могу помочьне страшно, – заговорил — прошептал Арво. – Я…— Никогда.
Он Больше он не успел договорить - локоть Занны ударил его между реберхотел говорить на эту тему. Она была права - было бы полным безумием раскрывать свою тайну, и когда сервитор начал проталкиваться к нему, Арво сделал то, что ему было приказано, вернувшись к работе - правда, ненадолго.
Война со всем своим гулом Он не разговаривал почти до вечера. Они расчищали развалины жилого блока, чтобы освободить место для строительства нового. Обломки и яростью обрушилась на нихмусор грузили в ручную тележку, которую Арво отвозил к мусоросжигательной печи. Занна шла рядом с ним, подбирая обломки, которые выпадали из тележки.
Все началось с одинокой бегущей фигуры, кричащей ругательства через плечо. На культисте был черно-пурпурный плащ, накинутый поверх рабочего комбинезона. Макстел выстрелил, но промахнулся: луч прошел мимо культиста, но отразившись от камней, срикошетил предателю в колено. Культист упал, разбрызгивая осколки костей и крови, и оказавшись на земле, начал задыхаться, дергаясь в агонии— Что ты будешь делать? — вдруг спросил её Арво.
Капрал понял, что последует за этим, и приказал своей бригаде отступать, держа в руках инструменты. Когда появились новые культисты, Арво крепче сжал свою кирку и шагнул им навстречу. Не ожидавшие сопротивления от простых работяг культисты бросились в яростную атакуОна удивлённо нахмурилась.
Их зловонными фигуры заполонили все пространство вокруг: они выскакивали из полутьмы, хватая рабочих и используя их как живые щиты. Один из них попытался схватить Занну, и заработал удар киркой по черепу.— Когда? Что ты имеешь в виду?
Арво видел, как вспыхнула рожа Макстела и тот завалился за укрытие, после чего предатели начали разбивать ближайшие люмены освещения, погружая площадь во мрак. Он воспользовался этим, быстро оттащив Занну за полуразрушенную стену— Когда восстановление улья будет закончено.Что ты делала раньше?
Войска внутренней охраны Опуса, сопровождаемые надзирателями, бежали за культистами по пятам, стреляя из лазганов. Лучи от их выстрелов прорезали темноту. Они кричали рабочим, чтобы те упали на землю, но большинство не слышало их - они были или захвачены культистами, или же в панике убегали. Выпалив предупреждения, солдаты стали стрелять во все движущиеся тениЗанна засмеялась.
Занна, свернувшись в клубок, дрожала в руках Арво— Не было никакого «раньше».
– Их малоУвидев, – успокаивающе прошептал ей что Арво. – Самое большее дюжина. Это не запланированное нападениев недоумении наморщил лоб, их просто выкурили из какой-то дыры и теперь они убегают, спасая свои жизни. она попыталась объяснить:
«Стараясь причинить как можно больше вреда…», – подумал про себя Арво, но предпочел не произносить это вслух— Всегда приходилось что-то отстраивать. Он вспомнил, о чем говорила ему Занна: мы Мы строим, предатели и чудовища приходят предатели или монстры, и разрушают все, а мы же должны и нам снова приходится строить заново.
– Оставайся здесь – сказал он девочке.— Значит, эти рабочие бригады — это всё, что…
Арво инстинктивно запомнил каждую деталь местности, и теперь, пригибаясь, уверенно выбрался из-за стены. Он запомнил куда попрятались культисты еще до того, как погас свет, и теперь двигался в их направлении. Многие из них произносили мольбы свою мерзкому богу, выдавая себя бормотанием и воплями. Арво напрягся, чтобы не слышать богохульных речей - они могли быть опасны. Он подошел сзади к первому вероятному противнику, и, обхватив рукоятью кирки его горло, начал душитьОни остановились у мусоросжигательной печи. Культист не успел даже взвизгнуть, когда его конечности обмякли, Её жар обжигал лицо Занны и он упалосвещал её друга оранжевым сиянием.
Арво двинулся к следующей жертве— Мы служим Императору, если строим быстрее, чем наши враги разрушают, — процитировала она старые слова, которые выучила в схолуме. — Когда мы построим больше, чем нужно на Париусе, мы сможем посылать металл и минералы в кузницы Императора и отправлять людей сражаться за Него.
Кучка фигур притаилась за баррикадой из с пустых бочек с прометием. Слава Императору, что среди них оказалось лишь вооруженных еретика, и каждый выстрел подсвечивал их лица, искаженные безумием. Благодаря вспышкам — Тогда ради чего… — хотел было спросить Арво удалось распознать среди них двух культистов и четырех съежившихся от страха заложников; он подкрался к группе, и встал между ними жертвами и их мучителями. Один из культистов заметил его, бросив подозрительный взгляд, но Арво лишь опустил взгляд, словно очередной испуганный рабочий. Он заметил, что один еретик был вооружен куда лучше, чем изначально показалось солдату: на его поясе висело по крайней мере четыре металлических яйца крак-гранатпередумал задавать вопрос.
– Последний акт их предсмертной ярости… В этих городских условиях среди такого большого количества невинных людейОн отвернулся, они вызовут настоящий хаос, – пробормотал он себе под нос, словно собираясь с духомсосредоточившись на разгрузке тележки. У Арво больше не было выбора: пока товарищи культиста отвлеклись, опасаясь нападения от сил обороны, он бросился на террориста, ударив того кулаком в живот, а затем еще и ещеЗанне пришлось дважды окликнуть его, прежде чем пыл в его глазах врага не погасон повернулся к ней.
Он схватил гранату и бросился на остальных еретиков - в конце концов, — Ради чего эти люди сражаются? — спросил он все еще был готов умереть. Они отпрянули от него на секунду, и этого было достаточно, чтобы Арво успел схватить ближайшего из культистов, развернув его в качестве живого щита. Тело задергалось в руках солдата, и он швырнул его в толпу, одновременно вырывая лазган из его мертвой хваткимертвенным шёпотом.
Оружие было местного производства и намного легче, чем винтовка, к которой привык Арво. Впрочем, его было удивительно приятно держать в руках, словно лазган был продолжением его собственного тела; его руки слишком долго оставались пустыми. Он с легкостью застрелил оставшихся двух культистов - едва ли те были не самыми профессиональными бойцами. Еще один из них попытался напасть сзадиЕго глаза требовали ответа, но выдал свое приближение фанатичным ревом. Арво развернулся она не так быстро, чтобы успеть сделать выстрелитьзнала, но что ответить ему хватило . Вместо этого времени, чтобы сломать прикладом винтовки челюсть еретика.заполнить возникшую неловкую тишину, Занна вдруг сказала:
Арво услышал взрыв всего за доли секунд до того, как ударная волна ужасающей силы сбила — Я знала его с ног. Еще один подрывник! Солдат распластался по земле, и пылающие обломки посыпались на негоОн был нашим соседом в старом жилом блоке. Он сориентировалсячинил наши люмены, прикинув, где произошел взрыв, понялкогда они… Я подумала, что справа - тамдолжна сказать тебе это, где он оставил Заннувот и всё.
Он начал кататься на спинеАрво не двигался, чтобы потушить пламя преждене говорил. Занна подумала, чем оно поглотит егоне совершила ли она ужасную ошибку. Скрывающей его местоположение дым начал душить и ослеплять Арво - он даже заскучал по противогазуНо взять свои слова обратно было невозможно. ПерекатившисьНе теперь, он обнаружил культиста, без разбора, стреляющего во все тени из своего лазгана, Арво нажал на спусковой крючок, и голова террориста раскололаськогда она произнесла их. Она просто не могла больше держать в себе эту тайну.
Почувствовав движение слева— Я знала настоящего Арво, он резко обернулся, вскидывая винтовку, и обнаружил что его держит на прицеле солдат из внутренней охраны— призналась она.
«Хорошая работа», – подумал про себя Арво.
Он опустил оружиеВернувшись в приют той ночью, жестом показывая, что является союзником. Солдат не стал стрелять и, показываяАрво увидел, что Арво должен лечь на землю, и он подчинилсяодеяло Занны исчезло.
– Спасибо Она расположилась как можно дальше от него. Она избегала его и на работе, хотя он присматривал за службу, гражданин, – проворчал боец, забирая у него лазганней. – Дальше мы разберемся самиТолько через три дня он нашёл возможность поговорить с ней снова.
Сгорая от нетерпенияЗанна выглядела усталой. Её уже три раза выпороли. Она начала слабеть, и сервиторы с плетьми кружились рядом. Арво лежал на животе и не шевелилсяпринёс ей кружку воды. По его подсчетам немногие культисты остались в живых: он сам уничтожил примерно половинуЗанна слабо улыбнулась ему сквозь слой грязи, а взрыв должен покрывавший её круглое лицо. Она дрожала. Арво потрогал её лоб. Лоб был добить оставшихся. И все же минули долгие минутыгорячим, перемежающиеся короткими, но яростными вспышками, криками и выстрелами, прежде чем наступило затишье. Затем солдаты восстановили освещение и начали прочесывать местность, обыскивая каждое распростертое тело, независимо рука Арво оказалась мокрой от того, было оно мертвым или живым, разыскивая затаившихся еретиковпота.
В конце концов выжившим рабочим из бригады Арво разрешили встать. У них было время, чтобы осмыслить произошедшее, справится с потрясением и подсчитать павших. По крайней мереОн помогал Занне копать, пока сервиторы не будет найдена замена Макстелу, и не прозвучит приказ о возвращении к работеперестали так пристально следить за ней.
Некоторые из них обрушились на мертвые тела своих мучителей— Он был мёртв, истязая их инструментамикогда я нашёл его, и разрывая на части голыми руками— прошептал Арво. Никто — Я его не пытался остановить их, а они, в свою очередь, пытались излить свое горе и разочарование, совершая этот бессмысленный акт мести. Не обращая внимания на рабочих, Арво отправился прямо к стене, за которой оставил Заннуубивал.
Подойдя к ней, он обнаружил, что стена расколота взрывомЗанна изумлённо посмотрела на него.
Бледная рука Занны торчала из-под обломков— Конечно, словно она до последнего боролась со своей судьбой, прежде чем издать последний вздох, и пыталась вырваться на свободу. Он взял ее ладонь, чувствуя холод от прикосновениянет. Я даже не думала…
– За всю свою короткую жизньТеперь он понимал, я видел так много смертейпочему она одна заговорила с ним, почему была так много… – пробормотал он себе под нослюбопытна. – Но почему сейчас все совсем поОн должен был как-другому?.. Почему ее жизнь для меня дороже, чем жизни других людей?то объяснить ей.Три дня он пытался сформулировать это объяснение в словах.
«… Так — Я очнулся и ты? – обезоруживающе прямо спросила Заннаоказался один, — начал он, прервав её. – Понимаешь— Я нашёл его тело, тело Арво, и… Может быть, это из-за удара по голове, но… я вдруг подумал, почему его жизнь — ваши жизни — более ценны, чем наши?..»Я задумался, что в вас такого ценного, что заслуживает принесения в жертву жизней множества моих братьев.
– Да, – прошептал он вслух, словно она была способна услышать его. – Теперь я понимаю— Тебе пришло в голову слишком много вопросов.
<nowiki>***</nowiki>— Да. Я хотел понять.
Небо разразилось визгом от двигателей имперских кораблей— Продолжай, — кивнул Арво.
Когда первые суда вошли — Иногда в атмосферу Париуса жилом блоке я слышала, как люди говорили: «Почему нам не дают больше еды и ослепили егобольше времени на отдых?» Я должна была донести о них как о предателях, сержант Джарван поднял головуно не делала этого. Я знала, прикрывая глаза рукойчто они незаконно хранят спиртное. Его грудь наполнилась гордостью, когда он перевел свой взгляд Они делали его на недавно расчищенную площадку для собраний 34-м этаже. Потом появились граффити на верхнем ярусе ульялестницах, где растянулся огромный людской строй.а потом…
Он почти жалел— Всё рухнуло, что не может отправится к звездам вместе с ними. Почти— прошептал Арво.
Несомненно— Значит, их отбытие увеличит нагрузку на рабочие бригады, и тем придется работать еще усерднее, но тут уже ничего не поделаешь. Париусу причиталось платить Имперскую Десятину, и никому не было дела до того, что они не успели восполнить недавние потери''ты понимаешь''? — спросила Занна с обезоруживающей прямотой.
Джарван впервые стал свидетелем подобной церемонии; он только недавно получил повышение, во второй раз за четыре месяца - его предшественник был убит во время террористического акта. Он шагал вдоль бесконечного строя молодых людей, периодически останавливаясь, чтобы задать несколько вопросов. Джарван спрашивал их имена, Арво нахмурился и как они относятся к выпавшей честь сражаться за Императоравздохнул.
Но среди них нашелся тот, чьи слова показались ему странными.
Он представился как АрвоВнезапно раздавшийся шум помешал ему ответить. Знакомый шум, отзвук его прежней жизни. Сначала он даже подумал, что эти звуки он слышит только в своей голове — ещё одно воспоминание. Выстрелы, крики ярости, страха и это имя, как боли — и бледное лицо с тусклыми глазамивзрывы. По лицу Занны он понял, вызвали странные чувства у Джарваначто она тоже слышит их. Ему казалосьОни раздавались в отдалении, что они где-то встречались ранеено быстро приближались: звуки войны.
– Прошу прощенияАрво инстинктивно потянулся к оружию, сержанткоторого у него не было. Вместо этого он, – ответил новобранец на его вопрос. – Но я был избран для этой борьбы уже очень давноразогнувшись, с силой вцепился в рукоять кирки.
– Так, я вижу, что во время последнего призыва вас не заметили, но на этот раз вы вызвались добровольцем?.Большинство надсмотрщиков тоже достали оружие и направились в сторону шума. – ответил Джарван, проверяя имя в инфопланшетеИх начальник капрал Макстелл остался. – Вы набрали самые высокие баллы в отборочных тестах - проклятье, это лучшие баллы, которые я когда-либо видел!
– Теперь я знаю цель своей жизни— Не обращайте внимания, — крикнул он испуганным рабочим, брызгая слюной. — Что бы там ни происходило, – ответил ему призывникэто вас не касается и не повод бросать работу.Эта бригада выполнит норму, или я восполню недостачу вашими шкурами!
– Скажи же мне— Сэр, будь любезеня могу помочь, – хмыкнул сержант, поднимая одну бровь— сказал Арво.— Я…
– Я был рожденОн почувствовал, как Занна локтем ткнула его в рёбра, чтобы сражаться и умереть за Него, – с гордостью сказал новобранецприкусил язык. Она была права. Открывать его тайну было бы очень неразумно.
– Восхитительное рвениеГрозно выглядевший сервитор уже направился к нему. – сказал ему в ответ сержантАрво подчинился приказу и вернулся к работе — но ненадолго.
– Я встречусь с врагами Императора без сомнений Война во всём своём шуме и страха. Я променяю ту жизнь, что он мне даровал ярости обрушилась на величайшее из всех благ. Если я смогу хоть немного помочь Ему, то буду считать свое недолгое существование стоящимних. Я исполню свой долг – ведь в конце концов, что нам еще остается?
– ДействительноОна началась с одной бегущей фигуры, что? – сказал Джарван одобрительно улыбаясьизрыгавшей богохульные ругательства. Поверх серого рабочего комбинезона на бегущем был чёрно-пурпурный плащ культиста. Макстелл выстрелил. Он промахнулся, после чего сцепил руки за спиной но луч лазвинтовки откуда-то сзади прострелил колено предателя. Культист упал, хрипя в агонии, в вихре брызг крови и двинулся дальшеосколков костей.
Первый из шаттлов зашел на посадкуКапрал подчинился неизбежному, чтобы забрать отряд техприказав рабочим отступать, кому в скором времени предстояло стать мученикамино сохранить инструменты. Джерван уже успел забыть имена большинства из нихАрво крепко держал свою кирку. Появилось ещё больше культистов, но одно из них еще долго не выходило из его головы, как и вопросон шагнул им навстречу. Не ожидая сопротивления от простого рабочего, что он ему задалони бросились прямо на него.
– Внезапно они оказались повсюду, зловонные тени, появлявшиеся из полумрака, искавшие живой щит, за которым можно спрятаться. Один культист попытался схватить Занну, и кирка Арво обрушилась на его череп. Сверкали вспышки выстрелов. Арво, пытавшийся найти укрытие, видел, как подстрелили Макстелла. Он потянул Занну, и они укрылись за полуразрушенной стеной. Один из люменов, освещавших рабочую площадку, был разбит выстрелом, вскоре за ним и второй. Солдаты Внутренней гвардии Париуса, в том числе и несколько надсмотрщиков, преследовали культистов. Выстрелы их лазвинтовок и лучи люминаторов освещали тьму. Они кричали рабочим, приказывая лечь на землю, но многие из рабочих были слишком напуганы, чтобы соображать, или уже взяты в заложники культистами. Солдаты, честно предупредив людей, теперь стреляли в каждую движущуюся тень во мраке. Занна, дрожа, свернулась клубком. — Их здесь мало, — успокаивающе прошептал Арво. — Не больше дюжины. Это не запланированная атака. Их выкурили из какого-то их убежища, и теперь они пытаются отбиться. Он мог бы добавить «и причинить как можно больше вреда», но не стал. Последний вой ярости перед смертью. Он вспомнил, как Занна сказала: «Мы строим, предатели и чудовища приходят и разрушают, и нам снова приходится строить». — Оставайся в укрытии. Арво хорошо запомнил окружающее пространство, инстинктивно занеся в память все его подробности. Также он запомнил, где находился каждый культист в тот момент, когда свет погас. Он осторожно вылез из-за полуразрушенной стены, пригнувшись, чтобы снизить риск попасть под огонь солдат. Некоторые культисты выдавали себя в темноте своими воплями или безумным бормотанием. Они возносили молитвы своему ужасному божеству. Арво пытался не прислушиваться к их словам. Слова могут быть опасны. Он прокрался за спину одному культисту и, сдавив его горло рукоятью кирки, стал душить. Предатель даже не успел вскрикнуть. Вскоре силы покинули его, и он рухнул. Арво уже искал следующую цель. Несколько силуэтов укрылись за баррикадой из бочек для прометия — пустых, слава Императору. У них было два ствола. Лица их владельцев, искажённые безумием, освещались при каждом выстреле. В их вспышках Арво разглядел, что ещё два силуэта за баррикадой — культисты, а остальные четыре — испуганные заложники. Он подкрался к группе и расположился так, чтобы оказаться среди них. Только один культист обратил на него внимание, подозрительно покосившись. Арво опустил взгляд, словно в испуге: просто ещё один заложник. При этом он увидел, что еретик не безоружен, как казалось на первый взгляд. На его поясе висели серые металлические яйцевидные предметы. Крак-гранаты. Культист что-то бормотал себе под нос, словно набираясь храбрости. «Последний вой ярости перед смертью». В городских условиях, где было так много мирных жителей, он мог причинить страшное опустошение. У Арво не было выбора. Он бросился на культиста с гранатами и вогнал кулак в его живот. Понадобилось ещё два сильных удара, чтобы погасить пыл в его глазах. К тому времени другие культисты уже поняли, что враг среди них. Арво схватил гранату и бросился на них. Они явно ещё не были готовы умереть и на мгновение отпрянули от него, растерявшись, так что он успел схватить ближайшего. Развернув еретика, Арво закрылся им от выстрела второго. Культист замер в его руках, и Арво швырнул его тело в других, одновременно вырывая лазвинтовку из его мёртвых рук. Лазвинтовка была местной модели, легче, чем та, к которой привык Арво. Но всё равно держать её в руках было приятно; словно продолжение себя. Его ладони слишком долго не держали оружия. Он с лёгкостью застрелил оставшихся двух культистов, явно неопытных бойцов. Ещё один еретик выбежал сзади из темноты, выдав своё приближение фанатичным рёвом. Арво развернулся — не настолько быстро, чтобы взять культиста на прицел, но вовремя, чтобы разбить ему челюсть прикладом, вогнав осколки костей в мышцы. Взрывная волна сбила его с ног. Долей секунды позже Арво услышал взрыв. Он лежал лицом вниз, и на его спину сыпались горящие обломки. «Ещё один бомбист!» Взрыв раздался справа от него. Там, где он оставил Занну. Он перекатился, чтобы погасить огонь на своей одежде, прежде чем он разгорится. Дым душил его, заставляя скучать по противогазу, и ослеплял — но и маскировал тоже. Культист, стоявший спиной к Арво, неприцельно обстреливал из лазвинтовки силуэты, мелькавшие во тьме. Арво же нажал спуск только один раз, прострелив еретику голову. Заметив движение слева, он резко развернулся. Солдат Внутренней гвардии держал его на прицеле. «Отличная работа», — подумал Арво. Он опустил оружие и жестом показал, что он союзник. Солдат не стал стрелять, но всё равно жестом приказал ему лечь на землю. Арво подчинился. — Спасибо за службу, гражданин, — сказал солдат, забирая лазвинтовку. — Теперь ими займёмся мы. Арво покорно ждал, но изнывал от нетерпения. Культистов должно было остаться не так много. Он сам убил, наверное, половину из них, а подрыв пояса с гранатами должен был нанести им новые потери. И всё же прошло несколько долгих минут, прерываемых короткими, но яростными перестрелками, криками и звуками борьбы, прежде чем порядок был восстановлен. Потом нашли и включили исправный люмен. Солдаты Внутренней гвардии обыскивали район, тыкая стволами в каждое лежащее тело, живое или мёртвое, в поисках спрятавшихся врагов. Наконец уцелевшим рабочим разрешили подняться. Несомненно, следующим должен был стать приказ вернуться к работе, как только будет найдена замена Макстеллу. Тем временем у рабочих появилось несколько драгоценных мгновений, чтобы осознать происшедшее, справиться с шоком и сосчитать убитых. Некоторые рабочие набросились на трупы своих мучителей, избивая их инструментами или разрывая голыми руками. Это была бессмысленная месть, способ излить своё страдание и злость. Никто не пытался остановить их. Арво направился к стене, за которой он оставил Занну. Стена была разрушена взрывом. Бледная рука Занны торчала из развалин, словно она до конца боролась со своей судьбой. Словно она до последней возможности пыталась выбраться, прежде чем тяжесть обломков задушит её. Арво взял её руку. Она была холодной. Он видел столько смертей в своей недолгой жизни, так много мёртвых. Почему же эту смерть он ощущает по-другому? Почему её жизнь была более ценной, чем жизни других? «Значит, ''ты понимаешь''?» Он вспомнил последнее, что Занна сказала ему. Её последний вопрос. Арво ответил на него вслух, словно она могла услышать его. — Да, – задумчиво проговорил про себя — прошептал он. — Теперь я понимаю. Небо раскалывал рёв двигателей имперских кораблей. Сержант Джерван поднял взгляд, прикрывая рукой глаза, глядя, как первые корабли в величественном сиянии вошли в атмосферу Париуса. Он перевёл взгляд на бесконечные ровные ряды людей, вытянувшиеся на недавно расчищенном плацу на верхнем уровне улья Опус, и ощутил, как в груди растёт гордость. Он почти хотел отправиться к звёздам вместе с ними. Почти. Конечно, из-за их отбытия уменьшится состав рабочих бригад, но с этим ничего нельзя поделать. Париус обязан был платить имперскую десятину, и на недавние потери скидок не делалось. Оставшимся рабочим придётся работать больше, пока численность населения не восстановится. Джервану раньше не приходилось видеть церемонию уплаты десятины. Его лишь недавно ещё раз повысили в звании — второй раз менее чем за четыре месяца, — после того, как его предшественник погиб при взрыве, устроенном культистом-смертником. Джерван шагал вдоль бесконечно длинных рядов молодых людей, иногда останавливаясь, чтобы задать вопросы некоторым из них. Он спрашивал, как их зовут и что они думают относительно того, что были избраны сражаться за Императора. Все, кроме одного, отвечали должным образом, что это честь для них. Имя этого одного было Арво. Это имя и его бледное лицо с тусклыми глазами показалось Джервану почти знакомым. — Прошу прощения, сержант, — сказал новый рекрут, — но я давно был избран сражаться за Императора. Джерван проверил сведения об Арво в инфопланшете. — Понятно. – В последний призыв ты не попал и теперь решил пойти добровольцем. На испытаниях ты показал лучшие результаты из всех — на самом делеэто лучшие результаты, а которые я когда-либо видел. — Теперь я знаю цель моей жизни, — сказал Арво. Джерван поднял бровь. — И что же это? — Я рождён, чтобы сражаться и умереть за Императора. — Весьма похвально. — Поэтому я пойду в бой с врагами Императора без страха и без сомнений. Я отдам жизнь, которую Он даровал мне, ради того, чтобы приблизить Его победу. И если я хотя бы в малой степени послужу Его делу, то смогу считать своё существование оправданным. Я буду исполнять свой долг — ибо что нам еще остаетсяещё есть в жизни, кроме долга? — Воистину так. — Джерван одобрительно улыбнулся и, заложив руку за спину, пошёл дальше. Первые десантные корабли уже приземлялись, чтобы забрать будущих мучеников за дело Императора. Джерван выкинул из головы их имена, но одно имя он какое-то время будет помнить вместе с вопросом, который этот человек задал. Сержант задумчиво повторил этот вопрос. — Да. Что ещё есть в жизни кроме долга?
Нет описания правки
|Следующая книга =
|Год издания = 2017
}}Война на планете Париус-Монументус закончилась.
Улей Опус был освобождён из когтей беззакония, слава Императору! Благословенный порядок наконец восстановлен.
Небо теперь гудело от рёва строительных машин. Руины жилых блоков и факторумов скрипели под тяжестью проезжавших по ним гусениц. Позолоченные украшения городских соборов, превращённые в обломки, отталкивались прочь бульдозерными отвалами. Открытые механизмы огромных шахтных машин шипели и плевались огнём.
— Его зовут… Арво, сэр. Зарегистрирован… в этом секторе. Чернорабочий третьего класса.
Но вместо этого капрал опустил оружие, присмотрелся к глазам незнакомца и решил, что они достаточно ясные. Выпрямившись, Джерван снова подозвал рабочих.
Другие выписанные пациенты становились в очередь. Она тянулась от письменного стола, за которым неспешно работал с документами человек средних лет. Арво держался за порученьпроследовал до конца очереди, пока они проезжали по непроходимым магистралям выходившей из здания и горящим промышленным комплексамтянувшейся на половину квартала. Он упивался звуками, видами и запахами мирауслышал, который был непохож ни на один из виденных им ранее; это был мир, который мало как кто из его братьев когда-либо увидит. Конечното спрашивает, он был разрушенза чем стоит очередь, но на нем не было войныи ему сказали: «За получением жилья и рабочего места».
Он заговорил только один раз, когда кто-то позади него в очереди стал ворчать, что его растянутую лодыжку даже не перевязали.
Он пожалел, что вместе со снаряжением бросил свою аптечку, хотя в ней мало что оставалось. По крайней мере, он мог бы дезинфицировать рану на голове.
Занна слышалаговорила абсолютно спокойным тоном, как со всех сторон доносятся новые факты словно рассказывая о случившемсячём-то, так как каждый стремился излить свою версию произошедшегочто она прочитала в книге. Её всегда учили, что жизнь такая, какая есть, и нет смысла скорбеть об этом. На самом деле жалость к себе — худшая форма неблагодарности.
Занне очень хотелось спросить его, что это значит. Но она увидела первый признак злости за маской непроницаемости этого человека и боялась, что ещё она может пробудить своими вопросами. Однако она всё-таки собралась с духом. Раньше она не встречала никого настолько не похожего на неё и всех остальных. И теперь ей хотелось узнать всё об этом человеке. Но едва она открыла рот, момент, чтобы задать вопрос, был уже упущен.
Арво вскочил на ноги, прежде чем Занна заметила, как он пришёл в движение. Его миска упала на покрытый плиткой пол, каша растеклась. Занну он тоже оттолкнул в сторону. Пока остальные смотрели, в ужасе выпучив глаза, или пытались спрятаться, слишком усталые и напуганные, чтобы действовать, Арво бросился вперёд сквозь толпу. Занна сначала направилась за ним, но потом остановилась, вдруг ощутив страх.
— …шептал что-то, похожее…
— …скрывал что-то на своём плече, вроде татуировки или…
Занна заметила тело наполовину раскопанного человека, но не обратила на него особого внимания – он был одним из многих, очень многихповернулась к своему новому другу и увидела правду в его тусклых серых глазах. Однако его вид, похоже, не лучшим образом подействовал на ее другаЕё голос замолк.
Он принял наказаниеуже слышал стук черпака, почти не поморщившись, после чего разливавшего серую кашу в оловянные миски. Если он отбросил маску и снова взялся за киркухотел поесть, возобновив свой труд с еще большим рвениеммедлить было нельзя. Редко еды хватало на всех.
— В некотором роде, — наконец сознался он.
— Должно быть, квартирмейстеры добрались до него прежде, чем его засыпало.
Арво стоял в полном молчании и не двигался. Смотря на него Занна подумала, не совершила ли она ужасную ошибку, но сказанное было не вернуть, и Занна решила, что пора во всем сознатьсяпокачал головой.
Арво кивнул.
— Я… — начала Занна и, глотнув, отвела взгляд. — Иногда у меня тоже возникают вопросы. Просто появляются в голове, но…
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
[[Категория:Имперская Гвардия / Астра Милитарум]]
[[Категория:Корпус Смерти Крига]]