Бюрократы, masseditregex, Администраторы
3213
правок
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =3839
|Всего =53
}}
== '''Глава 37''' ==
Это была рука, которая когда-то принадлежала старшему сержанту Плайнту.
== '''Глава 38''' ==
Мастерская Плайнта была заперта.
– Генного замка нет, – сказал Райл, осматривая механизм. – Похоже на простую кодированную схему. Если хотите её преодолеть, у меня есть немного биокислоты, которая проплавит…
– Нет. Плайнт пришёл бы в ужас.
– Следует ли ставить это на первое место? С учётом произошедшего?
– Мы ничего не знаем наверняка. Может быть, он использовал детали своей конечности для ремонта.
– Хорошо, – произнёс Райл. – Но взлом и проникновение больше по части Ули. А поскольку он решил остаться на «Энигме», это может занять немного времени. Будьте настороже.
Он наклонился к двери, и у него в руке что-то блеснуло.
Я встал спиной к нему, пытаясь скрыть его своей тенью, а Ивазар тем временем следил за проходом. Не то, чтобы кто-то наблюдал. Наружные люмены не горели, свет исходил только из мастерскй. Должно быть, у Плайнта был резервный генератор. Конечно, был – он мыслил таким образом. Видел мир как проблемы, которые нужно решить. Препятствия, которые нужно преодолеть.
Райл повернул запястье, что-то щёлкнуло. Последовала резкая вспышка, и механизм подался. Когда дверь распахнулась, Ивазар выдвинулся вперёд, осматривая внутреннее пространство.
Ни единого пятнышка.
Я успел об этом позабыть, но в последний мой визит сюда Плайнт начисто всё подмёл. Тарелки были сложены и высушены. В ту ночь он вёл себя тихо, а его улыбка была беспокойной. Тогда я подумал, что он опасался за свою жизнь.
– Плайнт! – закричал я, зная, что ответа не будет. Потому что там больше ничего не было. Он всё прибрал. Не осталось никакого беспорядка, который требовалось бы разбирать, инструменты размещались на отведённых местах на стенах. Ивазар почему-то сконцентрировался на дуговом сварочнике. Комната казалась почти просторной из-за отсутствия «Мендакс Матертера». Самолёт был настоящим. Просто не с тем пилотом.
Нет, конечно же нет. Она бы не послала его вместо себя.
Но она же сказала мне, что не сможет победить Кеша. Несколько раз. Я счёл её такой храброй, такой благородной перед лицом смерти. Однако это была очередная ложь, ведь к тому моменту она уже наверняка знала, что Плайнт полетит вместо неё. Умрёт вместо неё. Я был дураком, раз не понял этого.
Я согнулся и неловко потянулся за табуретом – изуродованная нога вдруг предала меня.
– Проклятый маячок, – произнёс Райл. – Должно быть, она поняла, что я её пометил. Вырезала его из ступни и положила в свой самолёт.
– Она хромала. В последнюю ночь, когда я её видел.
– Я её недооценил. Вероятно, она ушла, пока все отвлеклись на дуэль. Может быть, угнала самолёт, хотя в округе не много гостеприимных мест. Только не для дезертира.
– Вы отправитесь за ней?
– Как? Без маячка я не представляю, где она находится. А у меня нет ни времени, ни ресурсов, чтобы прочесать планету.
– Но как же угроза ксеносов? Альдари? Очи Эсека?
Он просто уставился на меня этим пустым взглядом.
– Я передам вышестоящим, что обнаружил, – сказал он. – Возможно, на каком-то этапе они решат принять меры.
– Среди ваших вышестоящих есть альдари?
На миг в его глазах мельнула злость. От досады я успел позабыть о его положении и о том, на что он, без сомнения, был способен. Он мог застрелить меня на месте и уйти без каких-либо последствий. Скорее всего, он мог бы застрелить меня перед высшим командованием, и ему всё равно сошло бы это с рук, предъяви он доказательство своих полномочий.
Однако Райл не стал тянуться за пистолетом. Вместо этого он вздохнул и прислонился к столешнице, скрестив руки.
– Это стычка на захолустной планете. Существуют более приоритетные вещи.
– Не для тех из нас, кто в это угодил.
– Возможно. Но скажите, вас за последнее время пожирало полуразумное биооружие ростом в двенадцать футов и с шестью конечностями?
– Нет.
– Зловещие кошмары вырывались из царства теней и пировали вашей душой?
– Нет.
– Давно умершие твари восставали из-под земли, дабы поработить и истребить человечество?
– Нет.
– Нет. И это потому, что мой господин и я ставим в приоритет главные опасности. Думаете, мне нравится делить кабину с существом вроде Ули? Я делаю это из-за его знаний и умений, а не потому, что не считаю его угрозой. Мы ситуативные союзники, поскольку нам обоим известно, что в пустоте обитают твари куда хуже. Именно по этой причине я прибыл на эту планету: чтобы забрать кое-что, жизненно важное для моего господина. Затем я задержался спасти моего брата и оплакать мою сестру. Но растрачивать время и дальше я не могу. Как только солнце сядет, я воспользуюсь темнотой, чтобы ускользнуть.
– А что будет со мной?
– Вероятно, мне следует вас убить. Так было бы аккуратнее. Но не знаю, хочу ли я этого. Нужно, чтобы кто-то присмаривал за Тобией, пока тот не оправится. Как-никак, он член семьи.
Его взгляд прошёлся по верстакам, после чего остановился на Ивазаре. Череп-наблюдатель продолжал неотрывно глядеть на дуговой сварочник на стене. Я всё ждал, когда же Райл что-нибудь скажет. Однако вместо этого он утомлённо выпрямился, поправил шинель и зашагал к двери.
Подойдя к ней, он помедлил и оглянулся через плечо.
– Если это имеет какое-то значение, мне понравился ваш пикт. Оригинал. Композиция была потрясающей.
Дверь закрылась за ним, и я остался один. Если не считать Ивазара, однако череп-наблюдатель всё так же был поглощён аккуратно разложенными инструментами Плайнта. Я велел ему вернуться, даже произнёс команду вслух, но он колебался, переводя взгляд с меня на инвентарь. Его мотор снова издал тот визжащий звук.
Я приблизился, изучая тот участок стены, который так его заворожил. На металлическом листе, сразу под сварочником, были отметины. Выглядело так, словно что-то вырезали, а потом поставили на место.
Взяв один из гаечных ключей Плайнта, я загнал его в зазор и отогнул внешнюю обшивку. Там находилось потайное отделение. Наверняка оно было ещё до него. Возможно, один из крепостных рабочих хранил припасы или предметы для продажи на чёрном рынке здесь, на виду у надсмотрщиков. Я не мог знать точно, ведь в тот момент внутри был только скалящийся почерневший череп.
Киказар.
Должно быть, Плайнт снял его с «Мендакс Матертера» перед тем последним полётом. Он попытался почистить череп-наблюдатель, но глаза того были мертвы, системы не реагировали. Я вспомнил, что он умер медленно. Орки присвоили его, использовали, чтобы передать свои требования. После этого что-то в устройстве уже не смогло выдержать. Почти чудилось, что оно само выбрало такой конец.
Ивазар никак не переставал суетиться, неуверенно пощёлкивая возле покойного собрата. Он постоянно выплывал передо мной, перекрывая обзор.
– Хватит! – бросил я, повернувшись к нему. Череп-наблюдатель отпрянул и нырнул за верстак. Я почувствовал себя неудобно, а потом глупо. Предполагалось, что он будет служить мне, упрощать мою жизнь, но наша связь была некорректной, а мои попытки приструнить его не имели успеха. Он тоже пострадал на Бахусе. Война сломала его. Но, в отличие от своего сородича, Ивазар ещё функционировал.
Я снова развернулся к дыре в стене. Почему Плайнт положил Киказара туда? С самолёта он его снял, чтобы обеспечить место для дополнительных боеприпасов. Но зачем прятать? Кто станет красть такую сломанную рухлядь?
Череп был оставлен для меня?
Я взял устройство и поставил его на столешницу. Оно смотрелось таким обтекаемым по сравнению с ныне неуклюжим Ивазаром. Казалось, будто оно практически готово взлететь, вот только линзы были тусклыми, бездействующими. Мёртвыми.
Но из-под панели ввода что-то торчало. Инфожетон.
Я вынул его и повертел в руке. Он выглядел новым, без плёнки коррозии, испортившей прочие детали Киказара. Рядом со мной зажужжал двигатель Ивазара, который стал тыкаться в собрата, возможно, в надежде пробудить того. Затем он повернулся ко мне и встретил мой взгляд своими немигающими линзами. Понемногу его внимание переместилось на инфожетон у меня в руке.
– Хорошо, – сказал я, вставляя накопитель в инфопорт. Череп-наблюдатель помедлил, проводя оценку файлов. Потом его линзы вспыхнули, зажёгся голопроектор. Шард, Плайнт, самолёт – из памяти посыпался каскад изображений.
Пока внезапно не осталось только его лицо.
Ракурс был ужасен. Какой бы камерой он ни воспользовался, она была плохо выставлена и направлена так, что я смотрел ему в ноздри. Однако при виде него у меня всё равно встал ком в горле.
– ''Здравствуйте, сэр'', – произнёс он с усталой улыбкой. – ''Рад, что удалось вас выгнать. Иначе я не сумел бы это записать. Если завтрашний день пройдёт, как ожидается''.
Он сделал паузу и оглянулся через плечо на какие-то неясные очертания. Видимо, это была «Мендакс Матертера».
– ''Всегда хотел на нём полетать. Никогда ей не говорил. И никому. Но, наверное, этим и хорошо знать, что твоё время вышло – больше не стоит стесняться. Или бояться, ведь я знаю, что будет. Надеюсь, я сделал достаточно, заслужил себе место за столом Бога-Императора. Но и об этом я не должен беспокоиться. Это не моё решение. И не моя роль. У меня есть долг''.
Он улыбнулся. На этот раз теплее. Но его глаза помрачнели, и улыбка скрылась.
– ''Простите, сэр. Простите, что не посвятили вас в план. Не то, чтобы я вам не доверял, но командир… Она больше никому не доверяет. После Эсека. Он… он подделал кадры с ней, сэр, создал видимость, будто она говорила какие-то ужасные вещи. Я надеялся, вам удастся его разоблачить. И, может статься, вы ещё разоблачите. Возможно теперь, когда она победила Кеша, это будет проще''.
Он вздохнул.
– ''Она же победила его, верно? Конечно, победила, я говорю глупости. Понимаете, ей просто требовался шанс, уловка, чтобы выманить его в атаку, а она бы смогла ударить с другого угла на отдельной машине. Это хороший план, сэр, действительно хороший. Но я не сумел полностью справиться со своей частью. Не хватило времени. Или таланта. Но времени никогда не хватит, теперь я это понимаю. И я её не подведу. Кто-то должен полететь на «Мендакс Матертера». Кто-то должен стать приманкой. Может, не самый благородный замысел, но так и сражаются альдари. Отвратительно говорить это, сэр, но я почти скучаю по оркам''.
Он ухмыльнулся, но потом выражение лица стало хмурым.
– ''Может, я просто скучаю по тем временам, сэр. Порой мне кажется, что я храню хорошие воспоминания и теряю плохие. Наверное, это благословение. Но не думаю, что с ней так же. Плохое никак не уходит. У неё кошмары. Отключается, пока я работаю, спит немного. Но эти крики, сэр. Как бы громко я ни включал машины, всё равно слышу, как она кричит. До сих пор слышу.''
Он отвернулся от камеры, видимо, отвлёкшись на что-то снаружи.
– ''Мне нужна услуга, сэр. Знаю, нечестно вот так просить, но я не мог вам сказать, иначе вы попытались бы меня остановить. А я уже примирился со своим решением. Но ей нужна помощь. Потому что меня рядом уже не будет. А кто-то должен быть. Поэтому я прошу вас, как друга – пожалуйста, берегите её. Защищайте от неё самой. Пожалуйста, Кайл.''
Он улыбнулся и покачал головой.
– ''До сих пор странно называть вас по имени, сэр. Кроме этого прошу только… Ну, у меня остались кое-какие письма. Для мамы и братьев с сёстрами. И племянниц с племянниками. Если бы вы смогли позаботиться, чтобы они… Мне бы не хотелось, чтобы они не знали, сэр, или гадали, как это случилось. Пожалуйста, скажите им, что я исполнил свой долг. Это всё, что может сделать любой из нас. Молиться и отдавать Богу-Императору то, что можем.''
Он помедлил, а потом медленно скрестил руки в знамании аквилы. Я не сумел заставить себя ответить тем же.
Изображение померкло. И он пропал.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]