Я умолк. Слов не было. Мой голос поглотили сгущавшиеся сумерки – солнце медленно ушло с неба, и мы остались в темноте.
== '''Глава 41''' ==
Очи были повсюду.
Они свободно кружили, патрулируя улицы. После того, как я увидел чрево баржи Эсека, мне уже было очевидно, как мало они походили на имперскую технику. Пропагандист никоим образом не сумел бы координировать такую флотилию. Они должны были обладать собственным Изуверским Интеллектом.
Однако движущей силой являлся Эсек. Даже при таком количестве Очей экраны в его студии были не бесконечны. Он не мог следить за всем, а я пока не видел никаких признаков того, что устройства проводили анализ собранного ими материала. Возможно, их присутствие было в первую очередь для демонстрации, чтобы запугать потенциальных раскольников.
Тем не менее, мы двигались украдкой, скользя в тенях. Меня замедляла травма, Шард призраком следовала за мной. Она так и не заговорила.
Я старался не смотреть на её лицо. Раны были грубыми, словно их нанесли затупившимся клинком. Возможно, это играло нам на руку, если Очи могли распознавать определённые лица. Впрочем, зачем бы Эсек стал её искать? Я был более вероятной кандидатурой, но это зависело от того, продолжал ли он считать меня полезным.
Мы сторонились света, но были в этом не одиноки. В темноте также таились те, кто стал беженцами после падения Эдбара. Я замечал бросаемые в нашу сторону взгляды, а через Ивазара иногда даже блеск клинка. Мы наверняка стали бы лёгкой целью, поскольку я был покалечен, а она ранена. Однако на нас обращали мало внимания, видимо считая ещё двумя людьми, низвергнутыми при освобождении инфокрепости. А собиравшихся во мраке, похоже, не интересовали поиски добычи или обирание трупов. В их передвижениях присутствовала целенаправленность. Что-то намечалось, и нам было лучше убраться с улиц до его начала.
Мы прошли мимо главных ангаров, где сосредоточились Отпрыски, носившие позаимствованные Эсеком цвета – в резерве ждало не меньше трёх отделений. На фоне посеревших построек их охряная броня выглядела аляповатой, но она, несомненно, защищала от любого оружия, которое могли достать граждане Эдбара.
Я оглянулся через плечо. Шард присела позади меня, плотно прижавшись к камням. Молча.
– Так мы слишком заметны, – прошептал я. – Нам нужно вернуться на несколько кварталов назад, сделать крюк.
Её взгляд был устремлён в никуда, и какой-то миг я не знал, услышала ли она меня. Но она медленно подняла голову, повернулась и указала на трещину, которая проходила через соседнее здание. На вид её ширины едва хватало, чтобы прошёл человек, а на той стороне была только темнота.
– Я не вижу дорогу.
Она просто глядела на меня.
– Вы ходили этим путём прежде?
Никакой реакции. С тем же успехом я мог бы обращаться к пустой комнате.
– Хорошо, – сказал я. – Ведите.
Она помедлила, после чего неспешно развернулась к трещине. Та казалась слишком тесной, но Шард с лёгкостью скользнула внутрь, поскольку под рясой на ней ничего не было. Я двинулся следом, Ивазар прятался сзади, и его сенсоры окрашивали стены багряным свечением. Это слабо облегчало мои опасения. Приходилось протискиваться боком, постоянно скребя какой-то частью тела о рокритовые выступы. Я был убеждён, что проход сужается.
– Шард… Это плохая идея. Достаточно одного толчка, чтобы нас раздавило.
Она не ответила. В сущности, я едва мог разглядеть её перед собой.
– Не волнует, что нас похоронит заживо? Если хотите умереть, есть способы быстрее.
Ничего. Теперь я вообще её не видел. Должно быть, она ушла дальше. Возможно, в этом всё время и состоял её план – найти удобный момент и сбежать. Я попытался двигаться проворнее, продираясь вперёд, но спешка помешала скорости: одеяние зацепилось за рокрит, а какой-то осколок впился мне в плечо, заставив оступиться и издать беззвучный вскрик.
Однако благодаря алому свету Ивазара я смог различить что-то перед собой. Зазор чуть расширялся, ослабевая хватку. Я выбрался на другую сторону, выскочив наружу и отчаянно озираясь по сторонам в надежде мельком заметить убегающую Шард.
Но она стояла рядом, прислонившись спиной к рокриту. Впереди, едва ли в дюжине ярдов от нас, светилась мастерская Плайнта. Наверное, я оставил люмены включёнными.
Я повернулся к ней, ожидая пустоты в глазах, но она пристально смотрела на что-то. Я проследил её взгляд до тени, однако не увидел ничего, только гладкий рокрит.
Рядом со мной Ивазар издал едва уловимое шипение.
Я синхронизировался с ним, всматриваясь его глазами. И что-то шевельнулось – блеснул свет, словно луна вышла из-за облака. Сцена больше не выглядела нормально. Я не смог бы сказать, что изменилось. Однако в один момент осыпавшиеся руины почти, но не совсем, походили на присевшую на корточки фигуру, а в следующий миг там была присевшая фигура, которая почти походила на руины.
– Ивазар, – шепнул я, и машина поднялась надо мной. – Максимально широкая развёртка по моей…
– Подожди. Клянусь Вектом, это позор.
Я уже знал этот акцент, или, быть может, его отсутствие: неестественно безупречное произношение, которое наделяло слова лиричной гармонией, пронизанной презрением.
Ули.
Он шагнул вперёд, сбросив плащ. Текстурированная расцветка осыпающегося рокрита превратилась в грозовой оттенок серого.
– Меня заметил ''мон-кей'', – изумлённо проговорил он. – Вот в этом и заключается проблема, когда сражаешься с вашей породой. Большинство из вас настолько неадекватно, что становишься расслабленным. Вы стаскиваете нас на свой уровень.
– Ты следил за мной?
– Немного. Но подумал, что проще дождаться твоего возвращения. Ты весьма предсказуем.
– Райл сказал, что ты отказался покидать корабль из страха быть замеченным.
– Ааа. Райл лжёт. Часть его работы, полагаю, но также у него есть к этому дар. Возможно, очарование – это ведь верное слово?
– Это определённо слово.
– Впрочем, ты прав – я предпочёл бы остаться на «Энигме». Однако я в долгу перед моим коллегой, а среди цивилизованных существ к такому относятся серьёзно. Он хотел отбить сестру. Честно говоря, встретив её сейчас, я не представляю, зачем. Но таков уговор.
Он поднял глаза от неё на меня, и его улыбка стала шире.
– Или ты намерен меня остановить?
Выражение его лица указывало на то, что он чрезвычайно на это надеялся.
Я покачал головой.
– Сомневаюсь, что смог бы тебя остановить. С другой стороны, если я закричу достаточно громко, к этому месту уже скоро будет стягиваться множество солдат Империума. Интересно, сколько Отпрысков понадобится, чтобы убить тебя. Пять? Десять? Потому что их там больше.
– В самом деле? – отозвался он, выгнув безукоризненную бровь. – А то мне доводилось полагать, что командир звена погибла. Если она сейчас объявится, это может навлечь кое-какие неудобные вопросы.
– Пускай задают свои вопросы. Я не ксенос и не совершал никаких преступлений.
– И ты позволишь им арестовать её? Вынести приговор за нарушение служебного долга?
– Я пока не решил, – сказал я после краткой паузы. – Но скорее сдам нас обоих, чем допущу, чтобы ты её забрал.
Внезапно он оказался прямо передо мной, и я почувствовал холодный поцелуй клинка, приставленного к горлу. Я даже не заметил его движения.
– Что, если я перережу тебе голосовые связки, прежде чем ты успеешь вызвать подмогу?
– За меня закричит Ивазар. А у него голос громче, чем мой.
Он бросил взгляд на череп-наблюдатель, возможно, оценивая, сумеет ли заставить замолчать нас обоих.
А потом вздохнул, отступил назад и убрал клинок в ножны.
– Может, нам следует отложить эту дискуссию до тех пор, пока мы не окажемся где-нибудь не настолько на виду?