1042
правки
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =1617
|Всего =30}}
— Кузница, — сказал технодесантник, поворачиваясь к остальным. — Орки возобновили эксплуатацию кузницы.
==='''ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ'''===
Иезекииль с влажным хлопающим звуком вытащил покрытый алой жидкостью клинок из орочьей груди, после чего тварь рухнула на холодный каменный пол крепости. Истекавший кровью ксенос стал корчиться, но лишь до тех пор, пока Турмиил не ликвидировал угрозу психическим кинжалом, который насильственно прекратил работу мозга зеленокожего. Глаза орка закатились.
По всему внутреннему двору братья Четвёртого отделения бесшумно убивали орков точным ударами боевых клинков. Серпикус же просто разрывал их на части серворуками, и теперь голый металл не отличался по цвету от доспехов технодесантника. Захватившие Аннантинские ворота орки имели огромное численное превосходство – как и везде на поверхности Гонории – поэтому Иезекииль решил, что лучше будет прибегнуть к скрытности, чтобы разузнать о происходящем в стенах крепости и, по-видимому, устранить новую угрозу со стороны зеленокожих.
— Коридор есть, — передал по воксу Иезекииль кружащим «Валькириям». — Начинайте десантирование.
«Громовой ястреб», с которого Иезекииль, Турмиил, Серпик и Четвёртое отделение телепортировались в крепость, вновь появился высоко над зубчатыми стенами, а стоявшие в его открытых дверях братья Седьмой роты были наготове на тот случай, если вдруг появятся хоть какие-либо намёки на зенитный огонь. Также в гонорийской ночи возникли едва видимые на фоне тьмы «Валькирии» Астра Милитарум, чей шум двигателей скрывался грохотом работающих кузниц. К земле протянулись скинутые из двух летательных аппаратов канаты, и по ним в усеянный трупами внутренний двор быстро спустилась смешанная группа востроянцев и мордианцев. С третьей «Валькирии» спрыгнуло два десятка скитариев, пролетевших больше ста метров. При приземлении люди-машины низко согнулись, и их кибернетические ноги бесшумно амортизировали удар.
Спустя считанные секунды силы Империума уже находились внутри крепости, а их транспорты устремлялись в ночное небо, где им следовало ждать приказа на эвакуацию или, если всё пойдёт не по плану, на оказание поддержки.
Когда заранее определённые отряды собрались, каждый космодесантник повёл собственную горстку имперских гвардейцев в глубины крепости, где царила какофония. Скитарии же отправились на выполнение собственной задачи.
Ладбона удивило, что технодесантник лично выбрал для миссии его вместе с отделением, особенно в свете того, как Тёмный Ангел отчитал капитана на стенах Суларийских ворот. Однако, разум космодесантника был для востроянца загадкой. Как минимум, он не попал в группу библиария, чему мог только радоваться после их встречи в тюрьме.
Вокс-бусина в ухе Ладбона с треском ожила, когда технодесантник принялся отдавать распоряжения своим грубым голосом.
— Добираемся до центра крепости, устанавливаем взрывчатку и уходим. Если сталкиваемся с сопротивлением зеленокожих – выживших не оставляем, чтобы никто не поднял тревогу. Насчёт звуков выстрелов не беспокойтесь, так как орки их не услышат из-за шума кузницы. Понятно?
Капитан кивнул, подтверждая получение приказа, и повернулся к отделению. Его бойцы тоже закивали.
— Хорошо, — сказал Тёмный Ангел, а затем размашисто зашагал по тускло освещённому коридору. Люмеполосы здесь мерцали из-за того, что большая часть электроснабжения крепости приходилась на кузницу. — Старайтесь не отставать.
Высоко над ними, внутри внешних стен крепости, Иезекииль вёл собственный отряд мордианцев к вершине главных ворот крепости. В то время как Серпик, Турмиил и остальные Тёмные Ангелы должны были доставить взрывчатку к сборочным линиям, где создавались боевые машины, роль эпистолярия заключалась в том, чтобы обрушить основной выход, дабы уже произведённая техника орков так и осталась заточённой в крепости. О миссии скитариев он ничего не знал, хотя во время перелёта от Суларийских ворот технодесантник предположил, что присутствие Механикус являлось своего рода страховкой. Если Тёмным Ангелам и Астра Милитарум не удастся остановить работу кузницы, скитарии заглушат её пакетами мусорного кода. Учитывая отвращение приверженцев марсианского культа к подобному акту, это действительно должна быть крайняя мера.
В непрекращающемся шуме огромных производственных линий, чей грохот проходил даже сквозь толстые каменные стены, возник новый шум, и библиарий жестом показал мордианцам остановиться. Прерывистый свет люмеполос выхватил на ступенях выше гигантскую фигуру одинокого орка, который лязгал своими металлическими ботинками. Ксенос и имперцы заметили друг друга одновременно, после чего первый, широко раскрывая глаза, поднял громадную пушку. Однако, жёлтые глаза зеленокожего тут же стали кроваво-красными, когда Иезекииль одной лишь мыслью разжижил его крошечные мозги. Библиарий и мордианцы отступили в сторону и прижались спинами к стене лестницы, позволяя мёртвому орку рухнуть на ступени, никого не задев. Имперцы ненадолго замерли, дабы убедиться, что зеленокожий патрулировал в одиночку, а затем Иезекииль показал солдатам двигаться дальше.
— Командующая кораблём Селеназ, вы меня слышите? Приём, — сказал библиарий, открывая вокс-канал с флотом.
Он делал это через равные промежутки времени с тех пор, как Аннантинские ворота каким-то непостижимым образом возобновили производство, хотя ответа до сих пор не было.
Зеленокожие начали глушить дальнюю связь, когда кузница вновь ожила, и, судя по вспышкам в ночном небе, пустотная битва опять разгорелась. Тёмные Ангелы не могли прибегнуть к самому простому решению – уничтожить захваченную крепость с орбиты – поэтому Иезекиилю пришлось принять первое серьёзное решение в качестве командира и повести отряд в самый центр уже вражеской территории. Библиарий попытался ещё несколько раз, переключая каналы на тот случай, если флоту вдруг удалось где-нибудь пробиться сквозь помехи, однако, результат оставался тем же.
Во тьме впереди возникли неясные очертания ещё двух орков, но Иезекииль проделал с ними такую же процедуру, как и с их предшественником, хотя один успел выстрелить. Библиарий был начеку, так что поднял психический щит, и пуля с шипением исчезла меньше чем в десяти сантиметрах от лба мордианца к великому облегчению оного. Отряд вновь подождал, чтобы посмотреть, не последуют ли за убитыми другие зеленокожие.
Маршрут оказался чист от противника, и имперцы продолжили своё восхождение.
Не всем отрядам продвижение давалось так же легко, как и группе Иезекииля.
Команда брата Аспириила столкнулась на своём маршруте к кузне с упорным сопротивлением, и хоть никто из орков не прожил достаточно долго, чтобы выдать остальным присутствие нарушителей, в ходе боя погибло трое востроянцев. Один из них нёс взрывчатку, которая сдетонировала от удачного попадания умирающего зеленокожего. Все остальные, включая Аспириила, оказались ходячими ранеными, поэтому у Иезекииля не осталось иного выбора, кроме как приказать отряду вернуться в точку высадки и держаться там до эвакуации.
Группе брата Люциила повезло едва ли больше. Она тоже не вызвала тревогу у основной группировки орков, но в ней осталось только трое выживших. Боец со взрывчаткой уцелел, однако, со столь уменьшившейся численностью шансы команды добраться до цели были крайне низки, особенно если имперцы столкнутся с другими орочьими патрулями.
Остальные отряды не понесли потерь, хотя все они пострадали в боях, даже группа Ладбона. Гаспар и Немой истекали кровью из осколочных ранений, а Казу содрал кожу на виске выстрел, который, по-хорошему, должен был снести ему голову с плеч. Несмотря на удачу, команде пришлось остановиться на несколько опасных минут, пока Дмитрий бинтовал здоровяка, чтобы кровь не заливала ему глаза. Технодесантника это раздражало.
Когда группа вновь выдвинулась, Тёмный Ангел ускорился ещё сильнее, вынуждая востроянцев бежать почти с максимальной скоростью, иначе те отстали бы. Когда космодесантник исчез за поворотом коридора, тьма осветилась оранжевыми вспышками выстрелов из болтера. Востроянцы поспешили Тёмному Ангелу на помощь, но Ладбон остался на месте, пялясь в никуда словно в трансе. Стоило Григори оказаться рядом с капитаном, как последний вдруг резко вышел из этого состояния и схватил бойца за кисть.
— Подожди, — настойчиво произнёс Ладбон. — Останься здесь.
Григори собрался запротестовать, но тут порождённый стрельбой мигающий свет ненадолго выхватил из темноты несколько тёмных фигур в коридоре позади. Оба востроянца открыли огонь из лазружей, и яркие лучи явили их взглядам весь масштаб опасности.
Не меньше восьми зеленокожих продвигались через тесное пространство. Первые двое уже практически подобрались достаточно близко, чтобы пустить в ход свои грубые пулемёты. Укрытий здесь не имелось, а Тёмный Ангел и остальные члены отделения сражались дальше по коридору, поэтому у востроянцев был лишь один вариант.
— Сначала ты, — сказал Ладбон.
Кивнув, Григори снял с пояса цилиндр и катнул его вперёд.
Ведущий орк уже собрался нажать на спусковой крючок, когда граната сдетонировала, разорвав на куски и этого зеленокожего, и тех, кто стоял прямо позади и по бокам от него. Следующие ряды осыпало частями тел и осколками костей. Всё ещё находясь в шоке от первого взрыва, выжившие ксеносы могли лишь в немом ужасе наблюдать за тем, как приземлившаяся среди них вторая граната отскакивала от каменного пола. Взрыв оказался не менее разрушительным, чем прошлый. Уже и так ослабленная первой гранатой часть потолка обрушилась, и не погибшие от взрыва орки оказались под завалом.
Все, кроме одного.
Одинокий орк, чьё оружие вырвало из хватки ударной волной, непокорно стоял в дыму и пыли. Его зелёная кожа была испачкана и запятнана кровью сородичей-ксеносов. Издав угрожающий, полный боли рёв, он опустил голову и помчался на востроянцев, стремительно сокращая дистанцию. Ладбон с Григори выпустили бешеный поток лазерного огня, и почти каждый выстрел попал в цель, но всё без толку. Обуянный яростью орк не обращал никакого внимания на боль.
У гвардейцев не осталось гранат, поэтому они начали спешно отступать назад по коридору. Востроянцы продолжали вести огонь в тщетной надежде свалить раненую тварь одним из лучей. Бойцы были так сосредоточены на сохранении собственных жизней, что не заметили приблизившуюся к ним сзади фигуру.
Грубо толкнув обоих мужчин на пол, Серпик поднял болтер и выпустил болт-снаряд. Голова орка исчезла в багровой дымке, но даже без мозга тело продолжало двигаться. Технодесантник отступил в сторону, а затем сильно пихнул труп в спину, из-за чего тот мощно врезался в стену сворачивающего коридора. Безголовый ксенос рухнул, дёргаясь и заливая всё хлещущей из обрубка шеи кровью. Просто чтобы зеленокожий уж точно вдруг не вскочил на ноги, Аллик и Немой разрядили в него батареи лазвинтовок с близкой дистанции.
Невозмутимый Тёмный Ангел подошёл к обрушившейся секции туннеля, где лежал ещё живой орк, что лишился трёх конечностей и был придавлен несколькими тоннами кладки. Серворука технодесантника с едва слышимым жужжанием стремительно развернулась, после чего сжала голову зеленокожего с боков и лопнула её словно перезревший фрукт. Затем, обернувшись, Тёмный Ангел направился к востроянцам. С его доспехов каплями стекала кровь.
Когда Серпик поравнялся с Ладбоном, который уже отдышался в достаточной мере, чтобы подняться на ноги, он остановился и пристально взглянул на аугметический глаз капитана подобно тому, как любитель искусства мог бы рассматривать скульптуру или картину. Спустя несколько гнетущих секунд космодесантник заговорил.
— Думаю, этот глаз позволяет тебе видеть больше, чем ты делаешь вид, гвардеец.
Тёмный Ангел продолжил двигаться вперёд прежним быстрым темпом, оставив Ладбона задаваться вопросом, что же он имел в виду.
Стоило Иезекиилю оказаться высоко над ревущими кузницами, как ему, наконец, стали очевидны истинные масштабы операции орков. Десятки тысяч мелких оркоидных существ работали на производственных линиях или же скармливали сырьё конвейерным механизмам – огромным машинам, которые превращали руду в поршни двигателей, детали, бронепластины и прочие компоненты техники. Рядом с ними трудились более крупные фигуры, что брали комплектующие и передавали их ещё большим оркам. Последние наобум располагали детали, после чего зеленокожие поменьше начинали паять или клепать. Если бы Дицен увидел итоговые результаты конструирования ксеносов, у него бы, наверное, электросхемы перегорели.
Что поразило библиария, так это скорость, с которой готовая техника сходила с конвейера. Благодаря сотням бригад, беспрестанно трудящимся в гигантской кузнице, каждые пару минут на место стоянки доставлялся очередной новый транспорт. Иезекииль поменял своё положение на помостях, чтобы попробовать определить количество произведённой техники, но обзор ему загораживали группы станков. Хоть Тёмному Ангелу и не удалось установить точное число, он понял ошибочность своего первичного суждения: машины не ставились на место стоянки, а отправлялись на заключительный этап сборки. Учитывая то, на каком удалении от остальной производственной линии это происходило, вывод напрашивался лишь один – там орки добавляли собственные модификации.
Взрыв в центре кузницы не позволил Тёмному Ангелу слишком долго поразмышлять над серьёзностью этого открытия. Оказался ли один из отрядов обнаружен или же преждевременно сдетонировала взрывчатка, но теперь зеленокожие знали об их присутствии. Несмотря на то, что люди и орки не услышали грохот из-за индустриального шума, поднимавшийся к высокому потолку столб дыма и пламени заставил ксеносов взяться за оружие и стянуться к месту взрыва.
В попытке обратить неприятность в возможность, Иезекииль уже собрался приказать мордианцу со взрывчаткой поторопиться и заложить её, когда вдруг двум другим членам его отряда кровь ударила в голову, и они начали стрелять из лазвинтовок. Ни тот, ни другой не прожили достаточно долго, чтобы получить выговор от библиария, ибо ответный шквал огня, обрушенный на них орками снизу, оказался десятикратно сильнее.
+Сейчас же устанавливай взрывчатку,+ послал Иезекииль.
К шуму работы кузницы и боя стал добавляться скрип трущихся друг об друга огромных дверных механизмов. Если поспешить и взорвать двери, тогда, вероятно, имперцам удастся остановить поток транспортов для военных нужд орков.
Подняв психический щит вокруг оставшихся членов отряда, Иезекииль открыл огонь из болт-пистолета. Благодаря высокой точке обзора он мог помогать братьям и гвардейцам внизу. Во всех цехах кузницы продолжали подниматься новые столбы пламени и дыма – это Тёмные Ангелы использовали тактическую смекалку для выполнения целей задания даже несмотря на то, что всё пошло не по плану.
И так уже невозможный шум стал ещё громче, когда к хору присоединились двигатели сконструированных зеленокожими транспортов. То, что не видели глаза Иезекииля, ему помогли раскрыть уши: отдельные звуковые сигнатуры около тысячи единиц техники.
Мордианец со взрывчаткой почти добрался до нужной позиции, но тут орки либо проявили хитрость, либо же их просто раздосадовало то, что они никак не могли подстрелить защищённых щитом гвардейцев. Выпущенная ими реактивная граната врезалась в помости в нескольких метрах под отрядом. Иезекииль вытянул одну из своих огромных рук и схватился за искорёженный металл, а в результате нарушения концентрации ему пришлось опустить психический щит. Гвардейцам так не повезло: все, кроме двух, свалились и полетели навстречу своей гибели далеко внизу. К облегчению библиария, боец со взрывчаткой не оказался в числе упавших. Он вновь поднял щит.
+Когда я отдам приказ, бросай взрывчатку с установленным на три секунды взрывателем,+ послал Иезекииль мордианцу.
Гвардеец цеплялся за кусок повисших исковерканных помостей, которые раскачивались подобно веревочным лестницам. Он подтвердил получение приказа и снял с пояса сумку со взрывчаткой, после чего принялся регулировать ручки настройки и шестерни взрывателя.
Так как выполнить первоначальный план уже было невозможно, Иезекииль решил импровизировать. Медленно двигаясь на некачественно сделанных гусеницах и изрыгая клубы густого чёрного дыма, первый из транспортов приблизился к отрывшимся дверям кузницы. Дождавшись, пока машина не окажется практически прямо под ним, библиарий отдал приказ, и вниз полетел вращающийся в воздухе взрывной заряд. Спустя долю секунды после приземления он сдетонировал, причём, что ещё важнее, в тот самый момент, когда передняя часть ведущей машины прошла под имперцами. Траки гусеницы разделились, сгибаясь под воздействием резкого выброса жара и энергии, а затем начали отрываться, ибо техника продолжала движение. Водитель как будто понятия не имел о катастрофических повреждениях. В конце концов, машина остановилась, полностью загородив своим корпусом дверной проём, и её двигатель стал громко и раздосадованно реветь. Конвой позади неё резко дал по тормозам.
Но ликование Иезекииля быстро сошло на нет.
Выбрасывая тёмные облака маслянистого дыма и доводя двигатель до предела, одна из машин в орочьей колонне врезалась в стоявшую перед собой. Мощный удар подтолкнул второй транспортник вперёд, и его водитель тоже увеличил число оборотов. Огромный бульдозерный отвал столкнулся с задней частью следующей машины, толкая её дальше.
Именно тогда Иезекииль понял, что намеревались сделать орки, причём не только в ближайшей перспективе, но и в ходе разыгрываемой ими длительной партии. Понял, почему зеленокожие как будто бы проверяли имперскую оборону на прочность, почему вырезали собственных сородичей… Используя движущую силу десятков сцепленных друг с другом на манер поезда машин и их объединённую мощь, ксеносы начали проталкивать подбитый транспорт во главе колонны через дверной проём, чтобы убрать его со своего пути. Их план работал. Ведущая машина медленно двигалась вперёд, а её повреждённая ходовая со скрежетом оставляла в скалобетонном полу борозды. Импровизированный запасной план библиария провалился, однако, больше всего Тёмного Ангела беспокоило другое. Само устранение затора являлось не более чем осложнением, а вот настоящую угрозу представляло то, ''как'' орки это сделали.
Гигантские бульдозерные отвалы, по высоте и ширине превосходившие огромные корпуса машин, эффективно справлялись с задачей толкать другую технику, но предназначались они для иной цели, которая заключалась и не в расчистке огромного количества снега на поверхности планеты тоже. Данные модификации, грубо собранные из всего металла, какой только удалось собрать оркам, должны были позволить машинам проложить путь через заваленное трупами поле боя и образовать из останков пандусы, что дали бы ксеносам возможность взять штурмом высокие стены Аврелианума.
Тем временем, внизу уже пропала из виду задняя часть повреждённого транспорта, убранного с пути конвоя, а остальные машины начали выезжать навстречу морозному рассвету. Взглянув наверх и убедившись, что двое выживших мордианцев добрались до безопасного места, Иезекииль опустил защищавший их психический щит, после чего разжал хватку и полетел навстречу машинам.