Изменения

|Сейчас =1415

– Думаю, ты вполне ясно дал это понять генралугенералу-фабрикатору.

– Не знаю, – признался Кровавый Глаз всё с тем же мрачным лицом, возвращая Тени способность двигаться. Шарр снова надел шлем и обнаружил, что вокс работает, однако многие второстепенные системы доспеха, похоже, так и оставались отключены, а индикатор заряда гулял в диапзаоне диапазоне от среднего до высокого.

– Скиталец прбудилсяпробудился, – произнёс Тень.

– Они идут за нами, – сказал Тень. Он успел переместиться к главному входному люку инженериума машинариума и всматривался в генераторную, прислушиваясь.

Это было только начало опустошения. Падающие обломки космического скитальца превратили в щебень мегалитические промышленные комплексы и кузницы-храмы, простоявшие тысячи лет. Десятки тысяч техножрецов и адептов были раздавлены и похоронены вместе с многократно большим количеством чернорабочих и обслуги. Один из двух крупных инфогарнизонов скитариев, расположенных к северу и югу от Венца, был уничтожен прмым прямым попаданием. Воздуховоды и алхомические трубы упали, и ещё больше зданий снесло лавиной камня, стали и пласкрита, когда на них рухнули остатки сооружений, обвалившихся выше по склону. Впервые воздух заполоняли не дым и пепел гипериндустрии, а пыль от гибели Мегафакторума Примус.

Земля снова сотряласьсотряслась: всего в нескольких улицах от них рухнул горящий раскалённый металл. Хенно будет не единственной жертвой орбитальных осадков, мрачно подумал Танэ.

=== '''Глава 14''' ===

– Встань, брат мой, – ответил Те Кахуранги, – и идём со мной. === '''Глава 15''' === При светопреставлении воцарилось безумие. Какое-то время Корди наблюдал за развитием событий издалека, собравшись с остальным своим отделением на стенах укреплений мостового перехода. Он видел, как нечто, похожее на астероид, утыканный остовами кораблей, обрушилось на вершину горы Антикифера, перегрузив её пустотный щит и стерев верхние склоны в порошок. Вал пыли и обломков понёсся вниз, на ходу пожирая город. Корди расставил ноги пошире и включил стабилизаторы. Ударная волна прокатилась по нему, сотрясая стену под ногами, но шквал пылающего воздуха и горячей пыли не смог даже немного двинуть с места космических десантников или их союзников-скитариев на соседних бастионах. Авточувства ещё убирали основную часть нового слоя смога, а разум Корди уже стремительно перебирал варианты. Благодаря передислокации они избежали побоища, учинённого на верхних склонах, но Третья рота была рассредоточена по дуге вокруг места основного удара. Приоритетной задачей наверняка являлась перегруппировка, однако следовало ли ему сдвинуть Второе отделение и сопровождающий их «Поборник» в направлении ближайших подразделений, или же удерживать позицию, которую магос доминус Зе-Один-Прим назвал Двойным Фортом? Он сомневался, что у кого-тоиз Кархародонов на планете есть столь же оптимальная зона контроля. Оставлять её было бы тактически неразумно. Укрепления, куда их пригласил Зе-Один-Прим, состояли из приземистых стен из рокрита и листов абляционного армапласта, покрытых толстым слоем грязи. Корди уже задумывался о дихотомичности<ref>Дихотомичность - раздвоенность или разделение на две взаимоисключающие части.</ref> подобных сооружений: человечество, особенно Адептус Механикус, обладало способностью пересекать море звёзд и раскалывать целые планетарные системы, но самым верным, самым стабильно надёжным способом защиты оставалось зарыться в грязь мира и поплотнее утрамбовать её вокруг себя. Фортификации дополнялись батареями мультилазеров и более загадочными оборонительными системами вооружения, которые Корди узнавал лишь смутно. Гуще всего они были сосредоточены вокруг магистральной дороги, проходившей через ворота крепости, а затем по мосту. Эта громадная конструкция высилась над стенами, которые должны были её защищать. Вход представлял собой парадную площадь с готическими арками, подпираемыми контрфорсами и обильно увешанными меха-горгульями и символикой Культа Механикус. Внутри, по бокам от непосредственно дороги, располагались блоки электрогенераторов и вереница мощных лебёдок, используемых для натяжения цепей со звеньями размером с боевой танк, которые помогали поддерживать мост на весу до центрального пролёта. По приказу-императиву Зе-Один-Прим огромное полотно могли поднять, словно разводной мост, что превращало ущелье в гигантский ров, прикрывавший восточный фланг Мегафакторума Примус. В настоящее время сам мост не заботил Корди. Его заботило, как осуществить комплексную реакцию Третьей роты на столкновение «Мрачной участи» с верхними горизонтами Мегафакторума Примус. Он проверил вокс-сеть, но за пределами частоты отделения там ничего не было, одни помехи. Маркеры, отображавшие остальную часть роты, застыли на дисплее. Не было никаких вестей от Кино, с «Белой пасти» или от Нуритоны. Второе отделение как будто оказалось полностью отрезано, и Корди подозревал, что у каждого подразделения роты дело обстояло так же. Пока что он мог лишь удерживать позицию и ждать, когда покажется какая-либо следующая угроза. Безумие разразилось сразу после ударной волны. Корди заметил разлад среди солдат Адептус Механикус через мгновения после того, как бастионы охватила тряска, и на них нахлынуло пылевое облако. Некоторые начали издавать звук, который он редко слышал от скитариев – они кричали. Корди посмотрел влево-вправо и увидел, что ряды людей-машин, до этого расставленные по укреплениям с математической точностью, стали ломаться. Внезапному поражению подверглась по меньшей мере половина действующего гарнизона – они вываливались из строя, держались за головы в шлемах или рвали свои красно-чёрные одеяния. Подобная сцена совершенно не вязалась с их обычной ледяной чёткостью.  Корди как раз успел моргнуть, активировав на общем дисплее отделения руну, которая указывала: ''«ожидайте/возможная угроза»'', когда началась пальба. Повинуясь чисто укоренённому импульсу, он вскинул болтер, разворачиваясь влево – в анправлении первых выстрелов – и отступая вбок, чтобы получить потенциальный сектор обстрела мимо остального отделения, и всё это ещё до какой-либо осознанной мысли. Несколько скитариев открыли огонь – не по целям за стенами, а друг по другу. Пехота Механикус стреляла без разбора, радкарабины и лазвинтовки пробивали рясы и панцири других воинов. – Предательство, – зарычал самый молодой из братьев-в-пустоте Второго отделения, Атеко. – Не стрелять, – бросил Корди, пока не понимавший, что именно происходит, но не желавший подливать топлива в костёр хаоса. – Атаковать только те цели, которые берут наводку. На это понадобилось лишь несколько секунд. Ближайшие скитарии, застрелив своих предполагаемых сородичей, перевели оружие на космодесантников.  Какая бы осквернённая программа ими ни руководила, она допустила фатальный просчёт. Второе отделение ответило мгновенным, выверенным уничтожением, разнося любого скитария, кто поднимал на них оружие, на куски металла и плоти. – Стена слишком уязвима, – сказал брат Аррона. – Занять проездную башню, – передал по воксу Корди. – Иху, вперёд, Мере и Репат, в арьергард. Он радовался, что оставил Второе отделение вместе, когда они присоединились к гарнизону крепости, а не стал пытаться усилить всю линию обороны, распределяя Кархародонов по стенам. Тогда он намеревался образовать огневую группу, прикрывающую основной подход, однако теперь это означало, что они могли маневрировать как единое подразделение. Признаков стрельбы из бойниц над воротами в виде зубчатой шестерни, похоже, не было. На площади внутри стен, перед сводами моста, всё обстояло наоборот. Большая часть техноказарм, где размещались и подзаряжались скитарии, а также их манипула «Кастелянов» была заглублена в бункерный комплекс, так что над рокритовой площадью, становившейся центром форта при отсечении дороги, выступали только входные арки. Там размещался резерв гарнизона, но сейчас его тоже охватил какой-то вирус, заразивший скитариев на стенах. В ходе тотального разрушения железного контроля, который техножрецы обычно осуществляли над своей стражей, воины Адептус Механикус истребляли друг друга, а те, кто этого не делал, начали стрелять по космическим десантникам всего через несколько мгновений после прогноза Арроны. В силу отсутствия у стены прикрытия сзади, Кархародоны были не защищены от обстрела изнутри форта.   Второе отделение пронеслось к проездной башне, на ходу ведя ответный огонь. Не все скитарии на их части стены были мертвы. Некоторые, видимо, утратили работоспособность и просто стояли, застыв в вертикальном положении со сгоревшими когнитивными платами. Корди приказал братьям игнорировать их. Имелись цели понасущнее. Бронированная дверь, ведущая со стены в надвратную башню, была открыта. Большая часть отделения осталась снаружи, стреляя вниз по всем скитариям, кто осмеливался в них прицелиться, а Иху и его напарник по прорывам, Неку, заняли лестницу внутри. – ''Чисто'', – щёлкнул голос Иху. Корди поднялся следом за ними и вышел на парапеты проездной башни. Их ждал магос доминус Зе-Один-Прим. Техножрец горбился под своей рясой, поджав насекомоподобный хвост. Для Корди это выглядело практически так, словно ему было больно, но он не мог выразить этого обычным, человеческим образом. Доминуса окружало полдюжины скитариев, и им хватало здравого смысла не поднимать оружия, видимо, согласно некоему императиву, загруженному их повелителем. – Магос, – бросил Корди, не расположенный потакать неожиданной хрупкости, которую он чувствовал в предполагаемом командире гарнизона. – Вы объясните, что случилось с вашей манипулой, иначе я буду считать вас ненадёжным. Он поднял свой болтер – тот самый, что так заботливо и почтительно отремонтировал Зе-Один-Прим. Магос содрогнулся, царапая рокрит конечностями-лапами. А потом, издав машинный визг, откинул капюшон и что-то вырвал из основания своего металлического черепа. Полыхнул элктрический разряд, и мехадендриты Зе-Один-Прим оцепенели, после чего расслабились. Боль техножреца контрастировала с неизменно бесстрастным выражением маски, которую он носил. Доминус отбросил отсечённую деталь, которую выдернул из своей головы, и выпрямился лицом к Корди, полностью оставив на виду кошмарный аугментированный череп. – Это ноосфера, – произнёс он. – Поясните, – отрывисто сказал Корди, не убирая болтер. – В значительной мере не могу, – признался Зе-Один-Прим своим обезоруживающе старческим, человечным голосом. – Здесь действует Великий Извратитель. Наши системы под атакой. Но мне удалось определить основной проводник. Порча распространяется через ноосферу.  Я сумел вовремя отделить себя от неё. Да простит Омниссия мои кощунства. Доминус указал на искрящий обломок техники, выдранный им из собственного черепа. – Я не собираюсь делать это с каждым из ваших неисправных воинов, – сказал Корди. – В этом не будет нужды, я их вторичный передатчик, – произнёс Зе-Один-Прим. – Но мы всё равно должны отключить ноосферный узел гарнизона. Вот здесь. К удивлению Корди, на его визоре возник индикаторный маркер, а когда он повернул голову в ту сторону и посмотрел за край стены, то обнаружил, что один из бункеров в задней части форта, около входа на мостовой переход, был выделен. Требовать ответа, как доминус смог получить доступ к дисплею отделения, не было времени. – Я мог бы приказать «Поборнику» обстрелять его издалека, – заметил Корди. – Он хорошо размещён: мы не можем гарантировать уничтожения, как минимум быстрого. Я должен лично разорвать соединение. – Тогда мы доведём вас к его дверям, – произнёс Корди, приняв решение без колебаний. Существовала вероятность, что Зе-Один-Прим был затронут порчей, как и остальные, и вёл их в какую-то западню, однако он не сомневался: Кархародоны сумеют пробиться. Шансы были лучше, чем оказаться в осаде внутри надвратной башни, если позволить всему гарнизону поддаться заражению. Корди услышал, как заработал штурмовой болтер – не то оружие, которое ассоциировалось у него с Адептус Механикус. Он снова глянул за стену проездной башни и обнаружил, что под ними перебазируется «Молот Рангу». Осадный танк модели «Поборник» стоял на закрытой огневой позиции у одной из амбразур форта, но после начала боя внутри укреплений съехал по рампе задним ходом и теперь уже развернулся к площади и встал под проездной башней, видимо, увидев, как отделение Корди занимает её. Командир «Поборника», Ариху, орудовал штурмовым болтером на вертлюжном<ref>Вертлюг - поворотное шарнирное соединение.</ref> станке, срезая любого скитария, кому хватало глупости делать выстрелы, с треском отскакивавшие от тяжёлого бульдозерного отвала с нарисованной пастью, который прикрывал большую часть носа танка. Корди попробовал вокс, но его встретил лишь особенно злобный визг резонанса. – Мере, Репат, присоединитесь к брату Ариху, – обратился он к своему отделению. – Скажите ему, что мы выдвигаемся к ноосферному узлу. Он должен поддержать нас, но избегать использовать пушку «Разрушитель» без крайней необходимости. Эти двое повиновались, а Корди снова переключил внимание на Зе-Один-Прим. – Вы доверяете своим скитариям? – с нажимом спросил он, бросив взгляд на шесть оставшихся солдат Механикус, с которыми они делили стену проездной башни. Зе-Один-Прим издал жужжащий звук, и скитарии выставили свои винтовки перед собой дулами в небо, а правая нога каждого сместилась, встав слегка под углом за левой. Корди опознал в этом движении марсианскую версию приёма ''«на караул»''. – Они всё ещё подчиняются моим императивам, – заверил его Зе-Один-Прим. – Я сумел вручную отсечь их ноосферное соединение. Мы должны поспешить, пока не поддались остатки гарнизона. По мнению Корди, большинство из них в любом случае уже было потеряно, но он бросил отрывистую череду распоряжений Второму отделению. Вирему с тяжёлым болтером «Экзекутор» и Иху с болт-винтовкой оставались наверху проездной башни, обеспечивая огневую поддержку, а Мере и Репат, уже находившиеся на земле, образовывали остриё копья. Они прибегли к схеме вала, оставляя Зе-Один-Прим в центре под защитой. Скитарии формировали арьергард, сохраняя путь обратно к башне открытым, если потребуется отступать. Второе отделение высыпало из башни на площадь. Они двигались быстро и абсолютно уверенно, беря на прицел и уничтожая угрозы в тот же миг, как те возникали. Не все скитарии пытались мешать, и Корди окриком велел братьям не трогать их. Узел был прямо по курсу – бункер, щетинившийся пилонами связи и медными иглами маршрутизаторов. Корди уже собирался приказать Неку, Мере и Репату расступиться и пропустить Зе-Один-Прим к дверям, когда раздался оглушительный шум. С обеих сторон на строй обрушился град колотого рокрита. Корди, насколько мог, прикрыл Зе-Один-Прим от взрывов. Доспех предостерегающе запищал, и он почувствовал, как камни, которые раздавили бы обычного человека, отскочили от брони, заставив его зарычать, но не сумев сдвинуть с места. Две секции площади форта только что разметало. На миг Корди решил, что это были артиллерийские удары, но затем засёк движение среди дождя из раздробленного дорожного покрытия. «Кастеляны» вырвались из своих подземных зарядных крипт – похоже, по собственной воле, их инфокузнеца нигде не было видно. Какая бы тлетворная киберсила ни сводила Адептус Механикус с ума, она полностью заразила двух роботов. Стеклоплексовые купола головных узлов и большая часть брони спереди потрескались, расколовшись из-за злокачественных наростов, которые выглядели так, будто лопались и раздувались изнутри. – Невозможно! – визгливо закричал Зе-Один-Прим. – Омниссия, порази эту мерзость! – Сосредоточиться на правом, – приказал Корди, зная, что нет времени дожидаться, пока доминус смирится с заражением кибернетических конструкций. Оба «Кастеляна» уже выбрались из крипт, где хранились между операциями, и нетвёрдой походкой побрели к Кархародонам. Они были полностью боеготовы – вокруг силовых кулаков правого трещала энергия, а другой зажёг свои фосфорные бластеры. Мутации, понемногу раскалывавшие их на части, гротескно корчились. – Мозговой компонент осквернён, – воскликнул Зе-Один-Прим. – Биоматериал инфослота мутирует! Кархародоны открыли огонь по автоматону с кулаками, который тяжеловесно сокращал дистанцию, однако болты встретились с синими энергетическими импульсами и сдетонировали до попадания в цель. – Репульсорная сеть, – торопливо сообщил Корди Зе-Один-Прим. – Но у второго не работает. Цельтесь в него! – Перенести огонь, – произнёс Корди, теперь выделив другого «Кастеляна». Слишком поздно. Его фосфорные бластеры с лязгом полностью разгорелись, стволы раскалились добела и начали плеваться в Кархародонов пылающим потоком боеприпасов. Люминогенные сферы врезались в наплечники, нагрудники и реакторные ранцы, с шипением въедаясь в керамит и пласталь. Корди получил два попадания в правое плечо, зажигательные снаряды изуродовали эмблему ордена. Зарычав, он пристегнул болтер и отцепил боевой нож, используя крючковатое острие, чтобы выковырять жгучие заряды, пока те не успели зарыться вглубь. Наросты «Кастеляна» вздулись ещё сильнее, и он пошатнулся, отправив цепочку горящих снарядов в воздух поверх голов. По роботу ударил ответный огонь. Зе-Один-Прим был прав касательно отключённой репульсорной сети – в этот раз вспышек энергии не последовало. Тяжёлый «Экзекутор» Вирему с проездной башни превратил неприкрытые опухоли в кровавую кашу, из-за чего «Кастелян» оступился и упал на колени, расколов рокрит под собой. Фосфорные бластеры на концах его конечностей теперь палили прямо в землю, плавя покрытие и окутывая его токсичными испарениями, пока оно распадалось под обстрелом. У Корди не было времени добавить собственную огневую мощь. Второй «Кастелян» атаковал их, похоже, выбрав целью не космодесантников, а Зе-Один-Прим. – Назад, – рявкнул доминусу Корди и для надёжности отпихнул его, заставив техножреца издать шквал бинарики, поскольку он чуть не упал. Нарост на «Кастеляне» разорвала красная пасть, испустившая пронзительный визг. Чудовище замахнулось. Корди отскочил назад, зная, что попадание огромного силового кулака разнесёт его в клочья. Он почувствовал, как по доспеху пробежал гул от скачка электричества, вызванного близостью расщепляющего поля оружия.  Нож так и оставался у него в руке, и когда удар робота с грохотом прошёл мимо, он устремился вперёд, минуя защиту. От прохождения сквозь гудящую репульсорную сеть у Корди заныли зубы и защипало кожу, однако его масса была слишком велика, чтобы её получилось остановить. Пока новообразованные щупальца шлёпали по нему, он вогнал клинок в пасть, а затем яростно выдернул, разделив нарост надвое. Его обдало ихором, однако тварь не умерла. Силовой кулак вновь понёсся на него, и ему пришлось отступить, но на сей раз не хватило скорости. Его едва зацепило, но этого оказалось достаточно, чтобы срезать направляющее сопло с верхнего правого края ранца и заставить пошатнуться. Воздух заполнился градом металла. Большинство членов Второго отделения переключило огонь на «Кастеляна» с кулаками, и его репульсорная сеть вспыхивала снова и снова, лишая каждый подлетающий снаряд кинетической энергии и подрывая их в воздухе вокруг Корди. – Бейте сюда, – услышал он крик Зе-Один-Прим. В то же мгновение на визоре мигнуло обновление. Доминус опять каким-то образом получил доступ к его дисплею и теперь выделил на возвышавшемся над ним «Кастеляне» небольшой участок: круглый металлический узел в верхней правой части кирасы робота, всё ещё торчавший из пульсирующего мяса, которое начинало обволакивать его. Корди не стал сомневаться в этом совете. Он перехватил нож, метнулся вверх и грохнул рукояткой по узлу. Тот хрустнул и после ещё двух быстрых ударов отвалился, шипя от электрического разряда.  Гул, расходившийся по самым костям, тут же прекратился. Корди понял, что сломал передатчик репульсорной сети. Чтобы достать дотуда, он потерял равновесие, и когда одурманенный мутирующий робот наотмашь ударил снова, смог лишь броситься наземь. Кулак опять проскрежетал по ранцу, расщепляющее поле скололо керамит и обнажило серебристую пласталь под ним. Пока Корди падал, его острые как бритва чувства уловили визг приближающегося снаряда. Он едва успел заметить это, прежде чем осквернённый «Кастелян» взорвался. Взрыв подхватил его с земли и швырнул на несколько ярдов по разбитому рокриту, окутав пламенем и срезанным металлом. Доспех заголосил в ухо предупреждения, а Корди перекатился при падении и оказался на ногах ещё до того, как вообще полностью осознал произошедшее. Смертельный выстрел произвёл «Молот Рангу». Осадный «Поборник» подъехал следом за штурмом и вогнал в «Кастеляна» снаряд в упор. Корди находился в опасной близости от взрыва, но основной удар пришёлся на робота. Броня Кархародона получила лишь пару небольших пробоин, а генетически улучшенная физиология обеспечила отсутствие риска контузии или дезориентации. Теперь оба «Кастеляна» были повержены – от одного остались только металлолом и подёргивающееся неузнаваемое мясо, другой, неподвижный и искорёженный огнём болтеров, стоял на коленях в окружении быстро остывающего рокрита, который расплавили его фосфорные бластеры. Корди кратко отсалютовал Ариху, продолжавшему управлять штурмовым болтером «Поборника» из верхнего люка, а потом проверил Зе-Один-Прим. Доминуса отбросило взрывом, но он уже распрямил своё насекомье тело при помощи трости и начал отряхивать пыль с рясы. Второе отделение потерь не понесло. – Подтягиваемся, – скомандовал Корди. Они пробежали по остаткам площади до узлового бункера, где Зе-Один-Прим вставил один из своих мехадендритов в глазницу сервочерепа, подчинённого противовзрывному люку. Раздался глухой стук, и диафрагменная дверь разошлась от центра, пропуская сгорбленную фигуру доминуса. – «Вал-стена», – приказал Корди, выстраивая Кархародонов в оборонительный периметр вокруг входа. Он оглядел площадь, и визор с писком выдал множество потенциальных целей, однако большинство уцелевших скитариев было занято убийством друг друга. Это закончилось треском и энергетическим разрядом на стержнях маршрутизаторов, выступавших из крыши бункера. Жутковато, словно марионетки, нити которых медленно натягивала незримая рука, скитарии прекратили свою дикую схватку и встали прямо и неподвижно. Во внутреннем пространстве крепости вдруг установился покой. Зе-Один-Прим поспешно вернулся из узла. Оптика на его мехадендритах сияла, озирая работу магоса. – Хвала Омнисии, – нараспев произнёс он. – Вы уверены, что они очищены? – спросил Корди, настороженно наблюдая за ближайшими скитариями. Те, кто насмерть избивал и рубил друг друга, теперь просто стояли бок о бок, глядя в никуда. Их одеяния были изодраны, из нарушенных контуров и разорванных приводов время от времени летели искры. – Нет, – признался Зе-Один-Прим. – Некоторые необратимо повреждены, и сомневаюсь, что большая часть переживёт инфо-исповедь, которую мне придётся провести. Они заражены мусорным кодом. Однако я заверяю, что никто не поднимет руку на вас. Корди это представлялось слабым утешением, но он вынужден был обойтись им. – Мы должны сделать крепость пригодной к обороне, – сказал он, наконец-то позволив себе перенести внимание за пределы разбитого двора. – Бастионы требуется усилить… Он сделал паузу. Помимо фоновой жестокости, с которой город разносили на куски, было ещё что-то. Звериные вопли, подкреплённые нараставшим рокотом – звуком движущейся толпы. Они доносились со стороны мостового перехода у за спиной у Кархародонов. – Двойной Форт на дальнем конце захвачен, – произнёс Зе-Один-Прим, глядя на мост через арки и явно зная что-то, чего Корди пока не мог ощутить. – Переход под угрозой.<references />