Бюрократы, masseditregex, Администраторы
3213
правок
Изменения
Нет описания правки
– Вот видите, мой дорогой коллега. Теперь нас больше не отвлекут.
== '''Часть третья''' ==
=== '''Глава 25''' ===
– Также он сказал мне, что мы должны делать, – продолжил он, – и это совпадает с твоими собственными пожеланиями. Он посоветовал нам переходить в наступление.
Корди довольно хмыкнул. Объединённые силы Кархародонов и скитариев удерживали Двойной Форт всю ночь, воздвигнув за стенами горы мёртвых еретиков. В некоторых местах убитых было так много, что Кархародонам пришлось использовать гранаты, чтобы сбить и опрокинуть рампы насыпи из тел, ведущие к парапету.
Их сопротивление подпитывал полностью укомплектованный арсенал форта. Единственный момент неопределённости наступил, когда Архивраг бросил к стене демонические машины, включая слизнеподобную тварь, которая попыталась пробить ворота-шестерню своей бронированной головой. Объектовая оборона стены – лазпушки, мультилазеры и более тайное оборудование Адептус Механикус – вместе с «Молотом Рангу» и «Чёрной косой» уничтожила большинство безумных машин, прежде чем те добрались до стены, а крак-гранаты перебили тех, кто всё же зацепился. Единственной потерей Второго отделения стал Мере, которого вскрыла костяная циркулярная пила шагающего танка – до того, как его граната взорвалась и снесла ноги твари, сбросив её к изувеченным и истреблённым сородичам.
– Вы считаете меня машиной, однако в первую очередь вы ошибаетесь, полагая, будто машины лишены эмоций – что их души холодны, чисты и незамысловаты. Но задумайтесь, что сотворили с моим миром. Задумайтесь о той грязи, которую влили в наши энграммные платы и инфостеки, о мерзости злокачественного мусорного кода, посланного пробраться в наши мозги и суставы. Были совершены самые немыслимые кощунства, нас осыпали ими. Машины Диаманта, ещё не сгнившие от работы этих еретехов, кричат. Кричат от боли и кричат, взывая к мести. И если логика вашего оперативного предложения совпадает с подобной священной целью, то это воплощённая воля Омниссии.
– Значит, договорились, – произнёс Корди и коротко отсалютовал доминусу, поднесмя поднеся перчатку к нагруднику, после чего обратился к Кхаури. – У тебя есть координаты для объединения с остальной ротой?
– У меня есть ориентир и приблизительное представление о том, где его искать, – ответил Кхаури, пытаясь облечь в слова предшествующее психическое общение. – Быть может, магос доминус сумеет помочь мне с идентификацией?
– Здесь нет моей заслуги. – признался Корди. – За это в ответе библиарий.
– Похоже, в эти дни Провидцы Глубин в ответе за многое, – проинёс произнёс Нуритона. Корди не требовалась способность видеть сквозь забрало шлема, чтобы уловить недовольство в его голосе.
– Стало быть, это правда, – сказал он. – Где он?
Нуритона уклончиво хмыкнул.
– Мы говорим о Бейле Шарее Шарре так, словно он до сих пор магистр роты, который вёл нас почти сотню лет. Правда же состоит в том, что этот брат умер на агроплатформах над Воздержанием или за последующие годы изгнания. Бейл Шарр, каким мы его знали, мог сгинуть навсегда, и я стану нести ответ за возлагание надежд роты на существование призрака.
– То, о чём вы говорили раньше, остаётся в силе? – спросил он.
– Да, – подтвердил Те Кахуранги. – Материум истончается, но я босюсьбоюсь, мой первончальный первоначальный прогноз был ошибочен. Их предводитель не просто стремится создать разлом, через который хлынет море душ. За действиями культа стоит и более глубокая цель.
– Вместе нам хватит сил провести ещё один поиск, выяснить их мотивы, – предложил Кхаури, но Те Кахуранги покачал головой, поджав тонкие губы.
Первыми идти на Венец выпало скитариям. С точки зрения Адептус Астартес затяжные городские бои являлись опасным расточительством – силы противника, с которыми бы быстро расправились в более открытом сражении, имели лучшую защиту, и на их выкорчёвывание с импровизированных позиций требовалось больше времени, а линии обороны, которые превосходно умели прорывать космические десантники, можно было прокладывать в глубине, замедляя атаки и повышая риск недопустимых потерь. Целые здания могли минироваться и превращаться в ловушки – большинство врагов Империума с превеликой радостью использовали бы жилой квартал и десятки жизней в качестве приманки, если это означало гибель одного-единственного из Ангелов Смерти Императора.
Несмотря на это, быстрому продвижению Кархародон Астра по разрушенной застройке Мегафакторума Примус способствовали два фактора. Во-первых, как поняли ротные командиры по контактам после начала вторжения, армия Архиврага на Диаманте была неорганизованной и недисциплинированной. Основную силу культа составляли атаки волнами мутантов и кочующие демонические машины. Встреченная пехота была малочисленной и, похоже, не имела руководства выше уровня роты. Безумные толпы биомеханических эспериментовэкспериментов, из которых состояла большая часть вторжения, явно не владели тактикой сложнее, чем бросаться на пушки Империума.
Вторым фактором являлись скитарии. Оцион Дзета-Один-Один-Трио поприветствовал магоса доминус Зе-Один-Прим с ближайшим подобием радости, какое только допускало программирование – обнажив гладий и торжественно отсалютовав вышестоящему. Зе-Один-Прим одобрил запрос на функциональную субординацию, приняв командование над опционом и его уцелевшими скитариями. Объединённый отряд теперь выступал в качестве буфера между Кархародонами и первым контактом, прижимая оборону и позволяя космодесантникам наносить быстрые и решительные удары. Исполняя ту роль, которую в совместных операциях обычно брала на себя Имперская Гвардия, рад-пехота Зе-Один-Прим помогала расчищать дорогу.
Кхаури вёл троих Изгнанников на запад, дальше по склону. Библиария не радовала стоявшая перед ним задача, однако она была жизненно важна для успеха плана.
Это не значило, что он одобрял отделение от основого основного штурма. Другие бы сочли позорным, что их отправляют в помощь отряду Пустотных Изгнанников, но Кхаури не закоснел в подобных представлениях. Он не сомневался, что Те Кахуранги поступил правильно, вернув Бейла Шарра в их круг, пусть даже бывший магистр роты и отказывался принимать это. Орден учил прагматизму и холодному, порой бездушному пренебрежению эмоциями. Будь они Изгнанники или нет, но навязанные спутники не беспокоили Кхаури.
Он намеревался выполнить свою часть. Всё остальное зависело от милости Рангу и вооружённой силы роты. Кхаури редко случалось видеть, чтобы что-либо из этого подводило, независимо от тяжести обстоятельств.
И из разбитых портов, шлюзов и воздуховодов повсюду вокруг них вырвались металлические фурии.
=== '''Глава 26''' === Перед основной массой Третьей роты зиял вход в Венец, круглый проём, похожий на пустую глазницу черепа. Дверь была вырвана, а ведущую к ней лестницу беспорядочно устилали тела мутантов и марсианских жрецов. Нуритона скомандовал «Молоту Рангу», «Чёрной косе» и Шестому отделению образовать заслон и удерживать ворота. После входа роты внутрь горы это был единственный способ выбраться. Второе отделение получило приказ идти первым, как и надеялся Корди. Архивраг был здесь – он практически чувствовал привкус их сальной, тошнотворной мерзости. Это будоражило кровь, вызывало в теле напряжение, нетерпеливое желание убивать. Он перенаправил эти позывы в холодную эффективность, раздав серию сжатых указаний по построению и протоколам атаки, пока они поднялись по ступеням и подошли к дверям. Во тьме на той стороне корчилось безумие варпа. В широком туннеле, уходившем в недра Венца, укоренилась порча. Стены, потолок и пол теперь покрывали волдыри, отростки и перепонки из плесневелой кожи, которые распространялись по выверенной архитектуре Адептус Механикус, словно грибные колонии. По обе стороны от центрального прохода, где раньше, похоже, находились железнодорожные линии, ныне струились зловонные миазменные каналы. Корди повёл Второе отделение вглубь этого безумного места, подняв болтер и водя им в поисках активных целей, а попутно подавляя потребность просто открыть огонь по окружавшей скверне. Широкий коридор неуклонно спускался вниз. Мимо через равномерные промежутки проносились порывы прогорклого воздуха, напоминавшие Корди медленное, размеренное дыхание в глубоком сне. Они как будто шли в глотку какого-то чудовища, словно отряд героев в одном из древних мифов Терры. Ударный командир быстро прогнал эту аналогию. Кархародон Астра являлись охотниками и убийцами. Здесь не было героев, одни лишь хищники. Элементы дисплея визора начали дрожать и мигать, проявляя признаки деградации, уже поражавшей его в бою за Двойной Форт. Корди хватило ума не проверять вокс. Отрывистым набором жестов он направил своё отделение вперёд. Космические десантники разошлись веером, взяв на прицел всю ширину прохода. Позади них в двери вошло Восьмое отделение – Пожиратели обеспечивали непосредственную поддержку вблизи, если бы авангард подвергся внезапной атаке. За ними следовал Нуритона с командирским отделением, а также Те Кахуранги и остальная рота. Скитарии образовывали арьергард. Дисплей визора Корди ещё работал в достаточной степени, чтобы он увидел руну, которую вывел Неку, двигавшийся сразу справа от него. ''Возможные контакты, приближаются''. Корди уже их заметил. От главного прохода ответвлялись туннели поменьше, вероятно, бывшие вспомогательные линии рельсовых магистралей по бокам. Большинство из них было забито отбросами варпа даже сильнее, чем основной коридор. В гнилостном зловонном мраке с обеих сторон от наступавших двигались неопределённые силуэты, которые колыхались и издавали тиканье. Зрительные пучки и горящие оптические углы мигали, наблюдая за незваными гостями. Повсюду вокруг Кархародонов начал нарастать заунывный звук. Второе отделение перенесло сектора обстрела, чтобы лучше прикрыть фланги, а твари начали выползать на свет их фонарей-люменов. – Атаковать, – приказал Корди и открыл огонь. Порождения металла и зла, уже атаковавшие Шарра и Изгнанников на мосту в глубинах скитальца, вернулись. Они хлынули изнутри корабля, сбиваясь в стаю во мраке неба над головой, а затем помчались вниз бурей стальных когтей, зубов и колючек на крыльях. Прежде, чем они атаковали, Шарр успел забраться на боковую сторону защитных батарей звездолёта, получив более ровную и устойчивую площадку для боя. С ним был Коготь, губы которого растянулись в гримасе предвкушения, обнажая заострённые зубы, пока он доставал свою дубинку. Жнец взревел, и первого из пикировавших на них монстров раскроило от искорёженной механической головы до хвоста, озаряя ночь искрами. Остальные, которых было слишком много, чтобы срезать их беспощадной дугой Жнеца, атаковали, царапая и долбя Шарра когтями. Он стиснул зубы и принял оборонительную стойку, делая короткие взмахи и прикрывая незащищённое лицо широкой плоскостью навершия топора. Коготь дрался у него за спиной, сшибая одно металлическое чудовище за другим. – Нам нужно продолжать двигаться, – услышал Шарр крик Кровавого Глаза. Они с Кхаури находились выше на корпусе и отбивались на боку следующей батареи. Бывший технодесантник был прав, как и всегда. Твари продолжали роями вылетать из портов и воздуховодов внизу. Они не могли надеяться перебить всех, особенно если хотели вовремя добраться до цели. Однако выйти из боя посреди непрерывного натиска было практически невозможно. Ситуацию изменил Кхаури. Раздался трескучий звук, и в чувства Шарра вторглась скверна варпа. В воздухе над секцией корпуса между двумя батареями возник разрыв, рана в ткани реальности, и оттуда полилась абсолютная тьма. Пока Шарр убивал очередного бросившегося на него монстра, рассекая механическую шкуру зубьями Жнеца, он увидел, что отростки этой черноты хватали и цепляли кружащую стаю, с неестественным визгом увлекая её в разлом. В это же время он услышал голос библиария, который не закричал через разделявшее их пространство, а как будто шепнул ему прямо в ухо: +Идите.+ Шарр повернулся к Когтю и кивнул. Изгнанники вместе спрыгнули с батареи орудий, с рычанием ударившись о круто наклонённый корпус. В их сапогах включились фиксаторы и стабилизаторы, и Шарр начал подъём, хотя ему всё равно приходилось задействовать свободную руку. Второй он намертво сжимал рукоять Жнеца, работавшего на холостом ходу. Взбираясь вверх, они были почти беззащитны, и фурии разорвали бы их на части, если бы не пагубный разлом наверху. Он не только втягивал летучих созданий, но ещё и заставлял режущие стаи дробиться и рассеиваться прочь от психической аномалии, словно они боялись её. Шарр с Когтем полезли на лазерную турель, образовывавшую верхушку защитной батареи, на которой находились Кровавый Глаз и Кхаури. Коготь зацепился своими когтями для опоры, а затем протянул Шарру руку с дубинкой, болтавшейся на запястном ремне. Шарр ухватился за кисть, и его втащили на выступающую горгулью, чья выветренная каменная морда как будто подражала зверям-машинам, нападавшим на них. Древний камень треснул и обвалился под двумя Кархародонами, устроившимися на нём, однако он продержался достаточно долго, чтобы они оба забрались на боковину сооружения, которая при нынешнем наклоне стала верхней плоскостью. Тем временем Кхаури почти покинули силы. Его перчатки, сжимавшие посох, заметно дрожали. Шарр осознал, что завывающий чёрный разлом на самом деле рвался ввысь с навершия, словно таинственный дым, и к тому моменту, как он добрался до библиария, уже выдохся. Брешь начала закрываться, сумрачные создания за ней утянули в непостижимые бездны несколько последних летающих металлических конструкций. А потом она исчезла, словно её никогда и не существовало. Шарр заметил, что у Кхаури из носа капала чёрная смолянистая субстанция. Почувствовав его взгляд, библиарий смахнул её тыльной стороной руки. – Нужно продолжать путь, пока можем, – произнёс он надламывающимся голосом. Кхаури и Изгнанники устремились вверх по оставшейся секции, направляясь к основанию мостика и главному люку. Над ними нависал их безликий Император. Сердца Шарра колотились, мускулы жгла молочная кислота, а индоктринация использовала эту боль как дополнительное топливо, чтобы гнать его всё дальше и дальше. Помогало уменьшение веса брони, и четверо Кархародонов сумели покрыть половину расстояния до основного входа на мостик, прежде чем нападавшие оправились от ужасов психического мастерства Кхаури. Фурии снова понеслись на них. Почувствовав одно из существ над собой, Шарр вслепую махнул одной рукой, действуя инстинктивно. Было почти невозможно пользоваться Жнецом, продолжая подъём, однако восходящего удара хватило, чтобы рукоять сшиблась с когтями твари, отчего та по спирали отлетела прочь и снова поднялась для очередного захода. Сразу справа от их маршрута по хребту корабля располагался один из малых люков, откуда изливались машины-звери. Очередь из болтера Кровавого Глаза разнесла две конструкции, выбиравшихся на волю, а Шарр с Когтем свернули, чтобы попытаться задвинуть люк. Снизу рванулась ещё одна дьявольская машина, и Шарру удалось придавить её кромкой люка при помощи основания Жнеца. Он припечатал существо второй рукой, едва не сорвавшись со ската. От удара голым кулаком хрустнули костяшки, но он всё равно проломил серебристую сочленённую карикатуру, служившую лицевым щитком шипящей, корчащейся твари. В это же время Коготь стал раз за разом молотить краем тяжёлой двери по торсу существа, пока тот не смялся, а проводка и приводы не лопнули и раздробились. Оно развалилось по линии пояса, крылья были переломаны, а голова разбита. Шарр отшвырнул дёргающиеся останки в сторону и помог Когтю захлопнуть люк перед другими сородичами твари, пытавшимися прорваться изнутри корабля. Наверху Кхаури и Кровавый Глаз уже почти добрались до основания мостика. Они развернулись и открыли огонь – Кровавый Глаз из болтера, а Кхаури из пистолета. Библиарий казался осунувшимся после своей умбрамантии<ref>Умбрамантия - дословно "повелевание тенями".</ref>. Под прикрытием их выстрелов Шарр и Коготь преодолели последние несколько ярдов, забравшись на уступ. Шарр отключил Жнеца и отцепил болт-пистолет, присоединяясь к стрельбе, чтобы Кровавый Глаз смог сделать перерыв, необходимый для осмотра люка и запорного механизма. – Сколько на вход? – требовательно спросил Шарр, оглянувшись на другого Изгнанника, пока перезаряжал оружие. К его удивлению, Кровавый Глаз улыбнулся – Шарру показалось, что он никогда не видел у него такого выражения лица. – Три секунды, – произнёс тот и вместо пояснения поднял сдвоенный мелта-заряд, который снял с бедра. Перед отделением от Третьей роты Изгнанников обеспечили пополнением боекомплекта и взрывчатки. Шарр снова начал стрелять, сбив на лету одну из пикирующих визжащих фурий, после чего искорёженные останки заскользили вниз по корпусу, а Кровавый Глаз тем временем прицепил магнитный заряд в центре люка и взвёл его. Раздался свистящий звук и тяжёлый удар, за которым последовал поток дыма и горящего металла – направленный мелта-заряд сработал и превратил середину люка вместе с запорными стержнями в жидкость. Оплавленные остатки двери, продолжавшие дымиться, распахнулись. Не произнося ни слова, Кархародоны направились в темноту внутри. Кровавый Глаз замыкал шествие, его болтер с механической размеренностью громыхал. Шарр продвигался вглубь, прочёсывая тени, теперь держа рычащего Жнеца обоими кулаками. Металлический туннель был пуст и не тронут порчей. За коротким лестничным пролётом на его дальнем конце находился ещё один люк. Они зашли внутрь под бьющий по ушам шум болтера Кровавого Глаза. – Мы можем его закрыть? – требовательно спросил Кхаури, когда они подошли ко второму люку. Шарр взял на себя прикрытие лестницы и коридора, чтобы позволить Кровавому Глазу осмотреть запирающий терминал. – Да, – сказал тот, берясь за работу, а Шарр отступил назад, последним миновав проём. Монстры уже валили по коридору, и Коготь с усилием закрыл люк, чтобы Кровавый Глаз запустил замки. Те включились с глухим стуком, за которым почти сразу последовали неистовые удары и скрежет металлических фурий, врезавшихся с той стороны. – Не останавливайтесь, – велел Кровавый Глаз. – Мимо нижнего уровня мостика, не вверх. Наша цель на другом краю. Шарр уже знал это и мог идти по наклонным коридорам благодаря эйдетической памяти. Корабль был тёмным и мёртвым. Он надеялся, что так и останется. Визг фурий и их царапанье об люк быстро стихли позади. Шарр был рад, понимая, что на какое-то время этот покой будет последним. Финальное затишье перед тем, как начнётся настоящее испытание. Они прошли через лестничную шахту и попали в другой зал, знакомый Шарру – помещение с генераторами. За ним располагался машинариум «Государя Белафрона». – За дело, скорее, – услышал Шарр указания Кхаури Кровавому Глазу. – Третья рота начала штурм. Красный Танэ парой диагональных ударов развалил на части атаковавшую его тварь, рассекая сшитое чудовище Мечом Пустоты. Он пинком сбросил останки в плескавшуюся грязь железнодорожной линии, тянувшейся вдоль дорожного полотна, а затем раскроил сапогом раздутый череп очередного мутанта, который пытался вскарабкаться к нему по своим мёртвым сородичам. Третья рота прорубалась в сердце горы. Основной проход к тронному залу Венца было практически не узнать, хотя Красный Танэ шёл по нему всего несколько дней назад. Это место смердело порчей и гноилось от мерзостей Архиврага. – Впереди дверь, – услышал он крик ударного командира Тангароа, который обращался к Нуритоне при помощи открытого вокализатора, не полагаясь на вокс. Это была передача известий от Корди, чьё отделение шло на острие атаки. Вся ударная группа уже спустилась по туннелю, двигаясь медленно и методично, сохраняя слаженность работы всех отделений в колонне и отбиваясь от орд мутантов и извращённых машин, которые валили из прилегающих коридоров. В подобной тактической обстановке опаснее всего было чрезмерно растягиваться, а Кархародоны знали, когда охота требовала терпения. Они держали строй на каждом шагу своего пути – от Корди в авангарде до Третьего отделения, назначенного поддерживать скитариев, которые замыкали тыл. Плоть, покрывавшая большую часть туннеля вокруг них, уже зримо содрогалась от яростной огневой мощи, молотившей в замкнутом пространстве. Из лопнувшего участка потолка на Нуритону пролился вязкий поток требухи Хаоса, замаравшей доспех, и ударный ветеран рявкнул приказ: – Первое, за мной. Красный Танэ, Тама и Ихайа пристроились рядом с ним, пройдя сквозь окровавленные ряды Пожирателей Тангароа, и присоединились ко Второму отделению, как раз когда те добрались до конца длинного прохода. Корди стоял возле двери, о которой сообщил ранее. Из мясных наростов, покрывавших края проёма, уже начали выступать желтеющие клыки длиной с человеческую руку, превращавшие вход в похожее на пасть отверстие. – Тронный зал на той стороне, – сказал Нуритона Корди и без дальнейших разъяснений выстрелил из болтера прямо в центр двери. Полыхнула неприятная багряная вспышка, перехватившая снаряд, прежде чем тот успел попасть в цель. Осквернённое рефракторное поле лишило болт энергии, из-за чего он ударил в дверь так слабо, что попросту отскочил, даже не сдетонировав. – Поле работает, – произнёс Нуритона на фоне долбёжки сражения, всё ещё шедшего выше по коридору. – Понадобятся мелта-заряды вокруг основания. – Ты хочешь пробиваться немедленно? – спросил Корди. Красный Танэ встал рядом с Нуритоной, включив Коралловый Щит и высматривая угрозы, пока ударный ветеран за долю секунду проводил анализ. Продолжение штурма за дверь гарантировало, что весь отряд окажется отрезан от резерва, всё ещё размещённого у входа в гору, однако это изначально было неизбежно. Цель была близка. Прямо сейчас только это и имело значение. – Заходим, – скомандовал Нуритона Корди. – Идите налево с Восьмым отделением. Я поведу Первое и Девятое вправо, а потом перемещусь на острие «железного вала», как только будут развёрнуты все силы роты. За Отца Пустоты и Забытого. Волдир умирал и перерождался, снова и снова. Те немногие поддающиеся опознанию органы, что некогда принадлежали его смертному телу, сотрясали судороги и схватки. Сознание туманилось от боли и безумия. Пение факультета было единственным якорем, который раз за разом тянул его назад, напоминая, кто он такой, кем был и кем становится. Бессмертным. Его внешнюю оболочку теперь было почти не отличить от тронной пирамиды генерала-фабрикатора и тел придворных, когда-то властвовавших там. Плоть и органы слились и обрели новую форму совместно с машиной под ними – огромным суперкогитатором, размещавшимся внутри зиккурата. Волдир заразил его, обратив процессы в нечто совершенно иное, благодаря благословениям Инфернального Архитектора. Преображение почти завершилось. Его череп был близок к тому, чтобы расколоться, поскольку извивающаяся и пульсирующая штука, в которую превратился мозг Волдира, намного переросла свои природные параметры. Позвоночник сросся с центральным инфостеком когитатора проводами и сухожилиями, разум и колоссальная обрабатывающая мощность машины слились с его собственными, а также с преходящим знанием, дарованным ему благодаря длительной связи с божественным. Всё становилось одним целым, пока факультет продолжал литанию на чёрной бинарике, плача от восторга, ведь они понимали – труд всей их жизни вот-вот претворится в дело. Сквозь болото в сознании Волдир услышал гром. Не гнев небес, но порождение смертных, грохот смерти, битвы. Он заполнил тронный зал, словно бросая вызов кантированию его коллег. Они пришли, эти бледные охотники, о которых его предупреждали, но они не успели. Не успели остановить его. Не успели прервать его славное достижение, безупречное слияние науки и медицины, религии и философии. Плоть и машина, машина и плоть, пятикратная хвала тому, кто явил ему истину о прогрессе, о переделывании самой реальности. Капая изо рта собственными разжиженными внутренностями, Волдир улыбнулся и начал подниматься.<br /><references />
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]