Антигон Балородин / Antigonus Balorodin (статья)

WARPFROG Гильдия Переводчиков Warhammer Антигон Балородин / Antigonus Balorodin (статья)
Автор	Гэв Торп / Gav Thorpe
Переводчик	Gue'Fio'la
Издательство	Games Workshop
Серия книг	Инквизитор / Inquisitor
Входит в сборник	Инквизитор: Торианцы / Inquisitor: The Thorians
Год издания	2005
Подписаться на обновления	Telegram-канал
Обсудить	Telegram-чат
Скачать	EPUB, FB2, MOBI
Поддержать проект

Лорд Антигон Балородин

Изгонитель с Тота-Прайм

Антигон Балородин, младший сын имперского командующего Полифемии II, мира-улья в cегментуме Соляр, провёл свою жизнь, готовясь к карьере в войсках своего мира. Его отец, твёрдый традиционалист, требовал, чтобы все его дети по меньшей мере пять лет отслужили в Полифемийской Страже, вооружённых силах планеты. Будучи младшим из пяти сыновей и трёх дочерей, Антигон имел мало перспектив для продвижения до должности имперского командующего, и ожидалось, что он захочет продолжить пребывание в полифемийской армии и, возможно, дослужиться до звания полковника или даже генерала - в зависимости от его способностей, у его отца не было места подхалимам и любимчикам, если это касалось обороны его планеты.

Когда Антигон второй год был лейтенантом Первой полифемийской дивизии, флот Департаменто Муниторум прибыл на Полифемию, застав врасплох имперского командующего и его помощников. Орки вторглись на Дакемон, сельскохозяйственный мир, находившийся на расстоянии двадцати световых лет, и от Полифемии были затребованы четыреста тысяч солдат в армию, собираемую для освобождения.

Всегда держащийся своих принципов имперский командующий отправил свои самые оснащённые и подготовленные войска - Первая, Вторая и Третья дивизии. Таким образом Антигон стал лейтенантом Имперской Гвардии и, после трёх месяцев на борту корабля, был направлен в свой первый бой.

Полифемийцы одними из первых прибыли на Дакемон и высадились на планету, на три четверти занятую орками. Их задача состояла в обустройстве укреплённой посадочной площадки, с которой можно было начать наступление против зеленокожих и на которую могли высаживаться новоприбывшие полки с других податных миров.

Высадка первого эшелона обернулась полной катастрофой. Негодная разведка привела к тому, что выброска прошла преимущественно на неустойчивые лавовые русла, и десятки тысяч солдат погибли, когда десантные корабли потерпели крушение на хрупкой поверхности или были разрушены извержениями, вызванными одновременным ударом сотен десантных судов.

В довершение всего, считавшиеся необитаемыми пустоши были в действительности густо населены многочисленными крупными существами, обитавшими в тоннелях внутри остеклованных лавовых потоков. Многие из них были хищными, и, как только высадившиеся полки оправились от катастрофического приземления, много солдат было потеряно при нападениях гигантских крабоподобных существ и мутировавших охотничьих кошек.

Таким образом, десантная группа оказалась совершенно неподготовленной к контратаке орков, когда она наступила. Когда гарганты и другими боевые машины атаковали позиции Имперской Гвардии, сразу стало ясно, что эти позиции невозможно удержать. Антигон, понимая это положение, запросил у командования разрешения увести отряд в сеть тоннелей, действуя как арьергард для отступления. Запрос был отклонён с приказом не допускать никакого отступления - посадочная площадка должна была быть удержана любой ценой. Ещё три полка приближались к планете, произведя варп-переход, и если бы зона приземления была удержана ещё две недели, это позволило бы прибыть подкреплениям.

Именно здесь Антигон проявил хитрость и находчивость, которыми он стал известен среди тех, кто встречался с ним. За пять дней планетарный плацдарм стал непригодным для обороны, и Антигон посоветовал своему начальству, что было бы лучше переместить расположение штабов в тоннели, там они были бы в большей безопасности от артобстрела гаргантов и налётов авиации орков. Антигон сформировал из остатков Первой дивизии эскорт и вырвался из окружения зеленокожих вместе со штабом. Из почти полумиллиона высадившихся гвардейцев всё ещё оставалось около шестидесяти тысяч. Из них около семи тысяч составляли остатки Первой дивизии.

Вопреки тому, что командование Имперской Гвардии отклонило его запрос, Антигон уже отправил две сапёрные роты, около пятисот человек, в тоннели к востоку от посадочной площадки. Они уже создали оборонительные сооружения и антенны связи и произвели съемку местности в близлежащем районе. Антигон предусмотрительно увел полифемийское командование в практически работоспособный штаб, хорошо защищенный от охотившихся подземных существ и хорошо укрытый от атак с поверхности.

Когда остатки десантной группы сократились до нескольких сотен человек, использующих разбившиеся десантные суда в качестве бункеров, Первая дивизия, используя тоннели, предприняла контратаки против орды. Семнадцать дней они держались против зеленокожих, также поддерживая войска, оставшиеся удерживать район высадки. Когда прибыли полки с Аргастаса, Первая дивизия была обескровлена и прикрывала место посадки, потеряв более половины состава в следующих одна за другой атаках орков. Невзирая на потери, аргастасцы приземлились благополучно, и прорыв наконец был закрыт. Сражение за район высадки продолжалось двадцать четыре дня, и, когда полифемийцев отозвали на орбиту, только три тысячи из них вернулись живыми.

Неудачная высадка закономерно привлекла внимание, и прибывший на Дакемон инквизитор Брек решил, что такая преступная некомпетентность не должна оставаться безнаказанной. В ходе расследования Брек был впечатлён Антигоном и вместо того, чтобы наказать его за весьма небрежное отношение к вышестоящим и умышленное искажение приказов, восхитился его предусмотрительностью и расчётливостью. Когда Брек покинул Дакемон, Антигон присоединился к его свите, что стало первым шагом его становления инквизитором.

Антигон обучался у Брека до двадцати трёх лет, принимая участие во многих опасных заданиях вместе с хозяином. Во время Зачистки Бенлария в 936-938.М41 Антигон впервые встретился с лордом-инквизитором Тоб-Шибой. Разоблачив и сокрушив культ Покорных, Брек оставил Бенларий. Антигон попросил у него разрешения присоединиться к Тоб-Шибе, заинтересовавшись торианскими убеждениями лорда-инквизитора. Брек был более чем рад отпустить Антигона по его собственному желанию, хотя знал, что ему будет не хватать его способностей.

Тоб-Шиба был типичным торианцем и убеждённым сторонником инкарнационизма. За семь лет с Тоб-Шибой Антигон познакомился с принципами Аномольских Свидетелей и практическими перспективами их философии. Будучи человеком, обладавшим скорее реалистическими, нежели философскими взглядами, Антигон активно занимался аномольской программой, с тех пор, как расстался с Тоб-Шибой в 945.М41.

Работа Антигона была усердной, но ничем не примечательной в течение нескольких десятилетий. Он раскрыл и уничтожил культ генокрадов на Посадке Транда, где Антигон сошёлся с двумя инквизиторами Ордо Маллеус. За следующие семь лет Антигон был посвящён в систему работы Ордо, на это время его занятия и исследования природы Божественного Аватара были приостановлены.

После этого Антигон был направлен на Тот-Прайм для борьбы с растущей угрозой эльдар на добывающем мире. Подробности Изгнания Тота-Прайм описаны в других источниках, но его значение в создании Антигоном шлема «Душевидец». Используя смесь эльдарских и имперских технологий, шлем «Душевидец» позволяет Антигону видеть психическую ауру любого живого существа – по крайней мере, он сам в этом убеждён.

С помощью «Душевидца» Антигон шёл от успеха к успеху. Способный смотреть в душу того, с кем он говорит, Антигон может распознавать ложь и полуправду с безошибочной точностью и улавливать мотивы и эмоции. Он стал мастером в поиске истины, особенно в раскрытии культов и заговоров задолго до того, как они привлекли бы внимание Инквизиции в обычном случае. Он может также с первого взгляда распознавать явных и скрытых псайкеров, и при удобном случае тесно сотрудничает с Чёрными кораблями Инквизиции. С помощью «Душевидца» Антигон может видеть праведность других людей.

И всё же «Душевидец» не остался без расплаты. Он отделил Антигона от человечества, низведя мужчин, женщин и детей не более чем к вспышкам, слабым огонькам душ. Он всё чаще смотрит на вещи как на абстрактные, мысленные проблемы, далёкие от страданий и последствий.

Инквизиторы, узнавшие Антигона за долгие годы его стремительного возвышения, начинают подозревать коллегу за его беспокойное и странное поведение. Он, как говорят некоторые, не терпит зеркал, что подтверждает его неспособность посмотреть на себя со стороны. Он стал скор на расправу, всё более и более полагаясь на «Душевидец» и менее – на традиционные методы Инквизиции. Это вызывает сомнения в достоверности некоторых его расследований, несмотря на отсутствие надёжных свидетельств совершённых ошибок, или того, что Антигон преследовал кого-либо без достаточной причины.

Более того, «Душевидец» приносит Антигону враждебное отношение эльдар. Несколько он подвергался преследованию эльдарскими разведчиками, стремящихся вернуть «Душевидец». Как полагают, Антигон столкнулся с ними во время своей миссии на Тоте-Прайм, и с тех пор погоня не прекращалась.

Это стало в некоторых случаях представлять особую проблему, как показывают исследования Антигоном ксеноруин на Прижсбиле-Контемпта. Хотя считалось, что пустынные мегалитические конструкции этого мира таят скрытую угрозу в виде небольшой группы эльдарских воинов, так или иначе Антигон направился на мёртвую планету. Сопровождавшая его небольшая команда Адептус Механикус и сам инквизитор были неоднократно атакованы, и в конце концов им пришлось оставить руины. Антигон поклялся рано или поздно вернуться на Прижсбилу-Контемпта вместе с истребительной командой Караула Смерти.

Шлем «Душевидец» Антигон изготовил шлем «Душевидец» сам, с помощью магоса псайканы Алендрикса. Антигон - ненастоящий псайкер, и действие «Душевидца» отлично от обычного пси-усилителя. Камень души, заключённый внутри шлема, содержит душу эльдара – психическую субстанцию, которую Антигон смог установить в него. Камень души создан специально, чтобы укрывать душу от варпа, особенно от внимания Слаанеш. Это позволяет Антигону использовать психическую энергию камня без риска для себя, и «Душевидец» содержит сложную сеть психоимпульсных схем, которые дают инквизитору возможность с их помощью взаимодействовать с психическим камнем. Тем не менее, общение с душой мёртвого эльдара – это то, что не обходится без иных опасностей. Даже на рукотворных мирах эльдар за подобные дела берутся только особенно выносливые псайкеры, известные как духовидцы. Эффект этой неосознанной и сознательной связи неизбежно оказывает всё более глубокое влияние на инквизитора. Антигон не только рискует своей психической устойчивостью, воспринимая мир через псайкерское зрение камня души, но приведение своего разума в тесный контакт с чужим сознанием, таким могучим, как эльдарское, неотъемлемо связано с опасностью. Хотя, вероятно, в истории Империума есть лишь несколько человек, которые понимают эти вопросы полностью (наиболее выдающийся из них, по-видимому, инквизитор Чевак). Некоторые коллеги Антигона подозревают, что напряжённые отношения между инквизитором и пленным духом эльдара влияют на решения Антигона.