Бюрократы, masseditregex, Администраторы
3213
правок
Изменения
Перейти к навигации
Перейти к поиску
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =3133
|Всего =53
}}
Ну, или мне кажется, что верил.
Возможно, я не совсем ошибаюсь. Пропагандистам поручается создавать осязаемые истины, но, как и всё человечество, мы строим поверх трудов наших предшественников. Они тоже были небезупречны, вынуждены поступаться принципами ради сохранения своего скромного благосостояния. Ложь основывалась на лжи, пока официальный нарратив не стал полон противоречий, а истина не превратилась в тайну. Наш народ высокомерно считает, что орки – неразумные звери, аэльдари альдари – угасшие пережитки прошлого, а т`ау – выскочки, которые скоро падут. Мы провозглашаем предначертанием людей взять верх над этими низшими расами, возвыситься до главенства над всеми.
Империум могуч, наши противники слабы и порочны. Они настолько уступают нам.
– ''Это были аэльдариальдари''.
Лицо комиссара было даже мрачнее обычного, пускай даже его черты плыли, обретая и теряя резкость. Ивазару было нелегко поддерживать проекцию. Должно быть, его силы находились глубоко под Эдбаром.
– Подозреваю, что да. А теперь он заявляет, что командир звена должна умереть. Но я уверен, возможности были и раньше. Зачем устраивать из этого спектакль? Зачем сперва насмехаться над ней?
– ''Не тратьте время на попытки понять мотивы аэльдариальдари. Их действия предвещаются ведьмами и прорицателями. Сегодня они помогают, а завтра нападут, и всё в погоне за каким-то проклятым пророчеством.''
Его неудовольствие было слышно, он практически выплёвывал каждое слово.
– Вы сомневаетесь в их заявлениях?
– ''Если бы они и вправду могли провидеть будущее, то почему мы правим галактикой, а они крадутся в тенях? Нет, аэльдари альдари – это воплощение лжи и притворства. Обман и вероломство – их хлеб и вино, и они охотятся за страхами и желаниями. Их ведьмы способны даже воздействовать на слабых умом, заставляя этих глупцов исполнять свою волю. Бессмысленно пытаться распознать их мотивы, само это действие может сыграть им на руку.''
– Но если дело обстоит таким образом, мы ведь уж точно не можем ничего предпринять, не рискуя сыграть им на руку?
– А что с напавшим на нас? – спросил я. – Он расправился с нашими силами.
– ''Протокол Империума в отношении аэльдари альдари прозрачен. Их машины быстры и смертоносны, но малочисленны и имеют лишь небольшое бронирование. Они специализируются на набеговых ударах и используют колдовскую технологию, чтобы уклоняться и давать ложное направление. Однако им не выстоять против нас в честном бою. Наши позиции следует усилить зенитными батареями «Гидра» и ракетной обороной. Если небо хотя бы замерцает, если появится лишь намёк на радугу – поджигайте воздух. От такого они увернутся не сумеют.''
Его слова несли в себе столько уверенности. Возможно, он по памяти цитировал старинную тактику. И, наверное, в ней была логика, хотя я подозревал, что основную часть противовоздушной обороны передислоцировали в рамках продолжавшегося наступления, а батареи самого Дейтона были выведены из строя во время нашей атаки.
– Я его не видел, сэр.
– ''Скорее всего, он заходил, пока вы были заняты этим делом с аэльдариальдари. Если увидите его, попросите, чтобы он вышел на связь через «Традери». Только предупредите, что сигнал может до меня не дойти: мы собираемся продвигаться вглубь.''
– Сделаю, сэр, но как быть с заявлением аэльдариальдари? Кеш предсказал смерть вашей сестры через пять дней. Уже четыре, раз миновала полночь.
– ''И что? Не вижу проблемы, если здравый смысл возобладает, и наши силы останутся на земле.''
Говоря, он повернул голову. Теперь уже не было сомнений, его глаза блестели.
– Да, сэр, я поговорю с Эсеком, – сказал я. – Сэр, вы цитировали протокол Империума касательно конфликтов с аэльдариальдари.
– ''Что с того?''
– Знаю, сэр. Точно так же, как и не она отдала приказ о вылете этим утром.
– Эсек. – вздохнул я. Однако в этом был смысл. Сейчас он наверняка отчаяннее, чем когда-либо, стремился что-то сделать, чтобы противостоять нарративу, который плёл Кеш. Возможно, именно поэтому Подпитка постоянно обновлялась. Шард, летящая над какими-то пустыми просторами. Съёмка боя, сделанная заранее, как я подозревал. Что угодно, лишь бы монополизировать Подпитку, утопить послание аэльдариальдари.
– Как я погляжу, «Мендакс Матертера» всё ещё здесь, – заметил я, указываая на подвешенный самолёт.
До тех пор, пока сигнал вдруг не прервался. На миг я решил, что это снова Кеш, но неожиданно ворвалось изображение.
Их атаковали. Не аэльдариальдари, а рой вражеских «Громов» и «Молний», раскрашенных в цвета сепаратистов. Они мчались в сторону наших истребителей.
– ''Некогда верные слуги Империума. Мы просим вас сохранить свою верность и не поддаваться на ложь ксеносов!''
Эсек. Покачав головой, я выключил звук на инфопланшете и засунул его под одежду. Он нёс околесицу, но мне хватало ума не перебивать. В Подпитку снова проникли, и довольно-таки нелестное повествование Кеша разносилось по большей части пустыни. А может и дальше, если отдалённые инфокрепости усиливали сигнал. Я задумался, как скоро это увидит полковник Сарлинг.
– ''…не могу его отключить. Не отсюда! Взломали сам передатчик, а охрана не отвечает. Должно быть, эти проклятые предатели что-то с ним сделали. Напали не только на вашего солдата: моим Отпрыскам пришлось избавиться от нескольких граждан, которые отказывались подчиняться приказам. Теперь этих раскольников накрутил Кеш. А может, они всё время работали на аэльдариальдари?! Я понятия не имею, но мне нужен там кто-то, умеющий обращаться с передатчиком''.
Пауза. Было очевидно, что последует дальше.
Из членов отделения я знал только Сельта, а в шлеме его было не отличить от прочих. Двое держались позади меня, трое оставшихся вели разведку впереди с «адскими» ружьями наизготовку, пока я ковылял за ними. Лифт не реагировал – то ли из-за диверсии, то ли в результате повреждений, полученных при изначальном нападении. Мы пошли по лестнице, которая представляла собой немногим большее, чем леса с приделанными ступеньками. Она закручивалась винтом, поднимаясь вокруг центрального столба. Внешний корпус потрескался, обнажив изношенные кабели и провода.
Меня посетила мысль, что я ни разу не видел этот передатчик. Я понятия не имел, работал ли тот в привычной мне манере. И это ещё до того, как его взломали аэльдариальдари.
К тому моменту, когда мы подошли к восемнадцатому уровню, где размещалось управление передатчиком, я уже тяжело дышал. При входе Отпрыски всего на долю секунды замедлили шаг. Я не понял, почему, пока не миновал дверной проём и не увидел искорёженные останки бывших охранников в расколотой и запятнанной броне. Они выглядели сплющенными, будто их раздавила колоссальная сила.
– Вы так думаете?
– Обязательно. Аэльдари Альдари зарекомендовали себя как лжецы. Им никогда нельзя верить, вне зависимости от доказательств.
Я кивнул, но моё внимание было сконцентрировано на самом левом экране. Око, передававшее эти данные, несколько отбилось от своих собратьев и ушло вперёд. Я глянул на Эсека, но тот, похоже, этого не замечал, сосредоточившись на другом изображении, где медик отчаянно пытался унять кровотечение из разорванной груди. Люмены почему-то делали кровь слишком яркой, словно из умиравшего лилась просто краска.
Эсек расхаживал по студии, передавая сигналы через свой контрольный шлем. Экраны оставались сфокусированы на бою под нами, где ситуация хотя бы стабилизировалась. Цвета и освещение вернулись в норму, а остатки Лаайх засели среди камней, под прикрытием дымящихся остовов своих танков. Несколько смельчаков попробовали продвинуться вперёд. Несколько трусов попытались ускользнуть назад. Все они встретили одинаковую участь.
– Командир? Люсиль? Вы должны выдвигаться сейчас же! У нас есть шанс! Аэльдари Альдари провели атаку по туннелям под пустыней. Полностью остановили наш штурм. Это идеально! Мои Очи уже внизу! Вы можете влететь и всех спасти! Им негде прятаться!
Он был в восторге. И перевозбуждён, может быть на грани сумасшествия, но тем не менее в восторге. Наверное, он увидел окно, возможность изменить ситуацию.
Эсек наклонил голову, слушая. Я не представлял, что она сказала, а прочитать выражение его лица, когда оно было настолько закрыто, не удавалось.
– Клянусь вам, самолёт аэльдари альдари в тех туннелях. Посмотрите кадры. Посмотрите, берите свою «Молнию» и… Это точно не невозможно! Потому что я только что это видел! Кеш совершил по меньшей мере три захода для атаки, носясь по этим туннелям, а если он способен это сделать, то и… Почему вы мне не верите? Ладно, давайте я доберусь до одного из этих проклятых сержантов. Как там его звали, чёрт возьми? Вы ещё смотрите, да?
Он простучал по нескольким кнопкам сбоку шлема.
По крайней мере, всё было быстро – буря света, слепящая вспышка. Не осталось ничего, кроме дыма и пепла.
– Вот, – сказал Эсек, отворачиваясь от экрана. – Видите? Садитесь в свою «Молнию» и спускайтесь туда! Мы можем выманить Кеша при помощи нескольких солдат, а потом, когда аэльдари альдари отвлечётся, нанести удар! Это наш шанс всё исправить!
Он посмотрел на меня. Его глаза скрывал шлем, рот был растянут в неровной улыбке.
Прежде чем Шард оказалась готова к старту, прошла большая часть часа.
Эсек плохо переносил задержку, чередуя словообильность с немотой. Дважды он уверялся, что аэльдари альдари отступили, и дважды солдаты получали приказ наступать, подтверждая присутствие ксеноса своей разноцветной смертью.
В конце концов, было получено подтверждение вылета, однако при этом у Эсека вытянулось лицо.
– Эскадрилья «Валькирий»? Нет, боюсь, это неприемлемо. Мне нужна скорость, нужна… Если аэльдари альдари так могут, то… Нет. Нет… Да, вокс доходит до меня идеально чётко. Я….
Он затих и прижал пальцы к шлему управления, пытаясь восстановить связь.
Вокс умолк, но теперь хотя бы Очи их видели. Они находились ещё на некотором расстоянии от передовой.
– Проклятые асы. Честно, если бы я мог вставить Очи в кабины самолётов вместо пилотов, то уже разобрался бы с этим бардаком собственноручно. АэльдариАльдари, наверное, уже ушёл из-за её возни. Шард? – произнёс он, включая вокс. – Мы сделаем последнюю попытку выманить его. Сержант Ксвир? Это Эсек. Пошлите вперёд ещё одного разведчика. Двойной темп.
Реакция заставила его застыть. Никто не сдвинулся с места.
Снова переход на Шард, опять без гермошлема. Это раздражало меня сильнее, чем должно было. Похоже, никого из пилотов в аудитории оно не смущало. Впрочем, наспех устроенный показ «2208-го» не являлся сеансом по желанию. Нас втиснули в бывший зал для инструктажей, теперь обставленный как кинотеатр. Пара горящих жаровен давала тепло, поскольку потолок потрескался, а ночной воздух был холодным.
Эсек позаботился о том, чтобы пикт транслировался на всю территорию, которую мы ещё контролировали. Я всё ждал, что аэльдари альдари взломают Подпитку с очередным изобличительным видео, направленным на нашу деморализацию. Однако они, видимо, решили, что необходимость высидеть этот цирк и так достаточно травматична.
Вновь лицо Шард. Если это было её лицо. Я уже не мог сказать точно. Голос звучал похоже. Но и это, возможно, было легко имитировать.
Кеш. Он стоял как будто во мраке, однако его броня радужно поблёскивала, а лицо озарял какой-то невидимый источник света. Вместо поклона он наклонил голову.
– Адмирал? – пробормотал Эсек. Я едва его расслышал, но голос каким-то образом всё равно прошёл через вокс. Аэльдари Альдари нахмурился, хотя гладкий лоб практически не наморщился. У него были очень выразительные брови, малейший изгиб которых передавал замешательство и презрение.
– ''Стало быть, не адмирал?'' – произнёс он. – ''Командир звена, так? Или полковник? Прости, мне нелегко систематизировать ваши мелкие иерархические различия. Уважаемый Враг Эсек – подойдёт?''
– Да?
– ''Эта машина оснащена тяжёлым болтером. Преимущественно оборонительное оружие, но его хватит, чтобы убить одного аэльдариальдари.''
– Вы уверены? Уже сражались с ними прежде?
Имперские истребители попытались рассеяться, однако сходившийся свет пронёсся сквозь них. Полыхнуло цианово-голубым, и самолёты закувыркались. Я не знал численность наших сил вначале. Двадцать, может быть? Было легче считать их, когда они падали.
Четвёрка «Мстителей» попробовала перегруппироваться, сомкнувшись и открыв огонь из болтерных пушек. Я помнил это оружие по Бахусу, масса его залпа и оглушительное рявканье вызывали у меня ощущение схожести с орочьей техникой. Возможно, против аэльдари альдари это был наилучший вариант – неизбирательная огневая мощь пронзала завесу света, скрывавшую машины ксеносов. Однако в небе царил хаос, истребители Империума лавировали среди ястребиных силуэтов. Их были десятки, они мерцали, появляясь и исчезая, а очертания дробились на остроконечные алмазы. При нарушенном строе было практически невозможно выцеливать аэльдари альдари без риска, что шальной выстрел попадёт в союзника.
Затем ведущий «Мститель» сбило копьё цианового света. Через секунду упал ещё один, удар был нанесён с противоположной стороны, словно корабль Кеша в один миг пересёк небо. Когда-то я считал наши самолёты столь подвижными, и, наверное, такими они и были в сравнении с изрыгающей дым авиацией орков. Но аэльдариальдари, казалось, не сдерживали ограничения материального мира. Как будто призраки давно ушедших желали отомстить тем, кто ещё жил и сражался. И умирал, конечно же.
Взорвалась машина в расцветке Шард. Я почти не вздрогнул, так как уже привык к этому. Вместо этого я стал высматривать её среди бойни, но самолёт заметил Ивазар. Она задержалась позади, позволив первой волне вступить в бой с врагом. Ища момент.
Ответ пришёл ко мне за мгновение до того, как они нанесли удар, как буйство света и цветов сгустилось в пять силуэтов. Потому что в этот раз мы противостояли не Кешу. Не ему одному. Он тоже привёл подкрепление.
Они выстрелили одновременно. Когда это произошло, меня посетила мысль, что аэльдари альдари никогда не использовали бомбы или ракеты, пули или снаряды. Их оружием был сам свет, каждая жгучая стрела забрала по самолёту – возможно, в виде отмщения за их павшего. Подозреваю, они могли бы прикончить нас, если бы остались. Однако после того завершающего залпа они скрылись. Корабли рассеялись и умчались в разных направлениях, и даже самые быстрые наши самолёты были не способны с ними сравниться.
== '''Глава 30''' ==
Ведь чем им теперь было заниматься?
Больше не осталось лёгких побед, уничтожения сепаратистов, уступающих в огневой мощи. Только аэльдариальдари, которые сражались словно ядовитое облако, отравляя наши военные усилия, и при этом были как будто неуязвимы к ответным ударам. Они убили всего горстку; думаю, мы потеряли больше асов при обороне шато планетарного губернатора Долос на Бахусе. Тем не менее, их силы подтачивали нас на каждом шаге, обращая наши атаки против нас самих.
Зачем?
– Да, сэр, – сказал он. – Спокойной ночи.
== '''Глава 31''' ==
– Вас узнают?
– Конечно, – отозвалась она. – В полку имя Люсиль фон Шард известно лучше, чем большинство командующих офицеров.
– Я имел в виду их, – сказал я, кивнув на группу, собравшуюся под упавшей аркой. Там горел огонь, и я задался вопросом, что именно они жгли. Или готовили, если уж на то пошло – я чувствовал запах поджаривающейся плоти, а способы достать мясо были ограничены, если не идти на весьма радикальные гастрономические решения.
– Не думаю, – произнесла она. – Возможно, они бы узнали женщину с плакатов.
Шард указала на переход. Стену украшало её лицо, подчищенное и обглагороженное, однако тонкий слой пыли уже лишил его лоска. Поперёк было накорябано примитивное оскорбление, а также довольно-таки отталкивающая иллюстрация.
– Похоже, они вас разлюбили.
– Они меня никогда и не любили. Они любили Люсиль фон Шард, аса-истребителя, появлявшегося на их видеоэкранах. И хотела бы я знать, сколько из них вообще её любило.
– Они свергли правителей Эдбара ради вас.
– Так говорит Эсек.
– Вы считаете, он лжёт?
– Этот человек – пропагандист. Конечно, он лжёт.
– Тогда зачем следовать за ним? Я ни разу не видел, чтобы вы ему возражали или оскорбляли его. Уж конечно это вы ценный актив, а он просто держит камеру? Вы могли бы в любой момент его уволить.
– И поставить вместно него вас?
– Этого я не говорил.
Вместо ответа она запустила руку за отворот и достала пачку лхо. Сунула палочку в уголок рта и стала нащупывать спички.
– Долбаная штука, – произнесла она и посмотрела в сторону бродяг. – Пойти и спросить, можно ли взять у них огня? Или думаете, они меня съедят?
Она встретилась со мной глазами и вздохнула.
– Чего вы от меня хотите? Я совершила ошибку, и Эсек этим воспользовался. Теперь я оказалась в ситуации, когда должна оставаться с ним заодно. Это больше не имеет значения. Начиная с завтра.
– Ещё ничего не…
– Ох, бросьте, Симлекс. Плайнта тут нет. Не нужно с ним цацкаться. Мы оба знаем, чем кончится дуэль.
Должно быть, она нашла свои спички, поскольку закурила, сделав длинную затяжку, а затем выдохнув.
– Но я… У вас с Плайнтом есть план.
– У нас есть уловка. Не более того. И я не уверена, насколько она будет успешна против врага, который якобы способен видеть будущее.
Видимо, Шард заметила что-то в выражении моего лица.
– Что есть, то есть, – произнесла она. – Асы не стареют. Мы столько не живём. Потому что если ты удачлив, кто-то другой будет удачливее, и даже если ты хорош, кто-то другой окажется лучше. А я едва в состоянии увидеть свою цель, не говоря уж о том, чтобы попасть в неё.
– Вы убили одного из его отряда вчера! Наверняка…
– Везение. Ничего более. Я жала на спуск и надеялась. Это всё, что я могу сделать.
– Хотя бы расскажите мне ваш замысел. Возможно, я сумею…
– Нет. Ясно, что кто-то на базе ненадёжен, а поскольку мы имеем дело с альдари, он может об этом даже не знать. Лучше молчать, иначе что-нибудь проскользнёт. Кто знает, может это всё блеф. Может, тот маленький сюрприз, который состряпал Плайнт, принесёт победу.
– Выигрыш вопреки шансам и впрямь звучит как то, что сделала бы командир звена Шард.
– Точно, – кивнула она, выдыхая. Однако никак не желала встречаться со мной взглядом, устремив его на треснувшую крышу и звёзды за ней.
– Вы же хотите победить, верно? – спросил я.
– А что это может изменить?
Её глаза были холодными. Пустыми. Словно что-то внутри израсходовалось до конца. Мне было знакомо это выражение лица, я видел его множество раз – оно глядело на меня в ответ с каждой полированной поверхности.
Я отвернулся, сконцентрировавшись на постройках. Впереди находился кристаллический сад, где мы впервые встретились снова. Теперь уже заброшенный – клумбы обобрали дочиста, видимо для обмена на еду или убежище.
Я почувствовал, что мои глаза увлажняются.
– Извините за дым, – сказала Шард, постукивая палочкой лхо по перилам. – От этих проклятых штук глаза щиплет.
– Я в порядке. Но спасибо.
Она пожала плечами, сделала последнюю затяжку, а потом щелчком отправила окурок в темноту. Мрак поглотил красную точку.
– Наверное, нам надо отдохнуть.
– Да. Вам следует поспать перед завтрашним днём.
– Ха! Если бы. – Она ухмыльнулась. – Знаете, как давно я не спала спокойно?
– С Бахуса?
Она кивнула.
– Да.
– Он мне снится. Каждую ночь. Темнота. Шторм. Я вижу, как мы летим к нему. Знаю, что это опасно, но ничего не могу поделать. Мне кажется, эта война, то, что я увидел… Оно что-то сломало. Сломало меня. И едва ли меня можно починить.
Мой голос был тихим. Думаю, я впервые признался в этом кому-либо. Шард пристально посмотрела на меня с непроницаемым лицом.
– Это из-за орков, – произнесла она.
– Хмм?
– Кошмары. Они из-за того, что в нас попало орочье оружие, которое швырнуло нас через половину болота. Я разобралась: варп-переход.
– Варп-переход?
– Подумайте об этом. Варп позволяет кораблю пересечь световые годы за несколько недель. Почему его нельзя использовать, чтобы переместиться на пару миль за считанные секунды? Орки каким-то образом превратили это в оружие. Когда оно в нас попало, то бросило через варп. Всего на миг. А знаете, что говорят про варп, как негативно он может повлиять на разум и душу? Странные сны, невыразимые ужасы. Это обычное дело. Вот что произошло.
Она говорила быстро, слова выплёскивались наружу, словно прорвавшая дамбу река. Я редко видел её настолько оживлённой или настолько переполненной убеждённостью. Она твёрдо решила, что права.
– Дело не в войне, – закончила Шард. – Не в чём-то настолько будничном. Это болезнь, вызванная технологией ксеносов и контактом с варпом. Вот почему вы видите, как они умирают снова и снова. Вот почему порой ощущаете тягу присоединиться к ним, лишь бы спастись от этого.
– Не припоминаю, чтобы рассказывал вам о таком.
Она помедлила. А потом отвернулась, шаря за отворотом.
– Ну, это было очевидно, – пробормотала она. – Я поняла по вашему лицу. Вы смотрелись в зеркало в последнее время?
– Стараюсь этого не делать.
Она издала какой-то звук. Возможно, это был смешок. Я решил, что он адресован мне, но повернувшись, увидел, что Шард глядела на своё отражение в треснувшем стекле соседнего окна. Она произнесла что-то, чего я не уловил, сплюнула и снова затянулась.
– С каких пор вы курите лхо?
– Не начинайте. Вы говорите, как мой брат.
– Комиссар?
– Нет. Райл.
– Я помню это имя. Но не думаю, что когда-либо с ним встречался.
– Раньше я считала его одним из лучших. Но это всё его вина. И моя, наверное. И ваша, что запустили вcю эту жалкую историю. Можно разбросать уйму упрёков.
– Если это поможет, я желал бы никогда не сделать этот проклятый пикт.
– Глупое желание. Вам следовало бы желать сделать пикт получше. Достаточно успешный, чтобы вы, Плайнт и я ушли на пенсию и провели старость, отдыхая на каком-нибудь мире-саде с тёплой водой и напитками цвета заката.
– Это и впрямь было бы более хорошим желанием.
– Или рост. Вы могли бы пожелать стать повыше.
– Принято на заметку.
– А может, смогли бы что-то сделать со своим голосом? Что-нибудь менее гнусавое было бы прогрессом.
– Может, следует просто пожелать стать совершенно другим человеком? Начать с нуля?
Она сделала вдох, обдумывая это.
– Да. Вероятно, для меня так было бы предпочтительнее всего. А, ладно, теперь уже слишком поздно.
– Сожалею насчёт комиссара, – сказал я.
– Он объявится. Переживал и худшее.
– Я слышал, туннель частично обвалился. Лаайх отступили.
– И тем не менее.
Она уже почти прикончила палочку лхо. Настало время уходить. Но мне не хотелось возвращаться на «Традери». Лежать в темноте одному. Возможно, она это почувствовала. А может, подумала, что отчасти в долгу передо мной. Не знаю точно. Однако она сделала вдох и посмотрела на меня, словно взвешивая решение. Потом медленно выдохнула, а затем встретилась со мной взглядом.
– Вы действительно хотите знать, что случилось?
Мне хватило ума не уточнять, что она имела в виду, или задавать какой-то иной вопрос. Я просто кивнул.
– Хорошо, – сказала она, туша палочку о перила. – Но вам придётся прихватить эту вашу черепушку. Мне нужно кое-что показать. Думаю, вам понравится.
– Мне следует опасаться худшего?
– Нет. Возможно, оно вас позабавит. Меня уж точно бы позабавило, случись это с кем-то другим.
== '''Глава 32''' ==
В первую очередь я заметил запах.
Это было не худшее, что мне доводилось обонять. Совсем не как гнилостные болота Бахуса или даже теснота «Традери» во время путешествия в варпе, когда некуда было деться от вони немытых тел. Это был запах запущенности. Грязная одежда, пустые бутылки, стоялый дым лхо и вездесущий смрад паров прометия.
Шард ввалилась в дверной проём и выругалась, споткнувшись о брошенный лётный комбинезон. Рядом лежала бутылка. Она пинком отбросила её, и та с дребезжанием покатилась по полу, пока не замерла возле неубранной постели, которая была завалена использованной одеждой и не помытыми тарелками.
– Извините за бардак, – пробормотала Шард. – Я не принимаю гостей.
– Я думал, ваш ранг позволяет домработницу?
– Не получилось. Сейчас уже неважно.
Она наклонилась, роясь в груде грязной одежды. Я отвел глаза, и мой взгляд остановился на железном насесте в углу комнаты.
– Ваш рапто<ref>Хищная птица, элемент церемониального наряда фон Шард в романе "Неравный бой"</ref> ещё с вами?
– Нет. Не пережил Бахуса. А заменять не хотелось.
– Мне казалось, фон Шарды всегда держат охотничью птицу?
– Тогда, наверное, не особо-то я и фон Шард, – отозвалась она, отбросив в сторону одеяло. Рядом с ним, на полу около её колена, я заметил клинок в ножнах. Эфес достаточно хорошо узнавался. Это бы меч её отца. Когда-то она носила его везде. Теперь он лежал брошенный и забытый.
– Куда же я положила эту долбаную штуку?
– Что вы ищете?
– Инфожетон. Могу поклясться… А, вот он!
Она отшвырнула что-то и достала запертый сейф.
– Выглядит весьма прочным, – сказал я, пока она водила пальцем по замку.
– Это был подарок. Как и содержимое.
Ящик со щелчком открылся. Она сунула руку внутрь и извлекла маленький инфожетон.
– Не желаете оказать честь? – произнесла Шард, бросив его мне.
Я поймал жетон и повертел в руках. Он выглядел стандартно, такими пользуются пропагандисты по всему Империуму. Не совсем не поддающийся отслеживанию, но достаточно распространённый, чтобы иметь любое происхождение.
– Ивазар, – произнёс я, поманив череп поближе. – Начать воспроизведение. Мод…
– Погодите!
Обернувшись, я обнаружил, что она поднесла к губам амасек и делала длинный глоток. Я подождал, пока она выпьет. Содержимое бутылки убывало медленно, но неуклонно. Когда та опустела, Шард кинула её в сторону, однако драматически разбить не удалось – падение смягчил мусор в комнате.
– Ладно, – произнесла она, кивнув. – Давайте.
Я вставил инфожетон в Ивазара, и тот зажужжал моторами, оценивая информацию внутри. Проектор вспыхнул.
Шард. Её изображение было вполне отчётливым, равно как и барная стойка, на которую она опиралась. Позади неё я сумел различить едва заметные фигуры и суету чего-то, похожего на таверну. Она слушала кого-то, находившегося за кадром – это я видел по наклону головы. Однако не слышал ничего, помимо её речи: другой голос был приглушён.
– ''Конечно, они её нашли'', – произнесла она, и после неслышимой реакции нахмурилась. – ''Ну, полагаю, уничтожили. Почему это вообще вас беспокоит?''
Ответ было не разобрать. Изображение Шард закатило глаза.
– ''Вам кажется, будто Райла будет заботить какая-то там сомнительная пикт-камера? Вы видели, с чем сталкивается мой брат? Это не то, что можно показать на пикт-экране. Таких тварей никак не подать в позитивном свете. Это угроза самому нашему существованию. Не думаю, что они вообще питают к нам ненависть. Просто хотят подкормиться.''
Она залпом выпила, а тем временем невидимый наблюдатель что-то пробормотал.
– ''Потому что одна из них вломилась в кабину и пыталась меня съесть! Видите этот шрам? Он от кислоты, которой она наблевала на штурмана. Одна капля. Жгло как в аду. И до сих пор жжёт, в сущности.''
Приглушённый вопрос. Шард метнула на собеседника взгляд.
– ''Ну так загладьте его, как делаете с прочими моими изъянами. Или оставьте как есть. Кого это волнует? Мы все в любом случае покойники, так или иначе. Наши усилия могут замедлить или ускорить смерть, но наш конец прописан с момента рождения. Остальное просто заполняет место.''
Я посмотрел на настоящую Шард. Она сидела на полу рядом со мной, подтянув колени к груди. Каким-то образом она успела раздобыть ещё одну бутылку амасека.
– Эсек? – спросил я.
Она кивнула, но её голова оставалась низко опущена. Я снова посмотрел на изображение и увидел, что Шард на пикте опрокинула ещё одну стопку. Должно быть, Эсек что-то ей сказал, поскольку она напряглась и грохнула стаканом.
– ''Я буду сидеть тут и пить, пока, чёрт побери, не соберусь уйти. Мне плевать, что там у вас запланировано на завтра.'' ''Б`асканые пропагндисты. Вы паразиты, вам этого не понять.''
Шард взяла новую стопку. Мне никогда не доводилось видеть, чтобы она пила вот так.
– ''Там была только темнота'', – произнесла она. – ''Темнота и рты. А я не могла избавиться от мысли, что наши властители убили бы за таких слуг: за солдат, которые бездумно готовы броситься на смерть. Мелкие нас так и доставали. Просто забивались в воздухозаборники и двигатели, пока самолёты не глохли и падали. Вот в чём настоящий ужас. Не в гигантских чудищах, сбивавших нас с неба. А в том, насколько они едины, чего нам не достичь никогда.''
Она сделала паузу лишь для того, чтобы проглотить ещё одну порцию. У неё начинал заплетаться язык.
– ''Я наблюдала, как умирал мир. Когда мы добрались до луны и доставили драгоценный груз моего брата, я села в кабину и глядела, как горят небеса и вытекают моря. И знаете, что я чувствовала?''
Шард посмотрела в камеру, уставившись чуть выше – видимо, встретившись взглядом с Эсеком. Я заподозрил, что она не знала о записи.
– ''Ничего. Я не чувствовала ничего. Сколько миллиардов умерло? Это должно было иметь что-то значить, хотя бы абстрактно. Но это просто один мир. Есть ещё миллионы. Миллиарды. И ни один из них тоже не имеет значения. Ничего не имеет. В конце всё будет поглощено. Или мы раньше перебьём друг друга. Оба варианта подойдут. Все варианты подойдут. Везде одно и то же. Везде смерть''.
Я не мог понять, продолжала ли она говорить с Эсеком. Её глаза были остекленевшими, но она собралась, потрясла головой, выпрямила спину и заглотила ещё одну стопку.
– Что вы пили? – спросил я.
– Не представляю. Ничего из этого не помню. День выдался тяжёлый.
– ''Знаете, что он мне сказал? Мой же дражайший братец? После того, как заставил лететь на то самоубийственное задание? После того, как я одолела вихрь многоногих чудовищ? Выхватила его из пасти монстра, которому хватило бы размеров, чтобы проглотить боевой танк? Знаете, что он сказал?''
Она уставилась в точку над камерой. Должно быть, Эсек что-то шепнул, поскольку она тряхнула головой настолько сильно, что мне показалось, будто та может оторваться.
– ''Он велел мне держать рот на замке, иначе у меня может произойти неудачная встреча с его драгоценным инквизитором. Б`аск на тебя, Райл. Я тебя спасаю, а ты говоришь со мной свысока. Не высовывайся, Люсиль, будь хорошим содатом, Люсиль. Предоставь вышестоящим разбираться с важными вещами и не задавай вопросов. Просто продолжай сражаться и истекать кровью до тех пор, пока однажды больше не сможешь. Думаешь, будто я тупая, Райл? Будто не знаю, что ты сделал. Ты и твоя машинка. Ты привёз её сюда, ты и твой хозяин. Это ваша вина''.
Её речь стала невнятнее, некоторые слова было практически не разобрать. Взгляд переместился на барную стойку, где, видимо, возникла очередная порция. Я услышал приглушённый звук голоса Эсека, но Шард перебила его:
– ''Мне. Всё. Равно.'' ''Б`аск на Райла. И б`аск на его хозяина. Проклятые инквизиторы, судят о праведности других, хотя сами главные лицемеры. Они и ещё священники. Вообще, священники даже хуже. У инквизиторов хотя бы есть цель помимоублажения собственных прихотей.''
Из-за камеры протянулась рука, владелец которой попытался положить её на плечо Шард. Та сбросила ладонь.
– ''Мне плевать. Пусть слышат правду. Экклезиархия – жулики и лжецы, и мне об этом известно, потому что один из них мой брат, а он жирный и самодовольный, будто клещ, присосавшийся к гроксу. И пускай он пустословит о Боге-Императоре, но я подметила одну любопытную вещь. Служение Богу-Императору как будто всегда подразумевает результат, выгодный моему брату. Вы не замечали? Все священники, все полковники, все адепты Администратума. Они все служат Его воле, делая то, что соответствует их собственным интересам.''
Она со вздохом опустила взгляд на стойку.
– ''Не то, чтобы обычные граждане были чем-то лучше. Тупые люди с жалкими жизнями. Никто из них толком не думает. Половину времени они бросают зёрна в воздух, смотрят, как те падают, и провозглашают результат каким-то небесным посланием от Бога-Императора по поводу урожая. Знаете, сколько я видела войн, где обе стороны заявляли, будто Бог-Император с ними? Люди потрошат друг друга, и каждая забранная ими жизнь приносится в дар Ему, равно как является даром и каждая их потеря. Как думаете, это зачитывается дважды? Может, поэтому кажется, что Он не торопится вмешиваться? Наверное, у Него растёт счёт, пока мы убиваем ради малоощутимой пользы.''
Эсек что-то пробормотал. Но на сей раз Шард разразилась утробным смехом, откинувшись на стуле и взвизгивая.
– ''Вы идиот! Думаете, Ему есть до кого-то дело? Знаете, сколько солдат молилось перед боем на моих глазах? Просили Его помощи, Его защиты, Его силы. Чтобы он счёл их достойными вернуться домой. А знаете, что случилось с этими храбрыми дураками? Они умерли. В конечном итоге все они умирают. Потому что Его это не волнует настолько, чтобы защитить их. Или Он не может''.
Эсек зашептал. Рядом со мной настоящая Шард отвернулась, уткнувшись в бутылку.
– ''О, мы все слыхали про чудеса. Живая Святая, которая победила тьму. Лорд-Регент вернулся из лап смерти, дабы править от имени своего отца. Но знаете, кто никогда не молился? Я. Ни разу. С детства, когда просила Его дать мне уйти с ней и путешествовать в пустоте. Он так и не ответил. Но я всё ещё здесь, а от более набожных пилотов остались пятна на земле внизу. О чём это вам говорит? Либо Он любит ублюдков, либо Его благоволение ничего не стоит''.
Снова рука у неё на плече. В этот раз Шард сбила её и развернулась к Эсеку так, что лицо едва помещалось в кадр.
– ''Б`асканись, паразит! Я не обязана делать то, что ты уж конечно скажешь. Я – Люсиль фон, б`аск его, Шард, и я шлю вас всех. Б`аск на вас. Б`аск на ублюдков, которые заправляют Империумом, и б`аск на сам Импеприум.''
Она потянулась за выпивкой, помедлила и обернулась в последний раз.
''– А знаешь что? Раз уж начала. Б`аск на Бога-Императора. На Него и его б`асканый Трон. Потому что подними Он хоть раз оттуда свою задницу, дела не зашли бы в такое дерьмо.''
Запись оборвалась''.''
Секунду мы сидели молча: у меня был разинут рот, а у Шард в нём была бутылка, которая, полагаю, уже давно кончилась.
– ''Б`аск'' на Бога-Императора, – эхом повторил я. Слова было тяжело даже произносить.
– Это всё та последняя порция, – сказала она. – Хлопни я её, она бы меня свалила. Я бы выбежала наружу, опустошила желудок и побрела домой. Дура!
– Да. Это явно урок о том, как опасно пить недостаточно много.
Меня удивило, каким ровным был мой голос. И опечалило, ведь это показывало, насколько же бесчувственным я стал. Когда-то, не так давно, я пришёл бы в ужас от самого существования подобной записи, не говоря уже о пребывании в одной комнате с ней.
– И вот так Эсек…
– О, заполучив это, он был в упоении. Конечно, я ничего не помнила, не верила, что оно реально. Пока он не прислал мне инфожетон. Не оригинал, конечно, тот до сих пор у него. И, вероятно, сотни запасных копий. Так что я летаю на задания, как угодно Эсеку, а материал остаётся в тайне. А если не стану, сами можете догадаться, что произойдёт.
На самом деле я не был уверен, что именно произойдёт. Очевидным ответом представлялась казнь. Но, возможно, для героя, ставшего еретиком, существовали и худшие участи – продолжительная и мучительная кончина.
Еретик. Наверное, именно им она технически являлась. Прежде мне не доводилось вcтречать ни одного.
– Вы из-за этой записи вызвали меня сюда?
– Опять? – спросила она. – Сколько повторять, я вас не вызывала! Вы же видели, сколько тут крутится фальшивого материала со мной. Может, это был Эсек. А может, и Плайнт – бедолаге приходилось непросто.
– У Эсека нет мотива. А Плайнту не хватает навыков.
– Вы его недооцениваете. Этот парень способен делать с машинами что угодно. Даже… Ну, он может быть ответственным за это. Или ещё кто-то. Так или иначе, это уже не важно.
– Возможно. Но если бы я мог…
– Нет. Не можете, – отозвалась она. – Что бы там ни было, не можете. Назад этого не вернуть. У Эсека копии везде. Но это уже неважно, вот что прекрасно. Ведь скоро у него не будет надо мной вообще никакой власти. Только не после завтрашнего дня.
Несмотря на выпивку, её голос звучал безупречно отчётливо. Она улыбнулась, практически с теплотой. Однако её глаза были понурыми. Смирившимися.
Я не смог смотреть на неё и отвернулся.
Она вздохнула.
– Как бы то ни было, наверное, надо попытаться всё-таки уснуть. Завтра Люсиль фон Шард должна выглядеть по высшему разряду. Нельзя разочаровывать толпу.
– Но у вас ведь есть план?
– О да. У меня есть маленький фокус в рукаве. Возможно, его хватит, чтобы одурачить альдари. Вам нет нужды беспокоиться, Симлекс, ваша работа в любом случае закончена.
– Боюсь, я мало что сделал.
– Вы получили по лицу. Мне это понравилось.
– Рад, что сумел помочь.
– И… и я рада, что нам удалось поговорить до того… до того, как что-нибудь случилось. В смысле, идиот вроде вас всегда рискует умереть по дороге домой. Но если это и произойдёт, то хотя бы вопросы между нами улажены.
Я кивнул, не доверяя собственному голосу.
– Клянусь Троном, вы размякли, – сказала она, жестом велев мне встать. – Ну же, вам надо идти, а мне надо готовиться. Альдари, несомненно, захочет сразиться пораньше.
– Я… Мы поговорим перед стартом? – спросил я, поднявшись, а она повела меня к двери.
– Вероятно, нет. Нужно сосредоточиться. Может, попробую помолиться. Наверняка же Он задолжал мне милость, верно?
Она заметила выражение моего лица и снова вздохнула.
– Как насчёт встретиться и выпить потом? Обмыть мою победу.
Я заставил себя улыбнуться.
– Жду с нетерпением.
– Хорошо, – произнесла она, улыбаясь в ответ. – Надеюсь, вам удастся поспать, пропагандист. Спокойной ночи.
Дверь закрылась.
Я немного постоял, не зная, куда пойти. Какая-то часть меня хотела замолотить в дверь, убедить её, что есть иной путь. Но я понятия не имел, какой. Поэтому я двинулся прочь, вниз по лестнице, не обращая внимания на отребье, сгрудившееся среди камней. Из-за пробитой внешней стены после захода солнца стоял мороз, однако я его почти не чувствовал.
Направляясь к ангару, я миновал мастерскую Плайнта. Свет снова горел, и я услышал гудение сварочного аппарата. Я замедлил шаг, подумал, не постучаться ли. Но он был занят, как и она, а от меня им обоим было мало помощи. Исчерпав варианты, я сделал единственное, что мог. Сунул трость под мышку и с дрожью в ноге опустился на колено. Скрестив руки в форме аквилы, я стал молиться Ему. Я молился, чтобы она одолела Кеша. Молился, чтобы альдари потерпели поражение. И больше всего я молился о выходе, о способе избежать её судьбы.
Я молил Бога-Императора об избавлении. А Он лишь молчал в ответ.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
