6834
правки
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =89
|Всего =46}}
{{Книга
— Боги и судьба. Я не властен над этими вещами.
===Глава восьмая===
'''Город-крепость Заракс'''
'''Провинция Самниум, Региум'''
Дамарь последовала за магистратом Урзуном через форум<ref>Форум - типология общественного пространства в древнеримском градостроительстве; центральная городская площадь, сформированная несколькими общественными зданиями, где протекала общественная жизнь города, уличная жизнь под открытым небом, заключались сделки, велись переговоры.</ref> в лабиринт грязных узких улочек Заракса. Был уже почти полдень, и за последние пару часов в городе стало ещё многолюднее. В город прибывал непрерывный поток гражданских, сюда шли люди со всей провинции Самниум и не только. Каждый попавшийся на пути человек выглядел испуганным и измученными, а некоторые даже были серьёзно ранены. Гражданские теснились у постаментов статуй и дверных проёмов храмов, сжимая в руках те немногие пожитки, которые им удалось захватить с собой. Дети беженцев с благоговейным трепетом рассматривали величественную классическую архитектуру, в то время как их родители плакали или просто пялились себе под ноги. С каждой прибывающей семьёй возмущение Дамарь росло. Она была уверена, что Кастамон солгал губернатору Сероку. Все эти разговоры о ксеносах были чепухой. Дамарь общалась с десятками беженцев, и никто из них не видел кошмаров, связанных с пришельцами, и даже не слышал о них. Люди бежали не от ксеносов, они спасались от мятежей и гражданских беспорядков. Её народ был на пределе. У них отняли веру, культуру и дома. ''Пакс Макрагг<ref>Макраггский мир.</ref>''. Вот как теперь называли Региум солдаты. Ультрадесантники изображали из себя спасителей, но на самом же деле они были строителями империи, сокрушающими историю её мира с невероятным высокомерием.
Урзун остановился на углу здания и, повернувшись к Дамарь лицом, схватил женщину за руки. В его окаймлённых тёмными кругами глазах пылала страсть.
— Мне больно быть тем... - прошептал он.
— Показывать тебе подобное – это... Я бы хотел... Но я уверен, что ты бы хотела знать. И я подумал, возможно это чересчур самонадеянно с моей стороны, но, я подумал, что ты хотела бы услышать подобную новость от меня... Лучше от меня, чем... Чем от кого-то кт...
— Урзун. - Дамарь осторожно высвободила руки из хватки магистрат.
— Что случилось?
Мужчина облизал губы, тревожно огляделся, затем кивнул, взял консула за руку и повёл дальше.
Они свернули за угол, покинули огороженные улицы и направились к городским стенам, когда они приблизились к ограждению, Дамарь отшатнулась. У основания сетны стоял отряд гвардейцев, которые вскапывали землю какими-то машинами и заливали образовавшиеся пустоты жидким камнебетонном. Всего несколько часов назад эта часть крепости была наполнена священными растениями и пещерами. Одно из немногих мест, где иномирцы оставили всё в первоначальном виде, как всё было до начала строительства крепости. Последний след Ауреус Нахор, святилища, которое когда-то возвышалось на этом побережье. Здесь находилась жизненная сила её народа.
Дамарь бросилась к сержанту.
— Остановитесь! - закричала она. От пещер и растений практически ничего не осталось, часть уже сровняли с землёй и засыпали. Дамарь попыталась оттащить одного из гвардейцев от машины, с которой тот работал.
— Консул! - предупреждающе крикнул сержант.
— Нам нужно работать.
Женщина сжала рукоять меча и пристально посмотрела на солдата. На мгновение она и вправду задумалась о том, чтобы воспользоваться оружием. Она узнала этого человека. Он родился недалеко от Заракса.
— Как ты мог так поступить? - прошипела Дамарь.
— Эта земля священна. Это всё, что у нас оставалось.
Сержант посмотрел на неё с сочувствием, но покачал головой.
— Мы должны защитить крепость, а пещеры ведут прямиком в туннели.
Дамарь почувствовала слабость.
— Иномирцы нарушили слово.
— Всё меняется, - сердито сказал солдат, которого схватила консул.
— Ультрадесантники сказали, что этот участок стены плохо защищён. Они приказали нам заделать дыры.
— Ты предаёшь своё прошлое! - выплюнула Дамарь, указывая на солдата.
— Предаёшь свою веру.
— Есть лишь одна истинная вера. И только один способ поклоняться Императору. - Гвардеец продолжил работу, его взгляд ожесточился.
Сочувствие сержанта быстро улетучилось. Он мрачно посмотрел на консула.
— Мы не можем жить прошлым, консул. Мы должны адаптироваться. Приспосабливаться к новым условиям. Такова воля Императора. Ультрадесантники – Его творения. Они созданы по Его подобию. Император послал их сюда, чтобы защитить нас.
— Защитить? - Дамарь смотрела на застывающий камнебетон, оцепенев от ужаса перед своим бессилием. Пещеры были наполовину разрушены. Как и остатки Ауреус Нахор.
— Лейтенант Кастамон не бог. - Женщина сердито посмотрела на сержанта.
— И мои слова не делают из меня сепаратистки. Это факт. Кастамон - солдат, а не божество. И все эти столетия мы защищали себя так, как он не сможет.
Люди начали узнавать Дамарь и вокруг консула постепенно собиралась толпа. Среди них были видны как знакомые лица, так и люди, которые только недавно прибыли в город с побережья, они смотрели на женщину с замешательством или страхом.
— Спроси у любого кадианца, - проворчал солдат.
— Сейчас ''повсюду'' идёт война. Культы возникают по всей Галактике. Люди хотят разрушить Империум и убить Императора. Целые планеты превращаются в пыль. Исчезают флота. Речь больше не просто о какой-то одной линий фронта или отдалённых конфликтах. Кадианцы сказали, что еретики все ближе подбираются к Святой Терре.
Сержант заметил собравшуюся толпу и схватился за рукоятку пистолета.
— Консул. Вы должны позволить нам работать.
Дамарь хотелось закричать ему в лицо, но что толку? Все гвардейцы смотрели на неё с таким же суровым выражением лица, как и у сержанта. Она лишь выставит себя дурой. И, возможно, потеряет должность консула.
Дамарь отшатнулась от гвардейца и покачала головой.
— Понимаю, - сказал Урзун.
— Такая потеря. Я, как и ты, молился в этих пещерах на протяжении всей жизни.
— Дело не столько в пещерах. Дело в них. - Дамарь указала на солдат.
— Им ''и в голову не придёт'' мысль о том, чтобы задавать иномирцам вопросы. Они думают, что им просто нужно следовать приказам Кастамона, и всё будет хорошо, только и всего. И посмотрите на них. Я знаю этих людей. Это ''мой'' народ. Они привыкли верить в святость этого места. И всего леса. Но они всё забыли. Кто-то должен раскрыть этим людям правду, - пробормотала Дамарь, направляясь к жилым блокам, прочь от гвардейцев.
Урзун облизнул губы.
— Раскрыть правду? Кто же её раскроет?
— Люди должны понять, насколько ошибочно их восприятие Ультрадесантников. Кастамон – лжец, кроме того, он потерял контроль над ситуацией. Все думают, что иномирцы просто не могут поступать неправильно, но если бы оказалось, что это не так, как бы ты всё это объяснил? - Женщина окинула рукой беженцев, которые толпились на каждой улице.
— После прихода иномирцев, производство в улье Саламин упало настолько, что люди начали выходить на протесты. Теперь губернатор Серок посылает кадианские танки, чтобы те раздавили любого, кто посмеет возмущаться. А Кастамон послал своих Ультрадесантников в Шеллиб-Сити, чтобы они занимались тем же. Люди, у которых всё под контролем, так не поступают. Но никто этого не видит. Люди настолько слепы к происходящему, что готовы уничтожать собственное наследие только потому, что так им приказал лейтенант Кастамон. - Опьянённая яростью Дамарь остановилась в начале улицы, прислонившись к стене.
— Я бы хотела показать людям правду.
Урзун расхаживал вокруг консула взад-вперед, потирая руки и оглядывая улицу.
— А что, если бы был способ всем всё показать?
Дамарь уставилась на магистрата.
Мужчина поджал губы, уставившись в пол, продолжив потирать руки. Он огляделся, чтобы убедиться, что никто их не услышит.
— Хочешь, чтобы люди увидели, что Кастамон не идеален? Что он совершает ошибки?
— Именно.
Глаза Урзуна расширились.
— Нам нужно поговорить наедине.
В покоях Урзуна царила идеальная чистота. Вдоль стен из выбеленного камня стояли книжные шкафы, заполненные идеально разложенными свитками – указами, биллями и статутами, которые в значительной степени устарели после прибытия иномирцев, но которые Урзун по-прежнему ревностно оберегал как источник своего статуса. Дамарь уже бывала здесь, и внутри она ощущала лёгкую обеспокоенность. Помимо юридических документов, магистрат собрал досье почти на каждого жителя Региума. Он считал своим долгом вникать в дела остальных. Однажды он похвастался, что может рассказать всё, что ей нужно знать о своих гражданах.
Урзун провёл Дамарь в маленькую гостиную. Вокруг низкого столика, на котором стояли графин и несколько чашек, были разложены подушки. Единственное большое окно выходило на оживлённую улицу, и в комнату проникал шум толпы. Магистрат жестом предложил женщине сесть, но Дамарь осталась стоять.
— В чем дело? Что у тебя на уме?
Урзун виновато улыбнулся и промчался мимо, аккуратно закрыв за собой дверь. Затем он закрыл ставни на окне и включил люмены на стене, заливая комнату золотистым светом. Он вздохнул, потёр челюсть и прошёлся по кругу, выглядя взволнованным и испуганным одновременно.
— Ты говорила, что Кастамон передислоцировал часть своих людей.
— Да. Он говорил об отделении Герруса. Ультрадесантниках, вроде тех, что дислоцируются здесь.
Урзун продолжал расхаживать взад-вперед, но теперь на лице магистрата появилось мудрое выражение, и он поднял палец вверх, когда говорил.
— Говоришь, что Кастамон хочет послать отделение Герруса в Шеллиб-Сити, чтобы подавить беспорядки и пресечь мародёрство.
— Предположительно. И что с того?
— Ну... - Урзун заговорщицки улыбнулся ей.
— А что, если отделение Герруса так и не прибудет в Шеллиб-Сити? Как думаешь, что тогда произойдёт?
— Что ж, ситуация будет только ухудшаться. Судя по всему, там уже царит анархия.
Урзун придвинулся к Дамарь и прошептал на ухо: «И как это может отразиться на лейтенанте Кастамоне и Ультрадесантниках?»
— Они бы выглядели глупо.
— Возможно, даже стали бы казаться некомпетентными?
— Да, может быть.
— Возможно, даже нечестными? И склонными к ошибкам?
— Да, но этого не произойдёт, не так ли?
У Дамарь возникло странное ощущение, будто она больше не находится в одной комнате с мужчиной. Когда Урзун кружил вокруг неё, то напоминала грызуна, готовящегося наброситься на падаль. Но в то же время ей отчаянно хотелось понять, на что магистрат намекает.
— Отделение Герруса прибудет в Шеллиб-Сити. И космодесантники подавят восстание.
— А что, если они получили другие приказы? Что, если вместо Шеллиб-Сити, их направят в Порт-Дура? Это покажется им логичным. В конце концов, там тоже есть проблемы.
Дамарь нахмурилась.
— Кастамон выглядел бы круглым идиотом. В Шеллиб-Сити воцарится хаос. Отделение Герруса увязнет в Порту. - В конце концов, Дамарь приняла предложение сесть и тяжело опустилась на одну из подушек, раздавленная долгим разговором.
— Хочешь сказать, что способен это провернуть? Что можешь отправить фальшивое сообщения воинам Кастамона? - сказала Дамарь приподняв бровь.
— Да, если на то будет воля моего консула. В мои обязанности входило подключать их устройства связи к планетарной сети. И в процессе работ было необходимо разобраться в некоторых из их шифровальных кодах. Я вполне мог бы отправить сообщение сержанту Геррусу. И прелесть этого плана состоит в том, что никто не сможет отследить, откуда это сообщение поступило. Процессом будет управлять монофункциональный сервитор, и я просто сотру соответствующие воспоминания, как только мы закончим.
Дамарь проняла лёгкая дрожь, женщина была взволнована тем, что они обсуждали настолько смелые темы, но её снова охватила злость, ярость, вызванная тем, что Кастамон заставил её даже помыслить о настолько коварной тактике. Но если это сработает, у неё, возможно, наконец-то получится покажет людям, каким обманщиком всё это время был Кастамон. Дамарь покачала головой.
— Но я не хочу причинять им серьёзного вреда.
Урзун махнул рукой.
— В долгосрочной перспективе это мало что изменит. Когда Кастамон обо всём узнает, то сам решит, куда направить отделение Герруса. Но в краткосрочной перспективе лейтенант будет выглядеть некомпетентным или даже нечестным, будет казаться, что он не способен справиться с возникшими проблемами. Это подорвёт доверие людей к нему. Урзун нахмурился.
— Ты этого хотела? Шанс поколебать доверие народа к Ультрадесантникам? Я уверен, что это может помочь. И тогда люди снова начнут к тебе прислушиваться.
Дамарь поняла, что всё ещё держит в руке увядший лист, который взяла в пещерах. Консул сжала лист в кулаке.
— Да. Именно этого я и хочу.
Урзун закрыл глаза, шепча молитву.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]