6834
правки
Изменения
м
Нет описания правки
Лязгнул о камни тяжёлый щит, возложенный Ракибом<ref>На арабском имя Ракиб означает «вечно бдительный», «наблюдатель» и т.д.</ref> на алтарь.
В тишине холодной часовни-реликвария слышался лишь низкий гул доспехов и время от времени потрескивание искрящих жаровен, что освещали края зала. Их выковали в форме чаш, по образу и подобию пылающего грааля, украшавшего левые наплечники и Ракиба, и каждого из Благословителей. Он вошёл в самое сердце корабля, святилище, посвящённое всему , чем являлся его капитул и к чему стремился.
За ним влетел пожелтевший сервочереп, источая дым из полудюжины закреплённых на макушке свечей. Устройство принесло небольшой колокол. Ракиб на миг встретился с немигающим взором машины. Когда закончится ночной цикл, именно она оповестит о завершении вигилии.
Благословитель и прежде на протяжении многих часов размышлял в часовне об уроках, воплощённых в древних сокровищах. Он и теперь ощущал важность их славного наследия, давящего на его плечи, и в этот раз нечто стало другим. Но изменились не реликвии, а сам космодесантник.
Среди вытесанных камней стены по правую руку Благословителя виднелись осколки базанитовой скульптуры. Когда они были частью огромного герба, предположительно украшавшего нос боевой баржи первого Первого легиона. Их отыскали во время Ахиллова крестового похода, и их возвращение в капитул приписывалось проктору Фарзалу, прославленному защитнику Грейхольма.
Суламар, магистр роты Ракиба, даровал ему написанную от руки копию «Песни о Фарзале» в день, когда принял воина на службу в Третьей. С тех пор Благословитель прочёл её много раз, и теперь при взгляде на осколки в мыслях сами собой всплыли слова.
Здесь начинался следующий шаг в пути самого Ракиба. Шаг, воплощённый в широком крестовидном щите. Он опустился на колено и начал виброгубкой и тканью счищать с него запёкшуюся кровь, сажу и грязь.
Ракибу предстояло не просто вступить в клинковую стражу Клинковую гвардию Суламара, но возглавить её. В честь повышения он будет принять в прославленную первую Первую роту капитула, хотя и останется служить под руководством магистра. Его ожидала великая честь, на которую он даже не надеялся прежде. Ему бы ощутить восторг. Но…
Счищая въевшуюся грязь с оставленных былыми битвами шрамов, Ракиб заметил, что местами поверхность грозового щита блестит как выбеленные кости. Надо будет зайти в оружейную, убрать замаравшие позолоту борозды.
Савак и Ириан вбежали внутрь, когда алый луч рассёк и мостик, и левый бок Ракиба.
На миг экран побелел. Автоматические инжекторы впрыснули болеутоляющие в организмболеутоляющие. Благословитель рухнул на колено, устояв благодаря доспехам. С дарованной стимуляторами ясностью взора он прицелился из винтовки во врага на другой стороне канала.
Рядом с поднятым длинным стволом лазерной пушки два горбатых мутанта припали к полу в тенях прохода несколькими этажами выше. Теплоуловитель засёк жар — они стреляли они. Миг спустя Савак одним выстрелом раздробил ноги культиста. Осколки костей и бронежилета впились во второго еретика, чьи мучения попаданием в голову оборвал Ракиб.
Савак протянул руку, чтобы помочь брату подняться. Вставая, Ракиб заметил на запястье бойца небольшой привязанный цепью реликварий.
Лазерный луч прижёг рану, а фибросвязки всё ещё функционировали, несмотря на пробитую в броне дыру размером с кулак.
— Не могу же я оставить тебе всю славу, Савак, . — скрипнув Скрипнув зубами, Ракиб пошёл по ржавому помосту. Препараты притупили боль, позволив не обращать внимания на рану, но не избавили от неё до конца. Ракиб приказал Саваку идти первым, когда отделение добралось до двери в конце помоста. Отдавать приказы можно и из тыла.
Покрывшиеся коркой трубы тянулись вдаль, во тьму в глубине здания. Шлем переключился на тепловое зрение. Взгляду открылся клубок красных нитей, едва заметно пульсирующих в унисон с ударами сердца. Побочный эффект ускоряющих реакцию адреналиновых стимуляторов.
— Следуй за мной, — сказал капеллан и вышел из кельи.
Они пошли по Залу Прозрения во главе процессии илотов. Смертные монотонно повторяли грегорианский хорал, снова и снова говоря слова, когда-то выгравированные на древнем доспехе первого Первого легиона.
А вот сам Зал был не так хорошо знаком Ракибу. Под широкими сводами длинного коридора стояли скульптуры целой роты облачённых в мантии воителей. Впрочем, под выполненными в мельчайших деталях капюшонами была лишь сгущающаяся тьма.
— Ты заслужил эту честь, брат. И на новом месте свершишь многие подвиги. Но помни, что тебя не ждёт простая акколада. Награда за исполнение долга — взятие на плечи большей ноши ради ордена. И свершая первые шаги на этому пути, ты должен быть уверен в своих силах, — голос Хадара чуть смягчился. — И теперь наблюдать за тобой буду не я, Ракиб. Твоя духовная доблесть станет ответственностью иного ордена, что подвергнет тебя самым суровым проверкам. Без всякого снисхождения они будут искать в твоей душе даже намёк на слабость.
Капеллан сжал плечо Ракиба, не сводя с него не мигающего пристального взора.
— Да будет твоя душа несокрушимой, Ракиб. Суламар не просто так выбрал тебя. И капитул не может дать тебе права на неудачу.
Ракиб и уцелевшие заступники пробивались по широкой лестнице, петлявшей вдоль внешней стены башни. Он едва обращал внимание на боль в оплавленной ноге. Суламар был близко. Сержант не упустит возможности сразиться бок о бок со своим наставником и магистром.
Они догнали клинковую стражу Клинковую гвардию в зале аудиенций, на предпоследнем этаже перед самой вершиной. Отделение ветеранов всегда билось бок о бок с Суламаром, став его почётной гвардией, одновременно и мечом, и щитом. Их доспехи покраснели до колен от крови дерзнувших встать на их пути врагов.
Путь же Благословителям преграждала стая уродливых громил, размахивающих тяжеловесными молотами. Превзошедших ростом даже самих космодесантников чудовищ, чья сила была сосредоточена в раздувшихся плечах. Таких широких, что в их руках когда-то выкованное крушить прочные булыжники оружие казалось лишь ветвями.
Клинковая стража гвардия сомкнула щиты, на которые лавиной обрушились грохочущие удары тварей. Ракиб не мог прицелиться, не рискуя задеть прикрывавших магистра братьев.
Несколько ударов сердца спустя стена щитов прогнулось прогнулась под натиском чемпиона громил, ещё более грозного и огромного монстра. Быстрее всего на нового врага отреагировал сержант Киа, предводитель клинковой стражиКлинковой гвардии, и взмахом клинка меча подсёк суставы бегущего мимо зверя. И столь сильной была инерция, что зверь покатился вперёд, рухнув прямо под ноги Суламара. А затем меч клинок магистра отсёк уродливую голову, мелькнув быстрее, чем мог уследить Ракиб.
Но родичи твари уже оказались среди клинковой стражиКлинковой гвардии, превзойдённой числом пять к одному. Ареф, Эссан и Киа сражались бок о бок с Суламаром на протяжении десятилетий. И теперь ветераны бились как один, согласованными взмахами меча повергая чудовищ. Отделение Ракиба прикрывало их огнём, целясь в самых далёких зверей и добивая поверженных клинковой стражейКлинковой гвардией. Но столь яростной была сеча, что даже опытные стрелки опасались ранить братьев.
И в самом сердце вихря сражался Киа, прикрывая спину магистра и своих братьев. На него бросились сразу три чудовища, и сержант встретил их взмахом посеребренного клинка, отводя удары и рассекая лапы. Щит его был в той же мере оружием, что и средством защиты. Ракиб и раньше слышал истории о мастерстве брата, но в бою оно воистину захватывало дух. Кия служил капитулу даже дольше самого Суламара, и мудрость веков сверкала в каждом выпаде и парировании.
И тогда из ниоткуда появился Кия. Обманным взмахом меча он отвёл в сторону жуткие когти, а щитом расколол лодыжку чудовища. Зверь зашипел, полоснув лапами по заискрившему шлему. Быстрее мысли его лапы нашли брешь в защите. И вновь Ракиб не мог ничего сделать. Зверь отразил когтями удар Суламара, и нижними лапами подхватил сержанта, вздёрнув в воздух. Из рассечённого клинком сержанта запястья зверя забил фонтан ихора.
Меч ещё летел вверх, прямо в горло твари, когда она откусила воину голову воина.
Взревев, Суламар схватил клинок обеими руками и нанёс удар, от которого патриарх ускользнул в последнее мгновение. Тело Киа ещё падало, когда чудовище повергло Суламара на спину и прижало к полу, упёршись когтистой лапой.
Наконец, Ракиб задал снедавший его вопрос.
— Почему здесь я, мой магистр? Почему вы избрали меня для столь почётного долга? Ареф и Эссан служили вашим щитом в десятках кампаний. Наверное, один из них заслуживает права возглавить вашу клинковую стражуКлинковую гвардию?
Суламар скрестил руки и отвернулся. Когда он заговорил, его голос посуровел.
— Хватит с меня отговорок, брат. И я не предлагаю тебе награду, пусть для Первой Роты роты твоя служба и будет честью.
— Другие совершили куда большее, чтобы заслужить ваше доверие.
— Я и так могу доверять каждому служащему мне воину, Ракиб. Как и должно быть, иначе по одиночке от нас всех не будет толку. И мне требуется от тебя не просто верность. Да, Ареф и Эссан сотни раз избавляли меня от смерти. Лучших хранителей не найти. Но от стражи гвардии мне требуется большее. Они — мои соратники и советники. Вот поэтому ты мне и нужен.
Суламар вновь улыбнулся, и его голос смягчился.
Магистр вышел вперёд и встал перед алтарём.
— Я поклялся, что верну копьё Копьё Пентаклеса. Я посвятил века службы этой цели, и я не успокоюсь, пока не возьму его в руки. И ты, Ракиб, проследишь чтобы я не забывал про свой долг перед душой нашего братства. Мы должны искать реликвии, оставленные предками. — Суламар развёл руками, показывая на стены. — Но поисков недостаточно. Мы должны стремиться быть достойными их благородных деяний. Воплощать ценности самого примарха.
Ракиб заставил себя ехидно улыбнуться, вновь поглядев на плиты пола.
Суламар не рассмеялся.
— И наше призвание не из лёгких, . — он Он огляделся по сторонам, удостоверившись, что в часовне только ониодни. — Ты ведь знаешь часть тайн, которые хранит наш капитул. Тайн, скрываемых даже от наших братьев. Мы стремимся воплотить собой величие предков, и поэтому должны быть образцами чести. Мы защищаем их наследие не только собирая его уцелевшие осколки. Иногда нам… приходится решать, что останется, а что будет затеряно на страницах истории.
— Уверен, что я готов к этому бремени. — Ракиб не имел права подвести наставника.
Дознаватель-капеллан был зловещим космодесантником, известным Ракибу по репутации. Безмолвным наблюдателем на церемониях капитула. Отвечающим лишь перед великим магистром Накиром<ref>Накир — в исламской эсхатологии допрашивающий мёртвых ангел.</ref>. Грядущие испытания станут воистину суровыми.
— Ракиб, ты не пожалеешь, что стал одним из ветеранов ордена, — продолжил Суламар. — Ты добьёшься много многого на службе нашего братства и вступление в Первую роту — нужный шаг для любого будущего посвящения.
Казалось, Суламар пытался убедить скорее себя, чем своего ставленника.
— Не сомневайся в моём решении. И не благодари. Ты достоин.
Ракиб смотрел, как наставник выходит. И через приоткрытые железные двери он увидел другого воина, облачённого в алую накидку капеллана-дознавателя Кира. Ликом его шлема была потемневшая от возраста костяная пластина, по слухам сделанная из черепа воителя первого Первого легиона. Глазницы шлема мерцали в мрачном коридоре как два уголька.
Ракиб тут же отвернулся, чувствуя, как мечутся мысли. Он поднял тряпку и начал тереть и без того отполированный щит.