6851
правка
Изменения
Перейти к навигации
Перейти к поиску
м
Отчаянный гамбит Имперских Кулаков удался. Полукс приказал своим инженерным подразделениям взорвать плазменные реакторы линкора ''После Фоллской битвы…«Трибун»''типа «Победа» в момент, когда Железный флот приближался к безоговорочной победе. К триумфу, вести о котором привели бы в смятение легионы астартес, а в конечном счёте достигли бы ушей Рогала Дорна.
Ранее, думая о захвате звездолёта, которым столь дорожили Полукс и примарх Кулаков, Пертурабо не верил своим глазампредвкушал, глядя на тактические дисплеикак он убедится в собственных силах и сможет лелеять это ощущение, словно драгоценный камень. Капитан Ворт передавал на них названия капитальных кораблейДержа Дорна за глотку, олимпиец дразнил бы поверженного врага утратой линкора, уничтоженных трусливыми маневрами Полукса и его теперь уже разбитого Карающего флота. Мимо «Железной крови» медленно дрейфовали обуглившиесясловно выливая свежую воду перед человеком, разбитые остовы лучших эсминцев Железных Воинов. Их призрачные останки ненадолго освещались шлейфами плазменного огняумирающим от жажды на краю огромной пустыни.
Отчаянный гамбит Имперских Кулаков удался. Полукс приказал своим техникам взорвать плазменные реакторы линкора Но ''«Трибун» типа «Победа» в момент'' погиб во вспышке золотого огня, когда Железный флот был на пути к абсолютной победекак будто обнажилось ядро жёлтого карлика. ПобедеЗа долю секунды шлейфы подожжённого газа, которая привела бы в смятение легионы Астартеспылающего жарким белым пламенем, захлестнули упрочнённые корпуса множества кораблей IV легиона. Большинство тут же превратились в конечном итоге достигнув ушей примарха Рогала Дорнакосмический пепел. Мысль о Дорне и захваченном корабле Полукса сулила Пертурабо утверждение в собственных силахУ тех звездолётов, которое он мог бы лелеятьчто уцелели после изначального взрыва, словно драгоценный каменьперегорели генераторы щитов и навигационные системы. Держа Дорна за глотку, Пертурабо дразнил бы побежденного врага потерей «Трибуна», как если бы перед умирающим от жажды человеком на краю огромной пустыни разливали свежую водуРемонту они не подлежали.
«Трибун» взорвался со вспышкой золотого пламениПертурабо мысленно излил поток яростных проклятий в адрес помешанных приверженцев воли Императора. Не из-за их убеждений, схожей с обнаженным ядром желтого карликаа за то, что позволил им нанести серьёзный урон его флоту. За долю секунды шлейфы пылающегоОн продумал множество боевых стратегий и воплотил те, раскаленного добела газа захлестнули усиленные корпуса множества кораблей Железных Воинов. Большинство тут же превратились в космический пепел. У переживших первоначальный взрыв кораблей сгорели без возможности восстановления щиты которые, по мнению примарха, обеспечили бы победу через свирепость и навигационные системыбеспощадность.
Пертурабо безмолвно излил поток яростных проклятий в адрес помешанных приверженцев воли ИмператораИменно такими методами славился олимпиец. Не из-за их убеждений, а потому что позволил им нанести серьезный урон своему флотуВ них заключалась его отличительная черта. Он продумал множество боевых стратегий и воплотил те, которые, по его мнению, обеспечат беспощадную победуЕго наследие. Его гордость.
Именно этим он славилсяПовелитель Железа также выделялся неопровержимостью своей логики. Это была Не той, которую излагали в учебниках, а его отличительная черта''личной'': применением жестокости, почти целиком основанным на математических расчётах, в сочетании с кровопролитием и резнёй, подкреплёнными отсутствием страха перед последствиями. Его наследиеПертурабо не страдал беспечностью, он просто верил в победы любой ценой. Его гордостьКто-то окрестил эту догму «Искусством осады».
Пертурабо также был известен своей неопровержимой логикой. Не определением логики из учебника, но ''логикой Пертурабо'': почти математическим применением жестокостиОлимпиец проповедовал доктрину пуль и брони, кровопролития тотального истребления врага и резниунижения легионов Императора, подкрепленным отсутствием страха перед последствиямикоторая выльется в неподдельное упоение маршем по залитым кровью улицам Терры. А на орбите над ними будет парить флагман Пертурабо не был безответственным, он просто верил передающий Хорусу вести о его триумфе. Теперь, учитывая в победу любой ценойсвоих планах это проблематичное поражение от Имперских Кулаков, примарх рассчитал, что вероятность потери доверия к нему среди легионеров низка. Кто-то окрестил это «Искусством осады»Однако же исход Фоллской битвы обернулся серьёзной вмятиной на фасаде его неуязвимости.
Повелитель Железа проповедовал доктрину пуль и брони; тотального истребления врага; унижения легионов Императора и неподдельного упоения маршем по залитым кровью улицам Терры и «Железной кровью» на орбите, сообщающей об их победе Гору. Принимая во внимание это проблематичное поражение от Имперских Кулаков, Пертурабо рассчиталСтатистически маловероятно, что шансы на потерю доверия своих легионеров низки. Тем не менеекакое-либо существо будет полностью непогрешимым, Фоллская битва закончилась серьезной брешью в его образе неуязвимостино репутация имеет большое значение.
Быть по-настоящему непогрешимым Образ полезен для любого существа статистически маловероятно, но репутация имела большое значениепропаганды.
Репутация в качестве пропаганды. ''«Тактика такая столь же стараядревняя, как и конфликты между людьми»'', – — подумал Пертурабо, представиввообразив, как неандертальцы кроманьонцы рисуют на стенах пещер неприглядные , предвзятые изображения кроманьонцевнеандертальцев, прежде чем взяться за после чего истребляют их уничтожение.
– — Теперь все всё это не имеет значения, – — прошептал себе Пертурабоолимпиец, глядянаблюдая, как списки потерь Железных Воинов быстро разрастаются удлиняются до неприемлемых чиселпоказателей.
В этот момент взгляд капитана Ворта переместился на примархаперевёл взгляд капитан Ворт. Так как кибернетическое тело Ворта было флотоводца по большей частью встроено части встроили в навигационную командную станцию корабля''«Железной крови»'', движения его головы были ограничены угловым шарниромограничивались поворотами углового шарнира. Чтобы Тот, кто хотел узнать, что у Ворта в головео чём думает Ворт, достаточно было мог просто посмотреть ему в глаза: они были пресловутым , как в том присловье, служили зеркалом его его… эмоционального состояния.
Сейчас они демонстрировали смесь шока выражали нечто среднее между потрясением и тревогитревогой.
– — Тебе есть, что доложить? – — спросил Пертурабо.
Ворт кивнул, направив взгляд на тактический экран перед собой.
– — Повелитель, три вражеских крейсера типа «Лунный» не сбежали с большей частью выжившихосновной группой уцелевших. Это ''«Пилад»'', ''«Рамзес» '' и ''«Опустошение»''.
Бровь примарха поднялась при упоминании Услышав название последнего кораблязвездолёта, примарх вскинул бровь.
– — Состояние? – — спросил он.
– — Все три корабля сильно серьёзно повреждены, их навигационные возможности ограничены. Близость к варп-шторму дает им временную невидимость временно сделала их невидимыми для наших сенсоров.
– В своем рвении — Рьяно стараясь сбежать, они невольно ступили на путь погибели, – — сухо фыркнул Пертурабо. – — ''«Железная кровь» готова к погоне'' способна вести погоню?
– — Да, милорд… – мой господин… — ответил Ворт, как будто неуверенный словно сомневаясь в своих следующих словахтом, что говорить дальше.
– — Куда они направлялись?
– — В планетарную звёздную систему под названием Тарковский -Эпсилон. Включает свободные планетоиды Она состоит из «бродячих» планетоидов и мертвые луныбезжизненных лун, вращающиеся которые обращаются вокруг газового гиганта Тарковский II-Два.
Лицо Пертурабо просветлело от зловещего осветила искорка недоброго предвкушения.
– — Время для до перехвата?
Глаза У Ворта забегалиглаза, а лоб прорезала глубокая морщина беспокойства, когда примарх . Примарх нетерпеливо посмотрел смотрел на него.
– — Мне нужен ответ, капитан, – напомнил — произнёс Пертурабо.
– — На максимальной скорости не больше часа. Однако… у нас есть приказы от… – начал Ворт, пока по мостику не разнесся непреклонный голос Пертурабо с ноткой категоричности.
– Кто командует Железными Воинами?Ворт не договорил, так как по мостику разнёсся решительный голос Пертурабо с ноткой категоричности.
На мостике воцарилась тишина. Единственными звуками были повсеместный скрип металла и далекий стон двигателей.— Кто командует Железными Воинами?
Ворт наклонился вперед, насколько позволял кибернетический модульНа мостике воцарилась тишина. Нарушали её только вездесущий скрип металла и далёкий стон двигателей.
– ПовелительВорт наклонился вперёд, наши двигатели действуют на девяносто четыре процента, а все оружейные системы полностью заряжены. Согласно вашим приказам, – сказал он обнадеживающим тембромнасколько позволял кибернетический модуль.
– Проложить курс. Отставших атакует только «Железная кровь». Остальной флот перегруппируется в этих координатах. Эта глупость стоит нам времени и ресурсов— Повелитель, наши двигатели действуют на девяноста четырёх процентах от нормы, а мы должны провести оценку нашей текущей огневой мощивсе оружейные системы полностью заряжены и запитаны. До этого соблюдайте радиотишину. Это понятно? – спросил примархСогласно вашим приказам, — проговорил он успокаивающим тембром.
– Да, повелитель, – ответил Ворт— Проложить курс. Отставших атакует только ''«Железная кровь»''. Остальному флоту перегруппироваться в заданных координатах. Из-за этой нелепости мы потеряли время и ресурсы, расслабившись в обычную неподвижную позутак что нужно провести оценку нашей текущей огневой мощи. До тех пор на связь никому не выходить. Это понятно? — спросил примарх.
Пертурабо ухмыльнулся— Да, ощутив почти незаметное смещение массы «Железной крови»повелитель, когда линкор вышел из защитного построения флота— ответил Ворт. К сожалениюРасслабившись, сегодня он не получил удовлетворения, ломая челюсть Дорну своим сапогом или вырывая все еще бьющееся сердце капитана Полукса, но Повелитель Железа нашел утешение в том факте, что большое число имперских слуг умрут, крича от ужаса, а в их затухающем сознании отпечатается его лицопринял обычную неподвижную позу.
Подобные чувства пробудили скрытую на задворках разума Пертурабо ностальгиюухмыльнулся, ощутив почти незаметное смещение громады ''«Железной крови»'' — флагман вышел из защитного построения флота. Воспоминания о местахК сожалению, которые он сегодняшний день не посещал очень давно. Примарх подумал о кузнедоставил примарху такого удовольствия, которую он соорудил на нижних палубах «Железной крови»как возможность раздробить Дорну челюсть своим сабатоном или вырвать ещё бьющееся сердце капитана Полукса, почти точной копии личной кузни на родном мире Олимпии – одном из немногих мест но Повелитель Железа нашёл утешение в известной вселеннойтом факте, что множество слуг Империума умрут, которое дарило ему ощущение равновесия и ясностивопя от ужаса, а в их затухающем сознании отпечатается его лицо.
Он закрыл глазаПодобные чувства пробудили ностальгию, вспоминая прошедшую эпохузалегающую где-то на задворках разума Пертурабо. Воспоминания о местах, которые он не посещал очень давно. Примарх подумал о кузне, когда барьеры между порядкомкоторую он соорудил на нижних палубах ''«Железной крови»'', хаосомпочти точной копии его личной мастерской на родной планете Олимпии, праведностью — одном из немногих уголков в известной Вселенной, который дарил ему ощущение ясности и раскаянием были более четко определеныгармонии. Когда порочные и невежественные знали свое место в общественном строе Галактики…
Пока Пертурабо командовал IV легиономОн закрыл глаза, сражаясь с вторжением коварных ксеносов-хрудоввспоминая ушедшую эпоху, правящие элиты Олимпии ослабли. После серии смертейкогда барьеры между порядком, хаосом, убийств праведностью и отказа молодежи восстановить расколотую политическую структуру общественный порядок быстро рухнулраскаянием были определены более чётко. Без номинального правителя Олимпия погрузилась во всеобщую гражданскую войну, в которой не было объединяющего принципа Когда порочные и видимого конца. Все подобие цивилизации рухнуло невежественные знали своё место в массовую панику и анархию. общественном строе Галактики…
После возвращения Пертурабо и IV легион очистили один за другим города Олимпии от мятежников и бунтарей, принеся быстрое правосудие в форме тотального истребления всех, кто считался преступниками по своей сути и поведению. Только после методичной зачистки городов и обращения немногих выживших в самую жестокую форму рабства, какую можно представить, Пертурабо уделил время, чтобы осмотреть бойню, которую устроил народу, некогда считавшего его героем.
Повелитель Железа не был сторонником самобичевания или излишней моралистической критики прошлых действий Пока Пертурабо командовал IV легионом, отражая коварное вторжение ксеносов-хрудов, правящие элиты Олимпии ослабли. Социальная система мира быстро рухнула после череды смертей и подходов. Он пришел к выводуубийств, так как численность молодёжи уменьшилась настолько, что ненужная переоценка своих злодеяний и имперская клевета не обратят время вспятьвосстановить расколотую политическую структуру оказалось некому. Без номинального правителя Олимпия погрузилась во всеобщую гражданскую войну, в которой не вернут мертвых было объединяющего принципа и не искоренят бездонную слепую глупость среднестатистического гражданина Империумавидимого конца. Он размышлял над своими действиями подобно коронеру после неудачного вскрытия. Его беспокоило не препарированиеЗдание цивилизации развалилось, а отсутствие результата. В данном случае желанный результат ускользнул от него. Он хотел сковать Галактику оковами порядка любые её признаки смели массовая паника и несокрушимой логики. Далее требовалась верность и приведение к согласию железной рукой, чтобы построить империю, которая соответствовала его видению справедливостианархия.
Его восприятиюВернувшись туда, Пертурабо и IV легион искоренили мятежников и недовольных в одном городе Олимпии за другим, принеся быстрое правосудие в виде тотального истребления всех, кого сочли преступниками по самой их природе и поведению. Его воле. Его интеллектуЛишь после того, как примарх методично зачистил полисы и обратил горстку выживших в рабство самого жестокого типа, какой только можно представить, он уделил время тому, чтобы окинуть взором бойню, которую устроил народу, некогда считавшему его героем.
Это всеПовелитель Железа не увлекался самобичеванием и не прибегал к излишне моралистической критике своих прежних действий и подходов. Он рассудил, что имело бы значение во владениях дисциплиныненужная переоценка собственных бесчинств и терранские поношения не обратят время вспять, не оживят мёртвых и не избавят среднестатистических граждан Империума от безбрежной глупости, застилающей им глаза. Пертурабо размышлял над своими деяниями, будто судебный медик после неудачного вскрытия. Его беспокоило не само препарирование, а отсутствие результата. В данном случае желаемый исход ускользнул от него. Олимпиец хотел заковать Галактику в кандалы порядка и несокрушимой логики . Потом, управляя твёрдой рукой, он требовал бы хранить верность и технологии Пертурабособлюдать Согласие, чтобы построить империю, которая соответствовала бы его видению справедливости.
Совесть примарха, который прекрасно понимал, что Император никогда не простит его за геноцид и обращение в рабство, успокоил самый маловероятный из сценариев: вручение Гором громового молота, ранее принадлежавшего ФулгримуЕго образу. Символизируя вечный союз между Пертурабо и Гором, оружие стало подлинным продолжением идей Пертурабо о войне, фундаментальной природе человечества и абсолютной необходимости в верности самому железуЕго воле. Его интеллекту.
После отбытия Гора прошли недели, но Сокрушитель Наковален Больше ничего не принес утешения и успокоения имело бы значения во владениях Пертурабо. Оружие дало противоположный эффект. Молот соответствовал всем стандартам имперского военного идеала. Когда примарх взял его, то почувствовал поле кинетической энергии, наполнявшее металл, словно свернувшийся электрический змей, готовый выпустить ядовитую молнию. Будучи одним из самых мощных образцов оружия, Сокрушитель Наковален мог разбить доспех Астартес, словно тот был сделан из крыльев мотылькаопирающихся на дисциплину, логику и оставить дымящуюся дыру в любой бронемашине. Молот в руках примарха давал смертному возможность непосредственно на себе испытать гнев богатехнологии.
В нем было всеСовесть примарха, который прекрасно понимал, что настоящий воин мог хотеть от оружия. Тем Император никогда не менеепростит его за геноцид и порабощение жителей, Пертурабо не считалуспокоилась после самого маловероятного развития событий: Хорус вручил ему громовой молот, что молот готов к войне. Еще нетранее принадлежавший Фулгриму. Оружие солдата часто становилось решающим фактором не просто символизировало вечный союз между жизнью Пертурабо и Луперкалем. Оно стало подлинным воплощением идей олимпийца о войне, низменной натуре человечества и смертьюбезраздельной необходимости в преданности самому железу.
Пертурабо хотел улучшить молот с помощью изощренного процесса повторного крепления и перековки. После завершения отбытия Хоруса прошли недели, но Сокрушитель Наковален станет предвестником ярости не принес Пертурабони утешения, вселяя страх и ужас в миг появления на поле битвыни успокоения. Совсем наоборот. Молот во всём соответствовал имперскому военному идеалу. С этим намерением Когда примарх отправился взял его, то почувствовал, что металл пронизывает поле кинетической энергии, подобное свернувшемуся электрическому змею, который готов выпустить в кажущиеся бездонными глубины «Железной крови»момент удара пагубную молнию. Будучи одним из самых мощных образцов оружия, Сокрушитель Наковален мог пробить доспех астартес так, словно тот склеили из крыльев мотылька, где находилась его кузняи проделать дымящуюся дыру в любой бронемашине. В руках примарха молот давал смертным возможность испытать на себе что-то весьма близкое к гневу божества.
Пертурабо осторожно опустил громовой молот на огромную черную наковальнюСокрушитель Наковален обладал всем, обгоревшую за века использованиячего настоящий воин желает от оружия. Он смотрелОднако же Пертурабо считал, как расплавленное железо медленно выливается что молот не готов к применению в горн, окрашивая все вокруг в резкий красный оттенокбою — пока что. Среди дыма и расплавленного металла человек мог ошибочно решить, что прошел через врата древних мифологических картин подземного мираВедь оружие любого солдата часто становилось решающим фактором, который большинство терран описывали как «ад». Пертурабо направил поток жидкого металла к задней части бойка. Примарх медленно «вылепил» тупую форму комбинацией лент и сварочных лазеровопределял, одновременно усиливая края специальным сочетанием сплавоввыживет он или погибнет.
Пертурабо поднял огромный кузнечный Олимпиец хотел улучшить молот над головой в ходе изощрённого процесса перековки и с силой тысячи людей ударил им по Сокрушителю повторного скрепления. Когда работа завершится, Сокрушитель Наковален. По комплексу разнесся могучий звонстанет предвестником ярости Пертурабо, который услышали вселяющим страх и ужас в километрах от негомиг своего появления на поле битвы.
В воздухе носились тлеющие уголькиС такими мыслями примарх углубился в кажущиеся бездонными недра ''«Железной крови»'', подобно миллиону раскаленных светлячков, ищущих собратьев. Пылающие частички оседали на кожу Пертурабо. Если они и обжигали где находилась его, он ничем не выдавал недовольство. Примарх прищурился, словно хищный ястреб, глядя на перекованный с незначительным скосом тыльный боек Сокрушителя Наковален, что перенесло вес на фронтальную часть молота. Пертурабо показал сжатые сильнее тисков и покрытые слоем металлической сажи зубыкузня.
– Ваша доработка усилит боевую эффективность громового молотаСейчас Пертурабо осторожно опустил громовой молот на огромную чёрную наковальню, – раздался голос из задымленных теней помещенияпокрывшуюся окалиной за века использования. Пертурабо не повернулсяОн смотрел, так как уже узнал голос одного из юных сынов – Архалинарасплавленное железо медленно выливается в горн, окрашивая всё вокруг в резкий оттенок красного. Здесь, посреди дыма и текучего металла, человек мог ошибочно решить, что прошёл через врата подземного мира, обрисованного в древних мифологиях, который большинство терран называли «ад».
– Такой была цельПримарх направил поток жидкого железа к задней части бойка. Он медленно придал тупому объекту нужную форму, – ответил примарх сухим тономприменяя как кузнечные щипцы, так и сварочные лазеры. Одновременно он усиливал края специальной комбинацией сплавов.
Архалин носил стандартную версию терминаторского доспехаОлимпиец поднял над головой громадный кузнечный молот и с силой тысячи людей ударил им по Сокрушителю Наковален. Пертурабо отметил, что боевая броня сына не модифицирована, ярко контрастируя с его собственным доспехомРазнёсся могучий звон, который принадлежал модели «Катафракт»услышали в километрах от комплекса.
Архалин шагнул в красно-оранжевое заревоПо воздуху поплыли тлеющие угольки, исходящее от плавильных печейкак будто миллион раскалённых докрасна светлячков завёл брачные игры. Воин явно был одним из самых бледных легионеров Пылающие частички оседали на кожу Пертурабо. Кожа отражала тусклый светЕсли они и обжигали примарха, он ничем не выдавал недовольство. Хищно прищурившись, словно маленькая лунаястреб, делящаяся сиянием далекой материнской звездыолимпиец оглядел тыльный боёк Сокрушителя Наковален, переделанный с незначительным скосом. Череп и подбородок Архалина усеивали клочки чернильно-черных волосТеперь основная масса молота приходилась на фронтальную часть. Сжав челюсти крепче тисков, Пертурабо оскалил зубы, покрытые слоем металлической сажи.
– Я знаю— Ваша доработка увеличит боевую эффективность громового молота, вы не хотите, чтобы вас беспокоили, – хрипло — сказал Архалин с намеком на извинениекто-то, спрятанное за словамистоящий в задымлённых тенях отсека.
– Тогда зачем пришел? – резко спросил Пертурабо. – Вопреки приказу Примарх не мешать мнеповернулся, ты демонстративно нарушаешь еготак как уже узнал голос одного из своих сравнительно юных сынов — Архалина.
– Мы получили приказ от Гора, касающийся передвижения сил Дорна. Система связи на этом уровне корабля отключена, но мы предположили, что вы сразу же захотите получить эти тактические данные. — В моем решении прервать вашу работу не было злого умысла, как и мотива. Хотя должен признать, милорд, мне захотелось своими глазами увидеть вашу невероятную работу, – сказал Архалин, отступивтом состояла моя цель, словно ожидая ярости отца— сухо ответил олимпиец.
Архалин носил терминаторский доспех стандартной модели. Пертурабо был уверенотметил, что слова воина были искреннимибоевая броня сына не модифицирована — это бросалось в глаза при сравнении с латами самого примарха, а не попыткой польстить емуизготовленными по образцу типа «Катафрактарий».
– Говори начистотуТерминатор шагнул в красно-оранжевое зарево, – приказал примархисходящее от плавильных печей. Среди всех легионеров Четвёртого никто даже отдалённо не выглядел таким бледным, как Архалин. Его кожа отражала тусклый свет, словно маленькая луна, делящаяся сиянием далёкой материнской звезды. Верхнюю часть головы и подбородок воина усеивали клочки чёрных как смоль волос.
– Ваша модификация громового молота повышает разрушительный эффект— Я знаю, усиливая ваше тактическое преимуществовы не хотели, – сказал Архалинчтобы вас беспокоили, — хрипло произнёс он, пряча за словами намёк на извинение.
– Все, что я делаю, дает тактическое преимущество, – ответил — Тогда зачем ты пришёл? — резко спросил Пертурабо. — Действуя вопреки приказу не мешать мне, и его угрюмое выражение исказилось в хмурый прищурты выказываешь прямое неповиновение.
Примарх крутанул Сокрушителя Наковален— Мы получили сообщения от Хоруса, и каскад угольков размером с комара закружился по наковальнекасающиеся передвижения сил Дорна. Система связи на этом уровне корабля отключена, но мы предположили, что вы хотели бы получить уточнённые тактические данные без задержек. Решив прервать вашу работу, словно лавовая воронкая не имел никакого злого умысла или мотива. Пертурабо поднял оружие к грудиХотя должен признать, расплавленный металл пульсировалмой господин, как поверхность звездымне хотелось своими глазами увидеть вашу невероятную работу.
– Молот уже идеально сбалансирован. Я предпочитаю не использовать слово «идеально»Архалин отступил, так как представление о совершенстве одного человека может стать источником разрушения для другогословно ожидая, – сказал Пертурабо, не отрывая глаз от заново отлитого края бойка. – Мои стремления выше. Поэтому я должен придать этому оружию форму для максимального воплощения своей воличто отец разгневается на него.
– Не оставляя нерассчитанных переменныхПримарх не сомневался, – добавил Архалинчто воин говорил искренне, глядя с повышенным интересом, как примарх опускает молот на наковальнюа не пытался польстить ему.
– Если враги попытаются использовать Сокрушителя Наковален против меня— Скажи, первые мгновения этой схватки станут последними для нихчто думаешь, — повелел Пертурабо.
– Они потратят драгоценные секунды— Ваша модификация громового молота повышает разрушительный эффект при ударе, борясь с незнакомым весом и балансом, предоставив нам еще одну возможность для удара, – сказал Архалинусиливая ваше тактическое преимущество.
Пертурабо вернулся к работе. Процесс перековки только начался. Понадобятся бесчисленные изменения и переоснащения до последнего миллиметра— Всё, прежде чем примарх будет удовлетворен. Минуты превратились в часы. Часы растянулись в дни. Архалин оставался подле отцачто я делаю, изучая действия примархадаёт тактическое преимущество, манеру удара молотом— ответил олимпиец. Он сдвинул брови так, продолжительность заливки жидкого металлачто его лицо, времяи без того угрюмое, потраченное на отливку хитроумных узоров на рукоятиисказилось и помрачнело.
На пятый день своего бдения Архалин нарушил созерцательную тишину вопросомВзявшись за рукоять молота, примарх крутнул им, и шквал угольков размером с мошку завертелся по наковальне, будто лавовая воронка. Пертурабо поднял оружие к груди. Расплавленный металл пульсировал, как поверхность звезды.
– Почему железо?— Молот уже был идеально сбалансирован. Я решил избавиться от такого «идеала», поскольку то, в чём один человек видит совершенство, может посеять семена разрушения в другом, — сказал примарх, не сводя глаз с заново отлитого края бойка. — Мои стремления выше. Поэтому я должен придать этому оружию такую форму, чтобы в нём исчерпывающе воплощалась моя воля.
Как будто по команде после последнего удара Пертурабо наковальня взорвалась каскадом искр и угольков. Обжигающие частицы окружили его торс словно скопление крошечных астероидов. Пертурабо несколько минут восхищался своей работой— Не оставив неучтённых переменных, после чего осторожно поместил Сокрушителя Наковален — добавил Архалин с возросшим интересом, глядя, как примарх опускает молот на охлаждающую стойкунаковальню.
– Есть бесчисленное множество ответов на твой вопрос— Если какой-нибудь враг попытается применить Сокрушитель Наковален против меня, – сказал Пертурабо, его истончившееся терпение грозило вот-вот смениться явным раздражениемпервые мгновения схватки станут для него последними.
Архалин замер. Пертурабо знал— Он потратит драгоценные секунды, что все его сыновья обладали одинаковой чертой – пытливостью ума в сочетании борясь с нетерпением. Комбинация этих качеств приводила к уровню неповиновения, который требовал немедленного противодействия. Как только семя высокомерия принималось, определенные межличностные границы стирались, ведя к скользкому пути провокации, открытой враждебности непривычным весом ибалансировкой, в конце концовчто предоставит нам ещё одну возможность для удара, к чьей-то смерти— подытожил терминатор.
Пертурабо предпочитал не убивать своих солдатвернулся к работе. Это была бесполезная трата ресурсовПроцесс перековки только начался: понадобятся бесчисленные изменения и переделки на каждом миллиметре молота, но он потратил несколько миллисекунд, оценивая долгосрочные последствия смерти Архалинапрежде чем примарх будет удовлетворён.
– Мне не совсем понятен смысл ваших словМинуты сложились в часы. Часы растянулись в дни. Архалин оставался подле отца, изучая действия олимпийца, манеру его ударов по молоту, продолжительность заливки жидкого металла, – сказал Архалин без намека то, сколько времени заняло нанесение хитроумных узоров на высокомериерукоять.
– Есть много способов ответить на твой вопросНа пятые сутки своего бдения Железный Воин нарушил созерцательную тишину, – продолжил Пертурабо. – Работа с железом была системным элементом человеческого развития, возникнув довольно скоро после расцвета жизни на Терре. Можно сказать, я отдаю дань нашим древнейшим предкам, чествуя их эволюционный импульс.спросив:
– Но это было бы неправдой. — Почему железо?
– Верно. ИлиБудто сговорившись с ним, я бы сказалПертурабо тут же нанёс последний удар, что приверженность железу – это приверженность самой вселеннойи над наковальней взметнулся фонтан искр и угольков. Так как железо – один из самых распространенных элементов в ГалактикеОбжигающие частицы окружили его торс, рожденный из сердцебиения звезд, – сказал Пертурабо, его тон повысился из-за возбуждениябудто скопление крошечных астероидов. Олимпиец несколько минут любовался своей работой, вызванного предметом разговорапосле чего осторожно поместил Сокрушитель Наковален на охлаждающую стойку.
– Поэтично— Тебе можно ответить несметным множеством способов, — сказал Пертурабо. Но тоже ложноЧаша его терпения почти переполнилась, – не отступал Архалини наружу грозило хлынуть явное раздражение.
Архалин замер. Примарх провел пальцами по рукояти молотазнал, что все его глаза признательно сузилисьсыновья наделены общей чертой характера — пытливостью ума в сочетании с нехваткой выдержки. Сочетание этих качеств приводило к непокорности такого уровня, что её требовалось немедленно пресекать. Как только принималось семя высокомерия, определённые межличностные границы стирались, и кто-то из легионеров вступал на скользкую дорожку вызывающего поведения и открытой враждебности, в конце которой поджидала смерть.
– Железо – суть нашего существования. Мы всего лишь солдаты в великой игре территориальной экспансии и завоевания. Мы сталкиваемся с угрозами, которые человечество прежде никогда Пертурабо предпочитал не видело и не представляло. Мы можем нанести ужасный урон друг другу без единого крика о пощаде. Галактика умеет приспосабливатьсяубивать своих солдат, в ней имеются неописуемые и неприрученные силы, и если мы рассчитываем укротить считая это непредсказуемое пространство, то должно в равной степени уметь приспосабливатьсябесполезной тратой ресурсов. Всегда быть готовыми менять и перестраивать свои стратегииВпрочем, чтобы противостоять он уделил несколько миллисекунд тому, что попадается нам на путичтобы оценить долгосрочные последствия смерти Архалина.
– Не теряя свою врожденную силу— Мне не совсем понятен смысл ваших слов, – — сказал Архалин, кивнуввоин без намёка на гордыню.
– Вот ты и получил ответ на свой — На твой вопросможно дать множество ответов, — продолжил Пертурабо. Грозящие нам опасности включают весь спектр от человеческой жадности к жестоким злодеяниям нападающих ксеносов, и до разочаровавшихся легионеров— Обработка железа — системный элемент человеческого развития, неспособных возникший довольно скоро после появления разумной жизни на независимое мышлениеТерре. Что приводит к Кто-то мог бы сказать, что я отдаю дань уважения нашим древнейшим предкам, чествуя их безграничной верности Императору, – усмехнулся Пертурабоэволюционный импульс.
Он потянулся к длинному мечу, висящему на стене в пыльных ножнах. Вытянув грубый на вид клинок, он сделал несколько взмахов по узкой дуге над наковальней. Затем бросил меч Архалину, который повторил отцовские движения— Но это стало бы неправдой.
– Что можешь сказать об этом клинке? – спросил Пертурабо— Верно.Или же, как сказал бы я, приверженность железу есть приверженность само́й Вселенной. Ведь оно — один из наиболее распространённых элементов в Галактике, оно рождено из сердцебиения звёзд!
Архалин покрутил длинный меч вокруг тела широкой восьмеркой с безупречной скоростью и проворствомПредмет разговора так взволновал примарха, что он, воодушевившись, повысил голос.
– Отлично сделан— Поэтично. Но лезвие и острие затуплены. Вполне способен нанести урон целитоже ложно, – сказал — не отступал Архалин. Удовлетворенный своей демонстрацией владения мечом, он протянул его примарху, но тот поднял ладонь.
– А теперь ударь мой молот со всей силыОлимпиец провёл пальцами по рукояти молота, – приказал Пертурабоодобрительно сузив глаза.
Архалин неохотно сделал шаг вперед— Железо — суть нашего существования. Он вопросительно посмотрел на отцаМы всего лишь солдаты в великой игре территориальной экспансии и завоевания. Мы противостоим таким угрозам, какие человечество никогда прежде не видело и не представляло. Мы способны нанести друг другу ужасный урон, не издав ни единого крика о пощаде. Галактика пластична, в ней имеются неописуемые и неприручённые силы, и если мы рассчитываем укротить её непредсказуемые просторы, то должны стать пластичными в той же мере. Всегда быть готовыми менять и перестраивать свои стратегии, но Пертурабо подбодрил его кивком головычтобы давать отпор любому встреченному противнику.
– Я не хочу повредить Сокрушителя Наковален— Не теряя присущую нам внутреннюю крепость, – — сказал Архалин, кивая.
– Ударь его! Живо!— Вот ты и получил ответ на свой вопрос. Нам грозит целый спектр опасностей — от катастрофической жадности людей и жестоких злодеяний захватнических ксеносов до недоверчивых легионеров, неспособных мыслить самостоятельно. Что приводит их к безграничной верности Императору, — усмехнулся Пертурабо.
Архалин сделал вдох, изменил положение ног и тела для широкого размаха мечом над головой. Он бросился потянулся к наковальне с небывалой скоростью. Тело размылось длинному мечу в похожее пыльных ножнах, висящему на призрака смертоносное пятностене. Когда Вытянув непритязательный с виду клинок ударил , примарх несколько раз взмахнул им по молоту, то выбросил слабую вспышку искр, сопровождаемую коротким воем разрываемого металлаузкой дуге над наковальней. Меч раскололся на множество зазубренных осколковЗатем бросил меч Архалину, которые безвредно посыпались на толстый слой металлической сажи у основания наковальнии тот повторил движения отца.
— Что можешь сказать об этом клинке? — спросил Пертурабо наклонился и подобрал один из осколков. Он внимательно изучил его, затем положил на край наковальни.
– Меч был декоративнымВоин покрутил длинным мечом вокруг своего тела, пока находился в ножнах. Считался рабочим до испытания. Это с безупречным проворством и есть природа людей в Империуме. Мы украшаем себя нарядами выдающихся достижений только, чтобы растрачивать нашу коллективную проницательность на поклонение человеку – аристократу-отшельнику, которого совершенно не волнует экспансия нашего технологического превосходства, – сказал Пертурабо, сжав огромную руку. Из-за едва сдерживаемой ярости губа дрожалаловкостью начертив остриём широкую восьмёрку.
– Вы говорите о приспосабливаемости— Отлично сделан. Но лезвие и остриё затуплены. Вполне способен нанести урон цели, – сказал — сообщил Архалин.
– ЧеловечествоУдовлетворённый тем, – продолжил Пертурабокак он показал своё умение обращаться с мечом, проигнорировав замечание сынавоин протянул оружие примарху, – Империум, все, что мы завоевали, каждое мерзкое существо или мятежник, которых усмирили… это должно было открыть покров творения под нашими ногами. Но все пошло прахом, когда человечество принялось плясать под ширмой идолопоклонстваоднако тот поднял ладонь.
Пертурабо вылил расплавленное железо на осколок, который сжался и иссох, словно сухой лист— А теперь ударь по моему молоту что есть силы, опущенный в пламя. — приказал Пертурабо скрутил раскаленный сплав тяжелыми лентами, нанося удары по нему большим молотом.
– ИмпериумАрхалин неохотно шагнул вперёд. Декоративный. Едва функционирующий. Пока ему не выпадут испытания. Перекуют. Доведут до присущих пределовОн вопросительно посмотрел на отца, – сказал Пертурабоно олимпиец подбодрил его кивком головы.
Когда металлический осколок полностью прокалился, Пертурабо мастерски вырезал канавки на его боку. В этом состоянии он напоминал скорее вязкий пластек, чем кусок разбитого меча. Затем примарх обратил свое внимание на основание рукояти Сокрушителя — Я не хочу повредить Сокрушитель Наковален, прочертив такой же набор концентрических канавок в сердечнике нижней части— произнёс легионер.
Следующие несколько часов Пертурабо заливал осколок расплавленным железом, отбивая его в форму цилиндрического кинжала, похожего на клык карнодона. Примарх погрузил металлический шип в небольшой резервуар. Волна пара и кипящей воды омывала его лицо, но он снова не показывал признаков недовольства.— Ударь по нему! Живо!
Пертурабо высоко поднял Сокрушителя НаковаленСделав вдох, вращая оружиеАрхалин изменил положение ног и тела так, пока нижняя чтобы широко размахнуться длинным мечом над головой. Он опустил клинок на наковальню с невиданной скоростью. Верхняя часть рукояти не оказалась его тела размылась, словно превратившись в считанных сантиметрах от лица Архалинакакого-то смертоносного фантома. Коснувшись молота, лезвие выбило маленький пучок тусклых искр. Вспышку сопровождал краткий вой раздираемого металла: меч разлетелся на множество зазубренных осколков, которые безвредно осы́пались на толстый слой металлической сажи у основания наковальни.
– С терпением, мастерством, продуманным планом Примарх наклонился и стойкостью даже самые слабые элементы можно переделать в нечто полезноеподобрал один из них. Внимательно изучив осколок, – сказал Пертурабопримарх положил его на край наковальни.
– Приспосабливающееся— Меч был декоративным, – ответил Архалинкогда находился в ножнах. Волна понимания омыла Считался пригодным к делу, пока его лицоне испытали. – Вы считаете свою веру вознагражденнойТакова и природа людей в Империуме. Мы облачаемся в мантии выдающихся достижений лишь для того, отец?чтобы растрачивать нашу коллективную проницательность на поклонение обычному человеку — аристократу-отшельнику, которого нисколько не интересует нарастание нашего технологического превосходства, — произнёс Пертурабо, сжимая огромный кулак. Судя по тому, как у него дрожала губа, он едва сдерживал ярость.
– Веру?— Вы говорите о пластичности, — заметил Архалин.
– Да— Человечество, — продолжил Пертурабо, не обращая внимания на слова сына, — Империум, всё, что мы завоевали, каждое гнусное существо или мятежник, усмирённые нами… Предполагалось, что мы раскатываем перед собой ковровую дорожку созидания. В этом случае можно утверждатьНо всё пошло прахом, что ваша вера в железо схожа с беззаветной верой в праведность Императоракогда раса людей принялась плясать под одним зонтом идолопоклонства.
Пертурабо рассмеялсяОлимпиец вылил на осколок расплавленное железо, но не из-за тогоотчего тот съёжился и иссох, что ему было веселобудто палый лист, опущенный в пламя. Это был смех палача – рокочущий дьявольский ревСкручивая раскалённый докрасна сплав массивными щипцами, исходящий из глубин снисходительной жалостипримарх периодически бил по нему большим молотом.
– Я придерживался неоспоримых законов пространства, времени и математики— Империум. Декоративный. Движущих энергий космосаЕдва пригодный к делу. Я не говорю того, что Пока его не могу доказатьподвергнут испытаниям. Империум переполнен прорицателями, мистиками и шарлатанами, полагающихся на почти бесконечное невежество человекаНе перекуют. Зачем отдавать свою жизнь Не доведут до заложенных в руки подобных придворных мошенниковнего пределов, когда точный выстрел может навсегда убрать проблему с твоего пути? – сказал примарх— говорил Пертурабо.
– А что на счет имеющих Когда металлический осколок полностью прокалился, олимпиец мастерски вырезал канавки в распоряжении Императора легионов? – спросил Архалинего боку. В таком состоянии он напоминал скорее вязкий пластек, чем фрагмент разбитого двуручного меча. Затем примарх перешёл к основанию рукояти Сокрушителя Наковален и прочертил такой же набор концентрических бороздок в сердечнике нижней части.
– Их смерть будет мучительнойСледующую пару часов Пертурабо заливал осколок текучим железом, – бросил Пертурабоотбивая его так, – потому что они доверились нарцистическому идолучтобы он принял форму цилиндрического кинжала, похожего на клык карнодона. Когда олимпиец погрузил металлический шип в то время как у нас есть железонебольшую ёмкость, его лицо окатило кипящей водой и струями пара. Примарх вновь не выказал никаких признаков того, что ему больно.
Пертурабо взмахнул Сокрушителем Высоко подняв Сокрушитель Наковален по широкой свирепой дуге, после чего положил его на охлаждающую стойкуон повернул оружие так, что нижняя часть рукояти оказалась в считаных сантиметрах от лица Архалина.
– Железо – вечно. В нем есть сила. И нет слабости плоти — Приложив терпение, мастерство, продуманный замысел и компромиссов искушения. Оно представляет холодную истину нашей вселеннойстойкость, даже самые слабые элементы можно переделать в нечто полезное, – произнес примарх— подытожил Пертурабо.
– И какова же она— Пластичность… — произнёс Архалин, и по вашему мнениюего лицу прокатилась волна понимания. — Вы считаете свою веру вознаграждённой, отец?
– Разрушение, – ответил Пертурабо. – Единственное непреодолимое правило вселенной заключается в том, что все должно быть уничтожено, чтобы уступить место более сильному поколению. Звезды становятся сверхновыми, стирая целые цивилизации в мгновение ока без малейшего намека на сострадание. Этот разрушительный взрыв, в конце концов, дает жизнь новым планетарным системам с изобилием жизненных форм, которые могут однажды взять власть над космосом. Железо – это ключ к завоеванию.— Веру?
Пертурабо сильно моргнул— Да. Ведь кое-кто мог бы утверждать, когда тревожная мысль осела что ваша уверенность в его разумежелезе схожа с беззаветной убеждённостью людей в праведности Императора.
– КтоПертурабо рассмеялся, но не из-то боится разрушения так жеза того, как и железачто развеселился или оживился. Самодовольные трусыОн захохотал, подобные Рогалу Дорну. Все они умрут в жалком невежествекак палач, потому что застыли в поклонении. Неспособные к развитию. Неспособные к пониманию, что мифы и легенды всего лишь никчемные наркотики— издал рокочущий дьявольский рёв из глубин, подавляющие свободную волюгде обитала снисходительная жалость.
– «Железная кровь» установит контакт с имперскими кораблями через несколько минут, сир, – доложил капитан Ворт— А как насчёт легионов под началом Императора? — спросил Архалин.
– Подготовить батареи обоих бортов. Нет необходимости тратить впустую эскадрильи «Грозовых ястребов»— Они погибнут в муках, – сказал — бросил Пертурабо, — потому что доверились самовлюблённому идолу. Его настроение улучшилось, как только они настигли «Рамзеса» и «Пилада»А у нас есть железо.
Два крейсера типа «Лунный» держали прямой курс Примарх свирепо взмахнул Сокрушителем Наковален по широкой дуге, после чего вернул молот на зону астероидов, состоящую из останков двух расколовших пополам мертвых лун, которые все еще вращались вокруг газового гиганта размером с Юпитер. Когда орбита лун нарушилась, огромные куски планетарной коры отделились, оставляя шлейф межзвездных «крошек» размером с крупные континенты. Пертурабо не сомневался, что командиры этих кораблей надеялись использовать близость к варп-шторму и огромные фрагменты космического мусора, чтобы обмануть его сенсоры. Он также догадался, что третий корабль – «Опустошение» – все еще здесь. Вероятно, его капитан рассчитывает использовать своих товарищей для отвлечения, чтобы заманить «Железную кровь» в западнюохлаждающую стойку.
Пертурабо рассчитал вероятность того, что его ведут в засаду, — Железо вечно. Оно сильно́. Лишено слабостей плоти и пришел к выводу, что шансы соблазнительного желания идти на планирование Имперскими Кулаками ловушки ниже тринадцати процентовуступки. Дальнейшие мысленные вычисления показали, что «Железная кровь» легко выдержит объединенную атаку трех крейсеровОно воплощает собой безучастную истину о нашей Вселенной, даже если они опустошат свои батареи в его корабль. Девяносто семь процентов на выживание в случае прямого столкновения— произнёс олимпиец.
Расчет. Логика. Бесстрашие. Вот формула победы.— И в чём же, по вашему разумению, она заключается, отец?
— В разрушении, — ответил Пертурабо изучил телеметрию звездной системы. Здесь присутствовало подвижное скопление обломков— Единственное незыблемое правило Вселенной состоит в том, что всё сущее надлежит разрушить, образующее дугу между двумя лунамидабы освободить место для более сильного поколения. Это был единственный прямой путь через системуКогда вспыхивают сверхновые, свободный от притяжения гравитационного поля гигантаони в мгновение ока сметают целые цивилизации, не марая себя ни пятнышком сострадания. Проход был узким: одновременно через него мог пройти только один крейсерНо в конечном счёте их разрушительные взрывы порождают новые планетарные системы с изобилием жизненных форм, которые однажды, возможно, подчинят себе космос. В этом заключалась их погибельЖелезо — это ключ к завоеванию.
– Зарядить все плазменные торпеды. «Железная кровь» разделит и накроет их Пертурабо резко моргнул, осознав, что в астероидной дуге, – сказал Пертурабоего разуме обустроилась некая тревожная мысль.
Как только «Железная кровь» нырнула — Некоторые боятся разрушения так же, как и железа. Все эти жеманные трусы, подобные Рогалу Дорну, умрут в короткую дугужалком невежестве, Пертурабо приказал выпустить широким веером плазменные торпеды из батарей левого бортапотому что пали ниц и застыли в поклонении. Огромный боевой корабль накрыл тысячи километров за несколько быстрых минутОни неспособны развиваться. Торпеды неслись в космосе с ошеломляющей скоростьюНеспособны понять, быстро догоняя «Пилада»что мифы и легенды всего лишь никчёмные пилюли для успокоения, который следовал за «Рамзесом».подавляющие свободу воли…
Первые торпеды пронзили «Пилада», как пули – незащищенный человеческий череп, врезавшись в корму и выпустив в космос драгоценную атмосферу в букете сверкающих шлейфов. — ''«Железная кровь» дала следующий торпедный залп. Он разорвал внутренности «Пилада»'' войдёт в соприкосновение с имперскими кораблями через несколько минут, сир, из корабля хлынули пылающие тела Имперских Кулаков вместе с жизненно важными для деятельности корабля компонентами— доложил капитан Ворт.
Комбинация из безжалостных торпедных залпов — Подготовить батареи левого и взрывной декомпрессии привела к взрыву корабля в плазменном вихре, разорвавшем металл и космические обломкиправого бортов. Куски плоти и раскаленного металла бесцельно дрейфовали в невесомой пустоте, словно крошечные уголькиНезачем тратить впустую эскадрильи «Грозовых ястребов», парящие над обсидиановой наковальней— сказал Пертурабо.
Пертурабо сжал кулакЕго настроение улучшалось по мере того, обдумывая, что сделать с «Рамзесом»как они надвигались на ''«Рамзес»'' и ''«Пилад»''.
– Минимальная безопасная дистанция для избежания гравитационного притяжения Тарковского II – пять тысяч километровДва крейсера типа «Лунный» держали прямой курс на астероидное поле, состоящее из обломков двух расколотых напополам мёртвых лун, – сказал примархкоторые всё ещё обращались вокруг газового гиганта размером с Юпитер. Высота их орбит уменьшалась, повернувшись и от них отслаивались гигантские куски планетарной коры, поэтому за спутниками тянулся шлейф межзвёздных «хлебных крошек» величиной с крупные континенты. Пертурабо не сомневался, что командиры этих кораблей надеялись обмануть сенсоры его флагмана, полагаясь на близость к капитану Ворту. – Нацелить маломощные мелтаварп-торпеды на двигательный отсек «Рамзеса». Уменьшить дистанцию между «Железной кровью» шторму и этим кораблем до трехсот километровколоссальные фрагменты космического мусора. Навести передние батареи под углом двести восемьдесят градусовОн также догадался, затем выпустить плазменные торпеды правого борта с детонацией вне целичто третий звездолёт — ''«Опустошение»'' — всё ещё где-то здесь. Нам не нужно Вероятно, капитан крейсера рассчитывает, что ''«Железная кровь»'' отвлечётся на его товарищей и попадёт в них попадать. Показападню.
Ворт ввел распоряжения ПертурабоПримарх рассчитал вероятность того, что его заманивают в засаду, и «Железная кровь» выпустила большой залп плазменных торпед широким тактическим веером. Боеголовки взорвались разомкнутым ореолом сразу за арками лунных обломковрезультат составил меньше тринадцати процентов. Как и ожидалосьПродолжая вычислять в уме, «Рамзес» скорректировал курсПертурабо пришёл к выводу, чтобы избежать кольца плазменных взрывовчто ''«Железная кровь»'' легко выдержит объединённую атаку трёх крейсеров, что еще больше отдалило даже если они опустошат батареи в его от вектора побега и приблизило к атмосфере Тарковского IIкорабль. Шанс уцелеть — девяносто семь процентов в случае прямого столкновения.
«Железная кровь» прорвалась через завесу обломков, куски дрейфующих космических фрагментов отскакивали от корпуса, словно градины от танкаИсчисление. Флагман Железных Воинов гнался за «Рамзесом», словно акула, преследующая истекающую кровью добычу, следуя широким зигзагом, немного изменяя траекторию, чтобы компенсировать усиливающееся притяжение газового гигантаЛогика. Бесстрашие. Вот формула победы.
– Когда они окажутся в пределах шести тысяч километров атмосферыПовелитель Железа изучил данные телеметрии по звёздной системе. Здесь присутствовало подвижное скопление обломков, выстрелить мелтыобразующее арку между двумя лунами. Оно указывало единственный прямой путь через систему, – сказал Пертурабо с холодным предвкушением свободный от воздействия гравитационного поля гиганта. Но в голосетакой узкий коридор не поместились бы одновременно даже два крейсера. Это их и погубит.
Как только — Зарядить все плазменные торпеды. ''«Железная кровь» загнала «Рамзеса» на указанную глубину гравитационного колодца, Ворт выпустил мелта-торпеду '' разделит и накроет цели в блок двигателей обреченного корабля. Согласно приказу примарха разрушительный потенциал боеголовки мелты уменьшилиастероидной арке, так что хотя удар и был серьезным, последовавший взрыв оставил большую часть корабля невредимой и работающей— сказал Пертурабо.
Из двигателей «Рамзеса» вырвались короткие столбы плазменного огня. Корабль начал крениться, разворачиваясь на семьдесят пять градусов от своей оси в постепенный дрейф в сторону Тарковского II. Пертурабо представил психическое состояние экипажа – всех АстартесКак только флагман нырнул по короткой дуге, рожденных и воспитанных сражаться до последнего вздоха. Всех полностью согласных умереть на службе ложному идолуолимпиец приказал выпустить плазменные торпеды из аппаратов левого борта широким веером. Всех жаждущих славной кончины в центре бури войны с возможностью посмотреть врагам в глазаИсполинский боевой корабль покрыл тысячи километров за пару быстро промелькнувших минут.
Пертурабо представилТорпеды мчались по космосу с ошеломительной скоростью, как умрут Имперские Кулаки, зная, что они уступят врагу не из плоти и крови, но сотканному из ткани самой вселенной. Ни один легионер не смог бы вырваться из силы гравитации с помощью выстреловстремительно догоняя ''«Пилад»'', уколов или ударовкоторый следовал за ''«Рамзесом»''.
Примарх мысленно представил себя на мостике «Рамзеса»Первые из них пробили замыкающий крейсер, словно пули — человеческий череп, не защищённый шлемом. Там, когда необоримый гравитационный колодец Тарковского потащил корабль где они врезались в газовую атмосферукорму, наружу хлынули сверкающие струи драгоценного воздуха. В начале Имперские Кулаки столкнутся с калейдоскопом ярких цветов синего и фиолетового диапазонов спектра''«Железная кровь»'' дала следующий торпедный залп. Тарковский II был сине-зеленым изумрудом из водорода, азотаРеактивные снаряды разорвали нутро ''«Пилада»'', метана и диоксида углерода. До того, как эти газы проникнут внутрь кораблякорабль изверг пылающие тела Имперских Кулаков вместе с компонентами, его окутает тонкая пелена водыбез которых звездолёт не мог функционировать.
Когда «Рамзес» опустится в следующий атмосферный слой, давление начнет сжимать корпус, словно гниющую крысу под бронированным сапогом. Один за другим любимцы Императора будут умирать неблагородной смертью от удушья, Сочетание безжалостных торпедных ударов и взрывной декомпрессии или выпадать в бурную атмосферу. Сочетание высокой температуры, сверхмощных шквалов и сильной гравитации приведет привело к тому, что одновременно кости будут превращаться крейсер схлопнулся в плазменном вихре, мелких кусочках металла и крошеве пустотных скал. Обрывки плоти и частицы раскалённого металла бесцельно дрейфовали в пыльневесомости и вакууме, словно крошечные угольки, а сгорающая плоть отслаиваться каскадом обугленных клочьевпарящие над обсидиановой наковальней.
– ПовелительПертурабо сжал кулак, за кормой появился «Опустошение»обдумывая, приближается как поступить с левого борта, – доложил капитан Ворт''«Рамзесом»''.
Пертурабо прищурился — Минимальная безопасная дистанция, позволяющая избежать гравитационного захвата Тарковского-Два, — пять тысяч километров, — заговорил примарх, повернувшись к капитану Ворту. — Нацелить маломощную мелта-торпеду на двигательный отсек ''«Рамзеса»''. Уменьшить дистанцию между ним и кивнул''«Железной кровью»'' до трёхсот километров. Он рассчиталНавести носовые батареи под углом двести восемьдесят градусов, что «Опустошение» попытается атаковать после бегства своих товарищей. В тактических схемах лакеев Императора присутствовал уровень предсказуемости: они сковывали себя оковами шаблонностизатем выпустить плазменные торпеды из аппаратов правого борта с детонацией вне цели. Пертурабо Нам не страдал приверженностью к стандартным поступкамнужно в них попадать. Он обладал несравненным разумом и наслаждался игрой со скучными ордами пешек, неспособных к базовому аналитическому мышлениюПока что.
Когда Ворт ввёл распоряжения Пертурабо, и ''«Железная кровь» сумела уничтожить оба корабля '' выпустила залп из множества плазменных торпед широким строем в форме полумесяца. Боеголовки взорвались разомкнутым ореолом сразу за короткое время, экипажу «Опустошения» пришлось придумать новую стратегию арками лунных обломков. Как и решить – попытаться сбежать или совершить самоубийственную атаку. Они выбрали второе. Пертурабо не испытывал уважения к этим безвольным подхалимам, которые надеялисьожидалось, что их добродетельное самопожертвование поднимет мораль солдатам Империума. Он отказался подарить им быструю смерть''«Рамзес»'' скорректировал курс, но времени на пытки было малочтобы избежать кольца плазменных детонаций, так что примарх выбрал самый простой из атакующих планов-за чего ещё больше отдалился от вектора побега и приблизился к атмосфере Тарковского II.
– ВортПока ''«Железная кровь»'' прорывалась через завесу обломков, разверни корабль и держи курс прямо на нихфрагменты бродячих пустотных объектов отскакивали от её корпуса, словно градины от танка. Увеличь скорость на шестьдесят процентов для таранаФлагман IV легиона гнался за ''«Рамзесом»'', – сказал словно акула, что преследует истекающую кровью добычу. Корабль Пертурабоследовал широким зигзагом, немного изменяя траекторию, чтобы компенсировать усиливающееся притяжение газового гиганта.
Ворт, вводя приказы, не отрывал глаз — Когда они окажутся в пределах шести тысяч километров от Повелителя Железа. Капитан прекрасно понимал намерение Пертурабо. «Железная кровь» была линкором типа «Глориана»атмосферы, способна за считанные минуты превратить множество меньших кораблей в пепел. У одного крейсера типа «Лунный» не было шансов пережить лобовое столкновение. Ворт на миг задумалсявыпустить мелта-заряд, был ли у командира «Опустошения» последний козырь — велел примарх с леденящим предвкушением в рукаве, неожиданный маневр, который перепишет историю тактики имперского военного флотаголосе.
Такие мысли испарились вместе с внутренней атмосферой «Опустошения»Как только ''«Железная кровь»'' вынудила ''«Рамзес»'' войти в гравитационный колодец на указанное расстояние, когда гигантский нос «Железной крови» прошел сквозь его корпусВорт выпустил мелта-торпеду в блок двигателей обречённого корабля. Согласно приказу Пертурабо, эффективно разрезав крейсер надвое. Имперский корабль погибразрушительный потенциал мелта-боеголовки уменьшили, разделив судьбу со своим именем. Флагман Железных Воинов разорвал противникапоэтому, как ненасытный плотоядный зверьхотя крейсер и получил внушительный удар, ведомый кровожадным безумцемпосле взрыва он в основном уцелел и его системы не отказали.
Пертурабо отвернулся Из сопел ''«Рамзеса»'' вырвались короткие столбы плазменного огня. Звездолёт начал крениться, разворачиваясь на семьдесят пять градусов от показаний ауспика своей оси и тактических дисплеев с немного насупленным видомпостепенно ложась в дрейф в сторону Тарковского II. Ворт понималОлимпиец представил, что нельзя спрашивать примарха о в каком психическом состоянии пребывает его эмоциональном состоянииэкипаж — все до единого астартес, сотворённые и воспитанные сражаться до последнего вздоха. Все они полностью готовы погибнуть на службе ложному идолу. Все они жаждут славной кончины в самом центре бушующей битвы, там, поэтому задал гораздо безопаснее вопросгде можно посмотреть врагам прямо в глаза.
– ПовелительПертурабо вообразил, желаете просмотреть список потерь на «Трибуне»? Из-за как будут умирать Имперские Кулаки, зная, что их малодушного поступка погибло много наших Железных Воиновгубит противник не из плоти и крови, а такой, что сплетён из ткани самой Вселенной. Ни одному легионеру не вырваться из хватки тяготения, сколько бы он ни стрелял, или колол, или бил.
Пертурабо схватил Сокрушителя НаковаленПримарх мысленно перенёс себя на мостик ''«Рамзеса»'', когда необоримый гравитационный колодец Тарковского II потащил корабль в газовую атмосферу. Прежде всего перед Имперскими Кулаками предстанет калейдоскоп ярких цветов в синем и фиолетовом диапазонах спектра. Планета, который лежал похожая на стойке рядом с командным кресломголубовато-зелёный изумруд, состояла из водорода, азота, метана и двуокиси углерода. Примарх покрутил рукоять модифицированного оружия между пальцевДо того, как эти газы проникнут внутрь звездолёта, с восхищением рассматривая свою идеально точную работуего окутает тонкая пелена воды.
– И все еще есть вопрос наших приказовКогда ''«Рамзес»'' опустится в следующий слой атмосферы, – осторожно подал голос Вортдавление начнёт сминать корпус, прекрасно понимаясловно сабатон — изъязвлённую крысу. Один за другим любимцы Императора будут позорно умирать от удушья или взрывной декомпрессии, как сохранять тон как можно более ровныма кто-то из них выпадет в бурную атмосферу. Там их ждут неистовый жар, спокойным сверхмощные шквалы и уважительнымсокрушительная сила тяжести. Капитан виделВ подобных условиях кости воинов раскрошатся в пыль, что происходилоа их плоть одновременно с этим сгорит, когда Пертурабо замечал неуважение от своих легионеров. Такие моменты навсегда запечатлелись в воображенииотслаиваясь лавиной обугленных клочьев.
– Какие же у нас «приказы»? – спросил — Повелитель, за кормой появилось ''«Опустошение»'', приближается с открытой насмешкой Пертураболевого борта, — доложил капитан Ворт.
– Мы должны немедленно отправиться в систему Гидра КордатусПертурабо прищурился и кивнул. Цель – гарнизон Имперских КулаковИз его расчётов следовало, что ''«Опустошение»'' попытается атаковать после того, как спасутся его товарищи. Пункт назначения – Кадмейская цитадельВ тактических схемах прислужников Императора имелась определённая предсказуемость: они надевали на себя узкие оковы шаблонности. Олимпиец не страдал приверженностью к стандартным поступкам. Он обладал несравненным разумом и обожал забавляться со скучными ордами пешек, неспособных к базовым аналитическим рассуждениям.
Ворт с удивленным взглядом повернул голову к Пертурабо. Они зналиКогда ''«Железная кровь»'' сумела уничтожить оба крейсера за короткое время, что Рогал Дорн приложил руку к превращению Гидры Кордатус в важный для Империума мир. Разорвать его на куски – то же, что экипажу ''«Опустошения»'' пришлось наспех придумать новую стратегию и вонзить нож прямо решить: попытаться сбежать или пойти в сердце Дорнасамоубийственную атаку. Теперь примарх Железных Воинов мог свести счеты с Имперскими Кулаками. Поражение при Фолле было всего лишь прологом для окончательного унижения Дорна его братом ПертурабоОни выбрали второе.
– Курс Повелитель Железа не испытывал уважения к этим безвольным подхалимам, которые надеялись, что их добродетельное самопожертвование поднимет боевой дух солдат Империума. Пертурабо не желал дарить им быструю смерть, но времени на Гидру Кордатусто, – приказал Пертурабочтобы помучить врага, не хватало, поэтому он выбрал простейший план нападения.
Примарх вышел с мостика под аккомпанемент тихого металлического звона— Ворт, который издавала рукоять Сокрушителя Наковален при соприкосновении с палубойразверни корабль и держи курс прямо на них. Увеличь скорость на шестьдесят процентов для тарана, — скомандовал примарх.
Vort – Когда Пертурабо отвернулся от экранов с показаниями ауспика и тактических дисплеев, он немного хмурился. Вортпонимал, что нельзя спрашивать примарха о его настроении, поэтому задал гораздо более безопасный вопрос:
Pylades – "Пилад"— Повелитель, желаете просмотреть списки потерь на ''«Трибуне»''? Из-за малодушного поступка врагов погибло много наших Железных Воинов.
Ramses – "Рамзес"Пертурабо схватил Сокрушитель Наковален, который лежал на стойке рядом с командным креслом. Примарх покрутил рукоять переделанного оружия между пальцев, с восхищением рассматривая свою выверенную работу.
Tarkovsky II – Тарковский II— И ещё остаётся ситуация с отданными нам приказами… — осторожно пробормотал Ворт, исключительно тщательно сохраняя свой тон как можно более ровным, спокойным и уважительным. Капитан видел, что происходило, когда Пертурабо казалось, будто его легионеры неуважительно отнеслись к нему. Такие образы навсегда запечатлелись в памяти, словно клейма.
Arhalin – Архалин— Какие же у нас «приказы»? — спросил олимпиец, не скрывая насмешки.
[[Категория:Брэндон Истон / Brandon Easton]]
Нет описания правки
{{Перевод_Д41Т}}{{Книга
|Обложка =EmbersOfExtinction.jpg
|Описание обложки =
|Автор =Брэндон Брендон Истон / Brandon Easton
|Переводчик =Ulf Voss
|Редактор=Str0chan
|Редактор2=Татьяна Суслова
|Редактор3=Григорий Аквинский
|Издательство =Black Library
|Серия книг =[[Ересь Гора / Horus Heresy (серия)]]
|Следующая книга =
|Год издания =2020
}}''После битвы за Фолл…''
Пертурабо не верил своим глазам, глядя на тактические дисплеи. Капитан Ворт передавал на них названия капитальных кораблей, уничтоженных из-за трусливых манёвров Полукса и его теперь уже разгромленного Карательного флота. Мимо ''«Железной крови»'' медленно, словно призраки, дрейфовали разбитые остовы лучших эсминцев IV легиона. Их почерневшие от пожаров останки ненадолго освещались шлейфами плазменного огня.
— Я привержен неоспоримым законам пространства, времени и математики. Движущим энергиям мироздания. Я не говорю того, что не могу доказать. Империум до краёв набит прорицателями, мистиками и шарлатанами, которые полагаются на почти беспредельное невежество человека. Зачем ставить свою жизнь в зависимость от простых салонных фокусников, если один меткий выстрел способен навсегда убрать помеху с твоего пути?
Ворт, вводя нужные команды, не отрывал глаз от Повелителя Железа. Капитан прекрасно понимал намерения олимпийца. ''«Железная кровь»'', линкор типа «Глориана», могла за считаные минуты испепелить множество менее крупных космолётов. Одинокий крейсер типа «Лунный» не имел шансов пережить лобовое столкновение с ней. Ворт на миг задумался, нет ли у командира ''«Опустошения»'' какого-нибудь последнего козыря в рукаве, неожиданного манёвра, который перепишет историю тактики Имперского военного флота.
Такие мысли испарились вместе с внутренней атмосферой крейсера, когда гигантский нос ''«Железной крови»'Глоссарий'прошёл сквозь его корпус, фактически разрубив корабль надвое. ''«Опустошение»'' погибло так, как указывало его название. Флагман IV легиона разорвал противника, как ненасытный плотоядный зверь, подгоняемый кровожадным безумцем.
— Мы должны немедленно отправиться в систему Гидра-Кордатус. Цель — гарнизон Имперских Кулаков. Пункт назначения — Кадмейская цитадель.
Затем Ворт с удивленным выражением лица повернул голову к Пертурабо. Они оба знали, что Рогал Дорн приложил руку к развитию Гидры-Кордатус, ставшей важным для Империума миром. Разорвать его на куски — то же самое, что вонзить нож прямо в сердце Рогала. Теперь примарху Железных Воинов удастся свести счёты с Имперскими Кулаками. Поражение при Фолле окажется всего лишь прологом к окончательному унижению Дорна его братом.
— Курс на Гидру-Кордатус, — распорядился Пертурабо.
Примарх вышел с мостика под аккомпанемент тихого металлического звона, который издавала рукоять Сокрушителя Наковален, задевая палубу.
[[Категория:Ересь Гора / Horus Heresy]]
[[Категория: Империум]]
[[Категория:Хаос]]
[[Категория:Космический Десант]]
[[Категория:Железные Воины]]
[[Категория:Warhammer 40,000]]
