Война секретов / War of Secrets (роман)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Pepe coffee 128 bkg.gifПеревод в процессе: 1/00
Перевод произведения не окончен. В данный момент переведено 1 часть из 00.


Война секретов / War of Secrets (роман)
2021-01-12 205640.jpg
Автор Фил Келли / Phil Kelly
Переводчик Kerdan
Издательство Black Library
Серия книг Завоевания Космического Десанта / Space Marine Conquests
Год издания 2018
Экспортировать Pdf-sign.png PDF, Epub-sign.png EPUB

Аннотация

Лейтенант Кседро Фаррен - примарис. Он сильнее и искуснее обычных космодесантников, рядом с которыми сражается его братство. Когда он и его братья-примарисы помогают Тёмным Ангелам сражаться с травмированными силами тау, которые, кажется, настроены уничтожить собственных союзников, появляется их истинный враг: таинственный распространитель психического проклятия, которое способно ввергнуть имперские планеты в безумие. Пока миры горят в пламени войны, заключается немыслимый пакт, и лейтенант Фаррен начинает снимать один слой обмана за другим, чтобы добраться до правды. Сможет ли он выбраться из этой паутины лжи, сохранив честь или, в случае чего, собственную жизнь?


Пролог: Берущие

Ферро-Гигантский Омикроид

Салтире Векс, пелагический индустриальный мир

Чалнатские Просторы


Мокрый снег стучал по ржавой жестяной крыше молитвенной хижины. Ливень хлестал так сильно, что случайные капли пробивались сквозь неё, заставляя кольцо свечей внутри шипеть, как горячий жир на сковороде.

- О могучий Т'ау’ва, услышь нас.

Такелажники внутри подняли свои голоса, чтобы компенсировать хлещущий шторм. Одетые в охряные мешковины, они стояли на коленях вокруг статуи, сделанной из дешевых кусков мыла.

Идол был вылеплен достаточно хорошо, показывая подобие безликой фигуры со слишком большим количеством рук. Одна из его рук протягивала стилизованный рог изобилия из смятого жестяного пакета с пайками; в другом был стилет, сделанный из сломанной зубочистки.

- Т’ау’ва, услышь нашу молитву, - позвала жрица перед статуей. Высокая женщина с телосложением пловчихи, ее голос был ясным и сильным, перекрывая отдаленные раскаты грома. Она снова и снова вертела в руках пустую фляжку из-под мази.

Гроза грохотала вдалеке, теперь уже ближе.

- Услышь нас и даруй нам спасение, - вторила грязная толпа вокруг нее.

Жрица с уколом сочувствия отметила, что некоторые из них дрожат, обхватывая себя своими скрюченными конечностями, пытаясь защититься от сырого воздуха. Она почувствовала стеснение в груди, смутное ощущение, что приближается что-то плохое. Что-то гораздо худшее, чем просто холод.

- Принеси нам освобождение общей души, - сказала она.

- Мы предлагаем себя тебе, - последовал ответ. - мы соединяем наши силы с твоими.

- Мы делаем это не ради подарков со звезд, - продолжала жрица. - И не для того, чтобы спастись от чумы разума. Мы делаем это для того, чтобы служить тебе во имя Великого Блага и быть пересозданными в его свете.

- Ради Великого Блага, - эхом отозвалась толпа.

Такелажники придвинулись ближе, сцепив руки, пока не встали в плотный круг, у статуи в свете её свечей. Жрица улыбнулась сквозь оцепенение, она посмотрела в глаза каждому из своих товарищей.

С визгом рвущегося металла была сорвана целая половина крыши, сильный ветер поднял шквал мокрого снега, который погасил свечи и заставил нескольких такелажников разбежаться по стенам, как тараканов, ищущих укрытия.

Жрица в шоке подняла глаза. Местами ночное небо рябило, как вода, очертания чего-то огромного и странно прозрачного были видны только из-за сильного дождя, отражавшегося от его очерченных краев.

- Бегите! - крикнула она, стремглав ныряя за Гравидом, самым крупным из их числа. Она увидела, как Ультрехт с ворчанием распахнул запертую дверь, Аала подхватила статую позади него и прижала ее к себе, прежде чем побежать сквозь мокрый снег, прочь из хижины. Гравид бросился за ними.

Дженса Дил колебалась. Какой-то инстинкт подсказывал жрице не приближаться. Вместо этого она повернула назад, направляясь к обесцвеченной панели в задней части хижины. Через долю секунды она почувствовала, как что-то горячее и влажное накрыло весь ее бок, а затем всплеск жара, сопровождаемый нарастающей волной боли. Животная необходимость бежать боролась с желанием обернуться и посмотреть, жрица уперлась плечом в обесцвеченный участок стены – тот самый участок, который она освободила от заклепок несколько месяцев назад. Какое-то мгновение панель держалась крепко, но адреналин и паника придали Дил прилив сил.

Внезапно металл поддался. Она вывалилась наружу, задев голень о раму у основания.

- Дженса! - раздался крик у нее за спиной. - Подожди!

Жрица на мгновение оглянулась. Алавейр была позади нее, скользя по крови среди разбросанных разорванных трупов. Ее глаза были широко раскрыты на кровавой маске её лица. Затем ослепительный взрыв света на мгновение очертил силуэт Алавейры, и она исчезла в облаке красного тумана.

Дил разинула рот. Все они исчезли. Единственным признаком того, что ее друзья когда-либо были здесь, была кровь, окрашивающая стены и железный пол. Её уже смывало мокрым снегом.

Жрица побежала так быстро, как только могла, по мосткам, ее сапоги со стальными носками стучали по решеткам. Проливной дождь игольчато вонзался ей в лоб. Ее лицо онемело от холода, когда она металась от подпорки к подпорке, цепляясь руками за холодные, твердые и знакомые подпорки колоссальной прометиевой установки.

Она чувствовала, как в голове нарастает ужасное давление, нарастает такая сильная головная боль. Казалось, ее череп вот-вот лопнет от напряжения. То, что она видела над хижиной, было замаскировано так хорошо, что было невидимо, если бы не его очертания.

Этому было только одно объяснение.

Берущие вернулись.

Сверху раздался пронзительный крик, зловеще оборвавшийся. Дил согнулась пополам и, спотыкаясь, побежала под порог наблюдательного поста. Она посмотрела вверх через полурешетку на следующий этаж. Что-то шевельнулось высоко наверху; она уловила медленное, хищное движение.

Дил тяжело дышала, её сердце бешено колотилось от напряжения и паники. Заставив себя успокоиться, она побежала по открытому пространству гавани к лестничной трубе и прыгнула ногами вперед к входному отверстию, скользнув через край и свернув прямо вниз. Она блокировала свое падение вытянутыми локтями.

Не смущённая от удара, Дил ухватилась за перекладины и начала спускаться, перепрыгивая через три ступеньки.

Боль пришла мгновением позже, пронзив ее воспаленный мозг, но она оттолкнула ее. Черные пятна поплыли перед глазами, угрожая слиться воедино и полностью лишить ее зрения.

То, что убило Aлавейру, было уже близко. Она чувствовала его взгляд на своей спине.

Дил прыгнула последние двенадцать футов, приземлившись с такой силой, что ее колени почувствовали себя так, словно по ним ударили молотком. Восстановив равновесие, она схватила такелажный ключ из ниши для сброса давления. Она размахивала им, как мечом, неуклюже нанося удары невидимому противнику. Удар не попал в цель, потому что там никого не было. Ее глаза обшаривали каждый уголок и лужицу тени, но все равно ничего не находили.

Постепенно боль в голове начала понемногу отступать.

Шаркая боком как краб вниз по узкому проходу технического обслуживания, Дил достигла еще одного ряда ступенчатых впадин и начала спускаться. Эти аварийные маршруты почти никогда не использовались, но были встроены в опору колоссальной буровой установки на случай, если главные отверстия когда-либо будут гореть.

Запах сырого прометия заполнил ее ноздри, его запах был достаточно густым и сильным, чтобы обжечь нос изнутри, несмотря на туман морской воды, наполнявший воздух нижних уровней. Из-за шума бури наверху она никак не могла услышать приближение Берущих. Невидимый враг мог схватить ее в любой момент. Эта мысль заставила ее зажмурить глаза, потянувшись разумом, чтобы нащупать все, что пришло со смертельным намерением.

Откуда-то сверху раздался взрыв. Дил рефлекторно снова открыла глаза и подняла гаечный ключ, словно собираясь ударить. Буровая установка затряслась, словно от какого-то колоссального удара, опрокинув ее на бок.

Она инстинктивно потянулась к ближайшей решетке. Её заостренные ржавчиной края резали ей пальцы, но она удержалась на ногах. Капли ее крови уносились в бурю, некоторые забрызгивали сетку портального крана, другие уносились вниз, в железные глубины основания буровой установки.

На западе виднелся океан, более холодный и жестокий, чем когда-либо прежде. Он был разбит в неистовстве волн с белыми шапками, которые били в толстые стойки буровой установки. С края буровой вышки хлестал мокрый снег, несомый бурей почти горизонтально. Когда она вышла, чтобы найти следующую лестничную трубу вниз, ледяной поток воздуха и воды ударил ее, как струя из лопнувшей трубы. Она стояла твердо и боролась, чтобы продвинуться вперёд.

На мгновение ей показалось, что она видит в темноте огни, расположенные плотными группами. Они двигались слишком быстро, чтобы быть буровыми кораблями, слишком быстро даже для транспортной Валькирии Астра Милитарум.

Значит, все больше желающих решают ее судьбу. На этот раз кто-то другой вычеркнет имена из реестра такелажников на следующее утро после бури, кто-то другой подсчитает стоимость и установит установленный срок скорби.

Что-то мелькнуло в поле зрения Дилы. Повинуясь инстинкту, она бросилась в сторону. Она вскрикнула, когда вспышка света и жара швырнула ее на мостик в сплетении конечностей. Ржавая решетка, которую она держала рядом, приняла на себя основной удар взрыва, но энергия прошла сквозь него. Спина ее комбинезона висела лохмотьями, обнажая длинные ожоги, изуродованную кожу и ленты дюраклота, хлопающие на ветру.

Дил издала долгий пронзительный крик.

- Пожалуйста, - сказала она, ее челюсть дрожала от холода и боли. - Просто дай мне жить.

Раздался треск молнии и почти одновременно двойной раскат грома. Гроза теперь была прямо над головой.

В этой стробоскопической вспышке Дил краем глаза заметила свет. Она подняла гаечный ключ и побежала по узкому коридору между двумя гигантскими фузильными конденсаторами, ее легкие болели. Тыльная сторона ее бедер ныла от боли, ледяной дождь вонзал свои холодные когти в ее открытые раны.

Жрица отскочила от стен и побежала вниз по узкому коридору, проклиная себя за глупость, когда поняла, что он ведет к северному краю буровой вышки. Нехорошо. Рабочая платформа с другой стороны была опасно открыта.

Дил вздрогнула, услышав еще один крик, на этот раз совсем рядом. Протиснувшись через треугольный зазор внутри одной из главных опор буровой установки, она использовала перекрещивающиеся диагональные перекладины, как перекладины лестницы, ставя ноги на каждом стыке, чтобы не потерять равновесие на скользком от дождя металле.

Спускаясь, она крепко держалась за металл, стараясь не поцарапать раненую спину и ноги о покрытые солью стойки опоры. Еще десяток ступенек вниз, и она сможет выползти обратно на уровень ниже. Еще два уровня ниже, и у нее появится хоть какая-то надежда выжить. Возможно, если она доберется до понтона, эвакуационный корабль уже загрузится.

Высоко над головой взревели клаксоны, когда автоматическая защита буровой установки наконец осознала, что на нее напали. Тревога, как обычно, пришла слишком поздно. Берущие действовали слишком быстро и скрытно, чтобы такие обычные меры могли помешать им.

Вдалеке Дил увидела размытые очертания движения, тень, мелькнувшую за стеной кольца железного забора. Что-то массивное прошествовало мимо ее позиции, когда она проходила мимо уровня Терт-Эпсилон.

Вспыхнул яркий свет, и раздался очень человеческий вопль вызова. Еще одна вспышка. Голос стал громче – она узнала горестный рёв Ротерана, - прежде чем он внезапно смолк.

Едкая вонь прометия становилась почти невыносимой, когда Дил спускалась к фермам с чанами, заставляя себя сосредоточиться на своем продвижении.

- Рука об руку, - выдохнула она. - Просто успокойся. Может победить Берущих. Просто нужен шанс.

Она поняла, что бормочет в бурю, и заставила себя замолчать. Она закусила губу. Её было необходимо сохранить дыхание. Еще десять шагов, и она выйдет к воротам. За ней находились чаны с прометием. Там она доберется до понтонов и свободы, которую они олицетворяют – или до смерти, которая будет быстрой и эффектной.

Возможно, сама изменчивость чанов остановит Берущих от риска прямого нападения. Возможно, ей все-таки удастся это сделать. Дил выскочила из своего укрытия на опоре и через передние ворота помчалась в чан-ферму.

Закутанные в конопатку кариатиды сервиторов по обе стороны прометиевых врат зарычали в замешательстве. Им было обидно видеть, как она проходит мимо без правильных речевых предложений и уговоров. Они включили свои аварийные клаксоны, издавая сигнал тревоги, когда она проходила мимо, такой резкий и агрессивный, что даже прирожденный убийца мог бы испугаться.

Вот тебе и скрытность. По крайней мере, она могла бы отвлечь нескольких из тех, кто забрал её коллег, прежде чем они положат ее навсегда.

- Подойдите еще ближе, и я зажгу их! - крикнула она, махнув гаечным ключом в сторону прометиевых чанов.

Единственным ответом был грохот волн, бьющихся о короткие широкие опоры буровой установки.

Дил рванулась к задней части фермы, монолитные цилиндры которой маячили по обе стороны от подъемника. Она толкнулась в другую треугольную колонну через узкое отверстие, блокируя боль от своего разума, когда она скользнула одной ногой, а затем другой через самое широкое отверстие, которое смогла найти. Она пролезла бедрами - само по себе немалое достижение – и с лязгом опустилась на нижний уровень. Подавив всхлип боли и жалости к себе, она отчаянно боролась с желанием прикоснуться к остаткам кожи на ногах. На данный момент она была в безопасности. Так и должно быть.

Дил заметила еще одно движение, менее чем в ста футах к северу, по другую сторону ворот. Резкий привкус желчи непрошеным образом поднялся в горле, когда она отпрянула назад, молясь Т’ау’ве, чтобы ее не заметили. Она вынырнула из-за треугольной колонны и побежала, повинуясь животному инстинкту, а задний мозг гнал ее прочь так быстро, как только она могла. Положив чаны с прометием за спину, она, пошатываясь, выбралась на понтон-утилизатор, отчаянно надеясь увидеть поблизости погрузку эвакуационного судна.

Ничего. Только бесконечная перспектива разбивающихся серых волн, ближайшие из которых с силой били по цилиндрическим топливным сифонам, уходившим в море.

Что-то массивное вырисовывалось из-за ближайшей сифонной колонны, из-за ледяного дождя были видно только его очертания.

Берущий.

Дил закричала, когда волна боли поднялась от ее позвоночника и затмила разум. Она ослепла, пошатываясь в позе эмбриона, когда ее мозг горел, а в глазах было чувство словно они в горящем топливе. Затем наступило внезапное облегчение, и ощущение, словно прохладная вода окатила ее расшатанные нервы.

Когда она снова открыла глаза, стойки справа от нее были разрезаны на части, их края светились вишнево-красным, словно разрезанные мощным лазером. Подъемный кран, две ноги которого были обрублены насквозь, зловеще заскрипел, прежде чем вынырнуть, опрокинулся и рухнул вниз, его раздвоенная верхняя половина вращалась в бурных водах внизу. Гигантская двойная волна поднялась от удара, подняв высоко морские брызги, прежде чем с грохотом упасть обратно.

За крановой установкой обнаружился гигант около двадцати футов в высоту, его охряный цвет был очень заметен. Масса, казалось бы, застыла на месте. Он был нечеловеческим и удивительно громоздким, его луковичная голова была помещена в широкую и мощную раму. Стоя на вершине одного из сифонов с прометием, он держал руки так, словно собирался прыгнуть. Странные огни мерцали на его конечностях, и электрические шнуры извивались вокруг двойных шрамов расплавленного металла, которые пересекали его туловище по диагонали.

Дил почувствовала оцепенение, когда реальность видения перед ней погрузилась в нее. Берущие не были призраками, и они не были грозовыми гигантами, спустившимися с неба, чтобы потребовать пир человеческой плоти.

Они были чем-то гораздо более грозным. Ксеносами.

Массивная машина колыхалась, словно под водой, ее гладкая изысканность казалась потусторонней по сравнению с грубыми имперскими постройками вокруг. Пока она смотрела, он мерцал, его очертания расплывались, сливаясь со стальным серым цветом воды позади.

- Мы ваши союзники! - крикнула Дил в бурю, и ветер унес ее слова. Она сцепила руки, переплетя пальцы в знак высшего блага. – Мы - гуе'веса!

Гигантская машина присела на корточки, странное трёхствольное орудие, образовывающее её руку, начало вращаться.

Ужас захлестнул разум Дил. Она побежала прочь от машины, спрыгнула с края понтона и нырнула головой в бушующее море.