Вызов принят / Gauntlet Run (рассказ)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Вызов принят / Gauntlet Run (рассказ)
Gauntlet.jpg
Автор Крис Роберсон / Chris Roberson
Переводчик AlexMustaeff
Издательство Black Library
Входит в сборник Герои Космического Десанта / Heroes of the Space Marines
Год издания 2009
Экспортировать Pdf-sign.png PDF, Epub-sign.png EPUB


Восходящее солнце едва показалось над горными пикам, еле видимыми на восточном горизонте, жирном и красном, словно перезрелый фрукт. Утренний солнечный свет пронесся над соляной пустошью, бросая от каждого камня и выступа длинные тени, которые простирались по сухим остаткам древнего морского дна, которое высохло задолго до того, как предки человека на Терре спустились с деревьев. Ничего живого не было в этом мертвом и сухом месте, единственное движение создавали пылевые смерчи, поднимаемые горячими ветрами, которые дули с севера на юг и с юга на север. Эти крошечные кратковременные торнадо питались тонким слоем пыли, лежащей поверх соляных пустошей, высохших до твердости рокрита, со звуком, похожим на жалобный свист ветра.

Отряд скаутов-мотоциклистов с ревом появился с запада, их мощные двигатели оглушали, протекторы широких шин рвали сухую землю, поднимая огромные пылевые завихрения вслед за ними.

Имперские Кулаки.

Команда скаутов-мотоциклистов мчалась на восток через пустыню в строгом боевом порядке. В острие их шеврона был ветеран-сержант Хилтс, на левом фланге скауты Затори и с’Тонан, на правом — скауты дю Квесте и Келсо.

Затори бросил взгляд назад. Как левофланговый мотоциклист, он должен был наблюдать за левым флангом, так же, как Келсо прикрывал их правый тыл, будучи правофланговым, в то время как с’Тонан и дю Квесте просматривали местность впереди, и Хилтс устанавливал темп и отмечал их курс.

Они ехали всю ночь зигзагами с северо-востока и юго-востока, и, хотя они не вытаскивали до сих пор свои мечи из ножен, и дула сдвоенных болтеров на мотоциклах были холодны и не задействованы, езда не доставляла удовольствия. Ставки в их текущей миссии были ужасны – на кону была жизнь всех людей на Тунисе. Если они не смогут определить расположение сил врага – вражеских сил определенного вида — тогда они не выполнят своих обязанностей, и миллионы заплатят за это. Но рассвет был близок, а они все еще не обнаружили никаких признаков врага.

До сих пор.

— Сержант, — сообщил Затори по общему каналу для всей группы, — за нами хвост.

Затори сконцентрировался, используя усиленное зрение Астартес, чтобы видеть дальше, чем смог бы обычный человек.

— Это зеленокожие, — добавил он. — И они выследили нас.

— Подтверждаю, — ответил по воксу ветеран-сержант Хилтс и взревел двигателем, увеличивая скорость. Он понесся вперед со своим массивным силовым кулаком. – Отряд, полный вперед. Гонка началась.


Прошло всего несколько недель с тех пор, как космический скиталец орков без предупреждения появился на орбите планеты Тунис, исторгнутый из дыры в ткани космоса.

Жители планеты заметили скитальца над головами не раньше, чем бесчисленные посадочные модули обрушились с небес, извергая из себя воинов и подобия военных машин.

Первые столкновения между людьми и захватчиками-орками были короткими и жестокими. Самые восточные поселения, расположенные на западной границе соляных пустынь, были стерты орками, передвигающимися на матациклах, багги, и «баивых фурах», банды зеленокожих из эскортов увлеклись налетами и убийствами, в то время как основные силы орков укрепились где-то в бескрайних пещерах и подземных проходах, что находились под восточными горами. Космические десантники знали, что орки обосновались где-то под горами, и если Кулаки не определят их местонахождение, то их шансы предотвратить полномасштабное вторжение будут слишком малы. Было лишь вопросом времени то, когда основные силы орков закончат работу над своими осадными машинами и начнут массированную атаку на людей, но пока эскорты орков находят себе развлечения, где только могут.


Скарас'ные маньяки никогда не останавливаются, никогда не спят, никогда не задумываются. Движение для них это всё.

Ротгрим Скаб знал это лучше всех. С самого момента, как они приземлились на поверхность этого мира, он и его команда были в постоянном движении. Будучи старшаком баивой банды скарас'тных маньяков клана Злого Сонца, Ротгрим был ответственен за поддержание боевого духа матациклистов, выбор точки назначения на горизонте, и достижения её, убивая каждое живое существо, попавшееся по пути.

Он мчался во главе банды, его огромные ноги были прижаты к кожуху турбированного двигателя его баивого матацикла, чей хриплый рев был единственным звуком в ушах Ротгрима, выхлопные газы и пыль наполняли его горящие ноздри. Позади него двигалось более дюжины турбированных грузовиков и баивых фур, матациклов и багги; матациклисты клана Злого Сонца были в разукрашенных кожанках, цепях и ремнях, в массивных ботинках со стальными носами, в лобные кости каждого были ввернуты металлические гвозди. И на каждом обязательное было что-то красное, будь то ткань или пятно краски или разбрызганная кровь.

Как лидер баивой банды, их старшак, Ротгрим был украшен красным с головы до пят, с топором в одной руке и даккаганом с другой стороны. Его матацикл был выкрашен кровью от решетки до колес, чтобы соответствовать старой орочей поговорке – красный цвет делает вещи быстрее. На подпорке, установленной позади него, висело знамя Злого Сонца, скалящаяся кроваво-красная морда орка на фоне взорвавшейся звезды.

Баивая банда Ротгрима совершала набег за набегом с тех пор, как они приземлились в этом сухом, пыльном мире, с нетерпением ожидая конца приготовлений, проводимых в туннелях и пещерах восточных предгорий. Когда прозвучит приказ, огромная армия орков набросится на людишек, съежившихся от страха в своих поселениях в пустыне, и когда армия перейдет в наступление, Злое Сонце будет в первых рядах.

Когда будет дан приказ, работы хватит на всех, но нет смысла сидеть на больших пальцах и ждать, в то время как они могут двигаться.

Когда Ротгрим обнаружил пять людей, мчащихся через пустыню на своих небольших байках, он решил немного развлечься, прежде чем схватит их. Слишком давно он и его пацаны не практиковались на движущихся целях.


скаут Затори знал, что местным жителям просто повезло, что транспорт Имперских Кулаков вообще находился в этой области. Планетарный губернатор Туниса отправил сигнал бедствия тогда, когда первые орки начали высаживаться на поверхность планеты на дальней её стороне, и Имперские Кулаки находились недалеко от системы, возвращаясь с очередного задания на «Фалангу», крепость-монастырь ордена, находящийся в настоящее время на расстоянии нескольких недель от Туниса.

Конечно, транспорт был всего лишь фрегатом класса «Гладиус», несшим одно отделение Ветеранов Первой Роты, в сопровождении отряда скаутов Десятой роты. Но планетарный губернатор был не в том положении, чтобы жаловаться на численность тех, кто откликнулся на его отчаянные призывы о помощи.

Как и другие в мотоотряде, которым командовал ветеран-сержант Хилтс, Затори был новичком, еще не полноправным боевым братом Имперских Кулаков, и еще не имел черного панциря, позволяющего носить и контролировать силовую керамитовую броню настоящего Адептус Астартес. Но годы, проведенные на «Фаланге», превратили его из мальчика в сверхчеловека — сына Дорна, и поставили его обособленно от обычных людей. После того, как они приземлились и покинули свои десантные капсулы, их принял у себя местный губернатор, Затори и его товарищи возвышались над местными жителями, и те дрожали при виде них, также напуганные Астартес — космическим десантниками и скаутами – как и зеленокожими, которые, подобно наводнению, накатывали с востока.

В отличие от сервов ордена, тех, кто составлял команду фрегата «Гладиус» на орбите планеты, или тех, кто служил на борту «Фаланги», Затори имел немного драгоценного опыта общения с нормальными людьми за несколько прошедших лет. Но изучая лица губернатора и тех, кто укрылся с ним в западных цитаделях, Затори не мог не вспомнить о первой своей встрече с космическими десантниками, на полях битвы при Йокарое, на его далеком родном мире Триандре. Казались, что легенды предков обрели плоть, гигантские воины-рыцари шагнули из царства мифов в мир людей.

Теперь, спустя годы, Затори был одним из них, по крайней мере, в глазах обычных мужчин и женщин. Будучи еще всего лишь скаутом, он всё равно был гордым сыном Дорна, Имперским Кулаком. Его удар был ударом праведного гнева самого Императора. Это было его долгом. Это было его честью.


Пять Имперских Кулаков с грохотом пересекали пустыню, двигаясь на восток и поддерживая свой строй твердой дисциплиной. Зеленокожие были уже довольно близко, приближаясь сзади с правого фланга.

В отличие от боевого строя Кулаков, на желтом золоте и иссиня— черной броне и байках которых вспыхивало утреннее солнце, зеленокожие были просто сбродом монстров, их транспортные средства изрыгали выхлопы и грохотали как бесконечные предсмертные хрипы. Но, несмотря на это, они двигались довольно быстро, с грохотом догоняя Кулаков подобно штормовому фронту.

Оглянувшись, скаут Затори вздрогнул, увидев ревущий орочий боевой мотоцикл дразняще близко от задней шины. Байк и наездник оба были раскрашены красным, цветом свежепролитой артериальной крови, с безумно трепыхающемся знаменем на задней подпорке, указывающем, что это лидер шайки.

Главарь орков размахивал топором над головой, его гортанные вопли терялись в шуме ветра. Затем он выпустил длинную очередь из спаренного оружия, установленного перед ним. Затори тут же, возможно, упал бы, если бы не тот факт, что боевой мотоцикл орка постоянно подпрыгивал, и плохо уравновешенное оружие стреляло, посылая снаряды мимо цели. Как то ни было, взрывные снаряды прошли так близко от левого плеча Затори, что скауту показалось, что он почувствовал их высокую температуру.

Затори глянул направо, и мельком увидел пару боевых багги, приближающихся к флангу дю Квесте и Келсо. На корме каждого двухместного транспорта находились оружейные платформы со стрелками, и в тот краткий миг, который пристальный взгляд Затори выхватил в этой сцене, он увидел, что один из стрелков выпустил пару ракет. Они взорвали землю всего в нескольких метрах от задних шин байка Келсо, взметнув вверх пыль и камни, и Затори переключил внимание на дорогу перед собой.

Подобно остальным скаутам, Затори ждал лишь сигнала ветерана-сержанта Хилтса. Их приказы требовали, чтобы они держались плотным строем после того, как атакует враг, затем сержант дает команду, и начинается следующая стадия их плана миссии.

Затори лишь надеялся, что он проживет достаточно долго, чтобы следовать приказу.

— Отделение, — прозвучал, наконец, в воксе голос ветерана-сержанта Хилтса, — уклонение формы альфа.

— Подтверждаю, — ответил Затори хором с другими, и затем они одновременно изменили строй — левый фланг вильнул вправо, а правый фланг налево, их путь напоминал крутящиеся спирали ДНК, и прибавили газу, оставляя беспорядочную толпу орков позади.

Теперь скауты должны были остаться в таком движении достаточно долго, чтобы видеть, как отреагируют зеленокожие.


Глаза Ротгрима были забиты песком, зубы облеплены трупами бесчисленных насекомых. Он вертел над головой топор, призывая остальных членов баивой банды увеличить скорость.

В дюжине метров, справа от него, выжигало выпустил поток огня в ближайших людей, огромные чаны прометиума, установленные на заду багги, заправляли топливом сверхмощные огнеметы, которыми управляла пара Злых Сонц. Поток пламени сошел на нет в тот момент, когда последние мерцающие языки огня лизнули спину одного из людей, опалив немного его броню, но и это, по крайней мере, для начала было неплохо.

Ротгрим выпустил несколько очередей из своего парного даккагана, нестройный шум выстрелов прозвучал музыкой в его ушах. Пули полетели широким веером за человеками, и Ротгрим испытал немного удовлетворения от облачков пыли и камней там, далеко впереди, где разрывные снаряды ударили в землю.

Матациклист слева от Ротгрима стрелял из своей винтовки, сохраняя дистанцию между собой и человеками, в то время как Ротгрим и другие сокращали это расстояние. Другой сделал несколько выстрелов из мега-бластера, а еще один выпустил пару ракет из своей пусковой установки. Ни один из выстрелов, больших или маленьких, не более, чем поднял пыль, так же, как и выстрелы Ротгрима, но люди были вынуждены постоянно уворачиваться , чтобы не попасть под огонь орков, который постепенно замедлял их движение.

И затем, внезапно, расстояние сжалось до нуля. Вместо того, чтобы преследовать людей, команда Ротгрима оказалась справа от них. Достаточно близко для схватки, для оружия ближнего боя, более надежного, чем огнестрельное.

Вот сейчас-то начнется настоящая забава. Не в неуклюжих выстрелах по далеким целям, в надежде, что что-то попадет в цель. А в том, чтобы завалить врага в схватке, налететь на него подобно бомбардировщику, входящему в пике, скорость против скорости, движение против движения.

Злая усмешка искривила губы Ротгрима, обнажая ужасные, желтые зубы, покрытые точками мертвых тел насекомых, как пятнами на желтой звезде. Развлечение начиналось.


Скаут Затори не мог не вспомнить слова Реторикуса, много столетий назад создавшего Обряды Боя, которыми Имперские Кулаки руководствовались в своих действиях. По оценке ордена, Реторикуса превзошел лишь сам примарх Рогал Дорн. Реторикус сочинил огромное количество трактатов, кодексов, словарей, но основной среди них была Книга Пяти Сфер, катехизис меча. В нем Реторикус подчеркнул важность знания преимуществ и недостатков каждого оружия в арсенале воина. Он говорил о важности расположения оружия в открытом поле, огнеметов и мелтаганов в окопных сооружениях, тяжелой артиллерии для бомбардировки и взрывного оружия для заграждения. Но больше чем что-то другое, он воспел меч в ближнем бою.

Очень редко бывало, чтобы боевой брат ордена Имперских Кулаков вышел на поле боя без меча, зажатого в руке или висящего на бедре, для Кулаков было обычным вступить в драку без оружия, с одним лишь мечом. Некоторые, подобно капитану Третьей роты Эшару, вступали в бой с мечами в каждой руке, проверяя свои навыки владения оружием на врагах Золотого Трона. Даже магистр Первой роты – он же Первый капитан, Надзирающий за Арсеналом и Командор-Хранитель «Фаланги» — легендарный капитан Лисандер был с одним лишь мечом при компании на Малодраксе, зачистке планеты от Железных Воинов и громовым молотом, «Кулаком Дорна», который был отдан ему мучеником капитаном Клетусом за более, чем тысячелетие до того, как Затори родился.

В Книге Пяти Сфер Реторикус писал: "У меча много преимуществ в ограниченном пространстве, или в бою, или в закрытом помещении — любой ситуации, в которой Вы можете близко сойтись с противником". И далее: "Может быть, душа Имперского Кулака заключена в его мече". А также: "Когда Ваши шансы невелики, и надежда на победу очень мала, святой воин с мечом в руке может одержать верх, если его намерения праведны и чисты".

Поскольку зеленокожий байкер с массивным топором несся к нему, Затори одной рукой сжал меч, другой рукой продолжая управлять мотоциклом, и тихо повторил Литанию Меча. Орк размахивал топором, метя в незащищенную голову Затори, и, как только их мотоциклы сблизились, скаут пробормотал молитву к Дорну и Императору, чтобы его контрудар был достаточно надежным.


Ротгрим с размаху нанес удар топором, метя справа в голову человека. Но перед тем, как лезвие рассекло кожу и кость, человек увернулся от выпада и парировал его мечом, высекая ливень искр. Так же, как и оружие, их байки столкнулись друг с другом с зубодробящим звуком. Оба бойца, стараясь сохранить равновесие после удара, разъехались на расстояние, достаточное, чтобы развернуться и подготовиться для новой схватки.

Оскалившись, Ротгрим прорычал оскорбление человеку, который внезапно убрал руки с руля. То, что человек, едущий на маленьком байке, не держит руль, было бы забавным, если бы рука спустя мгновение не вернулась с большой пушкой.

Ротгрим достаточно вовремя дернул руль вправо, чтобы пропустить раскаленную струю, выплеснувшуюся из оружия, достаточно горячую, чтобы превратить песок в стекло.

Грозно рыкнув, Ротгрим не смог не хихикнуть. Не только человек смог уклониться.

Придерживая коленями руль своего матацикла, он снял с него руки, а затем выдернул свой даккаган из кобуры.


Затори знал, что мелта, в лучшем случае, временно устрашит противника. Она была полезна только на небольшом расстоянии, прометиум, разогретый до субмолекулярного состояния, невозможно было нацелить больше чем на несколько метров; но на большой скорости было трудно использовать любое оружие, таким образом баланс между дальностью и огневой мощью у скаутов хорошо ценился. Исходя из этого, выбирая между мелтой для дальней стрельбы и мечами для ближнего боя, ветеран-cержант Хилтс говорил скаутам не ждать удобного случая и использовать сдвоенные болтеры. В конце концов, они были спроектированы так, чтобы вести огонь по целям перед байком, и эта миссия требует, чтобы они оторвались далеко от врага, прежде чем гонка закончиться. Когда – и если – они достигнут своей цели, там будет много врагов, но даже тогда болтерам не придется много стрелять, если всё пойдет по плану.

Парировав первый удар зеленокожего, Затори понял, что нужно перестроиться прежде, чем он отобьет другой удар, или он вылетит из седла и растянется в пыли. Хоть он и учился использовать клинок в обеих руках, тем не менее, он был намного менее опытен с левой, но орк приближался с левого тыла, и он не имел возможности использовать меч правой рукой. Его оборонительные возможности были бы ограничены, возможно, смертельно, если бы он вывернул тело так, чтобы парировать и блокировать удар, и атакующие возможности были бы уменьшены фактически до нуля, таким образом, использование меча левой рукой было единственной возможностью. Но хотя его левая рука была не менее сильна, чем правая, уровень навыка был просто не одинаков в обоих, насколько он знал, к своему стыду, из поединков на борту «Фаланги».

После парирования первого удара орка, их байки столкнулись и разъехались, и зеленокожий катился немного позади мотоцикла Затори. Затори знал, что следующее нападение будет идти с той стороны. При этом была слишком большая вероятность, что зеленокожий сбросит его, и гонка Затори слишком быстро закончиться.

Значит необходимо изменять условия схватки. Или, как Реторикус выразился в Книге Пяти Сфер — "Стоя перед лицом поражения или тупиком, захватите преимущество у противника и измените вашу тактику."

Поэтому, как только зеленокожий подготовился к следующему нападению, Затори рискнул выпустить руль из рук, вытащил мелту, и пальнул наугад потоком раскаленного газа. Тогда, когда орк ответил, а Затори ждал, что он ответит, вытащив собственное огнестрельное оружие и открыв ответный огонь, Затори забросил мелту назад в кобуру, и с силой повернув руль влево, послал свой мотоцикл наперерез зеленокожему. Проклиная неточные, но не менее смертельные выстрелы орка, Затори несся в правый бок зеленокожего. Как только переднее колесо скаута заехало за заднее колесо байка орка, Затори, изогнувшись, нанес удар мечом.

Почувствовав в руке рывок меча, просвистевшего возле спины орка, Затори, на мгновение понадеялся, что он, возможно, выиграл бой с зеленокожим, если тот не успел вовремя поднять топор, чтобы парировать удар. Оглянувшись назад, Затори увидел, что орк был невредим, но подпорка, которая держала знамя, укоротилась вдвое, и скалящаяся красная рожа орка, украшавшая его, кружась, опускалась на пыльную земле.

В тот же момент Затори встретился глазами с зеленокожим, и в горящих глазах орка он увидел жажду убийства.


Забава значила лишь одно. Ротгрим не мог обвинить человека в том, что он сделал несколько легких выстрелов, или в том, что пытался зацепить его своим острым мечом. В конце концов, так и должно было быть. Рано или поздно Ротгрим убьет его, но мальчишка имел право сопротивляться. Иначе это было бы не развлечение.

Но сбить знамя Злого Сонца в грязь? Вот это было не правильно.

Ротгрим запихнул свой даккаган назад в кобуру. Он не собирался использовать пули или снаряды. Он собирался сделать это руками.


Затори развернул мотоцикл к горам, и тут услышал гудящий по воксу голос:

— Затори, справа от тебя!

Следующий момент скаут Келсо, вынырнув справа, пронесся на большой скорости наперерез Затори, чудом избежав столкновения.

— Хочешь поменяемся? – спросил Келсо, делая круг и поднимая тучи пыли. Он ткнул большим пальцем в ту сторону, откуда приехал, в изрыгающий пламя боевой багги, несущийся на небольшом расстоянии позади него.

Затори оглянулся через плечо на орка-байкера, едущего по его следу, и убийственную угрюмость на его зеленой морде.

Прежде, чем он смог ответить, Келсо взревел двигателем и помчался прямо на орка:

— Спасибо, Затори. Я уж было заскучал.

В следующий миг боевой багги, преследовавший Келсо, взревел позади Затори, внимание огнеметчиков теперь привлекла новая цель. В пляске смерти между скаутами и орками, Затори и Келсо, казалось, стали партнерами по обмену.

Затори все еще ни как не мог понять манеру Келсо. Все Имперские Кулаки находят толику удовлетворения в выполнении своих святых обязанностей, но Келсо, казалось, находил странную, безумную радость в сражении, и часто вел себя так, что более раздражительный Затори полагал невозможным понять. Это было, возможно, не худшее отношение к нему по сравнению с лаконичным отношением дю Квесте, и, по-видимому, полным безразличием с'Toнана, но, тем не менее и прежде всего, Затори понимал, что Келсо радостно бросается в трудный бой, привыкая к мрачными обязанностями Астартес.

Горячие языки пламени лизнули керамит брони Затори, давая понять, что орочий багги изменил цель преследования, и скаут прибавил скорости, чтобы не быть зажаренным заживо.


Ротгрим раздраженно заревел, так как между ним и его добычей вклинился Выжигало, но тут другой человеческий матациклист помчался прямо на него, с радостной улыбкой на лице раскручивая над головой меч, и Старшак решил, что этот новый человечишка послужит в качестве адекватного закусона. Если он не может сейчас излить месть на том, который опозорил знамя Злого Сонца, то сначала окрасит свой топор кровью этого.

Человек ехал прямо на Ротгрима, и орк не был уверен, было ли это смелой игрой, чтобы увидеть, кто из них первый свернет, или желанием посоревноваться как войны-всадники на некоторых диких мирах. И странно было то, что этот человек, похоже, смеялся.

Ну, если бы это было вызвано ощущением скорости, то Ротгрим почти понимал его.

Конечно, через секунду или две, топор Ротгрима пощекочит внутренности черепа человека, и после этого он уже не посмеётся.


Чем дальше они мчались на восток, тем грубее становилась почва под шинами Затори. Западнее были только россыпи камней и небольшие выступы над поверхностью пустоши, но дальше в восточном направлении увеличивалось количество больших камней, возвышающихся как вершины айсбергов над соленой землёй, некоторые были почти такого же размера, как байк Затори. С такими препятствиями на пути он больше не мог просто давить на газ и нестись вперед сломя голову, а был вынужден двигаться зигзагами, чтобы избежать столкновения с камнями, достаточно большими, чтобы остановить его костедробильным крушеним.

К сожалению, боевой багги, преследовавший его, был поднят на четырех толстых шинах, его двигатель с наддувом развивал достаточно мощности, чтобы перескакивать меньшие камни без потери скоростного импульса. Так, в то время как Затори приходилось сбрасывать скорость, чтобы лавировать между камней, боевой багги пробирался вперед на полной скорости, сокращая разрыв между ними.

Прометиевые огнеметы, стоящие на задней части багги, поливали Затори каскадом пламени, и ему оставалось лишь стискивать зубы от жгучей боли. Он чувствовал, что кожа на спине и шее шла пузырями и трескалась, коротко стриженные волосы трещали, и в то же время он знал, что его кровь уже наполняли клетки Ларрамана из имплантата, внедренного в его грудь, мгновенно создавая шрамовую ткань и останавливая поток крови к пораженному участку, и эта мысль немного уменьшала его боль.

К счастью, Затори проводил время в Перчатке Боли, и как посвященный, и как неофит, и скаут, и был верен священным словам Реторикуса: "Боль – вино, которым причащаются герои". Если он смог научиться выносить в той тунике из электросетки долгое время, казавшееся вечностью, выставленный на всеобщее обозрение глубоко в недрах «Фаланги», медитируя на образе Рогала Дорна и учась отстраняться от боли, оставаясь полностью в сознании — если Затори мог делать это, то он сможет вынести небольшой дискомфорт от того, что его плоть отваливается от костей под жаром прометия.

Он знал, что, если зеленокожие были достаточно близко, чтобы достать его из своих огнеметов, то они были также достаточно близко для его собственной мелты, и любезность надо вернуть.

С тихой молитвой духу его меча о прощении, Затори одним движением закинул меч в ножны на спине, и выхватил мелту из кобуры на байке. Не тратя времени зря, он развернулся насколько мог назад, и с разворота послал взрыв перегретого газа из мелты в преследующий его боевой багги.


Ротгрим и его человеческая добыча были меньше чем в мырге глаза друг от друга, каждый с занесенными над головой клинками. Человек вильнул влево, махнув мечом по широкой грудной клетке Ротгрима. Но Ротгрим видел замах, и, как только человек наклонился влево, орк ударил по тормозам, резко и мгновенно сбрасывая скорость, так, чтобы замах врага безопасно просвистел мимо, и в то же самое время крутанул свой топор по широкой дуге, нацелившись в мягкое мясо человеческой шеи, видимой над воротом его брони.

Ротгрим добавил газу своему матациклу, почти сразу после торможения, и едва почувствовал сопротивление топора, прошедшего сквозь шею человека. Но оглянувшись, он увидел накренившийся байк человека, дико вилявший из стороны в сторону, безголовый наездник вылетел из седла, все еще сжимая в безжизненной руке меч, голова, подпрыгивая, катилась по земле.

Ротгрим осмотрел окровавленную кромку топора с удовлетворением. Это был прекрасный оттенок красного. Но он должен был стать ещё более красным.


Взрыв мелты Затори ударил по зеленокожему водителю, немедленно испарив всё выше живота, оставив только пару отсеченных рук, безжизненно повисших на руле и сочащуюся лужу внутренних органов, объединяющих сожженные остатки его бедер и ног.

Огнеметчики на задней платформе попытались направить в него еще потоки огня, но их попытка была прервана тем, что их неуправляемый багги на дикой скорости врезался в один из больших камней. С визгом металла об камень, багги резко остановился, и пара зеленокожих полетела по воздуху, кувыркаясь вверх тормашками. Чан прометия от удара лопнул, и поскольку жидкость попала в открытый огонь зажигателей, результатом стал взрыв, охвативший боевой багги в трескучем черном облаке дыма и жара.

Вновь обратив внимание на дорогу впереди, Затори увидел обезглавленное тело скаута Келсо, рухнувшее в пыль в ста или более метрах впереди. Глава Келсо, подпрыгивающая по мертвому морскому дну далеко позади его тела, больше не улыбалась.


Ротгрим увидел, что Выжигало взорвался, в воздух поднялся гриб черного дыма, раскат грохота взрыва прокатился в сухом воздухе, едва слышный в хриплом реве двигателя его баивого матацикла. Люди потеряли одного своего, в седле их осталось только четверо, но даже с потерей Выжигало Злое Сонце все еще имело на ходу почти дюжину транспортных средств.

Осмотрев горизонт, Ротгрим заметил человека, который осквернил знамя Злого Сонца, несущегося на восток. Слишком много препятствий было между ним и Ротгримом, чтобы быстро догнать его, и так или иначе ближе были более легкие цели, заслуживающие внимания его топора.

Пришло время закончить эту особенную догонялку.

Подняв свой даккаган, он сделал несколько быстрых выстрелов в воздух особым образом, два длинных, четыре коротких, один длинный. Шум выстрелов перекрыл даже рычание турбированных двигателей, и каждый в баивой банде понял последовательность, и что это означает.

Приказы Ротгрима были четкими — пришло время прекратить гонку ради гонки, и начинать преследовать их добычу и кончать с ней.


— Хилтс — Затори, — прозвучал голос ветерана-сержанта по воксу. – Каково ваше положение?

— Келсо потерян, сэр,— голос Затори звучал скрежетом помех. — Я в норме и двигаюсь на восток, — он оглянулся, и увидел атакующий байк, едущий по его курсу, — на хвосте зеленокожий. У меня было столкновение с их лидером, но я потерял его из виду.

— Принято. — И, после паузы: — Я думаю, что я обогнал лидера. Большой монстр в красных шмотках на красном байке. Но я не вижу знамя клана…

Затори не мог подавить усмешку, ловко объезжая высокую, похожую на талию, скалу на своем пути:

— Это было моей ошибкой, сержант. Я срезал его и оно упало в пыль.

Бойскаут смог услышать короткое, сухое хихиканье ветерана-сержанта Хилтса, гудящее через бусинку вокса, которую он носил в ухе:

— Неудивительно, что он выглядит сильно рассерженным.

— Я не намеревался доставить ему радость.

Выстрелы засвистели мимо золотого с гагатом керамита брони Затори, один с глухим стуком попал в его левый наплечник, поскольку преследующий его байк попытался достать его огнестрельным оружием. Второй выстрел попал туда же, но следующие пошли вниз, ближе к талии. Каждый раз он рефлекторно наклонялся направо, уходя от выстрелов.

— Они сменили тактику, — произнес ветеран-сержант Хилтс, после мгновения тишины. — Они прекратили вести убийственный огонь, и вместо этого используют неприятную тактику.

Затори посмотрел направо, и увидел, что сержант повернул к нему, их траектории встретятся где-то впереди них, и позади сержанта разряженного в красное лидера орочей банды.

Когда Хилтс замолчал, Затори понял, что старый сержант дал ему возможность предугадать значение его слов. Хилтс обучал скаутов Имперских Кулаков задолго до того, как родился Затори, и всегда искал удобный случай, неважно, в спарринге или на поле битвы, дать возможность новичкам под его командой изучить важный боевой урок.

— Они ведут нас, — сказал, наконец, Затори, так уверенно, как только мог.

— Да, — признал Хилтс. — Точно, как мы и надеялись.

— Ваши приказы, сэр?

— Дайте вести себя, — ответил Хилтс. — И попытайтесь не дать себя убить.


Ротгрим наблюдал, как человеческий байкер с силовым кулаком, которого он преследовал, присоединился к другому, и одного взгляда был достаточно, чтобы понять, что этот второй человек был тем, кто срезал подпорку знамени и опозорил Злых Сонц. За человеком следовал орк-байкер, с пистолетом в кулаке, делая осторожные выстрелы в след человеку, ведя их добычу согласно сигналам приказа Ротгрима.

План состоял в том, чтобы дать людям ехать, пока они не упрутся в стену, где остановятся и начнется заключительный акт забавы. Но наблюдение за голой головой человеческого ублюдка, который сбил знамя в грязь, убедило Ротгрима, что, может быть, один или два из них могли все же упасть по пути. Оставшиеся достигнут стены и будут достаточным развлечением для других.

Ротгрим завертел топором над головой, сигнализируя другим оркам-байкерам. Быстрые тычки пальцами, сначала в пару людей, затем в его собственную массивную грудь, были достаточно простым сообщением, чтобы быть понятными даже в заполненном пылью воздухе: Эти люди были его.


Затори мельком увидел скаутов дю Квесте и с'Тонана, подъезжающих справа и преследуемых тремя боевыми баггами. Стало ясно, что он был прав, и что зеленокожие пасли их, заставляя двигаться на запад. Он только надеялся, что орки вели их туда, куда задумал Хилтс.

Теперь он и Хилтс ехали рядом, постоянно виляя, чтобы избежать каменных выпуклостей и обнажений, количество которых всё возрастало по мере продвижения в восточном направлении, крупнейшие из них теперь были выше, чем Затори верхом на байке.

По их следу ехали два зеленокожих, но когда Затори рискнул бросить взгляд назад, чтобы посмотреть, насколько они близко, один из орков свернул прочь, чтобы прикрыть их левый фланг. Лишь лидер банды, красная кровь Келсо все еще окрашивала лезвие его топора в тот же самый оттенок, что и его одежду и байк, все еще преследовал их, и быстро приближался.

— Затори — Хилтсу, — произнес он в вокс. — Вожак приближается.

Хилтс на мгновение оглянулся назад через плечо, и вновь повернул лицо вперед:

— Крепись, Затори. Нас может немного потрясти.


Перед ними теперь возвышались горы восточного края соляной пустоши. Солнце катилось к зениту, и тени практически исчезли, что осложняло возможность разглядеть небольшие камни на пути.

Поскольку они двигались к похожей на лабиринт сети скал и горных хребтов, которая простиралась до самого подножья гор, Ротгрим понимал, что не сможет проскочить между двумя этими человеками, как он задумывал, уложив обоих своим топором. И так как тот, который опозорил знамя, ехал впереди человека с силовым кулаком, то Ротгриму надо будет сначала пройти через него, а затем только отомстить человеческому ублюдку.

Злая усмешка скривила уголки широкого рта Ротгрима пораженного идеей. Он повесил топор на пояс, затем потянулся лапой назад и выхватил сломанное древко, бывшее частью подпорки, которая когда-то держала символ Злого Сонца.

Поскольку два человека, выезжали на относительно открытый участок земли, Ротгрим резко увеличил скорость своего матацикла, и понесся, обходя их справа.

Человек справа повернулся, чтобы схватить Ротгрима силовым кулаком, орк наклонился налево, как мог, чтобы не опрокинуть матацикл, и воткнул сломанное древко как копье между спицами переднего колеса байка человека.

Силовой кулак сомкнулся на пустом воздухе, поскольку переднее колесо заклинило, и с визгом металла об металл байк человека полетел вверх тормашками.

Прежде, чем Ротгрим смог насладиться разрушением, взрыв раскаленного воздуха прошел прямо перед ним, и он был вынужден повернуть вправо, чтобы избежать следующего выстрела плазменной пушки этого дважды проклятого человека.


— Отделение! Нужно прикрытие!

Затори говорил в вокс, наблюдая как ветеран-сержант Хилтс кувыркается в воздухе. Выстрела из мелты было достаточно, чтобы отогнать вожака орков, но только на мгновение, и это не помешает ему держаться позади Затори. И если их миссия имеет какую-либо надежду на успех, то Затори не может позволить Хилтсу остаться там, где он упал.

В ответ на призыв Затори, два других скаута, дю Квесте и с'Тонан, подъехали, ревя двигателями, размахивая мечами и стреляя из сдвоенных болтеров. Они набросились на вожака орков, крутясь между ним и Затори, давая последнему нескольких мгновений передышки.

В то время как вожак орков был занят дю Квесте и с'Тонаном, Затори подъехал к тому месту, где лежал Хилтс. Сержант был зажат между большой скалой, в которую он врезался при падении и тяжелым мотоциклом, который приземлился долей секунды позже. Сам байк был искореженной грудой, всё было перекручено, передние вилки сломаны и колесо все еще катилось по пыли. Хилтс был в немного лучшей форме. Скорость движения была столь велика, что сила удара в каменную поверхность была достаточной, чтобы вдавить его керамитовую броню в нескольких местах, кровь так обильно текла из ран, что его клетки Ларрамана были еще не в состоянии с правиться с ними. Одна нога была согнута вперед под непристойным углом, а левая рука, казалось, полностью вышла из сустава. Удар байка только увеличил повреждения.

— Возьми… возьми это… — услышал Затори голос Хилтса, не по воксу — передатчик сержанта, без сомнения, вышел из строя — но словами, проскрипевшими через поврежденный визор Хилтса.

Сержант поднял силовой кулак, и Затори смог видеть маленькое устройство, прикрепленное к манжете рукавицы.

— Извините, сэр, — сказал Затори, спрыгивая со своего байка и подбегая к Хилтсу. Ворча от усилия, он приподнял и откинул в сторону искореженный байк сержанта. — Мы можем бросить байк, но у меня не хватит совести оставить кого-то позади.

Скользнув руками под разбитое тело сержанта, Затори поднял Хилтса в воздух.

Торопливо подойдя к своему байку, Затори примостил сержанта на задней части как седельные сумки, и, убедившись в его безопасности, запрыгнул на свое место.

— Скаут… — промолвил Хилтс едва слышным голосом, пока Затори заводил двигатель. Затори знал, что, имея такие обширные повреждения, Хилтс впадет в состояние фуги, пока его тело пытается восстановить себя. — Нажми на… Не смотря ни на что… Нажми…

Сержант впал в бессознательное состояние, его тело полностью сосредоточилось на повреждениях.

— Отделение! – проговорил Затори в вокс, направляя мотоцикл к горам, которые теперь вырисовывались перед ними. – Сержант со мной. Теперь давайте закончим эту гонку!


Cкауты с ревом мчались на восток преследуемые Злыми Сонцами, и чем ближе они подъезжали к подножью гор, тем больше и многочисленнее становились каменные выступы, выступающие как корабли-призраки из мертвого морского дна. Путь вперед был труден, скауты и орки вынуждены были постоянно вилять меж камней, чтобы двигаться дальше.

И с каждой секундой горы становились всё ближе, больше, увеличиваясь, заполняя собой горизонт, насколько мог видеть глаз.


Ротгрим мчался в мрачном удовлетворении, поскольку он видел, что три человека приближались к концу гонки. Им было некуда бежать. Как и приказал Ротгрим, баивая банда вела людей через соляную пустошь, через каменный лабиринт, к узкому проходу, который шел вглубь скалы на сто или более метров и заканчивался вырезанным в скале лицом. И именно в этот тупик люди загнали свои байки.

Ротгрим остановил свой матацикл, и остальная часть баивой банды притормозила позади него. Рыча, он поднял топор.

Три человека стояли на земле, окружив раненного, прикрепленного на один из матациклов, в руках у всех были мечи и оружие.

Ротгрим подумал, что это забавно. Люди вели себя так, словно у них был шанс. И кто знает, может быть, они и выстоят против Ротгрима и его банды парней.

Но люди не знали, что не только о Ротгриме и его команде они должны были волноваться.

Теперь начнется развлечение, думал Ротгрим, слезая со своего матацикла. Он нажал на передатчик, укрепленный на его поясе, сигнализируя, что они подъехали.

Люди повернулись на звук скрытого люка, открывающегося в каменном лице позади них. Прежде, чем люк полностью открылся полностью, дюжина орков, вооруженных топорами, оружием и пистолетами вывалилась из него.


Сначала были дюжины, потом сотни, валившие из люка, который вел к ходам и пещерам, скрытым под горой.

Затори держался ближе к своему байку, и укрепленному на нем ветерану-сержанту Хилтсу, с руки которого свисал силовой кулак, едва не касаясь грязной земли.

Скаут слышал отвратительный смех зеленокожих монстров, и знал, они радовались, что отделение не сумело сбежать от них.

Но орки не знали, что Затори и другие не бежали от них, а просто опережали. И теперь они закончили гонку.

Затори улыбнулся, наклонился вниз и открепил маленькое устройство от манжеты силового кулака. Подняв его в руке, он большим пальцем включил миниатюрный самонаводящийся телепорт, начавший слабо жужжать.

Во вспышке света и резком, оглушающем рокоте, перед Затори возник высокий космический десантник, его керамитовая броня была отделана в золотисто-желтый и иссиня-черный цвета, штормовой щит в одной руке и массивный громовой молот в другой. Плащ развивался позади на сухом, горячем ветре, а над плечами космического десантника высилась стойка, увенчанная обвитым ветвями черепом, с перекладиной в виде свитка, на которой красовалось его имя: ЛИСАНДЕР.

— Примарх! — крикнул капитан Лисандер, потрясая своим громовым молотом «Кулак Дорна». — К Вашей славе и славе Его на Земле!

Издав рык, капитан Лисандер без колебаний бросился на орков, толпящихся перед открытым люком. Сразу же на месте капитана со вспышкой появился другой космический десантник, затем ещё один, и ещё, все с громоподобными боевыми криками на устах, и с обнаженными, жаждущими крови мечами. Всё отделение Ветеранов Имперских Кулаков, каждый в терминаторской броне, спешащие схлестнуться с орками-захватчиками.

Ветераны Первой Роты ворвались в толпу зеленокожих, нанося удары мечами. Вот уже капитан Лисандер спускается в скрытый подземный комплекс через открытый люк, рубя всё, что движется.


Мгновение Ротгрим стоял, тупо уставившись на людей в броне, уничтожающих его братьев орков. Он думал лишь о том, что во всём этом были виноваты люди, которых он преследовал, и особенно, этот дважды-проклятый человек. Ему привиделось знамя Злого Сонца, лежащего где-то там, в соленой пыли.

Он сжал свой топор, с губ сорвалось рычание.

Он понял, что гонка еще не закончена. Сначала он отомстит.


Затори и два других скаута собрались вокруг лежащего на спине ветерана-сержанта Хилтса в зоне высадки, ожидая боевой вертолет, который летел забрать их. Место, где они стояли, было недалеко от подножия горы, и они слышали звуки боя, что вело отделение Ветеранов с неожидавшими такого нападения зеленокожими орками.

— Я хотел бы остаться и посмотреть в действии команду Терминаторов, — сказал с'Тонан, уставившись на горизонт.

Отделение скаутов пересекло пустыню с хитрым умыслом, доставить устройство самонаведения достаточно глубоко во вражеский тыл и Терминаторы нанесли удар одним махом.

— А я хотел бы избавиться от вони зеленокожих, — ответил дю Квесте, выковыривая жуков из своих зубов.

Затори не успел сказать то, что он хотел, поскольку его прервал рев, идущий со стороны гор.

Это был одетый в красные одежды вожак орочей банды, мчащийся к ним со всей дури, с занесенным для удара огромным топором. Он летел прямо на Затори, с жаждой убийства в глазах, и животным воем, звучащим из-за его треснувших огромных зубов.

Затори не стал тратить время впустую, становясь в защитную стойку, или проговаривая сокращенную Литанию Меча, или поднимая меч в блокирующую позицию. Вместо этого он просто вытащил мелту, нажал на курок, и превратил приближающегося орка в лужу ила и обугленных костей единственным длинным выстрелом.

— И что Реторикус сказал бы об этом маневре? — спросил с улыбкой дю Квесте, прищурив глаза.

— Всё просто, — ответил Затори. — Я установил положение противника, — он поднял мелту, — и захватил преимущество, изменив свою тактику.