Допустимые потери / Acceptable Losses (рассказ)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Допустимые потери / Acceptable Losses (рассказ)
Intothemaelstrom.jpg
Автор Гэв Торп / Gav Thorpe
Переводчик AlexMustaeff
Издательство Black Library
Входит в сборник Вглубь Мальстрима / Into the Maelstrom

На крыльях крови / On Wings of Blood

Год издания 1999
Экспортировать Pdf-sign.png PDF, Epub-sign.png EPUB


– Капитан на летной палубе!

Экипажи самолетов «Божественной Справедливости» маршировали нога в ногу. Капитан Каури вошел в обширный ангар, наполненный лязгом сотни башмаков, в унисон чеканящих по решетчатому настилу. Идущий в двух шагах позади него летный командир Ягер осматривал своих новых товарищей.

Многие были одеты по уставу, застыв по стойке «смирно» там, где работали или бездельничали перед появлением командира. Внимание Ягера привлекла одна из команд, находящаяся в задней части аэроангара. В их поведении было что-то неприветливое: их униформа была не слишком опрятная, стояли они не столь твердо, как остальные команды; появление командира не так сильно привлекло их внимание. Что-то внутри Ягера подсказывало ему, что это и есть эскадрилья «Раптор», его новая команда.

По крайней мере, это объясняло две вещи: то, как Каури глядел на него при встрече, и взгляды, которые бросали на него другие летные командиры пока он входил в курс дел. Итак, «Рапторы» нуждались в строгой дисциплине? Хорошо, Ягер довольно быстро приведет их в форму.

Тут Ягер осознал, что капитан Каури обращается к летному составу и ход его мыслей настроился на то, что говорил его новый командир:

– … и я ожидаю от каждого из вас, что вы проявите к летному командиру Ягеру то же количество уважения и сотрудничества, что и к его предшественнику, командиру Глейду. А теперь возвращайтесь к своим обязанностям; мы выходим из дока в пять часов.

Властно кивнув, капитан распустил собравшихся людей и повернулся к Ягеру:

– По вашему взгляду я вижу, что вы уже определили эскадрон «Раптор».

Это было сказано с такой уверенностью, что Ягер смог только кивнуть, сохраняя как можно более нейтральное выражение лица.

– Они не настолько плохи, как может показаться на первый взгляд, – продолжал Каури. – Среди них есть чертовски хорошие пилоты, и, под руководством справедливого, ответственного человека, они покажут прекрасные результаты. Я думаю, что вы и есть тот самый человек, Ягер, и буду с интересом ждать ваших успехов.

– Спасибо, сэр, – ответил Ягер, довольный тем, что капитан доверяет ему. – Я думаю, что вы не будете беспокоиться насчет эскадрильи «Раптор».

– Увидимся позже, а сейчас идите к своим людям. Дайте им шанс доказать себе, что они достойны Имперского Военного Флота.

Два офицера почтительно кивнули, прежде чем Каури, развернувшись на пятках, покинул палубу. Ягер окунулся во все звуки, запахи и виды своего нового дома. Несмотря на то, что все палубы были похожи между собой, на каждой были свои особые ароматы, различные оттенки света, разновидности оборудования и сотни маленьких деталей, делающих их особенными. Летная палуба «Божественной Справедливости» была местом стоянки, подготовки и запуска десятка массивных бомбардировщиков «Мародер» и, в дополнение к ним, десятка истребителей «Гром». Сейчас все самолеты находились в своих отсеках, каждый в своей арочной нише по бокам взлетной палубы. Над головой летного командира, в окружении лабиринта пересекающихся мостков и лестниц, нависали два огромных крана, способных поднимать и передвигать над палубой самолеты. Болтовня членов экипажей наполняла пещерообразный ангар постоянным шумом, ароматы ладана и мазей техножрецов висели в воздухе, смешанные с более мирскими запахами промасленного металла и человеческого пота. Глубоко вздохнув, Ягер направился к своим новым экипажам.

Шагая по летной палубе, Ягер смог рассмотреть своих новых людей более внимательно. Несмотря на прощальные слова Каури, его не впечатлило то, что он увидел. Они слонялись среди разбросанной тары, проводили время в жарких спорах, играли в кости или просто валялись, отдыхая. Почти все носили свободную светло-серую форму, придававшую им унылый и скучный вид. Кое-кто бросал взгляды на быстро шагающего летного командира, а двое из них вскочили на ноги при его приближении. Один, стрелок с самолета Ягера, судя по знакам отличия, вытянулся по стойке «смирно» и быстро отдал честь.

– Добрый день! – объявил худосочный стрелок. – Позвольте мне поприветствовать вас как летного командира эскадрильи «Раптор».

Другой, плотно сбитый бомбардир, бросил на стрелка убийственный взгляд из-под нахмуренных бровей, покрытых бисеринками пота:

– Заткнись, Сэйл. Новый командир не желает слышать твое подхалимство!

– Вы двое, прекратите немедленно! – резко приказал Ягер, раздраженный их недисциплинированностью. – Давайте начнем с чего-то более похожего на правду: вы мне не нравитесь, любой из вас. – Ягер каждого окинул внимательным взглядом. – Судя по тому, что я уже видел, вы – стадо дрянных, недисциплинированных, безнадежных бездельников. Не больше!

– При обращении ко мне называйте меня «командир Ягер». Если вы хотите обратиться ко мне в не боевой обстановке, то сначала надо спросить разрешения, например «Разрешите обратиться, командир Ягер?». Вам ясны эти две простые вещи?

Обескураженные мужчины с недоверием смотрели на Ягера.

– Полагаю, слова, что вы пытаетесь мне сказать, это «Да, командир Ягер», – подсказал Ягер, приподнимая бровь.

Ответ был тих и нерешителен, но это было только начало.

– Гм, разрешите обратиться, командир Ягер? – начал тихим голосом один из окружающих людей.

Ягер посмотрел на летчика, выступившего вперед и вставшего перед ним. Он был закутан в просторную робу, что указывало на то, что это техноадепт, ответственный за механическое и духовное состояние самолетов. Шея парня была иссечена шрамами и проводами, из правой руки свисал соединительный разъем. В бою техноадепты буквально соединяли себя с бомбардировщиком, проводя мониторинг повреждений и выполняя немедленный ремонт механизмов.

– Разрешаю, – ответил Ягер, коротко кивнув.

– Я отношусь к Адептус Механикус, и всего лишь прикомандирован к Военному флоту, поэтому собираюсь предать ваше отношение ко мне и другим техноадептам как к своим подчиненным широкой огласке, – гордо задрав подбородок, сказал техноадепт прямо в лицо летному командиру.

Ягер схватил его за робу и поднимал до тех пор, пока тот не встал на носочки. Капюшон адепта упал на спину, открыв еще больше аугметики. Пучки тонких кабелей покрывали его лысую голову подобно металлическим волосам, прикрепленные к его скальпу через сотню грубых разрезов на коже. Кое-кто из окружающих выступили вперед, но остановились под жестким взглядом нового командира.

– Так как вы летаете на моих самолетах, то я и командую вами! – прорычал Ягер. – Меня не заботит, что вы поклоняетесь Богу-Машине – на взлетной палубе и в воздухе вы подчиняетесь мне! Не совершайте ошибки, я полон намерений превратить эту эскадрилью в уважаемое боевое подразделение. Сотрудничайте со мной, и вы останетесь живы и повыситесь в чине. Пойдете против, и я сожру вас и выплюну шкуру.

Ягер отпустил адепта и пошел прочь, проклиная себя за потерю самообладания. Но если и было что-то, что Ягер ненавидел больше всего, то это было разгильдяйство. Он видел очень многих хороших людей, погибших из-за небрежности других, и не допустит, чтобы это случилось вновь.


Ягер приказал людям разойтись, довольный их успехами на тренировке. Они пошли укладываться спать в казармы, а он направился в кубрик, который делил с тремя другими летными командирами. Вытирая ладонями пот с лица, он был рад покинуть жаркую летную палубу, нагретую сверх меры двигателями бомбардировщиков. Спускаясь вниз по коридору к офицерским каютам, Ягер услышал тяжелые шаги по металлу палубы и обернулся. Марти, один из его стрелков, ветеран с многолетним послужным списком, подбежал к нему и отдал честь.

– Разрешите обратиться, командир Ягер? – осторожно спросил он.

– Вас что-то тревожит, стрелок?

– Простите мои слова, но мне кажется, что вы не настолько жестоки, как хотите показаться, – Стрелок застенчиво изучал свои ладони, избегая смотреть на Ягера. – Нам – еще нескольким парням и мне – интересно, как вы стали нашим командиром. Я полагаю, вы что-то натворили?

– О чем вы говорите, стрелок? – Ягер уперся руками в бока. – И при разговоре смотрите на меня, – добавил он, раздраженный тем, что приходится общаться с лысой макушкой стрелка.

Марти неохотно поднял глаза. Было очевидно, что на этот разговор его заставили пойти другие члены команды:

– Ну, вы застряли в «Рапторах», – спокойно объяснил он. – Я думаю, вам лучше знать, что вы натворили, так как ваше назначение сюда является бесперспективным.

Ягер искренне удивился:

– Бесперспективным? Эскадрилья «Раптор» может быть и не производит впечатление, но вы все компетентные, преданные люди. Почему быть вашим командиром настолько плохо?

– Так вы не слышали истории, сэр? – лицо Марти приняло недоверчивое выражение.

– Я не прислушиваюсь к слухам и имею дело лишь с фактами и своим опытом, – Ягера раздражало, что стрелок принял его за человека, верящего всяким сплетням.

– Очень мудро с вашей стороны, сэр, – поспешно сказал старый стрелок. – Послушайте, «Рапторы» всегда получают самые плохие задания, и это точно. Если есть какая-то грязная работа, которую надо сделать, мы обязательно получаем её. Вы должны были видеть отчеты, у нас за последние три похода самые большие потери. Этот идиот Глейд даже не пытался нам чем-то помогать, сгнои его Император.

Ягеру казалось, что в словах стрелка нет смысла:

– А что насчет других «Мародеров», эскадрилья «Дьяволов»?

Марти коротко и горько засмеялся.

– «Дьяволы»? Они даже не знают, что такое тяжелая работа. Летный Командир Раф племянник адмирала Венистона, и если хотите знать мое мнение…

Ветеран покачал головой, удивленный тем, что неведение летного командира столь высоко. Ягер был сыт по горло тем, что его принимали за наивного юнца, только что получившего повышение.

– Вы и подобные вам грязные сплетники можете быть уверены в том, что к тому времени, как я закончу, эскадрилья «Дьяволов» будет полировать наши ботинки, – заверил он Марти твердым голосом и сверля его глазами. – Запомните, команда настолько хороша, насколько она о себе думает. Капитан Каури поддержит меня в этом: вы все нуждаетесь в повышении морали, и тогда всё встанет на свои места. А сейчас идите и отдыхайте.

Старый стрелок мгновение колебался, бросая на командира нерешительные взгляды, затем поспешил вниз по коридору, оставив Ягера наедине со своими мыслями.

Эскадрилья «Раптор» вообще-то неплоха, размышлял летный командир. Они просто начали верить тому, что о них говорили другие. Если то, что фаворитизм адмирала к своему племяннику стоит жизней, окажется правдой, то у него есть несколько причин сказать об этом. А пока всё, что он мог сделать, это наблюдать и ждать. И надеяться, что положение вещей было не настолько плохое, как казалось.


– Кровь Императора! Это зрелище способно вселить в сердце дрожь! – воскликнул адмирал Венистон.

«Божественная справедливость» несла патрулирование всего восемь недель, а уже столкнулась с серьёзной проблемой. Главный экран мостика «Божественной Справедливости» показывал приближенную картину огромного разрушения, подобной которой старый офицер не видел уже много лет. Кошмарные останки крейсера Военного Флота, медленно кружащиеся среди звезд. На некотором расстоянии можно было рассмотреть громадину орочьего скитальца – виновника этой бойни. Один из членов команды считал пылающие зеленью строки с экрана перед ним и доложил:

– Сюрвейеры опознали в этом «Имперскую Кару», адмирал. Восемьдесят процентов повреждений – её просто измельчили ко всем чертям.

Венистон кивнул.

– Да уж. А теперь вопрос: сможем ли мы избежать подобной судьбы?

Капитан Каури выступил вперед, его глаза сверкали.

– Я полагаю, что лучшим будет, вне всякого сомнения, уйти обратно в варп и забыть о том, что мы нашли?

На мостике захихикали, и Венистон кивком отослал Каури в конференц-зал. В этой отделанной деревом комнате двое могли поговорить более свободно.

Венистон заговорил первым:

– Я серьёзно, Джейкоб. Как, черт возьми, нам уничтожить этот проклятый скиталец?

– Техножрецы сделали некоторые оценки, – капитан активировал планшет и вывел схему скитальца. – Основные орудийные системы расположены в передней части. Если нам удастся зайти с тыла, то, по всей вероятности, сможем нанести достаточные повреждения с минимальным ответным огнем.

Каури Каури пальцем провел по экрану широкий круг, остановившись на блоке главных двигателей скитальца.

Адмирал нахмурился.

– У нас есть лишь крейсер и фрегаты, и мы не можем позволить себе атаку с разных сторон, без того, чтобы не рассредоточиться. Если они наведут на нас свои пушки, то даже «Божественная Справедливость» не продержится очень долго. Как вы думаете, мы сможем отвлечь зеленокожую мразь на скитальце достаточно долго, что бы разнести его на части торпедами и батареями, Джейкоб?

Каури почесал свою короткую бородку. Нажав на руну, он вызвал на схеме скитальца серию стрелок и надписей.

– Ну, раз уж вы упомянули об этом, то у меня есть одна идея. Для орков нет проблем попасть во что-то размеров «Божественной Справедливости», но это не означает, что они неуязвимы…


Приказ о подготовке к вылету пришел час назад. Экипажи спешно заканчивали свои дела. Фрао, заместитель Ягера, вместе со своим экипажем молился, стоя на коленях под своим «Мародером» и склонив голову; они распевали гимны с замечательной слаженностью. Ягер взглянул на Ярика, одного из верхних стрелков, что карабкался по верхней части корпуса «Мародера»:

– Что это с ними?

Ярик посмотрел вниз, оторвавшись от полировки спаренных дул автопушек, установленных на спине «Мародера» и ответил:

– Делают это каждый раз. Надеются, что это приносит благословение Императора.

– Это я понимаю, но почему под «Мародером»? Разве не удобнее делать это на свободном месте?

Ярик пожал плечами, хотя их движение едва ли могло быть видно под толстыми складками вакуумного костюма одетого на него.

– Предполагается, что сила Императора проходит сквозь самолет. Как вы могли заметить, другие экипажи делают подобные вещи перед вылетом, специальные ритуалы. Подобные тому, как Джерилл читает выдержки из «Военного Устава», а я полирую эту чертову большую пушку, хотя знаю, что обслуживающий персонал несколько раз смазывал её с тех пор, как мы получили приказ. Удивляюсь, что у вас нет чего-то подобного.

– Да… Да, вы правы, есть кое-что, о чем я забыл, – ответил Ягер растерянно.

Встав перед громадой «Мародера», он призвал команду собраться перед ним, готовясь к инструктажу. Его взгляд скользнул по носу его корабля и по золоченому Взметнувшемуся Орлу, сияющему на нем. Этот рисунок повторялся на перчатках его униформы и на всех шлемах. Это была эмблема эскадрильи «Раптор». Прекрасное название, но насколько хороша команда?

Пока команда собиралась, он оглядел каждого по очереди. За те два месяца, что прошли с тех пор, как они покинули доки на Бакке, он смог узнать каждого поближе, несмотря на то, что настоящий характер можно узнать только в боевых условиях. Здесь были стрелки: Эрик, Марти и Сэйл; каждый показал свою меткость на симуляторах, только Ярик терял хладнокровие в разгаре боя, а Сэйл был, по большому счету, трусоватым. Впрочем, не верь тому, что говорят, как учил его старый капитан на «Неукротимом».

Ферикс, техноадепт, не доставлял Ягеру проблем с тех пор, как тот жестко отозвался о Адептус Механикус в первую встречу. Тем не менее, Ферикс спустился вниз из отсека двигателей, хмурый и явно раздраженный тем, что его оторвали от попыток посвящения «Мародера» Богу-Машине. Ягеру хотелось бы дать ему время закончить ритуалы до взлета; там будет достаточно причин беспокоиться о оскорбленном духе «Мародера» и без поспешных церемоний и торопливых молитв.

Последним был Берханд, бомбардир, накаченный громила. При всей его массе и грубом акценте, он был довольно проницательным. За ним надо наблюдать, решил Ягер, поскольку весь пессимизм в эскадрилье, так или иначе, исходил от него.

Как только пятеро его подчиненных собрались, Ягер поставил ногу на пустую коробку от боеприпасов, которую сервиторы еще не успели убрать. Прокашлявшись, он высказался решительно и конечно, желая привить своей команде уверенность в которой они нуждались. Если они не верили ему сейчас, то их неуверенность или сомнения в бою могут их всех убить.

– Как вы все знаете, многие экипажи бомбардировщиков имеют определенные традиции, призывающие милость Императора и приносящие удачу. Ну, у меня тоже есть кое-какая традиция, небольшая церемония, которую я провожу перед первым боевым вылетом с новой эскадрильей, всего лишь для того, чтобы убедиться, что не произойдет ничего плохого – ни с одним из нас. Не беспокойтесь, на это много времени не потребуется, – заверил их Ягер, увидев растерянные взгляды. Они ждали, что он закончит этот небольшой разговор достаточно быстро, и он мог посочувствовать им в этом.

– Это старая история моего родного мира. Я с Экстью, в случае если вы еще не слышали – маленькое захолустье, по меркам большинства из вас, но в нас сильно развиты чувства чести и отваги, поэтому я не отступлю в любом поединке.

Ягер увидел, что Марти и Ярик кивнули в знак согласия. Остальные беспокойно переступали с ноги на ногу, смущенные началом истории. Ягер знал, что не все культуры были подобны той, что была на Эксью; большинство историй в таких обществах были скорее ребячеством, чем ценными уроками для взрослых и детей. Несмотря на то, что он не раз проклинал других за их нелепые привычки и обычаи, за годы обучения в Имперском Флоте, Ягер научился принимать все манеры поведения и взгляды на жизнь.

– Как бы то ни было, эту историю рассказал мне Веросказитель Ганти. Это рассказ о великом Имперском Орле, в чьих когтях огонь и чьи глаза всевидящие – и о том, как он изгнал из нашего мира Змия Хаоса. Однажды Змий Хаоса, вечный враг Имперского Орла, украл из его гнезда одно из священных яиц, пока Орел был на охоте. Змий Хаоса приносит яйцо в свое логово, оборачивается вокруг него, согревая своим телом и надеясь его высидеть. Вернувшись, Имперский Орел с тревогой обнаружил, что одно яйцо пропало. Он искал повсюду, но так и не смог обнаружить священное яйцо.

– Тем временем яйцо проклюнулось и появление молодого Орла было встречено Змием Хаоса: «Приветствую тебя, я твоя мать и ты должен знать всё, чему я тебя научу и слушать всё, что я скажу.» И Орел обучился всем грязным и извращенным обычаям Змия Хаоса.

Ягер видел, что теперь завладел вниманием людей, даже Ферикса, чьи религиозные убеждения учили его поклоняться машинам, стоящим выше человека.

– Сияющие золотом перья молодого орла потускнели от злобы, – от возникшего в голове образа падшего орла губы Ягера скривились. – Его сияющие глаза затуманила ложная надежда, а когти затупились от неповиновения. Всё это время Имперский Орел продолжал поиски, высматривая свое потерянное яйцо, где только можно. И вот, наконец, в один прекрасный день, он наткнулся на Орла, уже совсем повзрослевшего, и поначалу был очень рад этому. Но как только он заговорил с пропавшим Орлом, и увидел, кем тот стал, Имперский Орел очень разгневался. Он приказал молодому Орлу не двигаться с места, пока сам будет искать Змия Хаоса. Он нашел предателя, лживое существо скрывалось неподалеку, в тени, но острые глаза Имперского Орла смогли его разглядеть.

Ягер прикрыл глаза, вспоминая время, когда еще ребенком впервые услышал эту историю. Следующая часть была его самой любимой и вдохновляла его во время учебы в Схоле Прогениум и во время летной подготовки на Бакке. Она вдохновила его на летную карьеру, и в те времена, когда было особенно трудно, Ягер про себя повторял её. И всякий раз это придавало ему сил, чтобы преодолеть возникшие трудности.

Другие экипажи закончили предстартовую подготовку, и подошли послушать речь командира. Теперь все двадцать девять человек стояли перед ним, вслушиваясь в его слова. Глубоко вздохнув, Ягер продолжил рассказ.

– Спикировав вниз на своих огромных крыльях, Имперский Орел схватил Змия Хаоса своими огненными когтями и поднял его высоко в небеса. Очень долго они летели. «Зачем ты напал на меня?» – спрашивал Змий Хаоса, притворяясь невинным и несведущим.

«Ты взял то, что принадлежит мне,» – отвечал Имперский Орел. – «И извратил своей тьмой настолько, что он стал не настолько благородным, гордым, чтобы выполнять свое праведное предназначение. За это преступление тебе не будет пощады.» И Имперский Орел бросил Змия Хаоса в бездонную темную яму, что была Оком Ужаса, приговорив его на вечное заключение, агонию и мучения за то, что он сделал с молодым Орлом.

Выдержав драматическую паузу, Ягер заметил, что эта старинная история возымела должный эффект на собравшихся людей. Теперь они слушали его увлеченно, ловили каждое слово, и, что более важно, верили всему, что он хотел сказать им. Его чувство гордости вдохновляло их, вселяя чувство уверенности. Они были готовы следовать за ним.

– Имперский Орел вернулся к своему отпрыску, – продолжал Ягер. Его пылкий взор останавливался на каждом присутствующем по очереди. – «Ты совершил великую ошибку, – сказал Имперский Орел. – Настолько большую, что я не могу ничего исправить, могу лишь наказать виновного. Сделанного не исправить. Ты мой ребенок, но я не могу оставить тебя в живых, настолько извращенного и злобного.» Молодой Орел посмотрел на Имперского Орла и его врожденное благородство пробилось сквозь грязь лживого предательств Змия Хаоса. «Я понимаю, о великий Имперский Орел,» – и молодой Орел запрокинул голову, подставляя грудь Имперскому Орлу. Одним взмахом огненных когтей Имперский Орел вырвал сердце из груди молодого Орла и превратил его в прах – никто не может жить после того, как его коснулся Змий Хаоса, даже дитя Имперского Орла.

Сэйл, стрелок-подхалим, разразился восторженными аплодисментами; некоторые мрачно улыбнулись в знак признательности, остальные ждали объяснений в почтительной тишине.

– Мы и есть когти Императора! – голос Ягера был силен и наполнен убеждением, и правая рука непроизвольно приняла форму хватающих когтей. – Поскольку наш корабль называется «Божественная Справедливость», мы обязаны быть орудием мести Императора. Безжалостным, беспощадным, приносящим лишь быстрое правосудие и верную смерть!

«Быстрое Правосудие, Верная Смерть» было девизом эскадрильи, и сказанное так уверенно, с таким вдохновением, оказало поразительный эффект на команду. Ягер видел на их лицах такое предвкушение, стремление в бой, какого раньше не было. Они гордились собой, впервые за все годы.

– Итак, кто мы? – закричал Ягер, поднимая сжатый кулак.

– Быстрое правосудие, Верная Смерть! – ответили двадцать девять глоток.

Эхо заметалось по взлетной палубе, заставляя экипажи других эскадрилий удивленно оборачиваться. Ягер улыбнулся, его сердце бешено стучало.

– Чертовски верно! Дадим врагу почувствовать вкус когтей Императора!


Ягер посмотрел в окно кабины и усмехнулся, увидев остальные самолеты эскадрильи, летящие вдоль корпуса корабля, за каждым тянулся четыреххвостый след плазмы. Оружейные камеры «Божественной Справедливости» медленно открывались, обнажая батарею за батареей массивных лазерных орудий, электромагнитных пушек и плазменных излучателей. Потрясающая огневая мощь, способная стереть в пыль целый город.

Комм-линк в шлеме Ягера с треском ожил:

++ Истребители «Гром» эскадрилий «Стрела» и «Шторм» в точке сбора. ++ знакомый голос Летного Командира Декстры донесся из металлической решетки коммуникатора дальнего действия.

Ягер щелкнул по медной руне передачи на панели комм-линка слева от себя:

– Рад тебя слышать, Джез. Занимай десятую позицию в ромбе позади нас.

++ Принято, «Раптор Лидер».++

Как только маленькие истребители заняли свои эскортные позиции вокруг эскадрильи бомбардировщиков, Ягер прибавил скорость, выдвигая самолет на острие V-образного строя «Мародеров». Судно мчалось над носом крейсера, похожее на искорку света на фоне огромных торпедных туннелей.

Ягер послал отчет:

– Мостик, это «Раптор Лидер». Формирование закончено, к атаке готовы; ожидаем данных по цели, во имя Императора.

Берханд поднял вверх большой палец, показывая, что с «Божественной Справедливости» получена информация по цели и хриплым голосом сообщил Ягеру детали по внутренней связи.

– Эта точка в задней части скитальца, где-то возле двигателей. Не могу сказать, что это точно, слишком далеко.

– Что ты имеешь в виду?

– Только то, что я сказал, сэр. Здесь только координаты, нет деталей по типу цели, в примечании сказано, что траектория атаки на ваше усмотрение.

– Очень хорошо. Сообщи мне, как только будут дополнительные данные.

Ягер переключился на канал эскадрильи:

– Внимание, «Рапторы», это реальная обстановка. Никаких споров, скулежа и сваливания. Я не допущу, чтобы кто-то из вас был виновником моей смерти и ваших товарищей. Мы здесь, чтобы взорвать всё именем Императора, и это то, что мы чертовски хорошо сделаем!

Ягер улыбнулся, услышав в наушниках смех членов других экипажей. Откинувшись на спинку кресла, он начал расслабляться. Это хотелось бы сделать до того, как они окажутся в зоне действия многочисленных оборонных систем скитальца, поскольку он был уверен, что два часа напряжения ослабят его реакцию, не говоря уже о нервах команды. Чтобы занять себя чем-то, Ягер еще раз провел предбоевую проверку. Пробежав взглядом по кабине, он проверил всё визуально. В армированной обшивке кабины не было ни одной трещины или царапины. Толстые рукава кабелей, идущие от панели управления во всех направлениях, казались неповрежденными, без разрывов изоляции и перекручивания. Стрелки манометров давления двигателей уютно расположились в зеленой зоне, и показания остальных многочисленных циферблатов, приборов и счетчиков показывали, что всё в норме. Ягер проверил управление полетом, обеспокоенный жесткостью, которую он ощущал при движении рулевой колонки. Несколько мягких поворотов и вращений показали, что всё прекрасно, рассеивая подозрения Ягера.

Берханд рассказывал ему, что этот «Мародер» был практически разорван пополам лазерами эльдар во время последнего задания. При этом его предшественника, Глэйда, высосало в вакуум, и его больше никто не видел. Ягер обругал себя за такие неприятные мысли и, чтобы успокоиться, начал думать о своем родном мире. Отстегнув защелку, Ягер откинул шлем за голову и закрыл глаза. Вытянув губы, начал насвистывать охотничий мотив своей родины.


Венистон мерил шагами командную палубу мостика, наблюдая в различных экранах обновляющиеся данные по разворачивающемуся бою. «Божественная Справедливость» медленно сближалась со скитальцем, и небольшие орочьи корабли, сопровождавшие его, пытались пробиться сквозь фрегаты ограждения и атаковать крейсер. В этом у них были небольшие успехи – один или два сумели приблизиться на расстояние удара и были уничтожены сокрушающей мощью палубных пушек «Божественного Правосудия». Пол дрожал в пульсации огромных плазменных двигателей, несущих корабль к отдаленному врагу, и приближающих всех, кто есть на борту, к скорой победе или гибели. Один из офицеров связи что-то бормотал капитану Каури, пока тот через плечо подчиненного смотрел на мерцающий экран, показывающий успехи эскорта и истребителей.

– Какие-то проблемы, мистер Каури? – Венистон шагнул в сторону капитана, пытаясь сдержать напряжение в голосе.

– Ничего существенного, сэр, – ответил Каури, встав смирно и глядя в глаза адмирала. Венистон вопросительно поднял бровь. – Волна орочьих истребителей-бомбардировщиков пробила блокаду. Вскоре они перехватят «Мародеров» эскадрильи «Раптор». Но щит из истребителей должен защитить наши бомбардировщики.

Каури провел ладонью по усталым глазам и поправил пятерней свои темные волосы.

– Пошлите «Громы» в точку перехвата, – распорядился Венистон, глядя мимо Каури на экран. – Если орки подберутся слишком близко, то бомбардировщики замедлятся, а фактор времени играет определяющую роль. Если «Рапторы» вовремя не нанесут удар, весь план рухнет, а скиталец будет полностью маневренен, когда мы подойдем на расстояние удара. Мы не должны позволить этому случиться, Джейкоб.

На мгновение адмирал прищурил глаза и сжал зубы, представив что «Божественное Правосудие» ждет та же участь, что и «Имперскую Кару».

– Что если поднимется вторая волна истребителей? Они будут беззащитны… – протестующий голос капитан охрип от возможных последствий.

Ответ Венистона был торжественен и холоден.

– Если это случится, то всем нам останется лишь молиться Императору о спасении.

Адмирал вновь повернулся к главному дисплею, что означало конец разговора. Каури подавил гримасу, и развернулся к ожидающему офицеру связи:

– Новые приказы эскадрильям «Стрела» и «Шторм»…


Увы, «Громы» из эскорта покинули их несколько минут назад, и теперь «Мародеры» были предоставлены сами себе. По мере того, как эскадрилья «Рапторов» приближалась к скитальцу, стали видны всё большие детали сражения. Рой орочьих кораблей атаковал фрегаты, сопровождающие «Божественное Правосудие». Маневрируя вне досягаемости грубых орочьих орудий, имперские корабли наносили врагу тяжелые повреждения; обломки не менее чем пяти орочьих судов безжизненно плавали в зоне боевых действий. Чем ближе был скиталец, тем массивнее он выглядел на самом деле. Вокруг него вращалась группа защитных астероидов, наводненных бандами орков и ощетинившихся батареями пушек и ракетных установок. Некоторые были просто отколовшимися осколками скитальца, захваченные его силой гравитации. Другие, насколько Ягер помнил из обучения в Центре Тренировок, были специально пойманы орками, использующими причудливые технологии захвата астероидов и обломков, и целенаправленно вовлечены в вихрь препятствий, защищающих от нападения извне. Независимо от их орбиты и, несмотря на то, были ли они просто кусками камня и металла, или были напичканы ракетами или орудийными башнями, во всем флоте они были известны просто как Камни.

Пока Ягер рассматривал этот, по меньшей мере, великолепный образец, раздался шипящий звук убегающего газа, и рулевая колонка в левой руке начала сильно вибрировать.

– Ферикс! – рявкнул Ягер по внутренней сети. – Эта проклятая рукоятка опять пляшет. Мне надо выровнять её прямо сейчас, если вы не возражаете.

Маленький техноадепт пролез в кабину и достал с пояса набор инструментов. Вытащив яркое, гравированное золотом устройство из одного кармана, он начал откреплять панель под ногами Ягера. Отвинчивая ячейку чуть ниже рулевой колонки, Ферикс начал напевать низким голосом:

– Чтобы видеть дух машины, надо быть Механикус. Чтоб найти причину сбоя, надо быть Механикус. Чтоб вести Обряд Ремонта, надо быть Механикус.

Ягер перевел внимание с человека на то, что творилось за бронированным стеклом кабины. Фрегаты провели хорошую работу, пробив брешь в атакующих кораблях орков, создав чистый коридор для «Мародеров». Однако что-то было не так. Позвоночник Ягера покалывало от некоего внутреннего предчувствия. Глядя на приближающуюся громадину, зловещие подозрения возникли на границе его разума.

– Берханд, сможешь сфокусироваться на этом Камне, на пять часов, где-то двадцать на тридцать пять? – с нарастающей тревогой спросил Ягер бомбардира.

– Понял, – ответ Берханда звучал вопросом.

– Выясни предполагаемую траекторию, и наложи на наш курс.

– Хорошо, командир Ягер. Метрикулятор начал обработку. Ответ через… Проклятье! Вы были правы, сэр. Нас несет прямо на эту чертову штуковину!

– Мы можем избежать столкновения? – спрашивая, Ягер уже знал ответ.

– Нет, сэр. У нас не хватит времени. Милость Императора, нам придется самим иметь дело с этой проклятой штуковиной… – голос бомбардира понизился до едва слышного шепота.

Ягер включил комм-линк дальнего действия.

– Мостик, это «Раптор Лидер». У нас проблемы.


Эскадрилья бомбардировщиков медленно закладывала вираж, дрожа от рева двигателей проносящихся мимо многочисленных ракет. Каждая орочья ракета, запущенная с Камня, была больше «Мародера», спроектированная так, чтобы взрывать массивные звездные корабли, и один неудачный взрыв уничтожил бы всю эскадрилью. Грубые морды украшали носы чудовищных ракет, словно хитрые, скалящие в усмешке острые зубы, дьяволы выпрыгивали из тьмы на столбах яростного пламени.

Ягер с мрачным настроением вслушивался в комм-сеть.

++Это «Аполло», в данный момент мы не можем выйти из боя. ++

++Это «Великолепный», мы не сможем вовремя к вам подойти. ++

И так далее, каждый из фрегатов был либо очень занят, либо очень далеко, чтобы атаковать быстро приближающийся Камень. Еще одна вспышка на орочьей защитной платформе на пути «Мародеров», и еще шесть ракет понеслось навстречу бомбардировщикам. Ягер переключился на внутреннюю связь эскадрильи.

– Делимся на один-четыре, я впереди, – его голос был тихим и резким. – У нас есть время на один проход. Отчет пошел.

Вспыхнула зеленая иконка на панели сбоку, и Ягер переключился на прием сообщения.

++ Это техноадепт Адрамаз с «Превосходного», ++раздался жесткий незнакомый голос. ++ Мы изучили вашу цель и обнаружили основную точку для удара. Передаем данные. По всей видимости, это некий источник энергии, который сможет уничтожить цель, если вы попадете в него. И в этом случае рекомендую отлетать от Камня как можно скорее, так как мы не знаем, насколько сильным будет взрыв. ++

– Спасибо, Адрамаз.

Ягер повернулся чтобы убедиться, что Берханд получил данные.

Бомбардир кивком подтвердил получение информации о реакторе Камня и, поворотом диска и щелчком переключателя, послал данные другим «Мародерам». Развернувшись в кресле, Берханд взялся за сдвоенную рукоятку управления и ведения огня носовыми лазпушками. Один их выстрел мог пробить полуметровую или более толстую броню и с той же легкостью разнести этот Камень.

– Надписи показывают, что лазерные ограждения отсутствуют, – ухмыльнулся Берханд. – Парочка хороших выстрелов сделают своё дело.

Ягер вновь обратился по сети к своей эскадрилье:

– Используйте только лазпушки: бомбы и торпеды берегите для основной цели.

Первым откликнулся Фрао:

++ Что вы подразумеваете под основной целью? Разве мы здесь не для того, чтобы уничтожить это?

– Это всего лишь побочная цель, – поспешно ответил Ягер. – Наша главная цель находится на самом скитальце.

++ Вы шутите! Пять «Мародеров» произведут на эту скотину не больший эффект, чем болотные мухи на задницу грокса! ++начал возражать Дрэйк.

Ягер подавил рычание прежде чем открыть комм-канал.

– Не мы издаем приказы, мы просто следуем им. Если у вас с этим проблемы, разворачивайтесь и летите в ангар. Если мы хотим выполнить задание, то всем надо успокоиться. Сначала разберемся с этим Камнем, а затем поспешим к нашей главной цели.

++ Если мы так далеко заберемся! ++ голос Фрао был резким и скрипучим даже на фоне шума помех связи. ++ Проклятая удача «Рапторов»! ++

Ягер ударил руне передачи и заорал:

– Молчать, всем! Сейчас все слушают только меня. Вы все знаете свои обязанности, у всех до этого были боевые вылеты. И чтобы я больше не слышал про «удачу «Рапторов»». Всем понятно?

По сети пришла серия подтверждений и Ягер кивнул себе. Сомнения сеют семена страха, так в юности учил его настоятель Схолы Прогениум. Уничтожь их в зародыше или они прорастут в ересь.

Бросив взгляд на панель управления, Ягер заметил, что все системы работают на допустимом уровне. Всё готово. Он глубоко вздохнул, рука зависла над комм-линком. Медленно выдохнув, он нажал на руну.

– Эскадрилья «Раптор», это «Раптор Лидер», – Ягер заставил голос звучать спокойно, несмотря на то, что сердце бешено колотилось и ощущалось волнение из-за приближающегося боя. – Налет, атака! Налет и атака!


Дюжина орудийных башенок вертелась на шарнирах, посылая поток снарядов в несущиеся к Камню на полной скорости «Мародеры». Именно сейчас, уворачиваясь от смертоносного града, каждый пилот мог доказать свою значимость. Джерил первым последовал за Ягером, а затем остальные бомбардировщики. Со своей позиции Ягер имел прекрасную возможность увидеть в действии великолепные «Мародеры».

Они были огромными металлическими зверюгами с широко раскинутыми крыльями, весом превышающими три боевых танка. Созданные как для ведения боев в космосе, так и в атмосфере, «Мародеры» совершали маневры с помощью небольших направляющих двигателей вдоль фюзеляжа и на крыльях пока находились в вакууме, а как только входили в атмосферу планеты, в ход вступали массивные управляющие крылья и счетверенные прямоточные воздушно-реактивные двигатели. Получившие от экипажей прозвище «Зверюги», каждый из «Мародеров» был летающей крепостью. Две сдвоенные автопушки способны градом огня пробить броню вражеского самолета и уничтожить команду и двигатели, в то время как хвостовой строенный тяжелый болтер, в секунду выпускающий дюжину снарядов, уничтожал вражеские перехватчики и мелкие наземные цели. На носу стояли лазерные орудия для ведения прицельного огня, под крыльями подвешены шесть ракет класса «Трал», каждая с плазменной боеголовкой, способной создать при взрыве воронку диаметром пятнадцать метров или расколоть броню космического корабля. В дополнение ко всему этому, «Мародеры» имели вместительные камеры, наполненные разрывными или зажигательными бомбами.

Мысли о столь разрушительном потенциале только одного «Мародера» вновь вселили в Ягера веру в Империум. Эту удивительную машину создали Адептус Механикус. Схола Прогениум Министорума дала ему веру в служении Императору. Имперский Флот обучил его управлять этими чудовищными созданиями из металла. И теперь он здесь, вновь несет пламенную кару на головы врагов Императора. Для Ягера не существовало более прекрасного чувства.

Чем ближе эскадрилья «Раптор» подлетала к Камню, тем свирепее становился вражеский обстрел. Со скрутившей желудок внезапностью Ягер выровнял нос несущегося к Камню «Мародера» относительно горизонта этого маленького астероида. Еще секунду назад под ними был открытый космос, а теперь неслась земля. Как всегда, пару секунд Ягер боролся с дезориентацией, и, сделав несколько глубоких вздохов, рефлекторно послал «Мародер» в серию коротких падений, взлетов и виражей, пытаясь сбить с толку вражеских стрелков. Скользящие снаряды рикошетили от бронированного корпуса, издавая металлический лязг. Близкий удар сотряс самолет, и предупреждающие руны вспыхнули красным на трех контрольных панелях внутри кабины. В комм-линке раздался наполненный тревогой голос Ферикса:

-Броня повреждена! Проверьте ваши вакуумные пломбы и произнесите Третий Гимн Защиты, хвала имени Его.

Ягер привычными движениями проверил застежки своего шлема, шепча литанию:

– Избави меня от пустоты. Защити от эфира. Храни мою душу.

Бомбардировщики почти вышли на линию огня, и вражеский заградительный обстрел ослабел – часть пушечных башенок оказалась на противоположной стороне астероида. Внезапно взрыв поглотил самолет Джеррила, и от него полетели большие куски обшивки. Фрао летел ниже, поливая из лазпушек вражеские турели, и сея быструю месть. Ягер увидел зияющую дыру в правом крыле «Мародера» Джеррила, искры из разорванных силовых кабелей тянулись за самолетом в вакууме.

– «Раптор Три», каково ваше состояние? –затребовал Ягер.

++ Управление правым крылом потеряно, тяжело управлять. Не думаю, что сдержу её, разрешите выйти из боя? ++

Ягер стиснул зубы:

– Хорошо, Джеррил. Заканчивай и лети домой.

Внезапно иконка комм-линка вспыхнула, показывая важное сообщение.

++ Это адмирал Венистон. «Раптор Три», из боя не выходить: сделайте круг и перестройтесь для атаки на главную цель. ++

Сквозь шум статики пришел ответ Джеррила:

++ Что… Проклятое управление… Приказ принят… ++

Ягер проводил взглядом уходящий из боя «Мародер». Легко качнув рукоятку управления вправо и влево, Ягер провел свой самолет сквозь несущиеся к ним снаряды. Проведя «Мародер» над крутым склоном кратера, он в первый раз увидел корпус реактора: невообразимая мешанина перекрученных труб и силовых реле. Берханд заворчал что-то, поймав орочий силовой генератор в перекрестье прицела своей лазпушки. Разряды лазерной энергии полетели к Камню, поднимая вверх облачка дыма и пыли. Еще один залп лазпушек, рвущий металл и скалы.

– Кровь Императора, мимо! – взревел Берханд, врезав кулаком по контрольной панели лазпушек.

Уведя «Мародер» с линии атаки, Ягер развернул кресло, чтобы посмотреть на заход бомбардировщика Фрао. Его самолет несся к цели, оставляя за собой след из крутящихся осколков, два ярких заряда попали прямо в реактор, превратив его бронированную обшивку в расплавленный металл и попав в скрытую под ним камеру сильно нестабильной плазмы.

– В очко! – радостно завопил Фрао. – Валим отсюда!

Ягер до боли в руке вывернул рукоятку назад и вправо, посылая «Мародер» в крутой подъем. В боковые экраны он мог видеть маленькие взрывы на поверхности Камня, вызванные цепной реакцией, распространяющейся от реактора по турелям и ракетным батареям. Дуги электроэнергии вспыхивали в воздухе, указывая на критическую перегрузку реактора. Облако газа вырвалось из подземного резервуара через поверхность Камня, разбрасывая осколки камней в опасной близости от «Мародеров», а затем исчезло во вспышке голубого пламени. Чистая плазма вырвалась из расплавленных останков генератора, сместив Камень со своей траектории – теперь он начал отдаляться от скитальца. Последовавший за этим взрыв, на мгновение ослепивший летного командира, разорвал Камень, его осколки и фрагменты полетели в разные стороны. Победный клич экипажей Ягера и других пилотов зазвенел в ушах.

Ягер поспешил их упрекнуть:

– Спокойней, «Рапторы», это всего лишь разминка. Теперь к основной цели. Постройтесь, Джеррил летит в хвосте.

++ Подтверждаю, куда теперь, сэр? ++ пришел ответ от Джеррила.

Ягер поморщился и немного погодя ответил:

– Не уверен. Мы до сих пор не получили полной информации по цели.

Проклятье, подумал он про себя, инструктаж по всему этому заданию был неясным. Всё это дело уже начинало вонять, но он еще не был уверен чем.

++ Давайте полетим прямо, ++ голос Фрао был полон сарказма. ++ Мы не знаем, что атаковать, мы просто сделаем свою работу. Так ведь? Что может быть проще: мы просто летим туда, сбрасываем несколько бомб, делаем несколько выстрелов и летим домой? Так или иначе, но я не думаю, что всё будет так легко.

– Хорош болтать!

Настроение Ягера падало. Он был согласен с пилотами, но будь он проклят, если позволит сомневаться в командных навыках Каури и Венистона на половине задания.

«Мародеры» летели дальше, громада скитальца росла в окнах их кабин. Тот уже заслонял россыпи звезд, похожий на некую сокрытую тень, заманивающую «Мародеры» и готовящуюся поглотить их.


Капитан Каури тихонько покашлял, привлекая внимание адмирала. Старший офицер оторвал взгляд от следящей станции и развернулся к нему, вопросительно подняв бровь.

– Мы на позиции для начала второй атаки, Лорд Венистон.

Адмирал смотрел в никуда, почесывая рукой осунувшуюся щеку.

– Сэр? Мы будем продолжать?

Глаза Венистона словно окаменели.

– Очень хорошо, Якоб. Запускайте эскадрилью «Дьявол». Приступаем к атаке непосредственно на сами двигатели.


Рассеивая за собой осколки Камня, «Мародеры» неслись к громаде скитальца. Нажав несколько рун над головой, Ягер повернулся к маленькому экрану, расположенному над передним стеклом, и мерцающее, дергающееся изображение заднего вида возникло в треске помех. Летный командир наблюдал, как «Божественная Справедливость» приближается к скитальцу, потрясающие плазменные двигатели толкали её вперед на огромных огненных шлейфах. Два выживших фрегата выстраивались перед крейсером, готовые защитить свой главный корабль в случае атаки нескольких оставшихся орочьих кораблей.

Ягер представил, какая суета сейчас на массивном боевом корабле, как оружейные и торпедные расчеты бегают туда-сюда, подготавливая орудия к бою. В его воображении орудийные палубы были залиты тревожным красным светом, потные стрелки с проклятьями поднимали энергетические ячейки на свои места или загружали снаряды размером с его бомбардировщик. В торпедных отсеках сотни людей сгибали спины, буксируя цепями массивные снаряды, которые были в десять раз больше «Мародеров», по загрузочным рельсам. В отсеке двигателей люди потели больше всего, жар от тридцати плазменных реакторов проникал даже сквозь их термальные ограждения и защитную одежду команды. Он не завидовал им: тяжелая работа в замкнутых помещениях за маленькое признание или награду. Более того, если все пилоты были добровольцами, то большинство из тысяч людей, трудящихся в недрах боевых кораблей, были преступниками, несущими наказание от Императора, или простыми неудачниками, попавшимися в руки вербовочной команды. И всё же, думал Ягер, каждый служит Императору, каждый по-своему. Они все получат должные почести, каждый в свое время, живые или мертвые.

Уголком глаза Ягер что-то заметил, но возможности рассмотреть это не представилось – Эрафа закричал прямо в ухо:

++ Атака! Орочьи истребители-бомбардировщики, быстро движутся к точке пересечения. Где наше чертово прикрытие? ++

Прежде, чем он закончил, Ягер начал отдавать приказы сухим от внезапного страха голосом.

– «Шторм Лидер», «Стрела Лидер», это «Раптор Лидер», нам нужна защита и быстро! У нас…

Ягер сверился с дисплеем перед собой.

– …восемь истребителей-бомбардировщиков!

Командир истребителей отозвался немедленно:

++ Хорошо, Ягер! Мы летим к вам. «Стрела Лидер» закончил. ++

Ягер переключился на коммсвязь с эскадрильей:

– Всем быть внимательными! Стрелки, следите за своими целями, ведя перекрестный огонь. Держать строй. Не дать им вклиниться между нами. Дрэйк, ты сверху: прикрывай мертвые зоны.

Ягер заставил себя успокоиться, расслабил хватку на рукоятке управления. Остановил свой пристальный взгляд на полосках света, отмечающих положение орков. Сейчас оставалось надеяться лишь на стрелков.


Орки приближались к эскадрилье, маневрируя и постоянно виляя, окруженные роем трассеров и пульсацией лазерного огня, ведущегося с «Мародеров». Каждая вражеская машина была особенной, бессистемно сконструированная из грубо вырезанных и согнутых панелей, толчками движущаяся на фоне звезд на очень громоздких двигателях, за которыми тянулись многоцветные следы. Каждый самолет был разукрашен по-своему: часть расчеркнута четкими полосами красного и черного или красного и желтого цветов; другие украшены орочьими глифами, непонятными Ягеру; третьи просто размалеваны зубастыми рисунками и яркими красками. Блестящие пушки высовывались из носов всех самолетов, а под крыльями были подвешены бомбы и ракеты.

Летящие «Мародеры», приблизившись, открыли массированный огонь, пытаясь сбить с курса нападающих, вместо того, чтобы избежать боя с многочисленными юркими орочьими самолетами. Стрелки прикрывали «мертвые зоны» друг друга, и старались создать почти непроницаемую стену огня для того, чтобы держать орков на расстоянии до подхода подкрепления с «Божественной Справедливости».

– Один есть! – закричал Эрик позади Ягера, когда один орочий истребитель взорвался облаком осколков и горящего топлива.

Истребители врага пронеслись перед взором Ягера, обстреливая самолет Дрэйка и отрывая от него выстрелами куски обшивки. Несколько шальных снарядов срикошетили от переднего окна кабины Ягера, заставив его вздрогнуть, но бронированное стекло выдержало. Пушки на верхней части фюзеляжа «Мародера» вращались в гнездах, посылая очередь за очередью вслед проносящемуся врагу. Через левую обзорную панель Ягер увидел, как один из орков был пойман в прицел стрелков самолетов Фрао и Дрэйка. Кабина самолета раскололась, а сам он, кувыркаясь, полетел прямо к поврежденному «Мародеру» Джеррила. Бомбардировщик отчаянно попытался уйти с пути орочьих обломков, но его поврежденное крыло начало скручиваться, пока совсем не отвалилось. Потеряв управление и безумно вращаясь, «Мародер» выпал из строя и внезапно попал под перекрестный огонь орков. Ягер отвел взгляд, но в его голове возникла картина безжизненных тел команды, дрейфующих среди звезд.

Избавившись от прикрывающего огня Джеррила, орки зашли в тыл эскадрильи «Рапторов», ловко маневрируя среди залпов кормовых орудий. Положение выглядело удручающим: теперь, когда построение нарушено, орки просто могли убирать их одного за другим. Если продолжать лететь вперед к цели, они станут легкими мишенями и их уничтожат за пару минут.

– Перестраиваемся для боя! Дрэйк, Эрафа, сделайте круг и заставьте…

Приказ Ягера прервало сообщение с «Божественной Справедливости».

++ Это адмирал Венистон. Сохраняйте строй, продолжайте двигаться к главной цели без задержек. ++

Ягер ударил по панели управления, пытаясь подавить растущую ярость. Венистон обдуманно обрекает их на смерть? Он вновь ударил по кнопке комм-линка.

– Это Ягер. Повторяю: перестроиться, избавимся от этих проклятых орков или можно забыть о нашей цели.

«Мародеры» разлетелись, и Ягер начал крутой разворот, рукоятка управления сильно вибрировала в его руках. Берханд склонился над управлением лазпушками, старательно выглядывая в прицельный экран цели. Ягер заметил истребитель, пристроившийся в хвост Дрэйку. Он направил свой самолет к вражескому и, пристроившись над ним, взглянул, готов ли Берханд. Лучи лазпушек бомбардира ударили одновременно с выстрелами Эрика над их головами. Они ударили прямо в хвост орочьему истребителю, который сразу резко накренился и вышел из боя, выбрасывая фонтаны искр из разорванного фюзеляжа.

Грохот снарядов по левой части корпуса привлек внимание Ягера – еще один вражеский истребитель-бомбардировщик несся к ним, изрыгая пламя из дул пушек. Что-то ударило в корпус позади командира и он услышал приглушенный вскрик по комм-линку.

– Что там сзади произошло? Сэйл? Марти?

Ему ответил низким голосом Марти:

– Выстрел в голову, Командир Ягер. Сэйл мертв.

Полный беспорядок. Ягер смотрел, как «Мародеры» крутились и виляли, пытаясь уйти от более быстрых орочьих самолетов. Враг был всюду, истребители-бомбардировщики кружили вокруг эскадрильи, отвечая на каждый залп залпом своих орудий.

Голос Эрика заполнял внутренний комм-линк:

– Ну давайте, выродки! Эх, чуть поближе бы… Получите! Черт, только по крылу! О, ты тоже хочешь получить кое-что, мерзость? Император, эти ублюдки такие юркие…

Ягер повел «Мародера» круто вниз, громада орочьего скитальца поплыла перед ним за окном кабины. Он увидел «Мародер» Дрэйка, преследуемый тремя истребителями-бомбардировщиками и понял, что к первой атакующей волне присоединилось еще больше орочих кораблей. Взглянув на бортовой сканер, Ягер осознал, что большинство сенсоров бомбардировщика были повреждены и не собирают новые данные. Вспыхивающие на панели янтарные и красные огоньки указывали на то, что практически все системы самолета нуждались в серьезном ремонте. Бросив взгляд через плечо, Ягер рассмотрел Ферикса, копошащегося в полутьме. Бормоча молитвы, тот отчаянно пытался соединить разорванные кабели и заделать лопнувшие трубопроводы.

Вновь обратив внимание на то, что происходит за окном кабины, Ягер беспомощно смотрел, как орк залпом огня искромсал хвост «Мародера» Дрейка. Но затем, совсем внезапно, истребители-бомбардировщики, преследующие Дрэйка, взорвались в вихрях огня и шрапнели. Спустя миг три Имперских «Грома» пронеслись на полной скорости сквозь облака пылающего газа. Комм-линк с треском ожил.

++ Это «Стрела Лидер». Возьмем их на себя. Прорывайтесь к своей цели. ++

Со стоном облегчения Ягер запустил двигатели на полную и щелкнул руной на панели связи:

– Вы вовремя, Декстра! Удачи и увидимся на борту.

Перехватчики пробили дыру в эскадрильи истребителей-бомбардировщиков, очищая путь для бомбардировщиков, направившихся к своей цели. Ягер, не отрывая глаз от громады орочьего скитальца, сделал вираж, направляя самолет в свободную брешь.

– Эскадрилья «Раптор», это «Раптор Лидер», – объявил Ягер на частоте эскадрильи, пытаясь придать голосу спокойствие, несмотря на трепет и бешено бьющееся сердце. – Следуйте за мной.


– Проверьте доступ к ракетам и бомбам, – приказал Ягер.

Берханд коснулся пары рун на панели и нахмурился, когда они не засветились. Взревев, он грохнул кулаком по дисплею и его ухмыляющееся лицо осветил зеленый свет. Он взглянул на Ягера и поднял вверх большие пальцы.

– Это «Раптор Лидер»,– продолжал передавать Ягер эскадрилье. – Приготовьтесь к бомбардировке основной цели.

Получив серию подтверждений, Ягер ухмыльнулся. Они прорвались. Не все, конечно, но он надеялся, что у них будет возможность отомстить за Сэйла, Джеррила и других.

++ Вы только взгляните на размеры этой зверюги, ++ нарушил эфир испуганный голос Арафы.

– Поменьше разговоров, будьте внимательны, – перебил Ягер. – Мы не для того так далеко забрались, чтобы всё сейчас испортить.

Несмотря на свои строгие слова, Ягер отлично понимал чувства пилотов. Скиталец действительно был огромен, он превышал даже величественные размеры «Божественного Правосудия». Эскадрилья всё ближе и ближе подлетала к цели, а громадина становилась всё больше и больше, и Ягер смог уже разглядеть еще больше деталей. Он видел, где три или возможно, четыре, космических корабля слились вместе, образуя выступы скрученного металла, которые под причудливыми углами выходили оттуда, где неисчислимые корабли и астероиды спрессовались течениями варпа, образуя основную часть массы дрейфующего скитальца. Всё выглядело так, словно гигант рвал и мял металл и камни размерами с целый город и весом в бесчисленные миллионы тонн. О том, как орки сумели обжить один из этих бесцельно блуждающих монстров, знает лишь один Император. То, что они смогли это, было достаточно плохо, но то, что эти зеленокожие дикари смогли запустить бездействующие двигатели или создать свои громоздкие движки, превратило безудержную, неустойчивую угрозу в страшную опасность. Большая часть орочьего судна мерцала кристаллами льда, покрывавшими корпус. Газовые потоки вырывались из невидимых отверстий, создавая кольцо медленно клубящегося смога вокруг скитальца. Всё это было своего рода дикой красотой: изломанная скульптура из искрученного металла почему-то казалась чем-то элегантным, плывущим между звезд.

Ягер сосредоточился. Внутри этой странной, растянутой оболочки были тысячи, возможно сотни тысяч орков, готовых опустошить любую планету; пролиться на континенты волнами необузданного разрушения и убийства. Он вспомнил, что случилось с «Имперской Карой» и представил труп Сэйла, запечатанный в кабине стрелка позади него. Все мысли о красоте тотчас вылетели из его головы. Скиталец представлял опасность имперским областям; клякса на галактике. И его долгом было уничтожить её.

Проверив данные по цели, текущие по маленькому желтому экрану над его головой, Ягер накренил летящий к скитальцу «Мародер», выводя его на траекторию атаки.

– Эскадрилья «Раптор», это «Раптор Лидер», – прорычал Ягер, прокручивая план атаки в голове. – Сейчас, хвала Императору.


«Мародеры» неслись над хаотическим корпусом орочьего скитальца, ныряя вниз под проемы разрушенных порталов, облетая вокруг изломанных колонн. Из-за того, что «Мародеры» летели низко, защитные турели не успевали среагировать на их появление, посылая безобидные лучи энергетических разрядов и снаряды секундой позже.

Ягер начал распевать молитву, которая осторожно устанавливала связь между его разумом и самолетом, которым он управлял. Он бы положился исключительно на инстинкты, он и бомбардировщик действовали и реагировали как единое целое. Чувствуя, что соскальзывает в полусознательное состояние, и полностью сосредоточившись, Ягер скользнул взглядом по Берханду, сгорбившемуся над экраном целей, пальцами подсознательно регулируя диски под ним, чтобы отцентрировать прицел и получить нужную величину.

Направляя одной рукой «Мародер» над поверхностью скитальца, Ягер активировал несколько рун, и окно кабины перед ним немного потемнело, поскольку соединилось с искусственными ушами и глазами «Мародера». Вспомогательное изображение контуров и силуэтов наложилось поверх вида сквозь щит; на передний план выдвинулись отдельные препятствия, высвечивая закрученные контуры и углы поверхности орочьего скитальца в сильном контрасте для обеспечения легкой навигации. Участки статики и белизны показывали здесь и там, что сенсоры самолета были повреждены или, что был некий воздействующий источник энергии на самом скитальце.

Поскольку Берханд был занят бомбами и ракетами, то управление лазпушками ложилось на плечи Ягера. Потянувшись вверх, летный командир дернул за рычаг. Выпустив легкий пар, панель управления лазпушками двинулась вперед из панели возле Берханда и четыре захвата зафиксировали её в новом положении рядом с Ягером. Ударив по паре кнопок на панели управления оружием правой рукой и всё еще ведя «Мародер» над препятствиями левой, Ягер активировал лазпушку и экран перед ним наполнился водоворотом статики. Быстро отрегулировав множественные датчики оружия, Ягер перенастроил вспомогательные глаза лазпушки и облако пятнышек превратилось в движущиеся иконки, выдвигая на передний план точки возможных целей. Кроваво-красная руна их главной цели выглядела как направляющий маяк, вереница углов, оценка брони, траектории и другая информация быстро прокручивалась рядом с ней.

– Эскадрилья «Раптор», озвучьте текущее положение, – скомандовал летный командир.

++ «Раптор Два», лазпушка всё, но ракеты и бомбы на связи и готовы взрываться! ++

++ «Раптор Три», все системы работают нормально, хвала Императору. ++

++ «Раптор Пять», всё находится на зеленом, проблемы с хвостом. Тяжело держаться, но мы справимся.

– Хорошо. Принимайте вектор атаки Прайм, стандартный ромб. Не упустим впустую эту возможность.

Ягер стал медленнее дышать, понимая что, несмотря на молитвы, он начинает нервничать. В течение некоторого времени они будут лететь над зазубренными останками разрушенного грузового судна, а затем выйдут на прямую линию с их еще неизвестной целью. По внутренней связи начал нарастать гул – Берханд будил духов самонаводящихся ракет «Мародера» и те начали поиск своих целей. С приближением бомбардировщика к цели и обнаружением системами ракет точек целей, гул становился всё более высоким. Наклонив нос «Мародера» вперед, Ягер повел эскадрилью над разрушенным грузовиком. Неизвестная цель предстала во всем своем виде.

Словно разряд нечестивого гнева, шар плазмы шириной в сотню метров, прошел сквозь эскадрилью «Мародеров», поглотив самолет Арафы, не оставив от него ничего, кроме облака газов и каплей расплавленной пластали.

Комм-линк немедленно ожил голосом Дрэйка:

++ Кровь Императора! Да это чертова орудийная батарея! Почему они не сказали нам, что это чертова пушка? Какого черта они там думают? Разве мы должны не двигатели атаковать? ++

Ягер видел, что это правда: пара огромных орудий, со стволами такой ширины, что могли запросто проглотить «Мародера», и были конечной точкой для атакующих бомбардировщиков. Ягер вздрогнул от страха, увидев на сканерах данные о наращивании энергии для следующего выстрела.

– Вверх! – заорал Ягер по частоте эскадрильи. – Ломайте строй! Ударим с другой стороны!

Выворачивая свой самолет в крутой подъем, он молился, чтобы другие среагировали вовремя, словно это могло заставить их самолеты двигаться быстрее, заставить их реагировать быстрее, на пределе возможностей.

Как только «Мародеры» рассредоточились, еще один вулканический взрыв энергии вырвался из пушек, проходя, пылая, там, где еще секунду назад были бомбардировщики. Ягер поблагодарил Императора за его быстрое руководство, но про себя проклял Венистона и Каури от всей души. Почему они не могли сказать ему, что целью была орудийная батарея? Как, черт возьми, они думали, он будет должным образом планировать атаку, не зная обо всех опасностях? Приглушив свой гнев, Ягер отдал приказ о повторном атакующем заходе, пылко молясь, чтобы у огромной турели не хватило времени развернуться и сделать еще один выстрел по ним. На такой дистанции это принесло бы тяжелые потери.

Мучительно медленно орудия разворачивались к приближающимся «Мародерам». Сообщение «Отклонение Достигнуто» вспыхнуло красным в левом окне кабины, и визг ракет перешел в непереносимый вопль.

– Лети, сладенькая месть! – раздался голос Берханда, цитирующий слова, написанные им лично на каждой из загруженных ракет.

Залпы огня с других бомбардировщиков присоединились к залпу Берханда, колыхающаяся волна смерти понеслась к своей цели на огненных хвостах, быстро превращаясь в искорки, так как ракеты сильно разогнались на пути к орудийной башне. Они попали в цель в смертельном цветении взрывов и обзорный экран показывал искореженные куски металла, летящие во всех направлениях. Выбегающие газы были быстро охвачены огнем в актинических струях горящего пламени.

Красный указатель цели всё также был активен на экране кабины, ярко сияя перед глазами Ягера. С вызывающим отвращение страхом он понял, что башня не была уничтожена. И она собиралась еще раз открыть огонь.

– Лазпушки и бомбы! – приказал Ягер, нажимая на гашетку большим пальцем, и орудия его самолета изрыгнули залп энергетических разрядов. Осколки и горящий газ взрывались на поверхности скитальца под лазерами, несущимися к своей цели, пока орудийная турель не оказалась в центре шторма сходящихся лучей, выпущенных с четырех «Мародеров». Предупреждающий символ, замеченный до этого Ягером, показывал, что башня была готова вновь открыть огонь. Внутренним взором Ягер видел, что огромные стволы орудий пылали внутри сдерживаемой энергией, готовые выплюнуть из себя разрушения и проклятья.

Выстрел, произведенный турелью, был такой силы, что отбросил Ягера на спинку сидения, огромный раскаленный сгусток белой плазмы вырвался из вздымающихся облаков яркого магниевого пара. Легко потянув на себя рукоятку управления, Ягер начал поднимать машину от поверхности скитальца.

Внезапно по ушам ударил голос Дрэйка:

++ Управление вышло из строя, «Раптор Лидер». Я не могу поднять… ++

Ягер увидел, как «Мародер» Дрэйка летел под ним, приближаясь к поверхности скитальца, шлейф искр и горящего топлива тянулся за ним из хвоста.

Уходи, взмолился Ягер. Доберись до спасательной капсулы. Он с видимым облегчением выдохнул, увидев как в средней части корпуса «Мародера» сработали аварийные ракеты, отделив капсулы, которые, вращаясь, полетели прочь от скитальца.

++ Барнус и Корд пропали, – в голосе Дрэйка сквозила печаль. – Связь с их капсулой блокирована. ++

++ Эскадрилья «Раптор», это Венистон, – мягкий голос адмирала прорезался сквозь помехи связи. – Прекрасная работа, парни. Теперь можете вернуться домой. ++

Ягер в замешательстве нахмурился. Как, ад побери, разрушение одной орудийной башни поможет «Божественному Правосудию» в битве против этой туши? Он всё еще злился, когда на зеленом экране, вдалеке, появился ответ на этот вопрос. Большое количество «Мародеров» неслось к двигателям этого чудища: эскадрилья «Дьяволов».

Фрао с досадой прошипел по комм-линку:

++ Полагаю, это проклятущие «Дьяволы». Мы делаем всю кровавую работу, а они получают всю славу! ++

– Не сейчас, Фрао, – ответил Ягер. – Перестраивайтесь на мое крыло. Пусть «Дьяволы» берут всё под свой контроль.

++ Слышу тебя, «Раптор Лидер», ++ голос Фрао звучал счастливо.


Бомбы и ракеты эскадрильи «Дьяволов» добрались до одного из огромных двигателей скитальца, а два уцелевших «Мародера» «Рапторов» неслись над поверхностью, их лазпушки выбирали слабые места в броне, ударяя по деформированным щитам и перекрученным пластинам. Вскоре уже дюжина пожаров плясала по скитальцу, а двигатель сотрясался в круговерти облаков сверхраскаленной материи. Взрывы расцвели уже на целой секции скитальца и один за другим умирали массивные звездные двигатели, теряя энергию и затухая, оставляя скитальца неуправляемо дрейфовать. «Мародеры» неслись обратно к «Божественной Справедливости», а крейсер к победоносному уничтожению врага. Волна за волной проносились мимо торпеды; настроив экран заднего вида, Ягер наблюдал, как плазменные боеголовки создавали огромные дыры в бронированной коже скитальца. Орудийные батареи били по всей ширине орочьего судна яркими точками света. Огонь бушевал по всей средней части умирающего скитальца, превращаясь в неистовое адово пламя – с увеличивающимся давлением из корпуса вырывался воздух.

Готовясь к посадке на палубу, Ягер бросил последний взгляд на скитальца. Неспособный маневрировать главными двигателями, и противостоять Имперскому крейсеру, обстреливающему его тыл, скиталец медленно разрушался. Посылая залп за залпом, орудийные палубы «Божественной Справедливости» обстреливали громадину, срывая огромные куски с каждого борта. Древние реакторы в глубинах скитальца начали перегружаться, образуя огромные дыры в корпусе. Затем «Мародер» вошел в тень «Божественной Справедливости» и скиталец исчез из виду.


Помывшись и облачившись в униформу, Ягер торопился в зал для брифингов. Когда он вошел, Венистон расспрашивал «Дьяволов». Каури тоже был здесь, безмолвно стоя позади адмирала с ничего не выражающим лицом. Ягер слушал, как Венистон хвалил эскадрилью «Дьяволов» за столь победоносный день, и всё услышанное начинало его бесить:

– И я могу без сомнения сказать, что это смертельное задание закончилось полным успехом, и я рад, что всё было достигнуто с допустимыми потерями.

Вот это было уже слишком, чтобы стерпеть. Ягер вышел в центр зала, пылая от ярости. Он слишком через многое прошел, чтобы стоять и безучастно слушать, как адмирал хвалит «Дьяволов» и говорит, что потери «Рапторов» просто несущественны.

– «Допустимые потери»? – спросил Ягер, сверкая глазами. – Что, черт возьми, вы имеете в виду под «допустимыми потерями»? Я потерял пятнадцать отличных парней на этом задании, в то время как эти летчики отсиживались в безопасности в ожидании приказов! Пятнадцать парней гибли, пока другие наблюдали и ждали! Если бы вы послали нас вместе, мы бы справились намного лучше. Проклятье, вы даже не сказали нам, какова наша цель, не так ли?

Венистон и Каури недоверчиво уставились на Ягера, что еще больше распалило его ярость.

– Ну конечно, – выплюнул он, понизив голос до шепота, – мы же всего лишь «Рапторы», с нами не надо считаться, не так ли? Простите, что мы не родственники, адмирал, но моя жизнь столь же ценна для Императора, как и ваша семья!

Каури был вне себя.

– Что всё это означает, летный командир? – прогремел капитан с темным от гнева лицом. – Как вы смеете так разговаривать с высокопоставленным лицом? Вызовите вахтенного офицера и немедленно отведите командира Ягера на гауптвахту!

Фыркнув, Ягер закрыл рот в бессильной ярости. Не глядя на него и не проронив ни слова, Венистон вышел из зала, игнорируя ледяной взгляд, которым провожал его Ягер. Летный командир почувствовал, как его руку сжали пониже локтя и развернулся.

Там стоял лейтенант Стрэнд в сопровождении двух охранников.

– У нас приказ арестовать вас, мистер Ягер, – сказал Стрэнд с безразличным видом.

Ягер с усилием кивнул и последовал за ними из зала брифингов. Секунду спустя их догнал капитан Каури и взмахом руки отпустил лейтенанта и охранников.

– Вы слишком далеко зашли, Жак, – начал тихим голосом Каури, встретившись глазами с пристальным взглядом летного командира. – Если у вас нет уважения, значит, у вас нет вообще ничего.

Каури отвел летчика в один из вспомогательных ангаров. Там стояли гробы с погибшими, подготовленные для выброса в космос во время вечерней похоронной церемонии. На каждом была табличка с именем, даже на тех, где тел не было: стрелок Сэйл, эскадрилья «Раптор», стрелок Барнус, эскадрилья «Раптор», стрелок Корд, эскадрилья «Раптор», командир Дрэйк, эскадрилья «Раптор»; ряд продолжался и продолжался.

Всего гробов было двадцать один. Когда Ягер прочитал шестнадцатую табличку, то в шоке отступил на шаг. Там было написано: летный командир Раф, эскадрилья «Дьявол». Ягер смущенно повернулся к Каури.

– Я-я не… – Ягер, заикаясь, пытался подобрать слова. Его гнев прошел; осталась лишь пустота.

– Атака «Дьяволов» не была задачей в стиле «легко пришел, легко ушел», как вы это себе представляете, – капитан был краток. – Они всё же должны были пройти через атаки орочьих кораблей и отдельных истребителей-бомбардировщиков. Раф погиб, направив свой самолет прямо в двигатели орочьего корабля, заблокировавшего подход «Божественной Справедливости». Он пожертвовал собой ради выполнения задачи, и вы должны вспоминать о нем с гордостью.

Каури встал между Ягером и гробом, принуждая смотреть на него.

– Это я разработал план атаки на двигатели, а не адмирал, – неуклонно продолжал капитан. – Я был тем, кто решил, что необходимо две волны нападения: сначала «Рапторы», чтобы заставить замолчать орудия защиты двигателей, обнаруженных сканерами Механикус, а затем «Дьяволы» завершают всю работу. Если бы вы полетели вместе, это увеличило бы шансы на успех? Десять «Мародеров» имели бы больше шансов на уничтожение батарей? Нет, не отвечайте. Вы знаете, что я говорю правду.

– Там было две отдельных цели, которые потребовали бы двух заданий. Мы не могли подставляться под удары орочьей орудийной батареи пока «Мародеры» возвращались бы для дозаправки и пополнения амуниции. Всё должно было быть сделано сразу. Ни одна из ваших эскадрилий не была лучше, уверяю вас. И причина, по которой я не сказал вам, что это батарея, была в том, чтобы вы не волновались. Ну, скажите честно, были бы вы так решительны, если бы знали, что вас ждет огромная орудийная батарея?

Ягер обдумал аргументы, приведенные капитаном, и увидел в них логику. Но это не отменяло тот факт, что они оказались в такой ситуации, что не знали обо всех опасностях:

– Но атака на такую большую орудийную батарею не то же самое, что атака на беззащитные двигатели, сэр.

– Я знал, что это будет тяжело и что люди могут погибнуть, – говорил капитан Ягеру, по его глазам было видно, что он понимает беспокойство летного командира. Продолжая говорить, Каури вел Ягера из ангара вниз, к гауптвахте. – Не думаете ли вы, что каждый раз, отдавая приказ об атаке, я не считаюсь с жизнями моих людей? У вас было прикрытие из «Громов» во время второй атаки истребителей. Как вы думаете, почему им потребовалось так много времени, чтобы присоединиться к вам? Потому что они сопровождали эскадрилью «Дьяволов». Я не подписывал смертельные приказы вашим командам, я дал им возможность доказать себе, увидеть, что стоит эскадрилья «Раптор» на самом деле. Лорд Венистон имел возможность отстранить меня, зная, что его племянник пройдет через те же трудности, что и вы. Но он не сделал этого.

– Какого черта он этого не сделал? – спросил Ягер, взмахнув рукой. – Что, черт побери, эскадрилья «Раптор» для него значит? Раф был в «Дьяволах», и к ним он должен относиться лучше всех.

– Речь не об этом. В действительности я, зная, что адмирал столь же сильно сам хотел дать вашей эскадрилье шанс на славу. Без вашей поддержки эскадрилью «Дьяволов» просто смели бы орудия орков и «Божественная Справедливость» оказалась бы лицом к лицу с подготовленным врагом, а не с беспомощной целью. Все понимают это – включая Лорда Венистона.

Тут Каури подвел Ягера к гауптвахте, где их в молчании ожидал Венистон. Ягер взглянул на адмирала, и впервые понял, какую боль и мучения тот сейчас испытывает.

– Теперь вы можете передать арестанта мне, – сказал адмирал, встретив пристальный взгляд Ягера.

На первый взгляд Венистон казался спокойным и собранным, и лишь случайные подергивания век или губ показывали, какие эмоции испытывал он из-за смерти племянника.

Когда Каури, поклонившись, ушел, Венистон положил свою руку на плечо Ягера:

– Пока вы будете здесь, подумайте о том, что сегодня произошло.

Голос адмирала был тих, но строг. Он говорил голосом умудренного годами руководителя, и Ягер за всё время, проведенное на «Божественной Справедливости», впервые услышал то, что адмирал говорил от себя:

– Ваш энтузиазм, ваша преданность заслуживают похвалы. Но вы должны думать о своих перспективах, прислушиваться к вышестоящим. Навсегда запомните: цель оправдывает средства. Ни одно задание, в котором я принимал участие или командовал от имени Императора, не прошли даром, и пока я буду в здравом рассудке, я не отступлю с этого пути.

Ягер не знал, что ответить. Его разум после битвы был еще словно в опьянении, мысли крутились, пытаясь понять неожиданную последовательность событий, последовавших за его вспышкой гнева в палате брифингов.

– Я буду думать об этом, сэр, – сумел выдавить он.

– Просто подумай о том, что ты сделал, парень, – сказал адмирал. Легким кивком головы он приказал двум дежурным часовым отвести Ягера в маленькую, скудно обставленную камеру.

Как только толстая стальная дверь с лязгом за ним захлопнулась, Ягер задумался. Он сел на узкую койку и уронил голову на руки. Что Венистон имел в виду, говоря «ни одно задание, в котором я принимал участие»?

В голове он прокручивал лишь одно, мельком замеченное им, когда адмирал убрал руку с его плеча. Ягер посмотрел на черные перчатки, часть униформы летного командира, предписанной правилами. Венистон также носил черные перчатки, и на каждой был маленький символ. На его перчатках был вышит золотой нитью стоящий на задних лапах Орел, символ эскадрильи «Рапторов».