Нити судьбы / Threads of Fate (рассказ)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Нити судьбы / Threads of Fate (рассказ)
KT-FB6.jpg
Переводчик Harrowmaster
Издательство Games Workshop
Серия книг Истребительная команда / Kill Team
Год издания 2019
Подписаться на обновления Telegram-канал
Обсудить Telegram-чат
Экспортировать PDF, EPUB, FB2, MOBI


Сюжетные связи
Предыдущая книга Фрактальные Клинки / The Fractal Blades


KT-FB8.jpg

Странное это дело, размышлял Бастек Шен, снова ступать по твердой земле. Открыть глаза и видеть перед собой унылую землю и камни, а не бесконечный калейдоскоп безумия и разрушений. Воистину странное.

— Судьба привела нас сюда, — произнес он вслух, повернувшись к Тотеку Х’Кетту, своему самому старому и доверенному спутнику, вместе с которым они встретили помрачение и забвение. — Сквозь пространство и время, сквозь бескрайние воды имматериума к этой точке схождения.

Прошло девять дней с тех пор, как Шена и Фрактальных Клинков выбросило в реальность и они освободились от оков кошмарного измерения, в котором находились... сколько? Чародей не знал наверняка. Казалось, целую вечность. Он считал, что его страданиям не будет конца, что Повелитель Перемен Икскламатинон никогда не устанет играться с его душой и разумом, что ему не надоест карать его за высокомерие при помощи непрерывных и постоянно меняющихся пыток.

И все же, что-то произошло. Шен избежал этой ужасной судьбы, по крайней мере на время.

— Но почему сейчас? Почему на этой убогой планете?

Х’Кетт ответил ему молчанием. Он не произносил ни слова уже десять тысяч лет и уже никогда не заговорит вновь. Воин был проклят Рубрикой Аримана. От него не осталось ничего, кроме пыли и древних доспехов, наполненных колдовской энергией. Века сражений оставили свой след на его терминаторской броне, но она по-прежнему не лишилась своего роскошного вида. Ее поверхность сверкала знаками культа Скарабея, элитных воинов Тысячи Сынов.

— Ты прав, старый друг, — кивнул Шен после секундного молчания. — Мне нужно узнать больше. Об этом месте, о состоянии дел в Галактике. От этих червей не добьешься ничего, кроме безмозглого щебетания.

Он пошевелил ботинком труп, лежащий у его ног. Прежде чем мощь его психического зондирования вскипятила гвардейцу мозг, он сумел вытянуть из его напуганного разума обрывки разрозненных воспоминаний. Немногим более чем наполовину сформированные образы смерти и разрушений. Эта планета, Вигилус, не представляла собой ничего стоящего, кроме удачного местоположения. Галактика разорвалась пополам. Чужеродные силы слетелись, подобно стаям саранчи, и Империум бросает миллиарды жизней в горнило войны ради защиты своих священных земель.

Но сильнее всего он ощутил агонию и ужас человека, а также гниль, которая практически сожрала его изнутри.

Шен осмотрел тело. Глаза пожелтели и запали, лицевые кости и ребра странным образом растянулись, словно что-то выталкивало их изнутри. Плоть на правой руке мертвого солдата сплавилась с панцирной перчаткой, а сквозь кожу, словно загнутые ногти, проступали хитиновые шипы.

— Считай свою смерть милосердием, — пробормотал колдун.

Он признал наличие неестественного вмешательства. Пульсирующие останки мертвого тела смердели колдовством. Воины убили еще немало похожих на него мутантов во время спуска в храмовые районы. Бушующая в телах созданий болезнь окончательно разрушила остатки их разума, и они бросались на терминаторов Скарабея с самоубийственным упрямством. Даже когда те рубили их на куски, твари все еще пытались колотить своим самодельным оружием по их непроницаемой броне.

Катакомбы источали запах энтропии и распада, а вдалеке Шен слышал жуткие стоны, вопящие в унисон. Стены сочились желто-зеленой слизью, а по земле ползали кучи жирных личинок.

— Это работа прислужников Чумного бога, — задумчиво произнес он, скрыв под шлемом свою неприязнь.

Может, для этого могучий Тзинч пощадил его душу? Между слугами Меняющего Пути и вонючими рабами Нургла не было особой любви. В то время как Шен и ему подобные искали просвещение и копили знания, обожатели Чумного бога хотели лишь утопить Галактику в нечистотах, чтобы породить мерзкую новую жизнь из разлагающихся тел погибших.

— Идем, — скомандовал он, шагая вперед, преисполнившись новым смыслом. — Взглянем своими глазами, что Отец Чумы приготовил для Вигилуса.

Фрактальные Клинки поднимались по винтовым лестницам, освещенным желтоватым солнцем, чьи лучи едва пробивались на них сверху. Воины вышли на другой, более узкий пролет, который на этот раз вел вниз, на широкий круглый двор под открытым небом. Со всех сторон на них взирали статуи древних героев, сжимающие ладони на рукоятях огромных мечей или поднимающие тяжелые щиты, расписанные символами Империума. Небо над их головами было похоже на огромную рану, источающую болезненную зеленую дымку на торжественных гигантов и груды обломков, оставшиеся от других статуй, сметенных прицельным артобстрелом.

Вдалеке грохотала артиллерия, методично и неумолимо изливая свою ярость. Шен не мог сказать наверняка, принадлежали ли орудия лоялистам или чужеродным захватчикам. Это было неважно. Война уже покинула это место, оставив после себя лишь руины.

Прогремел гром, на этот раз намного ближе. Послышался звук ступающих по камням сапог, зазвучала неритмичная панихида, от которой у Шена застучали зубы.

— В укрытие, — приказал он, указывая на окружающие их статуи. Изваяния стояли в больших углублениях, которые легко могли вместить даже громоздкого терминатора. Медленно и целеустремленно, культ Скарабея последовал указаниям. Воины сами превратились в статуи, безмолвные, словно каменные стражи, у ног которых они встали.

Шен остался во мраке дверного пролета, наблюдая за пространством двора. Одним движением пальцев он набросил на себя тени, словно маскировочный плащ.

Мгновение спустя, из дальнего конца галереи на свет вышли несколько гигантских фигур. Каждая из них была размером с воина Скарабея, их терминаторские доспехи покрывал толстый слой грязи, а шлемы и перчатки приобрели неестественные формы, поскольку плоть под ними стала одним целым с керамитом. У одного имелась пара дергающихся конечностей, похожих на лапки насекомого. Шлем другого украшал огромный заплесневелый рог, словно у жука-охотника. Они ступили во двор с наглой уверенностью, не прекращая тянуть свою унылую песню забитыми гноем глотками. Владыки Мора, элитные терминаторы Гвардии Смерти.

Определенно, у Чумного бога большие планы на Вигилус, подумал Шен. Вот и достойный приз, потенциальный источник информации, который может указать ему путь к истинной судьбе. Он выпотрошит этих невеж и выведает бесчисленные секреты из их гниющих внутренностей.

— Сейчас! — прошептал Возвышенный Заклинатель, посылая телепатический приказ каждому из своих стражей.

Терминаторы Скарабея выступили из теней как один, стреляя на ходу. Визжащие заряды варпового пламени прочертили воздух и врезались в броню Владык Мора, но чемпионы Нургла едва ощутили их натиск, стряхнули с себя пламя и неумолимо двинулись вперед.

Амонхеп открыл огонь из своего «Жнеца душ», яростный рев его пушки было легко различить даже сквозь грохот комбиболтеров. Оглушительная канонада не помешала Шену расслышать характерный ритм его очередей — Амонхеп всегда выпускал по девять снарядов за раз, почитая священное число Тзинча. Его пули прошили нагрудник ведущего Гвардейца Смерти, и на камни двора брызнули струйки черно-коричневого гноя.

Терминаторы схлестнулись, сотрясая под собой землю. Владыки Мора дрались с неспешной четкостью, орудуя своими топорами и клинками словно колунами, будто пытались проломить броню противников одним разрушительным ударом. В сравнении с ними, культ Скарабея сражался почти грациозно. Терминаторская броня совершенно не предназначалась для дуэлей, однако воины плели перед собой изящные узоры своими силовыми хопешами, отражая тяжелые клинки Гвардии Смерти и оставляя множество отметин на доспехах почитателей Нургла.

Анху рухнул, его нагрудник раскололся от мощного удара одного из Гвардейцев Смерти, который держал в руках гигантскую булаву и цеп, больше напоминающий ядро для сноса зданий, чем нормальное оружие. Цеп источал омерзительный запах, он обжег легкие Шена и оставил во рту горький привкус.

— Довольно, — пробормотал чародей и вышел из тени. Колдун воздел свой посох, и в кристаллический глаз на его навершии хлынула эфирная энергия. Бормоча заклинание, Шен позволил оружию упасть в направлении двора.

По земле прокатилась волна разноцветного варпового пламени, которое охватило Владык Мора. Ближайшего к нему Гвардейца Смерти отбросило силой огненного шквала, и тот грохнулся на пол, расколов плитку необъятным весом своей брони.

Воздух наполнился смрадом оплавленного металла и обугленной плоти. Шен двинулся вперед сквозь пелену пламени, держа в руке посох параллельно полу. Гвардия Смерти глядела на него, и Шен улыбнулся. Воистину, давненько ему не приходилось использовать свое искусство на невежественных рабах Чумного бога.

В него полетели болтерные снаряды, но он отразил их психическим щитом, который вызвал из небытия даже не задумавшись.

— Мой путь не окончится здесь, слуги распада, — произнес он, посылая вперед еще один заряд неистового пламени. — Склонитесь предо мной и познайте неизбежность своей погибели.