Пятьсот миров: Тит / 500 Worlds: Titus (кампания)

Перевод коллектива "Дети 41-го тысячелетия"
Этот перевод был выполнен коллективом переводчиков "Дети 41-го тысячелетия". Их группа ВК находится здесь.


Перевод в процессе: 2/3
Перевод произведения не окончен. В данный момент переведены 2 части из 3.


WARPFROG
Гильдия Переводчиков Warhammer

Пятьсот миров: Тит / 500 Worlds: Titus (кампания)
Переводчик Desperado
Издательство Games Workshop
Год издания 2026
Подписаться на обновления Telegram-канал
Обсудить Telegram-чат
Скачать EPUB, FB2, MOBI
Поддержать проект

500 миров: Тит

Это время войны. Эпоха ужаса. Бедствия обрушиваются на владения Императора одно за другим: чужаки, мутанты и еретики стремятся положить конец господству человечества на космических просторах. Поражение следует за поражением. Свет надежды затухает.

Но есть те, кто непоколебимо противостоит надвигающейся тьме, отказываясь признать обречённость расы людей. Один из таких героев — Робаут Гиллиман, примарх Ультрадесантников, верховный главнокомандующий Империума.

Его цель — высоко поднять знамёна Ультрамара, дабы разжечь пламя всеобщего духа человечества и дать ему вспыхнуть с новой силой, ведь если победа и возвращение утраченного ещё возможны в Ультрамаре, то, значит, возможны повсюду.

Верный этому замыслу, он ведёт Ультрадесант и союзников отвоёвывать Пятьсот миров, и ныне войска Ультрамара перемещаются средь звёзд согласно плану примарха. На фронтах Конора, Протоса, Андермунга и Веспатора с каждым часом разгораются новые кровавые сражения. Полчища ксеносов и еретические военачальники стекаются на поля битв, пока изнутри заговорщики пытаются сорвать военную кампанию.

Гиллиман желает, чтобы Пятьсот миров возродились во всей своей славе. Он хочет, чтобы Ультрамар стал мощнейшим оплотом человечества — и основой для чего-то ещё более великого. Однако его оппоненты считают, что он зашёл слишком далеко и его начинание — не более чем угасающая мечта. Только Бог-Император знает истину наверняка, но Его молчание, как говорят некоторые, — признак неодобрения.


Отвоевание Ультрамара

Робаут Гиллиман пережил бурные события Ереси Хоруса. Он помнит многое из того, что человечество в целом давно забыло — либо же принудительно вычеркнуло из имперских летописей. Примарх хранит большую часть этих откровений в своей обширной памяти, понимая, что в лучшем случае ему просто не поверят. В худшем же некоторые из сведений Гиллимана могут спровоцировать новую эпоху Тьмы, которую ослабевший Империум не переживёт.

Однако есть идеи и принципы той далёкой поры — которая для него миновала всего лишь несколько лет назад, — что примарх по-прежнему высоко ценит. Одним из таких краеугольных камней выступает его Кодекс Астартес, а другим — сложившийся в голове идеал галактического крестового похода ради установления порядка. Но, пожалуй, самое дорогое сердцу Гиллимана — это Ультрамар, его звёздное королевство, империя внутри империи, на протяжении десяти тысяч лет служившая фундаментом мощи Ультрадесанта.

Впрочем, даже Ультрамар ныне сохранил лишь тень прежнего величия. В период расцвета его знавали по всему зарождающемуся Империуму как регион Пятисот миров. Это было не столько буквальное исчисление, сколько признание колоссальных масштабов владений Ультрадесанта. То было государство, способное поддерживать самый многочисленный и плодовитый из всех легионов астартес древности, — оплот славного потенциала человечества. Возможно, однажды оно вновь станет таким.


 

Застой. Энтропия. Отчаяние. Вот беды, что подкосят Ультрамар. Это сорняки, что задушат наши поля, паразиты, что будут глодать наши трупы и резвиться среди развалин наших миров. Это плакальщики, что туго спеленают нас саванами и сдавят до смерти. Всё это — и ещё худшее — они сотворят, если мы ничего не предпримем.

Мы всё сделаем, как надо. С учётом нашего опыта и мудрости мы подойдём со всей строгостью и методичностью к стоящей перед нами задаче. Мы не станем ни недооценивать многочисленных врагов, ни растрачивать достойные силы в нашем распоряжении. Мы осознаем истинную природу долга, который берём на себя, и клятв, которые даём, оценим всё, чем рискуем, и бесстрашно взглянем на последствия поражения. Но при всём этом, сыновья мои, мы будем действовать.

Мы обязаны.

Хоть мы и одержали победу в Чумных войнах, Мортарион и его омерзительные отродья нанесли Ультрамару глубокие раны, гноящиеся до сих пор. Лоэбос. Парменион. Иакс. Миры, некогда жизненно важные для нашего королевства, теперь пропитаны миазмами варпа. Мы потеряли аграрные планеты, миры-ульи, центры промышленного производства и стратегического управления — и от этого мы ослабли.

Пока мы страдаем, страдает и Империум моего Отца. Наши испытания — отражение великих мук человечества, пускай и в меньшем масштабе. Нельзя допустить ухудшения ситуации ни во владениях Императора, ни здесь, в Ультрамаре, ибо позволить этому случиться — значит потерпеть окончательное и катастрофическое поражение.

Теория и прагматизм сами по себе не поддержат нас, когда мы будем возвращать Пятьсот миров. Вместо этого, призываю вас, сыновья мои, обратитесь к мести! К чести! К праведному гневу! Как смеют чужаки устраивать свои поганые логова в мирах, что прежде принадлежали нам? Как долго мы будем безнаказанно позволять предателям насмехаться над нами самим фактом их существования? Я скажу вам: больше ни дня!

Мы — Ультрадесантники, первые среди равных, лучшие из слуг Императора. Пора напомнить и врагам, и союзникам об этой истине.

Армии Ультрамара мобилизуются полностью. Каждый ресурс будет задействован, каждое средство брошено на это дело. Подобно тому как я веду флоты крестового похода Индомитус с целью изгнать супостата из всего Священного Империума, так и вы, сыновья мои, изгоните его из пределов нашего королевства. И вы не остановитесь на этом. Некогда Ультрамар простирался куда дальше, и он непременно разрастётся вновь. Пятьсот Миров будут восстановлены!

Я детально спланировал текущую кампанию, предусмотрев все возможные варианты развития событий и обеспечив практическими решениями каждую теорию. Это будет нелегко. Безусловно, это риск — но необходимый. Я доверяю это предприятие вам, убеждённый в том, что вы, из всех преданных слуг Императора, наделены мудростью, стойкостью и силой духа, столь важными для претворения моего видения в реальность, как бы ни было трудно.

Отвоюйте наше древнее королевство. Пусть Ультрамар встанет во весь рост подлинным бастионом, вокруг которого сможет сплотиться остальной Империум. Сделайте это для меня, сыновья мои, с отвагой и честью!

примарх Робаут Гиллиман во вступлении к Consilas Imperitus Ultimar — подробному и исчерпывающему плану отвоевания Пятисот миров


 


Пятьсот миров

План Робаута Гиллимана по возвращению Пятисот миров требует покорения множества секторов и сотен планет. Некоторые из этих галактических областей уже находятся в руках имперцев, однако всё же могут потребоваться непростые переговоры, чтобы убедить планетарных правителей в том, что присоединение к Большому Ультрамару не равнозначно отречению от Империума. Иные миры, системы или целые подсектора представляют собой беззаконные пустоши либо находятся в железной хватке чужеродных или еретических военачальников. Хотя захват этих регионов с моральной точки зрения представляется более простым делом, для их завоевания требуются колоссальные военные силы и огромные запасы материальных ресурсов — не говоря уже о том, чтобы удержать контроль над ними и разместить там гарнизоны после того, как фронты войны сместятся дальше. Почти для любого другого человека даже составление сколь-либо реалистичного плана создания Большого Ультрамара было бы невозможно — можно сказать, граничило бы с фарсом. И то, что замысел Гиллимана в принципе может увенчаться успехом, — свидетельство его глубокой проницательности. Если, конечно, в исполнении этого плана он сумеет положиться на тех, чьи ум и воля менее внушительны, чем его собственные, а все воины, сражающиеся под знамёнами Ультрамара, докажут, что достойны его доверия.


 


Название «Пятьсот миров» не следует понимать буквально. Его лучше рассматривать как отсылку к былым славным деяниям примарха Гиллимана и как громко провозглашённое намерение самого напыщенного и вдохновляющего толка. Примарх рассчитывает расширять ультрамарские территории по четырём направлениям и ставит в приоритет захват достаточного числа ценных миров, чтобы восполнить большую часть ущерба, нанесённого Чумными войнами. На более поздних этапах армии Ультрамара выступят в далёкие и погружённые во мрак области, и в итоге, если всё пойдёт по плану, владения примарха вполне могут насчитывать более пятисот миров.


Наследники Ультрамара

Ультрадесантники многими в Империуме почитаются как образцовые космодесантником. Они — генные сыновья Робаута Гиллимана, примарха, написавшего Кодекс Астартес и тем самым закрепившего организационные и стратегические принципы капитулов. Ультрадесантники по-прежнему следуют этим принципам, применяя их в каждой войне и стремясь соответствовать как примеру своего генного отца, так и собственной репутации идеальных воинов.


Макрагг — родной мир Ультрадесанта, а владения Ультрамара по сути представляют собой их частную звёздную империю. И всё же один лишь их орден никогда не смог бы удержать — или расширить — её границы. Действительно, Адептус Астартес в целом плохо приспособлены для гарнизонной службы или массированного захвата миров. Они — войска быстрого реагирования, чья задача — нанести сокрушительный удар и отправиться на следующее задание. Более многочисленные силы, такие как Астра Милитарум и Навис Империалис, остаются после них, чтобы оборонять вновь завоёванные территории.

Кроме того, от капитулов ожидается, что они будут направлять свои соединения по всему Империуму в ответ на угрозы, и Ультрадесант здесь не исключение. Поэтому, действуя в пределах собственной вотчины, они в значительной степени опираются на людских рекрутов из полков Вспомогательных сил обороны Ультрамара и Флота обороны Ультрамара, чтобы те защищали их миры и патрулировали космические пути. С тех пор как Империум распался надвое из-за возникновения Цикатрикс Маледиктум и нагрузка на Ультрадесантников резко возросла, эта зависимость стала ещё заметнее. Часть группировок ордена застряла по ту сторону Великого Разлома, и их судьба неизвестна. Другие же бьются в составе крестового похода Индомитус или в зонах боевых действий по всему Империуму-Санктус. Хотя большая часть сил Ультрадесанта собралась для защиты родных земель в ходе Чумных войн, многих воинов, переживших тот конфликт, почти сразу отправили на театр военных действий Бастиор против орд флота-улья Левиафан. Ныне растянутые до предела силы Ультрадесантников вынуждены полагаться как никогда прежде на собственную ауксилию, помощь со стороны остального Империума и поддержку девяти щитовых орденов, назначенных Гиллиманом для защиты и расширения Ультрамара.


Властители королевства

Во время Великого крестового похода Ультрамар был разделён на четыре части, каждая из которых включала множество систем и управлялась с планетарного центра власти тетрархом, подотчётным лишь Гиллиману. Хотя эта система утратила актуальность за прошедшие тысячелетия, примарх восстановил тетрархию после своего возвращения, и ныне тетрархальными мирами определены Конор, Андермунг, Протос и Веспатор, а их тетрархами соответственно: капитан Агемман из Ультрадесантников, капитан Феликс из Ультрадесантников, капитан Портан из ордена Генезиса и капитан Балт из Орлов Обречённости.

Четыре тетрарха — и мощные административные структуры, служащие им, — в конечном счёте отвечают за расширение Ультрамара. Именно по их указанию разнообразные космические и наземные силы королевства сражаются за возвращение всё новых миров и защиту тех, что уже объединились под знамёнами Ультрадесанта.

За восстановлением территорий помогают следить одни из самых прославленных чемпионов капитула, которые либо остались в Ультрамаре после Чумных войн, либо вернулись туда по приказу Марнея Калгара. Ко вторым относятся первый капитан и по совместительству тетрарх Север Агемман, а также недавно повышенный до капитана Второй роты Деметриан Тит. Оба отличились в боях за Бастиор, причём Тит принял руководство со смирением после гибели Севаста Ахерана.

Ультрадесантники понесли тяжёлые потери, защищая подсектор Бастиор от тиранидов, и Первой и Второй ротам требовалось пополнение. К тому же обязанности Агеммана как тетрарха больше нельзя было откладывать, равно как и новые обязанности капитана Тита. Последний вдобавок унаследовал титул магистра караула, возлагающий на него ответственность блюсти неприкосновенность границ Ультрамара, которые чрезмерно увеличились по мере отвоевания территорий. Таким образом, пока Марней Калгар прокладывал более долгий и кровавый путь обратно в Ультрамар, оба капитана опередили его и по прибытии домой присоединились к Фабиану из Третьей, Вентрису из Четвёртой, Арейосу из Шестой и Телосу из Десятой, чтобы координировать действия уже участвующих в отвоевании Ультрадесантников и ускорить набор новых претендентов, которые укрепят их ряды.

Впрочем, некоторые из величайших членов ордена не участвовали в кампании. Катон Сикарий, например, на тот момент служил рядом с примархом в крестовом походе Индомитус, капитан Геллиос пропал в Империуме-Нигилус, а свирепый капеллан Кассий бился с очередным флотом-осколком тиранидов за восточными рубежами Ультрамара. Однако те Ультрадесантники, что присутствовали, сражались лишь упорнее, твёрдо решив не подвести своих далёких собратьев.


Гибель Ахерана

Битва за Тригг


Капитан Севаст Ахеран из Второй роты Ультрадесанта встретил свой конец в мире-улье Тригг. Эта планета выступала жизненно важным бастионом системы Огнеров и считалась верным имперским оплотом, поскольку местный губернатор исключительно преданно противостоял угрозе тиранидов. Однако адепты Муниторума, отправленные на Тригг для помощи в военной логистике, исчезли без следа вместе с приданной им ротой Мордианской Железной Гвардии и фрегатом ВКФ, доставившим их к месту назначения. Их пропажа могла бы ещё какое‑то время оставаться незамеченной, если бы не отчаянный и обрывочный астропатический крик, прорвавшийся с судна перед его уничтожением. Капитан Ахеран возглавил ударное соединение Ультрадесанта для расследования зловещих исчезновений. Его сопровождал брат Кайрон, удостоенный чести служить лейтенантом при Ахеране. Космодесантники вскоре обнаружили коварный культ генокрадов, распространившийся из самых нижних отстойников до высочайших шпилей столичного города. Фанатично верные чужеродным божествам, губернатор и его приспешники подняли на восстание планетарных масштабов тысячи ксенокультистов, проникших во все слои общества. Капитан Ахеран без промедлений изолировал столицу Тригга, активировав протоколы противоатомной блокировки, а затем вступил в схватку с казалось бы нескончаемой волной мутантов‑еретиков. Это решение привело к гибели Ахерана, Кайрона и всех их братьев: в ходе всё более отчаянных боёв их одолевали и разрывали на части одного за другим. Но ценой своих жизней космодесантники обеспечили выживание Тригга, удерживая генокульт взаперти, пока не прибыли имперские подкрепления, полностью очистившие планету от ксенопогани.


 


Щитовые ордены

Назначенные Гиллиманом щитовые ордены призваны охранять Ультрамар, как бы далеко ни простёрлись его границы. Плечом к плечу с Ультрадесантниками стоят девять орденов-наследников, связанных с воскресшим генным отцом кровью и долгом. Их родные миры, расположенные за бурлящей пеленой безумия Великого Разлома, затеряны в Империуме-Нигилус, и никто не знает, что с ними стало. Поэтому каждому из этих щитовых орденов предоставлена операционная база в Ультрамаре, дабы они могли эффективнее защищать владения Гиллимана до тех пор, пока не придёт время отправиться отвоёвывать их собственные миры.


 

Ультрадесантники

Вдохновлённые манящим обещанием давно утраченной легендарной славы, Ультрадесантники прилагают больше усилий, чем кто-либо, чтобы построить Большой Ультрамар. Их решимость исполнить почти невыполнимые приказы генного отца столь горяча, что некоторые рискуют принести в жертву на алтарь безжалостной целесообразности свою прославленную благородность и драгоценную связь с человечеством.

«ОТВАГА И ЧЕСТЬ!»
Боевой клич Ультрадесанта


 

Перерождённые

Созданные в ходе основания Ультима, Перерождённые призваны воплощать мощь и исполненную долга решимость воскресшего генного отца. Эта цель находит выражение в их таланте к бронетанковым сражениям. Механизированные ударные клинья Перерождённых бьют, точно пылающий меч примарха, а в обороне их окопавшаяся техника столь же неукротима, как и прославленная воля Гиллимана.


«МЫ ЕДИНЫ СО СВОИМИ МАШИНАМИ, КАК ОН ЕДИН СО СВОЕЙ БРОНЁЙ. В ЭТОМ ЕДИНСТВЕ — НАША СИЛА».
Капитан Кордо Улдасис


 

Косы Императора

Почти уничтоженные, когда флот-улей Кракен наводнил их родной мир Сота, Косы Императора получили приток космодесантников-примарис. Движимые глубокой, пронизывающей душу ненавистью к тиранидам, члены капитула теперь ведут одну кровавую кампанию за другой, желая очистить восточные пределы Большого Ультрамара от всех чужаков и любых иных угроз.


Крепость-монастырь: орбитальная станция «Эгида», восстановлена.

Местоположение: геостационарная орбита над Сотой (статус планеты: perditum infestus)

Статус: высокая боевая готовность, продолжаются операции по отвоеванию окрестностей Соты


 

Серебряные Черепа

Некоторые защитники Ультрамара презирают Серебряных Черепов как суеверных и даже варварских воинов. И действительно, племенные культуры их родного мира Варсавия жестоки и оставили отпечаток на обычаях ордена. Они придают большое значение толкованиям предзнаменований своих библиариев, а их обычаи забирать головы врагов как трофеи (лучшие из них вдобавок покрывают серебром) и наносить на кожу татуировки, отмечая те или иные подвиги и количество убитых противников, часто вызывают неодобрение. Однако никто не может усомниться в свирепости и эффективности капитула как в штурмах, так и в осадном деле. Энергичные и чрезвычайно яростные, когда их раззадорят, Серебряные Черепа — подходящее оружие устрашения против врагов Ультрамара в этот тёмный и кровавый век.


 

Мстящие Сыны

Последний капитул, организованный во время Ультима-основания, Мстящие Сыны олицетворяют холодный и пугающий гнев примарха, направленный на предателей и еретиков. Их родной мир Трэконнис-Майор был уничтожен с приходом Вечной Ночи, и все боевые братья считались погибшими, поэтому воссозданному ордену даровали новый дом — планету Каллимах в пределах Пятисот миров.


«МЫ — ЕГО МЕСТЬ!»
Боевой клич Мстящих Сынов


 

Сыны Орара

Своё название орден берёт от капитана Орара, которого считает древним героем Ультрадесанта и почитает как духовного покровителя. Хотя их доктрина в основном соответствует Кодексу Астартес, Сыны Орара уделяют дополнительное внимание скрытным операциям и внезапным нападениям на малой дистанции, благодаря чему их боевые братья особенно искусны в авангардных атаках.


> Цель отвоевания: Гавромор

> Статус: Perditum Traitoris Diabolus

> Задействованные силы: ~4 роты

> Предупреждение: неожиданные эмпирические аномалии, ситуация непредсказуема, запрошена помощь Инквизиции


 

Новадесантники

Как строгие приверженцы Кодекса Астартес, Новадесантники представляют собой чрезвычайно эффективную и действенную силу, пускай и несколько закоснелую. Капитул базируется на флоте, что позволяет ему распределять силы по меняющимся границам Большого Ультрамара и оперативно реагировать на возникающие угрозы в ходе непрерывного отвоевания звёздного королевства.


«СУЩЕСТВОВАНИЕ ЧУЖАКА — ПРОБЛЕМА, ИМЕЮЩАЯ ТОЛЬКО ОДНО РЕШЕНИЕ: УНИЧТОЖЕНИЕ».
Магистр ордена Лукреций Корвон


 

Преторы Ультрамара

Сформированные из Неисчислимых Сынов, чьё генное семя происходит от Ультрадесанта, Преторы Ультрамара сражались бок о бок с боевыми братьями из многих других орденов и научились уважать методы товарищей. Поэтому Преторы занимаются санкционированным изучением стратегий и тактик разных капитулов, стремясь получить как можно более широкий контекст их применения, чтобы наилучшим образом понять и воплотить учения Кодекса Астартес.


Крепость-монастырь: Горнило, Джорос, третья луна Квинтарна

Местоположение: Малый Ультрамар, система Масали

Статус: численность гарнизона — 10 %, все пригодные силы задействованы в отвоевании Большого Ультрамара, продолжается набор претендентов


 

Обречённые Орлы

Ввиду мрачной и скорбной культуры Обречённые Орлы целиком сосредоточены на принятии неизбежной гибели. Однако такой фаталистичный настрой ничуть не ослабляет их решимости, а напротив, закаляет разум и дух. Полностью смирившись со своей грядущей судьбой, они предпочитают рискованные атаки и широко используют воинов с прыжковыми ранцами, дабы нести врагу неотвратимую смерть.


«СЛУЖИМ ДО СМЕРТИ!»
Боевой клич Обречённых Орлов


 

Аквилоанское Братство

Хотя Аквилоанское Братство придерживается Кодекса Астартес, оно с особой яростью и отвращением относится к отклонениям в верованиях, будь то почитание Хаоса, ксенокульты или даже ошибочные формы поклонения самому Гиллиману. Они с упоением применяют огнемёты и тяжёлое вооружение против таких поборников, что некоторые из щитовых орденов находят отталкивающим. С момента отвоевания Ультрамара этому капитулу приписывали несколько жестоких массовых расправ, отчасти объясняемых отказом космодесантников Братства использовать человеческих посланников или дипломатию, чтобы убедить правителей якобы лояльных имперских миров принести клятву верности Ультрамару.


Деметриан Тит

 

Капитан Второй роты Ультрадесанта


Деметриан Тит был капитаном Второй роты Ультрадесантников более двух столетий назад. Он лишился этого звания из-за козней почитателей Хаоса на Грайе и одного крайне параноидального инквизитора. Обратный путь к той же должности выдался нелёгким, однако в душе Тит остался прежним воителем, стремящимся окружить себя достойными советниками.


Воссоединение Деметриана Тита с родным капитулом произошло в мире под названием Кадаку, где Ультрадесантники случайно повстречали его в рядах Караула Смерти. Смертельно раненого Тита вынесли с поля битвы, и ради спасения ему жизни апотекарии провели операцию по его превращению в космодесантника-примарис.

Восстановленный в звании лейтенанта и избавившийся от статуса «чёрного щита», Тит сыграл ключевую роль в победе над ксеносами и еретиками в системе Рецидиос. Некоторые в ордене по-прежнему относились к вернувшемуся Титу с подозрением даже несмотря на столь впечатляющие подвиги, однако такие недоброжелатели составляли явное меньшинство, особенно после того, как Тит снискал расположение самого Марнея Калгара.

Укрепив положение среди боевых братьев, далее Тит отправился на За’удж для выполнения, казалось бы, самоубийственного задания уничтожить крепость отвратительных демонопоклонников, чьи деяния угрожали целому миру. Сражаясь там вместе с бывшим наставником, ветераном-сержантом Клинковой гвардии Метавром, Тит снова бросил вызов смерти и пагубной энергии варпа — во многом благодаря своей несокрушимой воле и решимости одержать верх.

Но едва лейтенант успел вернуться оттуда, как ему приказали собрать силы и встать под командование магистра Калгара в подсекторе Бастиор. Там Деметриан Тит и его собратья оберегали имперские миры от орд тиранидов, эвакуировали персонал и реликвии, а также бились с еретиками, которые пытались воспользоваться беспорядком, вызванным вторжением тиранидов. Войска лейтенанта, опираясь на с трудом завоёванный боевой опыт, уничтожили тирана улья, координировавшего осаду Дворца Мучеников на Уландриане, и провели высадку на океаническую планету Логово Гидры, где в течение шестнадцати кровопролитных дней охраняли критически важные прометиеводобывающие установки от тиранидских водных биоформ. Именно Тит отрубил голову эмиссару норны, известному как Вурдалак из Рашлава, и тем самым предотвратил полный крах обороны аграрного мира.

Благодаря этим и дюжине других заслуг Деметриан Тит для большинства стал очевидным кандидатом на пост преемника, когда капитан Ахеран встретил безвременную кончину.


Новые обязанности

Повторно став предводителем Второй, Деметриан теперь не только несёт тяжкое бремя сохранения наследия Ахерана, но и дополнительную нагрузку, присущую его должности. Согласно уложениям Кодекса Астартес, капитанство всегда влечёт за собой новые обязанности, традиционно определяемые тем, какой ротой командует офицер. Хотя эти обязанности и связанные с ними титулы порой меняются в зависимости от нужд ордена, капитан Второй роты Ультрадесанта издавна выступает магистром караула, на которого возложена задача оборонять границы Ультрамара. Он обязан следить за тем, чтобы бдительно охранялся не только Макрагг, но и все прочие системы и миры, объявленные протекторатами и рекрутскими мирами Ультрадесанта.

Хотя Тит по-прежнему неутомим и инициативен, расширившийся круг обязанностей сдерживает его стремление лично бросаться в схватку, ведь если какая-то масштабная опасность ускользнёт от его внимания и принесёт хаос в Ультрамар, это докажет, что Тит пренебрёг своим долгом, и не важно, какие подвиги он мог бы совершить, позабыв о нём. Поэтому в настоящий момент полем брани Деметриана Тита всё чаще становится стратегиум, а болтером и клинком его выступают ударные соединения солдат и бронетехники.

С тех пор как активно ведётся отвоевание Пятисот миров, области космоса, которые Тит и его подчинённые должны патрулировать, расширяются с каждым днём. Чужеродные захватчики, пираты, восстания культов и зловещие сверхъестественные феномены угрожают как растянутым границам Ультрамара, так и его якобы безопасным внутренним территориям. Несмотря на повышение числа угроз, силы Тита до сих пор справлялись со множеством испытаний — дипломатических, военных и духовных. Именно благодаря своей неусыпной бдительности капитан Тит и его ближний круг советников и консультантов получили прозвище «Охранители Ультрамара». Они стали своего рода талисманом для измученного населения звёздного королевства. Разумеется, это лишь увеличивает груз ожиданий и ответственности на широких плечах Тита: если его люди потерпят неудачу, урон моральному духу ультрамарцев окажется ощутимым. Однако среди всех генных сыновей Гиллимана, рассеянных по галактике в эру Индомитус, возможно, никто лучше не подготовлен к тому, чтобы нести бремя нескончаемого долга, чем Деметриан Тит.


Средства охранения

В распоряжении Тита небольшая, но грозная армада из стремительных боевых кораблей Ультрадесанта, тяжёлых браулеров, состоящих на службе у Флота обороны Ультрамара, и эскадры снабженческих и ремонтных судов Адептус Механикус. Во главе этой флотилии плывёт почтенный ударный крейсер «Праведная ярость», на котором новоиспечённый капитан Деметриан Тит вернулся в Ультрамар в компании с самим Тигурием. Хотя старший библиарий с тех пор отбыл на другие фронты Большого Ультрамара, крейсер остался с Титом и превратился в его флагман. Обладание этим кораблём — великое благо, поскольку он славится яростным и несокрушимым машинным духом. Вдобавок он претерпел значительные модификации для расширения взлётных отсеков и усиления плазменных двигателей, в результате чего получился уникальный ударный крейсер, способный молниеносно реагировать на возникающие угрозы и быстро развёртывать целые соединения с мощным воздушным прикрытием, чего достаточно, чтобы расправиться с любым противником.

Флот Тита перевозит крупную и сравнительно элитную армию, чья единственная задача — закрывать каждую новую брешь в расширяющихся границах Ультрамара. Помимо космодесантников Второй роты с их арсеналом бронетехники и специализированных боевых средств, Охранители Ультрамара также располагают полками Оборонной ауксилии Ультрамара, причём некоторые из них относятся к престижным формированиям, набранными на самом Макрагге.

В совокупности воинство Тита выглядят поистине впечатляющим. В распоряжении магистра караула мощь, достаточная, чтобы рассеивать полчища ксеносов, уничтожать еретические анклавы и даже испепелять целые миры, если того потребует долг. Однако угрозы неприкосновенности Ультрамара неумолимо множатся, и сам варп бурлит, делая даже самое короткое путешествие весьма опасным. Перед лицом таких трудностей капитан Тит более чем когда-либо полагается на тщательно подобранный командный состав. Покуда его долг — защищать границы Большого Ультрамара, задача Охранителей — помогать ему в этом.


Охранители Ультрамара

Знаменосец Гадриэль

 


Пылкий и неугомонный Гадриэль довольно молод для того, кто носит цвета Второй роты. Пройдя через ужасы инцидента на проекте «Аврора» вместе с Титом (тогда ещё лейтенантом), он укрепил преданность командиру в самых отчаянных испытаниях.

Возведение Гадриэля в должность знаменосца состоялось по личной рекомендации Тита после того, как Вторая рота отстояла улей Мордика. В той битве именно пламенные речи Гадриэля и его пример стойкого воина, не выпускавшего из рук окровавленного оружия, не дали тонким оборонительным линиям Астра Милитарум рухнуть у ворот Нищенствующих, несмотря на все те полчища тиранидов, что нахлынули на них. С того дня Гадриэль несёт почётное знамя Второй роты и откровенно излучает гордость и решимость всякий раз, когда воздевает над собой полотнище. Кое-кто в ордене сомневается в опыте и мудрости Гадриэля с учётом его роли, однако Тит по-прежнему ценит его за прямоту суждений ничуть не меньше, чем за боевые навыки.


Ветеран-сержант Метавр

 


Сержант Клинковой гвардии и мудрый наставник, Метавр — один из старейших среди ныне служащих Ультрадесантников. Именно он столетия назад, ещё до появления Великого Разлома, отобрал юного Деметриана Тита в аграрном мире Тарент, а после проводил его обучение. С тех пор между ними сохраняется прочная связь, вследствие чего Метавр не скрывает усталого презрения к обвинениям в адрес его бывшего подопечного и к тем, кто их выдвинул.

Хотя его вера в Тита абсолютна, и он без колебаний отдал бы жизнь за капитана, Метавр всё же питает определённые сомнения. Он знавал его ещё как юнца, сплошь покрытого кровью и способного на любую жестокость, если это требовалось для победы, и оттого сержант по-прежнему видит в Деметриане ту несгибаемую волю, умноженную тысячекратно благодаря превращению в астартес и отточенную столетиями войн. Он видит её и задаётся вопросом — на что готов пойти капитан Тит ради исполнения своего долга?


Гай Сильва

 


Будучи коммодором Флота обороны Ультрамара, Гай Сильва управляет целыми соединениями космических кораблей для поддержки Ультрадесанта. А порой ему приходится сражаться рядом с частями линейного флота Ультима или даже принимать над ними командование. Впрочем, Сильва не только высококлассный флотоводец, но и эксперт в улаживании напряжённости, возникающей, когда человеческие экипажи вынуждены следовать бескомпромиссным — иногда и вовсе безжалостным — указам астартес. Его хладнокровие можно сравнить с вечными льдами: оно не дрогнет даже в самых отчаянных ситуациях. Сильва остаётся невозмутим, будь то перед массированным огнём вражеской армады или неистовым гневом оскорблённого адмирала Навис Империалис.

После назначения во флотилию капитана Тита коммодор Сильва сделал своим флагманом линкор типа «Император» «Возведённый в величие». С богато украшенного командного мостика этого колоссального орудия войны Сильва руководит подчинёнными и координирует действия с командующими кораблей Ультрадесантников, даже когда обрушивает сокрушительные бомбардировки на головы тех, кто противится воле Ультрамара.


Амелия Минервас

 


Вспомогательные силы обороны Ультрамара, в рядах которых служит уважаемая легат Амелия Минервас, состоит из полков обыкновенных людских сослдат, набранных в Ультрамаре для защиты его миров. Оснащённые и обученные на высоком уровне, они мотивированы тем, что сражаются за край, который называют своим домом. Оборонная ауксилия имеет богатую историю подготовки выдающихся офицеров, насчитывающую тысячи лет, и эта традиция поддерживается и воплощается в жизнь Амелией Минервас.

Она командует 30-м полком Вспомогательных сил обороны Макрагга — престижным подразделением в числе тех, что приписаны ко флоту капитана Тита. Строгая и вдохновляющая, Минервас заслужила уважение как своих солдат, так и Ультрадесантников. Она может цитировать Кодекс Астартес по главам и строчкам и продолжает основательный труд своих предшественников по адаптации изложенных в нём учений и военной философии для ауксилии. Эти стратегии и тактики Минерва знает наизусть и мастерски применяет их в разгар битвы.


Дайнал Корнелиус

 


Прослужив более века астропатом в крепости Геры до перехода во флот капитана Тита, адепт Корнелиус не раз доказывал своё мастерство и стойкость. Ясность его посланий не имеет равных. В то же время его решимость отправлять сообщения даже в самых тяжёлых эмпирейских условиях соответствует железной преданности долгу, присущей самим Ультрадесантникам.

Несмотря на очевидную ценность, Корнелиус не пользуется особой симпатией. Из-за ужасов, с которыми он столкнулся, и постоянного нахождения на грани смертельной опасности и без того резкий в общении астропат обзавёлся чувством юмора, чёрным как сама пустота. Не раз Корнелиуса обвиняли в неподобающем поведении и неуважении как к Ультрадесантникам, так и к высокопоставленным военным чинам. Капитан Тит, однако, защищает астропата от политических последствий таких инцидентов, ибо видит, что за грубыми манерами скрывается прочнейшее ядро преданности Ультрамару, сравнимое разве что с оным у него самого.


Люция Веста

 


Как полномочный представитель Ультрамара, Веста говорит от имени верховного главнокомандующего Робута Гиллимана. Ступая на переднем крае ультрамарской экспансии, она использует свои исключительные таланты переговорщика, чтобы без кровопролития присоединять сопротивляющиеся миры к Большому Ультрамару, и её умения не раз избавляли силы Тита от необходимости вступать в битву.

Хотя Веста наделена хитростью политика и славится красноречием, она, если потребуется, может без предупреждения стать жёсткой и безжалостной, как любой генерал. Её мастерство на словесном поле боя научило Весту замечать малейшую слабость противника и тончайший намёк на ложь или притворство во время дипломатических встреч. Поэтому капитан Тит часто приглашает Весту на военные советы; её уникальный взгляд на ситуацию и внимание к деталям не раз оказывались бесценными и принесли уполномоченной большое уважение в глазах членов Второй роты.


Фронты войны

Возвращение Пятисот миров — предприятие почти невообразимого масштаба. Гиллиман разбил театр военных действий на четыре фронта, всё равно огромных и в какой-то мере абстрактных, но так умам смертных проще осмыслить его план. Ответственность за успешное проведение кампании на каждом из направлений возложена на тетрархов Ультрамара.


Веспаторский фронт

Восточной четвертью Ультрамара с планеты Веспатор управляет тетрарх Децим Андроний Феликс. Собранным им армиям поручено во имя Гиллимана захватить обширное переплетение взаимосвязанных подсекторов — из-за этого Веспаторский фронт стал самым разрозненным и протяжённым из четырёх. Значительная доля систем, намеченных для повторного покорения или ассимиляции, включает множество крайне ценных имперских миров: их производственные и аграрные мощности однажды станут жизненно важными для функционирования Большого Ультрамара.


 


Протосский фронт

Тетрархом западных рубежей Ультрамара является капитан Балт из Обречённых Орлов, чей административный центр расположен на планете Протос. Назначенный ему фронт уже оброс мрачной репутацией: суеверные люди шёпотом называют его «фронтом привидений», ибо в этих тёмных глубинах множатся сверхъестественные угрозы. Возвращённые миры как будто отказываются оставаться под контролем: их терзают восстания и внезапные катастрофы столь часто, что трудно поверить в их случайность. В ответ Балт лишь наращивает скорость и ярость повторного завоевания, словно пытаясь силой подчинить Протосский фронт.


 


Андермунгский фронт

Капитан Портан из ордена Генезиса властвует южной четвертью Ультрамара, заседая на планете Андермунг и неся бремя командования одноимённым фронтом. Хотя формально это наименьшая из четырёх запланированных зон для отвоевания, варп-маршруты здесь капризны и запутаны. Многие планетарные системы доступны лишь по сложным путям или в момент определённого расположения небесных тел. Некоторые подсектора печально известны как пристанища пиратов, в других веками процветали чужеродные империи.


 


Конорский фронт

Заведует им первый капитан Агемман, титулованный повелитель северной четверти. Вверенная ему область имеет высокий процент систем, удерживаемых Империумом, но также — крупные скопления еретических сил, стянувшихся отовсюду с целью поживиться.

 


[01. Система Эндрос]

Надёжный опорный пункт местного ВКФ со внушительными оборонительными сооружениями в глубине космоса.


[02. Система Гадрал]

Инфраструктура серьёзно пострадала от орочьих нашествий. Большую часть системы удерживают ксеносы. Разрознённые имперские силы продолжают сопротивление.


[03. Система Бракс]

Все лоялисты устранены, полный контроль со стороны космодесантников Хаоса. Примечание: не прекращаются столкновения между орками и еретиками, из чего можно извлечь пользу. Высланы истребительные команды.


[04. Система Сикар]

Основная зона конфликта между Ультрадесантом и силами Хаоса.

На кону значительные ресурсные и промышленные богатства.

Боевые операции продолжаются.


[05. Система Куортис]

Мощные имперские укрепления, ведётся дальнейшее строительство.

Главные миры-ульи служат опорными пунктами и источником подкреплений для конфликтов в Сикаре и Венданасе.


[06. Система Пленитас]

Совместное управление представителями Адептус Механикус и Ультрамара. Система используется как арсенал и перевалочная станция для войск в зонах Конорского фронта 11–17. Важность невозможно переоценить, оберегается любой ценой.


Система Гелиодрас

Место развёртывания флота Второй роты Ультрадесанта


Некроны правили галактикой за долгие эры до возвышения человечества, составляя империю ксеноандроидов, что обладала способностью гасить звёзды и телепортироваться через межзвёздные просторы. В незапамятные времена они удалились в гробничные комплексы, где пребывали во сне, пока созвездия вращались в небесах, а континенты вздымались и распадались. Миллионы лет стёрли либо погребли следы их присутствия, но теперь некроны пробуждаются, и в Империуме нарастает ужас от осознания того, сколько планет могут скрывать древние усыпальницы — глубоко погребённые, но уже не дремлющие.

Всюду, где воскрешались металлические мертвецы, разрушения носили катастрофический характер. И речь не только о тектонических и атмосферных катаклизмах: из недр поднимались колоссальные некрополи, системы вооружений и титанические космолёты. А когда бессмертные легионы некронов, исчисляемые миллиардами, выступали из-под земли, целые цивилизации гибли под их пятой.

Некоторые планеты, предназначенные для включения в состав Пятисот миров, уже постигла такая участь. Продвигаясь во тьму за пределами границ своего государства, Ультрадесантники и их союзники обнаруживали всё новые гробничные миры, захваченные возрождающимися династиями. Другие планеты ещё оставались под контролем человечества, но демонстрировали тревожные признаки наличия чужеродных ужасов, покоящихся глубоко под поверхностью.

В последние столетия появился чудовищный враг, угрожающий всей жизни в Млечном Пути. Из внегалактической бездны хлынули флоты-ульи тиранидов, поглощая один мир за другим. Они высасывают с планет органику до скального основания, а затем устремляются дальше в поисках новой биомассы.

Ультрамар принял на себя главный удар первого полноценного вторжения тиранидов, осуществлённого флотом-ульём Бегемот. Первая тиранидская война едва не уничтожила сам Макрагг, но Ультрадесантники ценой огромных потерь всё же разгромили ксенополчища. Некоторые имперские адепты смели тогда надеяться, что угроза тиранидов исчерпана после одного апокалиптического выплеска жестокости. Однако по мере того как новые флоты-ульи проникали в Империум, стало ясно: Бегемот был лишь первым и наименее изощрённым представителем всепоглощающего нашествия, которое может стать гибелью человечества.

Вспыхнувшая в сегментуме Пацификус Четвёртая тиранидская война оттянула существенную часть сил Ультрадесанта после Чумных войн. Именно из этого конфликта вернулись капитаны Агемман и Тит, чтобы присоединиться к отвоеванию Пятисот миров. Но хотя они оставили ужасающие поля сражений Бастиора за тысячи световых лет позади, в конце своего пути они обнаружили, что нескончаемые полчища флота-улья Левиафан уже поджидают их. Тираниды вгрызались в окраины Ультрамара, просачиваясь в любую брешь в обороне, а значит, их предстояло истребить, прежде чем появится хоть какая-то надежда воплотить замысел Гиллимана.


Проклятый легион

>> ПРИНИМАЕТСЯ ЧАСТИЧНО ПЕРЕХВАЧЕННАЯ ВОКС-ПЕРЕДАЧА / ТОЧНОСТЬ ВОСПРОИЗВЕДЕНИЯ СИГНАЛА НИЗКАЯ

>> ПРИБЛИЗИТЕЛЬНЫЙ ИСТОЧНИК: ДИКИЕ ЗЕМЛИ ТЕЛУДАИ, СЕВЕРНАЯ ЧЕТВЕРТЬ, РЕЙЯ-КВИНТУС

...повторяю, это разведывательный патруль «Фортис» Септус-Шесть-Эхо, 28-й полк Вспомогательных сил обороны Ультрамара. Просим немедленного подкрепления. Мы отступили к заброшенному водоочистному комплексу и укрепили позицию, но что-то глушит ауспик, поэтому невозможно точно определить наши координаты. Покуда есть силы, я буду поддерживать эту зацикленную передачу в надежде, что она послужит маяком для наших спасателей.

И визуально, и по приборам подтверждаем: противник — некроны, нечестивые пришельцы-андроиды. Бог-Император, сбереги наши души, они сущие исчадия ада! Наши самые тяжёлые орудия годятся лишь для того, чтобы подбить простейших из их пехотинцев. Более того, многие из тех, кто кажется поверженными, вскоре поднимаются и продолжают атаку. Их оружие — воплощённая ересь: стреляет бирюзовыми лучами, которые заживо сдирают кожу с верных солдат Ультрамара и с лёгкостью проходят сквозь прочнейшую броню. Лики их — скалящиеся черепа, а убийственный свет, горящий в их глазницах, холоден, словно пустота. Мы лишились более двадцати бойцов из-за безумия и ужаса перед этими тварями; остальные едва удерживают рассудок. Потери жуткие, хотя раненых почти нет. Оружие врага обладает такой кошмарной мощью, что немногие выживают после его прикосновения. Сейчас некроны снова наступают — неизбежные, как смерть. Я должен сражаться. Предайте наши души Богу-Императору. И если вы слышите это — поспешите, иначе никого из нас не останется.

>> ПЕРЕХВАЧЕННОЕ СООБЩЕНИЕ ПОВТОРЯЕТСЯ

>> ПЕРЕХВАТ ЗАВЕРШЁН_


Андроидные ужасы

Некронов боятся по всей Галактике как вид, казалось бы, бессмертных андроидов. Появляясь из древних могильников, спрятанных в недрах заселённых планет, или прибывая на грозных флотилиях вторжения, спускающихся из пустоты, они неумолимо сметают всё на своём пути.


Легионы некронов — ужасающий противник, восстающий из гробниц с желанием вернуть утраченное. Миллионы лет они провели в стазисных склепах, пережидая последствия всегалактической войны, но их технологии всё равно настолько превосходят научные достижения любой другой цивилизации, что кажутся магией. Более того, сами некроны уже давно не биологические существа, а сверхразвитые механоиды с телами из особого металла, восстанавливающего повреждения. И даже если их разорвать на части, они непременно соберутся воедино: протоколы реанимирования притянут останки в сиянии зелёной энергии, дабы некроны продолжили свою зловещую нежизнь.

В глазах их знатного сословия молодые расы лишь пыль, скопившаяся в трещинах некронской империи, и эту пыль надлежит вычистить. Но некроны уже не те, что прежде. Хотя они по-прежнему выносливы, Великий сон забрал своё, повлияв на их тела и рассудок. Многие гробницы пострадали из-за природных катаклизмов или диверсий, да и сам процесс возрождения оказался несовершенным. Одних поглотило нигилистическое безумие или бездумное оцепенение, тогда как у других личностные энграммы искажены бесчисленными мелкими нарушениями.


Осколки К’тан

Ещё до Великого сна некроны считались древними. Они оказались втянуты в галактический конфликт, известный в последующие эпохи как Война в небесах. У них не получалось выиграть в одиночку, поэтому им пришли на помощь могущественные сущности К’тан — звёздные боги невероятной силы, — предложившие некронам сверхъестественные дары в обмен на верность. В процессе так называемого биопереноса К’тан преподнесли нетленные оболочки из живого металла, но платой за это стали сами души некронов. Когда К’тан одержали победу, некроны предали их и отомстили. Они не могли уничтожить звёздных богов, но благодаря космическому оружию чудовищной мощи и ценой немыслимых жертв разбили их на осколки. Затем, используя свои несравненные технологии, некроны собрали эти фрагменты и подчинили их. Эти осколки — лишь отголоски прежних сущностей, остатки безумного разума и энергии, порабощённые некронами. Большинство из них ныне влачит жалкое существование в несокрушимом рабстве у своих бывших прислужников.


Осколки К'тан Несущего Ночь

 

Воплощения смерти


Когда-то давно Несущий Ночь был олицетворением смерти, богом с садистскими наклонностями, что обладал силой гасить звёзды и испытывал жуткий голод, глядя на жизнь в галактике. Как и собратьев, его разбили на куски некроны, и с тех пор неистовые фрагменты Несущего Ночь находятся в услужении у тех, кем он ранее правил.


Некроны растеряли большую часть знаний о Несущем Ночь: какие-то сведения попросту исчезли из логических ядер, заменяющих им мозг, а другие были стёрты из архивов миров-гробниц. И многие некроны, надо сказать, благодарны за эти странные провалы в памяти, ограждающие их от всех тех ужасов, что им пришлось пережить, если верить обрывкам сказаний о Войне в небесах.

Несущий Ночь, известный некронам как Аза'город, требовал поклонения, дабы утолить своё чудовищное самолюбие. И лишь клятвами вечного служения удавалось удерживать его в узде хотя бы на время, чтобы успеть показать ему иные разумные виды, которыми он мог насытиться. Множество некронов впадали в убийственное безумие, не справляясь с кровавыми образами, порождаемыми в присутствии их господина. Во время Войны в небесах Несущий Ночь всё чаще уничтожал противников без разбора и пировал ими по своему желанию. И даже когда враги некронов были повержены, он не прекратил сражаться против всего сущего и начал проникать в разумы обитателей галактики, засеивая их темнейшими кошмарами.

Говорят, когда некроны разрушили телесную оболочку Несущего Ночь, они изгнали его самое мощное оружие в варп. Но к тому времени он уже стал прообразом смерти в культуре многих цивилизаций, пропитав их существование ужасом перед неотвратимостью конца и бренностью бытия. Альдари называли его Каэлис Ра — Уничтожитель Света, тогда как у зарождающегося человечества он отложился в наследственной памяти как Мрачный Жнец.


Пробуждение смерти

Осколки Несущего Ночь сковали посредством эзотерических приспособлений и погрузили в стазис вместе с их хозяевами-некронами на время Великого сна. Многие династии до сих пор владеют частицами этого К'тан, опаснейшими в своём роде и труднейшими для содержания. Особенно неустойчивые осколки даже приходится запирать в тессерактовые темницы, когда они не участвуют в бою. Ввиду психической и физической нестабильности некродермис, заключающий внутри их сущность, непрерывно распадается, и рои каноптековых конструкций должны постоянно его восстанавливать. Для контроля также используются бруски заряженного ноктилита, позволяющие вдобавок оградить К'тан от потусторонних сил и усилить его собственную грозную ауру. Один-единственный осколок Несущего Ночь способен расправиться с целыми армиями. Из его некродермиса вытягивается клинок в форме косы, широкими взмахами которого он выкашивает недругов своих повелителей, и даже взгляда ему достаточно, чтобы высосать из жертв жизненную силу. Правители гробничных миров неохотно выпускают таких непредсказуемых созданий на поле битвы, всегда опасаясь, что те вырвутся из оков. Где-то в глубине фрактального разума этих осколков погребены мучительные отголоски извечной ненависти, которую они питают к тем, кто ныне держит их в рабстве. И некронам поистине повезло, что такие воспоминания — лишь мимолётные проблески в сознании осколков, страдающих от бурлящего психоза.


Некросор Амментар

Наказание Триархии


Некроны — безжизненные ужасы из древней эпохи. Их знать, довольная тем, что её боятся как мифических существ, взирает свысока на прочие виды Галактики. Но и у династий есть свои страхи. Один из них — чудовище по имени Амментар.


 
«ПРЕДАЙ СЕБЯ СМЕРТИ. ЭТО ФУНДАМЕНТАЛЬНАЯ ЭНТРОПИЙНАЯ ИСТИНА ВСЕЛЕННОЙ».
Некросор Амментар


Амментар — исключительное явление среди культов уничтожителей. По некоторым сказаниям, он стал первой жертвой проклятия и начал его распространять, хотя ни один некрон не знает, что послужило тому причиной. Некросор — переносчик губительного психоза, средоточие жажды убийств, подавляющей даже глубоко заложенные протоколы. Всюду, где он появляется, в коре искусственного мозга других некронов вспыхивает безумие, распространяющееся подобно чуме. От нижайших прислужников и солдат до высшей знати и даже псевдовсеведущих главных программ могильных комплексов — все в той или иной мере ощущают притяжение жуткого помешательства Амментара. Те, кто не поддаётся мгновенно, зачастую насильственно превращаются и телом, и разумом в уничтожителей при участии криптеков, уже подчинённых воле Амментара и безоговорочно верных его делу. Впрочем, есть и такие, кто сознательно примыкает к этому вестнику смерти — из страха, честолюбия или коварства.

Имя Амментар известно каждой династии. Кому-то оно служит напоминанием о невыразимой вине и самом отвратительном предательстве. У других за целую вечность оно смешалось с представлениями о сверхъестественной порче, нарушении династических кодексов и угрозе вымирания. Для вида, мнящего себя бессмертным, такая угроза может показаться смехотворной, особенно тем аристократам, кто считает Амментара лишь легендой. Однако его существование — увы, реальность.

Если у существа, известного династиям как некросор Амментар, когда-то и было истинное имя или личность, они давно утрачены. Неизвестен даже гробничный комплекс, где он мог пробудиться. Масштаб удаления информации о нём наводит многих некронов на мысль, что стёрли её намеренно, и, по идее, лишь Безмолвный Царь обладал подобной властью. Даже титул «некросор» не встречается у знатных семей — он даровался лишь Триархией. Сам Амментар не знает, имел ли он когда-то иную личность, но подобные представления о себе не имеют для него значения, давным-давно уступив место кровожадным помыслам. Внешний вид некросора Амментара свидетельствует о его сумасшествии и вызывает глубокую неприязнь у династических аристократов, ибо представляет собой одну сплошную патологию, от которой у них непременно встали бы дыбом волосы, имей они их.

Каждая деталь в его образе рассчитана на истребление органической жизни. На протяжении вечности он заставлял порабощённых криптеков встраивать в его разрастающееся тело всё новые смертоносные улучшения, и теперь Амментар имеет змеиный хвост, обеспечивающий исключительную подвижность, множество клинковидных конечностей с полем мономолекулярной дестабилизации, как у каноптековых конструкций и Освежёванных, и две дополнительные руки со встроенными энмитическими пистолетами. Кроме того, он способен прокладывать туннели сквозь поверхность мира, словно червь сквозь гниющий плод, и прорываться из субизмерений, используя любую возможность, чтобы добраться до добычи и эффективно её растерзать.

Несмотря на ту беспрецедентную глубину, до которой доходит психическое расстройство Амментара, он сохраняет острый ум и переживает периоды относительной вменяемости, что делает его куда опаснее любого другого уничтожителя. Будь он просто машиной для убийства, необузданной и непредсказуемой, династии, скорее всего, игнорировали бы его. Некросор, однако, вселяет в некронов страх и отвращение сильнее, чем кто-либо другой, — и всё из-за одной его гнусной затеи.


Призвание умерщвлять

Амментаром движит нечто большее, нежели просто желание уничтожать. Будь то ввиду эзотерического проклятие или энграммного сбоя, он демонстрирут чуть ли не фанатичную одержимость самым страшным из прежних угнетателей некронов — Несущим Ночь. Через силу и принуждение он стремится собрать осколки звёздного бога и вернуть объекту своего поклонения прежнюю целостность. Амментар верит: это — самый лучший способ гарантировать искоренение жизни в каждом уголке галактики. Несущий Ночь — и в меньшей степени его полоумные осколки — представляет для некросора возвышенный идеал, поскольку воплощает простую и пронзительно прекрасную логику смерти, которую он стремится донести до остальных.

Невозможно преувеличить омерзение, что некроны испытывают к цели Амментара. К'тан из древней истории — предмет их отчаянной ненависти, и потому звёздные боги, раздробленные силой некронов, презираются как ничтожные рабы без статуса. Возвеличивать таких изломанных существ — грех, затмеваемый лишь стремлением Амментара вновь их объединить. Но даже если допустить возможность этого, сама мысль о том, что Несущий Ночь возглавит тех, кто предал и поработил его, вместо того чтобы просто перебить их всех, кажется откровенно бредовой. Тем не менее армии некросора растут с каждой победой, и далеко не все его сторонники — напуганные или порабощённые обитатели миров-гробниц, как хотел бы убедить династии Безмолвный Царь.

Число последователей Амментара столь велико, что он не в состоянии вести их всех лично. Для этого у него есть генералы, составляющие так называемый двор Забвения: верные приспешники, такие как лорд-скорпех Незфеттра Свежевательница, стратегические гении, подобные немесору Анутеку, который устоял перед проклятием Уничтожителя и стремится к власти, будучи правой рукой Амментара, и ещё кабалы криптеков вроде конклава Гиперанха. Соединения его проклятого легиона широко распространились по космосу, преследуя цель своего повелителя: найти осколки Несущего Ночь и вырвать из рук тех, кто держит их в плену. Когда приверженцы Амментара нападают на некрополи, в их недрах разгораются поистине разрушительные битвы — без заботы о территориальных приобретениях, сокровищах старины или династических регалиях. И это ещё одна причина, почему знать так боится некросора: даже если они покорятся ему, его губительный фанатизм сотрёт их цивилизацию с лица бытия.

В последние астрономические циклы сам Амментар был замечен на галактическом юго-востоке. Легионы, прежде принадлежавшие разным династиям, но ныне верные лишь некросору, проникли в регион, известный Империуму как Ультрамар — оплот множества гробничных комплексов некронов. Безмолвный Царь и его Триархия, отвлечённые конфликтом в секторе Нефилим и нарастающей гражданской войной с династией Саутехов, не считают нужным как-либо противостоять Амментару: пока внимание последнего сосредоточено на Ультрамаре, Триархия не желает открывать новый фронт. В свою очередь, некоторые малые династии, оказавшиеся на пути наступления Амментара, оказали сопротивление, но большинство уже разгромлено и поглощено.


Образец смертоносности

Чудовищная оболочка Амментара вобрала в себя черты, присущие разным подкультам уничтожителей: змеевидная нижняя часть тела напоминает об офидианах, энмитическое оружие такое же, как у гексмарков, а клинковые конечности сближают его со скорпехами. По мнению некоторых некронов, особенно тех, что фанатично преданы некросору и сохранили остатки рассудка, это вовсе не случайно. Они верят, что Амментар — пророческое воплощение этих смертоносных усовершенствований, а представители субкультов — лишь разрозненные отражения его сущности. Оттого-то последователи некросора превозносят его как единственного в своём роде, кто объединяет все орудия убийства.


Аспекты уничтожения

Уничтожители и освежёванные


Психозы, одержимости и различные неврологические недуги известны в каждом гробничном мире как частые последствия сна длиною в вечность. Многие из них династии принимают или игнорируют, но самые разрушительные и опасные отклонения правители стремятся всячески подавить.


Большинство некронов находят убеждения Амментара отталкивающими, не разделяя той простой и пронзительно прекрасной логики, которую исповедуют его последователи. Династии гневно осуждают почитание им осколков Несущего Ночь и считают его тягу к истреблению всей жизни — пусть порой и тактически выгодную — недостойной. Тем не менее в каждой усыпальнице встречаются те, кто внемлет призыву некросора к оружию. А ещё есть обитатели карманных измерений, следующие за воинствами Амментара ради обильной жатвы плоти.


Безумие уничтожителей

Хотя некроны подвержены самым разным психическим расстройствам, нигилистическое помешательство на убийствах, которым страдают уничтожители, доказало свою губительность и получает всё более широкое распространение. Уничтожители лишены амбиций, желаний или надежды, падая в холодную бездну расчётливой ненависти, что подталкивает их искоренять любую органическую жизнь.

Некронская знать использует уничтожителей как ударные войска, пусть и не доверяет им; многие не только опасаются того, что навязчивые идеи уничтожителей могут быть заразительны, но и задаются вопросом, на кого эти сумасшедшие обратят своё внимание, когда со всеми органиками будет покончено. Среди уничтожителей существует немало подвидов, начиная с локустов, которых можно узнать по грависаням вместо нижней половины тела и внушительным пушкам, и заканчивая применяющими клинки скорпехами или опустившимися подземными офидианами. Все они одинаково требуют от криптеков переделывать их тела, согласно собственным представлениям о том, как оптимально истреблять живых.

На ранних стадиях помутнение рассудка уничтожителей, как правило, проходит незамеченным. Некроны с остатками самосознания и индивидуальности могут обращаться к криптекам за усовершенствованиями, что воспринимается просто как стремление стать лучшим орудием в руках благородных повелителей. Те же, чей статус ниже, могут пройти такие изменения принудительно, особенно если их хозяева уже поражены болезнью. Замечено, что по мере накопления модификаций ухудшается ментальное состояние, и теперь владыки и криптеки обеспокоено размышляют над тем, может ли тяжёлая модернизация спровоцировать безумие уничтожителей? Или оно проникает в разум некрона гораздо раньше и подталкивает к физическому преображению? Или же у него совсем иная природа?


Проклятие Свежевателя

Освежёванные — омерзительные падальщики, жертвы ужасного безумия, пустившего корни, как верят некроны, на завершающем этапе Войны в небесах. Их проклятье стало прощальным даром одного из К'тан по имени Лланду'гор, Свежеватель. В Некролитовом архиве записано, что, когда некроны обратились против звёздных вампиров, Свежевателя не просто разделили на части, как его собратьев, а полностью уничтожили, разбив на квантовые частицы. Однако перед смертью он наслал жуткое проклятие на предателей, запятнав их отголоском своего ужасающего голода. И хотя многие криптеки отрицают эту версию, правда в том, что, какой бы ни была истинная причина возникновения Освежёванных, на протяжении эонов их заболевание не давало о себе знать, но к тому моменту, как стало проявляться, заражённые некроны уже невольно разнесли его по бесчисленным мирам.

Некрон, над которым возымело верх проклятие Свежевателя, страдает от медленной и мучительной эрозии сознания. Он начинает упиваться видом неприятельских ошмётков и собирать трофеи из кожи, сухожилий и костей. С прогрессированием расстройства жертва пробует питаться мертвечиной, как бы абсурдно это ни звучало. Даже те, у кого почти не осталось личности и эмоций после биопереноса, проявляют неуклюжее рвение вгрызаться в живую плоть. Но, поскольку некрон не в состоянии что-либо переварить или проглотить, кровь просачивается через щели в экзоскелете, засоряя суставы и стекая к ногам. Вскоре после этого происходят физические метаморфозы: оболочка из живого металла претерпевает жуткие изменения, превращая пострадавшего некрона в сгорбленную тварь с длинными когтями. В итоге отвратительный механоид просто исчезает, утянутый неизвестным инстинктом в карманное измерение, недосягаемое прочим.

Будь такова участь всех этих несчастных, знать с радостью забыла бы о них, однако они обладают загадочной способностью прорываться обратно в реальное пространство, появляясь целыми стаями в местах побоищ. Немало криптеков посвятили жизнь изучению проклятия Свежевателя, но все их усилия в раскрытии тайн этого явления пока что не увенчались успехом. Некоторых оно довело до безумия, тогда как иные даже изувечили себя в подражание Освежёванным.


Последователи некросора

Миры-гробницы, успешно захваченные некросором, отныне следуют его нигилистическому настрою. За то время, что ему требуется, чтобы собрать силы и уйти, порабощённый могильный комплекс уже успевает заполниться ополоумевшими некронами. Некоторые выбирают такую участь либо из страха перед Амментаром либо будучи подчинены его воле. Бывали даже случаи, когда главная программа, как будто поддавшись порче, запускала ускоренные процессы принудительного обращения как спящих, так бодрствующих обитателей склепов в уничтожителей. При этом недуг не ограничивается модифицированными некронами. Под воздействием ауры Амментара шатающиеся орды воинов и Бессмертных бросаются на ближайших врагов, часто вспарывая их или забивая насмерть судорожными ударами, а не расстреливая с расстояния. Даже боевые машины в армии некросора кажутся затронутыми его психозом. Вместо того чтобы следовать династическим кодексам, их помешанные на убийствах экипажи прокладывают кровавые борозды в рядах противника, выпуская беспорядочные залпы в ходе наступления. Значительная часть проклятого легиона некросора к тому же кишит многочисленными сворам охочих до плоти Освежёванных. Его войска часто приносят столько смерти, что эти механические упыри стекаются на резню в невиданных прежде количествах. Они выбираются из своих жутких измерений и жадно кидаются в погоню за теми, кто пытается спастись от уничтожителей. Иногда относительно здравомыслящие стратеги Амментара даже включали Освежёванных в планы вторжения, на что способны совсем немногие представители династической знати. Впрочем, сам Амментар заходит ещё дальше: он специально устраивал грандиозные бойни на планетах, не имеющих некрополей, чтобы заманить Освежёванных в сети своего влияния. Вместо того чтобы отгонять их, как поступают другие некроны, он направляет их в намеченные зоны боевых действий, используя как расходный материал.


Метка некросора
 

Большая часть сил Амментара неотступно сопровождает его в одном разрушительном походе за другим, однако временами он передаёт части своего проклятого легиона под командование одного из генералов двора Забвения. Такие соединения отправляются на самостоятельные задания во имя общего дела, причём иногда на долгие периоды, но в конечном счёте возвращаются к своему мрачному пророку. Состав проклятого легиона вечно меняется: безумие и смерть берут своё, и на замену павшим постоянно приходят новые силы. Как следствие, воинства Амментара часто включают солдат из множества разных династий, и тем не менее все они следуют его кошмарному плану. Некоторые из приверженцев некросора демонстрируют единство цели уникальным глифом, который проецируют над собой в виде мерцающей голограммы или наносят на тела из живого металла, стирая прежние династические знаки. Ту же метку можно заметить выгравированной на бортах боевых машин или выбитой на стенах порабощённых гробничных комплексов.


Война за Новаманьор

>> ВОКС-ЖУРНАЛ С АНАЛИЗОМ ЗВЁЗДНОЙ СИСТЕМЫ//

>> ФРАГМЕНТ 1-00-6 / / 1-01-18//

Официальный вокс-журнал вольного торговца Лоте Третьей, действующей в статусе подручного исследователя в ходе Большого Ультрамарского отвоевания на Веспаторском фронте. Представляю на ваше рассмотрение первичную оценку системы Гелиодрас, лорд Тит. С радостью докладываю: в системе зафиксировано значительное имперское население в полном соответствии с податными ведомостями, полученными от логистикаров. Это контрастирует с двумя предыдущими системами, что считались лояльными, но, как указано в моих предыдущих отчётах, оказались куда враждебнее, чем ожидалось. В особенности примечателен аграрный мир Идарус — он достоин пристального внимания вашего полномочного представителя. На момент записи леди Веста уже готовит делегацию для отправки на эту планету. Также отмечу пограничный мир Новаманьор. Я бы предложила переклассифицировать его в пред-ульевой индустриальный. Эта планета трижды превышала размеры установленной квоты, а предварительные вокс-переговоры о включении её в Пятьсот миров встретили многообещающий отклик.

К отчёту прилагаются данные серворазведчиков по дикому миру Корновиум и газовому гиганту Лилиор. Оба объекта перспективны для интенсивной добычи ресурсов; в случае Корновиума — даже для привлечения аборигенов в ваши ряды. Исследование Лилиора, к сожалению, пришлось прервать. Осмотр обширного пояса астероидов системы на текущий момент невозможен. В обоих случаях причиной стало значительное присутствие оркоидов. Хотя мои силы немалы, я предпочла бы не растрачивать их в стычках, ведь моему флоту предстоит оценить множество иных систем. Отмечу также, мой лорд, что сохраняющаяся орочья угроза оказывает давление на местное население, что лишь укрепляет наши дипломатические позиции.

Дополнительные заметки и файлы данных приложены к журналу » доп/2-00-00. Остаюсь вашей верной и преданной слугой, вольный торговец Диониселла Лоте Третья.

>> ОКОНЧАНИЕ ФРАГМЕНТА _


Тенистый путь

Тираниды сломали протяжённый фланг Веспаторского фронта, вонзив жало прямо в расположенный в системе Гелиодрас мир Идарус. Стремясь вытащить драгоценный аграрный мир из пасти флота-улья Левиафана, армада капитана Тита устремилась на перехват.


Идарус кишел биоформами тиранидов. По его возделываемым башням буквально струились кровавые водопады по мере того, как пришельцы устремлялись вверх уровень за уровнем, сокрушая окопавшиеся войска ауксилии Ультрамара и ополчения. Макропастбища шириной в мили превратились в бойни-могильники, когда тысячи хормогаунтов растерзали в клочья и скот, и пастухов. Между тем в космосе рой кораблей-ульев сгрудился вокруг мира, готовясь иссушить Идарус.

Флот Тита ударил подобно молнии. Под командованием коммодора Сильвы Ультрадесантники и корабли оборонительного флота провели изящные охватывающие манёвры, зажав чудовищные биосуда тиранидов и завязав жестокий огневой бой. «Громовые ястребы» прорезали пустоту, и воины второй роты, ворвавшиеся в пульсирующие внутренности крупнейших кораблей-ульев, стали прорубаться сквозь мерзкие живые отсеки и волны чудовищ, чтобы заложить массивные крак-заряды. Завершив дело, выжившие отступили к эвакуационным шлюпкам, а корабли-ульи содрогнулись и лопнули от ярости взрывов.

Пока повреждённые биосуда сцеплялись с израненными ультрамарскими крейсерами, запущенные с орбиты десантные капсулы прорвали атмосферу Идаруса и доставили астартес в ключевые стратегические точки. За ними последовали «Громовые ястребы» с танками и моторазведчиками на борту. Началась интенсивная операция по зачистке, продлившаяся трое местных суток. К концу первого дня натиск роя остановили в череде точечных ударов, благодаря чему жизненно важная инфраструктура уцелела. К концу второго легат Минервас и её полки высадились для оказания поддержки, в результате чего тиранидов загнали в зоны перекрёстного огня. Когда последние лучи солнца угасли на исходе третьего дня, капитан Тит лично возглавил финальное наступление и сразился с громоздким тиранидом-праймом, чей синаптический сигнал держал рой воедино, пока магистр дозора не срубил ему голову.


Зловещая доля

Ещё до завершения боёв на Идарусе капитан Тит приказал советникам отследить место прибытия чужаков — в конце концов, где-то ещё могли скрываться другие биокорабли или даже более крупный флот, а полномасштабное вторжение целого отростка Левиафана в ультрамарское пространство допустить было никак нельзя. Данные астрогации, прозрения астропата Корнелиуса и сводки сигналов бедствия, собранные слугами ордена, помогли сложить ясную картину продвижения флота-осколка. И к моменту, когда Тит вернулся на флагман с поверхности мира, стратегические адепты представили ему чёткий маршрут продвижения ксеносов. Однако на этом пути за границей Пятисот миров лежала аномалия — планета Новаманьор, недавно возвращённая Ультрамару. Густонаселённый мир с процветающей промышленностью, которая через несколько поколений должна была подстегнуть превращение городов в громадные ульи. Однако тираниды совершенно проигнорировали эту планету, обойдя её стороной. Для Тита и тех немногих боевых братьев, кто служил в Карауле Смерти, это было явное и зловещее знамение: тираниды поступали так лишь в случае некронских миров-гробниц, хотя имперские магосы биологии до сих пор не понимали точных причин. Империум, однако, не мог позволить себе не обращать внимание на опасность, таящуюся под поверхностью Новаманьора, тем более, что она, вероятно, была даже важнее появления тиранидов у границ Ультрамара. Потому-то Деметриан Тит без колебаний отдал флоту приказ направляться к Новаманьору, дабы устранить угрозу некронов.


 


Мир в муках

По сообщениям ультрамарских посланников, Новаманьор колонизировали сравнительно недавно. Они описывали мир, населённый трудолюбивыми гражданами Империума, с растущими городскими и промышленными зонами, которые перемежались растущими загрязнёнными пустошами. Однако планета, представшая перед флотом Тита по мере приближения, была совсем иной.


Войдя в зону высокой орбиты Новаманьора, силы магистра дозора развернулись в рассредоточенный боевой порядок. Вокс-приёмники флота уловили искажённые передачи с поверхности планеты: сигналы бедствия, панические приказы и обрывки переговоров теснимых войск планетарного ополчения. В сообщениях говорилось о нападавших с металлической кожей и светящимися зелёными глазами. Авгурные системы зашкаливали от всплесков геотермальных и электромагнитных выбросов из глубин планеты — они переплетались с диковинными энергетическими сигнатурами, которые не считались ни естественными, ни имперскими по происхождению. Клубящиеся грозовые тучи скрыли Новамагнор от полюса до полюса. Вместе с волнами помех они словно сговорились утаить происходящее на поверхности от тех, кто взирал из пустоты наверху. И всё же не оставалось сомнений: мир-гробница пробудился, и местное население подверглось нападению.

Тит без промедления созвал военный совет в стратегиуме своего флагмана «Праведная ярость». Некоторые из его приближённых — и самым прямолинейным среди них был знаменосец Гадриэль — выступали за скорейшую высадку в Фёрстбранде, столице Новаманьора. Там располагался бастион Обстинус, служивший одновременно грозной командной крепостью и резиденцией планетарного губернатора Адрики Гэллоу.

Как только он будет взят под контроль — или отбит при необходимости, — а статус губернатора подтвердится, можно будет без лишней траты времени разработать рабочие стратегии и приступить к их реализации. Более хладнокровные умы, в частности легат Минервас, предлагали начать с разведывательных облётов, сканирования поверхности звеньями сервочерепов и составления общей теоретической картины перед началом операций. Тот факт, что предложениям Минервас уделялось столько же внимания, сколько и словам боевых братьев, несмотря на её человеческую природу, служил знаком глубокого уважения, которое питали к ней Тит и его воины.

Однако прежде чем Тит успел огласить какое-либо решение, по кораблю разнёсся вой тревожной сирены. Нечто колоссальное поднималось с поверхности Новаманьора — нечто, заставившее штормовые вихри расступиться, словно континентальная плита, всплывающая посреди бушующего моря. На низкую орбиту выходил громадный звездолёт некронов, затмевавший своими размерами даже крупнейшие из судов Тита. В течение нескольких волнительных мгновений, пока капитаны маневрировали, чтобы встретить новую опасность, а крылья перехватчиков высыпали из ангаров, казалось, что корабль-гробница вот-вот прорвёт брешь в строю флота Ультрадесантников. Показания авгуров выявили, что космолёт имеет признаки серьёзных повреждений, большая часть которых, по-видимому, была нанесена оружием некронов. Более того, кто бы ни стоял у штурвала корабля-гробницы, он, казалось, не был заинтересован в сражении. Хотя его действующие батареи и извергали испепеляющие дуги энергетического огня по имперским судам, не успевшим уйти с дороги, корабль не ввязался в битву, а вместо этого продолжил движение, полностью уходя прочь от Новаманьора.


Война над миром

Капитан Тит приказал своим тяжелейшим боевым кораблям немедленно начать перехват, а Ультрадесанту — подготовиться к полному абордажному развёртыванию. Оставив более лёгкие суда в дозоре на случай появления других кораблей-гробниц, Тит вместе с лучшими воинами Второй погрузился в абордажную торпеду и лично возглавил атаку. Какую бы цель ни преследовал этот чужацкий корабль, покидая Новаманьор, капитан не мог позволить ему уцелеть и угрожать другим имперским мирам. Пока линкоры коммодора Сильвы обменивались сокрушительными залпами с вражеским кораблём, оборонительный флот и эскадрильи пустотных истребителей Ультрадесанта прокладывали путь сквозь перехватчики некронов для удара десантных торпед. В итоге под рёв мелта-буров и грохот болтерного огня капитан Тит и его братья принесли гнев Ультрамара в недра некронского корабля.

Ультрадесантники решительно продвигались к назначенным целям, ведя перестрелку с шатающимися массами некронской пехоты. Жутких андроидов, крадущихся сквозь мерцающий полумрак и клубящийся оружейный дым, то и дело озаряли вспышки гаусс-оружия. В череде стремительных фланговых манёвров, возглавляемых сержантом Метавром, каждая новая линия обороны некронов взламывалась или уничтожалась шквальным перекрёстным огнём, благодаря чему астартес проникали всё глубже, словно гладиус, вонзающийся в сердце судна. Вскоре стало очевидно, что ксенонсы сосредоточили оборону вокруг камеры вблизи ядра корабля, и, как выяснилось, это был не командный мостик, а пространство между святилищем и лабораторией, в центре которого находился громоздкий и замысловатый артефакт некронов. Там, под пляшущими виридиановыми молниями, Тит и его братья встретили властного некронского аристократа в сопровождении элитных телохранителей и жалких остатков экипажа корабля. Как и их судно, многие защитники имели следы предыдущих боестолкновений, и, подобно своему кораблю, они вскоре пали под размеренной яростью Ультрадесанта.

После победы капитан Тит осмотрел артефакт, который пришельцы так отчаянно защищали, и поделился находками со специалистами через инфовыгрузку. Он уже собирался заминировать объект мелта-зарядами, когда поступил вокс-вызов с одного из вспомогательных кораблей Адептус Механикус. Голос принадлежал архимагосу Окту — человеку, которому Тит совсем не доверял, но чьи обширные познания в области ксенотехнологий вынужденно признавал. Окт предупредил, что артефакт может быть оружием огромной мощи, и его подрыв в неконтролируемых условиях способен вызвать энергетический каскад, которого хватит, чтобы аннигилировать флот Ультрадесанта и, возможно, даже мир внизу. Однако, если его удастся перевезти в храм-кузницу Адептус Механикус, расположенную в Фёрстбранде, Окт полагал, что сможет безопасно изучить и нейтрализовать устройство.


Архимагос-контровертант Окт

Когда армии устремились на Четвёртую тиранидскую войну в сегментуме Пацификус, вместе с ними отбыл архимагос-контровертант Витбор Окт. Ранг архимагоса давал ему право изучать глубокие тайны Омниссии, дабы лучше познать истинные человеческие технологии и тем самым распознать любой намёк на порчу машин ксеноформами. По приказу Окта найденный археотех распылялся вместе с незадачливыми магосами, которые его обнаружили. Он руководил сожжением еретехов и соперников, которых подозревал в изучении чужеродных устройств. В какой-то момент расследования Окта завели его глубоко в паутину тайных культов на Марсе и через откровения и безумие подтолкнули к поклонению звёздным богам К'тан. Архимагос Окт стал поборником расколотого марсианского божества, известного как Дракон, внушив себе, что оно и его сородичи суть ангелы Омниссии. Тем не менее публично Витбор Окт продолжал свою деятельность охотника на вероотступников и в этом качестве отправился в зону боевых действий Бастиор, где поклялся помогать Ультрадесантникам. Сделал он это отнюдь не из верности. Скорее, его заинтриговали их разговоры о возвращении Пятисот миров. Перед соратниками же Окт заявлял, что намерен использовать крестовый поход Сынов Гиллимана, чтобы Священный Марс смог завладеть древними технологиями, обнаруженными на отвоёванных планетах. Однако втайне он преследовал иную, куда более тёмную цель. Архимагос полагал, что по мере продвижения Ультрадесантники обязательно обнаружат миры-гробницы и, вероятно, дремлющие осколки Дракона или его божественных собратьев. Окт намеревался освободить их от оков, если получится, веря, что награда за такую приверженность будет поистине великой; именно поэтому, пока флот Тита старался обезопасить границы Большого Ультрамара, «Дискурсус Омнис» Окта держался рядом.


«Здесь есть вопросы, требующие ответов, и тайны, с которыми нельзя мириться. Я намерен докопаться до истины, и если мне придётся прорубать к ней путь с боем — что ж, тем лучше».
обращение капитана Деметриана Тита к своим стратегическим советникам перед боевой высадкой на Новаманьор


Тит подумывал просто взорвать артефакт, несмотря на риски, но было слишком много неизвестных. Что это за устройство и почему некроны так стремились увезти его с Новаманьора? Как оно связано с насилием, вспыхнувшим на планете внизу, и от чего пытались сбежать эти некроны? Кто или что так сильно повредило корабль и их самих? Обеспокоенный, но полный решимости выполнить свой долг, Деметриан Тит дал разрешение архимагосу Окту забрать устройство под стражу перед тем, как корабль-гробница будет уничтожен, а сам начал немедленные приготовления к десантированию. Агрессивный совет Гадриэля на данный момент возобладал, хотя Тит также приказал усилить сбор разведданных по всей планете для обеспечения грядущей кампании своевременной информацией. Капитан считал, что пришло время перенести битву на поверхность планеты и получить ответы на свои вопросы.


Под бурями

Ударное соединение Тита погрузилось на свои штурмовые корабли и устремилось вниз сквозь облачный слой над Фёрстбрандом. Хотя небеса расчерчивали неистовые молнии, а воющие грозовые ветра швыряли дождь и пепел в фонари из бронестекла, самолёты Ультрадесанта успешно прорвались сквозь бурю, и вихрь местной стратегической вокс-сети тут же захлестнул их приёмники. Перед ними раскинулся апокалиптический пейзаж. Столица, располагавшаяся к северу от экватора, была крупнейшим из нескольких городов, разбросанных по региону, известному как Железные Пустоши, и сейчас эта панорама пятнистых серо-зелёных пустырей и невзрачных человеческих поселений была испорчена. Зияющие пропасти обезобразили ландшафт. Многие из них светились тускло-красным, намекая на потоки лавы, бурлящие в их глубинах. Из других изливалось жуткое зелёное излучение. Некоторые разломы прорвали коренную породу прямо под населёнными пунктами. Причина столь сильных потрясений была очевидна: колоссальные постройки некронов, по-видимому, пробились сквозь поверхность планеты и теперь нависали, чудовищные и зловещие, над окружающим пейзажем, истерзав его тектоническими сдвигами. Крупнейшая из этих структур, судя по всему, при появлении разрушила часть жилого массива Стальные Высоты.

Пока штурмовые корабли Ультрадесанта искали место для приземления на вершине бастиона Обстинус, Тит анализировал поступающие стратегические данные, отмечая на карте места, где далёкие вспышки дульного пламени и энергетических лучей указывали на идущие сражения между силами людей и некронов посреди Железных Пустошей. Ещё не успев покинуть «Громовой ястреб», он начал раздавать стратегические команды, которые привели в действие Вспомогательные силы обороны Ультрамара на борту кораблей, зависших на орбите. Поэтому уже в то время как Тит, Гадриэль, Метавр и их почётная гвардия маршировали через бастион Обстинус к тронному залу Гэллоу, десантные суда, украшенные буквой U, начали спуск через атмосферу, чтобы доставить подкрепления к местным фронтам сопротивления: бастиону Фортис на западе и внутренним районам Стальных Высот, батареям орбитальной обороны Дельта-04 и Гало-09, а также к пострадавшему узлу снабжения Муниторума 242, который лежал к юго-западу от Фёрстбранда за бесплодными землями Безлюдья.

Тогда же посреди суматохи на орбите возникло отдельное звено шаттлов и устремилось к столичному городу. Окрашенные в цвета Марса, они направлялись к храму-кузнице, что возвышался над центральными районами Фёрстбранда. На борту крупнейшего из них летел архимагос Окт со своим ксенотехнологическим трофеем.

Аудиенция капитана Тита у губернатора Гэллоу прошла недолго. После соблюдения всех формальностей магистр дозора перешёл к сути положения и сообщил ей, что он и его офицеры принимают командование операциями до разрешения кризиса. Хотя некоторых из подчинённых губернатора возмутила прямота Тита, Адрика Гэллоу, будучи не глупой, с радостью согласилась, что Ультрадесант возглавит борьбу против некронов. В конце концов, какой смысл становиться частью Ультрамара, если нельзя призвать его передовых защитников в столь отчаянные времена?

Её офицеры предоставили капитану Титу подробный отчёт о событиях, предшествовавших его прибытию: о том, как структуры гробниц прорезались сквозь кору планеты и как начались атаки на отдалённые имперские владения. При этом они отметили, что, по крайней мере, на данный момент эти нападения кажутся хаотичными и неорганизованными. Основной комплекс гробницы, обозначенный как участок Умбра, ещё не выставил никаких войск некронов и вообще не подавал признаков жизни, за исключением того ужасающего момента несколько часов назад, когда громадный звездолёт отделился от основного массива сооружения и поднялся в небеса.

Опираясь на вековой опыт службы в Карауле Смерти, Тит предположил, что могильный комплекс мог пробудиться в ответ на какую-то угрозу — возможно, учитывая повреждения корабля-гробницы, даже из-за локальной гражданской войны некронов. Но легионы внутри либо бездействовали, либо сражались друг с другом. Вдобавок отбытие знати, вероятно, нарушило процесс пробуждения. Оба этих обстоятельства могли объяснить вялость атак и открывали удобные возможности. Если применить взрывное устройство достаточной мощности, оно выведет из строя усыпальницу и легионы внутри неё. Одним ударом космодесантники могли бы покончить с угрозой Новаманьору ещё до того, как она по-настоящему проявилась бы.


Зловещий путь

Едва прошёл стандартный местный час после приземления на вершине бастиона Обстинус, как Тит и его бойцы снова поднялись в воздух. На этот раз штурмовые корабли несли их сквозь беспокойные небеса Новаманьора, чтобы высадить в холодной тени участка Умбра. Ни одна орудийная система не включилась для защиты безмолвного некрополя. Никакие легионы не выступили из его арочных проходов. Как только самолёты завершили выгрузку десанта и отлетели на безопасное расстояние, перейдя в режим ожидания, Ультрадесантники начали продвигаться вперёд без каких-либо признаков сопротивления. Посреди них в сопровождении марсианских техномагосаов парила гравиплатформа, что перевозила драгоценную вихревую бомбу, доставленную из реликвария «Праведной ярости» по приказу Тита; это было оружие Судного дня, которое Ультрадесантники должны были пробудить и установить на таймер в самом сердце гробницы, прежде чем покинуть её. Последующая детонация с выбросом эмпирейной энергии должна были поглотить твердыню ксеносов и покончить с её угрозой.

Однако по мере того, как Тит и его силы заходили дальше на участок раскопа Умбра, минуя пещерные галереи и пересекая архитектурные пропасти, они задавались вопросом, что же это была за угроза. Изумрудные огни, расположенные вдоль коридоров лабиринта, горели неровным и болезненным светом, укреплённые дверные проёмы были взорваны или расщеплены на атомы, и всюду валялись сломанные каноптековые конструкции. Местами попадались некроны, свисающие из стазисных склепов или разбросанные грудами; тот же нездоровый свет светился в их окулярах с пугающей синхронностью. Что бы ни повергло некронов, это явно было нечто не столь простое, как холодное или огнестрельное оружие. Неповреждённые, но полностью недееспособные, они сотнями лежали, образуя зловещий ковёр из металлических тел, по которому осторожно шагали космодесантники. Краткий приказ Тита пресёк любые мысли о применении оружия против безжизненных андроидов. Такие усилия значительно замедлили бы продвижение и могли бы нарушить то странное оцепенение, что сковало некронов. Вместо этого ударное соединение Тита с трудом пробиралось дальше, всё более взволнованное и настороженное, пока техножрецы в их рядах направляли вихревую бомбу и беспокойно переговаривались между собой на бинарике.

Наконец отряд Тита вышел из огромного проёма и оказался на краю громадного зала, заставленного зиккуратами сложной машинерии. Открывшееся пространство в несколько раз превосходило размерами взлётно-посадочную палубу «Праведной ярости», а его потолок поднимался настолько высоко, что терялся в лениво клубящихся завитках виридианового тумана. В центре залы стояла колонна некронской техноархитектуры диаметром не менее тридцати метров, уходящая в скрытую вышину. Здесь, несомненно, находилось сердце гробницы, поражённой таинственным недугом. Тит приказал подготовить бомбу у основания колонны и оставить её делать своё дело. Начиная верить, что их задание можно завершить без боя, Ультрадесантники смело ступили внутрь.


Тетрарх

Первый капитан Агемман, Ультрадесант

...


Натиск

Пока Ультрадесантники исследовали безмолвную гробницу, древние чужеродные разумы следили за ними, вычисляя схемы нападения и выявляли слабые места в броне астартес. Многие жаждали атаковать немедленно, но их сдерживала воля существа бесконечно более могущественного и ужасного — того, кто выжидал максимально выгодного момента, чтобы захлопнуть ловушку.


Ударная группа Тита преодолела половину пути к титанической колонне, когда на ауспикаторах замигали предупреждающие значки. Ультрадесантники осмотрели окрестности с помощью авточувств своих шлемов, переключая режимы зрения в поисках источника сигналов. Разбросанные груды некронов оставались неподвижны, как и прежде. Дуги энергии перескакивали между таинственными машинами, а глифические узоры мерцали, как и мгновение назад. Никаких признаков чьего-либо перемещения обнаружить не удавалось. Тем не менее воинские инстинкты космодесантников предостерегали об опасности. Приказав ускорить движение к колонне, Тит поручил Метавру и его ветеранам Клинковой гвардии охранять гравиповозку механикус, а остальных рассредоточил так, чтобы их сектора обстрела перекрывали все направления.

Пошла долгая минута, в ходе которой Ультрадесантники продвигались вдвое быстрее, чем раньше, плавно водя оружием в поисках врагов. Техножрецы суетливо и неуклюже старались не отставать от своих трансчеловеческих защитников. По вокс-каналам отряда шипели помехи. Точки на экране ауспика продолжали возникать и пропадать.

Внезапно посреди строя космодесантников разлился радужный свет, причём настолько неожиданно, что даже сверхъестественные рефлексы астартес не помогли. Из каждого всполоха вырвались шестирукие механические чудовища и открыли пальбу из многочисленных пистолетов. Ультрадесантники попадали, сражённые энмитическими лучами, что заплясали на их бьющихся в конвульсиях телах. Двоих техножрецов убили за долю секунды. Третьего спас лишь грозовой щит Метавра: сержант с невероятной быстротой встал между потрясённым адептом и уничтожителем-гексмарком.

Воины Тита слаженно развернулись и обрушили огонь на неприятелей, материализовавшихся прямо посреди их строя. В тот же миг змееподобные некроны выскочили из каналов в полу или вырвались из кристаллических панелей ближайших зиккуратов. Вращающиеся осколки кристаллов на мгновение как будто замедлились в падении, а затем уничтожители-офидианы бросились на свою добычу, рассекая боевых братьев огромными клинками или пронзая линзы их визоров и стыки брони метровыми когтями. Выжившие астартес ответили с яростью: взревели цепные мечи, загрохотали тяжёлые болт-пистолеты. Отделение искоренителей сержанта Осмадия пустило в ход мелта-ружья и обратило нескольких нападавших в пар и расплавленный металл. Но тут на них сверху обрушились гаусс-лучи: уничтожители-локусты с гулом спустились сквозь клубящийся туман. Одновременно у основания гигантского столба разверзлись ядовито-зелёные порталы, извергнувшие лязгающие толпы уничтожителей-скорпехов. Стиснув зубы, Тит напряжённо скрестил клинки с этими ксеновурдалаками. Его ударная группа была окружена.


В окружении чудовищ

Атакованные со всех сторон кошмарными противниками, менее стойкие воины могли бы поддаться панике. Так, техножрец, прижавшийся к сержанту Метавру, бормотал молитвы на бинарике и, казалось, был готов забиться под гравиповозку от ужаса. Но Ультрадесантники ответили немедленной и сокрушительной контратакой. Под предводительством знаменосца Гадриэля большая часть ударных войск Тита сжалась в бронированный кулак и устремилась к основанию колонны. Их клинки завели песнь разрушения, сражая некронов, и разбитые тела уничтожителей с мерцанием исчезали одно за другим.

Другие отделения между тем заняли позиции и осыпали нападавших выстрелами, пока Тит, Метавр и их товарищи спешили к колонне, ведя за собой гравиплатформу и последнего окаменевшего сопровождающего позади Гадриэля. С каждой секундой Ультрадесантники несли потери; боевые братья стонали от боли или рычали клятвы по вокс-сети, когда клинки прорезали броню, а изумрудные потоки энергии разъедали плоть. Двое апотекариев, сопровождавших ударное соединение, метались от одного павшего воина к другому: вводили гемогерметики и стимуляторы, изымали генное семя у погибших. Постепенно уничтожители отступали, сломанные и испепелённые, растворяясь в локальных фазовых полях, но тут же из пылающих порталов у основания колонны появлялись новые.

Шаг за мучительным шагом Ультрадесантники пробивались к цели, как вдруг сверкнул ослепительный разряд, вылетевший оттуда, где могучая колонна исчезала высоко в тумане. Он поразил последнего техножреца, обратив его в алое облако, а вместе с ним — одного из клинковых гвардейцев, попытавшегося его защитить. Капитан Тит поднял взгляд в ледяной злобе и увидел поистине чудовищную фигуру, скользящую по грани колонны. За ней извивался шипастый металлический хвост, а горящие глаза были прикованы к нему. Некросор Амментар явился расправиться с добычей.

Со смертью последнего механикус всякая надежда запустить вихревую бомбу пропала. А ситуация вдобавок усугубилась тем, что с появлением предводителя странный свет, пульсировавший в глазах оцепеневших некронов, вспыхнул холодным и ядовитым пламенем. По всему залу андроиды, пошатываясь, поднимались на ноги. Из их внутренностей сыпались изумрудные искры, металлические пальцы скрючивались на манер когтей. Едва первые из восставших заковыляли вперёд, чтобы перекрыть Ультрадесантникам путь к отступлению, их чудовищный повелитель преодолел последние десять метров и врезался в членов отделения Гая. Некросор наносил удары и крутился с ужасающей для столь массивного существа скоростью, истребляя астартес с пугающей эффективностью.

В считаные мгновения положение Ультрадесантников стало безнадёжным, и победа показалась недостижимой. Понимая, что самоубийственная последняя схватка ничего не даст, капитан приказал отступать. Болтеры гремели, гранаты взрывались, а мелта-струи шипели, точно драконы, когда воины Тита пробивали путь сквозь смыкающееся кольцо противников к выходу из зала. Позади отделение Гая вело самоотверженный арьергардный бой. Проявив мужество и честь до конца, они отдали жизни, чтобы задержать некросора и его кровожадных слуг ровно настолько, чтобы их товарищи успели выйти из сражения.


Тёмная добыча

Когда архимагос Окт ворвался в храм-кузницу Новаманьора со своим ксенотехнологическим трофеем под усиленной охраной, местные техножрецы выразили вялые протесты. Однако их быстро подавили благодаря сочетанию высокого ранга Окта, его выдающегося марсианского статуса и серии бинарных кодов принудительного управления, которые он пускал в ход словно кнут, чтобы подчинить служителей храма. Удостоверившись, что ему не будут препятствовать и не станут мешать, Окт приступил к работе. Он сказал Ультрадесантникам, что громоздкое устройство — оружие некронов, и, в каком-то смысле, не солгал. Учения его тайного культа и столетия опыта в обращении с технологиями пришельцев помогли ему распознать в этом объекте витиевато украшенное тессерактовое хранилище. Сам артефакт, возможно, и не был оружием, но осколок К’тан, без сомнения заточенный внутри, представлял собой поистине опасную и могущественную силу. Гемопомпы Окта бешено застучали при этой мысли. Его вера в то, что Дракон и его сородичи — ангельские воплощения Омниссии, была абсолютной. Предфронтальные когитаторы заполнили образы грядущих благословений, которые непременно достанутся ему, когда он освободит эту аватару Бога-Машины.


Обескровливающий подъём

Окружённые ордами воинов и Бессмертных, Тит и уцелевшие отделения с отчаянием продирались обратно к поверхности. В тёмных и гулких склепах груды павших андроидов начинали шевелиться, едва космодесантники проходили между ними, и цепкие руки из живого металла хватались за пробегавших боевых братьев. Ядовитый свет безумия пылал в сотнях окуляров, безжалостно устремлённых на отступающих Ультрадесантников.

Продвигаясь всё выше через жуткий лабиринт, люди Тита сталкивались с криптеками и их каноптековыми помощниками, которые насильно расчленяли некронов и приделывали к их содрогающимся телам конечности с гротескно увеличенным оружием. На астартес то и дело набрасывались стаи уничтожителей или покрытые влажной человеческой кожей Освежёванные с пальцами-ножами. Роботизированные конструкции вырастали из темноты на ходулеобразных ногах, чтобы проредить войска Тита потоками изумрудной энергии, или спускались сверху, подобно колоссальным паукам, окружённые тучами скарабеев. Ультрадесантники одолевали тех врагов, что преграждали путь, и уклонялись от тех, с кем сражаться было не обязательно. С каждой стычкой их потери росли, а боеприпасы заканчивались. И на парящем мосту через сияющую пропасть храбрые бойцы ещё одного отделения вынуждены были развернуться и отдать жизни, чтобы сдержать преследующего некросора.

Космодесантники пробились вверх по наклонному переходу и ринулись через последний пещерный зал, вынужденные буквально проламывать путь сквозь полчища шатающихся механоидов, которые в бездумной ярости колотили и рвали жертв. Сделав финальный рывок, сопровождаемый сверканием металлических тел и звоном клинков о когти, капитан Тит и выжившие члены его отряда выскочили под проливной дождь, исторгаемый бурлящими грозовыми небесами. В этот миг «Громовые ястребы» уже касались земли. Взойдя по рампам штурмовых кораблей, воины спаслись. Хотя не осталось ни одного них, кто не получил бы ранение, и они потеряли убитыми в недрах гробницы почти половину от своего изначального состава, некроны не добрались до них в этот день.

Тит поднялся на борт в самом конце. Он ждал, пока апотекарий Маркос поможет взобраться последнему ковыляющему товарищу, в то время как гаусс-заряды хлестали вокруг и вгрызались в корпус «Громового ястреба». При взлёте Тит задержался у закрывающегося десантного отсека и с каменным выражением лица наблюдал, как из некрополя высыпают бросившиеся в погоню некроны. Пока зелёные лучи проносились рядом с его воздушным судном, улетающем прочь от участка Умбра, Тит не шевелился и не сводил взгляда с холодных глаз некросора, притаившегося в тенях зияющего входа под землю. Даже когда люк закрылся и звено боевых самолётов помчалось к бастиону Обстинус, Тит ещё долго ощущал на себе беспощадный взор чудовища.


Защитники долга

Израненные Ультрадесантники вернулись и узнали об эскалации вражеской активности, что лишь усугубило позор поражения. В роскошной стратегической галерее бастиона Обстинус среди адептов, сервиторов и офицеров обороны Новаманьора, метавшихся в сдержанной панике, Тит и его товарищи воспринимали каждое стратегическое донесение словно залп вражеского огня.

Из регионов, прежде не затронутых атаками, теперь поступали сообщения о строениях, поднимающихся из-под земли, и фалангах убийц, штурмующих имперские укрепления. Гидропонные фермы на южном полюсе подвергались нападениям стремительно скользящих роёв локустов, каноптековых скарабеев и лёгких ударных аппаратов, которые вновь и вновь налетали, чтобы обстрелять уступающие им в силе отряды ополчения. Из жилых массивов Аллойзиум и Вентурия одновременно поступили перепуганные доклады о возвышающемся чудовищном создании в потрёпанных чёрных одеяниях и с громадной косой. Оно плыло во главе некронов, и при его приближении солдаты превращались в мёртвые иссохшие оболочки, едва их накрывала его тень.

Орудийные батареи на высотах Магнатум находились под интенсивным обстрелом чужих боевых машин и были на грани уничтожения. Зерновые макрохранилища и открытые рудники в Бастальтовой впадине наводнили неуклюжие массы пехоты, ведомые змееподобными металлическими исчадиями. Перечень происходящих ужасов казался бесконечным.

Однако худшим открытием для Тита стало осознание того, что, скорее всего, он сам невольно спровоцировал эту катастрофу. Участок Умбра и его спутники — участок Обскурум к северу и Закат к востоку — пробудились с небывалой яростью, и полчища ксеносов хлынули из своих гробниц: ряды за рядами андроидных солдат и толпы уничтожителей, поддерживаемые колоннами техники. На опытный взгляд Тита, легионам не хватало навязчивой точности и механистической слаженности, обычно присущих некронам. Напротив, всякое подобие порядка рушилось, когда они стремительно бросались в бой, не проявляя ни капли осторожности или предусмотрительности.

Видеозаписи сервочерепов показывали, как построения чужаков распадались, едва они обнаруживали людей, сколь бы малочисленны и не опасны те ни были. Своры уничтожителей и подразделения воинов отрывались от общих сил почти произвольно, чтобы преследовать отступающие остатки рот ополчения или осаждать незначительные редуты. Эти отколовшиеся группы не прекращали атаки, пока не расправлялись с несчастными жертвами, а после этого на какое-то время словно теряли цель, блуждая в поисках следующей добычи.

И всё же, вопреки этому аномальному поведению, основные наступления приносили свои плоды. Огромное воинство обрушилось на бастион Фортис, чему предшествовало появление ещё одной из жутких фигур, похожих на жнецов. Некроны, по сообщениям, проломили несколько секций крепостных стен и, несмотря на вмешательство рот ауксилии и ограниченный обстрел с орбиты, организованный коммодором Сильвой, практически захватили оплот.

Между тем в пустырях между Фёрстбрандом и батареей Дельта-04 кипела схватка бронетехники и не прекращались перестрелки пехоты. Под руководством легата Минервас 30-й полк Вспомогательных сил обороны Макрагга укрепил дрогнувшие колонны местных солдат и теперь пытался отбросить фаланги некронов, стремящиеся вывести батареи из строя. Тем временем в районе Безлюдья сообщения о требующейся подмоге из снабженческого узла Муниторума 242 превратились в мольбы и запросы на эвакуацию — ксеносооружения продолжали вырываться из-под территории комплекса.

Пока апотекарий Маркос занимался ранами Тита, а слуги делали всё возможное, чтобы привести в порядок его повреждённое снаряжение, капитан раздавал команды. Он забрал последние резервы с орбиты, решив сосредоточиться на тех конфликтах, в которых ещё можно было победить, и тех объектах инфраструктуры, которые было критически важно удержать. Он приказал Сильве вывести больше кораблей на низкие орбитальные позиции для бомбардировки, предупредив его остерегаться гигантских оборонительных пилонов, которые уже начали извергать в атмосферу столбы изумрудной молнии.

Параллельно внимание Тита отвлекали полчища некронов, приближающиеся к окраинам столицы. Он снова вспомнил о безжалостном и непоколебимом взоре чудовищного повелителя некронов и понял: тот не намерен оставлять в покое свою добычу. Ещё капитан размышлял о странном артефакте, названном архимагосом Октом оружием и ныне укрытом в храме-кузнице к северу от бастиона Обстинус. Если подозрения техножреца верны, какие разрушения может сотворить противник?

Тит ясно видел: ситуация вышла далеко за рамки первоначальных прогнозов относительно численности врага и уровня его агрессии. Он знал, что Кодекс предписывал отвести драгоценные силы и запросить свежие подкрепления, прежде чем ударить снова, располагая большими ресурсами. В конце концов, космодесантников создавали не для удержания захваченного, а войска ауксилии и ополчения под его началом были отнюдь не бесконечными.

Тем не менее он был магистром дозора, заступником Ультрамара. Если Деметриан Тит бросит новаманьорцев на произвол судьбы, какой пример он подаст? Где тут мужество и честь? Вместо этого капитан распорядился немедленно отправить астропатические призывы о помощи и велел своим подразделениям и местным отрядам окопаться и приготовиться к надвигающейся буре насилия. Он поклялся покончить с этой странной новой опасностью здесь и сейчас. Ей не позволят распространиться и поставить под угрозу возвращение Пятисот миров.


Неотвратимый рок

Война бушевала на многих фронтах по всей поверхности Новаманьора, и с каждым часом интенсивность конфликта лишь нарастала.


Астропаты Тита под руководством адепта Корнелиуса воззвали о помощи через пустоту. Ответ пришел с поразительной быстротой: его отправила небольшая эскадра четвёртой роты, истреблявшая орочьих пиратов в поясе астероидов за пределами гелиопаузы системы. Эскадра обещала выслать всю возможную поддержку — ударный крейсер с контингентом боевых братьев в сопровождении нескольких транспортных судов ауксилии. Однако переход к Новаманьору требовал времени. Для армий Тита немедленного спасения не предвиделось.

Сделав всё возможное для координации своих сил на передовой, Тит выкроил несколько драгоценных мгновений для медитации в тишине придела часовни. Неудачная атака на участок Умбра дала ответы хотя бы на часть вопросов. Казалось разумным предположить, что чудовище, устроившее засаду, и было тем самым ужасом, от которого бежал корабль-гробница. Некронов Новаманьора действительно захлестнула междоусобица. Тит вспомнил болезненный свет, пульсировавший в некрополе, и искажённое поведение его обитателей. Он не знал, что это за существо и какое проклятие оно распространило среди сородичей. Капеллан Леандрос, без сомнения, предостерёг бы его от попыток докопаться до сути, дабы Тит не осквернился в процессе познания. И всё же капитан не мог избавиться от чувства, что в этой ситуации есть грани, которых он не видит и не может осознать при имеющихся данных. Невежество было слепым пятном, которое уже завело его в засаду на участке Умбра. И если не проявить осторожность, оно могло погубить его снова.


Орудия войны

Размышления Тита вновь вернули его к вопросу об артефакте. Он подозревал, что вельможа, командовавший кораблём-гробницей, пытался упрятать эту вещь как можно дальше от монстра, замеченного на участке Умбра. Если так, не станет ли возвращение артефакта на поверхность подспорьем для врага? Он решил немедленно отправиться в храм-кузню и потребовать результатов от архимагоса Окта. Либо устройство будет быстро нейтрализовано, либо Тит прикажет вернуть его на орбиту и сбросить в горнило местной звезды. Инцидент с «Авророй» подорвал и без того слабое доверие капитана к техножрецам и их тайнам. Однако, прежде чем он успел исполнить своё решение, срочный вызов по воксу вернул его в галерею стратегиума. Ситуация во Фёрстбранде ухудшилась. Ультрадесантники требовались на передовой, чтобы предотвратить катастрофический обвал фронта.

В этот миг Тит понял, что его место — у тактического стола. Из командного санктума бастиона он разделил имеющиеся силы Космодесаанта на три ударных соединения. Первое, под началом Гадриэля, он направил на юг к батарее Гало-09. Вторая, под командованием сержанта Метавра, выдвинулась на запад, чтобы отразить натиск некронов. Третья же группа с рёвом помчалась на север на гравитанках «Репульсор», чтобы перехватить атаку со стороны участка Закат.

Двигаясь по Тропе Тружеников, это остриё атаки столкнулось со взводами ополчения, в панике отступавшими назад. Их преследовали фаланги некронов, в центре которых парил ужасающий фантом смерти. Фрагмент бога, в несколько раз превышавший рост космического десантника, был окутана лохмотьями, которые искрились как сбоящие изображения. Тёмная энергия вырывалась из его глаз, и те из бегущих людей, кого она настигала, мгновенно рассыпались прахом. Другие несчастные солдаты погибали лишь от самого присутствия этой сущности: они падали замертво, лишённые всей жизненной силы.

Наблюдая за происходящим через авточувства и видеосвязь, Тит приказал своим воинам спешиться и навязать бой пехоте некронов, чтобы дать разгромленному ополчению время перегруппироваться, пока «Репульсоры» сосредоточат огонь на парящем воплощении смерти. Пока члены ударного соединения выполняли приказ, Тит перенаправлял авиацию ордена для оказания огневой поддержки и гнал вперёд резервные роты ополчения, чтобы укрепить линию обороны.

Дороги и руины превратились в поля сражений, где астартес и некроны обменивались выстрелами. Андроиды падали, изрыгая снопы искр, а Ультрадесантники отступали, получая тяжёлые ранения. Однако истинное опустошение в те отчаянные, кровопролитные минуты сеял вооружённый косой монстр. Поражавшие его снаряды и энергетические лучи производили не больше эффекта, чем дуновение ветерка. Устремившись вперёд в вихре своих одеяний, жнец врезал косой по борту «Репульсора» с такой сокрушительной силой, что не только разрубил танк надвое, но и отбросил его в сторону позиций космодесантников, где он перевернулся и сдетонировал. Мгновением позже был уничтожен второй танк: аватара смерти пронзила его иссиня-чёрными лучами из глаз, а затем жестоким, медленным сжатием кулака заставила повреждённую машину смяться вместе с экипажем.

Глядя, как это отродие взмахом косы рассекает боевых братьев и сносит головы, Тит мрачно взвешивал приказ о полном отступлении. Однако его стратегия оправдалась: к потрёпанным рядам Ультрадесанта подтянулись новые силы ополчения, а эскадрильи перехватчиков «Грозовой ястреб» начали заходы на цели. Безумную резню, устроенную олицетворением погибели, остановить не получилось бы, но поддерживающие его фаланги были сильно побиты. Их натиск ослабевал, пока наконец — подобно жуткому сну, забытому в момент пробуждения, — и они, и осколок бога не замерцали и не исчезли бесследно.


Новое практическое решение

Тит не питал иллюзий относительно того, что враг повержен. Он подозревал, что ксеносы просто переместились на другой участок фронта, где ужасающая мощь божественного воплощения найдёт лучшее применение. И всё же его вмешательство даровало временную передышку. Пока медики сновали между потрёпанными отделениями, а офицеры выкрикивали запросы на подкрепление, Тит изучал видеозаписи последнего столкновения, боя в гробнице и самого первого сражения на борту улетающего корабля-гробницы. Сопоставив детали, он подтвердил несоответствие, которое не давало ему покоя. Символика глифов и геральдические цвета беглого вельможи и его воинов совпадали с теми, что носили «заражённые» андроиды на участке Умбра. Однако они отличались от знаков монструозного некрона и его деформированных полчищ уничтожителей.

Тит отдавал новые приказы, одновременно запрашивая и анализируя потоки данных со всей планеты. И действительно, некоторые из атакующих легионов принадлежали к тем, что в засекреченных архивах именовались династией Саутехов. Однако всё возрастающий процент захватчиков, судя по всему, происходил из династии Сареханов. Более того, орбитальное прорицание показало, что львиная доля войск Сареханов появилась из участка Умбра, и их численность уже значительно превышала остатки Саутехов. Тит вновь представил светящиеся порталы, мерцающие в гранях колоссального столпа в сердце гробницы. Именно там, несомненно, находился основной источник вражеских подкреплений — Сареханские армии хлынули откуда-то извне, чтобы укрепить ряды примкнувших к ним Саутехских некронов. Титу придётся доверить вопрос с артефактом архимагосу Окту, пока сам он сосредоточится на перекрытии канала внепланетных подкреплений некронов. Для этого он планировал повторить вылазку в погребальный комплекс, дабы гарантировать, что к прибытию флотилии четвёртой роты Новаманьор всё ещё будет миром Ультрамара, который стоит защищать.

Стратегическое прорицание командного уровня показало, что вихревая бомба по-прежнему находится в сердце подземелий — её хоральная сигнатура фиксировалась неподалёку от места, где Ультрадесантники были вынуждены её оставить. Дальнейшие орбитальные провидения и энергетическое сканирование недр подтвердили, что участки Обскурум и Закат соединены с Умброй разветвлённой сетью туннелей. Магистр дозора понимал, что любого, кто попытается проникнуть в главную гробницу через эти второстепенные, ждёт тяжёлый бой. Тем не менее шансы на успех оценивались как гораздо более высокие, нежели при лобовой атаке на саму усыпальницу Умбра. Более того, на сей раз никаких полумер не будет. Тит соберёт всех уцелевших астартес, чтобы добиться успеха. Его ауксилия и планетарное ополчение тем временем должны будут сдерживать захватчиков. Не было смысла лгать себе — они не протянут долго. Потери будут страшными. И всё же Тит верил, что, если его технодесантники сумеют активировать бомбу, он перекроет приток свежих некронских войск на Новаманьор и таким образом переломит ход войны, пока это ещё в его власти. А если представится случай убить монстра, загубившего стольких его боевых братьев, — что ж, тем лучше.


«Ангел Омниссии томится в мерзкой темнице ксеносов. Я вычислю решение. Я высвобожу славу машины. Пусть космодесантники тратят время и жизни. Именно я, а не они, стану спасителем этого мира».
из личного дата-журнала архимагоса Витбора Окта, Центральное Движительное святилище храма-кузницы Божественной Шестерни, агломерация Фёрстбранд


Тетрарх

Капитан Портан, Орден Генезиса

...


Некросор

Переносчик безумного фанатизма, прорубающий просеку сквозь древние династии; преступный почитатель паразитов, подтачивающий устои общества некронов; древняя кара, обрушившаяся на Безмолвного Царя и все его труды — бывшие сородичи видят в некросоре Амментаре всё это сразу. Ненависть к нему и боязнь перед ним превосходят даже атавистический ужас, запечатлённый в памяти о К’тан. Сам же Амментар не обращает внимания на подобные кривотолки, едва замечая их, ибо у него есть его вера, подталкивающая его вести поход против жизни, а всё остальное не имеет значения.


Проклятый легион некросора перемещался от одного мира к другому по прихоти своего пророка. Они прокладывали путь сквозь межзвёздную тьму, используя телепортационные врата и захваченные корабли-гробницы, если представлялась возможность. Когда Амментар вообще снисходил до обсуждения подобных материй со своим Двором Забвения, он рассказывал, что его направляет шёпот Аза’города. Для ярых последователей этого объяснения было достаточно. И напротив, те некроны, что внимали заверениям Сареха, Безмолвного Царя, не видели никакой закономерности в буйствах Амментара. Его считали обезумевшим зверем, а его приверженцев — трагическими жертвами прискорбного недуга или же предателями своих династий и всего народа. Как только дела с Имотехом и его мелочным династическим мятежом будут улажены на удовольствие Сареху, некросору и его тварям будет дарован столь быстрый и милосердный конец, какой только допускают триархические кодексы для подобных анормальных отступников.

Знал об этом Сарех или нет, но его утверждения были ложны. Нечто — будь то сверхъестественное или сверхрасчётливое — всё же указывало некросору дорогу. Его Проклятый легион с неумолимой точностью натыкался на миры-гробницы, где хранился один или несколько осколков Несущего Ночь. Выбранный ими маршрут редко бывал очевидным или прямым. Губительный психоз раз за разом заставлял их высматривать нарывы органической жизни посреди стерильного совершенства пустоты. Их способы перемещения можно было счесть паразитными и ситуативными: сторонники Амментара не обладали терпением, чтобы тратить время на восстановление повреждённых пространственных каналов или кораблей-гробниц, если могли просто хлынуть сквозь любые доступные врата и продолжить свою кровавую миссию там, куда вела их судьба — или, возможно, воля Аза’города.

И всё же с неумолимостью самой смерти эта сила вела туда, где Проклятый легион мог заполучить осколки Несущего Ночь для своего господина. До сих пор некросор Амментар не пытался освободить ни один из этих божественных фрагментов, несмотря на фанатичное поклонение им. Он не давал никаких объяснений тому, почему осколки остаются скованы, а его последователи оных и не требовали. Те, кому хватало разумности поставить под сомнение столь очевидное разногласие, просто полагали, что это знак уважения или даже милосердия. В самом деле, не будут ли частицы Аза’города страдать в своём раздробленном состоянии, если их выпустить на волю? Не могут ли они, будучи лишь убогими осколками бесконечно великого целого, причинить вред самим себе или своим почитателям? Некоторые из учеников Амментара с тревогой гадали, какое неразборчивое опустошение вызовет подобный беснующийся осколок.

Двор Забвения не оспаривал методы предводителя, но каждый новый осколок искомого К'тан, добытый для пророка, приносил им мрачное удовлетворение. Так, этот единственный в своём роде поход привёл их на Новаманьор, который династия Саутехов, чьим окраинным миром он когда-то был, называла Узшемеком. В погребальном комплексе под поверхностью планеты достопочтенному владыке Хаскатефу давным-давно вверили несколько древних видов вооружения, признанных полезными, но слишком нестабильными или порчеными, чтобы пятнать ими арсеналы центральных миров династии. Именно один из этих артефактов привлёк Проклятый легион через планетарный телепортационный узел с далёкого и ныне разрушенного мира Сареханов под названием Маснох. Некросор явился лично, чтобы забрать тессерактовую темницу, в которой томился особенно могучий осколок его бога-покровителя.


Вестник смерти

Воинство Амментара хлынуло сквозь трансмерные врата в глубины крипт Узшемека, полагаясь на внезапность и смятение для достижения победы, и обнаружило, что мир-гробница всё ещё находится на ранних стадиях пробуждения. Рои каноптековых конструкций бросились защищать некрополь от вторжения, руководимые главной программой и горсткой Саутехских криптеков, которые курировали оживление двора владыки Хаскатефа. За каноптеками следовали фаланги воинов и Бессмертных, собиравшиеся для первых вылазок против людей, которые наводнили поверхность. Амментар и его уничтожители прорубались сквозь этих низших противников с холодной и отточенной свирепостью. И всё же активное сопротивление незваным гостям позволило выиграть ровно столько времени, сколько потребовалось Хаскатефу и некоторым из его свиты для поспешного завершения пробуждения. Страдая от временного энграмматического замешательства, владыка тем не менее осознал масштаб угрозы, исходящей от некросора и решил бежать на своём флагмане, унеся вверенное ему оружие к звёздам, лишь бы оно не попало в руки столь ужасающего создания.

Хаскатеф ускользнул от надвигающегося рока, уготованного Амментаром и его легионами, но встретил ксеноцидальный гнев армады капитана Тита. То ли по воле злого случая, то ли ввиду непостижимого промысла архимагос Окт оказался в нужное время в нужном месте и, заявив права на тессерактовую темницу, в слепой вере унёс её обратно на планету. И вот теперь осколок изнемогал в плену, недосягаемый за стенами Фёрстбранда. Он гудел тихую песню, проникающую прямо в мозг некросора, и своим присутствием и жаждой свободы подстёгивал Амментара к действиям.


Ловушка Анутек

После битвы в глубинах могильного комплекса Узшемека и последующего осквернения главной программы у некросора начался период относительной ясности сознания. Умопомешательство на время отступило, позволив рассуждать здраво и вместе с Двором Забвения планировать путь к победе. Зная, что кровавый прилив божественного рвения их пророка неизбежно захлестнёт его снова, но не ведая, как скоро, советники Амментара поспешили воплотить его замысел.

Аналитическое сканирование плотских, запятнавших Узшемек, показало, что, хотя большинство из них были слабыми и хрупкими созданиями, среди них попадались отборные воители с изменённым генокодом и в тяжёлой броне, которых люди называли Космическим Десантом. Именно их некроны быстро определили как главную помеху освобождению заключённого осколка Аза’города. Если позволить им собраться возле тессерактовой темницы, они могли бы длительно сдерживать Проклятый легион, вероятно, дотянув до прибытия новых представителей своего вида, что ещё больше осложнило бы ситуацию. Этого нельзя было допустить. Некросор заявлял, что его терзает всё более настойчивый шёпот бога, и вдобавок его полчища сражались не только здесь. Шли и другие битвы в иных мирах, где вдохновляющее присутствие Амментара требовалось, чтобы разжигать смертоносный пыл его паствы.

По этим причинам немесор Анутек предложила устроить засаду. Под её руководством некрополь Узшемека привели в состояние ложного покоя, а пробуждение легионов приостановили. Воинство же самого Амментара отступило через пространственные врата в склепы Масноха, ожидая сигнала к атаке. Тем временем расходные формирования низших последователей некросора отправили нападать на отдалённые владения по всей планете, развивая, где возможно, успех первых вылазок авангарда Хаскатефа. В конечном счёте все люди должны были погибнуть, ибо ни одной форме жизни не дозволялось уцелеть. И если их смерть послужит стимулом, чтобы заставить истинного врага проявить неосторожную агрессию — что ж, тем лучше.

Разумеется, космические десантники предсказуемо отреагировали на то, что приняли за слабость и шанс уничтожить комплекс гробниц до того, как он, по их мнению, полноценно активизируется. Чего Анутек не могла предвидеть, так это того, с каким упорством Тит и его братья будут сражаться, чтобы вырваться из коварной западни. Некросор лично захлопнул ловушку и омыл когти в крови вражеской элиты, однако, когда бойня прекратилась, более половины добычи выжило и сумело скрыться в далёкой цитадели.


«СМЕРТЬ ДАРИТ СМЫСЛ. СМЕРТЬ ДАЁТ ЦЕЛЬ. СМЕРТЬ — ЭТО НЕБЕСНОЕ СОЗДАНИЕ, И Я ЕГО ЖРЕЦ».
некросор Амментар во время Очищения Узшемека


Убийственное биение

После бегства Тита и многих его воинов надежды некронов на триумф, достигнутый хитростью, растаял, равно как и ледяная ясность рассудка некросора Амментара.

Макабрический ужас наполнил усыпальницы Узшемека вслед за уходом Ультрадесантников. Когти из живого металла впивались в твёрдую, как железо, кость; сырое мясо шлёпалось, исходя паром сквозь внутренности андроидов, когда Освежёванные принялись пировать на телах павших астартес. Криптеки напевали с полоумным восторгом, пока их каноптековые слуги продолжали расчленять несчастных представителей низших сословий и насильно превращать их в неживое оружие. Осквернённая главная программа воспроизводила их усилия в гораздо большем масштабе, вырывая спящих некронов из вечной дрёмы безо всякой заботы об уроне их личностным энграммам и подвергая их оболочки гротескным изменениям, пока те бились и издавали искажённые крики в тесноте своих крипт.

С каждой секундой звуки жуткого пиршества и мучительного преобразования сливалось воедино, создавая резонанс за гранью слышимости, что пульсировал в такт трупному свету в глазницах некронов и дрожью пробегал по коридорам и залам гробницы. Это был словно замогильный бой барабанов, ритм адского безумия, под который некросор Амментар дёргался и извивался во всё более диком экстазе. В какой-то момент голос пророка прогремел в унисон со сводящей с ума шумовой инсталляцией, и хотя его слова слипались, будто от запёкшейся крови, и наслаивались друг на друга, пока не терялся всякий смысл, стоящее за ними значение было предельно ясным. Аза’город больше не будет ждать. Осторожность и коварство отныне не требовались. Амментар направит сокрушительную мощь на твердыни людей и не прекратит натиск, пока осколок не будет освобождён из темницы, а каждая органическая форма жизни, способная к сопротивлению, не ляжет мёртвой в тени Аза’города, обволакивающей сродни погребальному савану.


Меры предосторожности

Члены Двора Забвения привыкли к повадкам своего пророка. Никто не оспаривал изречения Амментара и не пытался противиться его приказам — по крайней мере, если не желал навлечь на себя ужасные последствия. Наоборот, наиболее модифицированные чемпионы, такие как лорд-скорпех Нецфеттра Свежеватель или криптек, прозванный Пустым, аж тряслись от жажды убийства при его фанатичном призыве к оружию.

Впрочем, находились и те, кто сохранил самообладание и здравый рассудок, чтобы смягчить худшие проявления крайностей своего господина. Хотя в такие моменты они действовали без прямого согласия Амментара, в отдаваемых ими командах не было ничего тайного. Скорее, они знали, что именно этого некросор от них и ожидает. Как только он полностью отдавался психозу, он полагался на них в создании прочного стратегического фундамента, на котором будет строиться его стремительный натиск.

Как следствие, пока основная часть воинства Амментара следовала за своим проповедником в тёмную тектоническую расщелину, которая позволила бы им незамеченными подойти к Фёрстбранду, немесор Анутек использовала личные командные протоколы, чтобы отсечь от общей массы фаланги пехоты и боевые машины. Их она направила иными путями для усиления второстепенных наступлений и обороны удалённых узлов гробницы к северу и востоку от основного некрополя. К ним присоединились очередные волны Проклятого легиона, хлынувшие через врата из Масноха.

Если бы люди только знали истинный размер орды, всё ещё ожидающей прохода через этот портал, чтобы принять участие в войне, они бы все, по её мнению, лишили себя жизни в отчаянии. С лёгкой грустью подумав о том, насколько эффективнее было бы такое самосокращение численности, немесор осталась в глубинах гробницы и направила свою волю на координацию планетарного сражения. Почти как об одолжении, она распорядилась, чтобы несколько криптеков заперли примитивную контрматериальную боеголовку людей в ублиет под охрану. Столь грубое устройство мало интересовало некронов, однако Анутек не привыкла разбрасываться полезным инструментом, который можно было бы использовать для массового умерщвления живых.


Участок Обскурум

Пока некросор вёл свой легион на восток сквозь тенистые глубины, «Громовые ястребы» ударного соединения «Тит» поднялись в небо с посадочных площадок бастиона Обстинус. Их первоочередной целью был участок Обскурум, суливший подземный путь в самое сердце гробницы на участке Умбра. Ультрадесантники принесли клятву — добиться победы или погибнуть, и их величайшим оружием была грозная, непоколебимая воля ведущего их капитана.


Помня о рыщущих в небе перехватчиках и мощных орудиях бродячих каноптековых боевых машин, пилоты «Громовых ястребов» шли на большой высоте, предпочтя рискнуть и столкнуться с яростью вездесущих бурь. Пока самолёты неслись к участку Обскурум, обзор на поверхность полностью скрывался облаками, и всё же хаос на разрозненных вокс-каналах и затянутые помехами карты орбитальных авгуров говорили сами за себя. Батарея Дельта-04 была практически разгромлена, несмотря на все усилия легата Минервас, которая теперь пыталась организовать воздушную эвакуацию всех дееспособных войск, прежде чем захватчики захлестнут комплекс. Последние защитники узла Муниторума 242 спровоцировали перегрузку генераторов, чтобы нанести как можно более тяжёлый урон некронским конструкциям, пробивающимся сквозь фундамент зданий. Бастион Фортис пал — имперские силы ничего не смогли противопоставить облачённому в саван чудовищу с косой, возглавлявшему атаку. Уцелевшие бойцы ауксилии и ополчения отступили в пылающую агломерацию Тенацитус и теперь дрались за каждую улицу. Без поддержки астартес, способных укрепить строй, они не могли остановить натиск врага. Даже район Фёрстбранда оказался под ударом теперь, когда космические десантники отправились на отчаянное задание. Тит с гневом отметил, что архимагос Окт отказался послать свои клады на помощь защитникам. Техножрец сосредоточил все силы вокруг храма-кузни и, казалось, был озабочен лишь её обороной.

Подобные доклады поступали со всей планеты: о некронах, усиливающих натиск, о позорной трусости и мужественной решимости, о мире, чьи защитники не признавали поражения, но, по всей видимости, были обречены на него. Тит знал, что есть лишь один способ изменить ситуацию. Остальным защитникам Новаманьора требовалось лишь продержаться достаточно долго, чтобы он успел это сделать.


Молниеносный удар

Миновав северные окраины агломерации Стальные Высоты, «Громовые ястребы» устремились к участку Обскурум. В их десантных отсеках под всполохи багровых ламп из вокс-излучателей зазвучали сигналы тревоги. Ауспики надрывно предупреждали о неприятелях впереди. Страховочные ремни скрипели, когда десантные корабли закладывали виражи и крутили бочки, уходя от зенитного огня, прежде чем сорваться в крутое пике. Капитан Тит не сводил глаз с транслируемого через авточувства видеопотока, который показывал стремительно приближающийся могильный комплекс. Солдаты-андроиды, словно рабочие насекомые, роились на склонах его зиккуратов. Справа от него Гадриэль с яростной ухмылкой сжимал знамя второй роты. Слева Метавр, закрепив шлем, обнажил клинок.

Финальный шквал встречных выстрелов, резкий толчок — и звено «Громовых ястребов» выровнялось в считанных метрах над землёй, резко сбрасывая скорость. Затем десантный отсек распахнулся, и замки креплений разомкнулись. Бойцы Второй тут же начали движение и перешли на бег быстрее чем за три удара сердца.

Тит спрыгнул с рампы своего воздушного судна и бросился в тень нависающих строений; боевые братья незамедлительно последовали за ним. Зеленоватые лучи вгрызались в броню и плоть, пока андроиды поливали огнём отряд Тита. Однако некроны действовали неорганизованно, а их залпы были несогласованными, пока они спешили встретить космических десантников. Высадив воинов, а также брата-редемптора Полиадра и брата-бруталиса Иапатона, «Громовые ястребы» взмыли в небо для обеспечения прикрытия. Один из ДШС качнулся, когда выстрелы с пилонов вспороли его корпус и оторвали левый двигатель, после чего он по спирали ушёл в сторону окраин Стальных Высот. Остальные продолжали вести обстрел, подавляя орудия комплекса гробниц. Тем временем нападение Ультрадесантников достигло цели. С рёвом цепных мечей и треском силовых мечей они сломали беспорядочный строй некронов, словно кость о наколенник. Астартес падали, раненные гаусс-лучами или пронзённые клинками уничтожителей-скорпехов. Брат Полиадр заметно пошатнулся, когда каноптековый гибельный охотник пробил его саркофаг ослепительным зарядом, но затем дредноут сбил конструкцию с ног градом ответных выстрелов. Некроны сражались с несвойственной им агрессией, но не могли остановить космодесантников. Рассеяв врагов, отряд Тита закрепился в проломе и двинулся в темноту объекта Обскурум. Этот комплекс был менее грандиозным, чем некрополь Умбра. Его залы и помещения, загромождённые чужеродными установками, имели признаки запустения. Однако, несмотря на кажущуюся второстепенность гробницы, из её глубин хлынули сплошные потоки врагов. Освежёванные выползали из щелей в разрушенных стенах, офидианы вылезали прямо из-под ног захватчиков, тогда как змеевидные каноптеки, подобно привидениям, проходили сквозь твёрдую материю, и атаковали с самых неожиданных сторон. Рядовые воины некронов вышагивали из переполненных коридоров, подгоняемые деформированными криптеками и ведомые жутко переделанными царскими надзирателями.

Сыновья Гиллимана отреагировали на этот натиск дисциплинированной тактикой, строго следуя Кодексу. Стена из щитов сдерживала ярость ксеносов ровно столько, сколько требовалось, чтобы забросать плотные массы пехоты гранатами. Ложные отступления заманивали стаи уничтожителей в подготовленные зоны поражения. Тит, Гадриэль и Метавр лично возглавляли контратаки, чтобы заткнуть прорывы, сражая недругов с сосредоточенной и расчётливой жестокостью. Хронометр в шлеме Тита показал, что прошло двадцать восемь минут непрерывного боя, когда его авангард ворвался в пещерное пространство, которое, согласно данным с авгуров, было первой целью вылазки. И действительно: на одной из обсидиановых стен доминировала иссечённая символами арка высотой с титана типа «Гончая». Это был вход в подземную галерею, которая привела бы их в недра объекта Умбра. Сияние окуляров и оружия осветило зал, когда новые волны врагов двинулись навстречу ударной группе Тита. Лишь на мгновение задержавшись, чтобы перезарядить оружие, Ультрадесантники ринулись в атаку.


Гибель или спасение

Архимагос Окт погубил более двадцати единиц сервиторов, стремясь вступить в контакт с артефактом или вскрыть его. Потерпев неудачу, он вознёс истовые бинарные молитвы Омниссии, а затем решился на попытку прямого слияния с духом машины этого ксеноустройства. Это тоже не привело ни к чему, кроме обожжённых нейронных путей и ощущения, будто подхватил некую когнитивную дата-инфекцию после того, как сработала защитная подпрограмма — настолько эзотерическая, что она напоминала техноколдовское проклятие. Всё это время его маршал скитариев докладывал об ухудшении ситуации на фронте и о фалангах некронов, неумолимо приближающихся по улицам Фёрстбранда. С израненным, обнажённым разумом Окт чувствовал, как из рук ускользает величайшая возможность. Затем поступили омниспектральные данные с авгуриума храма-кузницы. Они выявили крупное воинство чужаков, приближающееся к агломерации по тектонической расщелине, которая, по-видимому, скрывала их продвижение от обычных имперских ауспиков. Когда его подчинённые запросили разрешение передать предупреждение остальным защитникам города, Витбор Окт вдруг обнаружил, что не желает или, возможно, не может его дать. Были ли это его собственные мысли и порывы, с нарастающей тревогой гадал он, или нечто чужеродное, занесённое вирусом? Или же — эта мысль поразила его с силой святого откровения — это проявлялась воля Омниссии? Что, если его роль заключалась не в том, чтобы самому отворить эту тюрьму, а в том, чтобы передать её тому, кто сможет это сделать в качестве посредника истинно верующего лица? В том, что ангел Омниссии будет освобождён теми же заблудшими ксеносами, что его пленили, наблюдалась своеобразная элегантная симметрия. Вероятно, Окт посчитал отказ от собственной воли испытанием его убеждений. Он надеялся, что это правда — даже молился об этом, — пока пребывал в рабстве у некронского устройства, а его манипулы, глухие к мольбам о помощи защитников поселения, дожидались от архимагоса команды, которую он уже не мог отдать.


Тетрарх

Капитан Феликс, Ультрадесант

...