Изменения

Перейти к навигации Перейти к поиску

Караул Смерти: Разрушитель теней / Deathwatch: Shadowbreaker (роман)

148 499 байт добавлено, 12:04, 23 января 2020
Нет описания правки
Первая на сегодня кровь уже пролилась. И она будет далеко не последней.
 
 
===24===
 
Каррас стоял у входа в пещеру, темневшую высоко над ущельем, сканируя внешний периметр базы т’ау. Оптика его шлема, повинуясь мысленному приказу, с негромким жужжанием переключалась с дальнего режима на ближний. До заката оставалось совсем недолго, и Каррас надеялся, что у Копли и ее отряда все идет по плану, и они уже добрались, куда нужно.
 
Т’ау были таким же дневным видом, как и люди, и сперва боролись с темнотой с помощью костров, а позднее - и электричества. И когда касте огня необходимо было эффективно работать в темное время суток, им приходилось использовать системы ночного зрения, встроенные в шлемы и боевые скафандры.
 
А затем они решили эту проблему, снабдив дроны продвинутой мультиспектральной оптикой и энергосенсорами.
 
Даже сейчас, пока Каррас разглядывал стены Башни издалека, над прилегающей территорией наверняка носились патрули из охранных и обслуживающих дронов, оборудованных такими мощными сканерами.
 
Что ж, по крайней мере, у них не было псайкеров – по крайней мере, среди самих т’ау. В полученных от Сигмы данных сообщалось, что на Тихонисе не было никого из никассарцев или каких-либо других союзников синекожих, обладающих психическим даром.
 
Значит, хотя бы об этом можно было не беспокоиться.
 
Каррас забормотал литанию Зрения вне зрения, отправляя астральную проекцию на поиски других живых существ, стараясь уловить малейшие отблески кого-нибудь, наделенного разумом.
 
Т'ау почти не отражались в имматериуме. Сияние их ауры в сравнении с аурой людей казалось огоньком свечи на фоне горящего города.
 
''Или полыхающего леса.''
 
Видения, одолевавшие его в эльдарской машине, грозили вот-вот всплыть в его памяти и начать отвлекать. И Каррас, взрыкнув, усилием воли изгнал их прочь.
 
На дне каньона и наверху, на противоположном краю, по всему плато, Каррас засек примитивные души пустынной живности. Почувствовал он и кое-что еще – людей, заключенных в северном блоке Башни, и представителей других рас тоже, хотя последних было совсем мало. Куда сильнее его обеспокоило то, что психические следы этих душ были куда тусклее, чем следовало – его астральное зрение что-то затуманивало. Это было явно не дело рук т’ау – слишком мало они знали о варпе и о царстве нематериального. Голос Песков упоминал старые защитные пентаграммы, оставшиеся в тюремных блоках, но Каррас подозревал, что дело не в них. То, что мешало ему, ощущалось совсем иначе, и его сила распределялась неравномерно. Наиболее густым непонятный туман был в центре, в одном конкретном месте, где-то под главной башней – именно там, по слухам, находилась Эпсилон.
 
Что бы ни служило его источником, но оно застилало Каррасу глаза и не давало проникнуть туда, куда сильнее всего было необходимо. Оно отталкивало его, как однополярный магнит, заставляя то и дело сворачивать в сторону.
 
После нескольких тщетных попыток Каррас бросил это бесполезное занятие и вернулся в физическое тело.
 
Солнце уже почти село, и теперь озаряло долину густым золотистым светом, готовое вот-вот скрыться за горизонтом.
 
Каррас снова перевел взгляд на периметр Башни, переключая оптику визора на максимальное увеличение. В последних лучах солнца он рассмотрел на стенах снайперов-т’ау в характерной панцирной броне, расхаживающих взад-вперед группами по трое. Периодически тот или иной отряд останавливался на одной из башен, некоторое время вглядывался вдаль, в каньон, а затем снайперы разворачивались и шли в обратную сторону.
 
Никаких явных признаков тревоги Каррас не заметил. Хорошо. Похоже, Архангела пока что не обнаружили.
 
Но как далеко она сейчас от цели. Уже наверняка где-то рядом. Он не сумел обнаружить ее с помощью ведьмацкого зрения, а это означало, что Архангел уже внутри базы, там, куда он не мог проникнуть.
 
И, если ее и остальной отряд еще не убили и не захватили в плен, то защитные системы должны вот-вот отключиться.
 
- Все готово, Грамотей, - раздался густой бас за его спиной.
 
Каррасу даже не пришлось оборачиваться, чтобы узнать, кто это.
 
- На стенах пока что все по-прежнему, Омни. Знака еще не было. По крайней мере, они хотя бы сумели не поднять тревогу.
 
- Я рассчитываю на Архангела и ее команду.
 
Каррас кивнул.
 
- В своем специальном подразделении она такими вещами каждый день, считай, занималась. Так что, полагаю, здесь она справится куда лучше, чем, допустим, ты или я.
 
Фосс подошел поближе, вставая рядом, и улыбнулся.
 
- Я уже начинаю забывать, каково это – просто сражаться, без всяких уловое.
 
«Да уж», - подумалось Каррасу. «Сомневаюсь, что кто-нибудь из нас предполагал, что служба в Карауле Смерти будет выглядеть вот так. Но Караул и ордос действуют так, как и должны. Война, на которой они сражаются, отличается от всех остальных».
 
- Как там настроение в отряде? – спросил он вслух.
 
- Позитивное, - ответил Фосс. – Даже воодушевленное. Пророк, конечно, бухтит, как всегда, но я подозреваю, что на самом деле он вполне рад роли, отведенной ему Архангелом.
 
- В этой роли он принесет больше всего пользы.
 
- Если он при этом не будет мешаться под ногами у остальных, то и вовсе замечательно. А вот Хирон уже извелся. Элийзийцы стараются к нему близко не подходить.
 
- Теперь уже недолго осталось.
 
- А ты действительно не можешь заглянуть в это место?
 
Каррас обернулся, глядя на низкорослого, широкоплечего брата.
 
- Чем бы ни было то, что блокирует мой дар, оно по-настоящему сильно. И чем ближе к нему мы подберемся, тем меньше я смогу использовать свой дар.
 
Фосс умолк. Он как будто обдумывал, стоит ли озвучивать то, что ему хотелось сказать.
 
- Что тебя беспокоит, Омни? – спросил Каррас. – Говори, не стесняйся.
 
- Да я вот вспоминаю Кьяро, Грамотей. Как оглянулся и увидел тебя, окруженного генокрадами, пока все остальные драпали к точке эвакуации. Я видел, что ты в тот день сделал. Ты их просто в порошок стер. До того момента я полагал, что у нас у всех примерно одинаковые возможности. А потом… Ты – нечто совершенно иное. И я с тех пор все гадаю - а мы-то тебе зачем…
 
Карраса эти слова обеспокоили и огорчили. Он совершенно не хотел быть другим. Никакие различия между ним и остальное командой не приведут ни к чему хорошему. Сплоченность и доверие важнее всего.
 
- Тогда был критический момент, брат. Будь у меня хоть какой-то выбор… Я не могу описать тебе всю глубину риска, на который я иду каждый раз, когда использую свой дар настолько интенсивно. И, возможно, однажды мне придется поплатиться собственной душой за эту силу. Я уверен, что братья из либрариума твоего собственного ордена ощущают тоже самое. Очень часто мне хочется, чтобы у меня и вовсе не было этого дара. Каждый раз, когда он мне нужнее всего, может оказаться для меня последним.
 
Фосс медленно кивнул.
 
- Когда я увидел, как ты разрываешь тех генокрадов на части еще на подлете, я, честно говоря, даже позавидовал тебе немного. Я представил, сколько всего мог быть сделать, будь я хоть немного одарен также, как и ты. Но сейчас, зная, какую цену тебе приходится платить…
 
Некоторое время они стояли молча, думая каждый о своем.
 
- Одолжи мне свою силу, Омни, - попросил Каррас. – Если рядом со мной будешь ты и остальные, то, возможно, мне больше не придется так рисковать собственной душой.
 
- Тебе даже не надо об этом просить, Грамотей. Она твоя, во имя Дорна.
 
Это были хорошие слова, и Фосс не лукавил, произнося их. Но оба десантника понимали, что Каррасу все равно придется снова и снова рисковать душой.
 
Они были Караульными Смерти, и служили под началом Сигмы. И легких миссий им не светило.
 
- Тебе стоит вернуться к остальным, - сказал Каррас. – Знак могут подать в любую минуту. И я хочу, чтобы «Жнецы» взлетели сразу же, как только мы его получим.
 
Фосс развернулся и пошел прочь, скрываясь во мраке пещеры, оставляя Карраса в одиночестве смотреть на то, как гаснут последние лучи солнца над горизонтом.
 
''Уже скоро,'' - подумал он. - ''Скоро наступит время вылета, независимо от того, сумеет Архангел выполнить свою задачу, или нет. Давай же, женщина, подтверждай свою репутацию! Открывай для нас путь!''
 
 
===25===
 
Они продвигались куда медленнее, чем Копли бы хотелось. В залах и переходах то и дело сновали патрульные дроны. Маскировочные костюмы, предоставленные отряду ордосом, скрывали тепло тел, запах, даже звуки дыхания и сердцебиения, но никакой костюм не сумел бы помочь, не будь у Копли и ее людей терпения и навыков, выработанных за долгие годы тренировок и регулярных специальных операций.
 
Дроны т’ау летали почти бесшумно, и лишь с расстояния в восемь метров становился слышен пульсирующий гул их антигравитационных моторов. Весь отряд задерживал дыхание, когда очередная такая штуковина проплывала у них над головами. Дважды они едва успевали скрыться. Копли чувствовала, что обливается потом, но камуфляж скрывал и это – слой микроволокна отлично задерживал влагу.
 
При столкновении с дронами счет шел на доли секунды – стоило им уловить хотя бы малейшее подозрительное движение, и они немедленно принялись бы выяснять, что происходит. Порой отряду встречались и воины из касты огня – они патрулировали некоторые коридоры вместе с дронами, парившими за ними следом. Но у всех у них был скучающий, расслабленный вид. Простое патрулирование было неподходящей работой для прирожденного воина – солдаты-т’ау жаждали отправиться на передовую, чтобы помочь своей расе расширить владения еще больше.
 
Они продвигались куда медленнее, чем Копли бы хотелось. В залах и переходах то и дело сновали патрульные дроны. Маскировочные костюмы, предоставленные отряду ордосом, скрывали тепло тел, запах, даже звуки дыхания и сердцебиения, но никакой костюм не сумел бы помочь, не будь у Копли и ее людей терпения и навыков, выработанных за долгие годы тренировок и регулярных специальных операций.
 
Дроны т’ау летали почти бесшумно, и лишь с расстояния в восемь метров становился слышен пульсирующий гул их антигравитационных моторов. Весь отряд задерживал дыхание, когда очередная такая штуковина проплывала у них над головами. Дважды они едва успевали скрыться. Копли чувствовала, что обливается потом, но камуфляж скрывал и это – слой микроволокна отлично задерживал влагу.
 
При столкновении с дронами счет шел на доли секунды – стоило им уловить хотя бы малейшее подозрительное движение, и они немедленно принялись бы выяснять, что происходит. Порой отряду встречались и воины из касты огня – они патрулировали некоторые коридоры вместе с дронами, парившими за ними следом. Но у всех у них был скучающий, расслабленный вид. Простое патрулирование было неподходящей работой для прирожденного воина – солдаты-т’ау жаждали отправиться на передовую, чтобы помочь своей расе расширить владения еще больше.
 
Застряв здесь на долгие годы, вдали от войн и завоеваний, солдаты неизбежно теряли хватку. Но их командирам – как и любым другим, - было ничуть не легче; долгие периоды затишья могли затупить любой, даже самый острый клинок. И потому Копли куда сильнее волновали дроны, чем противники из плоти и крови.
 
Если бы их заметили, то практически сразу началась бы перестрелка, а это лишило бы их того крохотного преимущества, которое им пока что удавалось сохранять. Если их засечет хотя бы один датчик или противник, то тревога поднимется по всей базе. И тогда Копли и ее команду загнали бы в угол и прибили, как крыс.
 
В такой напряженный момент большинство других бойцов дрогнуло бы и где-нибудь да напортачило, но для бойцов из особых отрядов напряжение было все равно что высокооктановый прометий. В напряженные моменты Копли проявляла себя наилучшим образом. Ордос не стал бы передавать командование кому попало.
 
Наконец, после нескольких бесшумных убийств и найденных в последнюю секунду укрытий, отряд достиг дверей, ведущих в центральный командный узел, и даже сумел сохранить имеющееся преимущество.
 
Впрочем, радоваться было рано. Тот момент, когда пора было забить о скрытности, почти уже наступил.
 
Почти, но не совсем.
 
Дверь представляла собой огромный, почти полностью гладкий диск из модифицированной сверхкерамики т’ау, вмонтированный в толстую, взрывоупорную стену. Поэтому пытаться пробить или прорезать ее было совершенно бессмысленно – слишком прочной она была. Впрочем, Копли с самого начала предполагала, что успех операции будет зависеть от их навыков взлома – по-другому в командный узел не попасть никак.
 
- Вот она, - прошептала Копли. Горловой микрофон уловил ее шепот и передал в наушники остальному отряду по зашифрованному вокс-каналу малого радиуса. – Морант, взгляни на ту панель и скажи, что думаешь.
 
- Если я смогу вскрыть корпус и добраться до электроники, мэм, то с помощью модуля…
 
- Это если там нет противовзломной сигнализации… - оборвал его Григолич.
 
- А ты бы как поступил? – спросил Райс.
 
Григолич указал на потолок.
 
Тот был сплошь покрыт кабелями и трубами, тянущимися сквозь цельнокерамические опорные балки. По некоторым кабелям шли данные и электроэнергия. По другим, с целого человека толщиной, уходил отработанный воздух и поступал свежий. Конечно, пролезть сквозь них не получилось бы, но…
 
- Подождем там, наверху, - предложил Григолич. – Как только кто-нибудь из синекожих ублюдков выйдет или войдет, мы спрыгиваем, убиваем его и вламываемся внутрь, пока двери все еще открыты. Дым или газ – выбирать будет дама, - он оглянулся на Копли. – Я бы сам предпочел дым, да просто перестрелял бы их всех, но если вы пожелаете их усыпить, мэм…
 
Копли несколько секунд раздумывала над тем, что он сказал. Панель доступа на двери могла быть защищена сигнализацией. А могла и не быть – пятьдесят на пятьдесят. Идея Грига казалась лучшим вариантом.
 
- Используем газ, - велела она. – Нам может пригодиться парочка выживших. Тех, кто из огненной касты, убиваем сразу же. Ясно?
 
- Яснее некуда, мэм, - откликнулся Трискель, стоявший слева от нее, и похлопал по одной из гранат с нервнопаралитическим газом, висевших у него на ремне. – Так и знал, что эти малышки нам пригодятся.
 
- Наверх! – скомандовала Копли, и, подпрыгнув, ухватилась за одну из балок, и, подтянувшись, взобралась на самый плотный пучок кабелей. Остальные, подняв глаза, убедились, что она полностью скрылась из вида.
 
- Райс и Морант, убивать будете вместе, - продолжила Копли. – Один бьет сзади, второй спереди. Никакого шума. Григ, вы с Трискелем спрыгиваете со мной, вламываемся в командный узел втроем, Трискель прикрывает справа, ты – слева. Я беру на себя центр. Как только окажемся внутри, запускаем газ и даем ему как следует рассредоточиться. Судя по стенам, за дверью большой разноуровневый зал. Мы уже видели, как обустраивают т’ау свои командные центры. Системы безопасности управляются с верхних пультов. Общие панели управления будут находиться ниже.
 
- А дверь? – уточнил Трискель.
 
- Морант, ты должен будешь ей заняться, пока газ не рассеется. Как только вы с Райсом убьете жертву, затаскивайте тело внутрь и запирайте дверь обратно. Воспользуйтесь модулем, если понадобится. И постарайтесь на задерживаться. Мне нужен полный контроль к тому моменту, когда мы проберемся в командный узел. И пусть им придется вырезать дверь, чтобы до нас добраться.
 
Пока Копли раздавала указания, все четверо мужчин забрались на трубы и кабели и затаились там, скрываясь от любых случайных глаз. Некоторое время они выжидали, как можно удобнее распределив вес собственных тел, поглядывая сквозь зазоры между трубами, прислушиваясь, не раздадутся ли снизу шаги или щелчок открываемого замка.
 
Время шло. Копли думала об истребительной команде «Коготь» и остальном отряде, дожидавшихся обещанного сигнала. Все понимали, сколько всего зависит от того, сумеет она отключить противовоздушную защиту или нет.
 
Вся эта операция буквально на соплях держалась: малейшая ошибка – и всю эскадрилью разнесут на части. А что потом? Т’ау станет известно всё – и что ордос вычислил, где находится Эпсилон, и что Тихонис снова нанесли на карту Империума. И они примутся укреплять планетарную оборону. А могут и вывезти Эпсилон с планеты – в зависимости от того, какую ценность она для них представляла и сколько всего успела выдать.
 
«Не сбавляй бдительности», - велела Копли самой себе. – «Сосредоточься».
 
Внизу что-то щелкнуло и зашипело. Керамический диск разошелся надвое. Коридор залило бледно-желтым светом. На полу коридора показалась тень, а спустя мгновение появился и ее хозяин – низкорослый, широкоплечий техник из касты земли. Он шустро зашагал вперед.
 
А Райс и Морант только того и ждали.
 
Они почти беззвучно спрыгнули вниз. Один приземлился точно перед инженером, второй – за его спиной. Глаза инопланетянина изумленно распахнулись, и он открыл было рот, чтобы поднять тревогу.
 
Но было уже поздно.
 
Райс схватил его сзади, зажимая рот ладонью, и в тот же момент Трискель всадил ему нож под ребра и рванул вверх, рассекая сердце.
 
Т’ау дернулся в захвате Райса и обвис. Трискель помог товарищу бесшумно опустить тело на пол. На все у них ушло не больше трех секунд. Они еще и наклониться толком не успели, как Копли и остальные двое бойцов спрыгнули вниз и бросились в раскрытую дверь командного узла.
 
- Газ! – рявкнула Копли.
 
Ксеносы, возившиеся с пультами, обернулись на ее рык.
 
Но было уже поздно.
 
Три небольших округлых канистры прокатились по залу, и каждая из них остановилась метрах в четырех от остальных. Еще на ходу из них пополз густой желтый дым, растекаясь все дальше.
 
Сквозь прицел лаз-ружья Копли увидела, как перепуганные т’ау судорожно хватаются за горло. Почти сразу же они один за другим попадали на пол. За это время Трискель и Райс успели затащить в командный узел тело убитого техника.
 
Газа становилось все больше, он начал закрывать обзор, и Копли, переключив визор в инфракрасный режим, поспешила наверх. Там она обнаружила нескольких корчившихся воинов из касты огня и прикончила каждого метким выстрелом в голову.
Снизу раздалось шипение закрывающихся дверей, затем лязгнули замки.
 
- Двери заблокированы насмерть, мэм, - доложил Морант, - если, конечно, у них нет какого-нибудь кода доступа. Мне понадобится время, чтобы это выяснить.
 
- Займись этим, - откликнулась Копли. – Трискель, Райс, свяжите синекожих там, внизу, и оттащите в центр зала. Трис, присмотри за ними, если вдруг они очухаются.
 
- Понял, мэм.
 
- Григ, поднимайся сюда, ко мне. Морант, как закончишь с дверью – поднимайся тоже. Нам тут может понадобиться модуль, если системы управления окажутся зашифрованы. Райс, остаешься внизу с Трисом. На тебе – дверь. Если услышишь за ней какое-нибудь шевеление, немедленно мне сообщи.
 
- Есть, мэм.
 
Раздав все приказы, Копли подошла прямиком к центральному пульту и принялась его изучать, выясняя, какая кнопка за что отвечает. Системы управления оборонительными батареями должны были быть где-то здесь, на одной из панелей.
 
Газ постепенно рассеялся и перестал мешать, и Копли переключила визор обратно в обычный режим.
 
На то, чтобы отыскать нужную панель когитатора, ей потребовалось почти три минуты.
 
Копли позволила себе выдохнуть и на долю секунды расслабить плечи, а затем начала нажимать на сияющие голографические значки на рунной клавиатуре. Одно за другим вспыхивали разные меню, но у Копли не было времени прочитывать их всех внимательно. Она искала конкретную последовательность значков. И, когда ей уже начало казаться, та никогда не найдется, искомое меню засияло у нее перед глазами.
 
- Ага, вот ты где!
 
Наконец-то оно нашлось – спустя все эти часы изматывающего пути и страха быть обнаруженным. Копли внимательно прощелкала нужную последовательность команд и перед ней высветилась алая надпись. Система запрашивала подтверждение – действительно ли майор желает отключить питание автоматических систем защиты?
 
Копли ткнула пальцем в маленькую квадратную голограмму.
 
На остальных мониторах вокруг тут же начали высвечиваться данные о падении уровня мощности – орудийные установки на стенах и крышах отключились одна за одной. Копли набрала следующую последовательность команды, получив доступ к системам блокировки всех дверей в тюрьме, включая главные ворота.
 
На экран снова выскочил запрос подтверждения.
 
Осталось нажать на один значок.
 
И палец Копли снова ткнулся в сияющий квадрат.
 
И где-то там, снаружи, спрятанные в толстых стенах тюрьмы, отключились запирающие механизмы.
 
- Вот и все, мэм! – сообщил Григолич, стоявший у одного из пультов. – Снаружи уже суматоха!
 
Это было неизбежно. Копли и сама понимала, что в тот момент, когда она отключит защиту и разблокирует ворота, это змеиное гнездо проснется от спячки.
 
- Отличная работа, джентльмены, - обернулась она к отряду. – Сегодня в тюрьме будет день открытых дверей!
 
Караул Смерти должен был наблюдать за Башней издалека, а значит, они обязательно увидят, что защитные батареи отключились. И «Жнецы» практически сразу поднимутся в воздух. Копли и ее отряду предстояло удерживать командный узел, пока птички не прилетят – орудиям нельзя позволить включиться обратно. А сюда уже наверняка несутся солдаты-т’ау.
 
Копли не могла впустить их сюда. Ей и ее отряду придется потрудиться, чтобы сдержать противника.
 
- Не задерживайтесь там, Караульные, - буркнула она себе под нос и отвернулась от пульта, готовая встречать противника.
 
 
Между тем, в трех километрах от Башни, в пещере над обрывом, освещенным двумя голубовато-серебристыми лунами, Каррас увидел, как экраны целеуказателей и панели состояния защитных орудий замерцали и по очереди погасли.
 
Тревога из-за неожиданного отключения энергии охватывала башню за башней, и солдаты из касты огня зашевелились, но паники в их действиях не было. В конце концов, не было никаких признаков нападения, и отключение орудий поначалу списали на технические неполадки. Затем из дверей одной из башен выскочил командир отряда «Огненный клинок», куда большее плечистый и мускулистый, чем остальные бойцы. Он что-то заорал, сопровождая речь активной жестикуляцией. Т’ау бросились выполнять приказы, метнулись к стенам, поднимая какие-то местные аналоги магнокуляров и вглядываясь в каньон.
 
- Она сделала это, - сообщил Каррас по отрядному каналу. – «Арктур», боевая готовность! Турели отключены. Вылетаем!
 
- Наконец-то, мать твою! – откликнулся Зид.
 
Не прошло и двух минут, как три основательно модифицированных, черных «Грозовых ворона», лишенных всяких опознавательных знаков, с воем пронеслись над самым дном каньона, взметая густые облака пыли. Они летели прямо к Башне, неся в металлических утробах штурмовиков из Ордо Ксенос и космических десантников из Караула Смерти.
 
Никаких больше пряток. И никакого ожидания.
 
Настала пора выбить парочку дверей.
 
 
===26===
 
Каррас выглянул из люка по правому борту «Жнеца-Один». Мимо в сгустившейся темноте проносились стены каньона, а впереди к усеянному яркими звездами небу тянулись стены и башни Алел-а-Тарага.
Отряд «Жнецов» стремительно приближался к цели. Архангел и ее команда сумели удержать орудия отключенными, позволив «Грозовым воронам» добраться до Башни. Каррас надеялся, что Копли все еще жива – командный узел сейчас наверняка штурмовали вооруженные до зубов отряды противника.
 
Когда «Вороны» оказались в зоне видимости т’ау, высыпавших на стены, темноту ночи рассекли вспышки импульсных винтовок и скорострельных пушек. С такого расстояния они не могли причинить большого вреда, но ситуация могла ухудшится в любой момент – т’ау наверняка попытаются затащить на стены тяжелые переносные орудия, способные заменить отключенные батареи. «Грозовые вороны» шли слишком высоко и слишком быстро, чтобы не обращать внимания на вражеский огонь, но им придется зависнуть в зоне поражения, чтобы успел высадиться десант – и в этом положении они будут куда более уязвимы. А значит, до тех пор нельзя давать т’ау даже головы поднять.
 
Из своих бараков в центральный внутренний двор высыпали воины из касты огня. По их броне заскакали блики от выстрелов их товарищей, уже вовсю паливших по незваным гостям.
 
Мимо Карраса пролетела ракета, выпущенная «Жнецом-Три» - так близко, что он почти ощутил волну жара от нее. Ракета по дуге долетела до одной из отключенных оборонительных установок, щетинящейся самонаводящимися снарядами, и угодила точно в середину. Боеголовки снарядов тут же сработали, и целый каскад взрывов разнес верхушку башни в пыль. На тех, кто стоял внизу, дождем посыпались обломки, и огненные воны бросились врассыпную. Командиры «Огненных клинков» закричали, приказывая держать строй и продолжать обстрел. Около десятка из них раздавило обломками, кому-то переломало кости взрывной волной. Пострадавшие т’ау в мучениях попадали на землю, и их товарищи затащили их в укрытия, зовя инженеров-медиков из касты земли.
 
Стрельба велась так плотно, а внизу уже кишело столько солдат, что казалось, что «Грозовые вороны» летят сквозь густую метель. Один из импульсных выстрелов угодил в крыло «Жнеца-Один» прямо у Карраса перед носом, оставляя на нижней стороне черные пятна гари. Но, несмотря на то, что корпус «Жнеца» то и дело содрогался от ударов, корабль продолжал неустрашимо идти вперед, а затем, заложив вираж, навел сдвоенные тяжелые болтеры, установленные на носу, на отряд огненных воинов, стоявших на крыше северного тюремного блока.
 
Сквозь приглушенный маскировочными системами рев реактивных двигателей донесся знакомый гулкий стук. На т’ау обрушились очереди разрывных болт-снарядов, пробивая броню, разрывая сине-серую плоть. Скалобетон, залитый лунным светом, окрасили пятна темной крови, и спустя несколько секунд на крыше не осталось ничего, кроме десятков дымящихся тел.
 
''- Северная посадочная площадка расчищена,'' - доложил из кокпита Венций. ''– Готовьтесь к высадке.''
 
- Смотрящий, твой черед! – рявкнул Каррас.
 
- Я должен штурмовать основной блок вместе с тобой, - прорычал в ответ Раут.
 
Это был уже второй раз, когда он возражал против того, чтоб истребительная команда разделилась во время штурма.
 
И второй раз, когда Каррас не стал слушать его возражений.
 
- Нет, брат! На тебе – северный блок. Мы не можем знать наверняка, действительно ли Эпсилон сейчас в подземелье. Мне нужно, чтобы ты захватил этот блок и удержал его. Если она там, то твоя задача – забрать ее и отправить на один из «Грозовых воронов». Не подведи меня.
 
- Я никогда и никогда не подводил, ведьмокровка, - ответил Раут.
 
Обстреляв напоследок ближайший участок стены, уничтожив очередную группу солдат-т’ау, «Жнец-Один» опустился как можно ниже над точкой высадки и завис. Раут защелкнул крепление спускового троса, приказал своей группе огневой поддержки приготовиться к десантированию и первым спрыгнул вниз.
 
Штурмовики, закрепив собственные тросы, спустились следом. Каждый из них двигался спокойно и уверенно, без задержек и лишних разговоров, а по их закрытым ребризерами лицам и вовсе ничего нельзя было прочесть.
 
Когда последний из них выпрыгнул сквозь десантный люк, Каррас повернулся и выглянул со своей стороны на крышу. Он увидел, как Раут бежит к двери, ведущей на лестницу, а штурмовики изо всех сил несутся следом, стараясь не отставать. В тюремном блоке, куда они спускались, содержались заключенные-люди. Каррас попробовал воспользоваться ведьмацким зрением и отправить вниз астральную проекцию. Он смутно ощущал, что где-то там, внизу, человеческие души, но странный барьер, блокировавший его дар, по-прежнему не давал разглядеть их как следует. Здесь, совсем рядом с его источником, Каррас даже не мог покинуть собственное тело.
 
В воздух взметнулся новый поток сияющей плазмы и импульсных зарядов, и «Жнец-Один» содрогнулся – несколько снарядов угодили прямо в поднятую десантную рампу в его передней части.
 
''- Со стен ведется плотный огонь, Коготь-Альфа,'' - голос Венция звенел от напряжения. ''– Нужно уходить!''
 
- Расчисти крышу центрального блока и высади меня там, - ответил Каррас. – Тип ракет – на твое усмотрение.
 
''- Возможно повреждение здания. Есть риск перекрыть единственный вход.''
 
- Неважно. Где-то там Архангел, и если она еще жива, то ей прямо сейчас требуется помощь. Чем дольше она сможет удерживать командный узел, тем выше будут наши шансы. Высаживай меня там.
 
''- Милорд.''
 
Нос корабля развернулся на двадцать градусов влево, позволив Каррасу разглядеть внутренний двор, где офицеры и сержанты из касты огня пытались восстановить порядок в войсках. Некоторые из них начали палить по «Жнецу-Один» - снаряды то и дело пролетали прямо перед Каррасом. Остальные солдаты уже торопились к подъемникам, чтобы забраться на стены и начать стрельбу по кораблю уже оттуда. А вокруг отключенных турелей сновали инженеры из касты земли, отчаянно стараясь подключить их обратно.
 
Каррас выругался. Инженеры могли вот-вот лишить Копли контроля над турелями, а если те включатся, отсюда никто уже не выберется живым. По крайней мере, по воздуху.
 
Слева раздался оглушительный рев – почти в двухстах метрах от «Жнеца-Один» пронесся «Жнец-Три», направляясь в сторону южного тюремного блока. Тяжелые болтеры у него на носу ожили, и вспышки выстрелов озарили всю крышу. Бойцов т’ау, оборонявших блок, мигом разорвало на части, не оставив от них ничего, кроме осколков брони и темных пятен. Некоторые из них, стоявшие ближе к краям, мешками попадали вниз, разбиваясь об землю.
 
Это была настоящая резня.
 
«Грозовые вороны» носились в ночи, как тени смерти, выкашивая ксеносов, как спелую рожь.
 
Неожиданно в «Жнеца-Три» ударили сияющие голубые лучи, промахнувшись совсем чуть-чуть.
 
Каррас взглянул туда, где должен был находиться их источник, и увидел два боескафандра «Кризис» модели XV8 – те вырвались из дверей оружейного склада с юго-западной стороны. Массивные рельсовые винтовки смотрели прямо в небо.
Их странная походка, одновременно механическая и чужеродная, мигом напомнила Каррасу о записях сенсориума на Дамароте и видео-пиктах, которые он изучал на борту «Святой Неварры».
 
Высокомобильные, снабженные мощным оборудованием – Каррас уже видел, какими смертоносными бывают боескафандры синекожих.
 
- «Жнец-Три», - позвал Каррас по воксу, - высаживай отряд и уходи, пока вас не начали обстреливать. Внизу два XV8!
 
''- Вижу их, Коготь-Альфа!''
 
Пока пилот вел корабль к краю южного блока, боескафандры снова открыли огонь – в этот раз выстрели угодили в угол здания. «Жнец-Три» увернулся от них в последнюю секунду. Сверхскоростные заряды, попав в стену тюремного блока, разнесли укрепленный скалобетон в труху.
 
Для «Грозовых воронов» XV8 были опаснее всего – ракеты зенитных орудий можно было сбить в полете, в отличие от залпов из рельсовых винтовок.
 
Каррас по воксу предупредил все остальные отряды о возникшей угрозе, но в этот момент впереди снова засверкали выстрелы – с крыши центрального здания возобновили огонь по «Жнецу-Один». На помощь находившимся там т’ау подоспели товарищи.
 
- «Жнец-Один», - недовольно позвал Каррас, - почему с той крыши продолжают стрелять? Вычищай оттуда ксеносов и высаживай меня.
 
Корабль заложил вираж влево, и устремился вниз, активировав болтеры.
 
''- «Копье-два»,'' - объявил по воксу Венций, предупреждая о запуске ракет. Из установок под крыльями «Ворона» вылетели два смертоносных снаряда. Вспыхнул топливный след, и ракеты понеслись вперед, сквозь ночную тьму.
И все вокруг озарилось белым и золотым. Каррас из своего люка успел разглядеть, как разлетаются во все стороны трупы т’ау, как они падают во внутренний двор и как пылает их униформа. На крыше осталось всего несколько выживших, ослепших и оглохших. Они невидяще щарили руками в пространстве, пытаясь прийти в себя после взрыва.
 
Прицелившись, Каррас закончил начатое ракетами, с легкостью подстрелив последних уцелевших. Т’ау дергались, когда разрывные пули настигали их – и мигом лишались голов.
 
Активировав двигатели, Венций повел «Грозового ворона» вперед.
 
«Жнец-Один» скользнул над крышей центрального блока и с ревом завис, вынужденно рискуя подставиться под вражеский огонь, готовый в любой момент сорваться обратно в бой.
 
По бокам корабля по-прежнему стучали мелкие пули – стреляли с ближайшей стены, - но здесь, над центром крыши, «Ворон» был недосягаем для наземных отрядов и обоих XV8.
 
''- На позиции, Альфа.''
 
У Карраса под ногами уже дожидался закрепленный моток десантного троса. Сам Призрак Смерти в нем не нуждался, но трос мог пригодиться тем, кто отправиться вместе с ним. Каррас скинул его конец в люк, и один из элизийцев из его штурмового отряда последовал его примеру, спустив второй трос с противоположной стороны. Третий вылетел сквозь задний люк.
 
Теперь, когда все три троса были спущены, четверо бойцов «Арктура» разбились на пары, готовые к спуску. Еще один солдат должен был сопровождать самого Карраса – тому предстояло спускаться последним.
 
Отойдя от люка, Каррас махнул рукой дождавшемуся команды элизийцу. Тот кивнул и шагнул вперед, накрепко пристегиваясь к тросу. Каррас отдал приказ по общему отрядному каналу, и, когда первые три штурмовика выпрыгнули каждый через свой люк, выглянул наружу. Спустившись по тросам, элизийцы мигом заняли позиции с лаз-ружьями наизготовку, обеспечивая прикрытие для тех, кто высадится следом.
 
Спустя секунду спустились и двое следующих – они тоже сразу же приготовились к обороне.
 
Сам Каррас не стал тратить время на трос – на такой высоте в нем не было нужды. Он попросту выпрыгнул в люк и полетел вниз, как трехсоткилограммовый снаряд.
 
Он тяжело приземлился на крышу, в самый центр оцепленной элизийцами точки. Скалобетон под керамитовыми сапогами треснул. Компенсирующий механизм силовой брони поглотил удар.
 
- За мной! – скомандовал Каррас, и бросился к открытой двери на лестницу, держа наготове болтер. Штурмовики поспешили следом.
 
Они уже были на полпути, когда из дверей им навстречу выскочило целое отделение т’ау, вооруженное импульсными карабинами. Однако они никак не ожидали увидеть перед огромного космического десантника в черной броне. Т’ау только и успели, что потрясенно замереть на месте, и Каррас уложил их двумя точечными залпами болт-снарядов. Штурмовикам за его спиной даже стрелять не пришлось. Болт-снаряды начали взрываться, разрывая чужакам грудь, и т’ау попадали с ног – кто-то отлетел назад, впечатавшись в скалобетон, а иные скатились обратно по лестнице.
 
Каррас не стал сбавлять шага, готовый расстрелять любого ксеноса, которому не посчастливиться оказаться на пути. Добравшись вместе с отрядом до дверей, они ненадолго остановились, слаженно занимая позиции, вглядываясь в проем в поисках любой возможной угрозы.
 
Но на лестнице не было ничего, кроме изломанных, изодранных трупов и пятен синей крови на стенах.
 
Каррас поспешил вниз, и отряд направился следом. Они спустились в основной блок, и теперь оставалось только восстановить вокс-связи с Копли и выяснить, где все-таки эта проклятая Эпсилон и как туда добраться.
 
Лестница вывела их в коридор, освещенный оранжевыми люменами. Потолок здесь был таким низким, что Каррас легко мог дотянуться и проткнуть его пальцем.
 
- Архангел, это Грамотей, - позвал Призрак Смерти по тактическому командному каналу. – Прием!
 
В ответ раздался лишь шелест статики.
 
- Архангел, это Грамотей. Прием.
 
И снова никакой реакции. Если Копли все еще жива, то, похоже, что-то не так было с коммами. Возможно, т’ау каким-то образом глушили связь.
 
- Милорд? – обернулся один из штурмовиков.
 
- Пробиваемся вперед, - ответил Каррас. – Попытается отыскать сигнал, когда зайдем поглубже.
 
Мысленно он всеми словами проклинал странный барьер, блокировавший его дар. Что это вообще было такое, тьма его раздери? Каррас уже не сомневался, что дело вовсе не в старых оберегах от псайкеров. Барьер казался подозрительно знакомым, но…
 
Однако поделать Каррас не мог ничего, и оставалось только идти вперед и надеяться, что барьер удастся отключить.
 
Т’ау уже наверняка знают о высадках на крыши. Звено «Жнецов» продолжит разгонять тех, кто выскочит во двор, но вооруженные отряды наверняка отправятся в каждый блок и прочешут каждый этаж от подвала до крыши, чтобы встретить высадившихся на пути вниз. Ключевые выходы завалят баррикадами. Пути отступления, скорее всего, уже перерезаны, и т’ау постараются загнать врага в ловушку. На что они готовы, чтобы помешать «Арктуру» забрать Эпсилон? Насколько же она ценна для них?
 
Каррас переключил канал.
 
- «Коготь», это Коготь-Альфа. Прием.
 
Тишина.
 
Продолжая уходить вместе с отрядом все дальше, Каррас снова переключил канал.
 
- «Жнец-Один», это Коготь-Альфа. Прием.
 
И снова тихо.
 
У Карраса не осталось никакой связи с теми, кто находился сейчас снаружи.
 
Несмотря на все меняющиеся частоты и автоматическое высокоуровневое шифрование, использующиеся ордосом во время специальных операций, т’ау, похоже, наловчились блокировать имперские коммы – по крайней мере, внутри основного здания.
Сначала Каррас лишился психического дара, а теперь еще аналоговой связи.
 
''«Час от часу не легче…»''
 
Нужно побыстрее добраться до Архангела. Если она все еще удерживает командный узел, то, возможно, сумеет что-нибудь сделать со связью.
 
Потому что, лишенные возможность как-то координировать действия, они будут обречены.
 
 
===27===
 
Соларион нажал на спусковой крючок.
 
Винтовка рявкнула.
 
Мгновение назад командир «Огненного клинка» еще стоял на стене, выл и лаял, как бешеный пес, отчаянно пытаясь скоординировать свое отделение, палившее по «Грозовому ворону». А в следующую секунду он уже лишился рта и орать стало нечем. Пуля разнесла ему нижнюю челюсть, затем пробила шею насквозь с такой силой, что командиру оторвало голову. Изуродованное тело рухнуло на колени, а затем мешком свалилось вниз, продолжая неловко сжимать карабин.
 
Остальные огненные воины заревели от злости и горя, и удвоили усилия, стараясь сбить штурмовой корабль. Двое ксеносов притащили рельсовые винтовки – их легко можно было определить по длинным дулам. Импульсные карабины и винтовки ощутимой угрозы для «Ворона» не представляли, но если по топливопроводу или двигателям попадет рельсовая…
 
''- Приготовиться к уклонению от ракеты!'' – крикнул по воксу пилот.
 
Соларион ухватился за поручень на внутренней стороне люка. «Грозовой ворон» резко нырнул влево. Промедли Ультрадесантник еще долю секунды, его бы вышвырнуло в противоположный люк.
 
Ракета с визгом пролетела мимо, всего в трех метрах от корабля. Разозленный пилот развернулся и пошел вниз, яростно поливая внутренний двор из тяжелых болтеров, выкашивая солдат-т’ау целыми десятками. Но боескафандр «Кризис», выпустивший ракету, уже бросился прочь, в укрытие. С каждым шагом прыжковые двигатели за его спиной вспыхивали синим пламенем.
 
«Грозовой ворон» снизился, и Соларион, прицелившись, метким выстрелом сбил одного из т’ау, вооруженных рельсовыми винтовками. Пуля, как раскалённый метеорит, ударила ксеноса точно в грудь.
 
Соларион не стал тратить время на то, чтобы порадоваться собственной удаче, и сразу же взял на прицел второго стрелка с винтовкой. Он уже почти нажал на спусковой крючок, когда «Жнец-Два» взмыл вверх.
 
''- Держитесь!'' – снова крикнул пилот. ''– Ракета на хвосте!''
 
- Да что б тебя! – огрызнулся Ультрадесантник.
 
''- Начинаю контрмеры!''
 
Впереди разлилось пламя, во все стороны полетели пылающие обломки. Ракеты сбились с курса, и пассажиры «Ворона» сумели облегченно выдохнуть.
 
- Давай-ка обойди этого ублюдка! – рявкнул Соларион. – Мне нужен удобный угол! Нужно остановить эти XV8!
 
''- Они разделились, милорд,'' - откликнулся пилот. ''– По нам ведут огонь прямо спереди и справа, издали. Нам нельзя задерживаться на одном месте.''
 
- Так шевелись тогда! Но сначала найди мне позицию, чтобы я подстрелил уже кого-нибудь из них, пока они не подстрелили нас!
 
 
Зид приготовился спуститься из «Жнеца-Три» вместе с пятерыми убийцами из «Арктура» на крышу южного блока. Хирона по-прежнему удерживали магнитные крепления в хвосте корабля, и потому в распоряжении Гвардейца Ворона и его штурмовиков оставались только боковые люки.
 
Перед тем, как спрыгнуть, Зид обернулся на Фосса. Тому предстояла высадка во внутреннем дворе – он должен был атаковать арсенал вместе с Хироном и последним из штурмовых отрядов.
 
- За врагами там особо не гоняйся, бледнолицый! – посоветовал Фосс, усмехнувшись. – Бей только тех, кого точно сможешь убить!
 
- Да это тебе за ними бегать приходится, - улыбнулся Зид в ответ, - по моим подсчетам, ты уже три раза промазал.
 
Они стиснули друг другу запястья.
 
- В этот раз не промажу, - пообещал Фосс. – Но ты уж там тоже клювом не щелкай. А то как бы я не оказался лучше тебя.
 
- Размечтался, пенек, - хмыкнул Гвардеец Ворона.
 
Таким был у двоих друзей способ сказать друг другу «не погибни там». Они были Адептус Астартес. И их было не так легко убить. Но в такой ситуации…
 
Зид и его команда десантировались через люки, быстро и жестко приземлившись на крышу, идеально выдерживав построение. «Жнец-Три» повернул на следующий заход. Фосс тем временем проследил, как его друг вместе с элизийцами бежит к лестнице, ведущей вниз. В южном тюремном блоке держали узников-т’ау.
 
Фосс искренне пожалел бойцов, которые угодили в отряд к Гвардейцу Ворона. Если они отстанут от него хоть на полшага, он не станет их ждать. В погоне за достойной дракой он вполне мог напрочь позабыть о всякой операции.
 
Но с этим Фосс уже ничего не мог поделать. В конце концов, у него была своя команда и своя задача.
 
Он перевел взгляд на центральный двор – воины из огненной касты, заметившие высадки на крыши, уже торопились к основному зданию, сообразив, что теперь бой пойдет внутри.
 
«…А Эпсилон наверняка окажется там», - мысленно добавил Фосс.
 
Они с Хироном в поисках не участвовали, но их задача была не менее важной – потерпи они неудачу, и отсюда уже никто не улетит.
 
- Готов выпустить немного пара, а, Старый? – обратился по воксу Имперский Кулак к массивному Плакальщику.
 
''- Спусти меня на землю, брат, и сам увидишь!''
 
Фосс улыбнулся и переключился на пилота.
 
- Расчищайте местечко как можно ближе к арсеналу и высаживайте нас.
 
Им наверняка придется столкнуться с самым отчаянным вражеским сопротивлением, оттягивая на себя почти весь огонь. Тех, кто спустился в тюремные блоки и центральную башню, ждали кровавые, но ближние бои за каждый коридор – именно такие, на которые истребительную команду нещадно натаскивали в убойных блоках Дамарота.
 
А Фосса, Хирона и их штурмовой отряд ожидала настоящая мясорубка. Им необходимо было попасть в арсенал и уничтожить или повредить весь находящийся там транспорт. Для этого нужно было высадиться под непрекращающимся обстрелом на открытом пространстве, и, как только с арсеналом будет покончено, каким-то образом попасть внутрь комплекса. По идее, именно для этого им и нужен был Хирон – Фосс рассчитывал, что дредноут сможет сдерживать напирающих т’ау до тех пор, пока Имперский кулак не сумеет присоединиться к нему вместе с остальной командой.
 
Когда «Жнец-Три» выскользнул из-за тюремного блока, снова оказавшись в зоне видимости наземных отрядов, по нему тут же начали стрелять. «Грозовой ворон» открыл огонь в ответ, выкашивая целые отделения противника. А затем что-то с визгом пронеслось в пугающей близости от кокпита.
 
''- Ракеты!'' – предупредил пилот.
 
- Пророк! – рявкнул Фосс в вокс. – Ты там за противовоздушными орудиями следишь или нет?! Нас тут чуть не подбили!
 
''- Я еще ни одного не пропустил,'' - огрызнулся Соларион. ''– Но тут внизу два XV8s, а я могу целиться только в кого-то одного. Если вы там не справляетесь…''
 
Фосс не стал его дослушивать и обратился к пилоту:
- Бей ракетой по толпе, поближе к ангару. Поджаришь их – и высаживай нас прямо на их трупы, ясно? Мне нужно, чтобы Хирон освободился сразу же, как только у нас появится площадка.
 
''- Они все равно смогут обстрелять нас из крупных орудий, милорд. Это слишком опасно, пока…''
 
- Мы тут не для того, чтобы осторожничать! – рыкнул Фосс. – Мы тут для того, чтобы задачу выполнить. А теперь поджаривай их и высаживай нас!
 
''- Есть, милорд.''
 
Корабль резко пошел вниз.
 
''- Копье-два, копье-два!''
 
Из-под крыльев «Грозового ворона» вырвался двойной столб пламени и дыма. Две ракеты с ревом устремились к воинам-т’ау, защищавших арсенал из-за наспех сооруженных баррикад. Они ударили одновременно, вырывая комья земли. В воздух взметнулся огненный столб, посыпались оторванные конечности. Баррикады разлетелись на части. На земле остался огромный черный круг.
 
«Жнец-Три» заложил вираж, уходя вниз по дуге. По его обшивке с двух сторон не переставая стучали вражеские выстрелы. Двигатели взревели и «Грозовой ворон» резко завис на позиции. Пилот потянул штурвал, заставляя корабля поднять нос. «Ворон» затормозил, не дойдя до земли какие-то три метра. Его окутывали вспышки огня, но бронированная обшивка держалась. Но при таком интенсивном обстреле и с такого расстояния баки с горючим и двигатели могло задеть в любой момент, и потому счет шел буквально на секунды.
 
''- Отключаю магнитные захваты!''
 
Освободившийся Хирон тяжело рухнул на землю. Поршни его ног зашипели, гася инерцию удара. Он развернул бронированное шасси, оглядывая ряды противника – те уже успели взять его на прицел.
 
Штурмовая пушка дредноута со скрежетом развернулась и гулко, утробно заревела. Трассирующие пули прошили ряды т’ау. В стороны полетели осколки брони, брызнула синяя кровь. Оглушительный грохот выстрелов заглушил крики умирающих синекожих.
 
Плакальщик потопал вперед, поворачиваясь то вправо, то влево, выкашивая огненных воинов и не замечая их ответных выстрелов, стучавших по его плотной броне. Он был решительно настроен расчистить местечко для Фосса и его элизийцев.
 
''- Посадочная площадка готова, Омни!'' – гулко позвал он. ''– Спускайся и берись за дело!''
 
Фосс и так уже это знал – ему все было прекрасно видно через боковой люк. Он махнул рукой, и его штурмовики повыскакивали из корабля, спускаясь вниз на десантных тросах. И, когда они выстроились кругом, уже готовые к бою, Фосс спустился в самую середину.
 
Т’ау оказались зажаты - с одной стороны их поливал шквальным огнем Хирон, с другой – тяжелые болтеры «Жнеца-Три». Нескольких выигранных секунд отряду Фосса хватило, чтобы высадиться без раненых и без потерь. Но теперь они оказались на земле, прямо под вражескими пулями.
 
Фосс не обращал на них внимания даже тогда, когда несколько штук вонзилось ему в правый наплечник. Он повел свой отряд прямо к арсеналу.
 
Металлические двери-роллинги уже поднимались – т’ау собирались вывести бронетехнику, чтобы противостоять имперцам. Медлить было нельзя. Ошибаться – тоже.
 
- Скажи мне, что справишься, Плакальщик! Скажи, что выстоишь!
 
''- Разберусь!'' – проревел в ответ дредноут. ''– Ты своим делом занимайся!''
 
Фосс побежал вперед, его штурмовой отряд изо всех сил старался не отставать. На высадку Фосс взял мельта-пушку, самое подходящее оружие против вражеской бронетехники. Какой бы тяжелой она ни была, ее вес ничуть не мешал ему, но к тому моменту, когда он добрался до арсенала, двери уже поднялись добрых метра на полтора. Почти не сбавляя шага, Фосс наклонил голову и заскочил внутрь, в просторный ангар, наполненный воем антигравитационных двигателей и ревом подключившихся смертоносных энергопушек.
 
Т’ау готовились вытащить крупные орудия, чтобы сбить «Грозовых воронов», и Фоссу необходимо было помешать им.
 
С мостков и металлических лестниц по нему и его отряду начали стрелять.
 
- Снимите их! – рявкнул Фосс, и воздух рассекли раскаленные выстрелы лаз-оружия.
 
Опаленные, изувеченные тела ксеносов посыпались вниз, но вражеские машины уже ожили, их пушки принялись разворачиваться, готовые к бою. Фосс бросился к ближайшему из них.
 
- Мельта-заряды! Пошевеливайтесь!
 
Турель TX7-«Рыбы-молота», к которой направлялся Фосс, едва не задела его, но Имперский Кулак нырнул вперед, развернулся и проскользил пару метров на спине, высекая искры – и выпустил заряд из собственной мельта-пушки прямо в гладкое брюхо «Рыбы-молота».
 
Массивный танк содрогнулся. Выстрел оставил в его броне пробоину с раскаленными добела и дымящимися краями. Фосс тут же перекатился в сторону – задерживаться под гибнущим танком однозначно не стоило. Как только он выбрался, в утробе «Рыбы-молота» что-то глухо зарокотало – взорвались гравитационные моторы. «Рыба-молот» рухнула на скалобетон и спустя мгновение ее изогнутый корпус разнесло изнутри, и воздух наполнился раскаленными осколками.
 
Фосс увидел, как элизийцы несутся к другим машинам под шквальным огнем дронов, сопровождавших оставшиеся танки. Солдаты не мешкали. Один из них, Ирич, прицепил мельта-заряд к радиатору транспортника-«Манты» и со всех ног побежал прочь.
 
Взрывчатка сработала, лишая пилота «Манты» управления. Танк завалился влево, врезаясь прямо в бок другому. Следом сработал и второй заряд, и обе машины разлетелись на части.
 
- Прикройте меня! – заорал Фосс и, вскочив на ноги, понесся к последней цели – еще одной «Рыбе-молоту». Его мельта-пушка уже перезарядилась, снова готовая выстрелить.
 
Вокруг бушевало пламя, висели клубы дыма и кипела отчаянная битва.
 
И Фосс улыбнулся под шлемом.
 
Он как будто находился в самом центре водоворота.
 
И ничто не могло сравниться с этим чувством.
 
 
===28===
 
Ракета пронеслась мимо Хирона, едва не задев – дредноут в этот момент поворачивался, чтобы уничтожить отряд т’ау, подбиравшихся с тыла. Развернись он на секунду раньше или позже, и ракета угодила бы точно в цель, пробив толстый слой брони. Ее взрыв вполне мог сбить его с ног, а на открытом месте, с врагами, напирающими со всех сторон, это означало бы смерть. И вовсе не такую смерть, которой Хирон мог бы гордиться. Дредноуту было крайне сложно подняться самостоятельно, и от мысли о том, что он мог погибнуть в такой позе, Хирона резко обуял гнев.
 
С яростным ревом он расстрелял шестерых бойцов т’ау, разрывая их на части, а затем повернулся, выясняя, откуда прилетела ракета.
 
XV8 были шустрыми – невзирая на размеры, они могли скакать, что твои блохи. Космические десантники при поддержке штурмовых отрядов еще могли с ними совладать, а вот дредноуту не оставалось ровным счетом ничего, кроме как держаться и ждать, когда подвернется подходящий шанс для атаки.
 
Хирон успел заметить, как на броне боескафандра промелькнули блики от лунного света и вспышек выстрелов, а затем он скрылся за углом барака. Хирон не успел совсем чуть-чуть – очередь пуль разбила каменную кладку, но XV8 уже удрал.
А ведь где-то здесь был и второй.
 
Хирон понимал, что дело туго. Он не видел их и понятия не имел, где они могут быть – слишком уж быстро они передвигались. А он сам сейчас был самой большой целью – единственной целью – на открытом пространстве. И вдвоем XV8 вполне смогут справиться ним, пока его будут отвлекать т’ау-пехотинцы, если один из них нападет спереди, а второй зайдет с тыла и нанесет решающий удар.
 
''«Но я уже знаю, что вы задумали, мерзкие ксеносы. И это будет сложнее, чем вы думаете!»''
 
Где же этот проклятый Имперский Кулак? Почему он до сих пор торчит в том арсенале? Чем дольше Хирону придется удерживать внутренний двор в одиночку, тем больше шансов, что его все-таки подстрелят.
 
- Если ты сейчас же не появишься, сын Дорна… - угрожающе начал Плакальщик по воксу.
 
Приземистый Караульный Смерти как будто только и ждал, что его команды, и почти сразу же выскочил из дверей арсенала вместе со своими элизийцами. Одного члена отряда не хватало – его израненное тело осталось остывать на полу арсенала. Орудийные дроны последней «Рыбы-молота» успели расстрелять его из импульсных пушек прежде, чем Фосс сумел подорвал ее. Четверо оставшихся солдат начали стрелять уже на бегу, поддерживая Хирона огнем собственных лаз-ружей. Здание позади них задрожало от взрывов, металлическая крыша огромными кусками посыпалась внутрь, а из провалов повалил черный дым.
 
- Что, употел тут, Плакальщик? – спросил Фосс по воксу, и, резко притормозив, проскользил на подметках и остановился у Хирона под боком. Бросив мельта-пушку, Фосс выхватил из магнитного крепления болт-пистолет, и принялся расстреливать по одному отряд пехотинцев-т’ау, поливающих их огнем из-за переносных баррикад с южной стороны.
 
- Там, внутри, оказалось куда больше железок, чем мы ожидали, но мы справились.
 
- Это уже будет не важно, если мы не справимся с их проклятыми боескафандрами, - ответил Хирон сквозь рев штурмовой пушки. – Они рассчитывают надавить и затем зайти с тыла.
 
- У нас есть поддержка снайпера, - напомнил Фосс и связался по воксу с Соларионом:
- Пророк! Что там насчет тех XV8?
 
''- У меня тут сейчас другие проблемы,'' - голос Ультрадесантника звучал напряженно.'' – Они повытаскивали на стены переносные зенитки. Целую уйму. По нам палят со всех сторон, а у всех трех «Грозовых воронов» почти закончился боезапас. Грамотею стоит поскорее отыскать эту проклятую женщину, чтобы мы могли убраться из этой чертовой дыры.''
 
- Если мы не разберемся с боескафандрами, - откликнулся Хирон, - это уже будет не важно!
 
- Слушай, Пророк, как бы там по вам не палили, но нам нужно, чтобы ты сбил хотя бы один XV8. Мы не справимся с ними обоими на земле, они слишком шустрые. Нам нужна поддержка с воздуха.
 
''- Да чтоб тебя, Омни, я же сказал, что…''
 
- А я-то думал, ты лучший, - поддел его Имперский Кулак. – Сбить этих XV8 – большая честь. Они в бою опаснее всех. А если еще один такой увяжется за тобой…
 
Соларион замолк. Фосс знал, что его проняло. Это было не сложно.
 
''- Я'' действительно ''лучший, бревно ты недоросшее! Разуй глаза, чтобы не проглядеть, как я его подстрелю.''
 
 
- Поднимай нас! – рявкнул Соларион пилоту. – Мне нужно как следует прицелиться по одному из боескафандров.
 
''- Милорд, как только мы лишимся укрытия, нас тут же возьмут на прицел все орудия на тех стенах.''
 
- Сколько у тебя осталось ракет?
 
''- Шесть. А после этого они сумеют прицелиться как следует, и нам крышка. Я могу увернуться вручную от одной или двух, но не более того…''
 
Соларион переключился на тактический канал всей воздушной поддержки.
 
- Это Коготь-Три. Слушайте меня все. Мне нужен максимально интенсивный огонь по башням, крышам и переходам на стенах. На наземные цели внимания не обращать без соответствующего приказа. Все ясно?
 
''- Милорд,'' - откликнулся Венций, пилот «Жнеца-Один», ''- но тогда Когти-Четыре и Шесть останутся без ближней поддержки. Они сейчас под серьезным обстрелом, мы…''
 
- Я из-за них и отдаю такую приказ, чтоб вас всех! Нам нужно набрать высоту, чтобы я смог подстрелить один из XV8. И если я этого не сделаю, наземный отряд долго не продержится. Не заставляйте меня повторять! Сосредоточьтесь на стенах, башнях и крышах, расчистите их любой ценой!
 
Раздав указания, Соларион снова оглянулся на пилота «Жнеца-Два»:
- Грака, ты меня слышал. Шевелись. Или «Коготь» лишится двух десантников сразу, и Призрак Смерти тебе башку оторвет!
 
 
===29===
 
Каррас отыскал дверь в командный узел. Т’ау пытались вырезать ее мощным лазером, но, к счастью, на этот раз качество их строительства обернулось против них же самих. Т’ау даже обернуться не успели – Каррас и его отряд изрешетили их всех болтами и лучами лаз-оружия, раскрасив весь коридор ярко-синей кровью.
 
- Когть-Альфа – Архангелу. Прием.
 
Вокс по-прежнему не работал, и Каррас, переступив пару дымящихся трупов, отключил лазерный резак и отпихнул его прочь. Он снял шлем и прижал к двери раскрытую ладонь.
 
Поле, подавляющее его дар, по-прежнему оставалось сильным, но Копли находилась сразу за дверью, в какой-то дюжине метров от него. И если как следует постараться и приложить все возможные усилия, то, возможно, Каррасу и удасться дотянуться до нее.
 
Он закрыл глаза и обратился к глубинам собственного разума, вызывая психическую силу, и затем снова попытался выпустить сознание за пределы физического тела. Но так и не смог – подавляющее поле было слишком сильным.
 
Сосредоточившись как следует, он зачерпнул еще больше силы из варпа. И, когда та забурлила внутри, его доспех и гладкую белую голову начали облизывать языки белого колдовского пламени.
 
Стоявшие позади штурмовики отступили подальше и, отвернувшись, приготовились прикрывать его по необходимости.
 
Каррас напрягся сильнее, и, наконец, его астральное «я» непривычно медленно и тяжело отделилось от тела и проникло сквозь двери. Он увидел, как ярко сияют по ту сторону души Копли и ее людей, и устремился вперед.
 
Душу Копли легко было отличить о остальных – она сияла ярче их всех. Сосредоточившись на ней, Каррас направился поближе.
 
Оказавшись прямо перед ней, он коснулся этого сияния. На душе у Копли было неспокойно. Она держала себя в руках, но он чувствовал ее напряжение – все ее силы уходили на то, чтобы анализировать данные, поступающие с камер безопасности по всей базе.
 
- Майор! – позвал Каррас и тут же почувствовал, как ее внимание переключилось на него. – Копли, открой дверь. Это Каррас.
 
Он ощутил ее замешательство. Она пыталась понять, действительно ли она только что услышала его голос, или же ей просто померещилось?
 
Она попыталась связаться с ним по воксу, но ей это не удалось. Тогда она подключила голо-дисплей с одной из внешних камер командного узла и увидела и коридор, и Призрака Смерти, и его команду.
 
Каррас почувствовал ее облегчение и тут же прекратил сопротивляться полю, подавляющему его дар. Он резко вернулся в собственное тело, и призрачное белое сияние, окутывающее его, погасло. А спустя секунду массивные двери перед ним поползли в стороны.
 
- Внутрь! – приказал Каррас отряду. – Продолжите оборону уже оттуда!
 
И, пройдя мимо них, направился к Архангелу.
 
Визуальная трансляция походила на упорядоченный хаос.
 
Каррас встал рядом с Копли, - на его фоне она начала казаться совсем крохотной, - и некоторое время наблюдал, как члены истребительной команды «Коготь» и спецотряда «Арктур» перестреливаются со стремительно теряющими в численности отрядами противника. Но тех все равно было слишком много. Не будь у них поддержки «Грозовых воронов» с воздуха, могучей силы Хирона, удерживающего центральный внутренний двор, и не разрушь Омни всю их бронетехнику, и ситуация, конечно, была бы совсем иной.
 
Тем более, что она все еще могла измениться в любой момент. Ничего нельзя было сказать наверняка, и баланс еще не раз мог сместиться в ту или иную сторону.
 
И они по-прежнему не знали, где находится Эпсилон.
 
На Хирона вовсю охотились XV8, а «Грозовые вороны» пока так и не сумели обеспечить Пророку удобный угол обстрела. Фосс и его команда, используя баррикады т’ау против них же самих, делали все возможное, чтобы помочь дредноуту, не давая врагу времени разместить по-настоящему серьезные орудия. Но места для маневра у них было мало, а времени – и того меньше.
 
Копли раздумчиво нахмурилась.
 
- Они справятся, - проговорил Каррас. – Мы должны положиться на них и сосредоточиться на поисках Эпсилон.
 
- Вот здесь, - Копли указала на один из голо-мониторов справа, - вход к отдельному лифту, ведущему на подземные уровни. Других путей туда нет, и ни одна из камер не показывает, что там, внизу, происходит. Что бы там ни находилось, командование т’ау явно не хочет, чтобы персонал командного узла это видел.
 
- Я отправляюсь туда немедленно, - заявил Каррас и взглянул на остальные мониторы.
 
Смотрящий и Призрак уже захватили северный и южный тюремные блоки. Заключенных они еще не выпустили, но каждый этаж был усеян трупами синекожих охранников.
 
- Без вокс-связи я не смогу приказать им выпустить узников, - добавил Каррас. – Если бы т’ау отвлеклись на толпу отчаявшихся заключенных, неожиданно оказавшихся на свободе, то это существенно облегчило бы нам задачу.
 
- Я не смогла определить, почему в этом блоке не работают воксы. Морант подключался к их системам, но там ничего нет. Должно быть, источник помех – где-то в подвале.
 
- То, что подавляет мой дар, тоже там. Я и через дверь-то до тебя дотянулся только очень большими усилиями.
 
- Оба твоих брата заняли командные узлы тюремных блоков. Я могу попробовать воспользоваться внутренними проводными коммуникациями и отправить визуальное сообщение на их мониторы. Если они на них смотрят, то все увидят.
 
- Давай, - кивнул Каррас. – Пусть выпустят всех заключенных до единого, посмотрим, как т’ау во внутреннем дворе справятся с такой толпой. Пророк с Хироном тем временем разберутся с XV8. Но мне нужно попасть вниз, а тебе – разломать здесь все и вывести отряд наружу. Поможете защитить точку эвакуации. Мне понадобится твой лучший взломщик, и еще кто-то для подстраховки.
 
- Лучше Моранта у меня никого нет, так что я отправлю с тобой его. Вторым бери Карланда из своего отряда. Но он, честно говоря, так себе замена, так что Моранта лучше не теряй.
 
- И не собираюсь. Оставь те подъемники в рабочем состоянии, а остальные системы вырубайте. Можете весь узел взорвать, если понадобится, но подъемники не трогайте.
 
Оставив Копли за мониторами, Каррас спустился на нижний этаж командного узла и уверенно зашагал к выходу.
 
Копли посмотрела ему вслед, основательно сбитая с толку. Она только сейчас поняла, что машинально подчиняется ему, полностью. Сложно было этого не делать – само его присутствие буквально заставляло уступить ему, не задумываясь.
 
Гордость Копли победила, и майор рявкнула самым строгим тоном:
- Ты, кажется, забываешь, кто тут отдает приказы, Караульный!
 
Каррас остановился и обернулся, глядя на нее снизу вверх. Он так и не надел шлем, и она могла смотреть ему в глаза.
 
И под этим кроваво-красным взглядом ей стало очень неуютно. Глядя на него, - заляпанного с ног до головы кровью ксеносов, облаченного в массивный, отделанный черепами доспех, похожего на живого бога войны из древних легенд, - Копли резко и полностью осознала, что она ему не ровня.
 
Она тихо выругалась. Похоже, ее гордость только что сыграла с ней злую шутку.
 
А Каррас, помолчав, просто улыбнулся ей.
 
- Приношу извинения, майор. С вашего позволения…
 
Сглотнув, Копли кивнула.
 
- Вперед, Коготь. Мы на тебя рассчитываем!
 
Каррас коротко поклонился, натянул шлем и направился к дверям.
 
Копли крикнула Моранту и Карланду, чтобы они шли за ним, и оба солдата поспешили вдогонку космическому десантнику. Он шел быстро, и им пришлось поторопиться, чтобы не отстать.
 
- Слушайте меня все, балбесы! – позвала Копли остальных. – Мы должны вырубить все системы, кроме подъемников. А затем убираемся отсюда, встречаемся с дредноутом и остальным отрядом в центральном дворе, и удерживаем точку эвакуации до отлета. Все ясно?
 
- Да, мэм! – прозвучал в ответ дружный хор.
 
- Отлично! У вас три минуты! Ломайте все, до чего дотянетесь!
 
 
===30===
 
Резко остановившись на полушаге, Каррас вскинул кулак.
 
- Замрите! – рявкнул он и жестом отогнал Моранта и Карланда к стене.
 
Следующий отрезок коридора был последним, что отделяло Карраса от лифта, но единственную дверь охраняло два десятка т’ау, окопавшихся за переносными баррикадами и нагородивших целых три тяжелых орудия, нацелив их во все коридоры сразу – и в северный, по которому Каррасу и его людям предстояло пройти, и западный, и восточный.
 
Выстоять против такой огневой мощи было нелегко. Если бы не крупнокалиберные пушки, Каррас бы бросился в открытую атаку, но без психического дара, без возможности выставить щит или серьезно усилить собственную скорость и рефлексы, его наверняка накромсают на ленточки вместе с элизийцами.
 
- Их никак не обойти, милорд? – спросил Карланд. Он был моложе Моранта на десять лет, но его взгляд уже стал таким же холодным, как у ветерана, закаленного специальными операциями.
 
Каррас вытащил из нагрудного патронташа шоковую гранату с электромагнитным импульсом, доработанную умельцами из Караула Смерти, и зарядил ее в подствольный гранатомет болтера.
 
- А зачем их обходить, когда мы вполне можем пробиться? Достаточно выстрелить в самую гущу их отряда и вывести из строя их оборудование. Как только оно отключится, покажите им все, на что способны. Но держитесь строго за мной и не выскакивайте вперед.
 
- Есть, - ответил Морант. Карланд кивнул.
 
- Готовьтесь, - велел Каррас, - когда снаряд сработает, то может засбоить и наше собственное оборудование. С такого расстояния ощутимого ущерба не нанесет, но все равно будьте наготове.
 
С этими словами он высунулся из-за угла и выстрелил. Стену перед его носом тут же опалило импульсными разрядами, а затем раздался грохот и оглушительный треск.
 
- Пошли! – крикнул Каррас и, выскочив из-за угла, принялся методично расстреливать каждого попадавшегося ему на глаза противника. Элизийцы держались по бокам, поливая т’ау огнем из лаз-оружия.
 
Коридор наполнился криками боли.
 
Т’ау только казались хорошо подготовленными к бою, но на деле они слишком зависели от своих технологий. И когда шоковый разряд отключил их оптику, боевые шлемы пришлось торопливо стаскивать. А на некоторых и вовсе шлемов не было, и взрыв гранаты ослепил и оглушил их. Впрочем, они достаточно быстро очухались и открыли ответный огонь, и воздух в коридоре заполнился сверкающими сгустками синей плазмы и смертоносными лучами.
 
В основном они стреляли по Каррасу, отчаянно пытаясь не дать ему добраться до баррикад, но его доспех мог поглощать и куда большее количество энергии без вреда для собственных внутренних систем. А вот тяжелые орудия представляли собой реальную угрозу, и в первую очередь Каррас сосредоточился на тех, кто ими управлял.
 
Три болт-патрона, три неаккуратных убийства.
 
И стрелки попадали на пол, а их лица одно за другим превратились в синюю кашу.
 
Остальные огненные воины укрылись за баррикадами, ища пусть и короткой, но передышки.
 
Каррас уже открыл рот, чтобы приказать элизийцам бросить фраг-гранаты, но в этот момент одна такая уже вылетела из западного коридора, приземлившись прямо за баррикадами.
 
И взорвалась, поразив всех, кто там прятался.
 
Из десяти уцелевших т’ау семеро погибли сразу. Еще трое оказались тяжело ранены.
 
Каррасу показалось, что он знает, кто швырнул гранату.
 
И он не ошибся.
 
Выскочивший из-за угла Раут, как черно-серебристая тень, перемахнул через баррикаду и прикончил оставшихся врагов боевым ножом.
 
Каррас жестом велел элизийцам следовать за ним, и, опустив болтер, пошел вперед, навстречу товарищу.
 
- Вообще-то ты должен был удерживать северный тюремный блок, Смотрящий!
 
Раут, вытирающий в этот момент нож о бежевую униформу последнего убитого, убрал оружие в заспинные ножны и ответил:
 
- Штурмовики дальше сами справятся. А я пойду с тобой в подземелья. – Он указал подбородком на двери лифта. – Ты понятия не имеешь, что тебя там ждет.
 
- Ты тоже, - заметил Каррас.
 
- И поэтому мы идем вместе, - ответил Раут, в своей обычной манере не оставляя Каррасу никакого выбора, несмотря на то, что тот был командиром.
 
Каррас смерил его взглядом и проговорил:
- Великую ценность являет тот, кто пойдет вместе с тобой во тьму, куда не ступала раньше нога человека.
 
- «Белая дорога до Страмоса» Цервесты. Тридцать второе тысячелетие.
 
Каррас усмехнулся.
 
- Похоже, никак мне от тебя не избавиться. Возможно, мне стоит тебя поблагодарить.
 
- Нет, - откликнулся Раут. – Не стоит.
 
По приказу Карраса Морант отправился взглянуть на панель двери.
 
- Сколько времени тебе нужно? – спросил Каррас, пока тот вытаскивал кабели и взламывающее устройство из одного из карманов.
 
- Шифрование серьезное, - сообщил Морант, уже опустившийся на колени и вовсю колдующий над панелью. – Для получения полного контроля над системами лифта понадобится от четырех до шести минут, милорд.
 
Почти сразу же усовершенствованный слух Карраса и Раута уловил топот чужих ног.
 
- Грамотей, противник на подходе. Их много.
 
- Карланд, - позвал Каррас, - найди подходящее укрытие с удобным углом обстрела и держи северный коридор. Раут, на тебе западный. Я беру восточный.
 
- Как прикажете, милорд, - кивнул Карланд.
 
- Если соберутся в кучу, - добавил Каррас, пока все трое занимали позиции, - кидайте фраги.
 
Первый отряд вражеского подкрепления начал обстрел из-за того же угла, из-за которого только что пришел сам Каррас со своими элизийцами. Засвистели импульсные снаряды, тут же застучавшие по внешней стороне баррикады.
 
Каррас проверил оставшийся боезапас, вскинул болтер и обратился к Моранту:
- У тебя есть три минуты, солдат. На нас вот-вот обрушится лавина.
 
И с этими словами он высунулся из-за баррикады и как следует прицелился.
 
 
===31===
 
Пушки «Грозовых воронов» нещадно поливали огнем стены и крыши, и т’ау гибли целыми десятками. Каждый мостик был залит синей кровью. Снаряды врезались в самую гущу войск противника, и умирающие с криками сыпались вниз, разбиваясь об землю.
 
Пока штурмовые корабли методично расчищали стены и башни, в воздух то и дело взмывали ракеты, оставляя огненно-дымовые следы. Но, несмотря на все попытки сбить «Воронов», противников постепенно становилось все меньше, и тревожные сообщения о ракетах, висящих на хвосте, беспокоили пилотов все реже. Каждый раз, когда загорались предупреждающие руны, пилоты жали на кнопки контрмер, и выпускали целые заряды ложных целей и облученных отражателей, сбивая с толку вражеские системы наведения. Ракеты беспомощно взрывались в воздухе. Но после каждого такого маневра пилоты все беспокойнее и беспокойнее посматривали на показания систем – их боезапас подходил к концу, и очень скоро им придется попросту уворачиваться от очередных снарядов. И тогда их жизни целиком начнут зависеть от их собственных навыков пилотирования.
 
А никакой, даже самый лучший пилот, не может уворачиваться вечно.
 
- Получается! – сообщил Соларион капитану Граке. – Продолжайте их давить, наверху уже почти никого не осталось!
 
С тех пор, как высадились десантные отряды, «Грозовые вороны» не могли оставаться на одном месте надолго – это было слишком рискованно. Но теперь, когда стрелки на стенах были убиты, Соларион, наконец, получил возможность прицелиться как следует.
 
Высунувшись в правый боковой люк, он приказал пилоту облететь двор, выискивая подходящий момент, чтобы подстрелить XV8. Он увидел, как Фосс и Хирон там, внизу, почти лишенные укрытий продолжают отчаянно удерживать позиции между бараками, ангарами и тюремными блоками. Бойцы Копли помогали им. Но совсем рядом в лужах алой крови уже лежали два тела в черном штурмовом снаряжении – некоторые из членов «Арктура» уже заплатили свой последний долг Золотому Трону.
Один из XV8 выскочил из-за угла барака и выпустил по Когтям Четыре и Шесть целую очередь сияющих голубых сгустков. Его целью был Хирон, как самый большой и самый опасный противник. Заряды угодили в потертое бронированное шасси, и дредноут содрогнулся и отшатнулся назад. В его черной туше остались две дымящихся пробоины внушительных размеров.
 
Дредноут встряхнулся и открыл ответный огонь, но XV8, активировав двигатели, с невообразимой скоростью метнулся прочь, в следующее укрытие.
 
Выстрелы штурмовой пушки Хирона разносили стены бараков на части, крошили скалобетон, обнажая пласталевые балки, но XV8 были слишком шустрыми, чтобы Плакальщик сумел попасть по ним, особенно при таком количестве укрытий.
 
По этому боескафандру было не попасть. По крайней мере, отсюда.
 
- А где второй?.. – пробормотал Соларион, оглядываясь.
 
«Жнец-Два», между тем, повернул вдоль западной стены внутреннего двора – с противоположной стороны над горизонтом уже занимался рассвет, - и Соларион уловил движение между северным блоком и центральной башней. Это было что-то большое и быстрое. Наверняка второй боескафандр.
 
Соларион отдал пилоту очередной приказ, и «Грозовой ворон» заложил еще один вираж.
 
 
Зифер Зид закусил губу, глядя на мониторы в командном узле южного тюремного блока. Остальные Когти были по уши в битве, уже вовсю танцевали его любимый танец смерти, а где в это время был он? Торчал в центре управления тюрьмой, наблюдая за действом через кучку чертовых голо-мониторов.
 
- Так, хватит!
 
- Милорд? – обернулся капрал Гаман, самый старший из тех, кого Копли отправила с Зидом в качестве отряда поддержки.
 
- Я сказал, что с меня хватит, во имя Терры! – Зид развернулся, глядя ему в глаза. Его безупречное белое лицо исказила ледяная ярость. – Я не собираюсь маяться здесь, наблюдая за боем издалека!
 
Гаман, закаленный в боях с ксеносами ветеран, смог выдержать взгляд этих угольно-черных глаз лишь пару мгновений, затем отвел глаза и повернулся к мониторам, глядя на царящую снаружи перестрелку.
 
- Милорду следует быть там, где идет сражение, - проговорил Гаман. – Вы рождены для этого, милорд. Идите и обрушьте на них гнев Императора, а мы, - указал он на остальных элизийцев, - останемся удерживать блок, пока майор не прикажет нам отступать.
 
Зид уже почти добрался до дверей, когда Гаман добавил ему в спину:
- Мы будем наблюдать через мониторы, милорд, и, если позволите, мы хотели бы попросить вас кое о чем…
 
- Просите, - обернулся Зид, и Гаман улыбнулся.
 
- Сделайте так, чтобы нам было, на что посмотреть!
 
Усмехнувшись в ответ, Зид хлопнул по значку разблокировки дверей и выскочил наружу.
 
От мысли, что он вот-вот окажется в гуще боя, его кровь вскипела, застучало второе сердце. В кровеносную систему выбросились боевые вещества, заостряя чувства.
 
Он пронесся по тюремному блоку, как бронепоезд, задевая наплечниками скалобетон на особо резких поворотах. Вскоре впереди осталась лишь одна преграда, отделявшая его от боя – металлические двери в конце последнего коридора. И, когда Зид свернул туда, он ощутил, как его наполняют восторг и предвкушение, и нетерпеливо стиснул кулаки.
 
Ему оставалось преодолеть каких-то несколько метров, когда двери вышибло снаружи, и коридор захлестнула волна огня, жара и смертоносных обломков.
 
Взрывная волна сбила Зида с ног.
 
 
===32===
 
Коридоры затянуло клубами дыма, в воздухе резко пахло озоном и кровью т’ау.
 
- Карланд… - простонал Морант.
 
Сержант опустился на колени перед неподвижным телом товарища-штурмовика, обхватывая его голову ладонями. Карланд был мертв – выстрелы импульсных винтовок пробили его броню насквозь вместе с плотью и костями, оставив оплавленные, дымящиеся дыры.
 
Сражение выдалось тяжелым – т’ау изо всех сил пытались не дать Каррасу, Рауту и бойцам «Арктура» спуститься вниз. Они поливали имперцев, спрятавшихся за баррикадами, шквальным огнем, но, не добившись особого успеха, пустили дым и бросились в рукопашный бой, глупо и отчаянно.
 
Каррас посмотрел на Моранта, так и не отпускавшего убитого товарища. Сам Каррас умел сохранять самообладание во время боя, но он знал, что сейчас чувствовал Морант. Скорбь испытывали даже космические десантники. А Призраки Смерти сталкивались со множеством трудностей и преодолевали их не единожды, и зачастую цена таких побед оказывалась чудовищно высокой.
 
Каррас видел, как вокруг ссутуленной фигуры Моранта переливаются разводы глубокой печали и горя, как переплетаются они с чувством вины того, кто остался в живых.
 
- Он сражался с честью, - сказал Призрак Смерти, кладя тяжелую ладонь в латной перчатке на плечо элизийца. – Ему уготовано место рядом с Троном. Не стоит плакать из-за достойной смерти лишь потому, что дальше придется идти без него. Его час уже настал.
 
Морант глубоко, судорожно вздохнул и медленно выдохнул.
 
- Он был так молод…
 
- Плоды опадают, созревая, но человек может умереть в любой день, - произнес Раут.
 
Каррас узнал источник цитаты – это была «Четвертая книга Тоула» Дариса Трента. Самого Трента сожрал живьем саблезубый кальмар, когда тот купался в озере на Ашике. Поэтому пятая книга так никогда и не вышла.
 
В этот момент у них за спиной звякнул модуль взлома, установленный Морантом, и двери лифта с мерным шипением разошлись в стороны.
 
Каррас обернулся было, взглянув на готовую к спуску клетку лифта, но почти сразу же он услышал топот многочисленных ног, стремительно приближавшийся к их позициям.
 
- Забери его жетоны, Морант, - велел он объятому скорбью солдату, - нам пора уходить!
 
Раут первым зашел в лифт, и развернулся, вскидывая оружие, готовый прикрывать остальных. Он тоже услышал, как грохочут по полу коридора сапоги противников.
 
Морант ухватил жетоны и сорвал их с шеи Карланда вместе с цепочкой.
 
- Увидимся, когда придет мое время, Кар, - сказал он, и, выпрямившись, коротко поклонился и сотворил аквилу.
 
Он уже направлялся к лифту, когда воздух вокруг прошили ослепительные лучи импульсных винтовок. Снаряды попадали в стены по обеим сторонам от дверей лифта, но один-таки угодил Моранту в левую руку, вырвав ощутимый кусок плоти. Элизиец вскрикнул и скорчился, оглушенный болью.
 
- Грамотей! – рявкнул Раут, высовываясь из своего укрытия, и открыл ответный огонь по т’ау.
 
Каррас уже бросился вперед. Схватив Моранта за лямки ремней, он швырнул его в лифт. Морант ударился об стену и со стоном сполз на пол.
 
Т’ау продолжали отчаянно палить из всех орудий, и пули молотили по стенам целыми стаями.
 
Раут хлопнул по руне на внутренней панели лифта, и двери с шипением начали закрываться.
 
Каррас придержал их, подставив руку, и, дотянувшись, схватил модуль взлома, оставленный Морантом. Пока он затаскивал его внутрь, по его руке и наплечнику ударило несколько импульсных снарядов. А затем двери наконец-то захлопнулись.
 
Сквозь стремительно сужающийся проем еще сверкали вспышки выстрелов, и раскаленные лучи еще успели оплавить металл на задней стене клетки лифта, но больше т’ау не смогли сделать ничего.
 
И теперь, что бы там ни ждало внизу, что бы синекожие там ни припрятали, Каррасу предстояло увидеть это собственными глазами.
 
 
===33===
 
Зид с недовольным кряхтением стряхнул обломки щебня с нагрудника и поднялся на ноги. После обрушения дверей коридор затянуло клубами пыли, взрывная волна перебила лампы. Снаружи уже вовсе занималось солнце, но его свет еще не достиг дна тоннеля, где стояла Башня.
 
Однако глазами космического десантника, чтобы разглядеть каждую деталь, вполне хватало и такого освещения. Зид разглядел впереди огромную бронированную тушу. Она лежала на спине, наполовину закрывая выход.
 
Перекинув тактический болтер за плечо, Зид запустил кулаки в крепления молниевых когтей, примагниченных к набедренным креплениям. Это было его любимое оружие, с которым не могло сравниться никакое другое. И ничто другое не могло сравниться с предвкушением грядущего рукопашного боя. Зид часто погружался в то полубезумное пиковое состояние, в котором все его тело превращалось лишь в инструмент для олицетворения смертельной битвы между заклятыми врагами.
 
Он отличался от остальных. Да, долг и честь были также важны для него, но именно боевой адреналин составлял самую суть его существования. И он никогда не мог им насытиться.
 
Когда крепления когтей защелкнулись, Зид отдал мысленный приказ через нейроинтерфейс брони, и в миллиметрах от металлической поверхности каждого когтя засияло смертоносное силовое поле – невидимое, но убийственное усилие, способное одолеть почти любую броню, даже танковую.
 
Вооружившись, Зид направился вперед, чтобы разглядеть противника получше.
 
Перед ним обнаружился поверженный боескафандр т’ау, в котором виднелись два идеально ровных отверстия, формой и размером напоминавшие бронебойные болтерные пули.
 
Зид открыл вокс-канал, отметив, какой слабой и нестабильной стала связь, и, ничуть не смутившись, проговорил:
- Я тут просто-таки в восторге от твоей работы, Пророк. Очень мило было с твоей стороны открыть мне дверку.
 
''- Понятия не имею, о чем ты говоришь, Гвардеец Ворона,'' - огрызнулся Соларион. ''– Не отвлекай меня, я занят!''
 
Один из выстрелов Ультрадесантника поразил XV8 в самый центр головы. Вернее, того, что на нее походило – на самом деле там располагалась часть датчиков и систем управления боескафандра. По сути, первый выстрел лишил его развернутой системы сканирования, систем управления орудиями и даже частично автоматических систем движения, но одного его все равно бы оказалось недостаточно.
 
И потому был второй. И вот он уже оказался последним.
 
Болт пробил самую прочную часть во всем скафандре, и если бы Зиду вздумалось ее сейчас вырезать, он обнаружил бы под ней разбитый череп пилота. Смятая кабина управления вся была залита чужацкой кровью и усеяна осколками костей.
 
- А выстрел-то и впрямь отличный, кисломордый ты сквигов сын, - буркнул себе под нос Зид, переступая через вытянутую правую руку погибшей машины.
 
Наконец, он выбрался наружу. Небо уже стало бледно-фиолетовым, но тюремный комплекс по-прежнему утопал в густой тени, и единственным источником освещения были выстрелы и вспышки, пока в стенах кипела отчаянная битва.
 
Зид отчаянно пожалел, что у него нет прыжкового ранца. Более высокая мобильность помогла бы убить побольше противников. Увы, в этот раз ему пришлось довольствоваться наземным сражением.
 
«Ладно, проехали», - подумал он. – «Веселье все равно еще не кончилась.»
 
Судя по грохоту выстрелов, он не так уж и опоздал.
 
- Эй, пенек! – позвал Зид по воксу. – Скольких настрелял-то уже?
 
''- Сорок восемь, не считая техники,'' - откликнулся Фосс, и, умолкнув на мгновение, добавил:
''- Сорок девять. А ты?''
 
За время штурма тюремного блока и командного узла Зид сразил двадцать бойцов-т’ау.
 
''- Отстаешь!'' – рассмеялся Фосс.'' – Так что на этот раз лучше сдавайся.''
 
Зид в этот момент уже несся туда, где, судя по звукам, находился ближайший вражеский отряд. Из-за фотореактивного камуфляжного покрытия и шумоподавителей т'ау, целиком сосредоточившиеся на Фоссе, Хироне и бойцах «Арктура», не успеют заметить его до тех пор, пока он не окажется прямо за их спинами.
 
И он успеет убить их достаточно до того, как придет приказ об эвакуации.
 
Как же жаль, что без своих боескафандров т’ау – такие слабые противники! Они, конечно, умные, подкованные в стратегии и тактике и их технологии дают им основательные преимущества. Но в рукопашном бою они были Зиду на один зуб.
 
Он как раз успел подумать об этом, как прямо перед ним в землю ударило что-то тяжелое. Еще пара метров – и оно бы размазало Зида в лепешку.
 
Он поднял глаза и обнаружил, что смотрит в линзы сканера бронированной фигуры. Та была выше его на добрых три метра, обвешанная сверхмощными орудиями и тяжелыми листами брони. Она почти вся находилась в тени, и лишь алые огни на его голове и корпусе поблескивали сквозь клубы дыма. С такого расстояния Зид слышал, как гудит мощный генератор, и чувствовал его вибрацию даже сквозь броню.
 
Несмотря на то, что маскировочные системы его доспеха работали на полную мощность, огромная угловатая туша тут же сфокусировалась на нем, и начала разворачивать орудия. Ее мощные датчики с легкостью засекли его с такого близкого расстояния.
 
И Зид почувствовал себя так, словно само мироздание его услышало.
 
Вот она, битва, о которой он мечтал. Вот он, достойный противник, найденный там, где он и не ждал.
 
Зид принял боевую стойку, вскидывая молниевые когти лезвиями к противнику.
 
- Да у меня сегодня хороший день! – со смехом проговорил он. – А вот у тебя он станет последним. Не разочаруй меня, синекожий!
 
И грянула битва. Сила машины и усиленные искусственным интеллектом рефлексы схлестнулись с безупречной боевой генетикой, веками тренировок и любовью к бою, граничившей с безумием.
 
''«Я – ангел смерти»'', - думал Зид, ускользая от смертоносного диагонального удара, вонзая когти в левое колено боескафандра, рассекая кабели и гидравлику. Его черную броню забрызгало охладителем и смазкой.
 
''«И в рукопашной меня никто не одолеет. Никогда».''
 
AzureBestia
68

правок

Источник — https://wiki.warpfrog.wtf/index.php?title=Служебная:Сравнение_версий/10620

Навигация