6834
правки
Изменения
м
Нет описания правки
Изображение было довольно скверным, но на нем можно было узнать лицо человека, прикованного сейчас цепью к скале. При жизни Мантер Филл сочетал в себе жесткие черты исследователя и светский лоск, его обветренное лицо соседствовало с напудренным завитым париком.
— '''Эшкины охраняли их в течение нескольких поколений, мои лорды. И, хотя на первый взгляд они выглядят кошмарно, после тщательного исследования и бесед с принявшими меня эшкинами я пришел к выводу, что они — главное сокровище этой планеты. Видите ли, это не живые существа, но и не мертвецы. Они не стареют, они не испытывают усталости. Они просто существуют. Только подумайте, мои лорды! Подумайте, каким они могут стать ресурсом! Бесконечный источник грубой рабочей силы! Если они поддаются обучению — тогда все хорошо, если не поддаются — для того, чтобы сделать их полезными, будет достаточно несложной электроники и интерфейсов. Я считаю, что мертвецы Моликора — богатейший природный ресурс всей этой…''
Сарпедон поставил запись на паузу. Н'Кало в течение нескольких секунд молча смотрел на изображение Филла, затем на лицо прикованного к камню человека.
— Время пришло, — сказал Дениятос. — Нити судьбы сплелись здесь.
— '''''Свободен!''''' — проревел князь демонов тысячей голосов. — '''''Изгнание, муки, все в прошлом! Месть… месть течет, как кровь из раны! Раны, которую я нанесу вселенной… ненависть поднимется подобно потопу. О, непорочные души, о, недремлющие умы, вы будете уничтожены! Абраксес вернулся!'''''
Абраксес поднялся с трона из перекрученных и сплавленных воедино тел членов экипажа, чьи разумы разлетелись в клочья от последовавшего за открытием врат психического удара. Красоту князя демонов ничуть не портила впитавшаяся в одежду и стекающая по совершенной алебастровой коже кровь.
— '''''Никто не может призвать Абраксеса,''''' — его слова лились подобно песне, — '''''он не приходит по чужой прихоти.'''''
— И все же, — ответил Дениятос, — ты здесь. Ибо кого же еще мне призвать, чтобы он отомстил Сарпедону из Испивающих Души?
Абраксес подался вперед.
— '''''Сарпедон? А я уж начал думать, что Имперские Кулаки, сколь бы вкусными они ни были, станут здесь единственным лакомством, способным утолить мой голод. А здесь Сарпедон… Где же он? Врата открыты настежь, армия демонов готова к выступлению. Его я растопчу первым, а потом уничтожу то, что останется, чтобы отпраздновать свою месть!'''''
— Полагаю, — сказал Дениятос, — он сам придет к тебе. Но устроить обычную резню — слишком мелко для такого, как Абраксес, не правда ли? Учинить бойню на полном космодесантников корабле — деяние, достойное какого-нибудь мелкого князька или восходящего демона, но разве этого достаточно Абраксесу? Несомненно, ты мечтаешь о чем-то более грандиозном?
— '''''Объяснись!''''' — потребовал Абраксес. — '''''Я теряю терпение. Смотри! Моей воле повинуются ужасы Тзинча. По моей прихоти они тысячами изливаются из варпа! Я незамедлительно поведу их вперед, если твои слова окажутся правдой.'''''
— Мы находимся на корабле, — начал объяснять Дениятос, — самом огромном и смертоносном из всех созданных Империумом. А теперь это корабль с порталом в варп. Я украл Глаз Хищника со звезды Кравамеш и внедрил его в «Фалангу». Чего может великий Абраксес желать больше, чем прохода в варп, через который хлынут послушные ему легионы и который он сможет по своему желанию перемещать меж звездами?
Абраксес сжал кулак, его мысли практически читались на лице. Нечеловеческие мысли — они попросту не вместились бы в разум человека.
— '''''Я погашу звезды,''''' — сказал он, — '''''я вплету в свой узор всю Галактику, даже Терру!'''''
— Я могу отвести тебя туда, — продолжил Дениятос. — Всю свою жизнь я изучал путь, которым можно обходить неповоротливые армии Империума и появляться на орбитах самых густонаселенных миров. Это путь, который ведет к Терре, уверяю тебя. Но проходит он через самое сердце человечества! Вообрази, как мир за миром падают, утопая в безумии, и последнее, что они видят перед тем, как лишиться рассудка — «Фаланга», сияющая над ними подобно ужасной звезде! Тысячи тысяч миров постигнет эта судьба, и, добравшись до Терры, ты нанесешь завершающий удар по пресмыкающемуся перед тобой роду человеческому!
— '''''И с чего бы космодесантнику доставлять мне такую радость?''''' — спросил Абраксес. — '''''Тебе, рожденному по воле Императора. Тебе, неоднократно клявшемуся уничтожать подобных мне. Почему ты хочешь предать свой род столь мучительной смерти?'''''
— Мне не нужны причины, — ответил Дениятос. — Ненависть — сама себе оправдание.
— '''''О, ненависть!''''' — сказал Абраксес, вскакивая на ноги. Кровь доходила ему до лодыжек, в пене извивались лишенные разума хищники. — '''''Дар человека вселенной. Величайшее достижение человечества. Даже ваш Император восхищался ей. С ней не сравнится ничто. Она создает миры и разрушает их. Открытая ненависть — это война, а затаенная — мир. Человеческий род — всего лишь триллион проявлений ненависти! Когда человечество исчезнет, я думаю, что сохраню его ненависть. Из нее я создам то, что считаю достойным подражания, что я считаю целесообразным следовать за ними. Меж звезд будет царствовать одна лишь ненависть.'''''
— Так и будет, — сказал Дениятос, — но сначала нужно завладеть «Фалангой».
— '''''Эта задача,''''' — презрительно сказал Абраксес, — '''''достойна моего внимания лишь потому, что ее частью является смерть Сарпедона. Он — последний из тех, от кого Абраксес может потерпеть поражение. Когда он исчезнет, останется лишь победить. Я вижу, что нити судеб ведут к гибели. Нет пути, которым человечество может прийти к безопасности. Сарпедон умрет. Все они умрут. А затем наступит черед всей вселенной!'''''
Под атональный рев сотни труб армия Абраксеса собралась на кровавом берегу. Генералами многотысячного войска были высшие демоны, исполненные ненависти воплощения воли самого варпа. Кровопускатели Кхорна завывали на своем темном языке, тела их раскалялись по мере того, как росла их жажда резни. Ужасы самого Абраксеса представляли собой колышущийся поток бесформенной плоти, со скоростью мысли то обретающей, то вновь теряющей очертания. Чумоносцы, эмиссары Чумного бога Нургла, который когда-то был заклятым врагом Абраксеса, скакали вокруг своего вожака — огромного, пускающего слюни олицетворения разложения.
Из орды демонов вышел еще один крылатый монстр, словно купающийся в сиянии, как будто свет Кравамеш ярким лучом падал на его бледную, окруженную ореолом фигуру. За спиной чудовища виднелись оперенные крылья, а его кожа была столь бледна, что, казалось, сверкала, как освещенная изнутри слоновая кость. Даже из Тактика на его лице ощущались красота и власть. Даже Владимир обнаружил, что от демона тяжело оторвать взгляд, словно он был видением, которое возникло в голове и вырвалось наружу.
— '''''Узрите свое будущее!''''' — проревел монстр. Его голос пронесся над полем битвы подобно хлещущему ветру. — '''''Я — конец империй! Я — проклятье людей! Я — Абраксес!'''''
Старающегося вырваться Левкронта оторвало от пола. Имперские Кулаки обступили высшего демона, пытаясь подрубить ему лодыжки, чтобы обрушить наземь, или вспороть огромное брюхо, чтобы покалечить. Высший демон, казалось, не замечал их.
— '''''Привет, малыш,''''' — произнес он, подняв Левкронта на уровень своего лица. Голос походил на ужасный грохот, бульканье искаженных порчей легких было низким, как гул землетрясения. — '''''Воистину, сегодня благословенный день, внучата! Я нашел новую игрушку!'''''
Ответ кастеляна затерялся в голодном реве, издаваемом широко разинувшим пасть демоном. Тварь забросила Левкронта в глотку и проглотила с ужасным влажным чавкающим звуком, как будто что-то большое выдернули из лужи хлюпающей грязи. Демон расхохотался, от низкого гортанного звука вздрогнули сами камни мемориала Мира Ринна.
Эхо сражения пронеслось по судну. Это был не просто звук, хотя грохот тяжелого оружия и громовая поступь демонов сотрясали несколько близлежащих палуб. Это было психическое эхо, какофония крика и хохота, вгрызающаяся в заднюю часть черепа и бьющаяся изнутри в его стенки, словно пытаясь выбраться наружу.
— '''''Абраксес!''''' — раздавался крик. — '''''Я — Абраксес!'''''
Эхо заставило вздрогнуть стены кают-компании, где Имперские Кулаки и выжившие Железные Рыцари организовали кордон, чтобы не дать Испивающим Души покинуть разрушенную библиотеку. Сержанту Прексу из Имперских Кулаков приходилось держать в узде свою жажду сражения, и он знал, что Адептус Астартес под его командованием горят желанием вступить в разворачивающуюся где-то неподалеку битву.
Лицевая пластина шлема Имперского Кулака стала жидкой, приняв форму звериной морды с массой щупалец. Раздвоенный язык высунулся из безгубого рта.
— '''''Эта душа хороша на вкус,''''' — прошипела тварь.
— Убирайся прочь, демон! — рявкнул Варника. — Свет Императора да сожжёт тебя. Железо души этого воина скуёт тебя. Прочь, прочь, ослабни и подохни!
— '''''Знаешь ли ты, сколько вообще от него осталось?''''' — протянул Визирь. — '''''В лучшем случае — имя. Остальное я поглотил. Я оставлю его оболочкой с разумом младенца.'''''
— Я сказал — изыди! — крикнул Варника. Силуэт Визиря извивался вокруг Имперского Кулака, растягиваясь и искажаясь, словно какие-то невидимые руки вытаскивали его наружу. Наконец, издав пронзительный вопль, он отделился от тела космодесантника, после чего последний без чувств рухнул на пол.
Абраксес поднялся со своего трона из перекрученных тел, призрачная картинка битвы на казарменной палубе тускнела, поскольку новая угроза привлекла его.
— '''''Вы не стоите моего внимания, но всё же я должен снизойти до личной расправы над вами,''''' — сказал он, голос его звучал как хоровой бас. — '''''Ваше присутствие оскорбляет меня.'''''
Уцелевшие воины отряда Прекса атаковали ужасов, пробивая себе путь в озере крови. Имперские Кулаки схватились с монстрами, по желанию отращивавшими конечности и клыкастые пасти. Одного космодесантника сбили с ног и затащили в кровь, с полдюжины ужасов прыгнули на него сверху. Бронированная нога упала между ними, охотничий трофей, голову воина отбросили к стене из плоти.
Абраксес обернулся, отыскивая взглядом Сестру Битвы.
— '''''Моей силы хватит, чтобы убить тебя, тявкающая девка,''''' — ответил он, стряхивая кровь Палласа с меча.
— Уничтожь моё тело, если желаешь, — прокричала в ответ Эскарион. — Но ты не сломишь мой дух. Князь демонов может собирать головы противостоящих ему врагов, но душу Сестры Битвы он не получит в качестве трофея никогда!
Абраксес вскинул руку, и по его когтям затанцевал пурпурно-чёрный огонь.
— '''''Ты не устоишь перед варпом, дитя!''''' — прошипел он. — '''''Я оставлю твой разум себе в качестве домашнего животного, и ты будешь поклоняться мне.'''''
Пламя стегнуло Эскарион. От обрушившегося удара Сестру Битвы протащило по палубе, огненный ореол закружился вокруг её головы, магия Абраксеса пыталась вскрыть её разум. Сестра Битвы закричала, но не пала.
Абраксес поднялся на одно колено, прицельно замахиваясь мечом. Светящаяся кровь лилась из его глазницы, пока он отмерял удар, прежде чем обрушить клинок на правое бедро Грэвуса, пронзая космодесантнику ногу на вылет и пришпиливая его к палубе.
— '''''Убили меня?''''' — прошипел князь демонов. — '''''Испивающий Души, в тот день вы не сделали ничего кроме, как приблизили собственный конец.'''''
Абраксес провернул лезвие, рассекая ногу Грэвуса, поток хлынувшей крови смешался с месивом на железном берегу перед порталом. Грэвус закричал, и топор выпал из его мутировавшей руки. Люко бросился на Абраксеса, отбрасывая меч в сторону ударом молниевых когтей обеих рук. Уцелевший глаз Абраксеса сузился, фокусируясь на Люко.
Люко, скользя, полетел по влажной от крови палубе. Грэвус пытался подняться с пола, одна нога подгибалась под ним, бедро было кровавым месивом из рваного мяса и разбитых костей.
— '''''К чему все эти усилия?''''' — спросил Абраксес. — '''''Зачем наполнять то немногое, что осталось от ваших жизней таким тяжким трудом?'''''
— Подумай-ка о том, как много осталось от твоей жизни, демон, — отрезал Люко. — Мой трудный путь продолжится. Твой — окончится здесь.
— '''''Презренный,''''' — прошипел Абраксес, — '''''кто из вас может противостоять мне и не заплатить за это жизнью? Разве обычный человек может равняться мне, чтобы спорить со мной?'''''
— Мне припоминается, — ответил Люко, — что, во-первых, когда-то обычный человек пронзил тебе грудь и вышвырнул в варп. И люди же привели тебя обратно. ''Ты'' должен преклоняться перед ''нами''.