Изменения

 Демон нанес удар. Лейтенант Бьярни Арвиссон не успел нацелить болт-пистолет, и снаряд улетел далеко в сторону. На космодесантника прыгнуло исчадие варпа; цепной меч встретился с металлическими когтями в ливне искр. Когтистые лапы схватили его за бёдра; демон залез к нему на согнутые ноги и склонился над туловищем. Тварь была тяжёлой. Удары нерождённого вывели Бьярни из равновесия, закружив обоих в безумном танце в попытках космодесантника сбросить с себя этот груз. С безглазой головы свисал узел щупалец, их крючковатые концы скребли по шлему. Бьярни отдёрнул голову, чтобы уклониться от удара — он уже видел, как порождения варпа этой породы начисто срывали шлем вместе с головой, — но тварь не испугалась и обхватила космического десантника лапами, стиснув его в болезненных объятиях. Меч Бьярни плашмя прижало к груди. С внешней стороны меча, где зубья вырывались наружу, не было ничего, что можно было бы разорвать. Космодесантник вновь выстрелил из направленного вниз болт-пистолета, но снаряд лишь разбил мозаику на площади.

— С меня хватит, — тяжело вставая, прорычал Бьярни, с усилием вставая, и рванулся вперёд, ударив чудовище о поваленную колонну. Оно завизжало, но так и не отпустило егокосмодесантника. Бьярни отшатнулся, чуть отступив под весом демона, а затем с усталым ворчанием снова двинулся ринулся вперёд. С огромной силой он вновь впечатал демона в камень. Демоническая плоть лопнула под тяжестью доспехов Бьярни, придавивших её к колонне. Фальшивые кости затрещали. Бьярни взревел прямо в перекошенное лицо твари; щупальца опять обвились вокруг его шлема. Отпрыск Русса не выпускал демона, скрежеща демонической плотью по камню.

Демон взвыл от боли. Его хватка ослабла достаточно, чтобы Бьярни наконец-то смог поднять болт-пистолет, и когда он почувствовал, что прицел зацепился за кожу нерождённого, то выпустил весь магазин в живот чудовища.

Снаряды разорвали ложное тело насквозь. С каждым взрывом дыр в теле демона становилось всё больше, а сами дыры — всё шире. Чудовище задрожало у него на груди, так и не выпустив космодесантника из своей хватки, но в конце концов прекратило существование в этой реальности и упало на пол замертво. Бьярни сделал шаг назад. Он прицелился в голову, чтобы произвести контрольный выстрел, но пистолет оказался разряжен, поэтому Бьярни наступил на его голову неё ногой, превратив череп в фиолетовую кашицу.

— Что ты вообще такое? — пробормотал он, глядя на останки. Физиология этого существа не имела никакого смысла. Будь демон действительно живым, он бы не выжил. Космодесантник отступил назад и отвернулся от колонны. Он Сын Русса всё ещё сжимал в кулаке рукоять цепного меча, зубья которого продолжали вращаться. Он отпустил еёослабил хват, и лезвие замерло.

Бои продолжались, заполнив часть большой площади, построенной по указанию Жиллимана в честь Раукосского Триумфатриумфа. Несмотря на то, что площади было всего несколько лет, на ней велись ночные сражения, и уничтоженные скульптуры и воронки от болтов, покрывающие величественные триумфальные колонны, придавали ей столетний вид столетней.

Гигантские Поле боя освещали гигантские дуговые люмены освещали поле боя. За время битвы несколько из них повалились на землю, создавая узор из тьмы из света, чем-то напоминающий доску игры в регицид. Демоны проигрывали, как обычно, сбиваясь в стайки, которые методично разрывало на части сосредоточенным огнём болтеров. На протяжении уже долгого времени главный вопрос ночи оставался неизменным: сколько братьев падёт, прежде чем свет умирающего солнца прогонит чудовищ прочь. Сросшиеся порождения варпа напоминали гигантскую пасть мёртвого демона, будто все они были частью одной исполинской медузы, которая могла разделяться на более мелкие части, а теперь её вынудили объединиться вновь.

— ''— Бой почти окончен,'', — передал по воксу лейтенант Йалиб. — ''— Лучше оставайся на своей позиции. Солнце взойдёт через две минуты. С этим разберутся мои отряды.''

— Солнце Но солнце ещё не взошло, а они всё ещё здесь, я всё ещё сражаюсь. Я буду сражаться, — словно бросая вызов, ответил он.

— ''— Ты уже проиграл, дружище. Побереги болты.''

— Полурота, за мной, — повторил он. Бьярни шагнул в самую гущу сражения.

Группы космодесантников пробивались к своему вожаку, пока Бьярни, наконец, не оказался во главе стены из бледно-серого с чёрным керамита — всего около двадцати воинов. Их боевое снаряжение было изрядно потрёпано. Демоны местами содрали местами краску с их доспехов. Сами космодесантники выглядели не лучше: после ночной битвы у них едва хватало времени проверить исправность снаряжения, прежде чем начнётся следующий бой.

Бьярни повёл их к одной из областей псионической нестабильности на площади, откуда появлялись твари. Лишь лёгкое мерцание в воздухе выдавало, что здесь — двери в реальность расположение порталов для монстров варпа. Они появлялись оттуда, будто ступая через водопад: неясные очертания, которые внезапно обретали физическую форму. Там уже выстроилось отделение из полуроты Йалиба, разрывающим огнём сдерживая волну тварей с кистенеподобными конечностями.

На площадь снизошёл свет. Там, где он попадал на демонов, они исчезали в потоке шипящих паров. Ихор на доспехах Бьярни внезапно почернел и пеплом осыпался в воздух, бесследно исчезая. Мерцающие порталы прекратили существоватьсвоё существование. Больше никто оттуда не вылез.

— Ха, в следующий раз тебе придётся постараться стараться получше, — повеселел Йалиб. — Я обогнал тебя на десять убитых.

— Ха, судя Судя по твоему выражению лица, тебя, брат. Вот уже третью ночь на этой неделе я одерживаю верх.

Практической пользы от этих действий не было — останки и так не продержались бы долго даже без попадания на них света. Просто наследникам отпрыскам Русса приятно было наблюдать, как растворяются демонические отродьярастворяются на солнце.

Триумфальная площадь была поистине огромной, но из-за того, что её абсолютная плоскость искажала перспективу, казалась меньше, чем была на самом деле. Марш через площадь в крепость-монастырь занял почти два часа, а когда космодесантники оставили позади разрушенную статую Жиллимана, солнце уже клонилось к полудню. В момент, когда боевая группа прошла первое кольцо оборонительных стен, магистр ордена Сенаваэль связался с ними лично. — ''— Лейтенант Арвиссон, лейтенант Йалиб. Давайте быстрее, Хроссвалур должна поспешить ко Двору Героев. У нас гости. Космические Волки идут.''

— ''— Вышли из варпа, застав наших авгуров врасплох. Они испытывают нас. Не позорь Только попробуйте меняопозорить.''

Бьярни уже не замечал раздражения в голосе Сенаваэля. Его сердца забились быстрее. Настоящие воины, прибывшие из того самого настоящего дома.

Магистру не нужно было просить Бьярни и его братьев прибавить темп: они бегом космодесантники в миг пробежали защитные сооружения крепости, войдя во Двор Героев. Другая рота, присутствовавшая на Бете Бета Калапуса-9.2, уже ожидала гостей в полном парадном облачении. Магистр ордена Сенаваэль с командирами стоял перед выстроившимися воинамистроем воинов.

Рота Космодесантники из рот Бьярни и Йалиба рассредоточилась рассредоточились и заняла место встали чуть позади, даже не успев почистить снаряжение после боя. Корабль заходил на посадку, минуя посадочные площадки внешних укреплений и ангары цитадели, чтобы дабы приземлиться прямо во Дворе. Он был сланцево-серого цвета, на его боках был изображен Волк, Крадущийся-Меж-Звёзд, а короткие крылья украшены желтым и красным. Для не-фенрисийца это выглядело примитивно, но у Бьярни, который вырос в окружении подобных символов, пробудило воспоминания о невыносимой утрате.

Звездолёт опустился на посадочные клешнивыступы, исходя паром. Он словно заворчал, и на мгновение Бьярни увидел в нём не космический корабль, а вьючное животное, измученное, но теперь благодарное за отдых.

Лидер группы был облачен в чёрный доспех и шлем в форме волчьего черепа, стилизованный под волчий череп. Он нес крозиус арканум капеллана Космического Десанта вместе с инструментами апотекария.

Волчий ''«Волчий жрец'', — подумал Бьярни, избирающий . — ''Избирающий павших. На Раукос прибыл волчий жрец Космических ВолковВолков».''

— Это и есть Волчье Копьё, а? — прорычал голос из вокс-передатчика; механизированный фильтр не скрыл насмешливого тона. Он кивнул, как бы подтверждая внутреннее предубеждение. — Вас не так уж и много, верно? Ты! В чудных доспехах! Вроде Сенаваэль, да?

— Верно, это я. Магистр ордена, — ответил Сенаваэль. Он вышел вперёд. Тон магистра был ровным, не то чтобы враждебным, но и не дружелюбным. — К кому я обращаюсь и чему чем мы обязаны честью этого неожиданного визита?

— Я волчий жрец Ульфрейр Кетильссон, — представился вновь прибывшийкосмодесантник. — Я был отправлен к вам в качестве посланника волчьим лордом Логаном Гримнаром. Но не слишком этим гордись, вы — не особенные. Мы посещаем всех наследников Русса основания Ультима. Это Гьярмин, — сказал он и указал своим крозиусом на десантника-примарис. — Как видишь, он примарис, как и вы, хотя раньше им не был. Он перешел перешёл Рубикон, чтобы увидетьузнать, каково это — быть таким, как ты. И каково это было, Гьярмин?

Трольс также не сказал ни слова.

— Логан Гримнар не имеет обладает над нами властивластью, — взял слово Сенаваэль. — Все ордены независимы. Он не имеет права приказывать мне что-либо и тем более принимать в наши ряды чужаков.

— Справедливо, — ответил Ульфрейр. — Если вы не хотите, чтобы вас считали истинными сынами Фенриса, я дам знать об этом знать ярлу Гримнару.

С этими словами волчий жрец повернулся развернулся и пошёл обратно вверх по рампе.

— Погоди, — заговорил Сенаваэль. — Я не потерплю допущу насмешек. Вас Ответь, вас послали искать недостатки в моем моём ордененедостатки? Ответь мне сейчас. Если это так, я мы не потерплю этогопотерпим подобного отношения, и ты действительно можешь уйтиидти.

— В твоих словах твоей голове есть здравые мысли, но их не так уж много. Мы здесь, чтобы помочь вам. Быть сыном Русса — совсем не то же самое, что быть отпрыском Жиллимана. Мы изучили технологию создания космодесантников-примарис и пришли к выводу, что архимагос Коул ко всем вам применил идеологическую обработку, но она не сработала. Тебе ещё многому нужно научиться, и мы многому можем тебя научить. Да, кое-чему плохому, но хорошего будет больше. Но Однако если вы не желаете нашей помощи, мы не имеем права навязать её вам силой, так что уйдём. Трольс, Гьярмин, пошли.

Три Космических Волка Космические Волки остановились.

— Вы расскажете нам о нашем общем наследии и не станете унижать нас за то, что мы не принадлежим к ордену-прародителю? Вы передадите нам наследие и знания Русса?

— Вполне. — Ульфрейр обернулся. — Вы не пожалеете.

Сенаваэль сжал пожал руку Ульфрейра в рукопожатии.

— Ха! Ты подойдёшь. Мне нужен проводник, посредник между мной и орденом. Фенрисийские манеры не всем по вкусу. Тебе будет проще, если ты уже привык командовать, и ещё проще, если родился на Фенрисе. Быть может, у вас появятся собственные волчьи жрецы, чтобы передавать мои наши знания из поколения в поколения. Ты мог бы стать первым.

— Я не могу быть твоим учеником. У меня нет специальной подготовки, да и потом, я лейтенант.

— Уже нет, по крайней мере, на какое-то время. — Волчий жрец посмотрел перевёл взгляд на магистра ордена. — Если ты, конечно, не против?.

Сенаваэль посмотрел на Бьярни.

Бьярни вышел вперёд. Вечер проходил совсем не так, как он ожидал. Неумолимый и нескончаемый характер войны на Наруко Раукосе заставил его забыть о том, что неожиданности иногда случаются.

— Ты хочешь мьёдаМьёд, — опередил его Бьярни.

Гармин рассмеялся. , а Трольс хмыкнул.

— ЗначитХа, видите, он сын Фенриса.!

— Мы понимаем, — молвил Бьярни. — Ночное сражение закончилось, а это значит, что вот-вот начнётся Дневной Пирпир. Там будет много эля. — Он сделал паузу. — Но не думаю, что он тебе понравится. 

— Прошу прощения, — пробормотал он и сел на своё место. — Эй, вы совсем не смеётесь и почти не беседуете между собой, а?

Шум вернулся к обычномусвоему прежнему, приглушенному уровню.

Трольс приподнял бровь, посмотрев на Бьярни.

Бьярни нахмурился, не зная, что ответить. Было странно находиться рядом с этими созданиями. Его воспитали, чтобы поклоняться Небесным Воинам, и хотя и он сам являлся Небесным Воином, он Бьярни не был Космическим Волком. Если бы он не был похищен агентами Коула, то скорее всего на Фенрисе его забрал бы кто-то из волчьего жречества вроде Ульфрейра, наблюдающих за племенными битвами в своих неуязвимых доспехах. Тогда он знал узнал бы обычаи Космических Волков и стал бы их братом.

Ощущение недостойности, всегда существовавшее где-то на задворках сознания, вырвалось наружу. Это было худшее, что могли почувствовать его братья в ордене. Они понятия не имели, как вести себя с этими гостями. Что касается шестерых с Фенриса, все они чувствовали то же самое беспокойство Бьярни.

Бьярни кивнул.

Трольс нахмурился.

Трольс и Гьярмин громко рассмеялись.

— Не смейтесь. Если бы он остался на Фенрисе, он бы знал. Это не его винаБьярни, что обманщик Коул забрал украл его, — рыкнул Ульфрейр. — Я разбираюсь в людях. Я вижу, чего он стоит. Его бы выбрали, я уверен в этом. Я вижу это в его глазах. Будьте с ним помягче. — Он залпом допил свой эль и скривился. — Но ты совершенно прав насчёт этого чёртова чёртового эля. Гьярмин, время пришло. Принеси мьёда, пока меня не стошнило.

Гьярмин улыбнулся.

— Да. И наш дом — Этт, а не Клык. Есть множество других мелких деталей, которые кажутся несущественными и о которых мы притворяемся, что не переживаем, но которые на самом деле нас раздражают. Мы научим вас всему этому.

— Нам было Было бы приятнохорошо, — ответил Бьярни.

Бьярни покачал головой.

— Демоны приходят каждую ночь, и вы сражаетесь. Днём отдыхаешь и пируешь — ночью сражаешься, — рассказал Трольс. Он взял ещё одно горячее рёбрышко с блюда, стоявшего между ними. — Не жизнь, а мечта.

Бьярни кивнул.

— Мы сами выбрали остаться, — печально произнёс Бьярни. — Мы дали клятву, ведь если мы уйдем, Яма станет открытой дверью в варп. Предатели -Астартес и легионы демонов уже использовали этот разлом раньше. Вот почему мы здесь, хотя последние месяцы мы сражались лишь с мелкими варп-тварями.

Ульфрейр спокойно сидел во Всё время этого разговора. Однако Ульфрейр сидел спокойно, однако сейчас он снова нарушил молчание.

— Копье Разумеется. Это Копьё Русса, подаренное ему Всеотцом, — сказал ответил Бьярни. — Когда Русс бросает копьё, в небе над Асахеймом сверкает молния. Так говорили готи в нашем племени. Они говорят, что его прикосновение учит человека правде о самом себе и что Русс не любил его, но всё же оно хорошо ему послужило. — Бьярни опустил глаза, всё ещё чувствуя себя глупо. — Но это всего лишь легенда. Русс был примархом, а не богом, и его с нами нет. Молния возникает в атмосфере при соприкосновении противоположных зарядов, которые самостоятельно выравниваются. Легенды — это выдумка.

— Неужели? — спросил Ульфрейр. — «Молния возникает в атмосфере при соприкосновении противоположных зарядов, которые…» — Он медленно покачал головой, оскалив клыки. — Так говорит КоулЭто слова Коула.

— Да, Коул вложил мне их в голову, — согласился Бьярни. — Но это не мешает тому, что это правдаинформации быть правдой.

Ульфрейр кивнул.

— Это возможно. В определённом смысле , это так, — сообщил пояснил Ульфрейр. — Две противоположные вещи могут быть правдой. Всё возможно. — Он рыгнул. — Итак, миссия у вас благородная, и есть даже шанс заслужить большую славу.

Ульфрейр кивнул.

— А, мьёд. — Ульфрейр снова улыбнулся. Подошел сервиторСервитор подошёл ближе. Трольс велел ему опустить бочку, пробил верх топором с короткой рукоятью, а затем нетерпеливо налил себе в кружку. Затем он наполнил кружку Бьярни. Жидкость была тёмной, густой и пахучей.

И в А на третий раз они уже пели. 

Для Бьярни стало новостью, что космодесантники могут опьянетьпьянеть, если правильно подобрать химическую смесь, и что впоследствии похмелье может доставить немало проблем.

Вот-вот должно было начаться ночное вторжение, а голова у него до сих пор кружилась, и а во рту ощущался смутный привкус металла.

— Они войдут здесь, — объяснял Кодисье пояснил кодиций Куриминос, обводя рукой широкую часть площади. Бьярни стоял рядом с магистром ордена, командным составом и гостями. Библиарий предсказал крупное вторжение, и обе роты были готовы к бою при поддержке бронетехники.

Чтобы замедлить проявление демонов в реальности, библиарии отметили предсказанные точки входа кругами из соли и серебряной крошки. Команды сервиторов под руководством технодесантников устанавливали новые люмены; Бьярни объяснил, что свет, кажетсявозможно, помогает против меньших тварей варпа.

В отличие от Космических Волков, космодесантники Волчьего Копья казались заурядными. Их облику не хватало фенрисийской свирепости. Их цвета соответствовали нормам Кодекса. Технодесантники в красном, библиарии в синем, отрядыразличные отделения, отмеченные в соответствии с указаниями великой книги Жиллимана... Ульфрейр наблюдал за работой ордена, но из-за того, что его лицо у него скрывала волчья маска, Бьярни не мог понять, какого он о ней мнения.

Бьярни отстегнул цепной меч и проверил болт-пистолет. Из пустыни Беты Бета Калапуса-9.2 дул холодный ветер. Воцарилась такая тишина, что братья из двух орденов могли слышать, как шелестят песчинки по разбитым мозаикам Триумфальной площади. Головная боль утихла. Три часа назад он был пьян. Похмелье длилось недолго: улучшенная физиология сумела вывести яд из организма. Прошлой ночью Ульфрейр пообещал, что раскроет секреты мьёдоварения, и это вызвало бурные аплодисменты. Но тогда Бьярни ещё не был уверен, что хочет их знать.

— Первое слово за огнём, затем поболтаем с ними сталью, — проговорил Ульфрейр. — Я рад, что присоединился к ваммы вместе. Нас ждёт жаркая ночка.

Воздух задрожал. В ткани реальности появились разрывы, чем-то напоминающие клочья тумана, уносящиеся прочь, но открывающие новые видыпейзажи. По другую сторону разлома лилась кровь и с неба лил шёл горячий дождь. Виднелась равнина черепов, заполненная краснокожими демонами, высокими, с широко расставленными рогами и медными мечами.

Рукопашная схватка стремительно переросла в резню. Там, где это было возможно, Бьярни приказал братьям вернуться на позиции и обстреливать демонов на расстоянии, но враг оказался необычайно быстр: скорость демонов, полных решимости вновь скрестить клинки, превышала возможности глаз. Общая битва распалась на множество схваток. Болтеры пришлось отбросить; все держали наготове боевые ножи и болт-пистолеты. Взревели цепные мечи.

— Отступите назад, отступите назад! Загоните их в угол огнём! — крикнул он своим воинам. – Отступите и атакуйте их на расстоянии!

Ночь продолжалась: обе стороны остро осознавали, что с рассветом демонам придется убраться в варп из-за особой психической географии Беты Бета Калапуса-9.2. Две роты теряли свои позиции, вынужденные отступать, и Бьярни сражался так упорно, что заныли даже его сверхчеловеческие мышцы. Лишь однажды он видел Ульфрейра и его братьев в бою. Они двигались сквозь гущу красных демонов, низко пригибаясь к земле и скача, как настоящие волки. Космические Волки ворвались в целую группу кровопускателей и, перерезав всех, издали вой, полный радости и гнева. Гьярмин и Трольс сражались с непревзойдённым мастерством, но Ульфрейр находился на совершенно ином уровне. Разъярённый, как ледяной тролль, неудержимый, подобно рушащейся горегорной лавине, своим крозиусом он обрушал на тварей Хаоса град ударов, каждый из которых изгонял демонов в варп с громовым треском уничтоженной материи.

—''' Твой череп. Его Трону.'''

С этими словами демон бросился на космодесантника. Первый выпад твари был ошеломляюще быстрым. Бьярни едва успел его парировать, потрясённый силой удара демона. Чемпион Хаоса ударил по его руке с такой мощью, что пальцы космодесантника онемели, а плечо будто обожгло огнём. Демон не дал ему прийти в себя: он снова надвигалcя, медный меч уже со свистом рассекал воздух. Чудовище обладало высоким ростом, но слишком малым количеством мышц: его руки казались не толще человеческих. Будь он смертным, Бьярни одолел бы его без труда, но силу мощь нерождённого определял не его внешний вид. В нём текла сила, рожденная вне этой реальности, она подпитывалась энергиями миров не из этой вселенной. Бьярни потребовались все усилия улучшенного тела, чтобы выдержать следующую атаку демона. Язык чемпиона Кровавого бога хлестал по доспеху, копыта при каждом ударе сокрушали мозаику парадной площади. Сам воздух извивался и потрескивал от его нечестивого присутствия.

Но Бьярни был сыном Русса, рождённым древней наукой и надеждой на то, что человечество сможет выжить выживание и процветатьпроцветание человечества. Он происходил из рода личных палачей самого Императора. И когда он заметил слабость демона, то мгновенно воспользовался ею.

 Бьярни гордо стоял, окружённый трупами врагов. Он опирался на упавшую голову статуи высотой со смертного человека, которую сбросили с галерей Галерей героев, высеченных на холмах по бокам боковым сторонам площади. ОнаКусок камня, должно быть, весила весил тонн десять. Как она голова упала – Бьярни понятия не имел. Возможно, он даже был там в ту ночь, когда это произошло. Он не мог вспомнить. Память космодесантника была безупречна, но на Раукосе варп омывал берег реальности и путал умы смертных, будь то разум смертного человека или космодесантника. Каждая битва перетекала в следующую, в следующую, затем в третью…

К нему подошёл Ульфрейр. Он Космический Волк был без шлема. Возможно, его сорвали демоны, потому что шлем не был ни пристёгнут, ни находился в руках волчьего Волчьего жреца, а лицо у него было в крови. Три На носу красовались три уже заживающих благодаря физиологии Астартес параллельных следа раны от когтей виднелись на носу.

Ульфрейр рассмеялся.

Ульфрейр пожал плечами.

— Ха, всего лишь обмен любезностями между родственниками. Ты же не думал, что мы с Гьярмином и Трольсом прибыли втроём?

Он ухмыльнулся, обнажив длинные острые клыки.