1042
правки
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =910
|Всего =30
}}
— Именно тогда Адептус Механикус и уничтожили Рыцарей дома Хальвенов.
==='''Глава десятая'''===
''«Адамантиевые крылья»'' жёстко приземлились на скалистую вершину холма, что располагался на берегу широкой бурной реки, и взлетели после того, как Лазарь повёл своих воинов во тьму.
Сразу за магистром двигалось его командное отделение. Прямо за спиной Лазаря шёл знаменосец Иекун, а стяг Пятой был аккуратно сложен на время путешествия через джунгли. Далее находился капеллан-дознаватель Деметрий, чьи глаза сейчас не светились зелёным и красным. Все космодесантники включили блокирующие свет фильтры линз, чтобы скрыть от врагов своё присутствие. Во всяком случае, пока что. За капелланом следовал апотекарий Асбиил, и, наконец, замыкал колонну библиарий Разиил. Он быстро сбежал вниз по камням, удаляясь вместе с Азраилом от «Громового ястреба», но, когда отделение добралось до песчаного берега, псайкер остановился и задрал голову в шлеме так, словно пытался вычленить какой-то определённый звук в хоре насекомых и животных, чьим шумом полнилась ночь.
В затылок им дышали бойцы отделения «Вефиль», которые из-за своих тёмно-зелёных доспехов выглядели как тени в сумраке. Десять астартес-перворождённых, все как один ветераны. В каждом их движении читался опыт тысячи высадок. Последним корабль покинул брат Азмодор. Почтенный дредноут осторожно двигался по камням с пугающей ловкостью, напоминая какого-то чудовищного хищника. Рукой с огромным силовым кулаком он помогал себе сохранять равновесие, пока с треском спускался к берегу реки, где и присоединился к остальным.
«Громовой ястреб» позади Тёмных Ангелов взмыл в воздух. Технодесантник Ефрон вернул ''«Адамантиевые крылья»'' в небеса, где они начали кружить над местностью и сканировать ауспиком джунгли внизу. Смертные остались с ним на борту. Зафиксированные ремнями на своих местах, они ждали окончания боя, каким бы незначительным тот не оказался.
— Отделение «Вефиль». Вперёд.
Стоило ему отдать приказ, как воины сразу же исчезли меж толстых стволов деревьев, следуя по маршруту, который Лазарь нарисовал на тактической карте. Очень скоро бойцы отклонятся от него, ибо сколько сканирований и пиктов не делай, реальной обстановки здесь они не покажут. Тем не менее, Лазарь знал, что отделение «Вефиль» как можно точнее осуществит его замысел и приблизится к месту основной концентрации вражеских сил.
Он уже велел воинам отделения «Хазин» тоже начинать двигаться. Местность с противоположной от врат стороны была сложнее, поэтому ''«Ярости ангелов»'' пришлось высадить бойцов дальше. Отделение «Хазин» – одно из самых новых подразделений в Пятой, но Лазарь не сомневался, что заступники, которые могли вести шквальный болтерный обстрел, покажут себя не хуже, чем перворождённые из отделения «Вефиль». Они зайдут с другой стороны, после чего два отделения возьмут в тиски сторожевые заставы гризов вокруг врат и либо уничтожат их, либо оттеснят к вратам, а скауты из отделения «Иофа» убьют любого выжившего, решившего сбежать.
Таким образом, для Лазаря и его отделения оставался лишь один путь – неровная грязная дорога, которая тянулась прямиком к невысокой горе, где стояли Врата Красной Волны. Леви Регента Главного неделями пытались пробиться здесь, но блокирующие силы гризов их остановили. Магистр взглянул на хронометр в шлеме. До рассвета оставалось восемь часов, и как раз через столько он рассчитывал встретиться с отделениями «Вефиль» и «Хазин» на последней линии обороны противника. Пора было выдвигаться.
— Тёмные Ангелы, — произнёс Лазарь, оглядываясь на командное отделение и грузного дредноута.
Проносящиеся в небе облака закрывали звёзды и две луны Рейса, поэтому даже на берегу реки царила почти полная тьма. Тем не менее, даже без зрительных фильтров шлема магистр отчётливо видел своих воинов. Геносемя, сделавшее из Лазаря космодесантника, изменило его глаза и соединило их с оккулобом, который апотекарии имплантировали ему в мозг ещё когда он был простым неофитом. Благодаря этому магистр мог пронзать взором тени.
— За мной, — скомандовал он и направился к дороге, что приведёт их на войну.
Расчертившая ночь ракета оставил яркую линию, протянувшуюся от ржавого укрепления, которое гризы возвели на дороге. Она устремилась прямиком к брату Азмодору, но дредноут повернулся на одной ноге словно уворачивающийся от удара боец на арене, так что ракета улетела в джунгли и взорвалась, врезавшись в дерево. Грибы, свисающие с его ветвей толстыми нитями, лопнули и загорелись подобно фитилям, а в пространстве вокруг них образовалось облако поблескивающих спор.
Ночной воздух и так уже полнился спорами, дымом, запахом грязи и крови, что лишь внесло ещё больше хаоса в неразбериху перестрелки с её красными мерцающими огоньками пламени, грохочущими выстрелами и дульными вспышками пулевого оружия да низким басистым рёвом болтеров. Знакомая какофония битвы никак не тронула Лазаря, когда он укрылся за искорёженным остовом разорванной напополам «Химеры». Бронетранспортёр принадлежал Рейскому дому Леви, прежде чем машину разнесло на куски множеством попаданий ракет. Тех самых, которые остановили продвижение магистра и его командного отделения.
До этого Тёмные Ангелы уже прошли две блокирующие дорогу заставы, что представляли из себя сложенные вместе поваленные деревья и вырытые в грязи траншеи. Грубые, наспех возведённые укрепления были брошены совсем недавно, а значит, враг отступал прямо перед космодесантниками, хотя те бесшумно двигались в ночи.
Когда Азмодор выстрелил из плазменной пушки, тьму рассеяла ярко-синяя волна. Шар перегретой материи врезался в сложенную поперёк дороги стену, после чего во все стороны брызнул расплавленный метал, а грязь с яркой вспышкой обратилось паром и огнём. Тем не менее, эта часть грубого барьера хоть и сдвинулась, но не рухнула, ведь соорудили его из грузовых контейнеров, набитых грязью, сломанной военной и строительной техникой и уложенными слоями скалобетонными плитами. Перед ним находилась выкопанная траншея, которая была заполнена грязной водой, стекавшей туда из болота по обеим сторонам от дороги. Оно оказалась глубоким, и реши Тёмные Ангелы пройти через него, то утонули бы в грязи, провалившись на половину толщины рейской коры.
— Брат Азмодор, — рявкнул Лазарь в вокс, когда мимо пронеслась очередная ракета. — Ко мне!
Дредноут повернулся и направился к нему со всё ещё исходящей паром плазменной пушкой. Бьющие по корпусу пули отлетали, не причиняя никакого вреда, а на поверхности брони танцевали искры.
— Займи укрытие. У нас нет времени взламывать их оборону таким образом.
— А как тогда? — прогремел Азмодор, схватившись за разбитый остов «Химеры» гигантской рукой.
На барьере вспыхнул свет, ознаменовавший запуск очередной ракеты. Она устремилась к дредноуту, но там, где за перевёрнутым грузовиком укрывались остальные воины командного отделения, раздался грохот болтерного огня. Космодесантники ждали нового обстрела, поэтому в стену около того места, откуда прилетела ракета, ударили разрывные снаряды. Тёмные Ангелы пытались достать нажавшего на спусковой крючок шквалом осколков. Лазарь не мог сказать, добились ли они успеха, но воля Императора направила один из болтов прямо в ракету, которая взорвалась метрах в десяти от стены. До слуха магистра донёсся глухой стук, после чего лужи на грязной дороге замерцали, а вода в них разлетелась брызгами под воздействием ударной волны. В свете взрыва корпус брата Азмодора заблестел багровым и желтым, одновременно с чем дредноут поднял подбитую «Химеру» и перевернул её на бок.
— Мы созданы не для того, чтобы прятаться в укрытии как смертная пехота, — сказал Азмодор, сжимаясь за перевёрнутым остовом вместе с Лазарем.
— Верно, — ответил магистр. — Но я не буду растрачивать твою силу на смертных с украденными ракетными установками. Мы уже сделали то, что требовалось, брат. Прижали врага огнём на одном месте. Теперь нажмём на спусковой крючок. — По воксу он связался с кружащей высоко над их головами ''«Яростью ангелов»''. Из-за нависающих над дорогой гигантских деревьев было невозможно вызвать авиаудар, но оружию, которым хотел воспользоваться Лазарь, это помехой не станет. — Отделение «Ламет». Обрушьтесь на них.
Сержант подтвердил получение приказа, и магистр подключился к его каналу. Воины отделения выпрыгивали из «Громового ястреба», падая в джунгли подобно бомбам. Когда они запустили прыжковые ранцы, во тьме вспыхнули яркие точки, однако, космодесантники не замедляли спуск, а корректировали свой полёт, устремляясь к указанным Лазарем координатам. Магистр понаблюдал за их падением, одновременно рассчитывая время, после чего обратился к командному отделению.
— Огонь на подавление. Сейчас!
Лазарь вышел из-за остова «Химеры», а болт-пистолет в его руке начал с щёлканьем выплевывать снаряды. Магистр не видел в стене перед собой каких-то очевидных целей, но он подметил щели, откуда стреляли враги, и маркировал их в своей прицельной системе. Теперь же Лазарь вёл по отмеченным целям огонь. Возможно, он ни по кому и не попадал, но разрывные болты не позволяли противнику ответить.
Остальные воины командного отделения делали то же самое, обрушивая болтерный шквал на барьер в тех местах, откуда враги могли вести ответный огонь. Стоявший в центре группы между Иекуном и Деметрием Разиил пристально смотрел на дорогу, а болт-пистолет так и висел у него сбоку. Библиарий поднял пустую руку и указал ею на стену, после чего конечность Тёмного Ангела окутал бело-голубой свет. Такого же цвета были и его светящиеся линзы. Затем, когда свет в руке псайкера принял форму шара с мерцающей белой сердцевиной и синими языками пламени, стекающими вниз подобно слезам, Разиил метнул его в стену. Шар попал в одну из скалобетонных плит и исчез, растворившись в потрескавшейся серой поверхности, однако, спустя мгновение, фигура на вершине стены резко отпрянула назад. Скелет женщины засиял так сильно, что начал просвечиваться сквозь кожу, как будто бы кости объял сверхъестественный огонь. Лазарь смотрел, как она сгорает изнутри, и чувствовал усиливающийся жар собственной кожей. Шепча литанию былых кошмаров, он проигнорировал это ощущение, а также возникшую вместе с ним ярость. Тем временем женщина упала со стены прямо в грязь и застыла, больше не издав ни единого звука.
Вокруг стоял сильный шум: треск болтеров и шипение плазмы, которую брат Азмодор выплеснул на стену. От бронированного наплечника дредноута протянулось копьё из огня и дыма, когда он выпустил ракету, а снаряды его грохочущего штормового болтера выбивали искры из наваленных друг на друга грузовых контейнеров и проделывали в их металлических стенках дыры. Дай почтенному воину немного времени, и тот бы сам проломил стену, после чего Лазарь с командным отделением прошли бы за ним внутрь, расправляясь с заражёнными гризами. Однако, риск потерять дредноута из-за вражеской ракеты был слишком велик. Пятая достаточно пострадала ещё до прибытия на этот мир, поэтому не стоило понапрасну рисковать. Магистр продолжал вести огонь и не давал противнику высовываться до тех пор, пока отделение «Ламет» не нанесло удар по гризам сзади.
Десять воинов из штурмового отделения перворождённых высадились в тылу врага с помощью прыжковых ранцев, и теперь космодесантники ударили в незащищённый фланг гризов, стреляя из грохочущих болт-пистолетов. Спустя мгновение звук выстрелов оказался заглушен жужжанием рычащих цепных мечей, и раскатистая пальба смешалась с визгом от острых адамантиевых зубьев, вгрызавшихся в металл и кость. Прошло всего несколько секунд, прежде чем Лазарь услышал в воксе голос сержанта отделения.
— ''Объект захвачен. Потерь нет. Император защищает.''
— А Лев побеждает. — Магистр махнул остальным. — Идём. Остался ещё один.
Когда тысячу лет назад Врата Красной Волны открылись, они прорвали дыру в ткани реальности прямо над кальдерой небольшого, но активного вулкана. В последующие века магма перестала литься, и вулкан умер, когда его расплавленное сердце остыло и затвердело. Теперь над джунглями возвышался неровный пик, заросший чахлыми деревьями и кустарниками. У основания потухшего вулкана стоял Лазарь со своим командным отделением и тремя подразделениями Пятой. Магистр взирал на высеченную в крутом склоне дорогу с крутыми подъёмами и спусками, которая исчезала в кривой трещине на двух третях пути к вершине. Глубокое узкое ущелье тянулось до затихшего сердца горы словно колотая рана.
И в этом ущелье гризы собрали свои силы, дожидаясь момента, чтобы обрушить смерть на головы Тёмных Ангелов.
— Магистр Лазарь, нам хоть кого-нибудь оставите? — спросил Иекун, жадно смотря на устроенную ловушку.
Одна его рука покоилась на мече, второй же он держал развёрнутое знамя.
— Горстка тебе достанется, брат мой, — ответил Лазарь.
— Объедки, — качая головой произнёс знаменосец. — Ваши тактики мудры, но из-за них мой клинок остаётся слишком чистым.
— Не волнуйся. Император всегда одаривает. — Магистр поднял взгляд на дорогу, сравнивая увиденное в предрассветном свете с пиктами и докладами, которые предоставили ему «Громовые ястребы» и скауты. — Отделение «Иофа». — Разведчики до сих пор находились в джунглях и прочёсывали зачищенную территорию. — Есть что-нибудь?
— ''Ничего,'' — сказал сержант Асир. — ''Все враги отступили. Мы не обнаружили отставших.''
При этих словах Лазарь нахмурился, продолжая смотреть на далёкое ущелье. Отделения «Вефиль» и «Хазин» доложили о том же. Сначала они устранили первое скопление целей, после чего остальные противники исчезли, отойдя через джунгли к вулкану. В некотором смысле, именно так и планировал магистр: убить всех гризов, которые ждали в джунглях, а выживших оттеснить сюда, к Вратам Красной Волны. Однако, всё прошло слишком быстро, слишком гладко. Даже при наличии вокса противник действовал бы более беспорядочно, а другие отделения должны были найти хоть каких-нибудь врагов в лагерях или, по крайней мере, недалеко от них. Гризы провели отступление со сверхъестественной сноровкой, и Лазаря беспокоил тот факт, что они ''не'' нашли никакого вокс-оборудования ни на телах, ни в лагере за взятой Тёмными Ангелами баррикадой.
Что они нашли, так это отметины – серые пятна на лицах и руках трупов покрывали все открытые участки кожи. Плотнее всего грибковый слой был вокруг глаз, формируя уродливые маски. Регент Следующий называл данное явление серой пестротой. Заражение серым мороком превращало фермеров и солдат в таких вот бесшумных бойцов, в гризов. Бесшумных, но вместе с тем не безмолвных.
Каким-то образом гризы общались друг с другом. Может, это и не имело значения, по крайней мере, для того, что спланировал Лазарь, но подобные неизвестные тревожили его. Изменить ход сражения может даже самая малая доля знания, однако, малая доля неведения всегда приводит к ещё более серьезным последствиям. Сейчас же магистру казалось, что доля неизвестного ему знания совсем не мала. Лазарю очень хотелось поговорить с той Вирбуком, спросить её о неподтверждённых теориях касательно коллективного разума у заражённых грибком.
Нет. Вопросы следует оставить инквизиторам, если они вообще когда-либо посещали это захолустье. В обязанности Лазаря входило лечение рака, а не его диагностирование, поэтому так он и поступит, избавится от опухоли огнём и мечом. Магистр быстро раздал приказы, а затем начал подниматься по дороге вместе со своими воинами.
Тёмные Ангелы позволили гризам увидеть, что они идут. Воины шагали по дороге с развёрнутым знаменем и выключенными фильтрами, из-за чего их линзы светились. Космодесантники были бронированными гигантами, чьи чудовищные тени протянулись по земле далеко перед ними, стоило солнцу Рейса показаться из-за горизонта и затопить мир светом. До входа в ущелье оставалось всего полкилометра, когда поднимающиеся по склону подобно волкам бойцы дошли до точки, отмеченной Лазарем на тактической карте, и резко начали действовать. Включив прыжковые ранцы, воины отделения «Ламет» оторвались от земли и по дуге полетели вправо от тропы. Отделения «Вефиль» и «Хазин» последовали за Лазарем и его командным отделением, которые устремились влево. Туда тоже вела неровная и узкая тропа, проторенная пасущимися на склонах вулкана животными с бурой шерстью. Виляя, она уходила к вершине через лабиринт разбитых камней и обрушившихся лавовых труб. Магистр бежал в своих доспехах стремительно и легко, одним глазом поглядывая на пикт-передачи с кружащих в небе «Громовых ястребов».
Первой появилась ''«Ярость ангелов»'', которая вынырнула из солнечного круга и устремилась к мёртвому вулкану. «Громовой ястреб» летел словно брошенный камень, но практически без шума. В плане изящества транспортные корабли ничем не отличались от кирпичей, как говорили Лазарю технодесантники, но вот их скорость искупляла множество грехов. Приблизившись, ''«Ярость ангелов»'' врубила двигатели и пронеслась прямо над выходом из ущелья. В тот момент к вою двигателей добавился оглушительный грохот орудий.
Тяжёлые болтеры обрушили на скальные стены потоки снарядов, порождавших бури осколков при детонации, в то время как две лазпушки прочертили небеса линиями света, которые раскалили камни, отчего те посыпались в ущелье. Тем не менее, настоящий урон нанесла пушка «Громовой ястреб», расположенная на фюзеляже. Когда её снаряды попадали по ломкому вулканическому камню, то оставляли глубокие выбоины и вызывали лавины расколотых камней, обрушивающихся на дно.
''«Ярость ангелов»'' задержалась у ущелья всего на несколько секунд, подобно жуткому чуду, внезапно принёсшему шум и разрушения, а затем вновь удалилось от склона. Однако, с обратного направления прилетели ''«Адамантиевые крылья»''. Они следовали тому же плану, с воем проносясь над ущельем и ведя огонь из лазпушек да тяжёлых болтеров. Боевая пушка второго корабля разбивала камни подобно молоту гиганта. Спустя считанные мгновения ''«Адмантиевые крылья»'' тоже улетели, набрав высоту. Вырвавшаяся из ущелья одинокая ракета попыталась догнать «Громового ястреба», но на полпути у неё закончилось топливо, после чего она рухнула вниз и взорвалась где-то в джунглях.
После этого наступил краткий миг поразительного спокойствия, когда вслед за оглушительным шумом в раннее утро затихли все животные и насекомые. Лазарь слышал лишь собственное ровное дыхание и треск сталкивающихся друг с другом камней, падающих в ущелье. Затем вдали возник вой двигателей «Громовых ястребов». Они летели обратно, готовясь совершить следующий пролёт.
Корабли атаковали в тот момент, когда Лазарь выбрался из лабиринта камней, валявшихся на склоне горы, и оказался рядом с вершиной вулкана. Магистр видел, как ''«Адамантиевые крылья»'' и ''«Ярость ангелов»'' наносят удар по ущелью с двух разных его концов, отчего оно стало обрушиваться, а низвергающиеся камни начали погребать дорогу внизу под тоннами обломков. Где бы внутри гризы не ждали Тёмных Ангелов, теперь они сами оказались в ловушке, если вообще уже не погибли. «Громовые ястребы» сделали ещё один пролёт, сбрасывая между отвесными стенами бочкообразные кассетные бомбы, которые взрывались за транспортниками и заполняли ущелье огнём. В конце концов, остался лишь поднимающийся в небеса огромный столб дыма, как будто бы сердце горы вновь разгорелось.
Наблюдая за дымом, Лазарь подумал о том, как разочаруются отделение «Ламет» и Иекун. Когда «Громовые ястребы» закончили свою работу, магистр послал воинов «Ламета» вместе со знаменосцем обойти ущелье и зайти на позиции гризов сбоку, чтобы подавить любое оставшееся сопротивление, однако, теперь, наблюдая за поднимающейся пылью и дымом, Лазарь сомневался, что они встретят хоть кого-нибудь. Всё, как и планировал магистр. Учитывая раны Пятой, он не собирался рисковать. Пусть гризов прикончит огонь с небес, а Тёмные Ангелы разберутся с остатками.
Лазарь поднялся на вершину вулкана и заглянул в кальдеру внизу. Это была заросшая мхом крутосклонная воронка, чьё дно представляло собой каменный круг с неровной поверхностью, на которой виднелись заполненные дождевой водой выбоинки и низкорослые кустарники. На краю дна стояло здание – скалобетонный бункер с ржавой металлической крышей. Когда Тёмные Ангелы принялись спускаться в воронку, перепрыгивая через булыжники и съезжая по осыпающимся склонам, раздался треск стрельбы. По космодесантникам палили через узкие щелевидные окна бункера. В основном это были пулевики с несколькими автоматами. Оружие слабое, точность низкая. Большинство пуль стучало по гравию вокруг Тёмных Ангелов, а когда одна всё-таки нашла свою цель, то со свистом отскочила от керамитовой брони, не причинив вреда. Затем вспыхнул свет.
Лазерный луч поразил бы Лазаря прямо в грудь, если бы тот не рванул в сторону, завидев яркий блеск собирающейся энергии в одном из щелевых окон перед ним. Вместо этого луч пронзил воздух рядом и выжег глубокую дыру в камне за магистром. Шахтёрский лазер. Оружие мощное, но целиться из него тяжело. Продолжив движение, Лазарь стал перемахивать через камни, и следующий выстрел тоже прошёл мимо.
— Брат Азмодор, — сказал он, но дредноут уже открыл огонь, послав шар перегретой материи из плазменной пушки в стену бункера.
Тот оставил на в крепком скалобетоне дымящуюся воронку, практически пробив стену, но лазер вновь выстрелил и оставил яркую линию на камне под бронированной ногой Азмодора.
— Уничтожить крышу, — приказал Лазарь, на бегу доставая пистолет.
Цель была едва в пределах дальности стрельбы, но магистр всё равно открыл огонь, стараясь заполнить пространство перед бункером пылью и осколками. Азмодор за его спиной тоже стрелял, не прекращая движения. Дредноут спускался по крутому склону и посылал в крышу строения один заряд плазмы за другим. Несколько первых, судя по всему, ничего ей не сделали, так как металл выдержал жар и удары, однако, из-за высокой температуры стальные панели накалились сначала докрасна, а потом и добела. В конце концов, расплавленный металл полился внутрь бункера словно дождь. Вскоре повалили клубы чёрного едкого дыма, выстрелы же прекратились. Лазеры и ручное оружие затихло, когда бункер поглотило инферно.
Двери в углу бункера открылись, и оттуда друг за другом выскочили смертные. От нескольких первых валил дым, но вот последние были объяты пламенем, которое охватило их волосы и спины. Они бежали вперёд, сжимая в руках силовые кирки и шахтёрские буры. Остановившись, Лазарь открыл огонь по людям из болт-пистолета и услышал, как за его спиной начали стрелять воины из отделений «Вефиль» и «Хазин». Гризы падали, а разрывные болты превращали их тела в кровавое месиво до тех пор, пока в живых не осталась лишь горстка. Иекун с мечом и поднятым знаменем тяжело прошагал мимо магистра, и в следующий момент уже оказался среди врагов. Знаменосец двигался словно вихрь, потрескивающее лезвие его клинка рассекало крепкий металл инструментов и мягкую плоть с одинаковой лёгкость. В итоге, все смертные оказались на земле.
Лазарь прошёл вперёд и перевернул тело одного из бежавших. Меч Иекуна разорвал живот мужчины в клочья. Он был молод и носил изорванную чёрную форму дома Леви, а на лице вокруг глаз виднелись нечёткие, влажного вида пятна серого цвета, которые спускались вниз по щекам словно слёзы. Жизнь быстро покидала смертного вместе с кровью, но, когда магистр перевернул человека на спину, он улыбнулся, показав покрасневшие зубы.
— Мои Тёмные Ангелы, — прохрипел смертный, выплевывая кровь с каждым произнесённым словом. — Вы снова пришли ко мне.