Изменения

Они были вдвоём в отдельном медицинском отсеке «''Аметистового сюзерена''». Стены, палуба и потолок начисто выдраили перед их прибытие и теперь всё поверхности сияли белизной в свете двух полос люменов. Женщина лежала на жёсткой койке, голову подпирала грубая подушка. Когда Ингвар её принёс, корабельные медики сделали всё, что могли, на мгновение у Космического Волка появилась надежда на то, что она придёт в чувство. Но в итоге, старший офицер, компетентный человек из старой команды Коллаквы, лишь покачал головой.

После этого персонал уложил женщину поудобнее, насколько это было возможно, и оставили их наедине. К её руке подключили капельницу с морфексом и подготовили флаконы с обезболивающие препаратами.

Гирфалькон хотел задать столько вопросов. Всё, что касалось обнаружения Кираста вызывало разочарование, тот факт, что Волки опоздали и не смогли как следует отомстить, что ещё многого не узнали. Если бы время не поджимало так сильно, то ему бы хотелось вытянуть из кардинала всё до последней крупицы информации — историю «Фалкрама», его систему функционирования, оперативные базы.

— Значит, он что-то недоговорил.

Ольгейр выглядел беспокойным.

На мгновение показалось, что он ошибся.

На самом деле, он был серьёзно ранен. Один лазган не представлял для космодесантника особой угрозы, но сотни, нацеленные в одну точку и на близком расстоянии, могли нанести серьёзный урон. Когда слуги сняли с повелителя броню, степень повреждений стала очевидной. Большая часть брони была сильно изуродована, сочленения опалены, а кабели управления оборваны. Ещё несколько метких выстрелов, и он бы никогда не вернулся.

— Молодец, — сказал вожак стаи, и его губы изогнулись в ухмылке. — Когда всё закончится, может быть, мы и не станем отправлять тебя обратно.