1042
правки
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =2627
|Всего =30}}
И вот тогда началась по-настоящему опасная часть.
==='''ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ'''===
Бальтазар и члены его ударной группы прятались за орудийной турелью, а за их спинами работали на холостом ходу прыжковые ранцы. Шлем сержанта был уничтожен в первом бою с орками, поэтому ему приходилось сверяться с крошечным хрон-дисплеем, примагниченным к запястью. Он отсчитывал последние секунды до начала контратаки Астра Милитарум. Когда оставалось менее десяти секунд, Бальтазар подал знак остальным Тёмным Ангелам занять стартовые позиции.
Сразу же по окончанию отсчёта в городе разразился неистовый шум, и к грохоту танковых орудий быстро присоединились звуки выстрелов тысяч орочьих пушек. Зеленокожие на вершине внешней стены бросились на помощь вовлечённым в бой силам внизу, выполняя приказы своего рычащего ваиводы. Как и ожидал первый сержант, охранять военачальника осталось лишь несколько сотен ксеносов, и теперь чаша весов немного склонилась в сторону Тёмных Ангелов.
— Сейчас! — велел Бальтазар, добавив к хору битвы рёв собственного прыжкового ранца.
Ударная группа взмыла высоко вверх, поливая орков на внешней стене сплошным болтерным огнём, но шквал, который обрушили на космодесантников среагировавшие быстрее прочих ксеносы оказался десятикратно сильнее. Мастерские маневрирующие в воздухе Тёмные Ангелы избегали орочьих залпов и продолжали стрелять. Достигнув верхней точки параболической траектории, они, не прекращая обстрел, приготовили оружие ближнего боя: одни заводили цепные мечи, другие активировали силовое вооружение. Космодесантники увеличили реактивную тягу и устремились вниз, прямо на стремительно редеющие вражеские ряды.
После приземления Тёмные Ангелы принялись разрубать надвое всех орков поблизости, и стена стала быстро превращаться в склеп. Это был механический забой врага, неспособного дать хоть сколько-нибудь эффективный отпор. Увидев, что жизнь их лидера находится под угрозой, несколько бежавших вниз к площади зеленокожих развернулись и начали подниматься по ступеням, чему, правда, помешал танковый снаряд, который разнёс на куски лестницу под ногами ксеносов.
Дальше по стене раздался рёв достаточно громкий и свирепый, чтобы каждый из космодесантников вдруг остановился, пусть и всего лишь на кратчайшие мгновения. Издав боевой клич, ваивода направился к ударной группе, раскидывая орков на своём пути трофейным силовым кулаком, грубо прикреплённым к правой руке.
— Сдерживайте остальных, — приказал Бальтазар, после чего поднял цепной меч и зашагал навстречу врагу. — Этот – мой.
Ладбон погиб всего несколько часов назад, и хоть отделение впервые вступило в бой без него, Алликс уже начал думать, что, возможно, не он был их счастливым талисманом. Бойцы не получили ни единой царапины, пока пересекали площадь, где лежали десятки тысяч их мёртвых или умирающих земляков, так может кто-то другой приносил группе удачу всё это время? Каз? Здоровяк вроде бы никогда много не проигрывал в игры в кости или карты, которые начинались после того, как выключался свет. То же самое и с Немым. Братья? Самое большая неудача в их жизни – попадание на службу из-за собственной упёртости. Дмитрий? Альбинос ни разу не получал ран страшнее поверхностных.
Алликс быстро изменил своё мнение, когда они добрались до блокирующих дорогу танков.
Три вставших вплотную друг к другу «Леман Русса» перекрыли начало улицы, а фронтальное оружие машин раскалилось докрасна от непрерывного прореживания рядов орков, что безрезультатно пытались атаковать их позицию. На вершине турели одного из танков присел Тёмный Ангел с поднятым к плечу болтером. Космодесантник выцеливал в толпе зеленокожих ключевые цели, а весь корпус вокруг него был облеплен востроянцами, которые использовали возвышенную позицию для стрельбы по оркам. По мере того, как гвардейцы погибали, на их место забирались другие.
В конце концов, орудия «Леман Руссов» затихли, и востроянцы спрыгнули с них. Пробираясь по спутанной массе трупов орков под ногами, они, наконец, могли двигаться по улице без страха быть подстреленными своими же. Когда люки танков открылись, экипажи присоединились к пехоте. Те, у кого не имелось личного оружия, взяли в руки молотки и гаечные ключи.
Ждавшие на площади востроянцы, которые до этого служили для орков наверху неподвижными мишенями, хлынули вперёд. Члены отделения Алликса разделились, но лейтенант следил за всеми ними, включая Мариту. Первым до танков добрался Гаспар, и именно он тоже погиб первым.
Держась как можно ниже к земле, чтобы по нему было сложнее попасть, Гаспар обходил бездействующую боковую турель, как вдруг крупнокалиберная пуля попала ему прямо в диафрагму. Брызнула кровь, а бойца откинуло назад. Спустя считанные секунды рядом с ним оказались пробившиеся сквозь толпу Алликс и Григори.
— С тобой всё будет в порядке, — сказал Григори намного более спокойным тоном, нежели следовало бы в такой ситуации. — Я доставлю тебя к медикэ. Они тебя заштопают, станешь как новенький.
— Для этого уже слишком поздно, — выдохнул Гаспар, чьи светлые усы краснели всё больше с каждым вымолвленным словом. — Береги себя, старший брат.
Он попытался улыбнуться в последний раз, прежде чем его глаза закрылись навсегда.
— Идём, — произнёс Алликс, хватая Григори под руку. — Не дадим смерти Гаспара оказаться напрасной.
Оба бойца пробирались через толпу гвардейцев к тому месту, где Каз помогал Марите забраться на корпус одного из танков «Леман Русс». Немой и Дмитрий уже находились на другой стороне, прикрывая огнём наступающих по улице солдат.
— Гаспар? — спросил Каз, протянув огромную ручищу Григори, чтобы тому было проще подняться наверх.
Востроянец помельче лишь молча покачал головой.
Хоть ксеносы и обладали огромным численным превосходством, стеснённое пространство улицы уравнивало обе стороны. Множество вооружённых только дубинками и клинками орков удавалось прикончить прежде, чем они успевали сблизиться с гвардейцами, а тех, кто владел дистанционным оружием, убивали с танков космодесантники и востроянцы. Имперцам приходилось дорого платить кровью, но их усилия уже начинали окупаться. Шаг за шагом, силы Империума отвоёвывали город.
Первым признаком того, что ход битвы стал складываться не в их пользу, стало серое вещество космодесантника, покрывшее мундир Алликса.
Вот Тёмный Ангел координировал огонь Астра Милитарум, а уже через мгновение он рухнул на длинный ствол танкового орудия, лишившись половины шлема и головы. Десятки востроянцев на улицах схожим образом пали жертвами невидимых врагов.
— Сверху! — завопил Алликс, указывая на здания по бокам улиц. — Они стреляют из окон.
Тысячи бойцов одновременно направили вверх лазвинтовки и высвободили ярость своего оружия, но без видимого эффекта. Орки продолжали вести огонь с самых верхних этажей, ибо даже один лишь угол обеспечивал их отличной защитй от обстрела с земли. Не имея возможности остановить натиск зеленокожих, востроянцы погибали целыми толпами.
— За мной, — крикнул Алликс, который уже спрыгивал с танка.
Остальные члены отделения наряду с Маритой сделали то же самое и последовали за лейтенантом к краю улицы, где нашли укрытие в дверном проёме.
— Сможешь открыть её? — спросил Алликс у здоровяка, указывая на двустворчатую дверь позади.
Ручки были обвязаны толстой цепью с массивным кодовым замком.
— Отойдите, — сказал Каз, и остальные прижались к стене.
Подняв тяжёлый болтер, огромный востроянец выпустил один-единственный снаряд, не только уничтожая замок с цепью, но и вырывая из металлических дверей немаленький кусок.
— Осторожно, — произнёс махнувший другим членам отделения Алликс. — Скорее всего, они нас ждут.
Бальтазар увернулся от первого удара силовым кулаком, наклонив туловище, после чего навёл на орка болтер. С такого близкого расстояния было невозможно промахнуться, но прежде, чем первый сержант успел выстрелить, ваивода махнул двусторонним топором вверх. В процессе уклонения космодесантник потерял равновесие, из-за чего ему не удалось совершить смертельный выстрел.
Зеленокожий вновь ударил силовым кулаком, в этот раз выбивая из руки Тёмного Ангела болтер, который перелетел через стену. Бальтазар контратаковал цепным мечом, однако, ксенос был готов, поэтому клинок столкнулся с топором, породив сноп искр. Два оружия сцепились, а космодесантник и орочий военачальник стали меряться силой. Первый сержант знал, что в этом состязании ему не победить.
Бальтазар дождался, когда зеленокожий напряжётся изо всех сил, затем дёрнул цепной меч в сторону, и описавший короткую дугу топор погрузился в каменный пол. Схватив меч обеими руками, Тёмный Ангел подпрыгнул с помощью ранца. В воздухе он занёс клинок над головой, убрал реактивную тягу и стал падать вниз, прямо на уязвимую спину орка, который наклонился вперёд, чтобы вытащить топор. За мгновение до того, как смертельный удар достиг своей цели, ксенос вырвал своё оружие из пола и блокировал им рычащий меч Тёмного Ангела. Прежде, чем ноги Бальтазара коснулись каменной поверхности, ваивода врезал ему ногой чуть ниже нагрудника, раскалывая уже и так повреждённую броню. Первый сержант врезался в парапет.
Сражавшиеся вместе с ним на внешней стене боевые братья никак не могли помочь своему командиру, ибо были заняты собственными поединками с членами личной охраны орочьего военачальника. В прошлом бою и Задакиил, и Пуриил выказывали ваиводе слишком много уважения, пытаясь сражаться против него честно. Бальтазар извлёк урок из их ошибок, поэтому приготовился использовать любую тактику для достижения победы над врагом. Постучав по вокс-бусине в ухе, он открыл канал связи с Серпиком, который разместился с болтером на крыше внутренней цитадели.
— Стреляй, — приказал первый сержант.
Звук выстрела затерялся какофонии сражения, а выпущенный снаряд полетел прямо в голову орку. Технодесантник прицелился точно, поэтому болт попал чётко в макушку ваиводы, где застрял в протянувшихся посередине черепа пиках.
Огромный ксенос едва дернулся, не говоря уже о том, чтобы упасть.
Он поднял топор, посмотрел на своё отражение в полированной металлической поверхности и разразился громогласным смехом, явно впечатлённый новым украшеним.
— Космодесантник драться грязно, — прорычал орк и грозно помахал оружием в руке. — Гроблонику нравится убивать космодесантник. Гроблоник всегда нравиться убивать космодесантник.
Постучав по висевшей у него на поясе маске-черепе, ваивода расхохотался ещё громче.
— В следующий раз целься ему в глотку, Серпик, — передал по воксу Бальтазар.
— Думаешь, это может его убить? — спросил технодесантник.
— Наверное, нет, — сказал первый сержант, поднимаясь на ноги и нажимая пальцем на кнопку запуска цепного меча. — Но так зелёный ублюдок хотя бы заткнётся.
Востроянцы услышали орка раньше, чем тот услышал их.
Услышав звук выбиваемых дверей, ксенос стал спускаться вниз по лестнице, чтобы разобраться со всеми, кто войдёт внутрь. Деревянные ступени громко стонали под весом его туши. Алликс и остальные спрятались в тенях и стали дожидаться, когда зеленокожий окажется рядом с ними. Тогда они и убьют орка. Дмитрий бесшумно вытащил свой нож, готовый вонзить оружие меж лопаток ксеноса, но Алликс положил свою руку на руку альбиноса, дабы тот не воспользовался клинком. Время скрытности прошло. Им нужно было гарантированно убить орка, а не сохранять незаметность.
Не подозревающий о присутствии востроянцев зеленокожий спустился по одному лестничном пролёту и направился к следующему. Только он собрался встать на первую ступеньку, как спину ему разорвало шквалом лазерного огня. Ксенос отказывался падать, поэтому Каз добил его выстрелом из тяжёлого болтера.
В замкнутом пространстве лестничного колодца ещё не стихли эхо стрельбы, а гвардейцы уже услышали других спускавшихся к ним орков, не менее трёх особей. Вместо того, чтобы прятаться в тёмных уголках, теперь отделение решило дождаться противников у основания следующего пролёта. Стоило ксеносам оказаться в их поле зрения, как востроянцы обрушили на них всю ярость своего оружия. Перемахивая через свежие трупы, они двинулись наверх. Чем выше поднимались гвардейцы, тем громче становился беспрестанный грохот орочьих пушек.
Первым до верхнего этажа добрался Алликс, тремя выстрелами в голову уложивший первого зеленокожего. Ещё четверо ксеносов отвлеклись от пальбы из окон и открыли огонь по востроянцам. Те, кто уже вошли в помещение, бросились в укрытия, а остальные отошли назад, чтобы подождать, пока стрельба не стихнет. Патроны у орков закончились в считанные секунды, после чего гвардейцы поднялись над тюками ткани, за которыми прятались, и продолжили стрелять по ксеносам. Трое орков выхватили клинки и начали быстро сокращать дистанцию, а четвёртый вытащил из-за пояса своей грязной рваной одежды пистолет и прицелился в Немого. Безмолвный востроянец, понимавший, что сейчас произойдёт, поднял лазвинтовку. Оба выстрелили одновременно.
Немой попал орку в морду, и тот раздражённо закряхтел, когда его щека почернела и пошла волдырями. Ксенос же оказался точнее. Когда пуля вошла гвардейцу в туловище, он рухнул на пол, разбрызгивая кровь.
— Немой! — завопил Каз.
Здоровяк поднял тяжёлый болтер и снёс орку голову с плеч. Ещё двое зеленокожих продолжали представлять угрозу, поэтому огромный востроянец не убрал палец со спускового крючка. Крупнокалиберные снаряды разобрались с ними точно так же, как и с первым ксеносом. Каз бросил оружие с опустевшей патронной лентой и побежал к Немому, возле которого уже присела Марита, осматривавшая находящегося в полубессознательном состоянии гвардейца.
— Вынести его отсюда, — сказала она, проверяя пульс.
Здание факторума, где находилось отделение, оказался какой-то швейной фабрикой с гигантскими промышленными швейными машинами и рулонами ткани, коими был забит весь верхний этаж. Каз аккуратно поднял немого и положил на кучу оливково-серой ткани, явно предназначенной для гонорийской формы. Она очень быстро побагровела.
— С ним всё будет в порядке? — спросил Каз.
Марита проверила пульс Немого на запястье и шее, после чего положила руку ему на лоб. Его побледневшая кожа уже стала как у Дмитрия. Девушка легонько покачала головой.
Остальные знали про состояние тяжелое состояние раненого, но никак не могли ему помочь. Сами они находились у окон факторума, перестреливаясь с зеленокожими в здании напротив.
— Каз? — позвал Алликс, который спрятался за стену, чтобы не попасть под орочью очередь. — Орки теперь знают, что мы здесь. Заблокируй вход этими механизмами. Не хочется никаких сюрпризов.
Здоровяк взглянул на Мариту. Гонорийка помотала головой, давая ему понять, что он никак не может помочь своему другу.
Каз отправился выполнять приказ Алликса, по пути перевернув от досады тяжелую швейную машину.
— И ещё, Марита, — добавил лейтенант, высовываясь из укрытия и попадая в голову орку на другой стороне улицы. — Если тебе его никак не спасти, нам бы тут пригодилась помощь.
Девушка посмотрела на глубокую рану Немого, из которой с каждый вздохом лилась кровь, а затем перевела взгляд на Алликса.
Она скрепя сердце подняла свою лазвинтовку и заняла позицию у одного из окон.
Неистовый поединок Бальтазара и орочьего ваиводы длился уже больше часа, но никому из соперников не удавалось взять верх.
Оба бойца несли на себе следы боя. Уже повреждённая до этого силовая броня первого сержанта едва работала, и теперь больше походила на тяжёлые латы калибанских воинов старины, нежели на крепость для одного человека. Даже на таком расстоянии Бальтазар чувствовал, как с каждым ударом зеленокожего поднимаются волоски на загривке Серпика.
Ваивода выглядел не сильно лучше. Из двух ран на голове сочилась кровь, а в трицепсе зияла огромная борозда, проделанная метким выстрелом технодесантника. Однако, ни одно из этих ранений никак не мешало орку, чья мощь и свирепость ни на йоту не ослабли с того момента, как Тёмные Ангелы приземлились на стену.
Остальные члены ударной группы сдерживали волну орков, бросавшихся на помощь своему командиру. Серпик, Дицен и скитарии тоже занимались уменьшением численности зеленокожих, а не пытались свалить ваиводу.
Сложившаяся патовая ситуация сохранялось, но Бальтазар знал – это не продлится долго. Гонимые жаждой битвы, орки стекались в город огромными толпами, и с каждой минутой Астра Милитарум теряли всё больше отбитых территорий. Если вскоре ход битвы каким-то образом не изменится в пользу имперских сил, тогда получится, что они просто отсрочили свою гибель.
Пришло время обдуманных рисков.
Включив оба двигателя прыжкового ранца, первый сержант взмыл в воздух, где стал целью нескольких орков на внешней стеней. Большинство пуль прошло мимо, а остальные либо отскочили от керамитовых доспехов, либо просто застряли в них, не причинив никакого вреда. В верхней точке траектории Бальтазар повернулся и спикировал головой вниз, держа цепной меч прямо перед собой. Осознававший опасность ваивода поднял топор, чтобы поставить блок, однако, первый сержант резко крутанулся и изменил угол пикирования. Избежав столкновения с оружием ксеноса, он врезал обеими ногами в боковую часть его головы.
Орк ударился спиной об один из зубцов с такой силой, что на поверхности крепкого камня возникли крошечные трещины. Неумолимый Бальтазар сразу же устремился следом на реактивной тяге прыжкового ранца, намереваясь снести зеленокожему голову цепным мечом, но тот инстинктивно прикрыл её силовым кулаком, и металлические зубья вгрызлись в гигантскую перчатку, за которую и зацепились. Пока первый сержант тщетно старался высвободить своё оружие, ксенос схватил космодесантника за горло другой рукой и сильно сдавил его. Отпустив цепной меч, чьи протестующие моторы тут же утихли, Тёмный Ангел попытался разжать хватку исполинского орка.
— Космодесантник летать, — сказал ваивода, подтаскивая сопротивляющегося Бальтазара к выходящему на город краю стены.
Там он поднял первого сержанта, чтобы его увидели войска зеленокожего внизу, и в ответ те принялись одобрительно кричать и выкрикивать имя своего лидера. Орк улыбнулся, обнажая покрытые кровью сломанные зубы и клыки, после чего воздел трофейный силовой кулак.
Ожидавший смертельного удара Бальтазар удивился, когда опустившая перчатка сорвала с него прыжковый ранец, а не лицо.
— Теперь космодесантник ''по-настоящему'' летать, — усмехнулся орочий военачальник, швыряя Тёмного Ангела в лающую толпу на улицах города.