Около трех месяцев ушло на то, чтобы восстановить убранство тронного зала Ксантина, причем не менее половины этого срока заняло оттирание грязи, оставшейся от твари Нургла. Первые несколько смертных, которым не повезло попасть в зал, стали ее игрушками, как и Каран Тун в те часы, что оставались ему до смерти, и крики их превратились в хриплый кашель, когда болезни Владыки Чумы обрушились на них во всем своем изобилии. Изысканные отперли двери несколько недель спустя и нашли этих людей – распухших ходячих мертвецов, выдиравших куски мяса из того, что осталось от высохшего тела Несущего Слово. От самой же твари не осталось и следа.