— Я объявляю, что поиски закончились exitus malus<ref>Провал или «неудачный итог».</ref>, — теперь, когда битва завершилась, и гнев угас, в голосе звучала меланхолия. Не суждено им отпраздновать час триумфа. Все усилия пошли прахом, но одержанные в кровавом странствии победы всё ещё позволяли Непрощённым достойно встретить неудачу. — Мы найдём снаряжение и геносемя брата Халдаина, после чего вызовем «Грозовой ворон». Пусть заберёт нас в изначальной точке проникновения на корабль.
— Не понимаю, что могло с ним статься, — проворчал Кассал, заставив себя отвернуться от равнодушно качающегося знамени. — Даже все вместе эти выродки бы не одолели космодесантника-примариса из рода Льва. Но если он оступился и пал, если лестница не выдержала его веса… — он Он покачал головой. — Это я должен был спешить к вам.
— Это не твоя вина, брат мой, — вздохнул Нерод.
Доспехи Нерода отфильтровывали все несущие запах частицы, кроме мельчайших, не впуская воздух в закрытую систему. Но он мог представить едкий смрад химических антисептиков и медленного неотвратимого разложения.
Медицинские сервиторы покоились в заряжающих колыбелях. Их органические части высохли и мумифицировались в сухом стерильном воздухе и теперь цеплялись за первозданные бионические детали, словно сухощавые ручонки старцев за памятные вещи. На настенных экранах и всё ещё работающих панелях управления моргали драгоценные лампы, следуя не повторяющейся и на первый взгляд случайно случайной схеме. Время от времени из камер хранения с шипением вытекал жидкий азот. Невидимый, неслышимый и не обоняемый гул стазисных полей давил на мысли, словно опухоль на ствол мозга.
Листор поражённо огляделся по сторонам, словно перед ним явился и заговорил хранитель-во-тьме. Даже Кассал, обычно неукоснительно выполнявший свой долг, на сей раз довольно небрежно прочесал зал взглядом в поисках угроз.