1042
правки
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Всего=22
|Сейчас=1011
}}
{{Книга
=='''ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ''' ==
==='''ГЛАВА СЕДЬМАЯ'''===
— Милосердный Император на Троне Терры, — с всхлипыванием произнёс он. — Это – астероид. Безумец собирается протаранить нас астероидом.
==='''ГЛАВА ВОСЬМАЯ'''===
'''766960.M41 / ''«Возмездие»,'' блокада Пифоса, система Пандоракс'''
В тот момент, когда превращённый в оружие астероид врезался в корму ''«Возмездия»,'' реальность для всех находящихся на борту стала совсем иной.
На уровнях для экипажа тех немногих, кому повезло получить отдых во время сражения, грубо поскидывало с коек. Ломались кости, раскалывались черепа. Погибшие сразу были счастливчиками, ибо выживших ждала медленная и мучительная смерть от щупалец варп-призраков, просачивавшихся сквозь корпус корабля и пожиравших души смертных.
В одной из множества кухонь на борту, повар, записавшийся на флот, чтобы уйти от наказания за серию совершённых в родном мире убийств, превратился в изменённый инструмент Хаоса. Его разделало и порубило на куски резаками и косарями, а затем мышцы и кости были вновь соединены вместе гнусным колдовством. Это бескожее тело получило приказ охотиться в коридорах корабля, убивая новых жертв клинками вместо пальцев.
В офицерской часовне, менее чем ста метрах от мостика, юная проповедница повесилась при помощи собственных одеяний, не вынеся голосов двух шепчущих ей из загробного мира детей, которых она не смогла выносить до положенного срока. Обнаруживший труп девушки экклезиарх осквернил обмякшее тело голыми руками, вырезав на коже ногтями богохульные символы, после чего вырвал собственные глаза и рассёк себе яремную вену.
Полки Имперской Гвардии, которые набились в грузовые отсеки словно скот, были вырезаны меньшими демонами, материализовавшимися в центре толпы, и целые сотни погибли ещё до того, как успели поднять оружие, чтобы дать тварям сдачи. Более крупные и жуткие сущности бродили по нижним палубам, что теперь превратились в болото из частей тел вперемешку с потусторонними веществами, сочащимися из самой материи корабля. В пробитых астероидом секциях корабля по вокс-каналам передавались бессвязные и неподтверждённые доклады об абордажных командах астартес-изменников, но после первых же сообщений связь вдруг резко оборвалась.
Единственной частью «''Возмездия»'', куда ещё не дотянулось зловредное влияние Архиврага, оставался мостик, хотя из-за царившей там анархии сложно было утверждать наверняка.
Рулевые и офицеры бегали от консоли к консоли, проверяя искажённые показания ауспиков и матриц датчиков, в то время как вокс-операторы тщетно пытались установить контакт с остальными секциями корабля. Калькулус логи выплёвывали из своих портативных когитаторов бесконечные кипы пергаментов, однако, записи, сделанные на них низкокачественными чёрными чернилами, не имели никакого смысла и сбивали с толку, ибо представляли собой вереницы случайных символов.
В гуле голосов Крансвар различал обрывки фраз, но звучали они все как какое-то безумие.
— …набросились друг на друга. Выжило меньше двадцати, и большая часть…
— … отрастили клыки и начали грызть переборку…
— … абордажные команды Корсаров проникли на ''«Несгибаемого».'' ''«Мощь Гурона»'' движется к…
— …ал собственную руку и забил ей себя до смерти…
— … говорят, они в трубах системы очистки воздуха. Розовые твари с…
Лейтенант Фейсал потряс Крансвара за плечо, чтобы привлечь внимание лорда-адмирала. В обычной обстановке такое поведение повлекло бы за собой выговор, отправку на гауптвахту и возможное понижение в звании, однако, сейчас всё это не имело никакого значения.
— Сэр, мы потеряли нижние двадцать семь палуб, — хрипло доложил молодой офицер.
Лицо мужчины было мокрым от пота, ткань кителя под мышками потемнела.
Лорд-адмирал на мгновение пришёл в замешательство. Всему кораблю грозила гибель, а он беспокоил его такой мелочью?
— Ну так отправь флотскую милицию или один из полков Имперской Гвардии отбить их, — раздражённо рявкнул Крансвар.
— Нет, сэр, вы не поняли, — сказал Фейсал уверенным тоном безо всякой агрессии. — Мы ''в прямом смысле'' потеряли нижние двадцать семь палуб. Их… их просто больше нет.
Крансвар не успел осмыслить эту информацию, так как был окликнут вокс-оператором.
— Лорд-адмирал. На связи полк Имперской Гвардии. Их командующий хочет говорить с вами.
Он соскочил с трона и вырвал наушники из рук женщины, начав говорить ещё до того, как нормально их надеть.
— Это Крансвар. Слушаю.
— Тебе чертовски повезло, что ты не позволил нам покинуть корабль, — раздался самый аристократический голос, который когда-либо слышал лорд-адмирал. — Честно говоря, после отклонения моего запроса я собирался подняться на мостик и лично тебя придушить, но, как оказалось, ты поступил правильно, старина, иначе сейчас сидел бы в полной заднице.
Это был востроянский бригадный генерал. Крансвар невольно издал нервный смешок: отчасти из-за оборота речи востроянца, отчасти из-за облегчения, ведь на борту ещё находились другие выжившие.
— Рад слышать тебя, бригадный генерал. Я уже начал думать, будто мы тут наверху сами по себе, — ответил Крансвар.
— Боюсь, по сути так и есть. Здесь внизу скверная ситуация, дружище. Как всё началось, кадийцы тут же разорвали друг друга на куски, а через орудийные порты было видно, как в пустоте проплывают солдаты из годезийского и азамантрийского полков. Бедолаги. — В голосе востроянца звучала искренняя печаль. — Только мы, востроянцы, можем провести контратаку. Если, конечно, ты позволишь нам развернуть силы у тебя на борту, адмирал.
— Разрешаю, — не раздумывая согласился Крансвар. — Но я не уверен, как долго вы продержитесь без своих танков.
Теперь уже расхохотался бригадный генерал, и смех этот был сердечным, от души.
— Так ведь на это я и прошу разрешения, старина. Я хочу выкатить бронетехнику и сразиться с тем, что разрывает твой корабль на куски.
Слова востроянца Крансвар воспринял спокойно. В день, когда астероид врезался в корму ''«Возмездия»,'' обитатели варпа решили сделать нижние палубы корабля своим временным пристанищем, а астартес-предатели, наверное, уже двигались на захват мостика, просьба титулованного и заносчивого бригадного генерала востроянцев устроить танковое сражение на палубах линкора Имперского Военно-космического флота звучала как самая здравая идея за всю историю Имперуима.
— Разрешаю, — всё так же без раздумий повторил лорд-адмирал.
'''766960.M41 / «Красное крыло». Блокада Пифоса, система Пандоракс'''
Маневрируя и избегая крыла хелдрейка с его бритвенно-острой верхушкой, Шира произвела два выстрела из лазпушки. С расстояния почти в упор было невозможно промахнуться, но толстая металлическая шкура создания просто отразила лазерные лучи, словно те являли собой обычные пульки, запущенные детской игрушечной катапультой. Следом то же самое сделал Хайк, но результат оказался таким же.
— Броня слишком толстая. Потребуются «Адские удары», чтобы даже поцарапать её, — с досадой передала Шира по воксу.
— Давайте сначала отступим к Гее, перевооружимся, а затем вернёмся за этой тварью. До тех только отвлекайте её и держите подальше от крупных кораблей, но не вступайте в бой, — передал по общему каналу Хайк.
Хотя из «Красного крыла» осталось всего две машины, пилоты других авиакрыльев «Пустельг» с ''«Возмездия»'' до сих пор оставались в строю, как и разрозненные остатки эскадрилий «Фурий», запущенных ''«Несгибаемым»''. Хайк считал, что теперь он самый старший пилот, который ещё продолжал летать, а потому возглавил выполнение задачи по прикрытию отступающего флота. Имперцы сильно пострадали, но перехватчики Хаоса понесли не менее тяжёлые потери, в результате чего имперская штурмовая авиация сохраняла численное превосходство над противником. По оценкам Ширы, в бою сейчас участвовало почти две сотни «Пустельг» и «Фурий», но связь между ними практически отсутствовала из-за несовместимых вокс-установок и колдовских помех.
Не обращая внимания на приказ Хайка, смелый или, возможно, безрассудный экипаж одной из «Фурий» прошёл сквозь строй перехватчиков Хаоса, чтобы подобраться поближе к хелдрейку. Машина, превосходившая размерами одноместную «Пустельгу», но нёсшая такое же вооружение, открыла огонь из подкрыльных лазпушек, так как свой запас ракет она уже растратила. Быстрый обстрел привёл к предсказуемым результатам, и, когда «Фурия» развернулась, намереваясь перегруппироваться с остальными имперскими истребителями, хелдрейк со сверхъестественной скоростью вытянул шею и сомкнул гигантские челюсти на хвостовой части машины. Тварь выдохнула словно бы насмешливо, омыв схваченную «Фурию» потоком злопламени, после чего разжала челюсти и позволила почерневшему остову отправиться в вечный дрейф среди звёзд.
Ободренные присутствием демонического летательного аппарата, пилоты Хаоса возобновили атаку не отступающие фрегаты, эсминцы и крейсеры. Израсходовав все ракеты, они тоже ограничивались лишь лазерами и снарядами, стараясь стрелять в пробоины кораблей со сбитыми щитами. «Адский коготь», которого преследовали три «Пустельги» из «Жёлтого крыла», приблизился к ''«Отпрыску Ультимы» –'' фрегату типа «Меч», что служил уже почти две тысячи лет – и открыл огонь. Меткий выстрел истребителя Хаоса в форме головы обоюдострого топора угодил в третичный генератор, питавший системы освещения корабля, в результате чего вдоль юта расцвела череда взрывов. В корпусе фрегата возникли огромные пробоины, и, хотя виновника быстро наказали пушки «Жёлтого крыла», ещё больше вражеских истребителей окружило поражённый корабль. Позади них летел виляющий из стороны в сторону хелдрейк, стремившийся побыстрее оказаться впереди группы и записать уничтожение ''«Отпрыска Ультимы»'' на свой счёт. Когда он приблизился на достаточное расстояние и приготовился изрыгнуть демоническое пламя, всего в метре от него пронёсся чёрный силуэт, сбивший чудовищу прицел. Оставив фрегат на растерзание «Адским когтям», хелдрейк ринулся за новой целью.
— Оставайтесь с флотом, — передала Шира по воксу Хайку, выжимая из двигателей «Пустельги» максимум. — Я отвлеку эту тварь.
— Будь осторожна, Шира, — донёсся в ответ тихий голос командира. — Когда вернёшься с гауптвахты поставлю всем присутствующим по стаканчику в честь тебя.
— Осторожна? — спросила женщина, пока уводила машину вниз, едва избежав потока жаркого пламени из злогнемёта хелдрейка.
Температура в кабине пилота резко поднялась, а части лётного костюма Ширы воспламенились. Женщине пришлось маниупулировать штурвалом одной рукой, другой же – тушить огонь. Её затошнило, когда запах опалённой кожи смешался с вонью высыхающей рвоты.
— Я всегда осторожна, — произнесла она, не веря до конца в собственные слова.
'''766960.M41 / ''«Возмездие»,'' Блокада Пифоса, система Пандоракс'''
— Они мертвы, сэр, — мрачно доложил вокс-оператор. — Они все мертвы.
Уже и так гнетущая атмосфера на мостике стала ещё более угрюмой, когда стала известна судьба бронетанковой бригады востроянцев. Первоначальная эйфория от реального контрнаступления быстро сменилась душевной болью, стоило внутрикорабельной сети заполниться криками умирающих стрелков и водителей, а после окончательной потери контакта воцарилось всепоглощающее отчаяние. Твёрдо вознамерившись узнать наверняка, погибли ли имперские гвардейцы или же просто отсутствовала связь из-за грязных трюков Архиврага, Крансвар послал отряд корабельной милиции за визуальным подтверждением.
— Проходы завалены остовами. Танки разорваны де… демонами. — Слова с трудом давались молодому связисту, которому было чуть больше двадцати лет. — Тела вытащены наружу и – о, Трон, они размазаны по всем…
Не закончив предложение, он закрыл глаза и издал горестный вопль.
С тех пор, как члены экипажа ''«Возмездия»'' в последний раз спали, они вынесли больше тягот, чем большинство жителей Империума за всю жизнь, даже те, которые состояли на военной службе. Мужчины и женщины сталкивались с трудностями лицом к лицу, и хоть порой давление достигало предела, а на первый план выходили основные человеческие эмоции, люди обуздывали их благодаря стоицизму и твёрдости духа, всегда сохраняя надежду.
Теперь не стало даже её.
Разглядывая лица членов своего экипажа, многие из которых были заплаканными и мрачными, Крансвар понял, что все присутствующие смотрят на него как на лидера, как на того, кто должен показать им свет в нынешние тёмные времена. Пусть лорд-адмирал и вёл людей навстречу неминуемой смерти, они предлагали ему шанс на искупление. Прочистив горло, Крансвар ухватился за эту возможность.
— Враги забрали у нас почти всё. Друзей, товарищей, любимых. Все они погибли от их рук. По ту сторону нашего корпуса плывут в пустоте остовы почти трёх четвертей линейного флота Деметр, коим судьбой уготовано дрейфовать целую вечность, и в этом бесшумном сне к ним присоединились искорёженные останки «Пустельг» и «Фурий», чьи пилоты отдали свои жизни, чтобы другие могли выжить. На борту ''«Возмездия»'', прямо под нашими ногами, противник убивает тех немногих храбрецов, что нашли в себе силы оказать сопротивление, сколь бы тщетным оно не казалось.
— Хотя кровь тех, кто столь мужественно служил Империуму, до сих пор стекает с клинков и зубов служителей Губительных Сил, не меньше её и на моих руках. Именно мои просчёты привели ко всему этому, именно мои ошибочные суждения создали такую ситуацию, когда победа без чуда более невозможна. Его не будет, я его не заслужил, и за это, как и за все свои ошибки, я искренне прощу у вас прощения.
Так как больше не оставалось ничего, за что можно было бы цепляться, каждая душа на мостике внимала словам лорда-адмирала.
— Император станет судьей мне в следующей жизни, в чём я не сомневаюсь, и судить меня есть за что, но в нынешней жизни я ещё должен кое-что сделать. Закончив говорить с вами, я достану пистолет, покину мостик и начну пробиваться к машинному отделению, где перегружу суб-варп двигатели и разнесу ''«Возмездие»'' на части. Я обрадуюсь любому члену экипажа, который пожелает присоединиться ко мне, а учитывая серьёзность положения, я пойму, если вы захотите провести последние мгновения жизни в безмолвной молитве или решите ускорить свой переход в следующий мир.
Крансвар повысил голос, доводя речь до пика.
— Может, они забрали у нас жизни, лишили рассудка и отняли гордость, но, клянусь Императором, им не заполучить наш корабль!
Лорд-адмирал расстегнул кобуру на бедре и достал архаичный шестизарядный пулевик с изысканной рукоятью цвета слоновьей кости. Он достал барабан и, убедившись, что в каждой каморе есть патрон, вернул его на место. Когда Крансвар повернулся, то обнаружил рядом с собой всех оставшихся членов экипажа. Даже эмоциональный вокс-оператор нашёл в себе достаточно мужества, чтобы принять участие в этом последнем, отчаянном акте неповиновения и встал сбоку от лейтенанта Фейсала с лазпистолетом в руке.
Крансвару пришлось подавить дрожь нижней губы. Несмотря на всё произошедшее, несмотря на смерти и кошмары, обрушившиеся на членов экипажа по его вине, они до сих пор были готовы следовать за ним.
— Тогда вперед! — крикнул лорд-адмирал, разворачиваясь и открывая богато украшенные деревянные двери. — Если они хотят получить этот корабль, пусть готовятся заплатить кровью!
'''766960.M41 / «Красный-шесть». Блокада Пифоса, система Пандоракс'''
Несмотря на чувство товарищества и крепкие узы между мужчинами и женщинами в любом авикрыле Военно-космического флота, которые лишь усиливались из-за того, что им постоянно приходилось полагаться друг на друга в вопросах жизни и смерти, многие пилоты «Пустельг» были одиноки, ведь они вынуждены проводить целые часы, а иногда и дни, в кабине машины наедине с собственными мрачными мыслями. Не каждый человек способен справиться с таким давлением, как психологическим, так и физическим.
Борясь со штурвалом и стараясь не дать своему истребителю уйти в необратимое вращение, Шира Хаген ещё никогда не чувствовала себя настолько одинокой, и в голове её ещё никогда не роились столь мрачные мысли. Она вышла далеко за пределы дальности действия вокса «Пустельги», поэтому уже больше часа не могла ни с кем связаться. Лишь иногда в пустоте по направлению к Гее ненадолго расцветали огненные цветки, служившие единственным доказательством того, что она не одна. Естественно, помимо демонической машины, которая сейчас преследовала её в ходе игры в кошки-мышки, где ставкой была жизнь. Каждый раз, стоило черноте космоса озариться, Шира надеялась на уничтожение одного из кораблей Хаоса, хотя по закону средних чисел как минимум несколько вспышек точно ознаменовывали гибель имперских звездолётов. Женщина не особо доверяла законам и правилам, вот только сейчас её это не особо успокаивало.
Выйдя из вращения прежде, чем достигнуть точки невозврата, Шира выполнила разворот с креном, соблазняя хелдрейка видом днища «Пустельги». Тварь в предвкушении раскрыла пасть, ведь, ей, наконец, представилась возможность уничтожить цель, но как только злогнемёт выплюнул расплавляющую смерть, пилот резко сбросила скорость, в результате чего машина Хаоса промахнулась. К своему огромному удивлению, женщина обнаружила чудовище прямо в перекрестии прицела.
Имперская академия Военно-космического флота многому учит пилота. Например манёвру, который позволял противнику ненамеренно обогнать твою машину, что Шира сейчас и проделала, действиям для избежания необратимого вращения или максимальной относительной скорости при посадке на корабль-носитель. Однако, существовало множество полезных для пилота навыков и крупиц информации, коих в Академии не получить, а также приёмов и технических данных, неведомых даже адептам Машинного бога, что занимались обслуживанием и сохранением священных летательных аппаратов в перерывах между вылетами и заданиями. Подобные тайные знания можно добыть лишь самостоятельно, за штурвалом истребителя, либо же обмениваясь с другими пилотами. Эта премудрости включали в себя изменение конфигурации катапультируемого кресла таким образом, чтобы оно не убило тебя при первой же активации, или реальную максимальную скорость для безопасной посадки истребителя на движущийся корабль-носитель, пусть и без гарантированной целостности машины по итогу.
Прямо сейчас Шира вдруг вспомнила один такой фрагмент запрещённого знания о полётах, выменянный у ветерана с десятью годами службы за плечами и почти сотней подтверждённых уничтожений чужацких целей – как перенаправить энергию с силовой установки «Пустельги» на лазпушки. В отличие от «Грома», чьей модификацией и являлся вариант для действий в пустоте, у «Пустельги» двигатель внутреннего сгорания был заменён на силовые ячейки, которые обеспечивали машине гораздо большую дальность действия, чем когда-либо смог бы топливный двигатель. Хоть силовая установка «Пустельги» и работала по обособленному контуру во избежание необязательного забора у неё энергии второстепенными системами, тот, кто обладал запретными сведениями касательно внутреннего устройства электроники машины, мог направить энергию в носовые орудия и получить эффект, схожий со стрельбой из стандартного лазружья Имперской Гвардии при использовании пробивной батареи. Нагрузка на силовую установку истребителя будет колоссальная, но с учётом миссии, которую Шира на себя возложила, а именно удерживание хелдрейка подальше от флота, возвращение на ''«Возмездие»'', если то вообще ещё существовало, едва ли рассматривалось.
Вытащив толстый серый провод из разъёма возле колена, Шира вставила его в соседний и вдавила обе кнопки огня. В пространстве между «Пустельгой» и хелдрейком протянулись два копья сверхгорячей энергии, чья яркость могла вызвать ожог на сетчатке. Лучи поразили самое крупное из трёх крыльев в правой части корпуса твари, отчего та вдруг резко остановилась, вынуждая Ширу резко уйти вверх, чтобы избежать столкновения, а затем издала беззвучный вопль. Взглянув через плечо, пилот увидела в крыле неровную дыру. Глаза демонического создания вспыхнули ярче изрыгаемого из пасти огня, и монстр впился в «Пустельгу» убийственным взглядом, прежде чем возобновить охоту.
Отлично. Она его разозлила.
Поехали.
'''766960.M41 / ''«Возмездие»'', блокада Пифоса, система Пандоракс.'''
В ноздри Крансвара бил острый железный запах свежепролитой крови, а в ушах стояли преисполненные боли крики умирающих. С трудом удерживая равновесие на металлической, залитой витэ палубе, он поднял пистолет и выстрелил в одинокого легионера-изменника, который преграждал им путь. Его чёрные доспехи с отделанными золотом кромками блестели почти так же, как и влажный пол. Выпущенная лордом-адмиралом пуля попала чётко в визор перед левым глазом космодесантника и разбила его, рассеяв чары, коими было сковано следовавшее за Крансваром импровизированное ополчение.
Путешествие в недра корабля оказалось тяжёлым и смертельно опасным. Из группы, покинувшей мостик вслед за ним, выжила лишь горстка мужчин и женщин, хотя их численность пополнялась матросами, отбившимися от своих полков имперскими гвардейцами и представителями криминальных слоёв корабельного общества, которые всегда возникали на звездолётах размером с ''«Возмездие»''. Все они сплотились вокруг Крансвара. Без учёта десятков культистов, с коими имперцы вступали в перестрелки и обменивались ударами, а также полуреальных чудовищ, что мчались на них, нечленораздельно тараторя и размахивая конечностями, это был четвёртыми встреченный ими легионер-изменник, и каждый раз космодесантники вызывали одну и ту же реакцию.
Трепет. Чистейший, неподдельный трепет.
Тысячелетия назад для помощи Императору в Его миссии по воссоединению рассеянных по галактике и изолированных остатков людской расы были созданы легионы Космодесанта, но половина из них отвернулась от Него, поклявшись в верности любимому сыну Повелителя Человечества – Гору Луперкалю. Когда астартес освободились от оков служения людям, их методы ведения войны стали ещё более жестокими, а новые боги, которых они стали почитать, открыли им более эффективные способы убивать и порабощать. В конце концов, мятеж Гора подавили, однако, многие последователи восставшего примарха выжили и бежали в варп, откуда они могли вести долгую войну, откалывая по кусочку от обороны Империума до тех пор, пока не настанет день, когда их богохульные знамена станут развеваться над великим дворцом на Терре. Преградивший коридор изменник носил броню Чёрного Легиона – старого братства Гора, ныне переименованного и получившего новые цвета под командованием самого доверенного помощника примарха по имени Абаддон Разоритель.
Стоял ли этот предатель подле Магистра Войны в прошлом? Воевал ли на поверхности величественной Терры, сражаясь против таких легендарных персон, как Сангвиний, Лоргар и могучий Русс? Терзал ли Империум на протяжении последних десяти тысяч лет? Сейчас такие вопросы Крансвара не волновали. Если триста людей под командованием лорда-адмирала добьются своего, жить чернобронной фигуре останется несколько секунд, а не тысяч лет.
Разношёрстная группа членов экипажа бросилась вперёд ещё до того, как стихло разносящееся по коридору эхо выстрела, и толпа поглотила Крансвара. Космодесантник с пугающей стремительностью поднял болтер и скосил первые несколько рядов. Во все стороны брызнула кровь и полетели конечности, но люди не останавливались. Стена из тел столкнулась с продолжавшим стрелять Чёрным Легионером, придавливая того к полу своей массой. Они прыгали на него подобно стае диких псов, колотя всем, что могли использовать в качестве дубинок, или стреляя в упор из лазерных и автопистолетов. Офицер лётно-подъёмного состава с лицом, напоминавшим пазл из разделённых шрамами фрагментов кожи, вогнал лом в разбитую глазную линзу и погрузил инструмент глубоко в череп космодесантника, забрызгав свою грязную форму кровью.
Из-за угла в дальнем конце коридора появился другой Чёрный Легионер, тут же открывший огонь из такого же болтера, как и у его мёртвого товарища. Некоторые люди из мчавшейся в атаку толпы остановились, ошеломлённые видом тёмного убийцы перед ними, однако, их понесло вперёд инерцией бежавших позади. Сколь бы быстро не стрелял космодесантник, он никак не мог перебить всех, поэтому тоже оказался сбит с ног, захлёстнутый волной смертных. Потеряв оружие, астартес принялся бешено наносить удары бронированными кулаками и предплечьями, убивая по три-четыре человека за раз до тех пор, пока двое потрёпанных, истекающих кровью кадийцев не нашли прореху в груде давивших на изменника тел и не разрядили в него лазвинтовки.
Проход перед лордом-адмиралом был завален трупами. Пока он взбирался по образованному ими холму вместе с двумя кадийцами, покрытым шрамами офицером и горсткой остальных выживших, в вокс-бусине в его ухе трещали передаваемые с других кораблей доклады. Уже предчувствуя неминуемую гибель ''«Возмездия»'', звездолёты Хаоса окружили линкор и навели на него все свои орудийные батареи. ''«Несгибаемый»'' не мог прийти ему на помощь, ибо вёл бой с ''«Мощью Гурона»,'' а остальная часть линейного флота находилась слишком далеко, чтобы вести огонь, ведь Крансвар чересчур промедлил с приказом прекратить бессмысленную атаку. Лорд-адмирал невесело усмехнулся. Изначально он хотел перегрузить двигатели исключительно с целью предотвратить захват ''«Возмездия»'' противником, но теперь, когда поблизости находилось так много кораблей Хаоса, вполне возможно флагман сполна оправдает данное ему имя.
Повернув за угол, откуда вышел второй астартес-изменник, группа увидела в конце нового коридора огромные двери машинного отделения, которые казались бледно-красными из-за аварийного освещения. Перейдя на бег, адмирал не успел преодолеть и половины расстояния до них, как вдруг позади раздался напряжённый рёв. Оглянувшийся через плечо Крансвар увидел, как из переплетения конечностей и туловищ мёртвых членов экипажа вырвалась чёрнобронная фигура. Из трещин в её шлеме и доспехах вытекала кровь. Быстрее всех среагировали кадийцы, но им было далеко до улучшенных рефлексов космодесантника. В его руке оказался болт-пистолет, а затем головы двух гвардейцев превратились в багровую дымку. Они даже не успели поднять лазвинтовки.
Рядом с Чёрным Легионером засвистели выстрелы, когда немногочисленные выжившие в панике открыли огонь, отчаянно пытаясь сразить чудовище, но никто не попал, в то время как космодесантник убил четверых сопротивляющихся членов экипажа лишь тремя болтами. Крансвар, боровшийся с желанием выхватить собственное оружие, развернуться и сразиться с астартес-изменником, продолжил бежать. Если он успеет попасть в машинное отделение и закрыть двери, их не сможет вскрыть даже космодесантник с его постчеловеческой мощью. В считанных метрах от цели он вытянул руку, уже готовый ударить по рычагу управления, который распахнёт двойные двери и позволит ему укрыться внутри, однако, тут раздался выстрел из болт-пистолета, вслед за чем нижняя половина правой ноги лорда-адмирала просто исчезла. Мужчина рухнул на пол.
Подняв свое разбитое лицо с холодного металлического пола, Крансвар пополз вперед, всё ближе подтягивая себя к дверям. В этот раз по коридору разнеслось эхо уже других звуков: извлечение магазина, удар его о пол, лязг вставляемого нового. Лорд-адмирал вытянул руку в последний раз и достал до двери, после чего стал подниматься. До рычага оставалось несколько сантиметров, когда вновь раздался выстрел из болт-пистолета. Снаряд по касательной задел нижнюю часть позвоночника Крансвара, отчего тот опять упал на пол, теперь уже парализованный.
Космодесантник-предатель медленно шагал к лежащему ничком лорду-адмиралу под лязг металла о металл. Стоило огромной тени накрыть Крансвара, как вокс-бусина в его ухе ожила, и в эфире зазвучало множество взволнованных голосов. Закрыв глаза, мужчина сосредоточился, пытаясь отсеять фоновый шум и сконцентрироваться на каком-то одном сильном сигнале, вот только после слов главного вокс-офицера ''«Несгибаемого»'' он возжелал, чтобы второй выстрел изменника всё-таки добил его.
— Доклады о многочисленных контактах. Новые корабли пытаются выйти из варп прямо среди нас. Их не меньше десятка, и ни один не передаёт идентификационные коды, — произнесла женщина навзрыд, ибо давно потеряла всякую надежду.
'''766960.M41 / Остатки авиакрыльев истребителей с ''«Возмездия»'' и ''«Несгибаемого».'' Блокада Пифоса, система Пандоракс'''
Наблюдать смерть всегда непросто, будь то исчезновение вражеской машины в яростном пламени, медленная гибель пилота-товарища от радиации или скверны либо же мирный уход любимого человека во сне. Затухание жизни никогда не проходит бесследно, оставляя отпечаток на душе любого, кто стал свидетелем этого. Пристёгнутый к сиденью своей «Пустельги», с израсходованным боезапасом и настойчиво мигающим индикатором мощности, который предупреждал о почти полном отсутствии энергии для двигателя, Барабас Хайк с неохотой приготовился узреть смерть ''«Возмездия».''
Фрегаты и эсминцы Хаоса, словно хищники саванны, кружащие вокруг раненого стадного животного, выстроились в очередь за своим куском туши флагмана. Удивительно, но часть щитов линкора типа «Император» до сих пор держалась, и несмотря на то, что попадавшие в незащищённые секции выстрелы вызывали значительные повреждения конструкции и наносили сопутствующий урон, величественный корабль цеплялся за жизнь, дерзко огрызаясь немногими оставшимися оборонительными турелями и торпедными аппаратами. Пусть и раненое, ''«Возмездие»'' ещё могло дать сдачи.
Хайк с горсткой пилотов имперских истребителей, коим удалось отступить с основной частью флота, летал на периферии сражения с крейсерской скоростью, не в силах что-либо сделать. У них, как и у вражеских машин, закончился боезапас для орудий, а на направляющих пусковых установок отсутствовали ракеты, вот только в отличие от имперцев еретики вернулись на свои ангарные палубы, довольные тем, что их участие в битве подошло к концу. Имперские пилоты не могли позволить себе подобной роскоши. Хайк велел «Пустельгам» попытаться приземлиться на ''«Возмездии»'' отчаянно надеясь на возможность перевооружиться и зарядить силовые установки, но ему пришлось быстро отбросить этот план, ведь, как оказалось, основная и вспомогательная пусковые трубы превратились в гигантские пасти, чьи языки лениво высовывались в пустоту и хватали машины всех, кому хватало глупости подлететь слишком близко. Теперь пилотам оставалось лишь ждать отказа двигателей, после чего они станут дрейфовать в астрономических потоках до тех пор, пока не наступит смерть от обезвоживания.
Естественно, перед этим Хайк собирался приказать всем авиакрыльям выбрать целью один из крупных кораблей Хаоса и попытаться протаранить его. Если им удастся преодолеть противоистребительную оборону, тогда, возможно – только возможно – получится пройти через брешь в щитах и врезаться в корпус. И даже в таком случае шансы уничтожить звездолёт будут крайней малы, но, по крайней мере, пилоты заберут с собой в могилу хоть кого-то из врагов, и погибнут они не напрасно.
— Командир авиакрыла? Вы не замечаете на своём ауспике ничего странного? — раздался в воксе чей-то голос.
Это был Алонси из «Синего крыла».
— Да как только весь этот сыр-бор начался я только странное и вижу, — ответил Хайк. — А сейчас что-то изменилось?
— Я засекаю неопознанные сигналы. Десять… двенадцать, не меньше. Они то появляются, то исчезают, — сказал Алонси.
— Я тоже вижу их, — согласился ещё один голос.
За ним последовали подтверждения и от других пилотов.
Хайк, который за прошедшие часы лишь мельком поглядывал на ауспик из-за эффективного глушения со стороны противника, вперил взгляд в прибор. Не поверив увиденному, он протёр экран рукавом лётного костюма, а когда ничего не изменилось, наконец понял, что глаза его не обманывают.
—Живой Трон! — передал Хайк по общему каналу. — Они собираются выйти из варпа прямо здесь. Убираемся отсюда, сейчас же!
— Да у них с головой что-то не то, если они собрались сделать это так близко к планетарному телу, — добавил Алонси, чьи сопла стали ярко светится оранжевым по мере набора двигателем мощности.
Экспансия человечества меж звёзд оказалась возможной лишь благодаря открытию варп-путешествий – способа за недели или месяцы покрывать огромные расстояния, на преодоление которых при обычных условиях пришлось бы потратить годы, а, возможно, и целые жизни. Это была, в лучшем случае, неточная наука, жуткий союз технологии и колдовства, способный как позволить путешественнику попасть в нужное место в нужное время, так и оставить дрейфовать в имматериуме или же доставить в точку назначения ещё до отправления. Опасная и непредсказуемая природа варп-путешествий повлекла за собой создание множества защитных мер для снижения риска, главной среди которых является запрет на переход в настоящий космос внутри системы, где существует вероятность появиться слишком близко к планете и стать жертвой её гравитационного колодца. Кто бы ни приказал осуществить данный варп-прыжок, он либо совсем отчаявшийся, либо безрассудный. Скорее всего, и то, и другое.
Ткань материума пошла чёрной маслянистой рябью, обозначавшей место выхода из варпа, и на это противоречащее законам реальности явление было больно смотреть. Словно появляющиеся из лона космоса огромные металлические новорождённые, корабли пробились через разрезы в реальности: в самом сердце системы Пандоракс материализовывались десять исполинов с зелёными корпусами, за которыми быстро последовал изящный серебряный крейсер.
«Пустельги» и «Фурии», не успевшие быстро убраться с их пути, врезались в пустотные щиты и были мгновенно расщеплены при контакте с невообразимыми энергиями. Алонси, который летел впереди основной группы истребителей, избежал столкновения сразу, но затем оказался настигнут превосходившим его в скорости капитальным кораблём и стал жертвой носовых щитов. «Пустельга» пилота «Синего крыла» исчезла в крошечном взрыве, едва различимом на фоне звёзд.
Гораздо более опытный или же, возможно, удачливый Хайк выполнил манёвр уклонения как по учебнику, резко кренясь и уходя вверх, чтобы оказаться в свободном пространстве в центре прибывшего флота. Вот только ни опыт, ни удача не могли спасти его от того, что произошло дальше.
На ауспике Хайка запульсировал ещё один сигнал, превосходящий все остальные размерами и заполнивший почти весь экран. «Пустельга» оказалась в зоне турбулентности, а пространство вокруг неё тошнотворным образом заколыхалось. Вливая в двигатели последние капли энергии из ячеек, пилот с силой дёрнул рычаг дросселя вперёд, едва не вырывая его из крепления. Фантомное изображение на ауспике стабилизировалось и, взглянув назад через плечо, Хайк увидел огромный материализующийся астероид.
Порождённая протестующими двигателями вибрация проходила через тело мужчины, который пытался вывести их за пределы возможностей. Пилоту почти удалось обогнать магнитное притяжение астероида, но стоило ему достигнуть края гравитационного колодца, как двигатели с фырканьем заглохли. В силовой установке больше не осталось энергии.
Гигантская скала притягивала «Пустельгу» к себе, а потрескивающие щиты готовились поглотить и человека, и звёздный истребитель. Последнее, что увидел перед смертью Барабас Хайк, была группа проносившихся мимо торпед такого же зелёного цвета, как и десять капитальных кораблей, и с символом крылатого меча на корпусах.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]