6851
правка
Изменения
Перейти к навигации
Перейти к поиску
м
Нет описания правки
— Достойная награда за все усилия. — Он повернулся к капеллану. — Бесполезные сентиментальные напоминания о далёком прошлом. — Он поднял шлем третьей модели, повернул в руках в одну сторону, в другую. — Может это и заинтересует какого-нибудь коллекционера… Но для остальных это просто мусор.
Он бросил шлем на песок. Лишь благодаря всей сдержанности, постигнутой за века охоты в Пустоте, Тангата Ману ещё не набросился на пирата. Но он стоял так же неподвижно, как и земля мёртвого мира. Лишь не мигающий немигающий взор чёрных глаз выдавал бушующий внутри гнев.
— Знаешь, а ты можешь получить всё это обратно. Это ведь безделушки и побрякушки. Думаю, я могу их тебе отдать, а взамен попрошу лишь одну маленькую вещицу, совсем не важный пустяк. — Торговец внимательнее посмотрел на капеллана. — Знаешь, ты ведь можешь спросить о чём я говорю. И ответ не обяжет заключить сделку.
— Но ведь я никак не могу тебе помешать. Почему бы тебе просто не забрать его?
— Потому что мы его на нашли. — Слова сорвались с губ Чжу Ланьшана, пронзив завесу показной вежливости, словно стилеты Оффицио АссассинорумАссасинорум.
— И не найдёте, — улыбнулся Тангата Ману. — ''Эту'' святыню не осквернят нечистые руки.
''Сейчас''.
Он содрогнулся, напрягая все мускулы своего тела. Каталка перевернулась, и , падая , капеллан ударил головой, единственной свободно двигавшейся частью тела, череп псайкера.
Тот раскололся.
По меркам этих созданий существо внутри оказалось довольно похожим на человека. Открыт был лишь его третий глаз, не мигая и неусыпно смотревший в варп и его ужасы. Тангата Ману отвёл взгляд, чтобы случайно не заглянуть внутрь. Навигатор парил в коконе, плавал в амниотической жидкости, словно зародыш, закрыв свои человеческие глаза. Он дремал, отдыхая после тягот перехода через имматериум. Он был обнажён как ребёнок, но конечности стали вялыми и бледными, как у трупа. Навигатор не вышел из пост-переходного торпора, даже не услышал, как капеллан распахивает запечатанные двери его кельи.
Кархарадоны бережно обходились со своими навигаторами. Так было нужно, ведь капитул сражался вдали от света Астрономикона. Навигаторам многое спускали с рук. Мутировавшие отпрыски тысячелетних родословных склеивали Империум воедино. Однако некоторые из Домов домов встретились с тяжёлыми временами или снискали дурную славу, став бродягами, продававшими свои услуги всем, кто был готов платить. Пожалуй, существо происходило из одной такой семьи отступников. Впрочем, капеллана это не особенно интересовало.
Тангата Ману открыл выпускные клапаны, и амниотическая жидкость хлынула на палубу в зловещей пародии на рождение. Навигатор поплыл вслед за ней, опустившись прямо ко дну бака.
Наконец, мутант открыл человеческие глаза. Уставился ввысь, не в силах пошевелиться, не в силах сдвинуть даже слишком тяжёлую голову. Навигатор умер в тишине, так и не увидев лицо своей смерти.
Вернувшись на мостик, Тангата Ману снова включил экраны ауспиков, ища торговца и его наёмников. И тогда он тут же понял, что Чжу явно знал что-то ещё, ведь судя по жизненным показателям он разделил бойцов на три поисковые команды, каждая из которых прочёсывала ближайшие холмы. И пусть Кархарадоны и надёжно замаскировали вход в пещеру, в которой покоилось Зеркало Пустоты, Тангата Ману больше не был уверен, что враг её не найдёт.
Первой целью он выбрал команду, что была ближе к пещере. Капеллан было подумал поискать доспехи, но выбросил мысль из головы. Любой мало-мальски искусный враг вывел бы их из строя, чтобы ими никто не воспользовался до ремонта.
Солнце не поднялось в небо. В это время года и на этой широте на всём протяжении недолгого дня оно покоилось у самого горизонта. Оно было раздувшимся, широким и багровым. Звезда прожила долгую жизнь и одряхлела. Тангата Ману шагнул в тень, обращённую к далёким холмам, и побежал. Обнажённые стопы зашуршали по песку, кинжалы рассекали воздух.
Меж скалами и часовней укрыться было негде. И на открытой местности ему следовало положиться на скорость, времени подкрадываться — не было. Царапины и надрезы от пыток уже покрылись коркой, но на бегу некоторые из более глубоких ран опять начали кровоточить. Кровь потекла по бокам и голеням на ступени, оставлявшие красные отпечатки на оранжевом песке.
А вот и ложбина, ведущая к тайному входу в пещеру. Сливающаяся с длинными тенями глубокая мгла, едва заметная среди выветренных горбатых скал. Планета была такой старой, что со временем сгладились все её грани, пока не остались лишь пологие хребты и приземистые холмы.
Капеллан скользнул в тени. Он знал здесь все скалы и ямы как свои пальцы, отчего мог и продолжать идти, и высматривать наёмников. Вдоль утёсов пронёсся порыв холодного вечернего ветра, поднимая невидимыми пальцами песчаные вихри. Под шелест капеллан ускорил шаг, призраком скользя по ложбине туда, где заметил бойца. Человека. С лазерным ружьём. Он тяжело поднимался по склону, не замечая ничего, как это слишком часто бывает с замыкающими.
Тангата Ману огляделся по сторонам. Фланговые разошлись на десяток метров от центра, достаточно далеко, чтобы падающий снаряд “Василиска” «Василиска» не смог бы убить их всех. А ещё достаточно далеко, чтобы не заметить сразу , что их замыкающий приятель куда-то исчез.
А тот остановился. Остановился и Тангата Ману, застыв на месте, чтобы не привлекать внимания. Но наёмник не оглянулся, а развязал пояс, забросив ружьё на плечо. По песку потекла жидкость.
Тангата Ману позволил ему облегчиться. Когда же бандит начал поправлять штаны, капеллан рукой обхватил ему рот, а другой — затылок, и дёрнул в сторону. Наёмник тут же обмяк. Один тихий перелом разорвал любую связь между мозгом и остальным телом.
— Ты там как, Остен? — окликнул его правый фланговый.
Кархарадон остановился прямо перед Зеркалом Пустоты.
Капитул спрятал святейшую реликвию на виду. Не сведущий Несведущий увидел бы лишь ещё один осколок оплавленной скалы, результат извержения или выстрела грозного имперского оружия. Такие можно было найти повсюду в Галактике. Лишь приглядевшись можно было заметить, насколько на самом деле на самом деле тёмен камень. Свет преломлялся, скользил мимо Зеркала так, словно оно замораживало направленное на него излучение.
Оно было самой тьмой.
Тангата Ману слышал, как в востока и запада приближаются другие команды.
— Уверен, ты уже понял, что я и не собирался сломить тебя таким примитивным допросом. Однако ножи могут не только резать, а ещё и позволить спрятать кое что небольшое. — Чжу Ланьшан поднял руку, и Тангата Ману увидел отслеживающее устройство. Он спиной ощутил передатчик, скрытый под быстро нарастающей шрамовой тканью, и вспомнил как блестел кинжал… от местного обезболивающего, призванного скрыть имплантимплантат.
Торговец умолк, ожидая.
Тангата Ману зашагал навстречу Чжу Ланьшану.
— О, вижу, что нет. Ну что же, тогда пусть переговоры продолжит мой компаньон, . — торговец Торговец отступил на шаг. Инкуб направился навстречу Кархарадону. Друкари был вооружён, закован в доспехи. Его усеянный шипами шлем не выражал ничего, руки покоились на рукояти клэйва. Друкари небрежно взмахнул клинком. Зашипел.
Тангата Ману не сбился с шага. Он продолжал идти, держа в одной руке нож, в другой — лазерное ружьё. Без доспехов он встретил воинственное создание.
Тангата Ману остановился. Он не сводил взгляда с небес. Корабль поднимался всё выше, в разреженные слои атмосферы, уже начинали работать главные двигатели.
Кархародон стоял на мёртвой равнине в окружении реликвий. Он потерпел неудачу. Они захватили Зеркало Пустоты, но сами затерялись, обречённые плыть по волнам Имматериума имматериума или реального мира, пока время или воля случая не приведут их либо на неведомую планету, либо прямо в сердце умирающей звезды.
Позади раздался смех, булькающий, задыхающийся.
— Что-то потерял?
Капеллан бросился к Чжу Ланьшану, но тут уже обмяк. Когда Тангата Ману добрался до торговца, глаза его того затуманились. Предсмертное веселье растворилось в последней пустоте. Он сумел украсть у капеллана даже возможность отомстить.
Высоко в небе пронзительно завыли двигатели ускоряющегося корабля, покидающего разреженные небеса. Тангата Ману, капеллан Кархародонов Астра, не сводил взгляда с опустевших небес. Его захлестнуло осознание, что он только что потерял священнейшую из всех реликвий, вверенную Забытому самим Императором. Его взгляд, не выражающий ничего, как сама безграничная Пустота, смотрел в никуда.
Наконец, Тангата Ману медленно заговорил, выплёвывая слова сквозь сжатые зубы.
— Я отыщу Зеркало, даже если на поиск уйдёт тысяча лет.
