1042
правки
Изменения
Перейти к навигации
Перейти к поиску
Нет описания правки
{{В процессе
|Всего=22
|Сейчас=1314
}}
{{Книга
Джунгли поглотили Серого Рыцаря, и Тзула поняла – она видела его в последний раз.
==='''ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ'''===
'''825960.M41 / Передовой имперский штаб. Крепость Терменос, Пифос'''
— Когда ты уже, наконец, поймёшь, что твои тактики не работают?
Калдор Драйго толкнул инфоплнашет, и тот, проскользив по развёрнутой на столе карте, замер рядом с обозначениями трёх горных крепостей, зачёркнутыми красными крестиками. Уничтожены. Азраил поднял устройство, на экране которого прокручивался мерцающий зелёный текст с данными о потерях личного состава за вчерашний день.
— Восемьсот погибло в Бакире, триста – в Авгриве. Обе крепости захвачены врагом. Абаддон бьёт по нашим самым слабым точкам и продолжает наносить тяжёлые потери. Твоя тактика оперативного реагирования не работает. Мы должны перейти в наступление. Мы должны взять Атику, — заявил Драйго, стуча мясистым кулаком по толстому металлическом столу.
При виде таких разногласий командиры Имперской Гвардии чувствовали себя не в своей тарелке, хотя подобную картину они наблюдали почти каждый день с момента начала Пифосской кампании. Драйго месяцами просил об орбитальной бомбардировке столицы планеты, а Азраил месяцами игнорировал его. Ранее в ходе войны Серым Рыцарям стало очевидно, что демонические силы появлялись под Атикой, поэтому верховный гроссмейстер отдавал предпочтение другой стратегии: лишить противника источника подкреплений. Тёмный Ангел не соглашался.
Атика была домом для крупнейшего скопления людей на планете, и Удар заблаговременно отправил жителей города-улья укрыться в системе пещер, чем, скорее всего, и спас их всех. Драйго заявлял, что после падения Атики оттуда не приходило никаких вестей, но спорящий с ним Азраил говорил о необходимости получения неопровержимого доказательства гибели населения, а до тех пор имперские силы будут считать его живым. Верховный великий магистр как будто бы играл на публику, показывая командирам освободительной армии как он ценит человеческие жизни.
Ирония этого не укрылась от Драйго. Он прекрасно знал, какую безжалостность мог проявлять Азраил, когда дело касалось защиты драгоценных секретов его капитула, и сколькими людьми мог пожертвовать, лишь бы не дать кому-то узнать о них. У верховного гроссмейстера имелись лишь основанные на некоторой информации догадки касательно природы тех тайн, но как раз благодаря своему знанию о методах Тёмных Ангелов ему и удалось добиться от Азраила выполнения древнего договора.
— Эту кампанию ведёт Абаддон, причём, как и я, ведёт её с фронта, — стоял на своём верховный великий магистр. Боевые повреждения доспехов красноречиво говорили о том, в скольких боях Тёмный Ангел принял участие. — Тактика оперативного реагирования преследует две цели. Придерживаясь её, мы сохраняем жизни имперских гвардейцев, и она же приведёт нас к Магистру Войны.
— А тем временем, Проклятый Тайник пополняет его армию демонами, пока мы продолжаем заниматься бесполезными делами, — фыркнул Серый Рыцарь.
Как обычно в ходе подобных обсуждений стратегии, представители Имперской Гвардии были простыми наблюдателями, встревоженными зрителями, которые смотрели на непрекращающиеся стычки между двумя космодесантниками-командующими. Лишь одному из них хватало яиц и выдержки возражать верховным гроссмейстеру и великому магистру, не говоря уже о том, чтобы держать речь на этих встречах.
— Какие потери понёс вчера противник? — спросил полковник Удар.
Хотя он и отказался занять позицию общевойскового командира Имперской Гвардии в Группировке отвоёвывания Пифоса, и Азраил, и Драйго настояли на том, чтобы он вошёл в состав передовой командной структуры на поверхности. Кадийский полковник по имени Кардин оставался с флотом, контролируя развёртывание войск, линии снабжения и ротации, но фактически боевыми операциями Имперской Гвардии на Пифос руководил Удар, пусть и руководствуясь суждениями обоих магистров капитулов.
Азраил ещё раз взглянул на планшет.
— Ликвидировано двадцать два легионера. В полтора раза больше подтверждённых убийств демонов. Уничтожено не меньше тысячи культистов.
— Ничтожные потери для их армии. Если будем продолжать всё так же бросать людей на защиту шахт, то долго не продержимся. Война на истощение приведёт лишь к нашему поражению.
Другие имперские гвардейцы, сидевшие за столом, стали беспокойно ёрзать и нервно переглядываться. Они терпеть не могли Удара, чтобы было взаимно. С момента прибытия на Пифос сил отвоёвывания катачанцы несли гораздо меньше потерь, чем остальные полки, так как противник избегал крепостей, которые оборонялись выходцами с мира смерти. Кроме того, полковник отказывался выводить бойцов на орбиту для отдыха, предпочитая вместо этого держать их на линии фронта, что 183-й принял безо всяких возражений.
— И какой вариант действий предложили бы вы, полковник? — беззлобно поинтересовался Азраил.
Верховный великий магистр Тёмных Ангелов являлся, в первую очередь, прагматиком, и, если бы ему показали лучший способ сражаться в этой войны, именно так бы он сражаться и стал. По мнению Драйго, из всех присутствующих за столом больше всего шансов подобрать ключ к победе было у Удара. Хотя Азраил и испытывал сильную личную неприязнь к Серому Рыцарю, его прагматизм позволял ему видеть в верховном гроссмейстере равного себе, по крайней мере, в вопросах ведения боевых действий.
— Космодесантник и инквизитор не вышли на связь, — произнёс полковник. И Азраил, и Драйго пришли в негодование при упоминании Эпиметея. — Мы должны исходить из того, что они, как и всё население Атики, мертвы. Я согласен с лордом Драйго. Орбитальная бомбардировка улья и последующий наземный штурм — единственный способ выиграть эту войну.
Внял бы Азраил совету полковника или нет, так и осталось загадкой, ибо в пункт управления вошёл синебронный Тёмный Ангел с новостями. Откинув капюшон, он явил присутствующим молодое лицо и недавно отполированные доспехи. Воину точно было не больше тридцати, а пристальный взгляд его зелёных глаз простирался куда-то вдаль, словно космодесантник искал нечто за пределами своего зрения.
— Кодиций Турмиил. Ты принёс нам вести? — спросил Азраил.
Библиарий уважительно кивнул сначала верховному великому магистру, затем Драйго. Серый Рыцарь ответил ему тем же.
— Так и есть, лорд Азраил. Мы получили запрос о подкреплении от магистра Гавриила с горы Дхуме. Крепость там атакована небольшими силами Чёрного Легиона. Они уже много часов находятся под огнём.
— У Гавриила тридцать воинов Крыла Смерти и несколько тысяч имперских гвардейцев. Зачем ему понадобились подкрепления? Неужели жара джунглей иссушила его мужество? — ответил верховный великий магистр.
— Нет, лорд Азраил. — Турмиил обвёл взором собравшихся командиров Имперской Гвардии. Удар почувствовал себя так, будто библиарий посмотрел сквозь него, словно полковника и вовсе не существовало. — У магистра Гавриила есть визуальное подтверждение того, что Абаддон лично возглавляет штурм.
'''826960.M41 / Болота смерти. Шестьдесят три километра к югу-западу от Атики, Пифос'''
Они снялись с лагеря, когда сквозь кроны деревьев высоко наверху начали пробиваться первые лучи рассвета. Тзула затушила дотлевающие угли лагерного костра, а затем разметала ногой пепел, не желая оставлять никаких следов их прохождения здесь вражеским патрулям. Через несколько минут после пробуждения группа уже вернулась на ведущую к Терменосу джунглевую тропу. Эта дорога оказалась открыта благодаря отступлению болотной воды.
Новые спутники Тзулы были мрачны, что неудивительно, ведь они четверо оказались единственными выжившими из целого взвода катачанцев, размещённого в Мортенскрепи – небольшой горной крепости на восточном крае Олимпакской горной цепи. Несмотря на близость к Атике, до недавних пор Мортенскрепь не привлекала внимания сил Хаоса, но три ночи назад рейдерская группа Чёрного Легиона при поддержке тараторящих, порождённых варпом чудовищ ударила под покровом темноты, уничтожив почти пятьдесят имперских гвардейцев и отделение Тёмных Ангелов, которые тоже являлись частью гарнизона. Тзула наблюдала за атакой с места своей ночёвки той ночью. Поначалу она решила, будто началась несезонная буря, и ошибочно приняла далёкие хлопки гранат и взрывы ракет за гром, вот только спорадические вспышки света высоко в горах с молниями никак не перепутать.
Инквизитор раздумывала над тем, чтобы изменить маршрут ради поиска выживших, однако, она осознавала всю бессмысленность этой затеи. По её опыту, если укрепление оказывалось в руках противника, никого дружественного там в живых не оставалось. Кроме того, без Эпиметея рядом женщина гораздо меньше склонялась к действиям, из-за которых атам рисковал попасть в лапы Архиврага.
По итогу, как раз таки выжившие после нападения на Мортенскрепь и нашли её, а не наоборот. Позже вечером, после прекращения вспышек на далекой горе, инквизитор приступила к поиску места для лагеря и в процессе сильно удивилась, внезапно обнаружив нож у своего горла и крепкое предплечье на затылке. К счастью для инквизитора, четверо катачанцев незаметно следили за ней на протяжении почти часа, и за это время сержант по имени Магрик узнала Тзулу, так как они встречались ещё в битве за доки Атики. Осторожно подкравшись сзади, сержант поприветствовала инквизитора приставленным к глотке «когтем».
Тзула привыкла слышать от катачанцев беззлобные обмены уколами, но среди этих бойцов ничего подобного не было. Пробираясь сквозь подлесок, никто из них не острил и не шутил. Однако, боевая готовность сохранялась на уровне: лазвинтовки имперские гвардейцы держали чуть выше пояса, готовые прицелиться в сторону малейшего признака движения. Теперь самую большую угрозу в джунглях Пифоса представляли вражеские подразделения, но хоть большая часть местной фауны и стала жертвой охотящихся ради забавы демонов, в зарослях до сих пор таилось немало голодных хищников.
Когда розовые рассветные лучи начали сменяться жёлтым светом раннего утра, Магрик дала им знак спрятаться. Остальные три катачанца – Трондар, Сантарини и ветеран по имени Гдолни – растворились в зелени по другую сторону тропы, а Тзула и Магрик укрылись за толстым стволом древнего красного дерева. Сержант подняла голову таким образом, чтобы её ухо могло уловить любой звук, несомый едва уловимым ветерком. Что-то услышав, она повернулась к инквизитору и показал в ту сторону, откуда, по её мнению, доносились звуки.
Если бы Магрик была мужчиной, её бы описали как седого ветерана с глубокими резкими морщинами на высеченном битвами лице, но, так как сержант была женщиной, она бы, вне всяких сомнений, получила бы более снисходительную характеристику. «В жизни ей досталось по полной». Вот только Магрик выросла на Катачане. Это не ей досталось в жизни по полной, это она на полную проживала свою жизнь.
Тзула повернула ухо в ту сторону, откуда дул лёгкий ветер, и почти сразу же услышала шум двигателей. Множества двигателей.
Магрик опустилась на корточки, прикладывая ладонь к земле. Что бы там ни заставляло джунглевую почву вибрировать, сержанта это не впечатлило. Вновь поднявшись, она сняла пару гранат с перекинутой через плечо бандольеры и дала одну Тзуле.
— Боевые машины. Много, — произнесла Магрик приглушённым и одновременно громким тоном, к которому, судя по всему, прибегали все катачанцы перед неминуемым сражением. — Не кидай её в корпус, а то отскочит. Закатывай под ходовую часть. Внизу броня обычно слабее.
Абаддон мог вводить в бой значительное количество техники ещё с самых первых дней вторжения, что и было главной причиной, почему 183-й предпочитал сражаться в горных крепостях, куда не добраться демоническим машинам и прочим гусеничным чудовищам. Учитывая то, как много техники сейчас имелось у сил Хаоса, Абаддон явно организовал где-то на Пифосе кузню, ответственную за её производство.
Катачанцы по другую сторону широкой тропы последовали примеру Магрик, готовя гранаты и ожидая появления целей. Если их атака пройдёт как надо, катачанцы вновь растворятся в джунглях еще до того, как уничтоженные машины из первых рядов, что преградят путь двигающимся позади, будут убраны с дороги. Вряд ли это остановит колонну, но уж точно замедлит.
Низкий гул становился всё громче, а вибрации, которые Магрик ощущала ладонью, теперь проходили сквозь ноги Тзулы. Сержант выглядела озабоченной.
— Их больше, чем я думала, — пожаловалась катачанка, снимая с бандольеры ещё одну гранату. Больше она ничего не смогла сказать, так как гул двигателей перерос в полноценный рёв, полностью заглушавший любые другие звуки. — Гораздо больше, мать его, — прочитала по губам Тзула.
Гораздо раньше, чем ожидал кто-либо из группы, над краем кряжа появилась пушка чего-то огромного, валившего деревья перед собой.
Крик Магрик «Сейчас!» утонул в грохоте, и Тзула выступила из укрытия, готовая уничтожить то, что несло на себе это чудовищное орудие.
'''826960.M41 / Горная крепость 2761/б. Гора Дхуме, Пифос'''
Огибая горный пик по широкой дуге, «Громовой ястреб» кренился вправо, позволяя Азраилу впервые увидеть бушующую внизу битву. Густой чёрный дым плыл над пологим склоном, который вёл ко входу в шахту, и источником его являлись остовы двух «Носорогов» – шипастых и порченых подобий собственных бронетранспортёров Тёмных Ангелов. Склон испещряли трупы в чёрных доспехах, но мертвецов из числа Имперской Гвардии там было несравнимо больше. К ужасу верховного великого магистра, среди них он увидел и несколько тел в костяно-белой броне Крыла Смерти. Вспышки выстрелов выдавали позиции предателей, которые наступали на крепость под шквалом огня, что обрушивали на них защитники из входа в шахту и из-за укрытий вдоль подступов к нему.
Рядом с Азраилом в кабине «Громового ястреба» стоял позади двух пилотов Калдор Драйго, тоже наблюдавший за сражением. Тёмные Ангелы отреагировали на нападение максимально стремительно, отозвав из ближайших к Терменосу крепостей доступные силы и поднявшись в воздух уже через три часа после получения сообщения от Гавриила. Хоть капитул и не отправился на помощь полным составом, как это было при освобождении ''«Возмездия»,'' сейчас над горой Дхуме находилось более половины всех Тёмных Ангелов, готовившихся защитить крепость и уничтожить Абаддона Разорителя – этой пагубы, что вредила Империуму ещё с тех времён, когда Император ходил среди живых. По бокам от них летели сотни «Валькирий», набитых имперскими гвардейцами, коим предстояло помочь космодесантникам, а ещё выше парили ангелы-хранители воздушной армады – десять «Тёмных когтей».
К большой досаде Драйго, его братство Серых Рыцарей, которые до сих пор очень редко принимали участие в Пифосской кампании, не поучаствует и в грядущем бою.
Игнорируя просьбу верховного гроссмейстера дать Серым Рыцарям время высадиться на поверхность, Азраил настаивал на том, что скорость – это самое главное, и что нельзя позволить Абаддону ускользнуть. Если бы Драйго не присутствовал в тот момент, когда было получено сообщение, владыка Тёмных Ангелов не позволил бы принять участие в операции и ему, в чём Серый Рыцарь ни капли не сомневался. Находись тогда верховный гроссмейстер вместе со флотом, он бы так ничего и не узнал, а копилка секретов Азраила пополнилась бы ещё одним.
— Я до сих пор считаю план безрассудным, Азраил, — прорычал Драйго. — Ты задействуешь слишком крупные силы. А что, если мы клюнули на уловку Абаддона и дали ему возможность атаковать те крепости, которые ты оставил без защиты? Посмотри вниз. Разве это похоже на армию, достаточную для захвата крепости с тридцатью терминаторами и несколькими батальонами Имперской Армии внутри? Или ту, которая сможет продержаться до тех пор, пока не прибудут подкрепления?
— Это играет нам на руку. Если Абаддон решил так сильно растянуть свою армию, тогда вряд ли он успеет получить дополнительные силы до конца сражения. Даже если мы и потеряем несколько крепостей, то будет малая цена за уничтожение Абаддона. — Верховный великий магистр указал на большое плато за позициями Чёрного Легиона. — Высади нас там, — велел он пилоту.
— Это если Абаддон вообще возглавляет штурм, — резко возразил Драйго.
— Раз великий магистр моей Первой роты говорит, что Абаддон здесь, значит он здесь, — рявкнул Азраил, словно Серый Рыцарь сомневался в его собственных словах.
— Тогда мы должны задать себе главный вопрос, — произнёс верховный гроссмейстер. Он принялся готовить снаряжение, чтобы ринуться в бой сразу же, как откроются двери «Громового ястреба». — А ''зачем'' он здесь?
Поднявшись из укрытия, Вальтасар обрушил шквал снарядов из штормового болтера на приближавшихся к его позиции Чёрных Легионеров, вынуждая их рассеяться. Позади него, пятеро мордианцев, чья некогда идеальная голубая форма была покрыта слоем пыли далёкого мира, в который их отправили сражаться, и заляпана кровью товарищей, тоже поднялись над перевёрнутой шахтной вагонеткой и начали стрелять из лазвинтовок. Один из предателей рухнул, подстреленный Вальтасаром, после чего упавшего врага добили сосредоточенным огнём гвардейцы.
Другой космодесантник-изменник – зверюга в древней силовой броне, не уступавшая размерами Вальтазару в его терминаторских доспехах – разорвал двух мордианцев парой выстрелов из болтера. Задёргавшиеся в конвульсиях и практически располовиненные, оба мужчины умерли ещё прежде, чем их тела коснулись земли. Тёмный Ангел узнал воина. Именно он убил брата Иефаила ранее этим днём, безжалостно застрелив того, когда терминатор бросился на помощь раненому товарищу из Крыла Смерти.
Вальтасар ухмыльнулся под шлемом. Как и все члены его ордена, превыше всего он жаждал возмездия, которое окрашивалось всё более мрачными красками по мере того, как Вальтасар поднимался в иерархии Тёмных Ангелов. Его уже посвятили в самые оберегаемые тайны капитула, согласно которым во время галактической гражданской войны десять тысяч лет назад больше половины тогда ещё легиона Тёмных Ангелов разделило свою судьбу с Губительными Силами, отвернувшись и от Императора, и от примарха. За те считанные годы, прошедшие с момента вступления Вальтасара в ряды Крыла Смерти, он уже несколько раз поучаствовал в охоте на этих бывших боевых братьев – Падших, как их называли во внутреннем круге – и не единожды возвращался на Скалу в качестве конвоира. Тёмные Ангелы были терпеливыми охотниками и разыгрывали долгие партии длительностью в целые века, чтобы поймать свою добычу, но иногда Вселенная дарила им шанс осуществить возмездие мгновенно. Враг перед ним не являлся Падшим, но очень скоро Вальтасар отомстит за Иефаила.
Боковым зрением он заметил, как другой Чёрный Легионер прицелился в него из болтера, однако воин Крыла Смерти успел вскинуть штормовой болтер и разнести лицевую пластину предателя прежде, чем тот успел открыть ответный огонь. Вальтасар обнажил силовой меч, активировал расщепляющее поле клинка и со всей силы рубанул по убийце Иефаила сверху вниз, приводя в негодность болтер изменника. Обратным движением он оставил борозду в нагруднике врага. Лишившийся оружия космодесантник-изменник выхватил висевший на бедре цепной меч и завёл его взревевший мотор, приготовившись к дуэли с Темным Ангелом.
Видя, что происходит, и желая дать Вальтасару возможность осуществить справедливое возмездие за смерть их брата, другие воины Крыла Смерти вышли из-за укрытий и вступили в бой с перегруппировывающимися Чёрными Легионерами, чем вдохновили ещё больше мордианцев сделать то же самое. Сражавшиеся плечом к плечу Гавриил и Варахиил оттеснили бросившихся в контратаку врагов скоординированным огнём, разорвав на клочки трёх тёмнобронных изменников.
Меч Вальтасара, превратившийся в размытое пятно потрескивающей синей энергии, рассёк воздух, но Чёрный Легионер в последний момент поднял собственный цепной клинок и блокировал удар. Во все стороны полетели зубья. Оба воина давили на оружие, которое протестовало против таких нагрузок. Хоть предатель и носил лишь обычную древнюю броню, возможно, некогда окрашенную в цвета сначала Лунных Волков, а затем и сынов Хоруса, он не уступал мощью Вальтасару, пользовавшемуся преимуществами комплекта тактических дредноутских доспехов. Сервоприводы и мышцы Тёмного Ангела работали на пределе. Терминатор подался чуть назад, слегка выводя противника из равновесия и отводя силовой клинок назад, прочь от визжащего цепного меча, после чего вновь атаковал. Временно оказавшись во власти инерции, изменник сделал шаг навстречу окутанному энергией лезвию, однако, невзирая на огромные габариты, каким-то образом умудрился крутануться и избежать попадания. Вальтасар задел Чёрного Легионера остриём, оставив глубокую борозду в его талии. Потёкшая из разрыва в броне багровая жидкость запятнала чёрный как смоль керамит.
Легионер не издал яростного рева, характерного для лакея Кровавого бога, и не начал наслаждаться болью, подобно последователю Принца Удовольствий. Вместо этого изменник, как мастерский воин, которым он, вне всяких сомнений, и являлся, принял защитную стойку в ожидании следующего удара. Спустя мгновение слово ''«являлся»'' стало ключевым.
Вдруг в землю перед ним ударили болты, взметая в воздух каменную крошку, и к Черному Легионеру протянулась цепочка крошечных взрывов, возникающих примерно через каждые два метра. Когда снаряды тяжёлого болтера достигли предателя, пыль сменилась кровавым облаком с потрохами, ибо его разорвало десятком попаданий за считанные секунды. Изменник рухнул лицом вперёд, и защищённая шлемом голова оказалась прямо у ног Вальтасара. Терминатор вонзил силовой меч в череп павшего врага, при этом стараясь не повредить геносемя в горле.
Вытащив клинок из трупа, он обернулся в поисках того, что погубило Чёрного Легионера, и увидел небеса, заполненные летательными аппаратами Тёмных Ангелов и Имперского Военно-космического флота, которые вылетали из-за гор. Во главе их находился ''«Рёв возмездия»'' – самый древний из всех «Громовых ястребов» капитула, служивший личным транспортом верховного великого магистра Азраила, когда тот шёл на войну вместе со своими боевыми братьями. Стоило машине приблизиться, как Вальтасар заметил всё ещё дымящиеся стволы носовых тяжёлых болтеров и благодарно отсалютовал мечом. Терминатора лишили возможности одержать победу в схватке один на один, но его это не волновало. Главное, что Иефаил был отмщён Тёмными Ангелами. Когда ''«Рёв возмездия»'' пролетал мимо Вальтасара на низкой высоте, тот увидел в кабине Азраила, салютующего ему в ответ.
Вернув меч в ножны и открыв огонь из штормового болтера, Вальтасар помчался вниз по склону, чтобы помочь обезопасить зону высадки.
'''826960.M41 / Челнок Инквизиции ''«Благочестивый»''. Имперский флот, система Пандоракс'''
— Я всё ещё ничего не вижу, — произнесла сидевшая в кресле пилота Шира, наклоняясь поближе к стеклу кабины экипажа и всматриваясь наружу.
Всюду вокруг неё на консолях и приборных панелях вспыхивали индикаторы и крутились круговые шкалы, и женщина не имела ни малейшего понятия о предназначении или функции многих из них. Челнок, оставленный Тзулой в джунглях, очень сильно отличался от «Пустельги» и, хоть принципы пилотирования были те же, Шира прекрасно понимала, что тут имелись системы, о которых она даже не подозревала и которые помогли бы им в путешествии. По крайней мере, она разобралась, как работает маскирующая система, благодаря чему машина незамеченной скользила меж кораблей Флота отвоёвывания Пифоса, сбитых в монолитные группы.
— Это не то, что ты можешь увидеть, — пояснил Эпиметей, стоявший над креслом второго пилота, слишком маленького для его габаритов. — А то, что не можешь.
Шира повернулась и взглянула на космодесантника.
— Не очень-то помогло, знаете-ли.
— Вот. Попробуй ещё раз — сказал Серый Рыцарь.
Отвернувшись, женщина ощутила покалывание вокруг глаз. Эпиметей использовал свои силы на Шире лишь пару раз, но её все равно это смущало, ведь он никогда не спрашивал разрешения и не предупреждал о том, что собирался сделать. Проведённая им пару дней назад «одержимость» была особенно агрессивной, и пилот до сих не оправилась полностью от последствий – странного чувства, которое она не могла ни конкретизировать, ни стряхнуть с себя.
— Мне жаль, но это необходимо, — добавил Эпиметей, если и не прочтя мысли, то уж явно ощутив дискомфорт Ширы. — Теперь видишь?
Краем глаза женщина заметила формирующуюся пурпурную дымку. Она прищурилась и, словно смотря через туннель, заметила нечто нечёткое, что вдруг возникло в пустоте.
— Думаю, да, — ответила она. — Словно кто-то оторвал кусок космоса и разместил там, где его быть не должно.
Эпиметей улыбнулся.
— Именно. А теперь сможешь подвести нас поближе?
Вблизи ''«Ламентация»'' – такой позывной сигнал передавал корабль – отчётливо напоминала своими очертаниями фрегат снабжения типа «Нептун», только укрытый сотканной из пустоты завесой. На его корпусе виднелись желоба и впадины, а также выпуклости и возвышенности, являвшие собой ауспикаторные комплексы и оборудование для связи. Звездолёт не был невидимым, а, скорее, окутанным со всех сторон тканью пространства.
— Ближе к корме корабля должна располагаться посадочная палуба. Посади челнок на верхней поверхности корпуса, внутрь я проникну сам, — велел Эпиметей, отчего Шира нахмурилась. — Слишком рискованно пытаться приземлиться на борту. Даже если палубу не охраняют, на мостике активируются датчики прибытия и предупредят экипаж.
Удовлетворённая объяснением космодесантника, женщина снизила скорость челнока, чтобы найти на корпусе свободный участок для приземления. Завидев в самом конце кормовой части место, которое выглядело ровнее прочих, пилот собралась выпустить шасси. По привычке она опустила руку вниз, под консоль, ища необходимый рычаг, но затем вспомнила, что управляет не «Пустельгой», и выровнялась, после чего начала изучать бесконечное множество мигающих кнопок управления.
— Какие-то проблемы? — спросил Эпиметей, когда Шира провела челнок над кормой ''«Ламентации»'', развернулась на сто восемьдесят градусов обратно и полетела обратно.
— Нет. Никаких проблем, — небрежным тоном ответила она, пытаясь найти кнопку, которая могла отвечать за выпуск шасси.
Её взгляд метался между незнакомыми значками и рунами.
— Если ты ищешь шасси,— сказал Серый Рыцарь, перегнувшись через кресло пилота и вытянув руку, — то вот эта.
Он ткнул огромным пальцем в одну из мигающих кнопок, вслед за чем раздалось глухое жужжание выдвигающихся из нижней части челнока трёх «лап» с магнитами.
— Именно её я и хотела нажать, — неубедительно отозвалась Шира.
— Ну конечно, — с улыбкой произнёс космодесантник. Воин снял с бедра шлем и надел его на голову, где тот с шипением загерметизировался. — Как только я покину борт, возвращайся на Пифос и найди Тзулу с Ударом. Если все идёт по плану, они уже должны будут готовиться к штурму Атики, когда ты их разыщешь.
— Но… — запротестовала пилот.
— Никаких «но», Шира. Это приказ.
Не давая ей возможности возразить, Эпиметей прошагал в задний отсек челнока и приготовился к высадке.
'''826960.M41 / Горная крепость 2761/б. Гора Дхуме, Пифос'''
Пушка «Адский молот» с грохотом изрыгнула свою взрывчатую ярость ещё до того, как несущие танк «Валькирии» начали посадку.
Сидевший в командном отделении Удар руководил процессом перезарядки и стрельбы. Он не выбирал какие-то конкретные цели, а просто обрушивал огонь на подавление, чтобы прикрыть наступление объединённых сил катачанцев и Тёмных Ангелов. Когда до земли оставалось ещё несколько метров, четыре «Валькирии», переправлявшие машину из Терменоса, отсоединили толстые металлические цепи, на которых висел ''«Бич предателей»,'' и танк упал, раскалывая каменистую землю под собой. Благодаря усовершенствованной К’сии системе гашения ударов, экипажу показалось, будто они приземлились на песок. Джокаэро выпятил нижнюю челюсть и удовлетворенно кивнул. Паля из всех орудий, «Адский молот» устремился к вражеским позициям сразу же, стоило ему коснуться земли.
«Носорог» подбросило высоко в воздух, а затем его пылающий остов рухнул на двух Чёрных Легионеров, которые использовали бронетранспортёр в качестве укрытия. Ствол главной пушки ''«Бича предателей»'' повернулся в сторону второго «Носорога», вынудив полудюжину прятавшихся за ним изменников спешно отступить. Двое так и не вышли из тени машины, скошенные болтерным огнём отделения Тёмных Ангелов с прыжковыми ранцами, что десантировались со стремительно несущегося «Громового ястреба» прямо в полёте, а горстка тех, кто избежал судьбы своих товарищей, попала под обстрел плазменной пушки ''«Корвекса»''. Сверхнагретый водород прожигал броню и поджаривал плоть и органы под ней. Грациозно развернув реацикл на сто восемьдесят градусов, повелитель Крыла Ворона промчался над дымящимися космодесантниками-изменниками, чтобы добить любого выжившего.
Ободренные прибытием подкреплений, мордианские солдаты, которые занимали укрытия на входе в шахту, бросились вниз по склону, в результате чего враг оказался между зелёной волной с одной стороны и голубой – с другой. В атаку имперских гвардейцев вели Гавриил и его Крыло Смерти, чьи выделяющиеся белые доспехи напоминали бурун.
У зажатых сил Чёрного Легиона не было ни единого шанса.
Через смотровую щель ''«Бича предателей»'' Удар наблюдал, как подходы к шахте превращаются в котёл, заливаемый лазерным и болтерным огнём. Так как путей отхода не имелось, горстка оставшихся Чёрных Легионеров попытался организовать отчаянную оборону, сражаясь спина к спине и скашивая гвардейцев десятками. Однако, это ничего не изменило.
Фигуры в силовой броне, возглавляемые Азраилом и Драйго, пробирались сквозь толпу людей, причём некоторых Тёмные Ангелы отталкивали в своём стремлении как можно быстрее прикончить изменников. Воины Крыла Смерти приближались с другой стороны, окаймляя огнём последних выживших Чёрных Легионеров.
Ни одна из сторон не просила о пощаде, не призывала бросить оружие и не предлагала сдаться. Никто не молил сохранить ему жизнь, и никто не прекращал стрелять до тех пор, пока лёгкие не испускали последний вздох и пока не переставали биться сердца. Менее чем через три минуты после того, как ''«Рёв возмездия»'' перелетел через вершину горы Дхуме, Чёрный Легион потерпел поражение.
Это был полный разгром. Если бы Азраил привел с собой треть своих сил – да даже четверть – их всё равно хватило бы для одержания убедительной победы, вот только верховный великий магистр и Тёмные Ангелы не выглядели довольными. Между Азраилом, Драйго и Гавриилом, стоявшими над трупами Чёрных Легионеров, разгорелось бурное обсуждение. Тем временем убитых врагов переворачивали на спины, а затем вскрывали им шлемы остриями мечей, дабы идентифицировать по лицам. Неудовлетворённый результатом Азраил вплотную подошел к Гавриилу, едва сдерживая негодование, которое грозило выплеснуться в насилие. Магистр Крыла Смерти не сдвинулся с места. Спустя несколько мгновений верховный великий магистр отошёл от него и запрокинул голову.
— Абаддон! Покажись. Выйди и сойдись со мной на поле боя вместо того, чтобы прятаться за камнями как трусливый изменник, коим ты и являешься, — проревел Азраил.
Он медленно повернулся, рассматривая окружающие вершины и скалы на предмет признаков движения. Все люди и космодесантники вокруг него сделали то же самое.
Разносящее его слова эхо уже практически затихло, как вдруг на высоком выступе над местом сражения появился силуэт огромной фигуры, чья правая рука заканчивалась потрескивающими силовыми когтями. Левую, с мечом, она воздел к небесам, но то был не знак приветствия, а угроза. Затем Абаддон резко рубанул клинком воздух.
Волосы на руках сидевшего внутри танка Удара встали дыбом. В ноздри же ударил запах озона вперемешку с чем-то жжённым.
'''826960.M41 / ''«Ламентация»''. Имперский флот, система Пандоракс'''
Как и предполагал Эпиметей, его проникновение на борт корабля снабжения прошло без происшествий. Посадочная палуба оказалась пуста, за исключение нескольких истребителей-перехватчиков Хаоса, которые можно было использовать для уничтожения любого имперского судна, что проявит слишком большой интерес к ''«Ламентации»'' ну или, вероятнее всего, для бегства, если план Корпулакса и Гурона Чёрное Сердце провалится. Охраны на палубе не имелось, как и почти не наблюдалось признаков недавней активности.
Чем глубже забирался Серый Рыцарь, тем сильнее менялось окружение. Трупы членов экипажа гнили там же, где их и убили. У многих виднелись раны на затылках и спинах, ибо в них стреляли сзади. Судя по всему, захватчики подобно космодесантнику попали на борт незаметно и захватили его. У тех, у кого отсутствовали раны в задней части тел, были перерезаны глотки. Так напавшие удостоверялись, что жертвы не смогут закричать и позвать на помощь.
Но именно мёртвым повезло больше всего.
Как и в Атике, здесь по коридорам ходили шатающиеся чумные зомби, но вместо камней и руды они носили фиалы с ядом и контейнеры с едой, предназначенные для отравления запасов провизии флота. А ещё их надсмотрщиками являлись не чумные десантники, а воины в багровых доспехах. Красная краска была груба нанесена поверх слоя изначальной.
Красные Корсары. Вместо того, чтобы просить Тзулу объяснить ему, кто такой Гурон Чёрное Сердце, Эпиметей просто извлёк информацию прямиком из её разума. Открывшееся Серому Рыцарю шокировало его. Десять тысяч лет назад из-за Хоруса от Императора отвернулась половина легионов, но это продолжалось и по сей день, причём зачастую воины предавали добровольно. Это никак не укладывалось у Эпиметея в голове. Неужели история никого ничему не научила, и ложные обещания Тёмных Сил до сих казались кому-то манящими? Неважно. Кровь космодесантника кипела от желания осуществить возмездие, и очень скоро, когда корабль будет уничтожен, он свершит месть невзирая на цену.
Серому Рыцарю приходилось держаться теней и прятаться в каютах и спальных помещениях экипажа, дабы избежать обнаружения. Несмотря на жажду передушить всех предателей, последнее, чего он хотел, это выдать своё присутствие пиратам на борту, поэтому продвижение к цели было медленным и размеренным.
Благодаря собственным психическом дарам Эпиметей обнаружил на корабле два места с наибольшей колдовской активностью. Одно располагалось посередине корабля, а другое – несколькими палубами ниже. Тем не менее, оба ярко пылали в варпе подобно маякам. Благодаря пергаментной схеме звездолёта, найденной в одной из офицерских кают, Серый Рыцарь обнаружил, что первое место лежало по пути ко второму, поэтому именно туда космодесантник и направился.
Корабль менялся всё сильнее. Поначалу это были просто пятна изморози на переборках, но постепенно металл начинал принимать новые формы и образовывать какие-то причудливые ветви, которые свисали с потолка на манер полипов. Чумные зомби и их надзиратели стали встречаться реже, словно данной части звездолёта избегали из-за изменений и их мистической природы.
Психический резонанс усилился, и Эпиметей достал болт-пистолет, уверенный в том, что звуки выстрелов не услышит никто, кроме его целей. Прислонившись спиной к покрытой блестевшим льдом стене, он двигался боком вдоль неё в сторону открытого люка, из-за которого доносились голоса. Находясь в такой близости от тех, кто тоже умел заглядывать в варп, Серый Рыцарь прикладывал все усилия, чтобы скрывать своё присутствие в имматериуме. Добравшись до проёма, космодесантник рискнул тайком заглянуть внутрь.
В центре помещения образовывали круг четыре чернокнижника Хаоса. Стены и пол здесь были искажены ещё сильнее, чем в ближайших коридорах, а каждая поверхность полнилась зловеще ухмыляющимися демоническими мордами, которые бесстрастно наблюдали за происходящим немигающими глазами без век.
У всех чернокнижников имелись посохи, отличавшиеся друг от друга так же, как и их хозяева. Стоявший спиной к Эпиметию носил переливающуюся пурпурную броню с изысканно украшенными наплечниками, на которые ниспадали серебристо-чёрные волосы. Посох этого колдуна был сделан из тёмного, практически чёрного дерева, и вдоль всей его длины виднелись хаотично мигавшие глаза человеческого размера.
Рядом с ним находилась худая фигура, чья непокрашенная силовая броня безо всяких украшений казалась слишком большой для такого истощённого тела. Лицо выглядело сморщенным как кора мёртвого дерева, а целиком налитые кровью глаза и редкие клоки растрёпанных волос выдавали в нём того, кто заплатил высокую цену за заигрывания с варпом. Посох в его руке был таким же простым, как и доспехи, а ещё серым и закоксованным в результате воздействия огня.
Напротив него стоял колдун, явно служивший Чумному богу. Несмотря на то, что его облачение ещё можно было назвать силовой бронёй, её пластины более не походили на керамит, покрытые слоем шершавого материала с сеткой полупрозрачных вен, по которым тёк гной и другие отвратительные жидкости. Лицо этого чернокнижника выглядело словно покрашенное белой краской с бледно-фиолетовым оттенком в тех местах, где под кожей лопнули капилляры и сосуды. Посох имел тот же цвет и напоминал окаменелую вытянутую кишку.
Последний колдун на голову возвышался над остальными, и было в нём нечто знакомое Эпиметею. В иных обстоятельствах, если бы тысячи лет назад Империум на разорвала на части гражданская война, Серый Рыцарь мог бы назвать его родственной душой, тем, кто тоже вспомнил бы события прошлого так, словно они происходили лишь вчера. Как и Эпиметей, предатель носил терминаторские доспехи «Катафрактарий», но не серебряные с пятнами зелёного, а сине-золотые. Несмотря на капюшон и незнакомые цвета, Серый Рыцарь распознал в нём просперийца – члена колдовской элиты Тысячи Сынов.
Когда Эпиметей уже приготовился ворваться в помещение и убить всех четырёх прежде, чем те успеют среагировать, сын Магнуса дважды ударил по полу богато украшенным посохом, после чего произнёс на неведомом Серому Рыцарю языке одно-единственное слово.
Выскочивший из-за угла Эпиметей с поднятым болт-пистолетом обнаружил внутри лишь остаточные образы после телепортации да вонь жжённого озона.
'''826960.M41 / Горная крепость 2761/б. Гора Дхуме, Пифос'''
Тысячи стволов поднялись и нацелились на одну и ту же цель. Стоявшему на открытом скальном выступе Магистру Войны, сколь бы грозной репутацией и каким бы хитроумием он ни обладал, бежать было некуда.
Вот только бежать Абаддон и не собирался.
Раздался треск порождённых варпом молний, и рядом с ним появились четыре фигуры, кои ещё мгновение назад там не стояли. В тот же миг, как Азраил приказал открыть огонь, один из новоприбывших – иссохшее создание в силовой броне безо всяких обозначений – поднял защитный кин-купол. Эта изгибавшаяся параболой голубая энергия сводила к нулю эффективность лазерных лучей и посылала снаряды с пулями в обратную сторону. Почти сотня имперских гвардейцев и космодесантников пала жертвой отражённого огня прежде, чем верховный великий магистр велел прекратить обстрел.
Три другие бронированные фигуры под куполом воздели свои посохи и начали беззвучно петь. По склону горы пронёсся порыв мощного ветра, взметавший пыль с такой силой, что она могла разорвать кожу и содрать краску с керамита, а в прежде ясном небе вдруг возникли клубящиеся тучи. Эта пурпурно-серая масса двигалась так быстро, словно время ускорилось.
Удар, находившийся в командном отделении ''«Бича предателей»'', наблюдал за происходящим со смесью страха и любопытства. Ему не нужно было быть тронутым варпом, чтобы понять, что четверо новоприбывших на поле боя являлись колдунами, как и не требовалась тактическая проницательность магистра капитула Космодесанта, чтобы осознать, что Драйго оказался прав. Их заманили в ловушку.
— Удар, — раздался в воксе громкий голос Азраила.
— Да, повелитель? — ответил полковник, садясь обратно в командное кресло.
— Цель – выступ. Если мы не можем пробить кин-щит, тогда, клянусь Львом, мы сбросим Абаддона оттуда другими способами.
Злость в голосе Тёмного Ангела была физически осязаемой.
— Вас понял, повелитель, — сказал Удар и повернулся к членам экипажа. — Вы слышали лорда Азраила. Наведите пушку «Разрушитель» на подножие горного хребта.
К’сии спрыгнул с того места, где сидел, и присоединился к отвечавшему за пушку «Разрушитель» стрелку в передней части отделения. Вместе они за несколько секунд нашли решение для стрельбы, после чего повернули могучее орудие под скрежет сервоприводов.
— Огонь по готовности, — выкрикнул им приказ Удар, не дожидаясь, пока те прицелятся.
Пушка «Разрушитель» зафиксировалась на цели с приятным слуху лязгом, вот только после этого раздался не ожидаемый полковником глухой выстрел орудия. Откуда-то сверху послышался звук, с каким разрывается хрящ.
— Что за–
Вопрос Удара утонул в грохоте осадной пушки.
Полковник вскарабкался по лестнице башни, чтобы собственными глазами увидеть последствия выстрела, но, к своему замешательству и разочарованию, обнаружил, что скала осталась невредимой, как и пятеро космодесантников Хаоса на ней. Однако, ещё сильнее его озадачило другое – он не услышал, как взорвался снаряд «Разрушитель». Удар открыл люк и высунул наружу голову.
Море людей, по большей части носивших голубую форму мордианцев, хлынуло назад мимо «Адского молота». Солдаты с ужасом бежали к зоне высадки. Темные Ангелы открыли огонь из болтеров, и к ним вскоре присоединились более тяжёлые орудия. Танк ненадолго накрыла гигантская тень, и Удар, взглянув вверх, увидел цель обстрела космодесантников и причину страха мордианцев.
Над полем боя парил Раскалывающий Черепа – или Жаждущий крови, как не единожды поправлял полковника Драйго – чьи крылья с каждым взмахом порождали звук, схожий с ударом грома. В одной руке он держал явно пойманный прямо в воздухе снаряд, выпущенный из пушки «Разрушитель». Этот демон, что был в полтора раза той твари, которая появилась возле Олимпакса, издал яростный рёв, а затем швырнул снаряд в бегущих гвардейцев. Последующий взрыв сотряс ''«Бич предателей»'', и на корпус машины посыпались обломки вперемешку с органикой, из-за чего Удару пришлось спрятаться под башенным люком. Он уже собрался приказать стрелкам выстрелить в Жаждущего Крови из основного орудия, как вдруг в небесах раздалось ещё больше рвущих звуков. Меж туч цвета кровоподтёка открылись разрывы в реальности, и из них в материум выплеснулся варп.
Демоны дождём посыпались вниз.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
