Бюрократы, masseditregex, Администраторы
3213
правок
Изменения
Перейти к навигации
Перейти к поиску
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =1819
|Всего =31
}}
– Форт наш, но мои сенсоры фиксируют новые угрозы повсюду вокруг, и они приближаются, – произнёс Зе-Один-Прим. – Боюсь, Кархародон, теперь мы в осаде.
=== '''Глава 18''' ===
У горы Антикифера появилась новая корона.
Бессмертие ждало, когда его возьмут, и не через непознаваемые ритуалы и капризные прихоти демонического племени. Волдир намеревался вылепить свою божественность посредством неоспоримой силы логики и научного мышления, используя данные ему ключи – Истину, которую преподал Архитектор.
– Старина Гельсарх принял просвещение, – произнёс он, перекрывая завывания Хоррума. – Но многие другие нет. Теперь, мои учёные коллеги, начнётся наша настоящая работа. === '''Глава 19''' === Изгнанники заняли оборонительные позиции на руинах мануфакторума как раз к тому времени, как против них поднялась следующая волна Архиврага. Самым надёжным местом была передняя часть здания, где стена, граничившая с улицей, осталась почти нетронутой. Четверо Кархародонов разместились в одном из строений рядом с ней – похоже, старом офисе бригадира, где среди камней продолжали гордо стоять только стол и несколько искорёженных шкафов для документов. Дальней стены не было, так что оставался проход в бывший главный цех, однако перегородки со стороны соседних офисов устояли и прикрывали фланги Изгнанников. Нерождённые атаковали их, накатываясь по разбитым останкам машинерии, когда-то занимавшей главный цех. Шарр наблюдал, как они обгоняют друг друга, чтобы стать первым, кто умрёт на клинках космических десантников. Один частично был кибергончей, но вместо собачьей головы пересадили человеческую, лицо которой покраснело от ярости и голода, а рот растягивался в задыхающемся рёве. У другого были руки вместо ног, и каждая конечность завершалась множеством ржавых клинков, скребущих по рокритовому полу на бегу. У иных в запястья или челюсти были вживлены жужжащие пилы, либо кулаки срослись в кувалды. Одна особенно огромная тварь с тупорылой мордой обладала пустотелым металлическим брюхом, которое горело, словно ходячая печь. Шарр не знал, кто в надвигавшейся орде был жертвой кошмарных экспериментов культа, а кто – настоящими Нерождёнными, демонами, слившимися с машинами. Это не имело значения. Он уничтожит их всех. Кровавый Глаз и Тень открыли огонь, дождавшись момента, пока безумный вал едва не накрыл их. Они не могли позволить себе растрачивать боеприпасы. Шарр оставил пистолет на фиксаторе. Он знал, что у него осталось всего два магазина. Для Изгнанника каждый болт был драгоценностью. Первый залп вспорол чудовищ во главе. Остальные рвались вперёд, даже ужасно изувеченные разрывными снарядами продолжали ползти к Кархародонам, и их затаптывали. Шарр вместе с Когтем шагнул им навстречу. Он запустил цепной меч в последнее мгновение, и какая-то часть его подсознания с любопытством отметила отсутствие возбуждения от внезапного рыка оружия или от сердитой вибрации, расходившейся по руке. Ум был холоден, остёр, концентрацию ничто не замутняло. Вторичное сердце пока даже не заработало. В стену офиса бригадира что-то врезалось. Произошёл взрыв – огонь, жар, дым, пыль и разбитая кладка. Всё это налетело на Шарра сбоку, опрокинув его, несмотря на усилия сервоприводов и автостабилизаторов доспеха. Он зафиксировал соударения, осколки, но без пробоин. Как и любой космодесантник, он оставался сосредоточен, сознавая все аспекты происходящего с ним и вокруг, хотя и угодил под удар, от которого у неусовершенствованного человека полопались бы уши, а разум погрузился в туман непонимания. Он встал под дождём из кусков раздробленного цемента. Коготь всё ещё был рядом, тоже поднимаясь на ноги. Цел, судя по дисплею визора. С Тенью и Кровавым Глазом было похуже: они находились ближе к месту попадания, и оба отображались янтарными, ранеными. Шарр не сомневался, что им доводилось переживать и худшее. Он взмахнул цепным мечом, обезглавив шатающуюся тварь с клеткой вокруг головы и пилами, сделанными из оголённых зазубренных костей предплечий. Напор атакующей орды, которая вот-вот должна была уже навалиться на них, на миг ослаб после взрыва – тот причинил ей больше вреда, чем космодесантникам. – Что за… – послышался было голос Когтя, но отвечать быстро стало бессмысленно. Большая часть фасада мануфакторума была разрушена, а остатки с грохотом снесла огромная металлическая клешня. В дыму проступило нечто гигантское – из чёрного металла, окаймлённого костью и блестящего от крови и масла. Хрипящие и лязгающие многосуставчатые конечости, в общей сложности шесть, подпирали квадратное тело, словно у какого-то громадного механического насекомого. Передняя часть была сделана из латуни в подражание ревущей демонической морде, а между клыкастых челюстей торчала ещё дымящаяся пушка. – «Осквернитель», – прорычал Кровавый Глаз. Кархародоны не стали мешкать и обдумывать свой ответ, пока тварь сносила развалины стены, разделявшей их. Они разделились, среагировав инстинктивно, будто сдружившиеся хищники. Шарр сместился влево вместе с Тенью, на ходу пристёгивая нож и сдёргивая крак-гранату. Кошмарная конструкция попробовала достать Шарра и Тень, и спаренные автопушки, закреплённые на правой стороне её корпуса, начали молотить крупнокалиберными снарядами, кромсая помещение вокруг них, но ей не удавалось прицелиться. Кровавый Глаз и Коготь исчезли справа, вынуждая её распылять внимание, а Шарр с Тенью старались дать им шанс. «Осквернитель» представлял собой демоническую машину, своего рода боевой шагоход, управляемый разумом нечестивой сущности, заключённой внутри металлического корпуса. Шарр не сомневался, что осквернённые кузницы космического скитальца, на борту которого они побывали, произвели множество подобных чудовищ. Оно перестало пытаться выцелить Шарра и Тень, видимо, почувствовав, что с другой стороны к нему приближаются Кровавый Глаз с Когтем. Машина хлестнула двумя конечностями, снова раскалывая камни когтями, и один из них зацепил Когтя, устремившегося в атаку. Кархародона опрокинуло, будто детскую игрушку. Кровавому Глазу повезло больше – он сумел поднырнуть под тычок ноги сверху и выпустил шквал болтов в незащищённые механизмы на внутренней стороне конечности, пытаясь помешать ходьбе, подрезать жилы. «Осквернитель» полностью развернулся к ним двоим, и Шарр с Тенью воспользовались возможностью. Орда мутантов кидалась на них даже с большим рвением, чем раньше, но «Осквернитель» игнорировал своих поклонников, расчленяя и давя большинство из тех, кто пытался добраться до Кархародонов. Шарр снёс в сторону несколько избежавших движения ближайшей лапы-клинка, метнулся под неё и ударил цепным мечом по одному из кабелей между средними звеньями. Пилящее лезвие вгрызлось, разрывая соединение, брызнула зловонная жидкость, похожая на ихор. Шарр попытался перерезать ещё один, но мотор меча без предупреждения запнулся и заглох, и злобно крутящиеся зубья содрогнулись и остановились. Зарычав от ярости, он рубанул отключённым оружием по механической конечности. Тень уже устремился к другой лапе, ухватился за несколько клинков и шипов на бронированной обшивке и, используя их, вскарабкался наверх. Связанный Нерождённый почувствовал опасность и крутанулся прочь от Когтя и Кровавого Глаза. Он цапнул Тень ещё одной из передних заострённых конечностей, Изгнанник качнулся вбок, чтобы не попасть в зажим, и лишился половины наплечника из-за удара по касательной, который едва не снёс его с занятого места. Избежать второй попытки «Осквернителя» поймать его не удалось. Машина обхватила его за пояс тремя огромными когтями и разрезала бы надвое, не сумей он вогнать свой боевой нож в сочленения тыльного когтя, заблокировав его и не давая возможности полностью сжаться. Шарр знал, что клинок долго не продержится. Он отбросил цепной меч, пинком уложил очередного мутанта, пытавшегося пробраться к нему под корпусом «Осквернителя», и вцепился в конечность, которую уже частично вывел из строя. Удерживая одной рукой крак-гранату, он при помощи второй стал взбираться наверх так же, как Тень, пользуясь ужасными украшениями машины. Он залез на корпус твари, и его авточувства зафиксировали, что металл обжигающе горяч на ощупь, словно она только что выбралась из кузницы. На ней были люки, как у обычной боевой машины, но все они были заперты, скреплены цепями и исписаны нечестивыми рунами. Вскрывать один из них оружием, которое имелось у Шарра под рукой, было бы слишком долго. Однако он уже нашёл иной способ отправить гранату внутрь. Он вскарабкался на верхушку корпуса. Машина взбрыкнула, словно дикий зверь, пытаясь сбросить его, но Шарр уже примагнитился к её броне. Оба его сердца теперь выбивали неистовую дробь. Пушка, являвшаяся частью пасти, находилась прямо под ним, и он занял позицию сверху, взвёл гранату и протянул руку вниз, чтобы забросить её в ствол. Вот только этот смертельный удар вдруг стало невозможно нанести. Доспех снова заблокировался, сервоприводы не слушались и застряли. Граната, взведённая и зажатая в бронированном кулаке, не двигалась с места. Разум Шарра, обострённый боевой концентрацией, понимал, что у него чуть больше трёх секунд до детонации. Он мог продолжить держать гранату, зная, что та, скорее всего, убьёт его или как минимум оставит без руки, и надеяться, что близкий взрыв также повредит и «Осквернителя», либо же мог попытаться отпустить её, уронив и потратив впустую – это была одна из немногих оставшихся у Изгнанников крак-гранат. В любом случае Тень бы не сумел продержаться долго. За остававшиеся две секунды Шарр сделал выбор и, шипя от натуги, попробовал разжать кулак. Крак-граната выскользнула из его хватки и разорвалась прямо перед демонической машиной. «Осквернитель» покосился, и Шарр свалился, поскольку стабилизаторы отключились. Он тяжело упал на камни внизу, однако при этом обнаружил, что вновь способен двигаться – кратковременный паралич прошёл. Он поднялся на ноги, а из-под громады шагохода на него полезло рычащее и визжащее мутировавшее отребье. Крак-граната повредила носовую пушку демонической машины, искорёжив и согнув её, но, похоже, больше никакого вреда не нанесла. Тень всё ещё боролся с передними лапами, силясь освободиться. Коготь и Кровавый Глаз сосредоточились на подрубании других конечностей машины. Нож Тени переломился. Раздался треск, за которым последовал влажный хруст. Поверх когтей «Осквернителя» хлестнула кровь – огромные клинки всё-таки сошлись, разрезав Тень пополам. Рассечённые части тяжеловесно упали почти на Шарра, окатив того волной крови. Им овладела ярость. В горле нарастал рёв, и на какой-то миг он забылся. Он чувствовал, что по его броне бьют, что его нож отыскивает плоть. Снова кровь. Он поперхнулся, так и не издав свирепый вопль, и осознал, что делает шаг к «Оскернителю», отшвыривая в сторону одного из сшитых мутантов, пытавшихся добраться до него. «Осквернитель» пока что даже его не замечал – возможно, ощущая, что из способов навредить у него остался только нож. Слегка припадая на повреждённые конечности, машина развернулась, чтобы попытаться покромсать на части Кровавого Глаза и Когтя. Шарр, багряный призрак посреди побоища, попытался снова запрыгнуть на демоническую машину, чтобы выдрать её люки и голыми руками порвать злобного духа, обитавшего внутри корпуса. Однако его остановила незримая сила – не вызванные варпом неполадки доспеха, а внезапное знакомое присутствие, которое он ощутил в своём разуме, а затем услышал, и оно обрело реальность. Со стороны улицы загремел голос. Он говорил на смеси наречий – частично на высоком готике, а частично на языке, которого Шарр не понимал и знал, что не должен понимать. Это оказало на «Осквернителя» немедленный эффект . Машина вогнала когти в щебень и выгнулась, почти как кошка, проявляющая страх и злость. Она попыталась неуклюже развернуться на звук, и Шарр увидел, что от чёрного корпуса теперь шёл пар, как будто раскалённый металл тушили. Его собственная злоба ушла, сменившись недоверием. Даже мутировавшая орда прекратила попытки продраться мимо конечностей «Осквернителя», чтобы добраться до космодесантников – она завопила и съёжилась, словно идол, которому они поклонялись, только что оказался низвергнут и расколот. Завивающиеся дым и пыль пронизал свет, зелёное зарево. Слова становились всё громче, пока не начали грохотать в ушах у Шарра, причиняя боль и сотрясая разбитые камни под ногами. «Осквернитель» тоже затрясся. Он попытался попятиться от света, передние лапы поднялись и взбудораженно клацали, искорёженное дуло тревожно раскачивалось из стороны в сторону. Раздались хлопки – заклёпки лопались, а болты раскручивались. Люки шагохода начали раскрываться, разрывая цепи и выжигая руны связывания. Между лапами одержимой боевой машины Шарр разглядел, что её мучило. Космический десантник в синем облачении, с костяным посохом, на конце которого был вбит осколок зелёного камня. Его неприкрытое лицо было исхудалым и ужасным, в глазах пылало болезненное пламя варпа. На психическом капюшоне и посохе порхали и плясали призрачные огоньки. Это был Те Кахуранги, Бледный Кочевник, явившийся как будто из самого эфира, словно выходец с того света, который прибыл удостовериться, что оставшиеся Изгнанники не получат избавления смерти, пока не заслужат её. «Осквернитель» заверещал голосом терзаемого металла. Те Кахуранги искоренял его, изгоняя заключённого внутри демона. Подобное было бы не под силу никому, кроме самых могущественных из санкционированных псайкеров, однако Бледный Кочевник не выказывал колебаний и надвигался на нависшую над ним боевую машину, высоко воздев посох и выступая центром для ужасающих сил, к которым он взывал. Люки машины распахнклись, все разом, издав раскатистый грохот. За ним последовал стенающий шум, словно буря рвалась сквозь чащу деревьев-лезвий, иголками впиваясь в уши Шарра. Он вздрогнул, даже трансчеловеческое тело не могло отключить эту боль. Прозвучали финальные фразы ритуала Те Кахуранги, слова отречения и наказа, которые прогремели, словно из громкоговорителя. «Осквернитель» завалился в сторону, как может шатнуть человека, получившего смертельный удар в голову. Из всех зияющих люков сверкнул чёрный свет, а вопль достиг высоты, уже не воспринимаемой на уровне смертных. Авточувства Шарра перегрузились, слуховые имплантаты были на грани разрыва. А потом всё кончилось. «Осквернитель» с грохотом рухнул, подогнув лапы, и боком сполз на камни. Там он и остался, от его зубчатого тела всё ещё слегка шёл пар. Теперь это был металл и ничего более, зло в нём сгорело. В руины вернулась священная тишина, которую Кархародонов приучали чтить. Шарр обернулся, но орда мутантов уже исчезла, скрывшись, чтобы им не пришлось лицезреть уничтожение одного из их полубогов. Те Кахуранги приблизился к троице Изгнанников, постукивая по битым кирпичам своим костяным посохом, зелёный огонь которого уже погас. Он миновал демоническую машину, не обращая никакого внимания на только что побеждённое им механическое чудовище. Бейлл Шарр опустился на колени среди крови и тел. Остальные Изгнанники быстро поступили так же. Они все знали Бледного Кочевника. – Приветствую, братья, – произнёс Те Кахуранги. Никто из Изгнанников не ответил. Обратиться к нему по-братски было бы нарушением доктрины ордена. – Встаньте, – приказал он. Они повиновались. Шарр посмотрел на него. От носа верховного библиария поверх тонких губ тянулась черта тёмной крови. Те Кахуранги вытер её большим пальцем перчатки. – Займитесь своим павшим, – велел он. Кровавый Глаз переместился к рассечённым останкам Тени и забрал его болтер, магазины и единственную оставшуюся осколочную гранату. Изъять прогеноиды он не мог, но пометил местоположение тела на ауспике. Затем встал и кивнул Те Кахуранги. Тени не полагалось никаких обрядов, никаких разговоров о завершении изгнания или воспоминаний о храбрых деяниях на службе Рангу и Забытому. Он был мёртв, и на том всё и кончалось. – Идёмте, – сказал Те Кахуранги. – Давайте уходить, пока они не вернулись.<references />
[[Категория:Warhammer 40,000]]
[[Категория:Империум]]
