{{Врезка|(художественный рассказЧёрный песок и остывший пепел постукивали по металлическому лицу владыки Амнока, гонимые заунывным ветром, пока виднеющиеся вокруг него серые силуэты покорных воинов и Бессмертных наступали на позиции своенравных врагов. Искусственным мозгом он подмечал каждое соприкосновение крупинок с материалом, давным-вставка)давно заменившим ему внешние органические слои. Одни подпрограммы анализировали микроскопические дефекты, а другие побуждали живой металл устранять их, однако сам дворянин ничего этого не ощущал. Он стремительно отклонился назад, и в дюймах от его посмертной маски просвистел меч. Зубья клинка жужжали, словно скарабеи. Гибкий альдари отпрыгнул за пределы досягаемости ожидаемого ответного удара владыки, а затем вновь ринулся в атаку. Благодаря рефлексам Амнока, отточенным за миллионы лет до того, как предки его неприятеля сделали первый вдох, во второй заход клинок лишь слегка оцарапал металлическое лицо и гребневидный головной убор с глифами родной династии. Некрон отшатнулся, потрясённый полученным уроном, но ещё больше возмущённый тем, что подобная тварь вообще осмелилась коснуться его. В скоротечном завихрении материи рваная складка его повреждённой губы сомкнулась, когда аристократ усмехнулся. Гнусный нападающий — а Амнок никогда не почтил бы это существо званием подлинного соперника — припадал к земле и прыгал, уворачивался и парировал, непрестанно атакуя в попытке найти брешь в обороне знатного некрона. С ошеломительной скоростью Амнок парировал каждый выпад своим богато украшенным посохом и ни разу не позволил себе перейти к стойкам или эффектным ударам, предназначенным лишь для достойных оппонентов. Вместо этого, расставив ноги на ширину плеч, он блокировал и контратаковал с механической безупречностью, и лишь мимолётный интерес к тому, предложит ли эта букашка в зелёном панцире что-нибудь новое, сохранял противнику жизнь в течение долгих секунд схватки. Когда Амноку наскучило ждать, он выпустил точечный энергетический импульс из посоха, разделивший альдарский меч надвое, а затем косым взмахом перерубил нападающему шею. Брызнувшая кровь чужака вычертила в воздухе до боли знакомую дугу, а голова существа в высоком шлеме описала параболу — траекторию, на которую неожиданно отреагировали давно погребённые нейронные системы разума некрона. ''Амнок отпихнул труп убитого альдари, мешавший обзору.'' ''Владыка был дезориентирован. Свинцовые небеса изрыгали чёрный пепел, похожий на озаряемый красным светом снег под бескрайней ночью, полной странных огней. Битва стала масштабнее и ярче, чем мгновение назад. Ну, конечно же, так и должно быть. Он знал, где находится. Он снова участвовал в Войне в небесах. Настоящее растворялось, пока он переживал обрывки воспоминаний, что оставил в веках, забытых Галактикой.'' ''Тысячи альдари вырывались из сумеречных порталов, но эти выскочки терялись на фоне легионов династии Амнока, для которой пришло время высвободить всю мощь. Он отчётливо видел истинный облик надменных союзников старого врага, претендующих на благородство в этих своих высоких шлемах и драгоценностях: для него это были мерзкие паразиты, посылаемые в набеги отчаявшимися хозяевами.'' ''Изящное оружие альдари таило грозную силу, а боевые машины, отличавшиеся плавностью линий, перемещались стремительно, как стрела. И всё же их технологии не шли ни в какое сравнение с тяжело завоёванным величием династии. Всё, на что хватало альдари, — проклинать и обманывать с помощью псионических уловок, являвшихся по сути лишь бледной тенью способностей, которыми владел старый враг. Подобные хитрости уже не могли спасти этих эгоистичных созданий.'' Амнок прошёл мимо обезглавленного тела, уже укрытого падающим пеплом, как вдруг что-то оцарапало его разум, вызвав ощущение, будто произошло нечто неладное, когда он поверг это существо. Владыку разозлила неспособность определить причину этого чувства. В его хроновосприятии имелся пробел, однако быстрая диагностика его совершенных энграмм памяти не выявила похожих случаев раньше. Амнок проигнорировал преходящее беспокойство и вновь сосредоточился на ходе битвы. Альдари было больше, чем он встречал за очень долгое время. Их штурмовые катера разместились вдалеке спиралевидными группами, готовые ударить по его легионам, словно свернувшиеся в кольца змеи. Воспользовавшись командными протоколами, Амнок задействовал бесценные активы династии; ковчеги Судного дня и аннигиляционные барки поплыли мимо него в угловатых построениях, а монолиты с массивными боками начали спускаться сквозь облачный слой или материализовываться прямо на поле брани. Облик всех этих древних конструкций лишь слегка потускнел под гнётом времени и от последствий войн, которые непременно обратили бы технику менее развитых видов в пыль. Объятые всполохами потусторонней энергии боевые машины Амнока выпустили пылающие потоки эзотерического вещества по вражеским кораблям и разорвали их слабую броню. Уцелевшие тут же рассеялись, словно потревоженные скарабеи. В следующий миг резкая вспышка зловещего света привлекла внимание владыки к левому флангу, и его превосходное зрение выхватило сияющую фигуру в отдалении. Она висела в воздухе, осыпая всё вокруг огненной материей. Даже на таком расстоянии дикие крики, хихиканье и коварный шёпот осколка К'тан доносились до повелителя некронов. Несмотря на ужас и разрушения, которые вызывало пленённое божество, Амнок ощутил прилив гнева из-за его преждевременного вмешательства и сделал себе пометку, чтобы после сражения наказать его. Альдари между тем сгорали в космическом пламени фрагмента К'тан, плавились в бесформенные массы кричащей плоти или взмывали вверх и рассыпались на атомы. Видя это, рабское существо издало многотональный вопль восторга, эхом отдавшийся в разуме Амнока. ''Раздался вопль, сотрясший всю планету. Города рухнули от мощи этого первозданного голоса, и даже сами звёзды задрожали.'' ''Владыка был дезориентирован. Свинцовые небеса изрыгали чёрный пепел, похожий на озаряемый красным светом снег под бескрайней ночью, полной странных огней. Битва стала масштабнее и ярче, чем мгновение назад. Ну, конечно же, так и должно быть. Он знал, где находится. Он снова участвовал в Войне в небесах. Настоящее растворялось, пока он переживал обрывки воспоминаний, что оставил в веках, забытых Галактикой.'' ''Красный свет заливал снег и лёд, струясь с расстояния в миллионы миль над головой. Это не звезда, осознал Амнок, а одно из новых божеств — К'тан. Булавки света, коими были, как не сомневался владыка, космолёты альдари, жадно поглощались всесильным существом. Под его взором спутник планеты затрясся и разлетелся кусками размером с материк, убив и альдари, и некронов, сражавшихся там. Ненасытность, безумие и могущество богоподобного создания искажали ткань реальности вокруг него.'' ''Оно снова взвыло от голода, и Амнок отвернулся, почувствовав укол страха и ненависти к К'тан в нейронной коре, пока чудовище пожинало богатый урожай в стане неприятеля. Вместо этого он смотрел, как когорты угловатых боевых машин его династии заполняют небеса, словно тысячи поднимающихся гробов. Сверкая нетронутым металлом, они казались восходящими светилами новой Галактики, сотворённой и управляемой некронами.'' Взглянув наверх, Амнок различил россыпь звёзд, проступивших в разрыве среди облаков, как вдруг что-то оцарапало его разум, вызвав ощущение, будто произошло нечто неладное, когда он услышал крик осколка. Владыку разозлила неспособность определить причину этого чувства. В его хроновосприятии имелся пробел, однако быстрая диагностика его совершенных энграмм памяти не выявила похожих случаев раньше. Когда в вышине пронеслись звенья «Ночных кос», доставивших отряды воинов посредством телепортации, Амнок снова посмотрел на россыпь звёзд и, опираясь на образы из глубоко похороненных воспоминаний, заметил, как их положение изменилось со времён Войны в небесах. Некоторые среди них отсутствовали — «новые звёзды». Владыка осознал, что по-прежнему восхищается тем, с какой лёгкостью его нейронная матрица позволяла ему воспринимать их. «Я мог бы считать себя богом, — подумал он, — если бы всё ещё верил в богов». Сгорбленные солдаты, развёрнутые благодаря перемещательным лучам промчавшихся истребителей, все как один двинулись вперёд по негласному велению Амнока, стреляя по выжившим альдари. Шаг, выстрел, шаг. Некоторые из его практически безмозглых подчинённых падали, лишь чтобы через мгновения собраться и вернуться в оркестр, играющий симфонию разрушения. Шаг, выстрел, шаг. ''Легион за легионом солдат династии шагали в ногу.'' ''Владыка был дезориентирован. Свинцовые небеса изрыгали чёрный пепел, похожий на озаряемый красным светом снег под бескрайней ночью, полной странных огней. Битва стала масштабнее и ярче, чем мгновение назад. Ну, конечно же, так и должно быть. Он знал, где находится. Он снова участвовал в Войне в небесах. Настоящее растворялось, пока он переживал обрывки воспоминаний, что оставил в веках, забытых Галактикой.'' ''Злобные альдари имели преимущество в скорости, и каждое мгновение десятки его слуг падали, словно скошенные. Но затем руки вздрагивали, конечности подтягивались и вновь прирастали, а мертвенные лики оборачивались к тем, кто хотел их убить. Теперь владыка видел это яснее, чем когда-либо: каждая смерть ослабляла воинство альдари — горы мертвецов росли, а боевой дух угасал, тогда как для некронов смерть была лишь временной трудностью.'' Лишённые плоти, вечно живущие солдаты шли вперёд по приказу Амнока, словно сама погибель, надвигающаяся на врага. Вдруг что-то оцарапало его разум, вызвав ощущение, будто произошло нечто неладное, пока он наблюдал, как его воины истребляют альдари. Владыку разозлила неспособность определить причину этого чувства. В его хроновосприятии имелся пробел, однако быстрая диагностика его совершенных энграмм памяти не выявила похожих случаев раньше. Легионы Амнока теснили переменчивых альдари, втаптывая их бездыханные тела в окровавленный пепел и даже не сбавляя темп. Рои скарабеев обрушивали изящные грависуда на землю. Имеющие встроенные фазорегуляторы некронские призраки возникали словно из ниоткуда, чтобы рассечь отступающих. В отчаянии альдари выставили арьергард, пытаясь задержать наступление. Высокие, сплошь бронированные воители двинулись навстречу, и владыка вспомнил, как криптеки рассказывали ему о них — о конструкциях, оживлённых душами усопших. Он видел в них оскорбление для себя. Эти мёртвые создания стремились утащить его на тот свет из зависти и злобы. А разве он, Амнок Извечный Поработитель, не возвысился над смертью, тогда как душа в их хрупкой оболочке уже сдалась ей? Разрубив продолговатую голову первой конструкции, владыка испытал прилив самоуверенности и ярости, захлестнувший кортикальный процессор, что служил ему мозгом. Ему даже почудился горестный стон, когда своей нетленной рукой он с превеликим удовольствием разрушил эту безжизненную тварь.}}