Изменения

Офицер пыталась собрать по кусочкам события последних нескольких секунд. Она вместе со своим отделением держала оборону на кряже, а перед ними, на расстоянии где-то в пятьдесят метров, находилась орда гнусных мертвецов, которую сдерживал лазерный огонь её бойцов. Каждым выстрелом из своего тёплого на ощупь плазменного пистолета Вистрена скашивала очередного, волочащего ноги монстра, после чего оружию требовалось время на зарядку, в то время как за спиной командира лязгали и рявкали автопушки «Таурокса»«Таврокса». Дульные вспышки освещали мертвенно-бледный, пагубный туман вокруг солдат.

Затем раздался рёв двигателей. Огромный, тёмно-зелёной зелёный бронетранспортёр незнакомой ей конструкции скользя затормозил в нескольких метрах позади позиций гвардейцев, прямо возле «Химеры». Машина издавала всепронизывающее гудение, и Вистрена заметила, что та не имела гусениц и парила над землей на высоте примерно с ширину ладони. ''«Невероятно!», —'' подумала она. ''«Святые — Святые Ангелы? Рядом с нами?»''. Задний борт со стуком опустился, после чего появились пять гигантских тёмных фигур…

Помотав головой в попытках очистить визор, всё ещё оглушенная взрывом женщина осмотрелась вокруг, однако, из-за бледного тумана ничего не увидела. Держа в руках плазменный пистолет, Вистрена поползла к валявшемуся неподалёку обломку. Тот упал прямо у подножия кряжа, который офицер защищала ещё несколько мгновений назад, и был настолько искорёжен, что более не поддавался никакой идентификации. Командир спряталась за ним. Дышала она громко и тяжело.

Офицер медленно поползла к задней двери «Таурокса»«Таврокса». Её товарищи по отделению пропали.

Хотя ближе к ней лежали и другие тела, раскиданные вокруг. Те самые большие, тёмные фигуры, что на её глазах выбежали из неопознанного бронетранспортёра. Они были в доспехах густого тёмно-зелёного цвета, а их лица скрывались под шлемами. ''«Ангелы Императора!»,'' — с благоговением и ужасом подумала Вистрена. Сотворив поверх нагрудника символ аквилы, женщина непроизвольно пробормотала молитву Ему на Терре. Прежде ей лишь раз доводилось мельком взглянуть на одного из астартес. Офицер смотрела на него всего краткий миг и издалека, но даже так зрелище вызывало трепет. Вистрена никогда и не мечтала о том, чтобы узреть пятерых Его великих Ангелов в такой близости.

Гигант заговорил. Вырывавшийся из вокс-эмиттера древней брони голос жужжал , как миллион мух, которые летали над заваленным гниющими мертвецами полем боя, однако, даже так Вистрена расслышала в тоне исполина нечто похожее на усмешку.

В одной руке гигант держал старинную комбиплазму с такой же лёгкостью, с какой женщина держала свой пистолет. С оружия стекало масло вперемешку с охладителем, и казалось, будто оно не разваливается на куски исключительно благодаря ржавчине и слизи, вот только его катушки, каким-то образом, продолжали светиться до неприятного ярко. В другой руке исполина покоился огромный клинок, чёрный и иззубренный, с тянущимися по поверхности линиями зеленоватой жидкости, напоминавшими вены под кожей.

Вистрена мгновенно поняла, что гигантская фигура тоже являлась Ангелом, однако, сразу же испытала ужас от столь богохульной мысли. Она сталкивалась и сражалась с предавшими полками Астра Милитарум, но ведь астартес не пали бы так низко?  Сама идея о порче идеальных воинов Императора… Это было для неё слишком, и женщина не могла даже думать о подобном.

Терминатор заметил, как дёрнулся один из Ангелов, после чего опустился на колено рядом с ним, медленно, почти кротко, а затем пронзил клинком фибросвязки доспехов в области горла павшего воина. Последний вздрогнул ещё раз, и больше не двигался.

Другой Ангел лежал ближе к Вистрене, которая пряталась за «Тауроксом»«Тавроксом». Со своей удобной позиции офицер видела, что тот двигался. Защищавшая его ногу броня раскололась, колено же выгнулось под неестественным углом. На шлеме виднелась огромная вмятина, оставшаяся после удара крупным куском металла, но воин был жив. Он лежал лицом вниз и пытался перевернуться, чтобы смотреть на врага. Рядом с ним валялось болт-оружие. Ангел пытался дотянуться до него рукой, и казалось, будто это стоило ему колоссальных усилий.

Гигант спокойно положил комбиплазму сбоку, опустил закованную в перчатку руку на Ангела и аккуратно перевернул. После исполин отщёлкнул затворы на шлеме космодесантника, затем ловко его снял его. Казалось странным, что такое крупное деформированное существо могло проявлять подобную расторопность. У облачённого в зелёную броню астартес было юное бледное лицо со светлыми волосами, но на одной половине лба красовался синевато-багровый синяк, а щёку пятнала засохшая кровь. Кривясь от ненависти, он набрал во рту слюны и плюнул в гиганта, хотя это действие явно причинило боль ему самому. Слюна громко зашипела на лицевой пластине исполина, вслед за чем снова раздался гулкий смех. Терминатор поднял руки и снял собственный шлем.

Едва слышимый звук заставил главного среди гигантов выпрямиться и с удивительной скоростью развернуться к «Тауроксу»«Тавроксу». Тогда Вистрена увидела вторую половину его лица, уродливую: щека прогнила насквозь, язык бесполезно свисал поверх сломанных зубов, а глазница была пустой. Большой кусок волосистой части кожи головы отслоился, обнажая подёргивающиеся мышцы и пожелтевшую кость. В нос и рот входили кабели вперемешку с трубками.

Пришедшая в движение Вистрена вскочила на ноги и нырнула в водительскую кабину водителя «Таурокса»«Таврокса», захлопывая за собой дверь. При этом она заметила, как к задним дверям прыгнула тёмная фигура. Ангел? Или одна из тех мерзостей? В любом случае, у неё не было времени проверять или смотреть, кто там, ибо застучали комбиболтеры исполинов. Офицер слышала и звуки выстрелов, и разрывы бьющих по броне транспорта снарядов. Включив передачу, Вистрена изо всех сил вдавила педаль. Ожившие гусеницы «Таурокса» «Таврокса» начали вращаться, сцепляясь с грязной землёй, и машина устремилась вперёд с распахнутыми задними дверьми.

Вистрена мчалась ещё час, прежде чем осмелилась сбросить скорость. «Таурокс» «Таврокс» явно получил попадания: машина постоянно тряслась, а ещё её вело вправо. Женщина задумалась, не повредили ли выстрелы одну из четырёх гусениц либо же – тут она сглотнула – кому-то удалось зацепиться за задние двери и повиснуть на них. Тем не менее, транспорт продолжал движение.

Срываясь Сорвавшись с места час назад, офицер видела гигантов по пикт-потоку, который показывал пространство позади «Таурокса»«Таврокса». Первый недвижимо лежал на земле, в то время как остальные неторопливо шли в её сторону, стреляя из вспыхивающих болтеров. Однако, двигались исполины медленно, причём некоторые хромали так же, как и их лидер, поэтому спустя секунду или около того враги уже исчезли в тумане. Может, у кого-то получилось запрыгнуть на машину? Застрелят ли Вистрену, когда она остановится? Женщина продолжала давить на газ и игнорировала тревожные лязгающие звуки, которые издавала измученная техника. У офицера сердце выскакивало из груди. ''«Ангелы!»,'' — продолжала думать она. ''«Ангелы— Ангелы! И…».'' Для тех существ Вистрена не могла подобрать слова. Богомерзости. Нечистые погрешения против света Императора. Падшие Ангелы? Могли ли такие вообще существовать? ''Убила'' ли она одного? Женщина всё ехала и ехала.

Офицер проехала километров шестьдесят, и лишь тогда убрала ногу с педали газа, после чего «Таурокс» «Таврокс» замедлился и остановился. Переборочную дверь она не открыла – слишком боялась того, что могла обнаружить. Вместо этого женщина вывалилась из кабины водителя и отправилась изучать полученные повреждения, держа наготове плазменный пистолет.

Там, цепляясь за ручку бронированной рукой, лежал лицом вниз недвижимый раненый Ангел, чьи ноги торчали из задней части «Таурокса»«Таврокса». Испытав облегчение, Вистрена лихорадочно опустила пистолет и залезла в машину рядом с астартес. На космодесантнике не было шлема, поэтому женщина увидела, что его глаза были закрыты. Поразительно, но в другой руке он крепко сжимал свою болт-винтовку. Сотворившая символ аквилы офицер едва осмелилась наклониться поближе, чтобы посмотреть, дышит ли Ангел.

Спустя долю секунды закованная в перчатку рука схватила её за горло, и вот Вистрена уже лежала на полу «Таурокса»«Таврокса». Сверху на женщину взирало бледное и кровоточащее, но спокойное лицо Ангела. Она попыталась закричать, однако, в лёгких не было воздуха.

— Бросились в погоню, но мы их обогнали. Я подстрелила лидера, то богохульное создание. Он упал. Остальные стали стрелять по «Тауроксу»«Тавроксу», хотя повреждения, судя по всему, несерьёзные.

''Обратно к тем чудовищам.'' За годы службы в Гвардии ей много против кого доводилось сражаться: против разъярённых орков, еретиков с безумным взором, коварных т’ау. Однако, прежде офицер никогда не сталкивалась с мерзостями, подобными тем, которых увидела совсем недавно. Это потрясло женщину до основания, и сама мысль о том, чтобы вновь с ними встретиться, наполняла душу ужасом.

— Развернуться. Да. Мой капеллан вместе с отделением Крыла Смерти сражался на юге от того места, где моё отделение присоединилось к твоему, а с ними и полковое командование. Мы должны сейчас же отправляться к ним. Мне необходимо проинформировать моих владык об увиденном нами. — Клеребальд скривился словно от болезненного воспоминания. — Было постыдно бежать от врагов, не заставив их заплатить за то, что они сделали с моими братьями, но капитулу нужно услышать о случившемся.

— Тогда вокс… — начала женщина, однако, почти сразу же замолчала.

Женщина рассказала ему, как их корабль немедленно изменили изменил курс. Половина машин из танковой поддержки полка была выведена из строя, а в строю оставалось лишь две трети гвардейцев от изначальной численности, но ситуация на планете сложилась критическая. На Богомол VI – прежде безмятежный, даже можно сказать не имеющий значения агромир на Восточной окраине Окраине – обрушились пламя и смерть. Жители главного города-улья стали жертвой какой-то губительной чумы и начали выплескиваться оттуда огромными концентрическими волнами шаркающих мертвецов, пока не захлестнули единственный континент планеты.

— Через несколько часов подошли мертвецы, — сказал сказала Вистрена. — Тысячи их. Я разместила роту вдоль кряжа, а сама заняла позицию вместе с отделением из пятого взвода. Мы сдерживали противника, когда вы…

Офицер вылезла наружу, нашла набор инструментов и принялась возвращать искорёженным звеньям гусеницы подобие прежней формы, бормоча, как она надеялась, подходящие молитвы машинному духу. После этого Вистрена вернулась в кабину водителя и завела двигатель. Закашлявшийся «Таурокс» «Таврокс» пришёл в движение.

Машина ехала на юг. «Таурокс» «Таврокс» жаловался уже не так шумно, как прежде, и его меньше вело вправо. Проведённый Вистреной неумелый полевой ремонт улучшил положение дел. Когда женщина натыкалась на какое-либо препятствие, она, по возможности, огибала его с западной стороны, избегая приближения к линии фронта на востоке. Когда машина поравнялась со старой позицией роты, офицер вновь ощутила вину – ''она опять бросала своих бойцов'' – но продолжила двигаться вперёд.

Они ехали на протяжении двух часов. Время от времени Вистрена проверяла вокс, однако, не слышала ничего кроме помех и нечеловеческих воплей. Иногда раздавался влажный, отрывистый звук, напоминавший смех умирающего.

Вздрогнувшая Вистрена проснулась, вырванная из снов, где гигантские воины с одновременно красивыми и изуродованными лицами хохоча преследовали её в темноте по полям с растениями, которые были поражены болезнью. Снаружи «Таурокса» «Таврокса» что-то жужжало, и этот болезненный звук словно пилой проходился по нервам женщины. Оглядевшись, она увидела, что Клеребальд уже наполовину вылез из машины. Космодесантник двигался бесшумно и хромал гораздо меньше, а винтовку держал наготове.

Пара вернулась к «Тауроксу»«Тавроксу», где Клеребальд, согнувшись, залез в кабину и занял пассажирское сидение. Картина получилась чуть ли не комичной: на фоне его огромного тела сиденье выглядело детским, и Ангелу приходилось держать голову опущенной, чтобы не биться о потолок. Из-за юного лица и блестящих встревоженных глаз он казался уязвимым. Рана на щеке всё ещё была живой, и от неё до сих пор исходило ощущение ''неправильности.''

— Предатель говорил со мной, — наконец ответил астартес. — В своём высокомерии он хотел позлорадствовать над поверженным врагом. Где-то тут есть святыня, которую изменник стремиться стремится осквернить. Нельзя позволить ему это сделать это.

— Оставь, — велел астартес. — Никакое целебно целебное средство тут не справится. Я должен найти моих братьев. Возможно, мне поможет апотекарий. — Затем космодесантник смягчился. — Расскажи мне о своих войнах, — попросил Ангел. — Расскажи мне о своей службе Императору.

— Я знаю, что не хочу умирать, — ответил космодесантник. — Я испытываю сильное желание сохранять способность сражаться и избегать ненужных рисков или ранений. Сегодня я сбежал из боя, когда посчитал такой вариант действий правильным, пусть это и было для меня мучительно. Однако, страха я не ощущал. Если моя смерть станет достойной ценой за достижение победы, я с готовностью заплачу её безо всяких колебаний.

Спустя пять часов рассвело. По прикидкам Вистрены, они проехали триста километров ориентировочно на юг, и «Таурокс» «Таврокс» продолжал везти их. Женщина заправила машину прометием из притороченных к борту канистр. Время от времени офицер беспокоилась из-за издаваемых двигателем звуков и сбрасывала газ. Клеребаль на неё поглядывал, но никак это не комментировал.

Ещё через два часа они уже находились примерно к западу от места по координатам космодесантника. Вистрена повернула налево, и вскоре «Таурокс» «Таврокс» приблизился к ряду изломанных, лишённых листьев деревьев рядом с наскоро возведённым насыпным валом, который был едва видим сквозь бледный туман. Однако, Вистрена не замечала ни солдат, ни космодесантников.

В сумраке возникли очертания чего-то огромного, и женщина вздрогнула, хотя объект не двигался. Офицер поняла, что это самоходная артиллерийская установка «Василиск», причём, судя по всему, неповреждённая. Остановив «Таурокс»«Таврокс», Вистрена вышла наружу, чтобы обследовать «Василиск».

Движущийся туман постепенно открывал местность взору женщины. Вокруг неё валялись десятки солдат, забитых насмерть и разорванных. Среди них виднелись и тела ходячих мертвецов, причём последних насчитывалось гораздо больше, с горькой гордостью заметила она. Карпатийцы дорого продали свои жизни. Тёмных Ангелов же не наблюдалось. ''«Мои братья и сёстры умирают»умирают,'' — подумала Вистрена. ''«Я — Я бросила их, чтобы быть водителем для астартес, которого заботит какая-то святыня».'' Она пыталась унять эту еретическую мысль.

Плазменный луч прошёл сквозь труп так, будто его вообще там не было, чётко через грудь, однако, он не обратил на ранение никакого внимания и продолжил идти. Прицелившись получше, Вистрена снесла ему большую часть головы, однако, даже после этого мертвец сделал ещё шаг и только тогда, кажется, понял, что уже мёртв, вслед за чем тело рухнуло остатками лица вниз.

— Масклин, сэрмэм, — ответил лейтенант. — Тридцать вторая рота. Нас смяли. Наш командир убит. Мертвецы… Их оказалось слишком много. Они прорвались где-то на севере и ударили по нам с фланга.

— Были, сэрмэм. Десять в броне цвета кости и лорд с лицом-черепом. Они… Я воздаю хвалу Императору за шанс увидеть их собственными глазами, сэрмэм.

— Они оставили нас, сэрмэм, — сказал лейтенант, и Вистрена поняла, что это был за странный взгляд – отчаяние. — Двинулись на юг. Прибыл наездник в чёрном с новостями. Они сказали, что нужны в другом месте. Поехали на юг. Они бросили нас, и мы погибли. Все мои люди погибли.

Тут дверь кабины «Таурокса» «Таврокса» с пассажирской стороны открылась, после чего наружу выбрался Клеребальд. Космодесантник уже почти не хромал, а в руке держал винтовку. Глаза лейтенанта расширились, и он вздрогнул. От этого движения мужчина поморщился.

— Предатель лжёт. Тёмные Ангелы верны. Однако, он говорил о тысячах мятежников вроде него, которые прячутся по всей галактике Галактике и сражаются за Архиврага. — Космодесантник замешкался, словно пытался убедить себя в сказанном. — Это – обман. — Снова пауза. — Однако, мои братья должны узнать о лжи, дабы не позволить ей распространиться.

Вистрена знала – она должна отправиться вместе с ним, за что и ненавидела себя. Когда офицер приняла решение, из тумана, наконец, вышло ещё больше мертвецов. Теперь чувство вины ощущалось как нечто физически осязаемое в груди. Женщина развернулась, залезла в кабину «Таурокса»«Таврокса», завела машину и поехала. Монитор заднего пикт-потока показывал Масклина, обречённо уползающего прочь.

Снаряд с глухим стуком врезался в переднюю часть «Таурокса» «Таврокса» и взорвался, отрывая капот. Двигатель разнесло на куски, после чего машина словно пьяная съехала с обочины, уткнувшись мордой в дно канавы. Её гусеницы продолжали вращаться ещё несколько секунд. Вистрена распахнула дверь и выбралась наружу. Клеребальд же выбил лобовое стекло прикладом винтовки. Оба укрылись в заполненной слякотью канаве, за машиной.

Космодесантник поднялся, чтобы посмотреть, кто их атаковал, однако, тут же рухнул на одно колено.

В этот раз у неё не получится застать изменников врасплох. Прижимаясь к транспорту спиной, женщина завела пистолет за корпус и выстрелила вслепую. Поднявшийся Клеребальд сначала палил поверх края канавы, потом вновь бросился в укрытие. Грохот комби-болтера комбиболтера становился всё громче, а тяжёлые шаги – всё ближе.

Когда в оказавшееся на виду дно «Таурокса» «Таврокса» врезалась очередь болтов, из вокс-эмиттера, к удивлению женщины, донёсся голос: трещащий, но отчётливо слышимый даже несмотря на шум стрельбы.

Поэтому женщина попыталась в последний раз выполнить свой долг перед Императором и спасти жизнь Ангела, которого она провезла так далеко по пришедшим в упадок землям, пусть даже и ценой собственной. ''«Я – единственное оружие Императора в этом месте»месте,'' — подумала Вистрена. ''«Я — Я должна быть Его рукой и Его мечом».'' Офицер снова подняла пистолет, но её рука не преодолела и половины расстояния до положения для стрельбы, так как гигант лениво ударил женщину голоменью клинка. Она упала на землю со сломанной челюстью, не сумев ничего сделать.

— Тебе не доверяют. Тебе и твоей новой породе. Они хранят в тайне существование меня и подобных мне, и скорее дадут галактике Галактике сгореть, чем позволят чужакам узнать этот секрет, а ты – чужак, питомец Гиллимана. Раскрывая их ложь, я лишь забавляюсь. Просто отвлечение на пути к моей цели.

Из тумана вырвался огромный чёрный мотоцикл, чьи сдвоенные плазмомёты плевались огнём столь ярким, что он вызывал мигрень. Спустя несколько мгновений появились гигантские бегущие фигуры в светлой броне, и каждый их шаг был подобен удару грома. Некоторые исполины держали внушительные, изысканно украшенные щиты и золотые булавы, а другие несли штормовые болтеры и потрескивающие силовые кулаки. Мгновенно развернувшись, предатели открыли огонь, но, застигнутые врасплох, они никак не могли остановить противника. ''«И опять Император спас нас»,'' — подумала женщина и тут же нащупала пальцами плазменный пистолет. Её конечности налились последними остатками энергии в теле. Боги войны загрохотали вокруг Вистрены, и она, поднявшись на ноги, бросилась вслед за мстительными Ангелами. Перед глазами всё расплывалось, прицел скакал, но офицер бежала и сражалась.

Однако, Клеребальд до сих пор выглядел сбитым с толку. ''«Воистину сама невинность»,'' — подумала Вистрена несмотря на горе и боль. Вдруг в его взгляде промелькнуло понимание, и впервые после боя он посмотрел прямо на женщину.

— Мой повелитель! Она лояльна. Она – верный слуга Трона. Вы же не собираетесь–собираетесь...

От его горьких слов Вистрена чуть не рассмеялась. ''Я «Я бросила своих людей. Я опорочила имя своего отца. Я привела Ангела к смерти от ваших рук, дабы вы могли сохранить собственные секреты, и теперь ты говоришь мне, чтобы я гордиласьгордилась».'' Она вспомнила, как Клеребальд плюнул в лицо изменнику, и подумала сделать то же самое сейчас.

Однако, прежде чем женщина успела сделать это, воин с ликом-черепом подошёл к ней, навёл пистолет на визор – до сих пор заляпанный грязью, что стало последней мыслью Вистрены – и выстрелил.