Тень прошлого / Shadow of the past (рассказ)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Тень прошлого / Shadow of the past (рассказ)
Sonsofemperor.jpg
Автор Гэв Торп / Gav Thorpe
Переводчик Летающий Свин
Издательство Black Library
Серия книг Ересь Гора: Примархи / Horus Heresy: The Primarchs
Входит в сборник Сыны Императора / Sons of the Emperor
Год издания 2018
Экспортировать Pdf-sign.png PDF, Epub-sign.png EPUB
Сюжетные связи
Предыдущая книга Серый Ворон / The Grey Raven


Кальта-Ар презирал стук молотка по зубилу и зубила по камню почти так же сильно, как ненавидел лишенное солнца небо, которое словно высасывало его душу своею пустотой. Постоянное сумеречное свечение истощало резервы его воли не меньше, чем пустынный жар родного мира когда-то иссушал его силы.

— Неужели нельзя как-то приглушить этот адский стук? — рявкнул он Аркуле, своему заместителю.

— Не думаю, брат-ка... апостол. — Управляться с новым титулом Аркуле давалось с той же легкостью, что новобранцу с взведенной гранатой. — Им нужно как-то колоть камень.

И темный апостол, и его корифей были облачены в багровую боевую броню, эмблемы и узоры прошлой верности скрыл красный цвет, на доспехах были выведены символы новой преданности истинным богам. Они оба шли по вершине недостроенной стены, инспектируя окружавшее их масштабное строительство. Центральные клуатры были уже построены, как и гарнизонные помещения, а палаточный городок для рабов раскинулся по длинному пологому склону холма. Для четырех меньших часовен и центрального нефа того, что станет главным святилищем Бенефикты Диабола, лишь заложили фундамент. Шаткие леса покрывали белый камень внешних стен, а также две высокие башни по обе стороны от нефа. Повсюду ползали, карабкались и трудились несколько тысяч рабов.

Верхушки двух шпилей потрескивали от энергии, поглощая мощь эфира, что окружал почти пустынную луну. Дополнительные монолиты из рунного камня по периметру мерцали рассеиваемой мистической мощью, сдерживая массу эмпирей и хищных обитателей, которые в них обитали.

Кальта-Ар по привычке поднял глаза, думая увидеть отблеск далекой звезды. Та самая багряная бесформенность, что обволакивала все с момента их прибытия, неспешно гонимая странными течениями, но в остальном совершенно безликая.

В стратегических точках стройки располагалось тридцать бронированных фигур, расслабленно сжимавших свои болтеры и более тяжелое оружие, хотя легионеры Несущих Слово двигались с той же бдительностью, что и на поле битвы.

— Восхитительно, до чего легко подчинить обычных людей, — отметил темный апостол. — Никаких плетей и палок, и все равно они гнут для нас спины. Простой угрозы достаточно, чтобы они исполняли любую нашу волю.

— И даже не нужно цепей и заборов, апостол, — сказал Аркула. Его взгляд переместился за кольцо стен на пустынные земли, настолько же однообразные, что и небо, за исключением глубоких ущелий карьеров. Насыпь от места добычи до Бенефикты Диабола окружали линии покрытых рунами барьерных камней, защищавших непересыхающие потоки обнаженных фигур, что тянули каменные блоки и волочили пустые салазки к карьеру. Грубо возведенную дорогу патрулировало еще одно отделение в десять человек из числа легионеров Кальта-Ара.

— Дай им чуток еды и воды, и они будут с радостью выносить худшие унижения тела и гордости, — сказал Кальта-Ар. — Они рождены для рабства. Как было предопределено богами на Колхиде, так будет и на Сикариусе по воле Лоргара Аврелиана.

Упоминание нового мира-столицы примарха заставило обоих воинов перевести взгляд на искусственный курган за дальней стороной растущего храма-поселения. На севере, как за неимением иных способов ориентирования обозначил его Кальта-Ар. Насыпанный вручную холм был окружен собственным периметром охранных рун, и отделен почти километром голой земли, открытой эмпиреям. На вершине, высотой с пики охранных игл собора-городка, вырисовывался огромный черно-золотой портал.

— Когда прибудет Уризен? — спросил Аркула. — Апостол, — торопливо добавил он.

— Когда работа будет завершена.

По ближайшей каменной лестнице к ним спешно поднимался закованный в темно-красную броню гигант, сжимая в одной руке болтер. Пара дождалась его на вершине ступеней, где он и остановился, приветственно стукнув кулаком по груди.

— Темный апостол, брат Ригана пропал, — доложил Исайкаш.

Внимание Кальта-Ара резко переключилось на недостроенные опочивальни в северо-восточном квадрате, где должен был находиться означенный воин.

— Пропал? — переспросил Аркула. — Выражайся конкретнее, брат-сержант.

— Не могу, брат-корифей, — ответил воин. — Он не отозвался на ежечасной перекличке, и я отправился узнать, в чем дело. Его нет на своем посту, и я нигде не могу его найти. Он не отвечает на вызовы.

— И ни единой подсказки, что сталось с Геста-Пеком, Гесуатом и Такла-Гадом? — задал вопрос Кальта-Ар. — За последние двенадцать часов мы потеряли целых четырех легионеров. Это неприемлемо!

— Что мы можем сделать, брат-апостол? — спросил Исайкаш.

Кальта-Ар достал с пояса щербатый жертвенный кинжал, его острое лезвие замерцало без какого-либо звездного или солнечного света, которое оно могло б отражать. Он сошел по ступеням и указал кинжалом на центр комплекса, на изначальный ритуальный зал, где в ямах у стен гнили сваленные кости. Границы оккультных кругов внутри открытого зала озарялись пляской вирдовского пламени.

— Это знак демона. Должно быть, обереги сбоят. Приведите мне еще пятьдесят рабов.


Позволив трупу упасть, так что капли артериальной крови окропили ритуальный круг, в котором он стоял, Кальта-Ар посмотрел на колдовской огонь на охранных вершинах. Он не увидел никаких отличий от слабого зеленого пламени и переливающейся авроры, которые соединялись по всей территории. Беглый осмотр кровостоков, высеченных в полу широкого зала, также не выявил помех — его окружала поблескивающая красная метагеометрия. Он даже оглядел руны, вырезанные на самом клинке, однако на окровавленном ноже не было ни единой царапины. Руны мерцали варповской силой, от бритвенной кромки тянулись завитки темной энергии.

Он махнул Аркуле привести следующую жертву. Несущий Слово схватил одного раба за запястье, едва не выдернув ему руку из сустава. В ответ послышалось только болезненное бормотание. Кальта-Ар приподнял подбородок ничтожества между указательным и большим пальцами и покрутил его лицо из стороны в сторону в поиске малейшего признака жизненных сил. В нем читался страх, но небольшой. Раб выглядел уже мертвым, несмотря на все рвение, которое он пытался показывать.

— Возможно, мы сделали их слишком покорными, — отметил он, перерезая рабу глотку. Кровь фонтаном брызнула на его доспехи, когда он отбросил от себя обмякший труп. — Боги питаются болью и страхом, амбициями и отчаянием.

— Они существуют без надежды, апостол, — согласился Исайкаш. — Если незачем жить, возможно, их души слишком слабы, чтобы удовлетворить богов.

Кальта-Ар задумался над этими словами, указывая подвести нового раба.

— Разве великий Уризен и Кор Фаэрон не свергли алтари Завета в наказание за беззубые ритуалы? — спросил Аркула.

В вокс ворвался крик, заглушив всякий ответ.

Крик, затянутый и агонизирующий, звук, которого Кальта-Ар не ожидал услышать от легионера. Он продлился полных пять секунд, прежде чем резко оборваться.

Опознавательный сигнал передачи принадлежал брату Каи-Алаку.

— Аакас, Хора, Апалл-Аф, — темный апостол назвал имена ближайших легионеров. — Расследовать! Всем братьям — будьте настороже, и следите за рабами.

Потребовалось полминуты, чтобы трое легионеров достигли последней позиции Каи-Алака. Целых тридцать секунд Кальта-Ар встревожено мерил шагами зал.

Каи-Алак мертв, — сообщил по воксу Хора.

— Мертв, не пропал? — уточнил Аркула.

Определенно мертв, — сказал Аакас. — Вам лучше взглянуть самому, апостол.


Первой деталью сцены, что привлекла внимание Кальта-Ара, стала не кровь или куски тела, и не сорванные части брони, раскиданные по голому каменному полу. Их было семеро, послушно стоявших сбоку, головы опущены, но глаза прикованы к останкам. Из круговорота мыслей темного апостола незамедлительно всплыло два вопроса.

— Почему они еще живы, и почему они не шокированы? — спросил он, не обращаясь ни к кому в частности. Аркула попытался ответить, однако Кальта-Ар остановил его поднятой рукой. — Меня не интересуют твои теории, корифей. Пока нет. Давай сначала осмотримся, прежде чем делать выводы.

Отметки на разломанных кусках брони подтвердили, что ее действительно носил брат Каи-Алак. Он был не просто расчленен и обезглавлен, его тело разодрали до неузнаваемости.

— Боги... — пробормотал Исайкаш.

— Ты что-то нашел? — спросил Кальта-Ар.

— Просто вспомнил его крики, — объяснился легионер. — Он был жив некоторое время и чувствовал все, что с ним делали.

— Думаю, оно отрезало ему руки и ноги, а затем занялось остальным, — добавил Аркула с наслаждением большим, чем это было уместным. Он подобрал половину шлема, аккуратно разрубленную надвое. На пол вылились мозг и кровь. — Голову оно приберегло напоследок.

— Они наверняка видели, что случилось. — Хора указал на рабов, все еще сжимавших в руках молоты и рычаги. — Они были здесь, когда мы подошли.

Кальта-Ар приблизился к ближайшему человеку и посмотрел в его грязное лицо. Он активировал внешний вокалайзер боевой брони, звук снизился для личного обращения.

— Ты видел, кто это сделал?

Раб тупо кивнул.

— Расскажи, что ты видел?

— Тень, о владыка владык, — ответил ему раб. Он убрал с лица локон седеющих волос и посмотрел в линзы шлема темного апостола. — Тень взяла его и порезала на куски.

— Должно быть, это демон, — отозвался Аркула, его болтер указал на дверь, а после — на неостекленные окна, как будто в ожидании нападения. — Что-то прошло через обереги.

— Обереги работают, — ответил ему Кальта-Ар.

— Может, где-то на пери...

— Обереги работают! — Кальта-Ар взял себя в руки и смерил раба взглядом, его мысли медленно приходили к умозаключениям.

— Что, если это была сила, призванная ранее? — задумчиво произнес он вслух. — Нечто, поддерживаемое и скрываемое уже внутри оберегов?

— Кем поддерживаемое? — спросил у него Исайкаш. — Рабами?

— Возможно, отчасти. Может, они думали, что он их спасет. Ведь почему демон на них не напал? Почему он убил одного бронированного легионера, а не беззащитных трэллов?

— Что вы наделали? — нависнув над рабами, угрожающе спросил Аркула. Они немного отстранились от него, но, как и прежде, не выказывали особых эмоций. — Что вы выпустили, богами проклятые кретины?

Они смотрели на него отсутствующими взглядами, либо не понимая о чем он, либо не в состоянии сформулировать внятный ответ.

— Я хочу, чтобы комплекс обыскали сверху донизу. — Аркула ткнул пальцем на дверь. — Каждую комнату, каждый зал, каждый подвал и крипту. Если они что-то прячут от нас, мы это найдем.

— Погодите, — велел Кальта-Ар, когда остальные уже собрались уходить. — Есть другой способ.

Он занес ритуальный клинок и посмотрел на раба, с которым разговаривал.

— Ты сознаешься в своих злодеяниях или познаешь такую боль, которой не знал до сих пор.

Наконец, ответом ему стала искра реакции, мгновение страха.

— Я ничего не знаю, о владыка владык, — сказал раб. Он отступил на шаг, подняв руку. — Я сказал, что видел. Тень, это она разорвала вашего воина. Она подбросила его и разодрала на куски. Больше я ничего не видел.

Остальные хором принялись соглашаться с его словами.

— Хватит лжи, тварь, — сказал Аркула. Он наотмашь ударил ближайшего раба по лицу, так что тот отлетел в недоделанную стену. Его череп с хрустом треснул, оставив на белесой штукатурке кровь.

Кальта-Ар ожидал вспышки — криков гнева, боли. Ни один из рабов даже не дернулся к раненому товарищу. Он понял, что их внимание было приковано не к раненому рабу, или к Аркуле, или темному апостолу. Они глядели на нечто сзади и выше его со смесью растущего ужаса и тревожных улыбок.

Он резко обернулся, выхватывая крозий. Остальные легионеры отреагировали за ним следом, вскидывая болтеры.

Существо, похожее на тень, поджидало на вершине стены. Определить его настоящие размеры не представлялось возможным, но оно отдаленно напоминало человека. Прежде чем с губ темного апостола сорвался приказ, оно взметнулось вверх. Вырисовавшись силуэтом на фоне багровых небес, тень распалась с разрывающим уши воплем. На Несущих Слово упали десятки крылатых созданий, иссекая их доспехи клювами, похожими на пластальные клинки. Хора рухнул под первым шквалом, лишившись в падении руки, его боевая броня распалась, словно куски рваной бумаги.

— Отступаем! — крикнул Аркула, его командирские инстинкты взяли верх перед лицом противоестественного призрака. Тон корифея не терпел возражений и даже Кальта-Ар понял, что подчиняется ему, торопливо отступая через дверь. Ревя болтерами, Несущие Слово сомкнули ряды и последовали за ними.


— Хватить впустую тратить боеприпасы! — рявкнул Аркула. — У нас их без того в обрез. Думаете, болт-снаряды остановят это существо?

Несущие Слово прекратили стрелять. Бросая взгляды на Кальта-Ара, они сплотились вокруг духовного лидера в ожидании мудрости. Темный апостол воздел жертвенный клинок, будто щит, на его перчатке заклубились завитки энергии.

Он в восточном хранилище! — возглас по воксу принадлежал Хасде в дальнем конце поселения. Передача с треском оборвалась, единственным звуком был сдавленный хрип.

Внезапно позади отряда темного апостола раздался болтерный огонь, заставив их всех обернуться с оружием наготове.

— Кто стрелял? — грозно спросил Аркула. — Доложиться, ради всего святого. Помните, что вы легионеры.

Через первые крипты что-то движется, — Гоа-Лок говорил быстро, выпаливая слова из-за притока боевых стимуляторов, а не паники. — Думаю, оно под...

Черное озеро только что поглотило Гоа-Лока, корифей. Мы отступаем через южный транзиторум. — Сержант Дарио сжато продолжил между краткими вдохами. — Впереди что-то есть. Оно просачивается сквозь стену южного притвора. Будто масло. Мы снова сворачиваем на север через президиум.

— Рабы ата... — отчаянный возглас Алекаса предупредил их о новой угрозе. Опять зазвенел болтерный огонь, и ему завторили сиплые крики.

— Думаю, демон не такой сильный, как кажется, — сказал Аркула. — Почему он нападает на нас поодиночке? Ничто из созданного этими отребьями не может быть для нас настоящей угрозой, апостол.

— У тебя есть план, корифей?

— Не биться болтами и клинками с тем, что мы способны одолеть верой, — произнес его заместитель. — Это демон, брат мой. Изгони его, или — еще лучше — подчини себе. Обрати его против ничтожеств, что хотели доставить нам проблем своими жалкими молитвами.

— Апостол, собор для нас больше не безопасен, — сказал Исайкаш. Он вышел из круга и направился к коридору в дальнем конце зала. — Если демон не явится за нами, то это сделают рабы.

— Ты хочешь, чтобы мы бежали от безоружного отребья? — прорычал Аркула. — Мы не покинем Бенефикту Диабола.

— Достаточное количество песчинок поглотит высочайшую башню, — произнес Кальта-Ар.

Темного апостола манила мысль воспользоваться одним из многочисленных ритуалов связывания, но для таких церемоний требовалось время. Кроме этого, в отличие от Аркулы, он не был такого же невысокого мнения насчет силы демона, и знал, что множество могучих сущностей завидовали зданию, возводимому в честь любимого сына богов. Принц-соперник ухватится за мельчайшую возможность нанести удар в таком стиле — существо, для контроля которого ему, возможно, могло не хватить познаний.

Апостол достал плазменный пистолет, больше по привычке, нежели с уверенностью, что он пригодится ему против охотящегося на них призрака.

— Умная голова держит сердце в узде и знает, когда подчиниться более мудрому разуму. Нам не хватит людей, чтобы подавить мятеж рабов, и опыта, чтобы одолеть демона-хищника. Мы отступим к мосту-порталу и попросим помощи у Уризена.

Приказ передали по воксу, хотя Кальта-Ар не знал, сколько бойцов оставалось под его началом. Разрозненные рапорты о контакте указывали на то, что чудовище бушевало в юго-восточных залах и коридорах, и это играло темному апостолу на руку. Ему нужно было идти на север, хотя скорость, с которой демон раньше менял свое местоположение, гасила всякую надежду на то, что им удастся преодолеть дорогу без помех. Продолжающийся беглый огонь из наполовину отстроенного поселения также свидетельствовал о ширящемся мятеже рабов.

Возглавляемые темным апостолом, они побежали прямиком к северным воротам. По пути они преодолевали залы, в которых выстроились неоконченные статуи, трудившихся над изваяниями рабов нигде не было видно. Стук инструментов, который раньше так раздражал Кальта-Ара, сменила угрожающая тишина, перемежающаяся грохотом их ботинок, далекими криками, отголосками болтеров и шипением мертвых вокс-каналов.

На полпути в притвор отряд Несущих Слово натолкнулся на приливную волну рабов, выплеснувшуюся из противоположной двери. Если ранее они были болванчиками с пустыми глазами, то теперь их лица были искажены отчаянным гневом. Злость вскипела в ярость, палец Кальта-Ара сжал спусковой крючок плазменного пистолета прежде, чем он успел подумать о последствиях. Энергетический шар попал в ближайшего раба, испепелив его от паха до горла и осыпав товарищей горящими останками.

— Кулаки и клинки! — проревел Аркула, ринувшись на внезапно взвывшую орду. Воин врезался в рабов, растоптав первого под бронированными ботинками, второго подняв за шею и приложив головой о стену.

Другие стремительно последовали за командиром, ломая бронированными пальцами кости и разрывая плоть. Кальта-Ар рубил и колол жертвенным ножом, натужно дыша после каждого удара. Ритуальный клинок горел внутренним светом, пока в гравированный металл просачивалась жизненная сила жертв, истекающая эссенция душ придавала темному апостолу все большее рвение. Он ухмылялся, прорубая себе путь сквозь массу тел пока, наконец, не вышел в пустой коридор позади толпы. Вокруг его братьев у стен были свалены груды тел, распухших и изувеченных от нечеловеческих ударов.

Упоение продлилось всего миг. По притвору с ревом пронеслась темная масса, заставив задергаться конечности и мертвые глаза рабов. В облаке, опустившемся на Апалл-Афа, разверзлись рты с десятками клыков-молний. Казалось, будто незримый клинок пробил живот Несущего Слово и вздернул его, вырвавшись из ранца в шквале керамитных осколков, раздробленных костей и брызг крови. Пластины брони раскололись, когда пасти погрузили фантомные зубы в легионера, отгрызши ему конечности и оставив в теле под ними кровавые борозды.

Его мучительные крики на секунду заполонили вокс, пока Кальта-Ар отключал связь. Аркула с рычащим цепным мечом кинулся на демона. Взмах когтистой конечности почти с презрительной легкостью снес ему голову с плеч.

— За мной! — прокричал Кальта-Ар. Темный апостол развернулся и побежал дальше по узким переходам, ведущим вдоль северной стены. Он слышал грохот шагов подчиненных за спиной, гул напрягаемых до предела силовых доспехов. Он пришел к выводу, что если демон был призван внутри рунического щита, то, возможно, он не сумеет выбраться наружу. Естественно, это делало их добычей для других обитателей варпа, которые скитались поблизости, но темный апостол предпочел бы рискнуть неизвестной угрозой, чтобы спастись от вполне явной.

Он достиг круглого окна, резная рама которого была готова принять стальное изделие в форме Восьмеричной Звезды богов. Утробный, влажный звук из вокса Аакаса в считанных метрах от Кальта-Ара засвидетельствовал его смерть от лап преследующего их демона. Темный апостол сменил курс и выскочил на подоконник. Не озираясь, он нырнул в багровый сумрак. Его омыла дрожь статики, верный знак того, что он преодолел пограничные обереги.

Не оглядываясь назад и не сводя глаз с увенчанного аркой выступа впереди, Кальта-Ар что было духа помчался по открытой местности. Каждый его шаг сопровождался ожиданием вонзающегося в спину наполовину материального когтя или многозначительного мысленного трепета, предупреждающего о том, что на него упал демонический взор.

Он услышал тяжелое дыхание из ребризера и, наконец, бросил взгляд назад.

Исайкаш был в нескольких шагах от него. Следом за ним из дверей и окон появлялись разрозненные фигуры в красных доспехах и бежали по невзрачной равнине. Чудовища нигде не было видно.

Кальта-Ар не замедлялся до тех пор, пока не достиг угловатых охранных камней, что окружали вершину холма. Внутри кольца, больше Несущих Слово надзирало за безустанным трудом рабов, что водружали блоки друг на друга, возводя храм для портальных врат.

Один из них был в богато украшенном терминаторском доспехе, массивные пластины брони отмечали символы первого послушника. Кальта-Ару они были знакомы.

— Мардук! — закричал он, раскидывая рабов у себя с пути. — Где Уризен?

— Уймись, брат, — ответил Мардук, приближаясь к темному апостолу с поднятой рукой, чтобы остановить его.

— Ты забываешься, первый послушник, — прорычал Кальта-Ар, замерев в паре шагов от Мардука. Его братья ворвались в арку-храм следом за ним и развернулись, направив оружие на Бенефикту Диабола.

— Я здесь по приказу повелителей Ярулека и Эреба, и говорю от их имени, Кальта-Ар. — Вокруг Мардука собралась его стража, когда он продолжил. — Что это за вторжение?

— Нечто могущественное, призванное рабами, я так думаю. Крайне гневный демон. Он уже перебил половину моей роты.

Первый послушник зло рыкнул, поднимая длинный цепной меч.

— И ты привел его сюда, к обители нашего владыки?


Пока Мардук отрывисто раздавал приказы своим воинам, Кальта-Ар разыскал среди собратьев Исайкаша.

— Сколько осталось? — спросил он другого Несущего Слово.

— К горе добралось семнадцать, апостол. Других на равнине я не видел.

Кальта-Ар обвел взглядом пространство между холмом и Бенефиктой Диабола. Тут и там на багровой земле лежали бронированные тела. Рядом с мертвецами появлялись темные дымки — демоническая эссенция, привлеченная отлетающими душами. Вскоре на пир явятся другие существа.

— Там, апостол! — раздался крик справа, там, где Укна-Тав указывал в северо-западный конец участка. Несущий Слово перескочил невысокую стенку, за ним следом струился поток обнаженных людей. Легионер развернулся и разрядил болтер, выкосив первую кучку рабов, осмелившихся последовать за ним.

Едва он обернулся, чтобы продолжить подъем, земля под Несущим Слово потемнела. Словно пузырящаяся в яме смола, по его ногам потекла сочащаяся чернота, быстро поглотив воина до самого пояса. Легионер открыл огонь по массе, но его болты просто исчезали, так и не разорвавшись. Густая тьма поднималась все выше, ручейки теней обвились вокруг его рук и горла.

Разрастающаяся тьма оторвала легионера от земли и сломала ему руку в локте, так что болтер выпал из его хватки. Кальта-Ар сочувственно поморщился, когда резко лопнула нога, согнувшись под неестественным углом. Вокс легионера явно не работал, и он был рад тому, что их избавили от еще более нечеловеческих звуков мучительной смерти. Теперь ломающие конечности искажения охватили всю бронированную фигуру, с треском керамита и хрустом костей практически завязав воина узлом.

Демоническая тень отбросила останки на пол и поднялась в подобии человеческой фигуры, хотя и вдвое выше легионера, которого только что повергла. Из ее спины выросли темные крылья, руки увенчались похожими на копья когтями.

— Что ты привел к нам? — Голос Мардука у плеча заставил Кальта-Ара обернуться, его сердца бешено колотились. Он рискнул бросить взгляд на первого послушника, прежде чем перевести глаза назад на призрака, с медленной, мрачной целеустремленностью шедшего по равнине.

— У меня не было выбора, — сказал темный апостол. — Он убил бы нас всех, и пришел за вами без предупреждения.

— Значит, ты опасался за свое доброе здравие?

— Посмотри на него, брат! Он нам не по зубам. Против подобного существа нам нужен Уризен. Ты должен вызвать его.

Должен?

— Сейчас не время для твоего тщеславия, Мардук, — грозно рявкнул Кальта-Ар. Угроза быть разорванным на куски неодолимым демоном перевешивала трепет перед оскорблением одного из любимых слуг первого капеллана. Он указал на арку дремлющего портала. — Ты не мог бы связаться с Лоргаром?

— Примарх... занят более важным делами, чем твое выживание, Кальта-Ар.

Лай болтеров привлек их внимание обратно к кольцу охранных камней, где легионеры Кальта-Ара встретили приближавшегося монстра шквалом огня. Болт-снаряды детонировали по всему его телу, однако пламя их ярости гасло во тьме.

Подойдя ближе, демон изменился, его дымное тело уподобилось метели, и сам он стал существом белизны с парой эбеново-черных глаз. С поднятой руки сорвались черные молнии и пробили тело одного из Несущих Слово. Из прорех в его боевой броне заструился грязный дым, и легионер замертво рухнул на землю.

— Нужно отходить через мост-портал, — произнес Кальта-Ар. — Мы должны привлечь Лоргара.

— Привлечь, Кальта-Ар?

Голос раздался сзади них, столь же чистый, как расплавленное золото в душе темного апостола. Его тон мгновенно поднял дух Кальта-Ара, наполнив его теплотой.

Он обернулся, как и другие вокруг него. Арка пылала энергией, сквозь марево внутри черного портала открылся вид на гигантскую цитадель-собор. Перед ним стояла исполинская фигура, втрое выше любого легионера, золотокожее создание, облаченное в плащ с мантией горящих рунических форм, поднимавшихся из его тела. В одной руке он стискивал булаву с длинными шипами, пульсировавшую темной энергией. В другой был сжат жезл из вычурно завитого металла, который венчал трехглазый череп, покрытый слоями золотых знаков, что непрерывно извивались друг поверх друга. Пронзительные лазурные глаза впились в Кальта-Ара.

— Я услышал твою горесть, сын мой.

Голос омыл темного апостола, будто успокаивающий бальзам, уняв его беспокойство, усилив решимость. И все же присутствие примарха было практически необоримым, так что он невольно рухнул на колени и склонил голову.

— Мой лорд Аврелиан, простите меня за слабость. Существо демонической злобности порушило наши великие труды.

— Я не вижу здесь никакого демона.

Кальта-Ар кинул взгляд на собратьев. Преследовавшее их создание достигло вершины холма сквозь бурю болтерного огня. Оно разбрасывало воинов взмахами сверкающих когтей, оставляя на брусчатке внешнего святилища разодранные останки.

— Это не демон. — Лоргар воздел жезл и указал им на кровавый вихрь, прорывающийся через последних легионеров темного апостола. — Иди ко мне. Брат.

С последним стремительным рывком, превратившим легионера в осколки керамита и ошметки плоти, чудовище свернулось в узнаваемую фигуру. Ростом она не уступала демону-примарху, облаченная в черную боевую броню и перчатки с длинными когтями. Из вычурно украшенного ранца поднималась пара причудливых металлических крыльев, напоминающих вороньи. Лицо его было белое как снег, мрачное, с угольно-черными глазами, и обрамленное темными, по плечи, волосами.

Кальта-Ар почувствовал, как дыхание умирает у него в легких, едва только посмотрел на безошибочно узнаваемые черты Корвуса Коракса, примарха Гвардии Ворона. Его мысли захлестнул шквал вопросов, однако все они остались без ответа, когда Коракс заговорил.

— Что с тобой стало, брат?

Я вознесся, — ответил Лоргар. Взмахом жезла он указал на Коракса. — Могу спросить то же у тебя.

Лорд Воронов двинулся вперед, направляясь к Лоргару Аврелиану. Кальта-Ар со своими воинами рассыпались перед ним, с радостью избегая его гнева. Мардук и его свита сомкнули строй вокруг своего примарха, но тот взглядом заставил их расступиться.

— Я тот, кем был всегда, — произнес Коракс. — Я — воплощение мести. Я — принесенная справедливость. Это место за пеленой открыло то, кем все мы в действительности являемся. Под налетом человечности, который создал для нас отец, мы все порождения варпа.

Ты пришел дать клятву силам, что на самом деле сотворили тебя?

— Нет. Я поклялся изжить из галактики скверну Хаоса. Ты станешь первым из падших братьев, который умрет под моими клинками.

Я не то создание, с которым ты бился на Исстване, — сказал Лоргар, занося булаву.

— Как и я!

Кальта-Ар едва успел заметить бросок Коракса, настолько стремительным тот был. Из жезла Лоргара вырвался потрескивающий черный огонь, и его сбило с ног темным ветром. С раскатистой ударной волной, раскидавшей Несущих Слово, два полубога сошлись в битве.


После долгой жизни кровопролития и поклонения Истинным Богам, Кальта-Ара мало что могло поразить. Вид же двух примархов, сражавшихся внутри сферы эмпиреев, потряс и шокировал его до глубины души.

Наделенные чистой первобытной силой, соперники горели энергией. Коракс походил на громадный, охваченный белыми молниями шторм, состоявший из бесчисленных воронов. Их карканье оглушало, сполохи когтей и клювов были искрами бури.

Лоргар поднимался из тени подобно огненному шару, озаряемому торнадо пылающих рунических символов. Метеоритные знаки обрушивались на воронью бурю, прорубая в плотной массе угольные борозды. Они сталкивались со зданиями вокруг моста-арки, кроша каменную кладку и испепеляя трупы Кораксовых жертв.

Лорд Воронов наносил ответные удары, шквалы сверкающих когтей рвали сам воздух и оставляли дыры в рунической мантии Уризена. После каждого его удара раздавался вопль, терзавший нервы так же, как когти полосовали имматериальную форму Лоргара.

Кальта-Ар невольно зажмурился, когда летящая булава Носителя Слова столкнулась с грудью охваченного бурей неприятеля. Удар прокатился громче любого раската грома, руша стены вокруг них.

Перекатившись на спину, так что с доспеха посыпался раскрошенный камень, темный апостол увидел, как титанические противники пронеслись мимо, Коракс направлял четверку мерцающих копий-когтей в горло Лоргару. Уризен пытался отбиться своей булавой, но Лорд Воронов не выпускал его из нечеловеческой хватки.

Они вместе врезались в землю, и их приземление снова разбросало Несущих Слово, успевших подняться на ноги.

— Мост-портал!

Крик Мардука заставил Кальта-Ара взглянуть на подрагивающее энергетическое поле внутри арки. На ее плывущей поверхности проскакивали темные искры. По всей видимости, оно слабело.

— Мы не можем застрять здесь, — сказал темный апостол, шагнув к гаснущему порталу.

— Его поддерживает воля Уризена, — услышав его, объявил Мардук. — Это означает, что наш владыка теряет силу!

Оба примарха вновь приняли полностью человеческие обличья в самом нутре кратера, созданного их падением. Левое плечо Лоргара висело, жезл покачивался в руке. Рунические формы по-прежнему ползли по его телу, уже больше не в виде мантии, но создавая пластины брони, покрытые выгравированными варповскими символами.

Коракс сжал когти, словно мечи, и с непроницаемым лицом шагнул к Лоргару.

Мардук выстрелил.

Буря из его комбиболтера врезалась Лорду Воронов в грудь и лицо, заставив примарха содрогнуться под шквалом разрывов. Кальта-Ар инстинктивно открыл огонь из плазменного пистолета, заряд попал Кораксу в живот, расплескав голубую энергию по вычурным черным доспехам.

Следом за ними стрелять начала остальная стража Мардука, выпуская ракеты и новые болты.

Лоргар призвал нимб энергии и выбросил силовой щит, который внеземным ураганом оторвал Коракса от земли и смял крылья. Лорд Воронов вновь обратился стаей огненнооких черных птиц, но воля Лоргара продолжала поднимать воплощения другого примарха вверх, рассеивая их в небе.

— Быстрее, наш лорд, — воскликнул Мардук.

Лоргар потопал к ним, его раны истекали маленькими багровыми рунами, подобными крови.

Кальта-Ар поднял глаза. Лорд Воронов вновь собрался в целую массу, темная комета, направленная прямо на них. Уризен вошел в портал первый, его массивное тело оставило после прохождения тень, пока другие Несущие Слово кидались следом за ним. Последние несколько шагов Кальта-Ар преодолел одним прыжком, с головой нырнув в миазмы под аркой, и его поглотила холодная тень.


Он оказался в огромном зале, под ногами была разноцветная мозаика, стены покрыты свежими фресками, высоко наверху раскинулся белый сводчатый потолок с куполами. Часть Темплума Инфицио. У него не было времени осмотреться внимательнее, поскольку его глаза были прикованы к вратам.

Вопящая стая воронов скребла и била клювами, но не могла преодолеть варп-барьер.

Лоргар смотрел на чудовище с другой стороны, его грудь тяжело поднималась, словно пытаясь отдышаться, голову венчал нимб черных варп-ветвей.

Коракс принял обратно смертную форму, одна щека была окровавлена, ссадина почти закрывала глаз. Его доспехи получили сильные повреждения, но он подался к порталу, глаза буравили преграду.

— Я взял твой запах, Лоргар, — грозно прорычал Лорд Воронов. Его лицо исказилось от чудовищной ярости. — Я разыщу тебя, Лоргар! Я уничтожу тебя и каждый сосуд, который ты наполнил своей скверной!

Лоргар побрел назад, и арка портала потускнела, оставив посреди колонн лишь голый камень.

— Мы соберем отряд и вернемся, наш лорд, — произнес Мардук, заторопившись следом за примархом.

— Не все потеряно, — пообещал Кальта-Ар, не желая показаться менее решительным. — Я отстрою Бенефикту Диабола.

Они продолжали говорить, идя за Лоргаром по коридорам и залам к центру огромного строения, раскинувшегося в их новой столице на Сикарусе. Они поднялись по ступеням на самый верх, к башне в сердце всего. Черные двери открылись при приближении Лоргара и он вошел внутрь, не проронив ни слова и не бросив на них взгляда.

Со звуком, который эхом разнеся как в душе Кальта-Ара, так и его ушах, двери гулко захлопнулись, оставив его вместе с Мардуком на пороге. В них не было ни ручки, ни щели для ключа, ничего, с помощью чего они смогли бы открыть их. Вдруг на двери загорелась белая колхидская руна, а затем еще одна.

— Одолей судьбу, — прочел Кальта-Ар. Он обернулся к первому послушнику. — Что это значит?

Мардук отступил на несколько шагов и взглянул на вершину внеземной башни. На ее верху горел золотой огонь.

Остальные выбегали из соседних притворов, требуя узнать, что случилось. Кальта-Ар узнал среди них Кор Фаэрона и подавил стон.

— Что это предвещает? — спросил один из приближающихся Несущих Слово.

— Мы ожидаем его возвращения, — ответил Мардук. — До тех пор, великий труд должен продолжаться.