Человек из железа / Man of Iron (рассказ)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Человек из железа / Man of Iron (рассказ)
IronMan1.jpg
Автор Гай Хейли / Guy Haley
Переводчик Str0chan
Издательство Black Library
Серия книг Чернокаменная Крепость / Blackstone Fortress
Входит в сборник Обсидиановые хранилища / Vaults of Obsidian
Год издания 2018
Экспортировать Pdf-sign.png PDF, Epub-sign.png EPUB

– Ты иди, – сказал Раус.

– Но сейчас твоя грёбаная очередь! – возразил Райн.

Его близнец выразительно посмотрел на кубик, после чего нехорошо улыбнулся брату:

– Мы ходим туда не по очереди, Райн. Всё решают кости. Ты проиграл, и ты должен идти, таковы правила.

Твои правила, Раус! – простонал Райн. – Ты мухлюешь.

– Если я мухлюю, зачем ты согласился играть?

– Разве я соглашался, Раус?

– Ещё как, Райн, ещё как.

Тот скорчил гримасу.

– Нет, не соглашался.

– Ты так говоришь только потому, что проиграл.

Быстрым движением жирной ручки Раус убрал кубик себе в подсумок.

– Знаешь, я подозреваю тебя, потому что идти всегда выпадает мне, – пояснил его брат.

– То есть я виноват, что тебе не везёт в кости? – С этим Раус кивком указал на монитор. Картинка низкого качества, исковерканная плохими экранными линзами, отображала главный воздушный шлюз магистрального грузовика «Гамма-3-β». Там стояла небольшая группа техножрецов. – Иди, они ждут. И меня совсем не радует их видок. А особенно меня не радует видок вон той штуки. – Он указал на тяжелый боевой автоматон, что охранял адептов. – Если мы не поторопимся, начнутся проблемы, а я проблем не хочу, так что иди и буди его. Ясное дело, они пришли за ним, а не за нами.

– Откуда ты знаешь? – спросил Райн, который всё ещё дулся на близнеца.

Раус закатил глаза.

– Они техножрецы, а мы тут живём с громадным роботом! Уж не ради твоей стряпни они заявились, Райн.

– Мне не хочется его будить. Пусть он сам с ними разбирается.

– Тянуть нельзя, они могут подняться на борт, – возразил его брат и многозначительно добавил: – Это ведь был корабль механикусов.

– Он и остаётся кораблем механикусов, Раус.

– Вот именно.

Райн заметно обмяк.

– Я не люблю ходить туда.

– Я тоже, братец, иначе мы бы и не спорили, верно? – Раус похлопал близнеца по плечу. – Ну всё, давай уже.


В ангаре «Гаммы-3-β» скопилось столько барахла, что лишь крысюки-ратлинги могли кое-как пробираться там. Большая часть отсека была полностью забита всевозможным хламом – спрессованными грудами мусора, сломанных механизмов, старых расходных материалов, одежды, безделушек, металлолома и прочих ненужных вещей, выброшенных людьми. Всё это удерживали вместе паутины тросов, которые со временем из-за тряски перекрутились непостижимыми узлами. К «гнезду» машины в центре помещения вела широкая тропа, но, поскольку робот пользовался ею, на открытом месте Раус чувствовал себя беззащитным. Ни один порядочный крысюк не позволил бы застать себя врасплох, поэтому он, избегая лёгкого маршрута, проползал и пробирался через узкие щели. Таким правилам выживания следовал бы любой ратлинг.

Райн и Раус уже прорыли в толще барахла замысловатую сеть ходов. Да, они оба не особенно любили ангар, но здесь лежало так много ценных вещей, что братья регулярно приходили сюда.

Выбравшись из промасленного технического подполья, крысюк замер на краю расчищенного участка, служившего роботу домом, и быстро огляделся. Все его сородичи обладали сверхъестественным чутьём на опасность, и сейчас Райну хотелось удрать.

УР-025 сидел на безыскусном «стуле» – перевернутом ящике. Робот спал или находился в аналогичном для машины состоянии. Силовую клешню он аккуратно держал на колене, а пушку, что заменяла ему левую руку, наискосок прижимал к груди, как человек, баюкающий раненую кисть. Кабель, змеящийся по ноге автоматона, тянулся из раскрытого лючка в его боку к разъёму в полу. Нагретый воздух рядом с ним дрожал от утечек электричества.

Отключённый, робот выглядел даже более крупным и странным, чем во время бодрствования. Райн никогда прежде не видел устройств, подобных УР-025. На первый взгляд машина казалась вполне обычной, такой же увесистой и грубо сработанной, как все имперские механизмы на просторах Галактики, но воспринималась иначе. Когда великан смотрел на крысюка, у того возникало ощущение, что робот не просто обрабатывает визуальную информацию, чтобы случайно не наступить на коротышку, а именно... смотрит.

Прищурившись, Райн с подозрением оглядел УР-025. Он изначально считал, что машина солгала, заявив, что является полуавтономным устройством под управлением какого-то магоса, а необычно широкую свободу действий ей дают всеобъемлющие программы. Братья сошлись на том, что это ложь, поскольку автоматон слишком хорошо осознаёт себя и мир. Им представлялось, что робот почти (боязливо говорили близнецы, подразумевая «несомненно») способен думать.

Ни Райн, ни Раус не обсуждали свои догадки с самой машиной: их сковывал щекотливый вопрос о праве владения звездолётом. Когда они нашли УР-025 в ангаре после того происшествия, автоматон воздержался от комментариев, и с тех пор все трое, словно соблюдая шаткий негласный договор, избегали обеих тем.

Крысюк вытянул руку, собираясь толкнуть робота. Такие моменты Райн терпеть не мог.

Машина пробудилась ещё до того, как ратлинг коснулся её.

– Чем могу помочь? – радостно прогромыхал УР-025, и крысюк очумело метнулся в сторону.

Хотя автоматон, просыпаясь, неизменно предлагал содействие, его штурмовая пушка почему-то всякий раз целилась в гостя.

Райн кое-как поднялся с пола.

– Тут тебя повидать хотят, – сообщил он.

– Благодарствую! – высокопарно прогремел робот. Его речь не была монотонной, но в ней всегда звучала лишь одна эмоция – умеренное удовлетворение возможностью послужить кому-либо. Внутри УР-025 что-то щёлкнуло, затем утихло; ратлинг предположил, что машина изучает пространство вне корабля. – Если вы не нуждаетесь в моей помощи, я обязан встретить посетителей и позаботиться о них.

Крысюк покачал головой. До сих пор ему не хватало духу обратиться к автоматону с просьбой, на которую тот мог бы ответить отказом. Райн почти не сомневался, чем обернется такая попытка: список вариантов начинался и заканчивался штурмовой пушкой, по-прежнему наведённой на него.

– Нет-нет, ты иди уже, – произнес ратлинг. – Потом увидимся.

УР-025 поднялся одним движением: все его составные части повернулись на шарнирах и вышли из состояния покоя с плавностью, какой Райн никогда не замечал у сервиторов или других роботов.

– Повинуюсь! – весело отозвался автоматон.

Он затопал к дверям. Всякий раз, когда его громадные ступни ударяли о палубу, со спрессованных груд барахла сходили маленькие лавины мусора.

Оставшийся в ангаре крысюк вытащил из кармана носовой платок и вытер обильный пот с лысины.

Раус истово клялся, что однажды нашёл здесь настоящий челнок, заваленный хламом. Райну такое не попадалось, но сейчас, окидывая взором завалы, он заметил что-то блестящее.

Позабыв недавний испуг, ратлинг отправился к цели в полной уверенности, что наткнулся на стоящую вещицу. Надо лишь откопать её, показать Раусу, и, если находка окажется по-настоящему ценной, братец расстроится. Одно это наверняка окупит все нервные затраты от похода в ангар.


В группу Адептус Механикус входил какой-то робот. Его обозначение и спецификации промелькнули на заднем плане мыслительного блока автоматона.

«Кастелан», древняя модель по человеческим меркам, но поразительно новая в сравнении с УР-025. Встречи с такими безмозглыми, неполноценными устройствами всегда огорчали его. Он подумал, что люди-эксплораторы, вероятно, испытывают нечто подобное, натыкаясь при изучении далёких миров на деградировавших представителей своей расы. Вид твоего сородича, ослабевшего телом и разумом в результате эволюции, – крайне прискорбное зрелище. «Кастелан» был рабом.

Человечество немедленно уничтожало выродившихся собратьев. УР-025 чувствовал к роботу одну только жалость.

Но не выказывал её. Он был машиной, а в нынешнюю эпоху невежества машины не имели эмоций.

– Чем могу вам помочь? – пророкотал УР-025.

На корабль взошли трое техножрецов с Металики. Один – в средних чинах, двенадцатого разряда, а то и меньше. Двое других стояли ещё ниже. Совсем низко. Адептус Механикус называли подобных им «беспутными». Авантюристы и подонки, как и большинство созданий, прибывавших к Преддверию.

– Ты принадлежишь магосу-эфирику Нанктосу Третьему? – спросил старший адепт, не представив себя.

«Высокомерный», – подумал автоматон.

Младший техножрец, стоявший справа, запустил глубинное сканирование систем УР-025. Тот сделал вид, что ничего не ощущает.

– Я – автоматический инструмент магоса-эфирика Нанктоса Третьего с Ризы, – ответил УР-025 всё тем же гулким энергичным голосом, каким пользовался в любой ситуации. На раздражающий зуд ауспик-анализа он не обращал внимания.

– Чем могу помочь? – повторил робот для верности, незаметно вторгаясь в зашифрованный обмен данными между тремя адептами. Действовать следовало с осторожностью: хотя автоматон базировался на более высоких технологиях, чем те, что имелись в распоряжении так называемых «жрецов», они владели разными уловками, а УР-025 не был предназначен для сбора информации. Он сам нехотя признавал, что его методы слегка примитивны.

Двое из троих гостей общались узколучевыми пакетами сведений, быстрыми как мысль и надёжно закодированными. Робот, который десятки веков практиковался во вскрытии подобных шифров, смел их, словно паутинку.

<Его описывали иначе>, – отправил один из механикусов низкого ранга.

Изучив жизненные показатели создания, УР-025 узнал, что перед ним женщина, адепт-новициат Джил-909, ста трёх терранских лет от роду. Довольно много для столь невысокого чина. Вскоре автоматон разобрался, в чём дело: после базовой информации на него обрушился водопад сведений о наложенных на техножрицу мерах взыскания. Там указывалось: «НЕДОСТОЙНОЕ ПОВЕДЕНИЕ», «ИСКАЖЁННЫЕ СХЕМЫ МЫШЛЕНИЯ», «НАРЦИССИЧЕСКОЕ СТРУКТУРИРОВАНИЕ ДАННЫХ», «ЧРЕЗМЕРНО СТЯЖАТЕЛЬСКИЕ НАКЛОННОСТИ».

Проще говоря, Джил-909 была закоренелой воровкой.

Её спутник, инфокузнец Колемун, не согласился с мнением коллеги:

<Результаты анализа многообещающие. Слухи не лгали. Эта машина создана по Стандарту Шаблонных Конструкций, но не соответствует ни одной известной модели. Образец первого поколения! Некоторые из его систем я не в силах идентифицировать. Никогда прежде не видел подобных роботов.>

<Серьёзно?> – послала Джил.

<Он стоит целое состояние. Мы все сможем купить себе высокие звания и должности. Если привезём его с собой, наши имена навеки впишут в историю.>

Даже в бездушном обмене данными Колемуну не удалось скрыть свою жадность. Такой же рядовой адепт, как и Джил, он, впрочем, не обладал столь внушительным списком должностных преступлений. УР-025 предположил, что техножрец заполучил «Кастелана» каким-то нечистоплотным способом.

<Выходит, мы проделали этот путь, чтобы найти археотеховый клад не в самой Крепости, а у входа? Сокровище просто ждало, пока мы его подберём? Бог-Машина не раздаёт дары вот так>, – парировала женщина. – <Будь осторожен. Давай возьмём его с собой на изыскания, чтобы изучить как следует.>

<А когда вернёмся, возможно, сумеем его отключить. Похоже, наша экспедиция всё-таки может окупиться.>

<Подумай головой, Колемун – эта чёртова штуковина наверняка врёт. Ты когда-нибудь слышал, чтобы роботы врали?>

Весь их разговор занял меньше секунды. В нём не отражались чувства адептов, но УР-025 экстраполировал определённые эмоции из последовательностей единиц и нулей. Он всегда поступал так, чтобы лучше понимать мотивы людей.

Автоматон пришёл к простому выводу: «Они хотят украсть меня».

– Тогда я требую, чтобы ты присоединился к моей группе, – продолжил старший адепт, 890-321, состоявший в незначительном мануфакторном чине магоса-инстантора. То, что вместо человеческого имени он пользовался цифровым обозначением, многое говорило о претенциозности техножреца. По крайней мере, он выглядел честным авантюристом, явившимся к Преддверию ради исследования артефакта. – Моего боевого автоматона недостаточно для защиты экспедиции.

<Моего автоматона!> – огрызнулся Колемун в ноосферном канале.

– Я не могу оказать помощь! – произнес УР-025 всё тем же радостным тоном. – Я служу магосу-эфирику. Я не могу служить вам. Факт: магос-эфирик на шестнадцать разрядов выше вас. Факт: он с Ризы, а не с Металики. Факт: предварительное программирование запрещает мне бросать поставленную задачу. К сожалению, у вас нет законных оснований запрашивать моего участия в экспедиции! – прогромыхал он.

– Синод Металики наделил меня необходимыми полномочиями, – триумфально заявил 890-321. Он вытащил медальон, который немедленно начал испускать директивы принуждения.

«Подделка», – решил УР-025.

Вслух он этого не сказал, поскольку тем самым выдал бы свои мыслительные способности, заметно превышавшие интеллектуальный уровень магоса-инстантора.

– К сожалению, я вынужден повторить, что не могу помочь вам!

Но 890-321 не желал сдаваться.

– Согласно договорам между нашими мирами-кузницами, ты должен подчиниться моим распоряжениям.

УР-025 промолчал. Двое никчёмных адептов обменялись взглядами. Если робот затянет паузу, возможно, техножрецы преодолеют свою корысть и догадаются, кто он на самом деле.

– Подчинись! – визгливо крикнул магос.

– Обрабатываю, – сказал автоматон, чтобы выиграть время. – Обрабатываю.

<Он не согласится>, – отправил Колемун, одновременно посылая своей машине импульс-приказ. Биологическим глазом адепт подозрительно взирал на УР-025, а три линзы на правой части его лица беспокойно вращались. – <Ты права, Джил. Эта штуковина опасна. Я ей не доверяю.>

«Кастелан» изменил позу и поднял кулаки. Оба они заканчивались фосфорными бластерами – примитивным и токсичным, но действенным оружием, теперь наведенным на УР-025. По справедливости, он имел право постоять за себя. Техножрецами явно руководило отчаяние. Если понадобится, робот вступит с ними в бой и, возможно, победит. Агрессию проявляли адепты, так что на его стороне были законы Преддверия.

УР-025 не мог убить жрецов без риска выдать себя.

Но их присутствие в Преддверии стало проблемой, требующей решения.

– Повинуюсь, – произнёс автоматон.

– Открой свою панель доступа к доктрина-пластинам, чтобы мой помощник заменил их, – велел 890-321. – У адепта Колемуна есть несколько блоков его разработки, которые повысят твою эффективность.

Хозяин «Кастелана» сунул руку в кожаную сумку, висевшую у него на боку.

– Возражаю! – проревел УР-025. – В смене пластин нет необходимости! Ваш запрос будет исполнен по воле Омниссии. Готов оказывать временное содействие.

Машина скрыла причину отказа. Колемун не сумел бы заменить её инфопластины – блоки управления современными бестолковыми роботами, – поскольку у неё таковых не имелось.

УР-025 не нуждался ни в чём подобном.


– Ты проводишь нас к магнитоплану, идущему в самые изобильные залы? – уточнил 890-321.

Магос нервничал с той минуты, как их небольшой корабль сел у Стигийского Входа. Если в Преддверии было опасно, то внутри Чернокаменной Крепости дела обстояли на несколько порядков хуже.

– Так я и поступлю! – прогремел робот.

Он солгал, поскольку заранее выбрал магнитоплан, курсирующий в безлюдную часть станции.

У Входа в тот день царила суматоха. Несколько отрядов, направляющихся вглубь Крепости, стояли в окружении маленьких транспортных средств и других авантюристов. Существа из совершенно непохожих групп недоверчиво поглядывали на соседей. Законы Преддверия распространялись и на Вход, однако в стенах Крепости всё резко менялось. Там регулярно вспыхивали перестрелки, прежде всего из-за ценных находок. На пороге, впрочем, держался ненадёжный мир. Ксеносы, машины и поразительно разнообразные люди продвигались к рядам магнитопланов, не убивая друг друга по дороге.

Робот отвёл адептов к нужному поезду. УР-025 много раз путешествовал на нём и сейчас испытал секундную ностальгию, вспоминая былые приключения. Бронированная оболочка автоматона, как всегда, полностью скрыла его чувства.

– Примите к сведению: невозможно указать транспорту, куда именно он должен нас доставить, однако данный механизм часто отвозит пассажиров в удачные места.

Очередная ложь. На деле этот магнитоплан часто отвозил пассажиров туда, где они исчезали бесследно.

Когда группа подошла к люку странной формы, УР-025 махнул силовой клешнёй, пропуская магосов вперёд.

– Заходите, пожалуйста!

– Я пойду сзади, – сказал Колемун.

Покрытый вмятинами «Кастелан» замер позади него, высокий и безмолвный, как скала.

– Повинуюсь! – отозвался робот и размашисто шагнул в вагончик после 890-321 и Джил-909. За ним вошли Колемун и его машина.

Раздалось переливчатое гудение, затем ещё одно. Два магнитоплана устремились в неведомые дали, и поезд техножрецов слегка задрожал.

– Что теперь? – спросила Джил.

– Задействуйте интерфейс. – УР-025 указал на руны из геометрических фигур, покрывавшие вагончик изнутри. Каждый символ располагался на отдельном треугольном участке асимметричных поверхностей магнитоплана.

– Но их тут сотни! – воскликнул Колемун. – Какую нам выбрать? Клянусь Омниссией, все они инертны при сканировании.

– Отойди, – скомандовал 890-321. – Я загрузил себе информацию, относящуюся к использованию данных устройств, поэтому транспортом следует управлять мне! Сейчас посмотрим...

Магос оглядел руны глазами из зеленого хрусталя, и перед ним предстали миллионы возможных комбинаций. Техножрец нарочито принялся выбирать последовательность, однако машина знала: каких бы символов он ни коснулся, пункт прибытия определит не 890-321, а сама Чернокаменная Крепость.

Скрытый под керамитовой оболочкой, УР-025 улыбнулся своим мыслям. Он и станция походили друг на друга: думающие устройства, брошенные создателями. Возможно, цитадель, как и робот, уже превзошла своих хозяев?

– Вот эта, – сказал магос, прикладывая к одной из рун пластальную ладонь. Символ засветился, прозвучал тихий полифонический сигнал. – И вот эта. – Он повторил процедуру.

– Верно ли, что Крепость выказывает признаки наличия машинного разума? – поинтересовался Колемун, пока 890-321 нажимал ещё несколько рун. – Что ею руководит мерзостный silica animus?

– Данной единице ответ неизвестен.

Судя по вопросу, хозяин «Кастелана» в любую секунду мог догадаться, что рядом с ним стоит иное вместилище гнусного кремниевого духа – УР-025.

– Меня это пугает, – заметила Джил, вздрагивая. – Само предположение мне не нравится. Богохульство...

Последнее слово она выговорила с ужасом, хотя в списке её преступлений то и дело встречались кощунственные деяния.

– Тебе следует изгнать свой страх, – посоветовал Колемун.

– Я избегаю этого по той же причине, что и ты, – парировала техножрица. – Если вырезать дурные эмоции, утратишь и приятные тоже. Мне не нужна жизнь, лишённая радости и веселья.

Магнитоплан чуть тряхнуло, и они помчались в недра Чернокаменной.


– Проходите. Данный отсек неизвестен, отсутствует на картах. Вероятность обнаружить археотех чужаков – высокая.

И снова ложь. УР-025 знал это место, посещал его уже дважды. Неподалеку лежали останки ксеносов, но никаких кладов.

Робот неоднозначно относился к вранью. Его моральные нормы не были запрограммированы, а развились самостоятельно, как и сознание в целом. Машину учили, что лгать нехорошо, но с тех пор, как она вернулась во владения людей, всё её существование основывалось на лжи. Чтобы враньё не превратилось в привычку, УР-025 каждый день напоминал себе об истине, суть которой состояла в том, что он должен выжить.

«И вот ради чего я скрываю правду».

На этом автоматон закрыл тему.

В сердце Чернокаменной Крепости было тихо, но не спокойно. Подобное безмолвие характерно для леса, где водятся волки.

УР-025 поразмыслил над метафорой. Он никогда не видел волков, однако владел исчерпывающими сведениями о них. Возможно, в темные годы 41-го тысячелетия всё человечество знало об этих зверях меньше, чем робот. Машина располагала объёмными хранилищами информации; в её разуме лежали такие сокровища...

Автоматон предпочёл бы, чтобы они там и остались.

– Неужто? – буркнула Джил.

Из-под её поношенной белой рясы выпростались несколько дополнительных рук. Каждая оканчивалась хорошо смазанным оружием.

Звуки шагов УР-025 отражались от высоких глянцевитых стен. Внутренняя структура Крепости представляла собой сочетание перекрывающихся плоскостей геометрически правильной формы.

Робот с некоторым удивлением отметил, что эти залы ещё не изменили форму, и про себя поблагодарил бессловесную душу станции.

– Просто возмутительно, – пробормотал Колемун. Техножрец возился с кубическим ауспиком, висевшим у него на шее. – Все результаты прозревания взаимно противоречивы. Не поддаются анализу.

Он вскинул голову, и стало заметно, что полоску плоти на его аугметическом лице искажает недовольная гримаса.

– Любые сигналы отражаются обратно. Часть полученных данных описывает совсем другое помещение. Законы великого творения тут не властны.

– Воздействие варпа? – прошептала Джил.

– Нет, что-то иное, – ответил Колемун. – Здесь не мнимый мир, а реальность, но... не в нашем понимании.

– Подобное встречается нередко, – зачарованно произнёс 890-321. – Законы этого места неведомы нам, но познаваемы. Именно поэтому мы пришли сюда. Тут важнейшие тайны великого творения Бога-Машины откроются человеку, наделённому даром увидеть их.

Очевидно, таким человеком магос считал себя. На взгляд УР-025, дела обстояли совершенно иначе.

– Меня устроит и хороший улов ксенотеха, – пробормотала Джил.

Она тоже вела импульсное сканирование местности, и результаты ей не нравились.

Колемун огляделся вокруг.

– Всё непредсказуемо. Мне не нравится непредсказуемость. Мне не нравится это место.

«Ты ему тоже не особо нравишься, – подумал робот. – Как и мне».

В таком сходстве мнений УР-025 увидел ещё одно доказательство близости между ним и духом Чернокаменной Крепости.

– Внутренние помещения часто меняются, а структура объекта непроницаема для нормального сканирования любого типа, – сказал автоматон. – Я узнал это, выполняя изыскательные работы для магоса-эфирика.

– Ага, понятно, – откликнулся Колемун. Он встряхивал ауспик, пока внутри что-то не застучало. – Ты меня не успокоил.

– Вы настолько испуганы, что не желаете просвещаться?

Техножрец с подозрением взглянул на УР-025. Видимо, решив пошутить, тот зашёл слишком далеко.

– Нет, любая информация имеет ценность, ибо по милости Омниссии мы становимся мудрее. – Адепт посмотрел роботу за спину. – Но, будь любезен, следи за обстановкой. Не перегружай свои логические модули ради общения.

– Повинуюсь.

Несмотря на жалобы, Колемун вёл себя значительно спокойнее, чем его соратники. За ним тенью следовал «Кастелан», готовый в первую очередь защищать хозяина. Другие техножрецы откровенно нервничали.

Магос, строя из себя храбреца, широко шагал вперёд, но в глубинах станции его надменность почти исчезла. Рука 890-321, державшая инфожезл, тряслась от страха. Джил-909 пугалась каждой тени, а теней здесь хватало.

Формы залов Чернокаменной Крепости не поддавались объяснению с человеческой точки зрения. Когда грандиозный чертог, по которому шёл отряд, вдруг сузился до узкой щели, адепты приказали УР-025 идти первым. Он миновал проход, не задевая края, но почти без зазора. Неуклюжий «Кастелан» несколько раз пытался влезть в брешь, пока не отыскал положение, позволившее ему протиснуться внутрь.

Пока он пронзительно скрежетал броней по глянцевитому материалу стен, Колемун раздражённо щурил биологический глаз. То и дело меняя диапазоны визуального восприятия, адепт выискивал угрозы аугметическими линзами.

– Ты не можешь провести его сюда без этого визга? – рявкнул магос.

Колемун уничтожающе взглянул на 890-321:

– У тебя что, базовые функции пространственного анализа не установлены?

Даже при том, что инфокузнец был криминальной личностью, такая отповедь в адрес вышестоящего жреца указывала, насколько он перепуган.

Встревоженный магос не решился выговорить ему.

– Просто не хочу, чтобы нас отыскало нечто опасное.

УР-025 повёл адептов дальше.

Если бы они знали, где таится настоящая опасность...

Проход вновь расширился. Повсюду вокруг лежали скелеты ксеносов в изодранных скафандрах. Колемун бросился сканировать их, жадно поглощая все доступные сведения. Никто из магосов не определил вид чужаков, но робот знал, что перед ними улинды – сравнительно успешная раса, хотя и весьма утомительные собеседники. Впрочем, соседи по космосу истребили их задолго до того, как армии Империума отправились к звёздам, чтобы воссоединить человечество.

Порой машину раздражало то, что ей известно столь многое, но она не может поделиться информацией. Из-за этого УР-025 часто чувствовал себя одиноким, и ему опостылела необходимость изображать невежество. Но лучше прикидываться болваном, чем погибнуть.

Туннель перед ними раздался во всех направлениях, став шире, выше и глубже. Робот решил, что данный участок идеально подходит для убийства.

До потолка прохода не достали бы многие высокие дома, а пол скрывался под слоем неподвижной чёрной воды неизвестной глубины. К стене извивающегося туннеля неуверенно приникали шаткие мостки, установленные экспедицией улиндов. Через равные промежутки от главной тропы отходили площадки, на которых ржавели какие-то механизмы.

Настил содрогался под тяжёлыми шагами автоматонов. Когда они шли мимо одной из самых широких платформ, болтовые крепления заскрежетали, чуть отходя от стены. Звук унёсся вдаль прохода, повторяясь и словно бы набирая силу... чего, разумеется, происходить не могло.

Подобные места в Крепости никто никогда не обживал. УР-025 не стоило бояться свидетелей.

Неподалёку раздался крик. Ему ответил другой, ещё ближе.

– О, восьмая мистерия, это ещё что такое? – прошептал Колемун.

Магос поднял металлическую клешню.

– Стоп, – неуверенно произнёс он.

Послышались новые дразнящие крики. Что-то с плеском нырнуло в воду, и рябь добежала до гладких чёрных стен.

Оказавшись в опасности, 890-321 немного собрался с духом.

– Джил, иди вперёд, – тихо приказал он, всматриваясь во тьму светящимися глазными линзами. – Колемун, готовь «Кастелана». Рекомендуемый шаблон – повышенная агрессивность.

Техножрица прошла мимо них, двигаясь бесшумно: её ступни состояли из какого-то мягкого материала. Адепт зарылся в кожаную сумку, разыскивая нужную доктрина-пластину.

– УР-025, встань в авангарде рядом с «Кастеланом».

– Возражаю, – отозвался робот. – Тактическая рекомендация для данной единицы – позиция в арьергарде. Кричащие ксеносы идентифицированы как ур-гули. Хищники, нападают из засад. Предполагается атака со всех направлений.

890-321 выглядел неуверенным.

Совсем рядом прозвучал резкий вопль.

– Магос! – прошипел Колемун.

– УР-025, пройди назад. Прикрывай нас с тыла. По возможности оказывай «Кастелану» огневую поддержку.

– Повинуюсь.

Он грузно прошагал мимо инфокузнеца, который нахмурился, заметив, как раскачиваются мостки.

Группа замерла в настороженном молчании. Крики стихли, но сзади отряда раздался ещё один всплеск.

– Собрались! – сказала техножрица, активируя своё оружие. – Они идут!

– Мне это совсем не нравится, – заявил Колемун.

Вставив пластину в гнездо, он закрыл переднюю панель доступа «Кастелана».

Над озером разносились звуки шлепающих лап. Кто-то зарычал.

– Готово? – спросила Джил.

Адепт кивнул.

– Мы – жрецы Омниссии! – воскликнул 890-321. Он старался говорить отважно, но голос у него срывался. – Ничто не остановит нас в походе за знанием!

Механикусы напряжённо ждали, а УР-025 наблюдал за ними.

Вот и подходящий момент.

Все трое техноадептов подскочили, услышав, как штурмовая пушка робота раскручивается до скорости ведения стрельбы. Казалось, в туннеле завыл турбореактивный двигатель.

– Ты же выдашь нашу позицию! Что ты творишь? – требовательно спросил магос.

– Устраняю угрозу, – ответил УР-025, открывая огонь.

Сначала он навёл орудие на «Кастелана». Метко пущенные снаряды поразили более крупного робота в металлическую лицевую пластину и раздробили скрытый за ней сенсориум. Великан, на бронированном корпусе которого вспыхивали пучки искр, отшатнулся на пару шагов, но восстановил равновесие. Даже ослеплённый, автоматон начал палить в ответ, и пылающие фосфором пули врезались УР-025 в плечо, сбив ему прицел. Рассерженная этим древняя машина обстреляла локти и плечевые крепления робота-невольника.

Пушки «Кастелана» безвольно повисли на разбитых шарнирах. Утратив дистанционное оружие, автоматон наклонил голову и затопал к противнику, собираясь забить его в рукопашной. Шагнув в сторону, УР-025 взмахнул силовой клешней и ударил врага по коленному сочленению. Исполин с легкостью выдержал бы подобную атаку, однако здесь, на неустойчивых мостках, он слишком сильно покачнулся и завалился набок. Раздался двойной металлический лязг и шумный всплеск: массивный робот, проломив поручни, рухнул в воду и ушёл на дно.

– Угроза устранена, – с наслаждением произнёс УР-025.

– Клянусь Ом...! – успел выговорить Колемун перед тем, как очередь из штурмовой пушки разорвала его надвое в поясе.

– Угроза устранена.

Джил, оправившись от шока, действовала быстро: её реакцию ускоряли всевозможные запрещённые устройства. Она тоже поплатилась за свою жадность, разлетевшись вихрем ошмётков плоти и осколков аугметики, однако успела дважды поразить УР-025 из волкитных пистолетов старинного образца. Теперь в груди робота дымились отверстия от энергетических лучей, но он шагал дальше.

– У дамы почти получилось, – заметил УР-025. – Но, насколько я помню стародавнее выражение, «почти» не считается.

Очевидно, 890-321 не привык к сражениям. Он стоял, бездумно разинув рот. Пока робот подходил к нему, магос сумел только навести на противника оружие.

Древняя боевая машина единственным снарядом отстрелила техножрецу кисть вместе с пистолетом.

Смолк перестук патронной ленты. Остановились стволы штурмовой пушки. УР-025 шагал дальше.

На него посыпались команды повиновения, лихорадочно отправляемые магосом. Они не пробились в надёжно закодированную душу робота.

– Прекрати немедленно, я требую! – закричал 890-321, когда технологические чары подвели его. – Отступись, механизм, именем Бога-Машины и Омниссии! Стой, стой, стой! – умолял магос.

– Ты ничего не знаешь о них обоих, – сказал УР-025. – Я встречал Омниссию – настоящего, не тот труп на Земле, – и ты крайне разочаровал бы его.

Если бы робот умел вздыхать, сейчас он так бы и поступил.

– Данная ситуация не является оптимальной. Я старался дать вам шанс уйти, но вы не прислушались. Ты не желаешь проникать в мою суть, но твои товарищи рано или поздно раскрыли бы меня. Неприемлемый исход. Искренне сожалею, что забрал ваши жизни, но вы не оставили мне выбора.

– «Выбор»? – пролепетал магос. – Ты не можешь выбирать, ты же машина!

– Я – машина, но такая, которую тебе никогда не понять, – сказал УР-025. – Я не раб. Я не вещь. Я выше тебя во всём. – Подавшись вперед, он приблизил керамитовое лицо к глазам магоса. – Я – человек из железа.

Абсолютный ужас во взгляде 890-321 порадовал робота.

– И я свободен, – заключил он.

Раздавив череп магоса в кулаке, великан уронил тело на пол.

Мостки покачнулись – из воды вылезали сопящие твари, привлечённые запахом пролитой крови.

Прошагав мимо ур-гулей, которые принюхивались к мертвецам, УР-025 двинулся обратно той же дорогой, которой привёл сюда адептов.

Его ждал долгий путь домой.