Ярость / The Fury (рассказ)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Ярость / The Fury (рассказ)
The-Fury.jpg
Автор Джеймс Сваллоу / James Swallow
Переводчик dima_v
Издательство Black Library
Серия книг Ангелы Смерти / Angels of Death
Год издания 2013
Экспортировать Pdf-sign.png PDF, Epub-sign.png EPUB
Сюжетные связи
Следующая книга Обагренное божество / Deus Encarmine

Силовой меч описывает яростную дугу, и кажется, что это не оружие в руках, а живое существо полное злобы. Химические стимуляторы замедляют течение времени в мозгу владельца меча. Он видит, как меч падает, видит момент удара и то, как молекулярное лезвие рассекает броню культиста, видит искры, разлетающиеся от разорванного металла. Клинок с легкостью погружается в плоть, рассекает её и поджаривает. Запах горелого мяса бьет ему в ноздри. Он напоминает о гроксе, убитом для пропитания месяцы назад. Предсмертный звук, который издает враг мало похож на крик. Скорее, это стон безысходности, осознания близкой смерти.

Под ногами убитого скапливается кровь, бьющая сначала небольшой струйкой, которая становится все больше, подобно вину из треснувшего сосуда. Половина грудной клетки, плечо и рука культиста отрываются со звуком ломающихся костей.

Воин двигается дальше, раздавив череп предателя керамитовым ботинком кроваво-красного цвета. Он делает это не намеренно, Кровавый Ангел всего лишь покончил с одним из бесчисленной орды злоязычных хаосопоклонников, распевающих свои темные гимны. Ангел и его братья избавят этот незначительный мир от присутствия еретиков, обагрив почву их кровью.

Болт-пистолет дергается в бронированной перчатке, после выстрела кажется, что если позволить - он сам бросится вперед. За каждым использованным патроном следует смерть, предвещаемая громовым эхом выстрелов над смердящим полем боя. Черепа разлетаются в кровавый туман, конечности становятся красной жидкостью. Ни капли смертельного потенциала не растрачено впустую. Так его учили, так сражался его предок. С силой ярости, покоренной и контролируемой, подобно пойманной молнии. Страшнейший потенциал, скрытый под маской.

Однако маска может упасть. Недалеко от него один из братьев сражается все более безрассудно. Он знает его – это Кельцинан из третьей роты. В пылу битвы он оторвался от своего отряда, но не обращает на это внимания. Кровавый Ангел перезаряжает пистолет и наблюдает за тем, как сражается Кельцинан.

Нет никакой логичной причины, почему тот сражается без шлема. Лицо воина покрыто кровью из разрубленных им сердец, его бронированные кулаки оканчиваются когтями, способными разрывать танки. На холодном воздухе от когтей исходит теплый кровавый пар. Ярость Кельцинана распространяется как аура.

Кровавый Ангел чувствует её подобно пламени, окружающему его. Ярость, что чернее пустоты, жажда, что краснее крови, в величие которой погружается Кельцинан.

Пока он не убит. Из ближайших линий культистов вырывается яркий луч пурпурного света. Кровавый Ангел закрывает глаза, чтобы защитить их от вспышки. Когда он открывает их через долю секунды – Кельцинан уже почти мертв.

Луч прошел сквозь броню, плоть и кости, на его теле зияет сквозная обугленная рана. Воин бревном падает в хлюпающую окровавленную грязь. Перед смертью он смотрит в глаза Кровавому Ангелу и что-то незримое проходит между ними.

Незримая ярость.

Кровавый Ангел внезапно теряет контроль над собой в титанической волне гнева. Единственное чего он хочет – это отомстить за потерянного брата. Кельцинан не заслужил такой смерти – один воин Адептус Астартес стоит тысячи этих вопящих и хнычущих фанатиков. Кровь требует расплаты, немедленно.

Ему не нужен болтер – культисты, которые отправляются к своим мерзким богам, должны встретить смерть лицом к лицу и знать, кто её несет и почему.

С именем примарха на устах сын Сангвиния врывается во вражеские порядки. Смерть следует за его мечом, расплывшимся ярким пятном. Убийца с лазпушкой теряется – даже гипновнушения темных аколитов не в силах защитить его от боевого клича Кровавого Ангела полного гнева и жажды мести.

Меч воина вонзается в грудь еретика и вырывается из его спины в брызгах крови. Кровавый Ангел сближается с культистом, который по нелепой случайности выжил после удара. Космодесантник действует инстинктивно и вырывает его горло свободной рукой.

Кровь кипящим фонтаном вырывается из останков врага, пятнает шлем и линзы. Она забивается в дыхательную решетку, и внутренности шлема наполняет горячий медный аромат. Его рот мгновенно наполняется слюной и единственное чего он хочет – сорвать с головы шлем и окунуться в эту жидкость. Кровавый Ангел наслаждается тягой к богатому вкусу крови и тем, как она струится по его языку и горлу.

Воин чувствует, как сползает его маска. Идеальный аристократический образ героя, внешний вид всех Кровавых Ангелов, созданных по образу великого Сангвиния. Он чувствует, как образ разрушается в прах. Бурлящая кровь его примарха, которая дает ему силу, отвагу и делает искусным воином, становится чем-то темным, проклятьем.

Ярость, что чернее самой пустоты. Жажда, что краснее любой крови.

В эту секунду он балансирует на краю пропасти. Ангел смерти, в равной степени благословленный и проклятый, орошенный кровью тех, кто заслужил его ярость.

В битве снаружи будет одержана победа, в ней не было сомнений.

Битва внутри продолжается, скрытая под маской.