Ксеночистка! / Xenopurge! (рассказ)

WARPFROG Гильдия Переводчиков Warhammer Ксеночистка! / Xenopurge! (рассказ)
Переводчик	Harrowmaster
Издательство	Games Workshop
Серия книг	Истребительная команда / Kill Team
Год издания	2018
Подписаться на обновления	Telegram-канал
Обсудить	Telegram-чат
Скачать	EPUB, FB2, MOBI
Поддержать проект

Сюжетные связи
Предыдущая книга	Истребительная команда Морделая / Kill Team Mordelai

Джунгли содрогались от выстрелов. Среди скрипучих ветвей и дрожащих зарослей ядовитого можжевельника раздавался грохот дробовика, отчего в небо взмывали целые стаи встревоженных игольчатых мух. Издалека битва могла бы сойти за раскаты далёкого грома. Вблизи же бушевала ярость и лилась кровь.

— Прикончите уже этого проклятого зверя! — рявкнул караульный сержант Морделай. Его голос звенел от напряжения. Истекающий кровью из многочисленных ран, но всё ещё живой и бодрый карнивозавр вылез из оврага и теперь клацал челюстями экзоскелета на терзающих его братьев Караула Смерти.

Брат Ордарис выстрелил из болтера, послав снаряд в один из первичных глаз чудовища. Брызнула кровь, и карнивозавр отшатнулся назад, ревя от боли. Как только зверь откинул голову, брат Марков прыгнул вперёд, сунул ствол своего дробовика ему под челюсть и нажал на спуск.

Грянул гром. В небо взметнулся фонтан окровавленной плоти и костей. Практически лишившись головы, гигантский ксенос содрогнулся и рухнул набок, дёргая лапами.

— Готов, — сказал Марков, передёргивая затвор. — Следующий?

Брат К’вейн из Тауранов покачал головой в непроницаемом шлеме.

— Молишься о дожде во время грозы, брат? — спросил он. — На этой планете и так достаточно врагов, ни к чему просить больше.

— Сомневаюсь, что молитвы нам понадобятся, — добавил брат Кастивар. Кровавый Ангел выключил силовой меч и вытер клинок о папоротниковый лист. — Бой вышел слишком громким, а у друкари острый слух.

— Меня это тоже тревожит, — сказал сержант Морделай. — Все знамения указывают на приближение опасности. Братья, перезаряжаемся на бегу. Нам ещё нужно добраться до места засады.

— Слишком поздно, — раздался голос брата Ордариса. Гвардеец Ворона склонил голову набок и сощурился, внимательно к чему-то прислушиваясь. Мгновением позже Морделай тоже это услышал — громкий визг приближения мощных гравидвигателей.

Брат Марков окинул взглядом джунгли вокруг себя. Его бионический глаз жужжал, переключаясь между зрительными фильтрами.

— Одиночный контакт, с юга, примерно два километра. Идёт на предельной скорости. Они будут здесь в считанные секунды.

— Братья, врассыпную, — приказал Морделай. Он выхватил из подсумка свежий магазин и перезарядил болтер. — Оборонительное построение «портентус-четыре-один».

В ухе у него раздался писк вокса — братья услышали приказ и поспешили его выполнить.

Морделай увидел вражеский аппарат, гравискиммер типа «Яд», мчащийся среди деревьев на самоубийственной скорости. За его борта цеплялись улюлюкающие друкарские ведьмы, размахивая клинками и пистолетами. На их забрызганных кровью лицах застыли хищные гримасы. Морделай заметил, что за фюзеляжем «Яда» тянется дымный след, а сама машина едва заметно подрагивает на лету.

— Повреждена в бою, — передал он остальным.

— Незначительно, — добавил Ордарис, забравшись в укрытие среди каменных лоз.

— И это явно не умалило их тягу к битве, — заметил К’вейн.

— Кровожадные мрази.

— Они уже близко, — сказал Марков.

— Сангвиний, придай мне сил, — прорычал Кастивар, вновь зажигая силовой меч.

Внезапно «Яд» заложил вираж, его пилот искусно провёл машину между шипов огромных деревьев, словно продев нитку в иголку. Как только аппарат вырвался из листвы, его пассажиры изящно спрыгнули с бортов и приземлились в акробатическом пируэте. Они рванули вперёд, стреляя на бегу. На подлесок, в котором прятались братья Караула Смерти, обрушился град игл и осколков.

В тот же самый миг застрекотали спаренные орудия «Яда», рассекая джунгли смертоносной косой. К’вейн замешкался, и разящая очередь сшибла его с ног. Не издав ни звука, К’вейн исчез в подлеске, однако его братья напротив, громко взревели, глядя на воющий «Яд».

— Чужацкая погань! — взвыл Кастивар и, оттолкнувшись могучими ногами, сломя голову бросился в атаку.

— Кастивар, стой! — крикнул было Морделай, но тот был глух к приказам.

Залп всепожирающей энергии прожёг каменные лозы, за которыми прятался Ордарис. Тот пригнулся, после чего высунулся наружу и сделал одиночный выстрел, который сбил одну из ведьм с ног.

— Командир? — невозмутимо спросил он, перезаряжаясь.

— Поддержим его атаку, — сказал Морделай, прокладывая себе путь вслед за Кастиваром. Удерживая болтер одной рукой, он дал по врагам очередь снарядов «Адское пламя». Проворные ксеносы уворачивались от его выстрелов и стреляли в ответ, непрерывно сокращая дистанцию. По доспехам воина застучали осколки зазубренных кристаллов, один из них царапнул правую глазную линзу. Морделай зарычал от ярости.

Атаку друкари возглавляла изящная гекатрисса, сжимавшая в одной руке отравленный хлыст, а в другой — бритвенно-острый клинок. Высокомерно ухмыляясь, она бежала прямо на Кастивара. Кровавый Ангел взмахнул силовым мечом, намереваясь обезглавить противницу, но друкари с лёгкостью проскользнула под клинком, вскочила на ноги у него за спиной и обрушила на неё свой хлыст. Лезвия содрали с Кровавого Ангела краску и слой брони, но тот бесстрашно развернулся и сделал очередной выпад.

Морделай вновь услышал характерный визг двигателей, на этот раз со стороны оставшегося позади оврага.

Он сделал выстрел, заставив одну из ведьм шмыгнуть в укрытие.

— Скиммер пошёл на ещё один заход, — сообщил он по воксу.

— Он мой, — ответил Ордарис, после чего вышел на открытое пространство и вскинул болтер.

Боевая машина ксеносов показалась на горизонте, её пилот хищно улыбался сквозь кристаллическое лобовое стекло. Осколочные пушки зашипели, кромсая кустарники вокруг Гвардейца Ворона. Ордарис не обратил на них внимания. Он медленно выдохнул и нажал на спуск.

Его болтер рявкнул, и в центре лобового стекла «Яда» появилась дыра размером с кулак. Ухмылка пилота исчезла в кровавом фонтане вместе с головой, и гравилёт ушёл в штопор. Задев крылом ствол дерева, машина рухнула и покатилась по траве, разваливаясь на горящие обломки.

Ордарис плавно припал на колено, позволив им пролететь у себя над головой, затем снова встал, одновременно перезаряжаясь и выискивая следующую цель.

У Морделая не было времени хвалить брата за исключительное мастерство в стрельбе — всё его внимание занимала мчащаяся на него ведьма с пистолетом.

Справа от себя он увидел ещё одну ксенотварь, которая проскользнула через заросли ядовитого можжевельника и прыгнула на Маркова. Сверкнули лезвия на перчатках ведьмы, и Багровый Кулак едва успел прикрыть лицевую пластину корпусом дробовика. Брызнули искры, Марков принялся пятиться назад, блокируя обрушившийся на него град ударов и, по возможности, отбиваясь.

Противница Морделая почти до него добралась. В её руке сверкал изогнутый клинок, а в глазах пылала жажда убийства. Серебряный Череп дал по ней очередь, но ведьма сделала изящный кульбит, почти не замедлив бега. Снаряды пролетели мимо. Морделай выругался и выстрелил снова, ещё и ещё, но чужачка с диким хохотом уклонялась от болтов, прыгая то влево, то вправо.

Выпущенная ею игла попала ему в перчатку и вызвала чудовищную боль в пальцах, заставив выронить болтер. Морделай взял наизготовку искрящийся силовой меч, но противница была неимоверно быстра. Она подпрыгнула высоко в воздух, вращаясь, словно балерина, и рубанула ему по шее своим клинком, намереваясь снести голову с плеч.

В самый последний момент у него над ухом грянул дробовик, мгновенно оглушив авточувства. Мощь выстрела смела друкари в сторону, забрызгав лицевую пластину Морделая чернильной кровью. Изодранный труп шлёпнулся о ствол дерева и упал на траву.

Морделай скосил глаза в сторону и увидел брата К’вейна, который уже поднялся на ноги. Из ствола его оружия поднималась струйка дыма.

— Чёртовы ксеносы, — хрипло проворчал Тауран. — Командир, похоже, они повредили мне доспехи.

Ответ Морделая прервал вокс, в котором раздался мучительный рёв Кастивара. Атаманша друкари обмотала хлыст вокруг шеи Кровавого Ангела и вывела того из равновесия, вонзив ему в правую подмышку ядовитый кинжал. Воин был обезоружен, меч куда-то исчез.

Морделай вскинул болтер, но противники слишком тесно переплелись друг с другом, а друкари двигались слишком быстро. Он уже набрал воздух в грудь, чтобы приказать Ордарису выстрелить, но тут рука Кастивара метнулась вверх и сжала хлыст гекатриссы. Рыча клятвы Сангвинию и не обращая внимания на разъедающий тело яд, Кастивар со всей силы дёрнул за хлыст. Друкари потеряла равновесие, но Кровавый Ангел оборвал её возмущённый крик ударом шлема в лицо. Брызнула кровь, осколки костей и ошмётки плоти. Гекатрисса зашаталась, обмякла и свалилась в колючий кустарник.

В тот же самый миг рёв дробовика ознаменовал конец дуэли Маркова. Выстрел в упор практически разорвал ведьму напополам, а Багровый Кулак остался на ногах, хоть и порядком израненный.

Кастивару повезло меньше. Кровавый Ангел зашатался, затем рухнул на колено.

— Отрава, — прохрипел он по воксу. — Мне нужна… минутка…

— Брат-сержант, — подал голос Ордарис, отправляя авточувствам Морделая руну. Она показывала последнего из ксеносов, который удирал через подлесок, сверкая пятками. Руна помечала на его спине конкретное место — чуть левее позвоночника, между лопатками.

— Чётко сюда, временно останется жив, — добавил Ордарис. Морделай щёлкнул воксом, соглашаясь с ним, и переключил селектор боеприпасов на снаряды «Кракен». Он вскинул болтер, пропел клятву отвращения к чужакам и нажал на спуск.

Ревущий болт за долю секунды догнал бегущего друкари. Он предназначался для пробивания тяжело бронированных целей, а потому с лёгкостью прошил доспехи, плоть, кости и затем снова доспехи ксеноса, взорвавшись в метре перед ним.

Ведьмака контузило и сшибло с ног. Он со стоном покатился по земле, страдая от боли в разорванных нервных узлах и внутренних органах. Через пару мгновений до него добрался Ордарис и придавил раненого ксеноса ботинком. В это время К’вейн поспешил заняться ранами Кастивара и Маркова.

Сержант Морделай убрал меч в ножны и направился в сторону чужака. В его груди разгоралась ненависть.

— Посмотрим, что он может нам рассказать…