Охота / The Hunt (рассказ)

Материал из Warpopedia
Перейти к навигации Перейти к поиску
Thinking.pngСторонний перевод
Этот перевод был выполнен за пределами Гильдии.


Охота / The Hunt (рассказ)
The Hunt-cover.jpg
Автор Дэвид Аннандейл / David Annandale
Переводчик Ри
Издательство Black Library
Входит в сборник Чары / Invocations
Год издания 2019
Экспортировать Pdf-sign.png PDF, Epub-sign.png EPUB


Вопли становятся всё громче.

И ты понимаешь, что это так.

Они начались более месяца назад, и с каждым разом всё яростнее разрывали полотно ночной тишины. Звуки, скребущиеся в темноте. Ты почти видишь раны, что светят подобно молнии и бесконечно саднят подобно чувству вины. Тебе почти удается увидеть. Каждый раз, когда ты закрываешь глаза, они оживают в твоей личной тьме, вспыхивая и пульсируя с каждым пронзительным криком. Поэтому зачастую ты стараешься не смыкать глаз. Ты никак не можешь помочь, поскольку есть кое–что, что ты видишь.

Ты видишь эпицентр истошных воплей. Ты видишь их призрачный источник. Крики становятся громче, потому что духи приближаются. Каждую ночь они становятся всё ближе. И они пришли за тобой, Беред Даван. Поначалу они были лишь зловещим мерцанием на горизонте, едва ли заметные для тебя, но всё так же невидимые для всех остальных. С наступлением сумерек они продолжали своё движение, постепенно догоняя тебя. И сейчас они находятся достаточно близко, и ты можешь разглядеть, как они дико мчатся прямо на тебя. Почва под их ногами отличается от той, по которой ступаешь ты. Им придётся пересечь огромные эфирные расстояния, прежде чем они доберутся до тебя. Слабое утешение, но, по крайней мере, существует возможность. У тебя есть ещё немного времени в запасе. Совсем немного времени, чтобы что–то предпринять.

Выбирал ли ты мудро? Думаешь, что нет, хотя и думать тебе всё труднее и труднее. Ты так мало спал с тех пор, как первый раз услышал их вой. Слишком мало сна. С каждой минутой источник звука приближался, незаметно, словно прилив. И как любой прилив, его нельзя было остановить. Да и в отличии от прилива, он никогда не отступит.

Призраки будут гнаться за тобой, пока не собьют тебя с ног. Это плохо закончится. Ты должен попытаться сразиться с ними. Но ты не думаешь, что сможешь им противостоять. Ты так же знаешь, что тебе не хватит сил даже попытаться. И стыд в тебе расцветает, поскольку совсем не так свой конец должен встретить охотник на ведьм.

Всю ночь ты просидел у окошка своей спальни. Твои покои, расположенные на самой вершине тонкой башни, неподалёку от центра свободного города Эверит в государстве Гиран, являются прекрасной точкой по наблюдению за своей судьбой. Ты провел часы в кромешной тьме, глядя на крутые и остроконечные, покрытые мхом крыши внизу, и всё смотрел в глаза своей судьбе, в тщетных попытках закрыть уши и не слышать криков. Ты смотришь на источник криков как на приближающеюся бурю. Ты видишь их отчетливо, гораздо лучше, чем хотел бы. То, что некогда было свечением, позже превратилось в туман с ужасающей целью, ныне оказалось целой армией.

Ты видишь призрачные очертания. Ты видишь то, что их ведёт. Это нечто соткано из криков. Оно уничтожит тебя. И ты даже знаешь имя этого ужаса. Банши.

Но это знание не наделяет тебя силой, лишь приносит леденящий душу ужас.

И каждую ночь ты с рвением ждёшь одного лишь рассвета, что открасит небо в серые краски. Ты стараешься думать о нём как о спасении, хотя и осознаешь, что это самообман. Страх никуда не уходит. Рассвет дарит лишь избавляющую от криков тишину и стирает своим светом призрачную армию. Но это очередная ложь. Когда ночь вновь опустится на город, мёртвые души будут ближе, чем в прошлый раз. Сейчас ты ведь не видишь и не слышишь их, быть может тебе удастся уснуть, хотя бы ненадолго. В этот ленивый, сумеречный час, когда Хиш и Улгу закружились в танце, обмениваясь ролями, когда ночь выдыхает в последний раз, а день делает первых вздох, ты берёшь паузу между своей бдительностью и долгом. Именно здесь находится этот жалкий промежуток, являющейся осколками твоего покоя.

Ты встаёшь со стула, спотыкаясь бредёшь к соломенному матрасу, лежащему в углу твоей комнаты. Твоя жильё, по сути, является чуланом на самой высокой точке в городе. Ты презираешь роскошь. Поодаль матраса стул и стол, вырезанные из старого упавшего дерева. В сундуке лежит твоя одежда и оружие. Тебе больше ничего и не нужно. Ничего, кроме сна.

Но сегодня тебе не удалось это сделать. Ты ложишься на матрас, и в тот же час раздается стук в дверь. Ты сдерживаешь свой вздох, поскольку его могли бы услышать, и вновь поднимаешься. Ты делаешь паузу, чтобы собрать всю свою энергию и выглядеть достойно. Словно есть какой–то способ скрыть изнеможение на своём осунувшемся лице. Затравленные глаза и тёмные круги под ними.

Ты открываешь дверь своему слуге Колту.

— Прости, что разбудил тебя, охотник на ведьм, — начинает он, опустив глаза. Колт не был достаточно смелым, чтобы посмотреть тебе прямо в лицо. Он был верен тебе и горд тем, что служит тебе, точно так же, как ты служишь Сигмару, но твой слуга боится осуждения с твоей стороны, — Там срочно необходима Ваша помощь.

— Кому же?

— Тевене Пасала, хозяин.

Хорошо, что взгляд Колта прикован к полу. В противном случае, он бы увидел, как твои глаза расширились при упоминании этого имени. Ещё до того, как ты стал охотником на ведьм, это имя ты слышал в сопровождении болезненного спазма вины. Однако сегодня в твоей груди вспыхнула надежда. Она попросила тебя о помощи.

Ты никогда не осмеливался обратиться к ней, чтобы искупить свою вину. Пожалуй, похоже на то, что тебе предлагают это сделать.

Ты думаешь, что это знак. Возможно, всё–таки есть способ остановить смерть, что придёт за тобой.

Твой экипаж едет по извилистым улицам, направляясь в Риссилант, в усадьбу Тевены Пасала. Путешествие гнетуще долгое. Ты вынужден бороться с иллюзией, что добрался бы пешком гораздо быстрее.

Эверит возведён на склонах холмов, его улицы не прорезали скалы насквозь, а следовали по естественным очертаниям склонов. Казалось, что в обмен на невредимость холмов, городу разрешалось существовать. Всё вокруг было усеяно шрамами Эпохи Хаоса, но какая–то часть давней красоты всё–таки уже вернулась. Эверит пережил длинную ночь, которая предшествовала приходу Грозорождённых Вечных. Длительное время осаждённый Эверит никогда не сдавался. В итоге он стал процветающим городом в новом веке. Ты — одна из причин, почему всё так произошло, один из спасителей всего живого здесь. И всё же ты не гордишься. Вина — это всё, что ты ощущаешь. Однажды ты принял решение. Это был единственно верный вариант. И ты отчаянно нуждаешься в прощении. Возможно, сегодня ты его заслужишь.

Ты не был на валах Эверита, когда силы Сигмара и надежда, которую они несли за собой, хлынула на людей Гирана, подобно очищающей буре. Ты находился в крепости Гренхолм, что соединяла части низкого скалистого мыса у реки Аллаша и находилась в двух или трех лье от города. Крепость Гренхолм блокировала продвижение губительных сил. Осада, которую выдержал замок, продолжалась так долго, что тебе и твоим товарищам казалось, она длится вечность. Но вскоре священные рыцари добрались до Гирана, и жители всех окрестностей сплотились, дабы создать новую армию.

Тогда–то решение и было принято. Десять тысяч раз ты обдумывал его с того самого дня, и сейчас переживания вновь охватили тебя с новой режущей болью. Ты приближаешься к Риссиланту и твой пульс учащается. Не из–за страха тебя трясёт, как осиновый лист. Призраки, которые идут за тобой по пятам, не оставили места для иного страха. И если это не страх, то скорее всего тревога вперемешку с надеждой и чувством стыда.

Выбор, с которым ты столкнулся, был слишком простым вариантом, но затратным.

Ты мог бы продолжить защищать Гренхолм и потратить свои силы зря. Ведь падение крепости было делом времени.

(Ты убеждаешь себя в этом даже сейчас).

Или же ты мог покинуть Гренхолм, отдавая её в руки неизбежности и присоединиться к Гильдии Свободного Эверита, чтобы спасти город.

Твои товарищи отказались покинуть свои посты. С великим рвением ты отправился к Сигмару. Ты боролся за Эверит, и он выстоял.

Крепость Гренхолм пала.

Тевена Пасала являлась твоим близким другом. Вы бы жизни друг за друга отдали. И всё же ты оставил её так же, как и всех остальных в Гренхолме. Когда атака демонов бога Чумы Нургла была наконец–то отбита и крепость была очищена от гниения и разложения, Тевена была одной из немногих выживших смертных. Несмотря на то, что в твоей крови бушевало пламя победы и веры, ты не осмеливался встретиться с ней лицом к лицу. Вы ни разу не обмолвились словом, ни аккурат после тех событий, ни позже. Ты знал, что она и горстка других выживших думают о тебе.

Даже когда ты стал охотником на ведьм, и твоё имя шепотом доносилось отовсюду, ты не предпринял попыток её найти. Могла ли она простить тебя? Если бы ты был на её месте, то не простил.

Но сегодня что–то изменилось. Что–то идёт совсем не так, как должно. Возможно, чудесам отведено место в сегодняшнем дне.

Тевена ждёт твоего прибытия на ступеньках Риссиланта. Ты выходишь, и она спускается по лестнице вниз, протянув свои руки к тебе навстречу. Ты спешишь её обнять. Тебе всё равно, кто станет свидетелем неосторожно проявленных эмоций со стороны устрашающего охотника на ведьм. На притворство нет времени, как и на отрицание тех эмоций, что ты на самом деле испытываешь. Ты и надеяться не мог на столь тёплую встречу. Ты не заслуживаешь этого, о чем и говоришь ей позже, когда вы уединились в одной из комнат на втором этаже усадьбы.

— В Гренхолме нам пришлось столкнуться с трудным выбором, — мягко произносит Тевена, — Ты сделал то, что посчитал нужным.

— Думаешь?

Она произносит сквозь смех:

— Как я вообще могу осуждать охотника на ведьм?

— Я сам прошу тебя об этом, — твой голос падает до неразборчивого бормотания.

Она замечает, что ты серьёзен и тебе важен её ответ. Она задумывается в течении нескольких секунд и наконец–то отвечает тебе:

— Я знаю лишь, что ощутила в тот день.

Ты вздрагиваешь.

— Но, несмотря на это, я выжила, — быстро добавляет женщина, — И посмотри, — она махнула рукой, показывая комнату, — Я не просто выжила. Я процветаю.

Это была чистая правда. За эти годы она смогла стать одним из самых успешных торговцев во всём мире. Вы вместе родились под гнётом Губительных Сил. Каждый из вас никогда не знал ничего, кроме потерь, войны и борьбы. Она стала богатой. Ничего бы она не смогла достичь, если бы Эверит был стёрт.

— Если бы ты не помчался защищать город, возможно он пал бы так же, как и крепость. Может быть, отказавшись от меня, ты меня спас.

Она улыбается, но ты не можешь улыбнуться в ответ.

— Я не могу осуждать тебя, — продолжает она, — Мне очень жаль, но я не могу.

Можешь ли ты меня простить? Это единственное, что ты хочешь спросить. Но неописуемый страх услышать «нет» сдерживает твой порыв. Неопределённость ответов Тевены заставляет тебя усомниться в искренности её приветствия. Даже с её богатством и положением в общении с охотником на ведьм ей приходится вести себя как Колт.

Есть столько всего, что я хочу тебе рассказать. Не бойся меня. Я Беред. Просто Беред. И если бы я мог изменить то, что произошло тогда в Гренхолме, я бы непременно это сделал, но я не могу. И я хочу, чтобы ты осознала, что я сделал то, что должен был. Ты же веришь. Ты должна верить. Не так ли?

Но вместо этих слов, ты сухо отвечаешь:

— Зачем ты послала за мной?

— У меня есть доказательство существования культа поклонников хаоса в нашем городе.

— Говори, — ты спасён. Ты вновь авторитет.

Тевена поднимается, идёт к сундуку и тащит его через весь пол к месту перед её увитым плющом балконом, где вы вдвоём сидели. Она открывает сундук и указывает на бочонки и беспорядочно разбросанные упаковки с едой.

— Это всё из одной поставки, — говорит она, — Мы приготовили провизию для целого каравана, идущего на восток в сторону Мхургаста, — чумные демоны как раз–таки были отброшены на сотни миль в этом направлении. Тевена делает многое для Гильдии Свободного Эверита, поддерживая их припасами, чтобы те смогли очистить от порождений Нургла Гиран. То, что ей довелось найти, было делом серьёзным.

— И провизия? — ты задаешь вопрос.

— Осквернена. Превратилась в яд. Я бы никогда не узнала об этом, если бы одна бочка не упала с телеги и не разбилась. Когда мы увидели, что было внутри, мы проверили все остальные. Сотни людей могли погибнуть…

— Кто твой бондарь?

Никаких больше разговоров о прошлом и прощении. Теперь ты последуешь своему призванию, цепляясь за надежду, что оно действительно находится на этом пути, а вместе с ним и спасение от тех кричащих мертвецов.

Вскоре после начала рабочего дня ты идёшь к бондарю в его полу мастерскую полу склад. У этого предприятие дела идут хорошо, но Тевена предупредила тебя, что подозревает владельца, Арана Фолкена, в связях с тёмными силами. Здания, принадлежащие ему, находятся на самом краю ремесленного квартала в городе. Тыльные части зданий выходят на узкие, мрачные переулки, вьющиеся через районы, повреждённые во время войн. Пламя не раз окутывало эту часть города, и большая его часть до сих пор лежала в руинах. Люди, живущие здесь, не имели средств для реконструкции этого места, да и мало кто в Эверите горел желанием это сделать.

Ты заходишь на склад через черный вдох. Тишина вдруг обволакивает всё внутри, словно исходит от твоей тени. Рабочие застыли в процессе работы, их лица исказились в изумлении от вида твоего чёрного плаща и широкой шляпы с перьями. Ты застыл в дверном проёме, ожидая, пока твой грозный вид сделает своё дело.

Ты делал подобное много раз до этого. Ты в этом хорош. Но сегодня едва ли можешь сосредоточиться. Прошлая ночь всё ещё свежа в памяти. Призраки были так близко. Утро только недавно наступило, но грядущая ночь скоро настигнет тебя, часы утекают, как вода.

По складу разносится шепот, через несколько мгновений Аран Фолкен уже бежит к тебе, почтительно сложив руки и склонив перед тобой голову.

— Охотник на ведьм Даван, — произнёс он, — какая честь для нас. Чем я могу быть Вам полезен?

Ты проходишь к ряду готовых бочек. Поднимая их крышки одну за другой:

— Мне довелось увидеть контейнеры с метками Хаоса. Бочки, поставляемые твоей мастерской.

Он заметно бледнеет.

— Это какая–то ошибка. Мы все верно служим Сигмару.

— Это было бы весьма обнадеживающе, — отвечаешь ты, — если бы я в это верил, — Ты оглядываешься на вход и обугленные руины за ним.

— Я не отбираю работников по происхождению, — тихо продолжает Аран.

— Возможно, тебе стоит это делать, — поворачиваешься обратно к бочкам. Пока не видно ни одной руны, но твоя работа здесь только началась.

Ты повышаешь свой голос, обращаясь ко всем работникам на складе:

— Всем покинуть это место. Вы будете ждать меня в передней части магазина. Каждый из вас. Ждите и будьте готовы ответить на мои вопросы.

— Охотник на ведьм… — начинает было Аран.

— Тебя это тоже касается.

Ты буравишь его взглядом, и он подчиняется приказу.

Как только ты остался один и вооружился факелом, ты быстро начал пробираться между рядами бочек и ящиков, наугад открывая крышки. Ты ничего не можешь найти. Вполне возможно, что никаких оскверненных предметов тут нет. Это было бы весьма прискорбно. Чем меньше улик тебе доведётся найти, тем менее убедительными будут методы допроса.

У дальней стены стоит пирамида из бочек, у подножья которой ты останавливаешься. Она выстроена так, что можно спокойно забраться к верхнему ряду и вытянуть бочонки вниз. Если на этом складе всё же остались какие–то оскверненные предметы, то это было вполне хорошим местом, чтобы их спрятать.

Ты начинаешь подниматься вверх с факелом в руке. Тени сгущаются и танцуют в свете языков пламени. Ты уже находишься на третьем ряду бочек, когда одна тень рядом со стеной отделяется от других и бросается на тебя.

Какие шансы у смертного против тебя? Того, кого и мёртвые считали своей добычей?

Ты двинул факел в лицо убийцы. Он закричал, когда его капюшон объяло пламя. И все же он не отступил, продолжая атаку, обезумев от боли и умирая на ходу. Его вынуждает убить тебя какая–то сила, что стоит выше его собственной воли к жизни. Вслепую он наносит тебе удары, заставляя отступить. Ты извлекаешь меч и вонзаешь его острие в шею мужчины.

Труп сваливается по бочкам на пол.

Ты спускаешься за ним, обтряхивая тлеющую ткань на плаще и капюшоне, и осматриваешь убийцу. Черты его лица обожжены и его невозможно узнать, но его одежда прекрасного качества. У этого человека явно было достаточно денег. Слишком рано ты подумал о рабочих Арана. Ты продолжаешь осматривать труп. На нём нет украшений, хотя на рукоятке его меча есть золотые прожилки. Когда разрезаешь его тунику, находишь татуировки. Ты ворчишь дважды: удовлетворённо и потрясённо. Ты ожидал найти руны Хаоса, и татуировки на трупе негодяя указывают на служение Слаанеш.

Но ты вовсе не ожидал, что увидишь на теле татуировку в виде булавы, обвитой лозой.

Знак Гренхолмской крепости.

Отступаешь назад от трупа, дыхание сбилось. Эта дорога очищена, но она наводит ужас.

Ты должен вернуться в замок.

Ночь и прошлое протягивают руки, чтобы схватить тебя.

День угасает, когда ты поднимаешься на холм, где стояла крепость. Как могло время пролететь так быстро? Как ты мог так долго готовиться и не менее долго добираться до замка? Как ты мог так небрежно отнестись к своему убывающему времени?

Если и есть на эти вопросы ответы, то они не имеют значения. Совсем скоро крики вернутся. Совсем скоро ты увидишь, что их издает. И ты не знаешь, доберутся ли они до тебя сегодня ночью. Они могли бы сделать это. Они уже достаточно близко.

По крайней мере, ты не одинок. Тевена на твоей стороне и она была вооружена так, как не была вооружена со времен осады. Её кольчуга когда–то имела глубокий зелёный цвет, но во время осады замка она была разорвана и окровавлена, так что от её изначального цвета мало что осталось. Тевена хранила её в память о тех, кто погиб в замке и сегодня она снова надела её в их честь. Она сказала тебе, что это знамя против предателя Духа Гренхолма, который ты нашёл на убийце.

Тебе не следовало возвращаться в Риссилат и рассказывать ей о том, что ты нашёл. Это не её битва. Ты должен был завершить все приготовления и отправиться к крепости. Но ужас, что придёт этой ночью, был силён.

Ты чувствуешь, как судьба холодно дышит тебе в спину. Чувствуешь, как смерть неумолимо приближается. Если же вдруг эта ночь станет для тебя последней, хоть и стыдно поддаваться столь малодушным эмоциям, ты не можешь смириться с мыслю о том, что исчезнешь в тишине. Ты хочешь, чтобы кто–то точно знал, куда ты ушел и зачем. Именно поэтому ты говорил с Тевеной.

А больше никого и не было. Твоя тропинка была одинокой. У тебя были соратники в Гренхолмской крепости. Но с тех пор они потеряны. Остались только подозреваемые и слуги. Колт верен тебе, но ты не считаешь его равным себе. Тебя должен был помнить кто–то этого достойный.

Но больше всего, ты желал, чтобы Тевена помнила тебя и помнила без ненависти.

Ты не ожидал, что она будет сопровождать тебя. Так ты повторяешь себе снова и снова, пока это не станет чем–то подобным правде в твоих глазах. Ты рад, что она здесь. У тебя много причин для радости. Если она действительно простила тебя и не осуждает больше. Ты пойдешь по следу культистов Слаанеш и уничтожишь каждого из них, и она, вполне, может увидеть это. Хоть ты и делаешь это для Сигмара, но, если это поможет и ей…что ж, тем лучше для тебя.

У тебя будет компания этой ночью. Ты не будешь одинок.

Ты думаешь, что выполнишь свои последние задачи в качестве охотника на ведьм. Если действуешь честно до самой своей смерти, говоришь себе ты, то будешь удовлетворён.

Руины крепости Гренхолм маячат перед глазами. Их не обвила зелень. Рухнувшие башни, обвалившиеся стены остались голыми, как выбеленные кости Левиафана. Разрушительная сила Хаоса была слишком жестокой. Сама почва вокруг ещё не исцелилась.

— Сколько человек выжило? — спрашиваешь ты у Тевены.

— Не знаю даже. Я никого не видела с тех пор, как покинула это место, но это ничего не значит. Я находилась под руинами одна в течении нескольких дней.

На данное изречение адекватного ответа у тебя нет, поэтому ты молчишь.

— Ты долго боролся против Хаоса, потом предал, когда свет Сигмара снизошёл до нас… — Тевена вздыхает, — Мне не хочется верить в то, что кто–то из наших соратников был настолько коварен.

— Мне тоже не хочется в это верить.

Разговоры о предательстве заставляют чувствовать себя неуютно, хотя из–за него ты и вернулся сюда.

Смеркается, а вы находитесь менее чем в ста ярдах от руин. Тьма Улгу накрывает Гиран. Прошедшие мгновения ты пытался подбодрить себя, и всё же оказался не готов к ярости криков. Они чудовищны. Как будто само небо воет от гнева. Ты пошатываешься. Ты задыхаешься.

— Беред? — Спрашивает Тевена, — В чём дело? Ты заболел?

Нет, я не болен, - проскальзывает у тебя в мыслях. Я обречен. Ты оглядываешься позади себя. Призрачное воинство находится у подножья холма. Совсем близко, ближе чем когда–либо, они окружают подъем. Это та самая, роковая ночь. Это и есть расплата. Ты не спасёшься. Ты не можешь покинуть крепость Гренхолм и спуститься вниз. Ты не сомневаешься, что призраки смогут добраться до руин прежде, чем наступит рассвет.

Банши указывает вверх на склон, её волосы и одежда развеваются на сильном ветру. Она видит тебя, её крик окутывает и поглощает тебя, истязая естество. Ты отворачиваешься со стоном и тут же спотыкаешься, Тевена поддерживает тебя.

— Разве ты не слышишь их? — спрашиваешь ты, — Разве ты их не видишь?

— Вижу кого?

Ты качаешь головой.

— Никого. Ничего. Они атакуют, но это тебя не касается, — даже лучше, что она не может увидеть, что пришло за тобой. Иначе она бы стала невинной жертвой твоей судьбы.

В чём моя вина? Ты хочешь прокричать этот вопрос, но не посмеешь, поскольку знаешь ответ. Истина более чем очевидна, ведь Тевена ничего не слышит и не видит. Мёртвые — это твои товарищи, которых ты предал. Они ждали, когда ты вернешься в крепость Гренхолм, чтобы отомстить тебе.

Я никого не предавал. Я сражался за Гиран. Я сражался за Сигмара.

Ты хочешь, чтобы эти возражения принесли больше уверенности в твоё сердце.

Как правда может быть так сильно похожей на ложь?

Неважно. Совсем неважно. У тебя есть призвание и ты не откажешься от него прямо сейчас. Успокаиваешь своё дыхание. Начинаешь идти быстрее, словно небольшое увеличение расстояния сможет заглушить этот крик. Ты изучаешь всё, что способен изучить о крепости Гренхолм и, если тебе суждено умереть здесь, ты поручишь Тевене донести эти знания до Эверита, чтобы поднять тревогу и сразиться с культом Слаанеш.

Вы достигаете ворот замка. Они открыты, но больше не ведут во двор за стенами. За ними обломки крепости создали купол из камней. Ты и Тевена идёте сквозь кромешную тьму, ваши факелы являются единственным слабым кругом света, освещая участки разрушенной каменной кладки с обожженными углами.

Ты видишь завалившиеся оконные рамы, заполненные валунами, обломки лестниц, разбросанные, как зерна, намёки на коридоры, уходящие как нити паутины в бездонную тьму.

У Тевены перехватывает дыхание. Она бледнеет, и становиться ясно, что каждый шаг даётся ей с таким же трудом, как и тебе.

— Я надеялась, что больше никогда не окажусь здесь, — произносит она.

Ты можешь лицезреть, как кошмары её последних дней в замке всплывают в памяти, истязая её так же свирепо, как и крик, что терзает тебя.

— Ты должна уйти, — говоришь, но в ответ она лишь качает головой:

— Это важнее.

Тогда вы пройдёте сквозь эти тяжелые испытания вместе. Ты поднимаешь свой факел выше и свет лучше освещает дорогу. Ты осматриваешь осевшие каменные стены в поисках любых признаков своей цели. Ты почти не можешь сосредоточиться на своей основной задаче. Вой становится всё громче и громче. Твоё время на исходе.

Зачем ты сюда вернулся? Зачем торопишь свою смерть? Почему ты все ещё стараешься положить конец сражению, на выигрыш в котором у тебя попросту нет времени? Почему ты не сбежишь?

Твоё дыхание учащается. Под кожаными перчатками твои ладони покрылись холодным потом.

И тут ты замечаешь это. Там, где разбитые валуны уходили вниз по крутому склону, на сломанной плите была начерчена кровью руна — зловещая и сладострастная в своих изгибах.

— Там, — говоришь ты и останавливаешься.

Ты понимаешь, что крик уже достиг руин. Он стряхивает пыль с каменной крыши. Здесь так темно, и этот наводящий ужас свет — болезненное свечение гробниц. Оборачиваешься и видишь, что Банши стоит у ворот, фантомы пляшут вокруг неё.

— Нет, — произносишь ты, делая шаг назад, — Помоги мне, — ты умоляешь Тевену.

Ты не хочешь умирать. Только не так. Твои устои сломаны. Ты думал, что сможешь бороться до конца. И ошибся. Пришедший кошмар слишком силён. Ты сопротивлялся, пока не пришёл этот момент и ты не достиг своего предела. Ты не тот воин, каким тебя называли.

Ты переживаешь момент истины, который подавлял в течении многих лет. Ты знаешь ответ на вопрос: спешил ли ты присоединиться к воинам Сигмара или же спешил сбежать из Гренхолмской крепости.

Это знание разрывает тебя на куски.

— Разве ты не видишь их? — ты безнадежно начинаешь плакать, — Разве ты их не слышишь?

И ты внезапно осознаешь, что больше ты не одинок.

— Я слышу, — говорит Тевена, расширив глаза от страха и закрывая уши руками.

— Они пришли за мной, — отвечаешь ты.

Эти две вещи происходят одновременно. Банши врывается в руины, а Тевена хватает тебя за руку, и вы вместе бежите, скользя вниз по склону. Банши воет от ярости, её руки тянутся, она не успевает дышать.

Вы бежите вниз, и, конечно же, именно Сигмар, направляет вас и удерживает от падения. Вам удается оторваться от призраков.

— Я тебя спрячу! — кричит Тевена, но ты её почти не слышишь.

— Как?

— Там я спряталась от Гнилоносца.

Тебе не приходит в голову идеи получше, чем просто следовать за Тевеной. Ты повторишь то испытание, после которого она выжила. Руна, которую ты видел, не имела значения. Если тебе удастся выжить, ты продолжишь охоту.

Вы спускаетесь глубже, в самую тьму. Тени сгущаются, отталкиваются от света факелов. Ты едва можешь видеть на два шага вперёд и крик Банши позади грозит расколоть твой череп надвое. Ты и Тевена выбегаете к более низкому своду, который всё ещё почти не повреждён. Вода просачивается сквозь щели, затопив пол на дюйм. Тевена бежит к дальней стене свода. Она опускается на колени и отодвигает валун в сторону, открывая полость у самого основания стены:

— Сюда, — говорит она.

Ты подходишь. Смотришь в кромешную тьму. Колеблешься.

Свечение призраков заполняет свод. Времени больше нет, да и некуда больше бежать.

Внезапная, пронзительная вспышка боли в задней части твоих ног. Ты падаешь на спину, над тобой стоит Тевена, держа меч, которым она полоснула твои сухожилия, в руках.

Она оглядывается на призраков, спеша сталкивает тебя в яму.

Ты качаешь головой. Ты хочешь умолять, молить и спрашивать почему, почему, почему?

Ты молчишь, но Тевена отвечает тебе. Она хочет, чтобы ты знал, ей это нужно.

— Чистая месть подобна экстазу, — шепчет она, — Я поклоняюсь этому экстазу. Он восхитителен, — она шипит от восторга и толкает тебя в последний раз.

Когда ты падаешь в бездонную тьму, ты бросаешь свой последний взгляд на Тевену — видя её ликование перед тем, как духи нападают на неё, крича в ярости.

Слишком поздно ты всё осознал. Банши была предупреждением, её призрачные руки тщетно пытались уберечь тебя от твоей судьбы.

Ты летишь вниз и внезапно ударяешься головой, шея дергается под острым углом, и ты оказываешься в западне из камней. Ты застрял вверх ногами между тоннами камней, их неровности и выпуклости давят на спину и грудь. Грязная вода стекает в твой рот. Ты задыхаешься и давишься, но всё еще хрипло вздыхаешь между рвотными позывами.

Ты осознаешь, что ты абсолютно одинок и твой разум безмолвно кричит.

Ты ошибаешься. Я здесь, я с тобой. Я Хранитель Секретов и ты будешь моей маленькой тайной игрушкой, обреченной на век утонченных истязаний.