6933
правки
Изменения
Перейти к навигации
Перейти к поиску
Нет описания правки
{{В процессе
|Всего=40
|Сейчас=1415
}}
{{Книга
''«Оруженосец служит рыцарю, рыцарь служит лорду, лорд служит барону, а барон служит монарху. Итак, кому служит монарх? Он служит каждому подданному, от самого неотесанного крепостного до члена двора. Рыцарская верность, когда она соблюдается в идеале, представляет собой не пирамиду, а круг».''
::::::::::Люсьен Яварий-Кау, Верховный верховный монарх Доминиона, из личных «Размышлений о Рыцарском кодексе».
Сидя у себя в каюте, Кельн не смогла удержаться от смеха.
===Глава четырнадцая===
'''>>Протокол допроса 6'''
'''>>Операция: «Делатель королей»'''
'''>>Файл № 5782-Гамма-ДКРР'''
'''>>День миссии: 11'''
'''>>Записывающее устройство: Аугментика слухового канала [стерео]'''
'''>>Регистратор: Аваарис Кельн'''
'''>>Разрешено для чтения: Аваарис Кельн; Абсолом Рэйт; Сикоракса [СПИСОК ЗАКАНЧИВАЕТСЯ]'''
'''>>Уровень допуска: Пурпурный, особо привилегированный'''
'''>>НЕ ПЕРЕДАВАТЬ<<'''
'''>>НЕ ДУБЛИРОВАТЬ<<'''
'''>>УДАЛИТЬ ДАННЫЕ О НАЧАЛЕ МИССИИ<<'''
[Запись начинается с 1:12:35]
КЕЛЬН: Итак, давайте отступим на пару шагов назад.
РАККАН: Что ж, ладно.
КЕЛЬН: Для полноты картины я собираюсь рассмотреть процесс наследования на Доминионе.
РАККАН: Мы ведь это уже обсуждали несколько дней подряд во всех подробностях…
КЕЛЬН: Уважьте мой каприз. Я хочу сделать краткий отчёт для моих коллег.
РАККАН: Хорошо, как вам будет угодно.
КЕЛЬН: Чтобы унаследовать трон Доминиона и получить право пилотировать рыцаря «Корона Доминиона», кандидат должен быть определенного происхождения. А именно, один из его родителей должен принадлежать к дому Страйдер, а другой — к Рау.
РАККАН: Совершенно верно. Невозможно наследовать трон, не имея прямого родства с двумя домами. Изначально это была мера по предотвращению гражданской войны — не то чтобы она как-то помогала.
КЕЛЬН: Затем эти дети формируют линию наследования в зависимости от их статуса и предков, а также генеалогии, восходящей к первоначальным кораблям-поселениям.
РАККАН: Да, у нас это называется «Списки». Хотя не все браки заключаются внутри двух домов или между ними.
Члены домов Страйдер или Рау иногда вступают в браки на стороне. Само собой, это ухудшает положение их отпрысков в очереди наследования на одно-два поколения, зато обогащает генофонд новой кровью — все линии в то или иное время по стратегическим соображениям связывали себя узами брака с людьми со стороны. По мере того, как брак на стороне уходит в прошлое, как правило, несколько браков внутри домов более или менее восстанавливают статус наследников.
КЕЛЬН: А какое место в очереди наследования занимали вы?
РАККАН: Честно говоря, трудно сказать. Где-то в самом низу. Грубо говоря, у каждого преемника есть цена — баллы. Ваша стартовая ценность и место в Списках основаны на генеалогии, которая и определяет, какого рыцаря вы унаследуете. Изначально у меня было пятьдесят баллов, поскольку мой дед женился на стороне, но даже это не имело особого значения: положение линии Фангов никогда не являлось высоким. Мы управляли «Шутом» Император знает сколько времени. Десять тысячелетий, если верить хроникам. Большинство начинают со ста или ста пятидесяти баллов — в этих семьях есть рыцари «Квесторис». Лучшие рода могут иметь начальную стоимость в двести... хотя чаще всего к тому времени из-за кровосмешения их наследники вырождаются настолько, что уже не в состоянии управлять рыцарем.
КЕЛЬН: Получается, на трон восходит тот, кто обладает наибольшим количеством баллов?
РАККАН: Нет, что вы. [смеется] Это было бы слишком просто. На самом деле система баллов существует лишь для того, чтобы показать, пригоден ли кандидат. Когда верховный монарх умирает, двор созывает собрание, чтобы избрать нового монарха — каждый подает один голос. Это... торг. Обмен землями. Подрывная деятельность. Кандидатов с наибольшим количеством баллов чаще всего не избирают. Но лишь раз за всю историю избрали кандидата, занимавшего место ниже первых семи строк в Списках.
КЕЛЬН: Значит, у вас имелся шанс взойти на трон.
РАККАН: Это если предполагать, что система справедлива. Но это не так. Да, баллы можно накопить, я могу повысить свою цену. Но для этого потребуются победы в турнирах или успехи на войне — «Оруженосец» никогда не добьётся таких же результатов, как, например, рыцарь «Паладин», ни в одном, ни в другом. На самом деле мой счет может лишь снижаться.
КЕЛЬН: Как?
РАККАН: Если вступить в брак и выдвинуть наследника в качестве кандидата, вы теряете все баллы и исключаетесь из очереди на престол. Если бы я женился, то перешёл бы в дом супруги.
КЕЛЬН: Объясните подробнее, пожалуйста.
РАККАН: Все дело в том, что формально кандидаты не принадлежат к какому-то одному дому. Они с рождения живут в разных домах.
Пока не повзрослеем, мы год проводим в доме отца, затем — год в доме матери, и так до самого совершеннолетия. Обычно, пока кандидат проживает в том или ином доме, члены дома всячески пытаются расположить его к себе. Каждый дом надеется, что, взойдя на трон, этот кандидат будет втайне проявлять к нему благосклонность. Вы должны понимать: день свадьбы моих родителей — это их первая и единственная встреча.
КЕЛЬН: И как же вы…
РАККАН: Искусственная матка, в которую имплантировали генетический материал моих родителей. Метод стал применяться три столетия назад. В политических браках возникало слишком много... душевных привязанностей. Домам такое не нравилось. Это все пускало наперекосяк. Вбивало клин. Супруги больше заботились друг о друге, чем о благе дома. Случилось даже несколько двойных самоубийств, когда дома попытались разлучить пары. Поэтому сейчас браки заключаются только по контракту во имя зачатия единственного ребенка.
КЕЛЬН: Звучит как трудный путь взросления.
РАККАН: Я пришел к пониманию, что это... необычно.
КЕЛЬН: А как насчет «Оруженосца»? Ведь это, как вы выразилась, необычно — усаживать потенциального монарха в машину для простолюдина?
[Пауза: 2 секунды]
РАККАН: Когда я достиг совершеннолетия, чтобы стать пилотом, мне не хватило баллов, чтобы удостоиться одной из самых священных машин. Брак на стороне по линии отца… К тому же «Шут» был его рыцарем. Двор счел, что так будет правильно.
КЕЛЬН: Итак, если вы и вправду отстоите так далеко в очереди наследования… ваш двоюродный дед, Яварий-Кау. Зачем ему пытаться вас убить?
РАККАН: Понятия не имею. Может, из-за того, что я победил одного из его фаворитов на летнем турнире. Может, его не устраивало, что линия моей матери становится слишком могущественной. Кто знает? Этот человек впал в маразм и совершенно свихнулся.
В храме-кузне стояла жара. Было жарко, словно в паровых трубах близ Манора<ref>Манор — феодальное поместье в средневековых Англии и Шотландии. Манор представлял собой комплекс домениальных земель феодала, общинных угодий и наделов лично зависимых и свободных крестьян, проживающих во входящей в состав манора деревне. </ref> Рау. Жарко, как на пропитанных потом простынях. Гвинн бросилась на него. Удар. Белая, будто кость, рука, сжимающая лазпистолет.
''Треск. Треск. Треск.''
Раккан с криком осел на пол. Он попытался подняться — и не смог.
Жарко. Так жарко. Простыни душили, влажные и теплые, как воздух в кузне. Он отбросил одеяла, мало-помалу взяв себя в руки. Справился с паникой, накатившей из-за того, что не вышло подсоединить ноги.
Закрыл лицо руками. Восстановил дыхание.
Давненько его не посещал этот сон.
''Стук. Стук. Стук.''
Это не треск лазпистолета. Кто-то стучится в дверь.
Раккан не был обездвижен — просто ранен: вторым выстрелом убийцы от позвоночника отрезало нервные волокна.
Он наклонился и активировал ортезы, затем перекинул ноги через койку и встал.
Сработал дверной замок — Раккан не мог его контролировать, но ему сохранили достоинство, дав открыть дверь самому.
Снаружи стояла Аваарис Кельн — рослая широкоплечая фигура в темно-синем пальто. Позади нее — невысокая женщина с тонкими чертами лица, подчеркнутыми жесткой ухмылкой. Ее окутывал плащ с капюшоном.
— Доброе утро, дамы.
— Доброе утро, сэр Раккан, — сказала Кельн. — Я хотела представить вас человеку, который выдаст себя за вас, когда мы прибудем на Доминион, — помните, мы это уже обсуждали?
— Да, — ответил Раккан. — Да, конечно. Пожалуйста, отведите меня к нему.
Никто и не шевельнулся. Незнакомка хрипло рассмеялась.
— Вот она, — сказала Кельн.
— Но... она... — Раккан нахмурил брови. Казалось, он задумался над ответом, соображая, уж не розыгрыш ли это. — Она же совсем на меня не похожа.
— Каждый думает, что он единственный в своем роде, уникальный и неповторимый, но… — сказала женщина с жесткой ухмылкой, опустив голову под капюшон; голос её дрогнул. — Правда заключается в том, что подменить можно любого, сэр рыцарь. Любого.
Раккан ухватился за дверь, чтобы не упасть, потому что голос, исходивший из уст женщины, звучал легко, но при этом стал мужским.
А когда она подняла голову, на него смотрело его собственное лицо.
[[Категория:Warhammer 40,000]]
