1042
правки
Изменения
Нет описания правки
{{В процессе
|Сейчас =45
|Всего =30}}
— В столицу, — произнёс комиссар, следуя за капитаном по грязи. — С вами желает поговорить губернатор.
==='''ГЛАВА ТРЕТЬЯ'''===
— Нам так и не стало понятнее, почему запрос о помощи пришёл от Механикус? — спросил капеллан-дознаватель Пуриил, не переставая изучать пачки звёздных карт и пергаментов, коими был завален сделанный из холодного гранита стол стратегиума.
— Я знаю лишь то, о чём мне поведал великий магистр Данатеум, — ответил Иезекииль, обращавшийся ко всем стоявшим вокруг стола членам командного отделения, — плюс скудная информация в полученных нами приказах со Скалы. Магистр Серпик, вероятно, тебе удастся просветить нас касательно заинтересованности Марса в этой планете?
Технодесантник взял несколько листов и изучил их двумя своими аугметичесиким глазами. Серпик обрабатывал информацию быстрее, чем мог любой из присутствующих.
— Её расположение не несёт особой стратегической важности, да и находится она слишком далеко от какого-либо мира-кузни, чтобы говорить о желании присоединить её к себе. Думаю, скорее всего, Механикус нашли там что-то, и теперь им требуется наша помощь для защиты находки от ксеносов.
Как и большинство его товарищей-технодесантников, Серпик перенял внешние черты машины, поэтому, вдобавок к заменённым глазам, он установил себе аугметические руки и правую ногу. Первое Серпик замышлял изначально, а вот второе было необходимостью после стычки с тиранидским флотом-осколком.
— Например что? — поинтересовался брат Рефиал.
Апотекарий говорил с сильным акцентом своего родного пустынного мира, а его кожа имела цвет и текстуру потёртого кожевенного изделия.
— Планета, которая была отрезана так долго, может хранить что угодно. Возможно, целый новый тип войскового транспорта для использования Астра Милитарум, модификация ствола для лазвинтовки или прежде неизвестный источник энергии для легионов титанов, — с раздражением произнёс Серпик. — Но с такой же вероятностью Механикус обнаружили бы там заклёпки другой формы для крепления бронепластин к «Носорогу», более длинные патрубки для выхлопных систем или устройство, точно рассчитывающее время для варки идеальной чашки рекафа.
— Но, если находка столь тривиальная, зачем обращаться к Договору? — задал вопрос Пуриил.
Его братья Тёмные Ангелы привыкли видеть капеллана-дознавателя в маске-черепе реклюзиама, сокрушающего врагов Льва силовым кулаком, которым он так эффективно орудовал. Однако, даже вдали от поля боя, облачённый в простые одеяния Пуриил выглядел не менее внушительно.
— Ну мы же тут об Адептус Механикус говорим, — ответил Серпик.
Все прекрасно поняли, что имел в виду технодесантник.
— А как насчёт тебя, брат Иезекииль? — обратился к библиарию магистр роты Задакиил – последний член командного отделения. — Раскрыли ли что-нибудь твои службы и глубокие размышления?
Все в стратегиуме обратили свои взоры на Иезекииля.
— Конкретно это будущее сейчас скрыто от меня. Брат Турмиил, даровал ли варп какие-либо видения тебе?
Лексиканий в капюшоне выступил из теней, где скрывался и наблюдал за происходящим по просьбе наставника.
— Нет. Несмотря на приливы и отливы, воды имматериума не расходятся.
Уважительно кивнув, он вернулся на прежнее место и продолжил молча смотреть из тьмы.
— А орки? Они тоже желают заполучить то, что Механикус, судя по всему, так стремятся забрать себе? — спросил Пуриил.
— Вряд-ли, — сказал Задакиил, двигая в его сторону одну из звёздных карт. — За последний год под натиском зеленокожих пало несколько миров. Гонории просто не повезло оказаться на пути орочьей армии, когда утих варп-шторм.
— И нам ничего неизвестно о военачальнике, который возглавляет эту армию? — поинтересовался Рефиал.
— Всё, как и всегда. Крупнейший и сильнейший зверь с наибольшим количеством оружия и самой громыхающей техникой, — произнёс Иезекииль. — Вероятно, какой бы орк не стоял во главе войск вторжения ещё в самом начале их разгула, на его месте уже давно кто-то другой. Наверняка мы знаем лишь про огромные размеры армии. Приблизительно два миллиона орков, а судя по докладам к Гонории направляется ещё больше.
— Какова численность имперцев? — задал вопрос Серпик.
— По двадцать полков мордианцев и востроянцев, ассорти из местных сил обороны плюс неизвестное количество скитариев, — ответил Иезекииль, сверившись с инфопланшетом.
— Значит, не больше полумиллиона человек, — заключил Пуриил.
— Кто возглавляет силы Механикус? — поинтересовался технодесантник.
— Архимагос Дицен, — сказал Иезекииль, ещё раз сверившись с инфопланшетом.
Серпик улыбнулся, что случалось очень редко.
— Ты знаешь этого Дицена, магистр Серпик? — спросил Задакиил.
— Он входил в число моих учителей, когда я обучался на Марсе. Один из самых коварных подлецов, которых я когда-либо встречал. Безжалостнее наезжающего на тебя «Лэндрейдера».
— В твоём голосе я слышу чуть ли не счастье, Серпик, — произнёс Рефиал. — Вы с ним хорошие друзья, да? Такие схожие по характеру.
— Вряд-ли я презираю кого-то сильнее, даже тебя, апотекарий. — Серпик продолжал улыбаться. Хоть один разбирался с плотью, а другой с механизмами, за десятилетия сражений бок о бок друг с другом между ними сформировалась крепкая связь. — Мне просто приятно знать, с каким ублюдком нам предстоит иметь дело.
— Силы орков уже начали планетарную высадку? — задал вопрос магистр роты, возвращая обсуждение к рассматриваемой теме.
— Последний доклад был передан три дня назад по терранскому стандарту. Корабли имперского Военно-космического флота блокируют Гонорию, но нескольким десантным судам зеленокожих удалось добраться до поверхности. Подразделения Астра Милитарум и скитариев пытаются сковать высадившихся ксеносов, — ответил Иезекииль.
— И лететь нам ещё три дня, если соблаговолит варп, — заметил Пуриил.
— То есть, имеются причины предполагать, что к тому моменту, когда мы туда доберёмся, орки уже вторгнутся на планету, — сказал Задакиил. — Или твоё предвидение говорит о другом, брат Иезекииль?
И вновь все присутствующие посмотрели на фигуру в синем. Библиарий закрыл глаза, создавая у остальных Тёмных Ангелов в стратегиуме впечатление, будто он обращается к своему ясновидению для предсказания будущего.
— Ваше предположение верно, магистр роты. Мы прибудем слишком поздно, чтобы существенно повлиять на ход пустотной битвы, но ещё сможем переломить ситуацию на поверхности, — произнёс Иезекииль, открывший глаза и обведший немигающим взглядом всех братьев.
Задакиил понимающе кивнул.
— Командующая кораблём Селеназ выведет нас из варпа за пределами точки Мандевиля, но на расстоянии от гравитационного колодца Гонории. — Подняв руку, он пресёк ожидаемое возражение со стороны Серпика. — Да, брат. Это – рискованный манёвр, но прежде командующая кораблём уже выполняла его много раз. С фактором внезапности на нашей стороне мы запустим десантные капсулы и «Громовые ястребы» сразу же, как вернёмся в реальный космос, и в клочья разорвём силы орков ещё до того, как они осознают происходящее. Противопоставим их варварству собственную грубую силу, а потери нанесём столь тяжёлые, что очень быстро обратим ксеносов в бегство.
Остальные члены командного отделения, включая Серпика, утвердительно кивнули.
— Всем вам известны ваши задачи, братья. Через три дня Пятая рота вернётся на войну. Со Львом и Императором за нашими спинами победа нам обеспечена!
Библиарий, апотекарий, технодесантник и капеллан сотворили символ аквилы, а затем отдали воинское приветствие Льва. Задакиил поочерёдно ответил им тем же, после чего воины командного отделения разошлись, чтобы подготовиться к грядущей битве. Магистр роты последовал за ними, но Иезекииль остановил его на пороге стратегиума.
— Магистр роты, вы не знаете, где я могу найти брата Бальтазара? — спросил библиарий.
Даже несмотря на ослабевшие психические способности он точно знал, где в данный момент находился Бальтазар, однако, Иезекииль из вежливости делал перед Задакиилом вид, будто это не так.
— Сержант Бальтазар там же, где и всегда: муштрует своё отделение в тренировочных залах. Ещё никогда не встречал астартес с таким дотошным подходом к сражению, а ведь в своё время я сталкивался со множеством Ультрадесантников. — Было нечто зловещее в том, как он произнёс слово «сталкивался». — Наступит день, когда Бальтазар попадёт в Крыло Смерти, помяни моё слово.
— И день этот может наступить раньше, чем вы думаете, магистр, — сказал Иезекииль.
— Джоадар…?
— Мёртв. О его смерти мне рассказал великий магистр Данатеум, когда мы связывались в последний раз. Он попросил, чтобы я оценил Бальтазара и решил, достоин ли он вознесения.
Лицо Задакиила выражало смесь удивления и скептицизма.
— В чём дело, магистр Задакиил? Думаете, я не гожусь для этой задачи?
— В тебе я не сомневаюсь, брат Иезекииль. Ни один Тёмных Ангел из библиариуса даже не приблизился к уровню твоих способностей.
— Вы льстите мне, магистр.
— Меня беспокоит то, почему Данатеум решил отойти от традиции и протокола именно таким образом. Бремя суждения о достойности тех, кого отметили для вознесения в Крыло Смерти, всегда ложилось на великого магистра библиариуса. Он не верит, что выживет при выполнении текущей миссии против некронтир?
— Великий магистр Данатеум переживёт нас всех, не сомневаюсь.
Задакиил рассмеялся.
— Наверное, ты прав. Безотносительно психической мощи, никто сполна не отдаёт должное тактической проницательности и бойцовским способностям этого старого грокса. Уверен, не носи он синеву, то стал бы магистром роты.
— Соглашусь с вами. Данатеум обучал меня искусству войны не меньше, чем владению моим варп-даром.
Задакиил принял задумчивый вид. В тот момент Иезекиилю захотелось проникнуть в разум магистра роты и украдкой ознакомиться с мыслями, которые его поглотили.
— Моё мнение, каким бы весом оно ни обладало, таково, — произнёс магистр роты, чьё выражение лица начало смягчаться. — Я считаю, что брат Бальтазар ''достоин'' вознесения, но пока ещё ''не готов'' к нему.
— Благодарю за искренность, магистр. Буду держать это в уме при вынесении рекомендации.
Двое Тёмных Ангелов обменялись воинскими приветствиями Льва, после чего Задакиил ушёл.
— Твой дар ясновидения возвращается, брат? — спросил Турмиил, вновь выступая из теней. Иезекииль ощущал его присутствие, но каким-то образом всё равно оказался застигнут врасплох. Неужели кодиций намеренно старался скрыть свой психический след? — Ты действительно предвидел, что мы выйдем из варпа уже после планетарной высадки орков?
Ничего не сказав, Иезекииль покинул стратегиум и направился в сторону тренировочных залов.
Звуки болтерных выстрелов эхом разносились по холодным коридорам ''«Меча Калибана»'', ведя библиария к их источнику.
В зале сержант Бальтазар руководил тренировкой своего отделения, и занятия эти были такими же древними, как и сам капитул. Сержант разделил бойцов на две группы: первая вела подавляющий огонь, под прикрытием которого могла наступать вторая. Ковёр из частей тел и разбитых корпусов тренировочных сервиторов ясно свидетельствовал об эффективности обучения. Иезекииль решил ненадолго задержаться в проходе, и на его глазах Первое отделение Пятой роты быстро расправилось с оставшимися автоматами.
Упражнение, вроде бы, закончилось, но библиарий не стал прерывать десятерых Тёмных Ангелов, так как те оставались в полной боевой готовности, целясь в неактивных сервиторов и ожидая появления признаков движения. Вскоре их осторожность принесла плоды, ибо некоторое количество прежде нейтрализованных механизмов поднялось на ноги, а соединённые с ними лазвинтовки, заменявшие руки, начали с шумом оживать. Бойцы отделения Бальтазара все как один открыли огонь из болеров и разорвали реанимированных сервиторов на куске прежде, чем кто-либо из них успел сделать второй выстрел.
Иезекииля впечатлили не только эффективные действия космодесантников, но и основательный подход Бальтазара к тренировкам. Насколько знал библиарий, братья Пятой роты летели сражаться с некронами, поэтому сержант выводил своё отделение против сервиторов, запрограммированных таким образом, чтобы имитировать боевой стиль немёртвых ксеносов. Иезекииль пользовался теми же протоколами при обучении учеников, причём в последний раз с Турмиилом, но прежде он никогда не видел реанимации киборгов.
Удовлетворённый зрелищем, библиарий коснулся Бальтазара психическим щупом, предупреждая того о своём присутствии. В ответ на такое надругательство над собственным разумом сержант резко повернулся. Он был без шлема, и взгляду Иезекииля предстало его хмурое лицо.
— Пока что хватит, — сказал Бальтазар воинам отделения. — Верните болтеры в оружейную для умащивания. Пусть сервы почистят и подготовят ваши доспехи. Начнём снова через час. В этот раз только с боевыми клинками.
Останавливаясь только для поднятия брошенного оружия, девять облачённых в зелёную броню воинов вышли из зала, на ходу отдав воинское приветствие Льва обоим вышестоящим братьям. У стены помещения стояла дюжина сервов, которые ждали сигнала от кого-либо из оставшихся Тёмных Ангелов. Иезекииль кивнул в их направлении, после чего они вышли на холодный скалобетонный пол, чтобы забрать гильзы и убрать останки киборгов.
— Оживление сервиторов было довольно неожиданным, сержант, — дружелюбным тоном начал библиарий. — Магистр Серпик снова экспериментирует?
— По моему запросу, эпистолярий, — ответил Бальтазар. В его голосе дружелюбия не было. — Мы с технодесантником сходимся во взглядах, когда дело касается улучшения капитула. Нужно держать на цепи в Скале живых представителей всех видов, с которыми возможна война. Вот чего не хватает.
Иезекииль невольно улыбнулся, услышав жалобу сержанта.
— Тебя что-то забавляет, эпистолярий?
— Вовсе нет, брат, — с серьёзным видом произнёс Иезекииль. Он оглядел сержант с ног до головы, словно оценивая его. — Скажи мне, почему ты так сильно не любишь меня и других братьев из библиариуса? Боишься нас, Бальтазар?
— Эпистолярий, я не боюсь ни тебя, ни кого-либо ещё из нашего психического братства. — Тёмные Ангелы встретились взглядами. — И не доверяю.
— Не доверяешь нам? В чём же причина? Думаешь, мы не печёмся о насущных интересах капитула?
— Я считаю, что ваши намерения чисты, однако, в конечном итоге, и вы, и подобные вам являются проводниками для варпа, а варпу доверять нельзя.
— Но ведь тебе приходится доверять варпу каждый раз, как ты ступаешь на борт ''«Меча Калибана»'' или любого другого корабля флота.
— Скрепя сердце, — сказал Бальтазар, продолжая пристально смотреть на библиария. — Что помешает нам при выходе из варпа материализоваться в ядре планеты? Что помешает нам провести сотни лет в путешествии по имматериуму, а затем обнаружить, что по достижению точки назначению защищать нам больше нечего, так как Империума уже нет? Что помешает скребущим по корпусу этого корабля демонам разорвать звездолёт и сожрать нас всех?
— Я целую жизнь посвятил укрощению варпа и подчинению его своей воле, как и любой другой брат, носящий синеву либрариуса, а также каждый навигатор и астропат на службе капитула. Варп является ещё одним оружием, которое мы можем использовать против наших врагов, сержант. Это ведь ты явно понимаешь?
— Но, как и всякое оружие, он не застрахован от осечек, или ты предпочёл забыть о том, что случилось с кодицием Глориилом?
— Произошедшее с Глориилом – это… невезение.
В последний раз, когда Иезекииль служил вместе с Пятой ротой, эпистолярия сопровождал недавно вознесённый библиарий. Миссия была рутинной ровно до тех пор, пока Глориил не использовал свои психические способности для сотворения щита. Молодой псайкер собирался защитить отделение, за которым его закрепили, но невольно вызвал из имматериума сущность. Пятой роте и её противникам – тау – удалось победить демона, однако, в процессе с жизнью расстался Глориил и большая часть воинов Седьмого отделения.
— Согласен, вот только где гарантии, что подобное не повторится? — спросил Бальтазар.
— А где гарантии, что в следующий раз, когда ты достанешь болтер, он не взорвётся у тебя перед лицом вне зависимости от того, как хорошо его благословляли и умащивали технодесантники? — ответил вопросом на вопрос библиарий. — Любое оружие может дать осечку, ты сам сказал.
— Но, в случае неисправности с моим болтером, скорее всего, умру лишь я. Если же «осечку дашь» ты, Турмиил или даже великий магистр Данатеум, тогда возможные потери будут гораздо больше. Существует вероятность, что погибнет целая рота.
Иезекииль протяжно вздохнул.
— Спасибо за искренность, брат. В ходе миссии мы с тобой ещё поговорим.
Бальтазар выглядел сбитым с толку.
— Я не понимаю. Ты ради этого сюда пришёл? Просто поговорить?
— Здесь тренировочный зал, брат. Я прихожу сюда лишь с целью учиться.
Иезекииль отдал ему воинское приветствие Льва, на которое сержант, помедлив, ответил.
Библиарий направился к двери, но спустя несколько шагов вдруг остановился и повернулся.
— Прежде чем я уйду, позволь мне поделиться мудростью. Наши приказы изменились. Мы летим в новую зону боевых действий. Возможно, перед тем, как возобновить тренировку отделения, ты захочешь попросить магистра Серпика изменить протоколы сервиторов, чтобы они имитировали орков.